Текст книги "Мертвые тоже хотят жить (СИ)"

Автор книги: Ирина Ангара

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 22 страниц)

Глава 24

Обнимая подушку одной рукой, второй похлопала рядом в бесплотных попытках нащупать простыню или одеяло, чтобы завернуться в них и спрятаться от мужского голоса, мешающего спать. Опять Глеб со своими претензиями, как же он надоел. Простонав и чертыхнувшись, прошипела:

– Глеб! Отвали, иди в свою комнату и не мешай спать.

Над головой усмехнулись и попробовали вытянуть подушку из под щеки.

– Глеб, зараза! – вскрикнув, распахнула глаза и уже открыла было рот, чтобы высказать все этому беспардонному типу, но мгновенно закрыла, когда поняла, что передо мной не мой несостоявшийся жених, а совершенно другой человек.

– Марк? – обозначив очевидное, моргнула, а когда вспомнила, чем закончился вчерашний день, нахмурилась. Вроде как засыпала я совершенно в другом месте, эта же комната на атриум никак не походила.

Мужчина усмехнулся, отбросил подушку и внезапно оказался надомной, почти касаясь губами моих губ, прошептал:

– Доброе утро, соня.

– Доброе…, – вжавшись головой в матрац, скосила глаза на переносице, пытаясь рассмотреть ниже, что собственно он собирается де… – М-м-м.

Губ коснулись чужие, горячие и твердые, на долгое мгновение захватившие меня в плен.

– Ты что творишь?! – воздуха катастрофически не хватало, отчего я открывала и закрывала рот словно рыба, выброшенная на берег.

Целовался он конечно потрясающе, нежно, настойчиво, властно, но… какого? Это вообще что было!?

– А на что похоже? – хмыкнув он отстранился и, аккуратно убрав прядь моих волос за ухо, лег рядом, представ во всей своей слава богу одетой красе.

Быстро скатившись с кровати, чуть не запуталась в простыне. Оттолкнув ногой темно-синюю с белыми иероглифами материю, обхватила себя руками, мимоходом заметив: оказывается, и я не блистала обнаженным телом, и футболка и джинсы были при мне.

– Марк? Мы наверно друг друга не поняли? – склонив голову на бок внимательно следила за поведением мужчины. Тот на мои слова лишь усмехнулся и утонил:

– Разве?

– Да! – уверенно кивнув, набрала воздух, чтобы попытаться объяснить свою ситуацию подробнее. – Я…

– Стоп! – он поднял ладонь. – Поправь меня если ошибаюсь. Ты сама позвонила мне?

– Ну да, – непонимающе облизнув губы, поежилась.

– Ты попросила помощи?

– И? – чем дальше, тем больше я ничего не понимала.

– Я решил взял на себя ответственность за тебя.

Мило… Приличных слов не было. Неприличных впрочем тоже.

Сглотнув, опустила глаза на его губы и резко подняла выше, на глаза. Пришедшая мысль показалась странной, но мало ли… Вдруг она верна.

– Это какие-то ваши заморочки? Да? – покрутив в воздухе ладонью, уточнила: – Какие-то законы, м? Ты сразу предупреждай, вдруг я опять скажу что-нибудь не то, из Глеба знаешь ли отвратительный наставник. И еще, сразу говорю, я не согласна.

– Нет?

Я усиленно замотала головой.

– Почему? – недовольно сощурив глаза, он сложил руки на груди.

– Почему? – возмущенно переспросив, качнула головой. Ну надо же, он еще спрашивает. – Ты что шутишь? Я тебя вижу второй раз в жизни!

– Четвертый…

– И что? Да хоть десятый! – воскликнув, внезапно вспомнила об учебе. Черт! Я же сегодня иду в универ! – Сколько времени?

– Восемь тридцать три, – мужчина посмотрел на широкий циферблат, украшающий запястье, потом на меня.

– Ой-ё-ё…, – взгляд заметался по комнате в поисках обуви, руки потерли лицо, а потом попытались пальцами расчесать запутавшиеся волосы. – Где мои ботинки?

– Ты куда собралась? Мы не договорили.

– У меня учеба, опаздываю! – наконец под кроватью обнаружила один ботинок, в паре метров от него, в складках шторы второй. И как они там оказались? На мгновение замерев, переводила взгляд с одного на другой. Не помню. Ну и ладно. Уже нацепив ботинки и завязав последний шнурок, вдруг вспомнила, что все учебники и конспекты остались в квартире Глеба.

– Черт! – простонав снова потерла лицо. А еще было бы неплохо умыться, переодеться и позавтракать.

– Что?

– Все вещи у Глеба… – прикусив ноготь на пальце, нервно погрызла этот самый ноготь, решая, что же делать. А что решать то!? Ехать надо, к Глебу. А как не хочется то…. – Так!

Мужчина с легким изумлением смотрел на мои метания, когда же я нашла сумку и начала названивать в такси, аккуратно забрал телефон из дрожащих в нетерпении рук и ткнул куда-то в сторону.

– Ванная там. Умывайся и поехали.

– А? – хмыкнув, он развернул меня за плечи в нужном направлении. – Там. Минут десять тебе хватит?

Мне хватило шести минут. Стараясь не думать зачем в небольшой ванной лежат запечатанные щетки и явно новые расчески с чистыми полотенцами, быстро умылась и привела себя в порядок. С грустью покосившись на душевую кабинку, вздохнула и решила потерпеть, ограничившись лишь быстрым обтиранием влажным полотенцем.

– Готова?

Я лишь кивнула, а потом решила все же спросить:

– А мы где?

– В клубе. Тут иногда иногородние гости останавливаются, – объясняя на ходу, мужчина оправил ворот грубого свитера и подхватил лежащее на спинке стула пальто. – Значит ты решила закончить исторический?

– Ну да, – я неопределенно пожала плечами. – Хоть какой-то диплом.

– А не боишься? Ты же на педагога училась, специфика все же разная.

– Не сильно, – покусав губу, скосила глаза на уверенно шагающего мужчину. И много он обо мне знает? Вспомнив все четыре встречи пришла к неутешительному выводу – наверняка много.

Мужчина спрашивал о разных мелочах: что планирую, что хотела бы, что люблю, стараясь при этом не задевать прошлую жизнь, обходил вниманием сегодняшний инцидент и, самое главное, не рассказывал о себе, как бы я не пыталась переводить вопросы в интересующее меня русло. Он хмыкал, кивал, отделывался короткими «да» или «нет» и быстро сворачивал разговор, интересуясь новой ерундой.

А где то через час мы приехали, остановившись напротив нужного подъезда. Ловко вывернув руль, он с первого раза вписался в свободное пространство между двумя легковушками и заглушил мотор.

– Подождешь? – выходя из машины, удивленно подняла глаза, Марк повторил мои действия и уже закрывал свою дверцу. – Ты со мной?

– Конечно, я же сказал про ответственность.

– Но… – прижав сумку к груди, обернулась и взглянула на окна Глеба. – Я и сама могу.

– Конечно, пойдем, – пропустив мои слова мимо ушей, приобнял за талию.

– Марк! – я попыталась отстраниться и собрать разбегающиеся мысли в кучу. Это что получается? Это я распрощалась с замашками и претензиями Глеба чтобы попасть под диктат Марка?

– Да? Подожди… – отстранившись, посмотрела на мужчину, доставшего телефон и недовольно рыкнувшего в трубку: – Да!? Я занят…

Выслушав эмоциональный ответ абонента, сжал губы, превратившиеся в тонкую злую линию.

– Толик, не зли меня.

Я вздохнула и снова посмотрела на окна.

Надеюсь Глеба дома нет, не хотелось бы с ним сталкиваться. По идее, он должен быть на работе…

снова вздохнула и отошла от мужчины.

– Я пойду собираться.

Тот внимательно взглянул на меня и коротко кивнул.

Кошмар. Может идея с гостиницей была не такой уж и плохой? Подумаешь, пожила бы там, ну покосились бы на меня на ресепшне, ну потратилась бы… Последнее конечно не желательно, особенно если учесть, что карты у Влада я скорее всего не заберу, да оговоренный остаток у Глеба тоже. А может стать снова эгоисткой и рвануть к Максу? Не прогонит ведь…

Быстро перебирая ногами и бряцая вытащенными ключами, я поднялась на нужный этаж. Прислушавшись к тишине за обитой темным деревом дверью, выдохнула и вставила ключ.

Хоть бы Глеба не было… Хоть бы…

Потянув на себя открывшуюся дверь, еле сдержала стон разочарования, наткнувшись на широкую грудь, покрытую маленькими капельками воды и обтянутую тонкой, чуть влажной майкой.

Глеб был! И он стоял прямо передо мной, расставив ноги и опираясь руками о косяки проема.

– Ты где была? – зло процедив, наклонил голову вперед и медленно скользнул взглядом от моего ошеломленного лица до толстых подошв ботинок и обратно. – Ну?

Не повезло…

– Не твое дело, – прижав к груди многострадальную сумочку, поднырнула под его рукой и торопливо пошла к своей бывшей комнате. Здорово все же, что я не стала разбирать вещи с прошлого раза и они в основном так и лежали сложенные в саквояж. Значит берем его и ноут. Вроде бы все. Задумчиво осмотрев комнату, в которой мне довелось прожить часть такой маленькой новой жизни, удовлетворенно кивнула. Точно все. Оставшиеся мелочи можно купить. Эти вещи в принципе тоже, но вот учебники и тетради с записями мне пригодятся.

– У нас договор!

– У нас был договор, – повернувшись к Глебу, стоявшему в коридоре и сжимающему от злости кулаки, попросила: – Будь добр, отойди в сторону.

– Был, значит?

– Был, – открыто посмотрев в почерневшие глаза, напряженно сжала ручку саквояжа. Таким злым я парня еще не видела.

– Ну уж нет, детка, – подавшись ко мне, он схватил сумку за ручки и, резко дернув на себя, выдрал ее из моих рук. – А как же самый главный пункт?

Отбросив саквояж в сторону, схватился за мои плечи и с силой прижал к себе, впиваясь в губы.

– М…, – широко распахнув глаза, не раздумывая, размахнулась ноутбуком, спрятанным в сумку и ударила женишка по спине.

– Мари! – оторвавшись, он зло прошипел. – Слияние, и можешь валить на все четыре стороны.

Пока он пытался забрать сумку с ноутом, удерживая меня одной рукой, я, сцепив зубы, пиналась и царапалась, остервенело нанося парню как можно больше вреда, о том, что может последовать после, старалась не думать.

– Глеб? – парень замер и, тяжело дыша, медленно обернулся, я же, уже не сдерживаемая сильными руками, ударила женишка согнутым коленом в пах.

– Млять! – вытаращив глаза, он согнулся, прижимая ладони к пострадавшему органу.

Отскочив на пару шагов, попыталась убрать свисающие на лицо волосы, растрепавшиеся во время драки.

Макса на него нет! Брат бы быстро показал и рассказал о «слиянии» все!

Напряженно разглядывая ругающегося парня, посмотрела выше.

Марк.

А может и хорошо, что нет Макса… Похоже Глебу хватит и Марка.

Сглотнув, закрылась сумочкой, та все так же продолжала свисать с плеча.

Мужчина с каменным лицом подошел к стонущему парню, а потом, внезапно схватив его за ворот майки, резко поднял. Во все глаза разглядывая застывших противников, переводила взгляд с одного на другого. Марк был старше и явно массивнее, а так же, судя по всему, сильнее. В плюсах Глеба можно было бы назвать молодость и… да нет у него плюсов! Сволочь! А я… а я в который раз вляпалась, не сумев разобраться в человеке. Правильно брат говорил – дурочка малолетняя.

Черт… Как же обидно… И страшно…

Зажмурившись, постаралась сдержать набежавшие слезы.

Когда!? Когда я наконец начну заживу нормально!?

Я не слышала тихого разговора, не слышала криков и претензий Глеба, не видела занесенной для удара руки и следующего за ним стона. Я стояла, закрыв ладонями уши и зажмурив глаза, желая очутиться как можно дальше от этой квартиры и никогда не видеть и не вспоминать парня по имени Глеб.

– Пойдем, – вздрогнув, отшатнулась от разглядывающего меня исподлобья Марка.

– Пойдем, пойдем, – обняв за талию, он подтолкнул меня к двери, и не задерживаясь прошел мимо валяющегося на полу парня.

Кажется у него губы разбиты и синяк наливается…

У Глеба…

Кажется…

Закусив губу, рванула вперед и только на улице вспомнила о забытых вещах. Спрятав лицо в ладонях, застонала.

Подниматься наверх?

Не-е-ет…

– Марина?

– Тетрадки с ноутом и вещами, – больными глазами взглянув на напряженного мужчину, всхлипнула. – Не хочу туда…

Марк чертыхнулся и достал телефон, попутно разблокировав двери авто.

– Садись в машину. Сейчас, – отойдя на пару метров, он сказал пару фраз, а потом жестко рявкнул, приказывая.

Упав на переднее сидение, обхватила себя руками, только сейчас ощутив дикий холод и дрожь, сотрясающую тело.

Если бы не Марк…

Боже…

Перед глазами пронеслись моменты моей драки.

Драка… какое громкое слово… Смешно… Здоровый парень и маленькая я. Ни единого шанса.

О Боже…

Если бы не Марк… Если бы…

– Держи, – перед носом оказалась открытая бутылка с водой. – Пей.

– Я не…

Отодвинувшись, посмотрела на мужчину, непонятно когда оказавшегося на водительском сидении.

– Пару глотков, отвлечешься, – всучив мне бутылку, он прошептал: – Как же все не вовремя…

Простучав по рулю неизвестный нервную мелодию, решительно произнес:

– Значит так. В универ сегодня не едешь, едем обратно в клуб, придешь в себя, позавтракаешь. Голодная поди? – не став дожидаться ответа, включил зажигание. – Да. Так и сделаем. Кстати, что там у вас за договор был с Глебом? Не расскажешь?

Вцепившись обеими руками в бутылочку, проглотила воду, а потом прижала холодный пластик к разгоряченному лбу.

Договор… Какой… да идиотский, хотя на момент составления он казался верхом благоразумия.

Грустно хмыкнув, качнула головой.

– Марин? – поторопил с ответом Марк, и только я сейчас поняла, что он называет меня по старому, по родному имени, а не по новому – Мари.

– Почему ты меня так называешь?

– Как?

– Мариной.

– Потому что это твое имя. Мари тебе не подходит.

– Ну да…, – согласилась и отвернулась к окну, меня саму «Мари» коробит, впрочем как и обычное Маша. Вроде созвучное, но не мое.

– Так что там с договором?

– Ничего интересного, – пристально вглядываясь в проносящиеся мимо дома, прижалась щекой к стеклу. – Глеб меня вроде как обучал и предоставлял жилье, я доигрывала роль невесты.

– И все?

– Не совсем, – говорить о слиянии и деньгах почему-то не хотелось.

– Мариш? Мне нужно знать.

– Зачем?

– Я должен контролировать ситуацию, это во-первых, а во-вторых я должен знать, что у вас сегодня произошло с Глебом.

– Зачем? – повернув голову, исподлобья посмотрела на мужчину, а потом, вспомнив его слова, ехидно поинтересовалась: – Твоя ответственность, да? Я тебе конечно очень благодарна… За сегодняшнее… Но это не твое дело!

– Уже мое, – Марк строго смотрел вперед, лишь четче проявившиеся скулы показали, что поворот разговора ему не понравился.

А ну и что! Мне вон тоже многое не нравится! Особенно…

Черт!

Зажмурившись, отвернулась и сильнее необходимого сжала бутыль с водой.

– Обольешься, аккуратнее.

С силой ввинтив крышку, прошипела:

– Слушай, Марк, если тебя тоже интересует слияние, то иди ты к черту!

– Значит, слияние? – внезапно успокоившись, он усмехнулся.

– И что? Хочешь сказать что ты не в курсе идей Глеба? Да он о них на каждом углу орет!

– Не думал, что все так серьезно.

– Зря.

– И что вы делали? – мужчина явно посмеиваясь, заинтересованно на меня посмотрел.

– В смысле?

– Слияние… Как проходили?

Обхватив себя руками, посоветовала:

– У Стаса спроси, он инструкции присылал.

– Мариш, Стас далеко, а ты вот она, к тому же нам ехать еще минут двадцать. Рассказывай. Хотя… Можешь не рассказывать, ответь только на один вопрос.

– И какой?

– Как ты относишься к Глебу?

Смерив брюнета взглядом, выдавила:

– Отвратительно!

– После сегодняшнего? Или вообще?

– Это еще два вопроса.

– Не упрямься, это уточнение. Так как?

– Отвратительно! – повторившись, заметила веселые огоньки в серых глазах. – Что смешного?

– Да нет, ничего, – мужчина качнул головой с трудом сдерживая рвущийся наружу смех.

– Марк!

Сначала он пфыкнул, а потом все же расхохотался. А отсмеявшись, прохрипел:

– Он идиот.

– Ну да, ну да…, – согласно покивав головой, не стала уточнять, что нас таких было двое. Подумать только, слияние душ и увеличение возможностей! Курам на смех! То-то Марк ржет как лошадь и остановиться не может. Стас наверно тоже подхихикивал, когда инструкцию писал.

Ну их всех! Лесом!

– Все, приехали.

Машина вырулила на административную стоянку возле клуба.

– Вещи можешь не забирать, – мужчина кивнул куда-то назад, проследив за его взглядом, нашла свои сумки с одеждой, конспектами и ноутом, и когда только успел забрать? – Пообедаем, потом я тебя в квартиру отвезу, а сейчас завтрак.

– Какую квартиру?

– Мою. Не в клубной же жить. Все, давай, хватит болтать, время.

Время так время. Застегнув куртку, вылезла вслед за Марком, торопливо нажавшим кнопку сигнализации и посматривающим на часы. В клубе меня сдали с рук на руки невозмутимому Сергею, раздали обоим инструкции и напомнили, что встретимся за обедом. Проследив за широкой спиной, скрывшейся за поворотом, развернулась к моей невольной няньке:

– Веди.

А то ведь действительно, речь уже об обеде, а я еще не завтракала. Не порядок. Лишь через полчаса, когда запивала остатками чая нежное пирожное и думала о своих следующих шагах на сегодняшний день, внезапно поняла, что заняться то и нечем. И чистая одежда, необходимая после планируемого душа, и ноут, и даже конспекты остались в машине Марка.

День, не задавшийся с утра, тянулся таким же непонятным нечто до вечера. За все это время я несколько раз порывалась забрать вещи и умчаться в какой-нибудь отель, но каждый раз меня что-то останавливало: то отсутствие этих самых вещей, то ограниченность в средствах, то опасение встречи с Глебом. А потому, я снова решила рискнуть и плыть по течению, тем более, чего уж врать себе самой, сама этого хотела. Потому что… да, Марк мне понравился.

Глава 25

Обнимая подушку одной рукой, второй похлопала рядом и, вцепившись в убежавшее одеяло, потянула его на себя.

– Доброе утро, соня.

Зарывшись носом в подушку, попыталась абстрагироваться от низкого мужского голоса и провалиться в сон. Но кто же мне дал?

– Мариш? Время. Или ты опять не пойдешь в универ? Так я не против, но самой же скучно будет.

Универ!

Мысль аршинными буквами вспыхнула в сонном мозгу, прогоняя остатки сонливости. Открыв глаза, пару раз моргнула, фокусируясь на склонившемся надо мной лице.

– Марк?

– Кого-то другого ожидала? – не дождавшись ответа, мужчина склонился и нежно поцеловал, прихватив нижнюю губу и легонько потянув ее на себя.

– М-м-м…

Отстранившись, хмыкнул и снова поторопил:

– Давай скорее, завтракаем и поехали.

– Марк, это что опять…

– Не опять, а снова. Оу, – твердые губы растянулись в веселой улыбке, а глаза застопорились где-то на уровне моей груди. – Милые зайчики.

Опустив голову вниз, скрипнула зубами. Ну да, из ночнушек у меня только комплекты с зайцами оставшиеся в наследство от Манюни. И что? Чем богаты, тем и рады. Вот куплю себе квартиру, тогда и побалую себя… может быть. А может и нет. Осень на дворе, а из вещей только легкая куртка и пальто. А скоро зима…

– А что такое? Не нравится? – растянув губы в нарочитой улыбке, оттянула маечку. – По-моему, она прелесть.

– А кто спорит. Все, давай, жду на кухне, – посмеиваясь, мужчина поднялся и одернул задравшуюся футболку. – Ванная помнишь где?

– Да, – процедив согласие сквозь зубы, проконтролировала выход брюнета из моей временной комнаты и сама вскочила, утонув пальцами в длинноворсном ковре. Торопливо подхватив халат, с барской руки презентованный вчера Марком, поскакала в ванную, благо скакать пришлось не долго, всего метров десять, и я закрывала за собой плотную светлую дверь с молочным стеклом.

Как оказалось вчера, мужчина жил в просторной трехкомнатной квартире, расположенной в исторической части нашего города. Свет и простор, этими двумя словами можно охарактеризовать увиденные мною поздно вечером хоромы. Две большие спальни, одна из них хозяйская, вторая гостевая, кабинет, огромная кухня, поделенная на две зоны – собственно кухню и столовую, и такая же огромная ванная. На мой придирчивый взгляд, в последней так же можно было бы расположить дополнительную кровать, но это при желании. На мой закономерный вопрос, а не стесню ли я доброго хозяина, был получен категорический ответ «нет» и пояснение, что в данный момент он одинок, а потому мне будет только рад.

Ага. Я поверила. А почему собственно не поверить, когда эти слова были сказаны проникновенным тоном, при этом рука хозяина придерживала меня за талию, а глаза заглядывали в мои, внушая согласие.

Согласилась. Я хотела согласиться и согласилась. Все же я слишком привыкла, что многое решают за меня, а потому не хотела выходить из зоны комфортности. Сначала родители, они воспитывали и опекали, когда я была совсем малявкой, потом брат. Он зорко следил за мной в школе и универе, объясняя особо ретивым и ненужным поклонникам всю их неправоту, потом эстафету принял Вадим. О нем конечно лучше не думать, со своей работой муж все же не справился, хотя по началу моя жизнь была очень не плохой. Потом Глеб, об этом эпизоде тоже лучше забыть, а вот теперь Марк.

Ма-а-арк…

Покатав на языке имя мужчины, вздохнула.

С одной стороны он мне нравился, действительно нравился как мужчина. Нравились его настойчивость и некая деликатность. Он ясно дал понять что хочет и в то же время не несся к цели, сминая все и вся на своем пути. И это импонировало.

С другой стороны он меня пугал, и я все никак не могла понять, чем. С самой первой встречи, когда я удрала от него сверкая пятками, в его глазах изредка мелькало что-то странное, дикое, животное.

Потерев заспанное лицо, удивленно покачала головой, надо же, «животное». Какой бред…

Быстро умывшись и приняв душ, снова завернулась в халат и, завязывая пояс, направилась на кухню.

– Ты быстро, – глянув на меня из под удивленно приподнятых бровей, мужчина отвернулся и что-то помешал на скворчащей сковородке. – Яичницу с помидорами будешь?

– Угу, – плюхнувшись за небольшой столик с интересом наблюдала за экономными действиями брюнета, итогом которых явилось белое блюдо с симпатичным желто-розовым содержимым, разбавленным яркой зеленью укропа. – Спасибо.

– Пожалуйста, – мужчина мягко улыбнулся и заработал вилкой. Я тоже решила от него не отставать, особенно когда посмотрела на большие часы с гирями, украшающие комнату.

Быстрее, быстрее, быстрее.

Бубня себе под нос, я быстро затолкала в себя завтрак и побежала в комнату, одеваться.

Скорее, скорее, скорее.

Прыгая на одной ноге, вторую пыталась засунуть в штанину, но, не удержав равновесия, повалилась на кровать, и уже там с горем пополам справилась с узенькими джинсами.

Быстрее, быстрее, быстрее.

Мельком посмотрев на себя в зеркало, помахала расческой, и все же решила подкрасить глаза, делая себя чуточку ярче. Нет, в принципе мне неплохое тело досталось и лицо тоже, очень даже… Но кому не охота сделать себя капельку краше, вот и я не удержалась, в итоге ресницы стали длиннее и гуще, а глаза выразительнее. На мой предвзятый взгляд очень даже не плохо.

Последний раз посмотрев на себя в зеркало, улыбнулась отраженной там синеглазой брюнетке и побежала поторапливать Марка.

– Марк? – вылетев в коридор, схватила ботильоны и вздрогнула, когда практически над ухом раздалось удивленное хм-м-м.

– Ты всегда так носишься?

– Нет, только когда опаздываю… Ты уже готов? – застыв с ботильоном в одной руке, оценила внешний вид собеседника. Неплохо, очень даже неплохо. Узкие темно-синие джинсы, черный тонкий свитер и черная куртка. Везет мне на красавчиков. Смертельно можно сказать.

– Все нормально?

– Да, – пробурчав, отвернулась и быстро обулась.

Может брату позвонить? Он старше, опыта больше, в конце концов, ему ни Вадим, ни Глеб не понравились. А это что-то да значит. И вообще, надо же поинтересоваться, как там у него с личной жизнью? Вот и я думаю, надо.

– Значит, поехали. Сейчас я тебя завезу, а заберет Сергей.

– Зачем? Я и сама могла бы…

– Мариш, – Марк недовольно качнул головой. – Ты после больницы – раз, район для тебя новый – это два, ну а три, давай-ка исключим встречу с Глебом.

– Но…

– Пойдем, пойдем.

Уже сидя в машине, я раздумывала над третьим аргументом. Если первый я принимала и соглашалась, второй откровенно считала чушью. Ну я же не маленькая девочка, чтобы заблудиться в трех соснах? А третий же вводил меня в уныние. С Глебом встречаться не хотелось. Категорически. Ни под каким предлогом. Меня до сих пор в дрожь бросало, как я вспоминала его выходку. Но если рассуждать здраво, он же не совсем идиот, ведь правда?

– Если что, звони сразу. Договорились?

Мы уже подъехали к автобусной остановке, напротив которой находилась дорожка главного входа в универ, и Марк, заглушив мотор, скептически оглядывался по сторонам. Не знаю уж, что ему не нравилось. Студенты, как студенты кругом. Как обычно: торопятся, ругаются, смеются, чудят, но между тем он все же вытряс с меня обещание звонить, а на вопрос «что может случиться», туманно пояснил:

– Ну мало ли…

– Хорошо, договорились, – вздохнув, потянулась к ручке блокиратора.

– Ты ничего не забыла?

– А? – развернувшись на насмешливый голос, поймала короткий поцелуй.

– Вот теперь все, маленькая.

– Ага…

Кивнув китайским болванчиком выпала из машины и, сделав несколько шагов, обернулась. Машина марка все еще стояла возле остановки, а сам он, облокотившись на руль, внимательно смотрел на меня. Нервно улыбнувшись, помахала рукой и побежала к универу.

Осталось минут десять до звонка, а мне еще расписание надо бы уточнить на кафедре. Подруг к сожалению у Манечки не было и в этот «страшный» мир знаний и подводных течений мне придется вступать в одиночку.

Минут через пять я стягивала куртку и внимательно вчитывалась в расписание пар. Первой значилась историография, второй шла новейшая история стран Америки, а третьей – иностранный язык. Вчитываясь в эти три строчки, судорожно пыталась вспомнить хоть что-то по первым двум, и если по новейшей истории я еще могла наскрести в голове хоть какие-то мысли, то что такое «историография» откровенно не понимала. Это историческая география, или что?

– Мари?

– А? Анна Васильевна? Здрасти… – за моей спиной поблескивая серыми глазами в окружении пушистых черных ресниц стояла не мертвая.

– Решилась таки? Я уж подумала после вчерашнего…, – чему то нахмурившись, она встрепенулась и бодро скомандовала: – Пойдем в кабинет.

– У меня пара…

– Ничего, скажешь Алексею Палычу, что я задержала, – развернувшись, женщина уверенно направилась к своему кабинету, и если я огибала и обходила возникающих словно из ниоткуда студентов, то Анна плыла королевой, те сами расступались, образуя перед ней четкий просторный коридор. Я даже позавидовала. Вот это женщина!

– Проходи, – кинув уже на знакомый стул, сама она села в свое удобное кресло и с удовольствием расслабилась. – Чай будешь?

– Нет, спасибо.

Замерев, она окинула меня быстрым взглядом и хмыкнула:

– Мари? Давай сразу договоримся, сейчас ты здесь не как студентка Александрова, а как… ну пусть будет родственница. А родственникам нужно помогать. Понимаешь?

– Ага…

Но почему то это ее «родственница» меня еще больше напрягло.

– Да-а-а, ничего ты не понимаешь. Ладно, оставим. Значит так, на кафедре все знают об аварии, коме и маленькой проблеме.

– Эм?

– С памятью… – уточнив, Анна потянулась и взяла лежащую с лева длинную тонкую ручку, которую при желании можно было бы использовать вместо указки. – Поэтому спрашивать и наседать сильно не будут. До сессии как-нибудь дотянешь, а там уже и дипломная. Кстати писать ее будешь у меня. С темой позже определимся. Твоя задача, – острый конец ручки указал в мою сторону. – Присутствовать по возможности на каждой лекции и внимательно слушать, если что не понятно, подходишь к преподавателям или ко мне. Договорились?

– Ага…

Где-то это уже было… Про договорились… Но черт с ним. Анна предлагала замечательный вариант, с ее помощью я действительно могу закончить курс, а потом и диплом написать.

– Вот и ладненько. И да, в неформальной обстановке зови меня по имени, Анна. А теперь давай, топай, бедный Алексей Палыч заждался.

– Спасибо.

– Иди, иди, – женщина отмахнулась и открыла толстый журнал с записями.

Уже подойдя к двери и взявшись за ручку, внезапно вспомнила, куда именно я иду, а раз предложили обращаться с разными вопросами, то почему бы не начать с истори чего-то там?

– Анна? А что такое «историография»?

– О? – она улыбнулась и чуть наклонила голову набок, отчего стала казаться моложе и… теплее? – Это такая гадость. Ну кому интересно знать как развивалась история и сравнивать труды каких-то замшелых дедов? – Анна передернула плечами и поморщилась, а потом заговорчески прошептала: – Но не вздумай об этом говорить Алексею Павловичу и тем более на экзамене. Тебя даже проблемы с памятью не спасут.

Хихикнув, я закрыла за собой дверь. И почему я считала ее холодной снежной королевой? Да красивая, да уверенная, да… классная? О, да!

Торопливо переставляя ноги, бежала по пустому коридору в нужную аудиторию. Благо хоть примерно помнила, где она должна быть, в бытность мою студенткой, мы облазили весь универ, и эти знания мне сейчас ох как пригодились. Крыло Б, этаж три. Поднявшись по лестнице, сверилась с табличкой над дверью и выдохнула. Б311.

Ура?

Пару раз стукнув для проформы, заглянула в приоткрывшуюся дверь, сразу же заметив преподавателя – пожилого мужчину лет шестидесяти с округлым лицом и блестящей лысиной. Оперевшись о кафедру, он что-то пространно вещал притихшей аудитории.

– Здрасти?

– Александрова? – мужчина приспустил очки и внимательно меня осмотрел. – Что ж ты так вовремя?

– Простите, – выдохнув, поспешила оправдаться: – Я у Анны Васильевны была.

– Если у Анны Васильевны, – преподаватель снял очки и, неторопливо их протерев, кивнул в сторону столов. – Проходи. Тема на доске. Итак…

Больше не обращая на меня внимания, он стал вещать о Второй Мировой войне и ее влиянии.

Скользнув мышкой, нашла самый подходящий на мой взгляд свободный стол и с чувством удовлетворения села, попутно ловя на себе недоуменные взгляды девчонок и парней.

Та-а-ак… похоже это не мое место… Было. Теперь мое. Близость окна, нечто среднее между галеркой и передними партами – то, что доктор прописал.

Быстро достав пустую тетрадь, принялась строчить самое важное, ну на мой взгляд, пока не почувствовала пристальное внимание справа. Подняв голову, медленно повернулась. В паре столов от меня сидела симпатичная блондинка и усиленно хмурилась, при этом недовольно кривя губы. Приподняв брови в ответ на недовольно-изучающий взгляд, дождалась ее фырка. Потеряв ко мне интерес, девица обратила пристальное внимание на сидевшую рядышком подружку и о чем-то зашепталась.

– Горинец? Я Вам не мешаю?

Старик прервался и приспустил очки, пристально всматриваясь в замолкшую девчонку.

– Ну что же вы засмущались? Займете мое место?

– Простите, Алексей Павлович, просто я хотела уточнить один момент, – манерно протянув, девица выпалила: – Вы говорили о влиянии факторов, но мы ведь знаем, что чтобы не случилось, всегда находятся люди, преданные мечте и своему делу.

– Горинец, Вы плохо меня слушали…, – вздохнул мужчина. – Этот момент разберете самостоятельно. А сейчас…

Вскоре пара закончилась, как и мои бесплотные попытки не отвлекаться на разглядывания одногруппников и на прислушивания к раздающимся то там, то здесь шепоткам.