Текст книги "Белль. Месть прошлого (СИ)"
Автор книги: Ира Далински
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 10 страниц)
Пробудилась же я от резких движений. Не знаю был ли это сон или явь, но как будто кто-то нес меня на руках и положил в мягкое облачко. Я хотела открыть глаза, на которые словно бы и правда повесили тяжелые камни.
Что-то холодное прикасается к рукам, непонятно откуда взявшийся яркий свет ослепляет глаза, не дает возможности их открыть.
А еще, я чувствую на себе дыхание. Довольно размеренное, с запахом сигарет.
–...ш-ш-ш! Разбудите ее и вы трупы, – послышалось чье-то отдаленное шипение. – Доктора ко мне немедленно!
Когда вокруг все утихло, я снова попыталась прийти в себя. Грубый кашель вырвался из горла, раздирая легкие пронзительной болью. Кашлять лежа не представлялось возможным, из-за чего я привстала, спиной прижавшись к стенке.
Уже вытирая слезы, вызванные болезнью, я заметила, что вчерашняя локация поменялась на небольшую спальню. В горле неприятно першит. Хмурюсь, однако продолжаю рассматривать комнату. Здесь желтый свет и все вокруг кажется на редкость таким уютным, даже длинные многослойные шторы, скрывающие высокие окна. Односпальная кровать, на которой я сижу, и вся остальная мебель выполнена в стиле конструктивизм. Точно как в моих подростковых мечтах о будущем жилье. Это замечание навивает меня на некоторые мысли, которые я тут же выбрасываю из головы.
Стягиваю с себя одеял и босиком подхожу к окну.
– Я вижу тебе уже лучше, – едва моя рука дотронулась до штор, как сзади раздается голос, от которого я сильно вздрогнула. Буквально подпрыгнула на месте.
Хантер стоит в дверном проеме, облокотившись об косяк. Руки спрятал в карманы спортивных джоггеров и сверлит меня своим беспристрастным выражением, будто это не он вчера украл человека на глазах у прохожих.
– Где я нахожусь?
– В моем доме.
Бросаю быстрый взгляд на кровать и по комнате.
– Это твоя спальня?
Хантер сделал шаг внутрь. Я сразу занервничала. Машинально хватаюсь за волосы, подправляя их, а глаза забегали по полу. В голове борются меж собой сотня мыслей и ни одной хорошей.
Тем временем Хантер продолжает делать медленные уверенные шаги, с каждой секундой становясь ко мне ближе. Он наступает вперед даже когда между нами не остается места. Тогда я в такт начинаю отходить назад, пока мои руки не касаются мягких штор у окна. Отходить больше некуда.
Смущенно прочистив горло, я все же возмутилась:
– К-куда ты пятишься?
Но Хантер не останавливается. Я снова чувствую запах никотина вперемешку с мужским парфюмом. Дышать становится тяжелее. Он начал курить?
– Не волнуйся, Белль, в моей постели так скоро ты не окажешься, – пальцами подхватив опущенное лицо, он поднимает мой взгляд на себя.
Встреча зеленых глаз с карими. Рандеву тьмы и света.
Его слова сбивают меня с толку. Я точно покраснела. Рядом с ним я теряю всю уверенность, которую нарабатывала годами. Я становлюсь уязвимой, беспомощной как тогда. И я признаю свое поражение. Я в ловушке.
Раньше я не боялась тебя, Хантер. Ты был совсем другим человеком. Светлым и мягким. Раньше я знала как мне вести себя с тобой, сейчас же я марионетка в твоих руках. Как мне себя вести, когда я боюсь до чертиков?
Казалось бы, он чувствует мое состояние либо оно так отчетливо отражается на моем лице, что Хантер отпускает меня и делает шаг назад. Медленно выдыхаю.
– Помнишь школьные времена? – его голос вдруг стал на тон тише. – Тео, Кейт, Макс, – это имена моих…наших бывших друзей. – Ты и я. Мы были неподражаемой пятеркой. Нашей дружбе завидовали даже преподаватели. Все говорили, что нас связала сама судьба, – он презрительно усмехается.
– Были хорошие времена. Теперь у каждого своя жизнь, – вставляю аккуратно. Кажется, я знаю к чему он клонит.
– Проданная за бесценок жизнь, – как плевок в душу. Взгляд Хантера меняется, тьма снова окутывает их.
– Не понимаю о чем ты…
– О-о-о, все ты, дорогая Белль, понимаешь. Ведь ты тоже продалась как они.
В очередной раз пропускаю мимо ушей то, как он коверкает окончание моего имени. Всегда так делал.
– Хантер, я действительно не имею понятия…
– Замолчи!
Мои губы сию секунду молча смыкаются. Становится жутко. Сейчас я смотрю на него и понимаю, как же сильно он походит на опасного преступника. Острые скулы, напряженная челюсть, налитые ненавистью глаза. Я боюсь его.
– Прошу отпусти меня.
Не могу больше находиться рядом с ним, но он лишь зло смеется в ответ.
– Моя маленькая Белль, ты никуда отсюда не выйдешь.
Он разворачивается и шагает к двери.
– Что я тебе сделала? – бросаюсь в след и даже успеваю схватить его за руку. По коже проходится электрический разряд. Пару секунд мы оба смотрим на этот жест, а потом я также резко отпускаю его руку.
– Вопрос составлен неправильно, Белль. Вопрос не в том, что ты сделала, – его голос звучит приторно спокойно, однако у меня создается ощущение, что со мной жестко играют. – А в том, что ты НЕ сделала.
Там, где-то в глубине души, я осознаю сказанное, но мозг отказывается принимать его слова.
– Я ведь не виновата, что ты убил, – мой шепот вдруг становится слишком громким в стоящей тишине. Лицо Хантера меняется. Знаю, что не стоило так говорить. Вижу, как рассеяно он сглатывает, боль почти вернулась, но тьма снова берет над ним вверх.
– Доктор осмотрит тебя, – ничего больше не сказав, он уходит. А я же остаюсь наедине со своими мыслями.
По всей видимости, доктор тоже из их числа. Из людей Хантера. Симпатичный мужчина средних лет и бровью не повел, когда я в слезах просила его помочь мне. Рассказала, что меня удерживают насильно и что заболела я из-за проведенной ночи в подвале, но мужчина четко держался, профессионально выполняя свою работу. Мне поставили капельницу и выписали лекарства для горла. Выглядело смешно, ибо будучи в плену я не смогу пойти в аптеку, мужчина будто бы этого не понимал.
Я чувствовала себя беспомощной, и каждый миг в этом доме только усиливал чувство безысходности. Осознание, что моя судьба зависит от людей, которые не оставляют места для сострадания, было тяжелым грузом. Я ненавидела себя за беспомощность и за ту зависимость, в которую меня ввергли.
И пока мне оказывали медицинскую помощь на улице стемнело.
Голова немного болит, но мне лучше по сравнению с утренним состоянием. Вдруг со стороны окна стало ярко, серебристые лучи пробились сквозь шторы, вынуждая меня встать с кровати.
Подхожу к окну, которое, к счастью, ведет во внутренний двор. Может быть, я смогу выждать момент и сбежать.
Под навесом в ряд расположены дорогие автомобили, их блестящие кузова отражают свет от потолочных светильников, создавая иллюзию роскоши и богатства.
Люди Хантера стоят по периметру каждые два метра, вооруженные до зубов. Их бесшумные движения и настороженные взгляды внушают страх, а черные униформы сливаются с тенями, словно они стали частью ночи. Я вдыхаю глубже, стараясь успокоить сердце, которое колотится с необъяснимой силой.
Взгляд метнулся к часам на стене – время ужина. Внутри особняка слышен гул голосов, запах еды витает в воздухе, раздражая желудок, но это все не важно. Голод в этот момент кажется пустяком по сравнению с желанием свободы. Сердце замирает, когда я замечаю, как один из них поднимает свой взгляд в мою сторону, будто предчувствуя опасность. Испуганно задергиваю шторы, возвращаясь на место.
Нужно придумать план побега.
В 18:30 в дверь постучали. Очень смешно. Заперли изнутри, а сами такие этичные.
За дверью оказался тот самый Дерек. Одним взглядом он обхватил всю комнату, как если бы я что-то затевала тут, и прошел вперед, следом пропуская девушку с подносом в руках. Как-то непривычно даже видеть женскую особь среди стольких мужчин. Ну, конечно, кто-то же должен содержать дом в чистоте и готовить еду.
– Ваш ужин, мисс, – она положила изящный серебряный поднос на журнальный столик. Молча киваю в ответ. Догадка осеняет меня буквально в последний момент и прежде чем Дерек вышел за порог комнаты, я спрашиваю.
– После ужина мне понадобится ванна. Вы проводите меня?
Он промолчал пару секунд и затем четко бросил.
– Если босс сочтет нужным.
Дверь снова запирают.
Мда, второй ошибки он, конечно же, не допустит, но очень надеюсь, что смогу выйти из комнаты. А сейчас быстро поем и начну работать над побегом.
На подносе оказался потрясающе пахнущий суп из наваристого бульона, ломтики хлеба и фруктовая нарезка на десерт. Вдыхая аромат, ощущаю, как тепло начинает распространяться по телу, поднимая настроение.
Покончив с ужином, отложила поднос обратно на столик и начала расхаживать по комнате, обдумывая план. Значит я на втором этаже и как-то нужно спуститься на первый. Вариант с окном вычеркиваю, там сплошное стекло и ничего нигде не открывается. Да и к тому же, внизу стоит целая свора охранников, тут даже мышка не проскочит, не то, что я. Тогда нужно найти момент и просто тупо удрать куда глаза глядят. Даже если меня поймают, это ничего не значит, главное, что я продолжаю бороться. Я не сдамся тебе так легко, Хантер.
Уже восьмой час. Стало быть, никто не воспринял мою просьбу о ванне всерьез. Только я подумала о том, чтобы отложить побег до завтрашнего дня, как в дверь снова стучатся. Радоваться не спешу и коротко бросаю «Да».
– Мисс, – Дерек стоит у порога. – Если вы готовы…
– Еще как готова! – не успел он закончить, как я подскакиваю с кровати и бегу в коридор.
Меня зрительно держат на мушке, чувствую этот пронзительный взгляд охранника затылком. Когда мы пришли, от досады хотелось ахнуть, поскольку я рассчитывала, что меня отведут в ту же комнату на первом этаже. Это все усложняет. Не получится сбежать со второго этажа и незаметно спуститься на первый.
Я намеренно долго провозилась в ванной, открыла кран, оставив воду литься, а сама все думала-думала, как же быть. Идея с туалетной бумагой показалась мне жутко банальной, но рабочей.
Открываю дверь ванной, виновато указывая на пустую втулку.
– Бумага кончилась, – еще и улыбаюсь как глупая.
Охранник, похоже, терпел до последнего, тяжело вздохнув он пишет кому-то по сотовому. Минуту спустя к нам приходит девушка, судя по всему, из персонала и протягивает меня новую бумагу.
Дальше события происходят как в замедленной съемке и одновременно очень быстро. Хватаю рулон из рук девушки и бросаю в лицо Дерека, тут же убегая в другую сторону коридора. За спиной послышались маты.
Дергаю за ручку первой попавшейся двери, но понимаю, что она закрыта.
– Черт!
Бегу к следующей, но на другом конце коридора замечаю табличку «техническое помещение». Со всей силы открываю дверь, но в последний момент меня хватают за шкирку. Выворачиваюсь. Пытаюсь закрыть дверь, надавив всем телом, но мужчина с каждым разом раскрывает ее все шире и шире.
Дверь громко впечатывается об стену.
Смотрю на охранника, тяжело переводя дыхание после такой гонки.
– Таки чувствовал, что выкинешь подобное, – зло процедил он и больно скрутил мне руку, прижав животом к столу.
Мои глаза лихорадочно забегались в поисках хоть чего-то, что могло бы помочь, однако вместо подручных средств, я вижу кое-что совершенно ужасное. Настолько, что притупилась даже боль в животе от удара.
Доска для заметок, на которой прикреплены фотографии моих бывших друзей и моя. Первое фото Тео обведено в красный кружок по несколько раз, а от нее следуют такого же цвета линии к последующим трем. Мое фото последнее.
О, Господи.
– Зря ты зашла сюда, – голос Хантера за спиной заставил меня съежиться. Сейчас он звучит по-настоящему зловеще.
Он медленно подходит к доске, смотря в одну точку. Берет в руки маркер красного цвета, снимает колпачок одним движением большого пальца, отчего он слишком шумно падает на пол.
Хантер посмотрел на меня, и уголок его рта насмешливо поднялся. В его глазах читается сочетание наслаждения и коварства, словно я сделала что-то, что ему понравилось. Я же испытываю странное волнение в груди, словно это тот самый момент, когда запущенный механизм должен взорваться.
Одной рукой Хантер преподносит маркер к фотографии Тео, крест на крест перечеркивая ее.
На мгновение казалось, что время остановилось, и все, что осталось, – это этот мрачный, безжалостный жест и скрипучий звук маркера вперемешку с моим отчаянным вздохом.
Глава 2
Прошлое, 8 лет назад.
Мне исполнилось шестнадцать месяц назад. Для моих друзей – Хантера, Тео, Кейт и Макса, это было долгожданное событие. В городе с давних пор работает элитный ночной клуб, вход которого стоит как крыло самолета. Все мои друзья совершеннолетние, между нами разница в нескольких годах, соответственно для них не было проблемой пойти в клуб, главное заработать на билет.
Мы часто собирались в парке, мечтая о том, как непередаваемо будет провести вечер в клубе. Хантер всегда рассказывал истории о диджеях, которые там выступают, а Кейт добавляла детали о невероятных коктейлях и танцполе, залитом светом. Мы смотрели ролики в интернете, завороженно следя за атмосферой, царящей внутри. С каждым разом наше желание стать частью этого мира только усиливалось.
Конечно, я предлагала ребятам пойти без меня и отдохнуть как следует, Кейт поначалу даже подхватила мою идею, но Хантер наотрез отказался. Раз уж мы друзья, то и в горе и в радости, по его словам. К тому же, в те времена он был моим негласным парнем. До серьезных отношений нам было далеко, но что-то между обнимашками и целовашками у нас было.
Дело в том, что по правилам клуба мне туда нельзя, мне нет восемнадцати и чтобы исправить эту «проблему», друзья вышли на человека, который подделывает документы. Я предполагала, что цена услуги будет высока, но озвученная сумма оказалась равносильной покупке клубного билета. У меня не было столько денег. А шестнадцатилетия мы ждали, потому что так просил тот человек, с возрастом поменьше якобы не работает.
Тогда Хантер сказал, что уладит дело с документами. Не знаю как у него это получилось, сколько бы я не расспрашивала он так и не дал толкового ответа, но Хантер достал для меня фальшивый паспорт. Однако позволю себе оговорочку, паспорт поддельный был просто типа игрушка, как если бы я взяла от себя напечатала данные и прилепила фото. Пробивать его никто не будет, поэтому в случае поимки нам за это ничто, по идее, не грозит.
Вскоре нам удалось собрать нужную сумму на билеты – я откладывала карманные деньги и по выходным неофициально работала в местной библиотеке. Моей задачей было привести основной читательский зал в порядок после пятидневного штурма посетителями. Убирать книги по своим местам, что было довольно муторно и долго, так как читатели любили оставлять их в разных местах, ну и естественно уборка помещения тоже была на мне. Платили скудно, но на большее рассчитывать мне школьнице было не на что. Однако, несмотря на все трудности, я была полна решимости и каждый день старалась делать свою работу как можно лучше. Когда я наконец собрала достаточно денег на билет, я была вне себя от радости. Это было не просто достижение моей цели, но и подтверждение того, что упорный труд и настойчивость могут привести к успеху.
Волнение переполняло нас, и в ту ночь путь к клубу казался вечностью. Мы долго подбирали наряды, чтобы произвести впечатление и выделяться из толпы. Мы разбились на две машины: я и Кейт поехали с Хантером, а Макс на такой случай одолжил у отца крутую иномарку и они с Тео поехали вместе.
Наконец, мы стояли у дверей, охваченные неистовым азартом. Наши сердца, казалось, стучали в унисон, когда охранник медленно открывал вход, пропуская других.
С подделкой на руках я чувствовала себя не в своей тарелке. Когда очередь дошла до меня показывать паспорт, сердце колотилось так, будто оно хотело выскочить из груди. Я знала, что любое неверное движение, любой вопрос со стороны охранника клуба мог обернуться для меня настоящей катастрофой. Хантер уверял меня, что все будет хорошо, но его слова звучали как пустой треск в моем сознании.
И,наконец, двери открылись перед нами.
Внутри нас ожидала яркая феерия: музыка, огни и танцующие люди. В тот момент мы поняли, что это лишь начало нашего путешествия в мир взрослой жизни.
Вокруг царила атмосфера свободы и безудержного веселья. Каждый миг был насыщен эмоциями, и мы чувствовали, как поднимается наше настроение. Мы смеялись, обнимались и делились мечтами о будущем, словно этот вечер был предназначен именно для открытия новых горизонтов. Энергия танцующих людей заполняла пространство, создавая ощущение единства.
Светящиеся огоньки, отражаясь в наших глазах, пробуждали в нас тот самый юношеский задор. Танцы становились все более стремительными, а музыка – все громче. Ничто не могло остановить наше стремление к приключениям. В этот вечер наш мир стал волшебным, и мы были его частью.
Когда мы вышли из клуба, было уже далеко за полночь. Ночной воздух здорово бодрил наши пьяные умы, мне разве что пить много не дали, Хантер позволил только один максимально безобидный напиток. Смеясь и пошатываясь наша компания дошла до парковки, но следующие события напрочь испортили нам веселье.
Напротив машины Хантера стоял очень дорогой спорткар, из которого вышел парень примерно нашего возраста одетый в брендовые вещи.
– Эй,вы, – окликнул он нас. – Чья это тачка? – незнакомец указал подбородком в сторону нашей машины.
– Допустим, моя, – Хантер борзо скрестил руки на груди. – И что?
– А то, что ты занял мою парковку! Убери свою развалюху.
Вижу, как опасно блеснули глаза Хантера. Ой-йой.
– Развалюха у тебя в штанах, – ребята прыснули, что сильнее раззадорило незнакомца.
Он приблизился к нам, но остановился на расстоянии вытянутой руки, так что в случае чего можно было и отразить удар и самому нанести.
– Ты сейчас же убираешься отсюда вместе со своей шайкой иначе костей не соберете.
– И с места не сдвинусь, – дерзко выпалил Хантер. Ну, все. Началось.
Взгляд незнакомца опасно переменился, его челюсть была напряжена и казалось, что вот-вот он вскинет кулак и ударит Хантера, но с другой стороны парковки въехал автомобиль, чьи яркие фары ослепили нас.
Это продолжалось где-то минуту, за которое незнакомец и Хантер успели вцепиться в друг друга. Тео и Макс не спешили разнять парней, а Кейт испуганно села в нашу машину.
– Винсент! – чей-то крик привлек наше внимание. Незнакомец оставил Хантера в покое и мне показалось, что когда назвали имя, это его напугало. – Ты думал, я не доберусь до тебя?
Мы понятия не имели что происходит. За одну ночь слишком много незнакомых людей. Сложив два и два, я поняла, что наш, образно говоря, противник и есть Винсент. Незнакомцы отошли в сторону, а что было дальше меня мало волновало.
– Ты в порядке? – подбежала я к Хантеру. Губа разбита.
– Не беспокойся, – он закидывает мне руку через плечо, приобнимая и мы вместе идем к машине. Остальные уже расселись по местам.
Я сидела на переднем сидении и только хотела открыть дверь, как Кейт крикнула из опущенного окна, что не может найти свой телефон.
– Должно быть оставила у бара. Блин! – затем она умоляюще посмотрела на меня. – Беллочка, милая, сбегай, пожалуйста, спроси у бармена.
Ну, да. Я была младше всех и это не мешало им гонять меня по любому поводу. А я глупая не могла сказать «нет», ведь если бы знала, что случится за следующие пять минут пока меня не было, то ни за что в жизни не ушла бы.
Когда я вернулась после тщетных обысков, никого из моих друзей не было. Лишь Хантер…в крови. В своей или чужой не понятно. Рядом с ним лежал тот самый Винсент, а другой незнакомец быстро сел в свою машину и с противным визгом, оставляя черные полосы от шин, покинул территорию клуба.
Я остановилась в полу шаге, не зная, что делать. Сердце колотилось, а разум метался между страхом и злостью. Хантер дергался, как будто не мог привести себя в порядок, его взгляд был пустым, как дно пропасти.
Я сделала шаг в его сторону, но остановилась, увидев поднятую руку. Хантер ничего не сказал, лишь отвел взгляд, и я заметила, как кровь на его руках ярко контрастирует с бледной кожей.
– Хантер…,– мой голос охрип от страха.
Мои мысли о том, чтобы позвонить в полицию, быстро улетучились. Я знала, что вмешательство законопорядка может только усугубить ситуацию. В воздухе витал запах гари от резины, и все вокруг казалось немым, словно мир замер на грани.
Винсент тоже был в крови, но была еще одна деталь, которая привлекла мое внимание – торчащий нож из живота. Лезвие сверкало в тусклом ночном свете. Его лицо было искажено болью и ужасом, а тело обездвижено, как будто это был конец…
Мой взгляд снова поднялся на Хантера. Он так странно смотрел на меня, в его карих глазах смешались страх и недоумение. Я почувствовала, как внутри меня нарастает паника. Наша дружба, казалось, растворялась в тени недосказанности, и я не знала, что мне делать. Но одно я знала точно, когда откуда не возьмись послышалась сирена, я поняла, что не могу оставить его одного.
Белль, настоящее.
В тот момент, когда он перечеркнул фотографию Тео, я поняла насколько опасным стал Хантер. Он давно не тот человек, которого я знала и когда-то ждала. Что-то случилось с ним пока он был вне воле. Я не про поломанную психику, нет, здесь что-то другое, темное и безжалостное.
Его глаза, когда он поднял взгляд от доски, казались бездонными, словно отражали бездну, в которую он сам погрузился. Все тепло, что когда-то наполняло его взгляды, исчезло, уступив место ледяной пустоте. Я почувствовала, как внутри меня зарождается новый страх: это был не просто гнев, не просто боль – это было что-то, что способно разрушить даже самого стойкого.
Я сделала шаг назад, в нелепой попытке сохранить дистанцию, но спиной уткнулась в охранника. В действиях Хантера ощущалась решимость, а за ней скрывалось нечто пугающее: жажда мести или, возможно, нечто более зловещее. Я знала, что слова не помогут. Я могла пытаться достучаться до его прежнего «я», но это было столь же безнадежно, как пытаться вернуться в прошлое.
– Просто ответь мне, – мой голос трусливо задрожал. – Что ты хочешь сделать?
Он резко обернулся, а на губах начал появляться оскал.
– Я уже сделал, дорогая Белль.
Мои глаза вновь забегали по доске с нашими фотографиями, обведенными как в фильмах про психопатов и их жертв.
– Я чувствовала, – произношу себе под нос, усиленно стараясь не заплакать. – …чувствовала, что ты захочешь это сделать…
– Сделать что, Белль? – он начал медленно, как дикий зверь, приближаться ко мне.
– Отомстить, – хныкаю, когда слезы все же пробиваются. Он доволен моим ответом, вижу, как на хищном лице отражается азарт. Я знала, что не могу позволить ему увидеть свою слабость, но слова сами слетали с губ.
– Ты ведь понимаешь, что месть – это только начало, – говорит он, сжимая мои плечи. Я дергаюсь. Его голос звучит холодно, как зимний ветер, проникающий под кожу. Я не знаю, какую именно месть он имеет в виду, но внутренний голос подсказывает мне – она будет ужасной. – Я расскажу тебе что я с ним сделал и за что.
Он отодвигает для меня стул, взглядом предлагая сесть. Молча опускаюсь, сцепляю руки в замок перед собой, но дрожь в теле все не проходит.
– Я долго думал с кого бы мне начать, – Хантер вальяжно раскинулся в кожаном кресле, задумчиво водя указательным пальцем по подбородку. – А потом просто разом подловил всех. Тебя я оставил напоследок, Белль.
По спине пробежал лютый мороз от его слов и от его дикого взгляда.
– Что это значит?
– Это значит, что после того, как я разберусь с остальными, настанет твой час расплаты.
– Я спрошу еще раз, Хантер, – сама не поняла откуда во мне взялась смелость на эту дерзость и раздражение вдруг. – За что ты похитил меня и удерживаешь насильно?
– Слушай, – и он начал свой долгий, мрачный, раздирающий душу и воображение на части рассказ.
Хантер, два месяца назад.
Солнце прокрадывалось сквозь небольшое оконечное стекло, кружась в пыльном свете, заливающем маленькую тюремную камеру. Окна были закрыты стальными решетками, но я как никогда ощущал, как моя душа стремится вырваться наружу в этот одушевляющий момент. Судьба сменила свои правила, и хлопок двери раздавшийся с грохотом, еще вчера казался раздражающим, но сегодня я специально ожидал его.
– Вставай, – произнес огромный надсмотрщик с грубым голосом, окутанным тяжестью лет тюремной работы. – На выход!
Я поднялся. Каждый шаг по полу, холодному и жесткому, напоминающим о высоких стенах, давался тяжело, будто тюрьма не хотела отпускать меня. Впереди стояла свобода, но позади змейкой по пятам следовали тени – тени прошлого.
Обливаясь свежим воздухом, я шагнул в мир, где, казалось, ничего не изменилось. Ничего, кроме меня самого. Прошло восемь долгих лет, но асфальт, горящие огни и жизненные звуки выглядели такими же, как и раньше. Глубоко вздохнув запах свободы, я оглянулся по сторонам. Друзья – те, кто когда-то были рядом, кто обещал поддержку – теперь растворились в бесконечных улочках прошедших дней.
### спустя неделю ###
Стоя на знакомой улице, я обнаружил, что надежды, которые когда-то становились основой веры, треснули, как стекло. Друзья, знакомые, семья – все повернулись ко мне спиной в тот миг, когда понадобилась крепкая рука. Скупые слезы, прячущиеся под слоями предательства, выливались на меня подобно дождю, наполняя всю душу.
В памяти всплывали моменты, улыбки, забавные слова. В конце концов, именно друзья дали показания в суде о том, что я совершил преступление, которого не совершал. Больнее всего было понимать, что она тоже причастна. Моя Белль. Нежный цветок, ради которого я не жалел ни души, ни жизни. Эта ужасная ложь привела меня туда, в тот мир изолированных коридоров и однообразных дней. Я не был преступником. Я оказался жертвой.
Медленно повернулся к своему прежнему дому, к месту, где друзья, чья дружба казалась неразрушимой, в конечном итоге меня предали. Теперь же в моем доме другие хозяева, его быстро продали, чтобы мама с сестрой могли уехать в другую страну. В груди, чуть с левой стороны, пронзило режущей болью.
Я вернулся в этот город, не в силах отказаться от мысли о мести. Ненависть угнетала все эти годы, но вместе с ней ворвалась в сердце зловещая радость. Каждый день своего заключения я проводил над раздумыванием, как и что сделаю после выхода на свободу. Нельзя было просто так оставить все без внимания. Друзья должны были узнать, что бывает, когда ты предаешь.
Шаги становились уверенными, а мысль о мести – ясной. Я знал где их искать – в старом заброшенному складу, где мы когда-то вместе собирались.
Дверь скрипнула, когда я толкнул ее. Внутри царила полутьма, прерываемая только светом, пробивающимся сквозь грязные окна. Законное выглядело место, но именно здесь когда-то сбывались мечты о легких деньгах и радостных приключениях.
Я застыл на пороге, вслушиваясь в звуки, которые разгадывались в темноте. Шелест голосов вызывал внутреннее волнение – здесь мои «старые друзья».
Подбросив один из выброшенных объектов, имитировавших стук, я привлек их внимание. Четыре фигуры обернулись – лица, высветившиеся на фоне затененного склада, озадаченно разглядывали меня. Наши отношения уже давным-давно поменялись, и когда они поняли кто стоит перед ними, то недоумение смешалось с испугом. Они не ожидали увидеть меня вновь.
– Хантер? – произнес Макс, голос его дрожал от шока. – Ты… ты вышел?
Словно вторая дочь предательства, месть сильнее пронзила меня. Изучая их лица, я безмолвно осуждал каждого из них за выбор, который обернулся тёмными дорогами. Сердце забилось быстрее, но я лишь горько улыбнулся.
– Да, Макс, – очень четко произнес я, глядя в глаза каждому из них. – Я вышел.
Пауза повисла в воздухе, натянутая до предела. Друзья, ранее считавшие себя в безопасности, вдруг оказались лицом к лицу с тем, что скрыто было от них в течение долгого времени. Никакая маска больше не могла скрыть истинные намерения, и я был готов сегодня снять эту маску одной рукой.
Стена между прошлыми моментами и настоящим рухнула. Злое предчувствие охватило тройку, но именно Макс шагнул вперёд, когда остальные отступили. Тео неуверенно ерзал на стуле, а Кейт и вовсе избегала на меня смотреть.
– Ты не должен здесь быть. Это всего лишь недоразумение… слушай, я могу объяснить всё, – его голос звучал растерянно, как будто на краю пропасти.
– Объяснить? – я шагнул ближе, ощущая, как гнев тлеет в моих глазах. – За восемь лет между нами не осталось ничего, что можно было бы объяснить. Это не недоразумение, это предательство.
Первым мой гнев пал на Тео, но готовиться к воплощению своих мыслей, я начал еще в тюрьме. За долгие годы заточения, у меня появились свои связи внутри тюрьмы, благодаря чему я смог отомстить другу. Я всегда знал, что Тео до невозможности трусливый и жадный человек, поэтому обмануть его не составило труда. Он с легкостью согласился, когда отправив своего человека, я предложил ему баснословные деньги за торговлю запрещенкой. Естественно, тогда он и знать не знал, что за этим стою я.
Дав Тео возможность разбогатеть и воплотить свои мечты, я легко скинул его с той высоты, на которую он взобрался благодаря моим деньгам. Но у всех моих друзей есть выбор. Либо мое наказание либо они признаются в правде и с меня снимают судимость. Я все-таки до конца остаюсь милосердным.
Но Тео выбрал неправильный путь. Узнав, что это мой план, он не захотел ничего рассказывать. Он думал, что тех денег, которые имеет, будет достаточно, чтобы устранить меня. И вот тогда я подставил его и упек за решетку. Пусть почувствует на своей шкуре какого это.
Передо мной открывался новый мир, мир, где все были моими врагами. Месть черной смолой заливала сердце, и я знал: это лишь начало.
Глава 2.2
Я слушала, затаив дыхание, пытаясь уложить в голове этот поток чужих слов.
Я слушала, не перебивая, чувствуя, как его боль проникает в меня, отравляя мое сердце. Я видела в его глазах отражение ада, который он пережил, и понимала, что ничто не сможет стереть эту память, что эта рана будет кровоточить вечно. И я поняла, что он похитил меня не из-за старой большой любви. Он похитил, чтобы уничтожить меня.
Я слушала, не отрывая взгляда от его лица, пытаясь разгадать, когда именно эта ненависть поселилась в нем, когда любовь обернулась ядом. Ведь я помнила его другим. Добрым, нежным, заботливым. Где этот человек, растворился ли он в прошлом, или был похоронен под слоем обид и разочарований, выросших, словно сорняки, в его душе?
Но сейчас передо мной стоял незнакомец. Холодный, жестокий, одержимый местью. В его словах не было ни капли раскаяния, лишь торжество о того, что он сделал.
– Как давно это было? – мой вопрос еле слышен.
– Что именно? – он встает из кресла. – «Подкармливать» Тео я начал год назад, но посадили его относительно недавно. Я понял, что ты не в курсе, ведь никто из вас не общается между собой.
