Текст книги "Антропология. Хрестоматия"
Автор книги: Ирина Москвина-Тарханова
Соавторы: Л. Рыбалов,Т. Россолимо
Жанры:
Прочая научная литература
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 30 страниц)
Ранний человек был медлительнее и слабее, чем крупные хищники, и не имел такого естественного оружия, как клыки и когти. И все-таки ранние гоминиды научились компенсировать эти недостатки. Они стали придавать кускам камня, костей и дерева форму, позволяющую резать, скрести и копать. В отличие от клыков и когтей, такие орудия можно было собирать, хранить или по своему желанию менять одно на другое. Со временем эти орудия дали человеку беспрецедентную власть над окружающей средой.
Первыми орудиями, вероятно, были осколки костей, острые палки и подносы из коры для сбора пищи. Такие, в основном непрочные орудия не сохранились. Но камень оказался долговечнее. Мы знаем, что ранние гоминиды в Эфиопии сознательно расщепляли небольшие камни, возможно для того чтобы получить твердые, острые края для резки мяса» (с. 111–112).
Кларк Дж. Д. «Доисторическая Африка», 1977:
«[…] Каменные орудия на жилых стоянках являются для нас еще более убедительным свидетельством того, что человек главным образом в поисках и приготовлении пищи, а также самозащиты полагался на отобранные или изготовленные своими собственными руками орудия. Оставив на время спорные «орудия» из костей в пещерах Южной Африки, обратим внимание на не вызывающие сомнений в своем назначении каменные орудия, относящиеся к жизни на определенном месте и представляющие собой не оружие, а хозяйственный инвентарь. Эти орудия относятся к культуре, которая получила название «олдувайская», по характерной стоянке в Олдувайском ущелье. […]
Жилые стоянки обнаружены в слое I и в основании слоя II Олдувайского ущелья. Они дают уникальные данные о характере поселений ранних гоминид. Эти стоянки представляют собой небольшие скопления хозяйственных отходов. Один такой участок (FLKI), с которым связано обнаружение зинджантропа – овальной формы, размером 21X15 футов – содержал некоторое количество костных фрагментов, каменные орудия и стружку. На стоянках находят необработанные камни, принесенные издалека, – манупорты и камни, которыми колотили и наносили сильные удары. Здесь встречаются каменные орудия, выполненные техникой скола, – чопперы с одно или двусторонней обработкой, придающей рубящему краю неправильную форму; многогранники, дискоиды, скребки, сверла и сфероиды, а также некоторое количество использовавшихся в качестве орудий отщепов. Встречаются и неиспользованные отщепы. Господствуют три основных вида орудий: камни-многогранники для нанесения удара, чопперы и ножи из отщепов. Их производство не содержит никакого секрета; это орудия малых размеров, для выделки которых не существовало каких-либо установленных норм. Однако рубящие края орудий из отщепов явно свидетельствуют о наличии зачаточных знаний по обработке камня. Подобные коллекции орудий могут относиться к самому началу эпохи обработки камня. […]
Одна особенно интересная базовая стоянка (DKI), обнаруженная в самом основании Олдувайского ущелья, содержит четко выделенное скопление камней вместе с обычными отходами обработки камня и кости, а также орудиями олдувайской культуры. Это позволяет предположить намеренное складывание камней, возможно, в форме какого-либо укрытия. […]
Орудия олдувайской культуры из слоя I Олдувайского ущелья: 1,2 – отщепы с несколькими сколами; 3 – обработанный каменный желвак с выемчатым лезвием, носящим следы использования; 4.5 – чопперы с двусторонней обработкой; б – скребок из отщепа; 7 – проторубило; 8 – чоппер с односторонней обработкой. Кварц и лава.
Укоренилось неправильное представление, что олдувайские орудия изготовлялись из гальки, и термин «галечная культура» употреблялся в качестве синонима термина «олдувайская культура». Там, где галька и булыжник встречались в большом количестве, они действительно часто использовались, но исследования в Олдувае показали, что для изготовления орудий в равной мере применялись глыбы и крупные куски лавы и кварца. Помимо Олдувайского ущелья существует очень много стоянок, где были обнаружены точно датируемые материальные предметы олдувайской культуры. Такие стоянки встречаются в древнейших отложениях осадочных пород Атлантического побережья Марокко и в речных осадочных отложениях в Айн Ханеш (Тунис).
[…] Многочисленные многогранники и другие крупные камни служили, по-видимому, не только для дробления костей и разделки плотных кусков кожи животных (также употребляемой в пищу современными охотниками), но и для раскалывания орехов и толчения волокнистых частей растений. Как показал эксперимент, так называемые чопперы могут эффективно использоваться для заострения палки, которой легко выкопать скрытые в земле съедобные растения или обитающих в норах мелких животных; чопперы могут также употребляться для резки, если их использовать по принципу работы пилы. Необработанные отщепы представляют собой эффективные орудия для резки и свежевания. Встречающиеся время от времени на костях следы износа также предполагают их использование (хотя и не преднамеренную обработку) гоминидами. На двух сломанных костях, обнаруженных вместе с материалом олдувайской культуры в слое I (FLK NNI и FLK северный), заметны бороздчатые следы и отшлифованная поверхность, которые сходны со следами изнашивания, получающимися в результате скобления кожи или копки земли. […]
Таким образом, орудия олдувайской культуры представляют собой основной инвентарь, необходимый для того, чтобы обеспечить снабжение разнообразной растительной и животной пищей, которая доставлялась на базовую стоянку. Очевидные свидетельства подобного образа жизни дают нам костные останки животных, обнаруживаемые на стоянках, однако детали до сих пор не опубликованы. По описанию фаунистических останков с одной стоянки (FLKI), они принадлежали в основном животным мелких и средних размеров, хотя в то же время там встречались кости и более крупных животных. Находки отдельных особей, как правило, состоят только из немногих частей скелета, что в наибольшей степени относится к немногочисленным находкам крупных животных. Это, по всей вероятности, указывает на важную роль, которую играло употребление в пищу падали в дополнение к питанию мясом, хотя вместе с тем это может отражать обычаи охотников, по которым туши убитых животных разделывались и частично съедались или же распределялись вне пределов базовой стоянки. […] Отдельные животные вместе с тем могли служить добычей лишь при наличии навыков коллективной охоты, и новейшие исследования охотничьих привычек шимпанзе показали, что к настоящему времени навык коллективной охоты стал у них неотъемлемой частью образа жизни (с. 60–64).
Подходя к исследованию доисторического периода через изучение приматов, в особенности шимпанзе, наиболее близких из ныне существующих родственников человека, мы получаем возможность определить минимальный уровень умственного и социально-экономического развития, который был достигнут гоминидами раннего плейстоцена. То, что было в действительности, находится посередине, хотя, пожалуй, несколько ближе к шимпанзе.
На тесную связь между эволюцией мозга и развитием технических навыков было обращено особое внимание [255]. Более эффективное приспособление к охотничье-собирательскому образу жизни явилось следствием развития технических навыков, что, в свою очередь, оказалось возможным в результате увеличения частей мозга, связанных с умением передвигаться и способностью к общению. Таким образом, культурная эволюция и увеличение размеров мозга находятся по отношению друг к другу в прямой зависимости. Сравнительная быстрота, с которой (как предполагается) австралопитек африканский превратился в Homo habilis (в то время как австралопитек массивный оставался биологически законсервированным, пока не вымер в результате борьбы за существование), оказалась возможной лишь благодаря умелому изготовлению и использованию орудий, что впервые практиковалось грациальным видом» (с. 67–68).
Фоули Р. «Еще один неповторимый вид», 1990:
«Значительное увеличение числа ископаемых находок, а также улучшение их сохранности позволяют нам с некоторой точностью реконструировать процесс филогении гоминид. Ушли в прошлое представления об однолинейном характере эволюции, где, как по лестнице, осуществляется переход к высшим формам. На смену им пришла более разнообразная и сложная эволюционная история. Однако даже сейчас наука не пришла к полному согласию относительно всех деталей этой филогении (рис. 2.11)» (с. 5254).
Рис. 2.11. Альтернативные филогенетические схемы эволюции ранних гоминид: A. Walker, Leakey, 1978; В. Johanson, White, 1979.
Человек прямоходящий (Homo erectus) (Архантроп)Харрисон Дж. и др. «Биология человека», 1979:
«Первые останки Homo erectusбыли найдены в 1891 г. на Яве Дюбуа (Dubois), который ввел для их обозначения родовое название Pithecantropus.Более поздние находки были сделаны на Яве Кенигсвальдом, Джекобом и Сартоне (Koenigswald, Jacob a. Sartone) в основном в районе Сангирана. Ископаемые останки обнаружены в двух геологических горизонтах: 1) тринильском, относящемся к среднему плейстоцену, абсолютный возраст которого оценен в 700 тыс. лет у основания и в 500 тыс. лет – у вершины. […] Найденные в триниле формы весьма однородны, и средний объем мозговой коробки (для 5 черепов) составляет 860 см. В их число включен, однако, и недавно найденный, хорошо сохранившийся череп (образец VIII) с объемом мозговой коробки 1029 см 3. […]
Ископаемые останки из нижней пещеры Чжоу коудянь близ Пекина (их раньше относили к роду Sinanthropus)характеризуются более прогрессивной морфологией, чем яванские останки, и относятся они к более позднему времени, чем формы, найденные на Яве. Объем мозговой коробки варьирует от 915 до 1225 см. Вейденрейх провел детальное сравнение всех ископаемых, обнаруженных на Яве и вблизи Пекина. Из 120 морфологических признаков синантропа 74 можно было использовать для прямого сравнения. При этом оказалось, что по 57 признакам (из 74) обе формы весьма сходны; выраженные различия отмечены лишь по 4 признакам. […]
Ископаемые останки Homo erectusв Европе и в Африке крайне скудны. Они относятся примерно к тому же периоду, что и пекинская или трипильская формы, и сходны с последними по многим признакам, […] лучше сохранившегося черепа из Петралопы объем мозговой коробки составляет лишь 1120 см (с. 88–89).
Homo erctus
В таблице 4.2 перечислены ископаемые останки, которые обычно относят к этому виду, с указанием географического местоположения находок, (сокращенный вариант).
Таблица 4.2 (с. 86–88) Ископаемые останки гоминид
| Ява | Триниль | Крыша черепа и бедренная кость | Питекантроп I (P. erectus) | Тринильский, 500–700 тыс. лет |
| Ява | Сангирап | Крыша черепа | Питекантроп II (P. erectus) | Тринильский, 500–700 тыс. лет |
| Китай | Чжоу-коу | Примерно 14 индивидуумов (в основном черепа и зубы) | Синантроп (Sinanthropuspekinensis) | 300 тыс. лет |
| Алжир | Тернифин | 3 нижние челюсти и небольшой обломок теменной кости | Атлантроп (Atlanthropus mauritanicus) | 300 тыс. лет |
| Танзания | Олдувай | Фрагменты крыши черепа и несколько костей скелета | – | Верхний пласт II, 700 тыс. лет (пласт IV) |
| Германия | Гейдельберг | Нижняя челюсть | Homo heidelbergensis | Гюнцминдельское межледниковье |
| Греция | Петралона | Череп | – | Ср. плейстоцен |
Хотя мы знаем очень мало об этих западных формах, имеющиеся данные говорят о том, что они в целом соответствуют яванским и пекинским формам и относятся к одному с ними виду. При этом следует учитывать возможность значительной географической изменчивости в пределах вида. […]
У Homo erectusмы ясно обнаруживаем как «примитивные», так и более «прогрессивные» признаки и можем рассматривать его морфологический статус как промежуточный между Australopithecusи Homo sapiens.
Основные примитивные признаки Я. erectusтаковы:
1. Кости черепа очень толстые.
2. Сильно развитый надглазничный валик, не прерывающийся на всем протяжении.
3. Очень покатый лоб.
4. Мощный затылочный гребень. […]
10. Массивная нижняя челюсть.
11. Отсутствие выдающегося вперед подбородка.
12. Образование нескольких подбородочных отверстий.
13. Крупные верхние резцы.
Прогрессивные признаки Н. erectusследующие:
1. Объем мозговой коробки превосходит минимальные величины для Н. sapiens; выпуклый черепной свод.
2. […]
3. Относительные размеры лицевого черепа меньше, чем у австралопитека.
4. […]
6. Зубная дуга параболической формы.
7. Морфология зубов ближе к Homo sapiens,чем к австралопитеку.
8. Начальная стадия развития подбородка (у пекинского человека).
9. Кости конечностей по размерам и пропорциям аналогичны костям Homo sapiens.
Особенность, которая бросается в глаза, – это резкое отличие формы черепа у Homo erectusот таковой у австралопитека, не исключая и наиболее развитых его форм, подобных «Н. habilis»(из Олдувая). […] Все имеющиеся данные указывают на то, что общая морфология скелета у Н. erectusи современного человека одинакова. Н. erectusобладал всеми необходимыми приспособлениями для прямохождения. […] Древнейшие останки Homo erectus,по-видимому, не старше 1 миллиона лет.
Мы не можем сказать, где именно произошел переход от австралопитека к Н. erectus,тем более, если согласиться с тем, что «мегантроп» представлял собой азиатскую разновидность австралопитека. […] Принято считать, однако, что предки гоминид обитали в Африке, и что именно на этом континенте происходила начальная стадия их эволюции. В пользу этого говорят находки ряда последовательных форм австралопитеков на Африканском материке и близкое родство человека и современных человекообразных обезьян, обитающих в Африке. Тем не менее стоит вспомнить о рамапитеке, существовавшем в Азии. Не исключено, что на Азиатском континенте происходила параллельная эволюция гоминид в направлении Homo.Наиболее вероятно, что более поздние формы австралопитеков или ранние формы Н. erectusраспространились из Африки в Азию. Каков бы ни был истинный ход эволюции гоминид, можно быть уверенным в том, что с появлением Н. erectusгоминиды значительно расширили область своего обитания в Старом Свете, постепенно заселив более удаленные от экватора области и страны умеренного пояса. Имеются указания на то, что пекинский человек умел добывать огонь» (с. 91–92).
Ламберт Д. «Доисторический человек: Кембриджский путеводитель»,1991:
1. Homo erectus 2. Homo sapiens sapiens
«Homo erectusжил от 1,6 миллиона до 200 тысяч лет назад, а возможно, и в течение более длительного периода. Появившись впервые, вероятно, в Африке, отдельные группы распространились потом в Европу, Восточную Азию (сюда относится пекинский человек, или Sinanthropus)и Юго-Восточную Азию (яванский человек, или Pithecantropus).По всей видимости, темпы эволюции отдельных изолированных популяций были различны.
Передовая технология, включавшая применение стандартного набора орудий труда, охота на крупную дичь, пользование огнем и усовершенствование методов строительства продвинули человека прямоходящего далеко вперед по сравнению с предшествовавшими ему гоминидами, предоставив этому виду возможность существовать в новых природных и климатических условиях» (с. 120–121).
Ламберт Д. «Доисторический человек: Кембриджский путеводитель»,1991:
«Скопления костей и каменных орудий находят на тех местах, где семейные группы или более крупные объединения Homo erectusразбивали свои стоянки. Большинство из стоянок служило пристанищем лишь в течение нескольких дней, пока люди планировали охоту, свежевали туши убитых животных и делили между собой их мясо, собирали съедобные растения. […].
Но человек прямоходящий нередко сооружал и укрытия, которые известны по находкам в прохладных северных районах. В Торральбе и Амброне (Испания) обнаружены выложенные но кругу камни. Подобные каменные круги остаются и сейчас на местах установки эскимосских жилищ – сшитых из шкур шатров, средняя часть которых поддерживается центральным шестом, а края придавливаются к земле тяжелыми камнями. На стоянке Терра Амата близ французского города Ниццы на площади 90 кв. миль (235 км 2) сохранились старые жилые площадки. […] Самые крупные хижины этой сезонной стоянки на морском берегу могли вмещать до 20 человек.
Близ Тотавеля во Французских Пиренеях и Чжоукоудяне около Пекина охотники жили в пещерах. По-видимому, в пещеру Араго (Франция) они приходили в те или иные сезоны вслед за мигрирующей дичью. Но обнаруженный в Чжоукоудяне слой пепла толщиной 19,7 футов (6 м), может быть, является следствием длительного пребывания людей.
Огонь был, по-видимому, знаком людям еще до появления Homo erectus. […]Но можно утверждать, что именно Homo erectusпервым начал систематически использовать огонь для обогрева, приготовления пиши, защиты от хищников и для охоты на диких животных.
Для человечества все эти достижения означали важные изменения – культурное развитие теперь приобретало большее значение, чем биологическая эволюция (с. 134–135).
На ряде стоянок человека прямоходящего найдены серьезные доказательства того, что эти предприимчивые гоминиды не просто собирали растения и срезали мясо с туш убитых хищниками животных, но и сами активно охотились на крупную дичь, объединяясь для этого в группы с тем, чтобы спланировать и осуществить совместное преследование или засаду. Находки, обнаруженные на трех континентах, дают представление о приемах охоты и о животных, которые были ее объектом. […]
В Олоргесэйли (Кения) имеется одна стоянка с останками 50 обезьян – симопитеков. Древние люди, вероятно, забили дубинками целое спящее стадо этих крупных вымерших к настоящему времени бабуинов точно так же, как это еще делают и по сей день некоторые танзанийские племена, охотясь на современных потомков этих обезьян. […]
Самые впечатляющие данные из Азии относятся к пещере Чжоукоудянь близ Пекина. Здесь, судя по пещерным отложениям, человек прямоходящий убивал и поедал кабанов, бизонов, оленей, газелей, лошадей и носорогов. Разбитые кости человеческих конечностей и человеческие черепа с выломанным основанием свидетельствуют о том, что эти охотники были каннибалами, которые любили головной и костный мозг особей, принадлежащих к их же собственному виду. […]
Некоторые данные позволяют думать, что при этом они пользовались деревянными копьями с каменными наконечниками. Но, какие бы способы ни применялись, охота была связана с риском, и этим можно объяснить то, что большинство черепов Homo erectus имеют следы старых заживших повреждений» (с. 132–133).
Ламберт Д. «Доисторический человек: Кембриджский путеводитель», 1991:
«Около 1,6 миллиона лет назад в Восточной Африке появился новый своеобразный тип каменных орудий. Это так называемое ручное рубило состояло из куска камня размером с кулак, которому была придана форма, напоминающая ладонь или сплющенную грушу; острые кромки камня были образованы путем скалывания отщепов с обеих сторон. Эксперименты показывают, что это орудие использовалось главным образом при разделке туш, которые были предварительно освежеваны при помощи острых каменных отщепов, имевших форму топоровидных лезвий (кливеров).
Самые первые ручные рубила появились примерно в то же время, что и Homo erectus.Поскольку для изготовления подобных однотипных орудий требовалась немалая сообразительность, можно заключить, что их вероятным изобретателем был именно этот высокоразвитый гоминид.
К числу орудий древнего каменного века относятся рубила, топоровидные кливеры, скребла и отщепы; они называются ашельскими по находкам в СентАшеле на севере Франции; их возраст насчитывает 300 тысяч лет. Ашельская технология изготовления орудий распространилась в Индии и Европе, где она продолжала существовать примерно еще 100 тысяч лет назад, но, очевидно, так и не дошла до Индонезии и Китая» (с. 130).
Кларк Дж. Д. «Доисторическая Африка», 1977:
«Ашельский культурный комплекс представляет собой наиболее распространенную и после олдувайской культуры наиболее длительную известную нам традицию изготовления каменных орудий. Однако до сих пор нет достаточно надежных средств для точного датирования ашельского периода. […] Единственная калийаргоновая датировка для материала образования Хумбу – 1,4–1,6 миллиона лет назад. […]
Коллекции орудий заключительных стадий позднего ашеля имеют возраст приблизительно 60 тысяч лет [61, с. 236]. В других районах ашельская традиция в своей развитой форме продолжалась, как полагают, до 40 тысяч лет назад, приобретя к тому времени более специализированные черты и более ярко выраженные региональные особенности. Таким образом, ашельский культурный комплекс длился, вероятно, один миллион лет. […]
Можно было ожидать, что в течение столь длительного времени, каким явился ашельский период, каменные орудия должны были претерпеть определенные видоизменения, став разнообразнее по составу и сложнее в изготовлении. В действительности так и произошло, хотя степень усовершенствования орудий оказалась не столь значительной, как можно было предполагать для периода более чем в полмиллиона лет. Все данные указывают на то, что эволюция предметов материальной культуры характеризовалась чрезвычайно замедленными темпами (с. 71–73).
Орудия нижнего ашеля: 6 – рубило с долотообразным концом (Тернифин, Алжир); 8 – кливер, изготовленный из отщепа типа комбева (Тернифин, Алжир)
[…] Одной из наиболее разительных особенностей материальной культуры среднего плейстоцена является всеобщее «единообразие», которое наблюдается в каменных орудиях. Всеобъемлющее сходство между коллекциями предметов материальной культуры ашеля и развитого олдувая, вне зависимости от их местоположения, позволяет сделать вывод о едином образе жизни. Характерные особенности и различная распространенность отдельных типов орудий, как мы уже убедились, вполне очевидны. Однако здесь нигде не существует той основной региональной специализации, которая характерна для орудий верхнего плейстоцена. Рубила из Европы, Южной Африки и с Индостанского полуострова являются, по существу, однотипными орудиями, и это также относится к остальному крупному и мелкому инвентарю» (с. 96).
Ламберт Д. «Доисторический человек: Кембриджский путеводитель», 1991:
«Между тем культуры изготовления более грубых рубящих орудий (чопперов), принадлежащие к тому типу, который называется олдованским, распространились в Европе и Азии от Ближнего Востока до Явы, Филиппин и Чжоукоудяня в Северном Китае.
[…] В одних местах ашельская технология и изготовление чопперов из ядрищ существовали бок о бок, а в других местах способы изготовления орудий, вероятно, зависели от тех материалов, которые имелись в наличии в том или ином месте, либо от того конкретного вида работы, для которой они предназначались.
К остаткам других орудий человека прямоходящего относятся «наковальни» (рабочие плиты) и ударники (отбойники). Некоторые из первых известных нам сверл, лезвий и зубил и ранние образцы костяных и деревянных орудий происходят из Амброны и Торральбы в Испании; остатки деревянной чаши найдены в Ницце во Франции» (с. 130–131).
