Текст книги "Колыбельная для Титана"
Автор книги: Инна Георгиева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 30 страниц) [доступный отрывок для чтения: 13 страниц]
Да если бы и делал – я бы не рискнула ответить правду: таким напряженным вкрадчивым тоном был задан вопрос. А я по опыту знала, что этот тон ничего хорошего не сулит. Потому томно улыбнулась, обвила его рукой за шею и проурчала:
– О нет, мой Аполлон, ты был великолепен, как всегда! Но вон та странная тень, нависшая над нашей палаткой, не дает мне в полной мере расслабиться и оценить по достоинству твои невероятные умения.
Кажется, перестаралась: взгляд у Алекса из просто настороженного стал цепким и мрачным. Или это мне только показалось из-за темноты в палатке? Но я была просто счастлива, когда он решил избежать дальнейших расспросов (я так подозреваю, боялся узнать о себе еще что-нибудь новенькое) и сел у моих ног.
– Какая еще тень? – спросил с раздражением.
Я кивнула на одну из тканевых стенок «домика», и когда Алекс обернулся, действительно увидел странной формы тень, больше всего похожую на толстое, уложенное горизонтально бревно. Мгновение мы с Шуриком дружно на нее таращились, потом Алекс мотнул головой и, рывком расстегнув молнию, по пояс высунулся из палатки.
– Ты какого лешего здесь делаешь? – услышала я. Тень зашевелилась и что-то пробурчала в ответ. – Чего?! – не понял заклинатель.
На этот раз тень повторила громче и уже голосом Богдана:
– Спать я пытаюсь!
– А почему именно здесь?! – возмутился младший Соколов.
Я быстро выкарабкалась из своего спального мешка и, протиснувшись рядом с Алексом, выглянула наружу. Богдан сидел на земле, по пояс спрятавшись в спальный мешок, и бросал на брата недовольные взгляды:
– А где мне еще прикажешь спать, если ты вышвырнул меня на улицу?
– То есть это реально была твоя лучшая идея?! – Язвительно воскликнул Шурик, а я неуверенно предположила:
– Может, тебе попробовать постучаться к Полине?
Взгляд дизайнера стал не просто мрачным, а почти уничижительным, и ответ он буквально процедил сквозь зубы:
– Идея хорошая, но не катит. И, предупреждая твой следующий вопрос, к Егору меня не пустят. Угадай, почему?
Алекс насупился:
– Тебе и здесь не особо рады! Так что – давай шурши тушей подальше. Пока ты мне окончательно момент не испортил!
Я почувствовала, как щеки начинает заливать краска, и бросила на Шурика грозный взгляд. Конечно, вряд ли Богдан догадался, чем мы здесь занимаемся (до «того самого» дело не дошло, хотя и без него палатка шаталась прилично), но разве нельзя было промолчать? Тем более что дизайнер имел на этот «тент» куда больше прав, чем я. Хотя бы потому, что в походе нес его именно он. И моя вечно готовая к подвигам совесть настойчиво об этом твердила. Потому я мягко улыбнулась и попыталась хоть как-то исправить ситуацию:
– Богданчик, ты меня извини, конечно, но спать на земле – не самая хорошая идея.
Алекс скосил на меня гневный взгляд.
– Хочешь, чтобы он перебрался сюда?! – прорычал в мою макушку.
Я шикнула в ответ:
– А ты хочешь, чтобы он здесь окоченел?!
Разразиться очередной гневно-матерной тирадой Алекс не успел: с силой двухбалльного землетрясения завибрировала Nokia, и мне пришлось нырнуть обратно в палатку. С трудом откопала телефон со дна рюкзака и удивленно хмыкнула, обнаружив входящую эсэмэс от Полины.
«Пускай коченеет! – писала подруга. – Я его потом быстро отогрею!»
Со вздохом покачала головой и быстро настрочила в ответ: «Он упрямый. Вдруг не успеешь с реанимацией?»
Полина среагировала не сразу. Видимо, припоминала содержимое своей походной аптечки. Ну так, на всякий случай.
«Дам ему два часа на сражение с гордостью, – написала наконец, – а потом я плюну и загоню в палатку силой. Но ты – не вмешивайся!»
Вот же ж… стратег! Я чертыхнулась, отбрасывая Nokia в сторону (стена нашего «домика» прогнулась, но устояла), и недолго думая за ремень на джинсах втащила Алекса внутрь. Одним богатырским рывком – он аж на спину завалился. А затем сунула нос в освободившийся проем, тоскливым взглядом посмотрела на Богдана, мысленно попросила у него прощения и безапелляционным тоном заявила:
– Полностью поддерживаю твое желание закаляться. Удачи, терпения, и пусть земля тебе будет пух… Ой, не то хотела сказать! – споткнулась на полуслове, понимая, что с пожеланием спокойной ночи слегка переборщила. – Я это… предупреждаю: палатка сегодня будет сильно шататься. Так что ты, если хочешь выспаться, лучше отползи!
Что там ответил дизайнер – я уже не слышала, но влюбленный взгляд Алекса это полностью компенсировал.
«А с Богданом Полина пускай сама разбирается, – пронеслось в голове. – План у нее, конечно, не фонтан, но зато существенно отличается от всего, что она придумывала раньше. Кто знает, вдруг на этот раз и правда сработает?»
Проснулась я оттого, что… ну, как бы помягче выразиться? В общем, в кустики мне захотелось. И с ними как раз проблем не было: мы ведь в лесу ночевали. Тут кусты прямо целыми площадками росли: сиди – не хочу. Но чтобы к ним добраться, мне пришлось пройти целых три испытания.
Во-первых: знали бы вы, как трудно выкарабкаться из объятий заклинателя, чтобы при этом его еще и не разбудить! Особенно учитывая, что живет он по принципу «осторожность – наше все!». У меня даже иногда появляется подозрение, что Алекс спит как дельфин: сначала отдыхает одна половина мозга, потом вторая. Ну а всевидящий глаз у него открыт всегда. Можно было бы, конечно, парня и растолкать, но он так мило спал. И отдых ему был просто необходим. Сначала такой длинный переход верхом, потом еще вечерний «марафон в мешках»… нет! Шурик однозначно должен был выспаться.
Потому я минут пятнадцать по сантиметру выпутывала себя из кольца его рук. Заканчивала почти со слезами на глазах: такими темпами кустики могли уже и не пригодиться.
Вторым испытанием был поиск одежды. Нет, я все понимаю: страсть – это замечательно! Но как мои трусы оказались на дне шуриковского рюкзака, наверное, так и останется великой тайной мироздания. Я их отыскала только по приезде домой, а тогда, в палатке, пришлось впрыгивать в первое, что попалось под руку. И все равно, что этим первым оказался свитер Алекса: при должном желании и полете фантазии (а у меня в тот момент было и то и другое) он запросто превращался в мини-платье!
А вот с обувью оказалось сложнее. И вовсе не потому, что я не могла отыскать ее на пороге тряпичного домика, а потому что за три часа сна наша палатка совершенно неожиданным образом обзавелась второй комнатой! Правда, попасть в нее можно было только снаружи, и вот это как раз оказалось проблемой!
– Офигеть… – пробормотала я, судорожно ощупывая гладкую, водостойкую и полностью сплошную «преграду» там, где должен был быть долгожданный выход. И начала смутно догадываться, куда подевался спальный мешок Богдана. А еще – что в кусты я могу не добежать! – Что же это получается? – спросила сама у себя. – Если гора не пошла к Магомету, Магомет притопал к горе? И встал лагерем прямо на моих бутсах?!
Почему-то последнее возмущало больше всего. Ну, ладно: Полина не дождалась Богдана в палатке, не смогла загнать его туда силой…
«Нужно будет поинтересоваться утром, чего именно стоило братцу его упрямство. Вряд ли готесса сдалась без боя», – поставила я себе заметку в памяти.
…но возвести палатку вокруг него?! Признаюсь, моей фантазии на это не хватило бы. Интересно, Богдан вообще в курсе, что над ним построили крышу? Хотя, о чем это я? Конечно, в курсе: как-то же Полина его внутрь затащила? Или все-таки…
Я представила, как подруга среди ночи ножом вырезает у палатки кусок дна в форме спального мешка, и помотала головой. Нет! Этого не могло быть. Даже Поля для такого недостаточно сумасшедшая.
Но дальше на отвлеченные темы рассуждать было просто невыносимо, и, кротко вздохнув, я начала ломиться из палатки. К счастью, домики наши все же были сделаны из ткани, а не из кирпича, потому, хоть это меня и задержало, в вожделенные кусты я добралась вовремя. Даже успела заметить, как кто-то с таким же слабым мочевым пузырем нырнул в соседние заросли, и бесшумно, по-крабьи, отползла подальше в лес. И уже там, под защитой невысоких можжевельниковых деревьев и просыпающихся, обвешенных набухшими почками кустарников, удосужилась поднять глаза к небу.
– О-фи-геть… – прошептала второй раз за ночь и поняла, что Алексу сегодня выспаться не суждено. Потому что этоон должен был увидеть во что бы то ни стало!
– Шурик! Шурик! Шурик! – на полусогнутых, дотягивая свитер почти до колен, попрыгала я к палаткам и кое-как протиснулась между ними внутрь. – Шурик! Шурик! Шурик!
– Хррр… – многозначительно ответил он, переворачиваясь на бок, и добавил, не выходя из спящего режима: – Я не Шурик. Я Александр…
Нормально?! Это слово, значит, он расслышал, а все остальное?! Ну, хорошо!
Я коварно ухмыльнулась, склонилась к голове спящего парня и прошептала максимально испуганным тоном:
– Ваш замок атакован вражескими войсками!
Не знаю, почему на ум пришла именно эта фраза, но эффект она произвела. Даже чуть больший, чем я ожидала.
– Кто?! Где?! – подорвался на ноги Алекс и, не заботясь о такой мелочи, как одевание, ломанулся на выход. То есть туда, где выход, по идее, должен был быть, а по факту – в стену чужой палатки.
Я хихикнула, глядя, как он в непонятках щупает ткань, и уже хотела было подсказать альтернативный путь, как он сделал то, что сразу показало разницу между нами: отступил на шаг, подставил плечо и со всей дури… то есть силушки молодецкой, сиганул на преграду. Тент прогнулся, ловя на себя от восьмидесяти до девяноста килограмм живого веса, с жалобным предсмертным криком треснули стойки, и высота палатки резко уменьшилась в три раза. Она бы и на больше уменьшилась, если бы не спящие внутри люди, на которых, собственно, и приземлился Алекс.
Я ахнула, когда из тканевого сплюснутого кокона послышались недовольное бурчание Богдана и яростный мат Полины. Именно он привел Алекса в чувство. Он обернулся, нашел меня глазами и замер в ожидании объяснений. Грозно так замер, со сведенными на переносице бровями. У него прямо на лбу читалось: «Что за… Ева?!» И я не придумала ничего лучше, как кашлянуть, улыбнуться и ответить:
– Спасибо, Марио, но твоя принцесса в другом замке…
Словно в подтверждение моих слов раздался громкий шелест плотной ткани, и на свет вынырнула растрепанная голова Полины, которая при всем желании не могла сойти за даму сердца моего «водопроводчика». Она окинула свирепым взглядом сначала Алекса, лежащего на полотне, потом нервно хихикающую меня и прошипела:
– Вы, извращенцы, какого черта здесь творите?!
– Полина! – ахнула я, театральным жестом прижимая ладонь к губам. – Мы не извращенцы! Мы вообще спали!
Готесса выразительно уставилась на Алекса, все еще лежащего поперек ее палатки, и скептически уточнила:
– Да неужели?!
– Ну, большую часть времени… – поправилась я.
Казакова чертыхнулась, по пояс выбираясь из палатки:
– А какого фигара проснулись?! Богдана вот мне зашибли! – и грозно добавила Алексу: – Слезай уже с него!
Заклинатель резво подпрыгнул на ноги, потом подумал и, осторожно приподняв ткань, заглянул под крышу тента. Пару секунд внимательно изучал его содержимое. Мы с Полиной напряженно молчали. Спрашивать, на что там смотрит Шурик, оказалось излишним – мы и сами были не прочь узнать степень повреждения среднего Соколова. Только мне, например, стало страшно. Почему-то в голове все время стояла картинка: таракан, не переживший встречу с тапком. К счастью, реальность оказалась не так печальна.
– Он спит, – немного удивленно констатировал Алекс.
– Спит?! – не поверила я. – Но он же кричал…
– Может, он в отключке? – в свою очередь предположила готесса.
Шурик покачал головой:
– Не-а. Он храпит.
Мы с Полей переглянулись и поняли, что на такое надо посмотреть своими глазами. В четыре руки быстро расширили вход в палатку (молнией пришлось пожертвовать: там что-то застряло, но мы так и не поняли, что именно) и сняли ткань с Богдана. То есть с его спального мешка, потому что братец оказался застегнут в нем по самую макушку. И – да, он действительно храпел.
– Обалдеть, – хихикнула Поля. – Нет, я знала, что спит он беспробудным сном. Я же пока его в палатку тащила, пару раз умудрилась уронить – и то не проснулся. Но как он заклинателя твоего не почувствовал – ума не приложу. Кстати, об этом, – она вновь подняла на меня глаза. – С какой это радости нам вдруг посчастливилось испытать на себе бросок твоего «Эль Торо Фуэртэ»? [13]13
Эль Торо Фуэртэ– вымышленный мексиканский рестлер в маске, которую он никогда не снимает (мультсериал «Приключения Джеки Чана»).
[Закрыть]
– Да, и мне интересно, – от себя добавил Шурик. – Может, просветишь, зачем разбудила среди ночи?
Я застенчиво улыбнулась, теребя в пальцах и без того растянутый край свитера:
– Хотела, чтобы ты, милый, небом полюбовался.
«Милый» в ответ скорчил такую гримасу, что если раньше у меня и были сомнения, то сейчас они развеялись окончательно: у мужчин с чувством прекрасного туго. Ну, по крайней мере, у этого конкретного мужчины.
– Евочка, – слегка угрожающим тоном прорычал он, – ты мне сейчас пытаешься сказать, что я ради звезды только что едва не угробил брата?
– Не совсем, – еще более широко улыбнулась я и ткнула пальчиком вверх. – Ради северного сияния.
– Чего?! – в унисон ахнули Поля с Алексом.
Я улыбнулась еще шире, довольная произведенным эффектом, и пожала плечами:
– Именно так! Согласитесь, нечастое явление в наших широтах?
«Шумел камыш, деревья гнулись…» Песня прямо про нас, разве что с «темной ночкой» не угадали. Света как раз хватало. Его было даже более чем достаточно. А вот мы втроем действительно до утра сидели у костра и пялились на небо. Молча и без особого настроения. Ведь отлично понимали, что именно стало причиной появления такой красоты. Да-да, именно красоты! Вы никогда не наблюдали северное сияние? Что, даже на картинках? Эти искрящиеся переливы синего, фиолетового, зеленого и даже красного во всем многообразии их оттенков, исполинскими волнами испещрившие небосклон? Обязательно посмотрите! Но лучше отправьтесь для этого куда-нибудь на Аляску или в Северную Норвегию. Потому что сияние в субтропических широтах, да еще весной, когда температура днем поднимается до плюс двадцати, немножко напрягает.
– Вам не кажется, что это – происки того гада, который будит Титанов? – нарушая тишину, задумчиво спросила Полина.
Мы с Алексом дружно повернули к ней головы.
– Да что ты? – язвительно переспросил заклинатель. – А я-то, дурак, думал, что нас просто на Северный полюс занесло. Ну, не на тот поезд сели – с кем не бывает?
Я, умостившаяся у парня между ног, закатила глаза и, согнув в локте руку, несильно стукнула его в район солнечного сплетения.
– Не умничай, – сказала в ответ на его удивленный взгляд. – Лучше давай подумаем, что делать дальше. Если на магические аномалии реагируют даже магнитные полюса земли – это очень плохо. Надо как-то исправлять ситуацию.
– О да! – потирая ушибленное место, закивал Шурик. – Конечно надо! Обязательно! Нельзя это так просто оставить! Нужно… погоди секундочку, а что мы можем? Давай митинг организуем? Или завалим жалобами какую-нибудь государственную организацию – у них же наверняка работы мало. Пускай разбираются.
Я с недоверием покосилась на парня:
– А что, есть какая-то организация, которая может решить эту проблему?
– Конечно! – ответил Шурик таким тоном, что я захотела стукнуть его еще раз. – Давай настрочим письмо в ООН, в министерство магии, лично Дамблдору и в «Спортлото». Ну так, чисто на всякий случай.
Теперь уже мы вдвоем с Полиной буравили его злыми взглядами.
– Слушай, ты, человек с говорящей кличкой «задолбаю всех», – скрестила я руки на груди. – Мне казалось, ты понимаешь размеры потенциальных неприятностей и предложишь что-нибудь толковое.
– Например? – ухмыльнулся Шурик.
Я задумалась: а ведь и правда, что мы могли сейчас предпринять? Ну, кроме истерики, которую так любят женщины, но которая вряд ли смогла бы помочь. И тех глупостей, которые обозначил Шурик.
– Может… маме позвоним? – предложила неуверенным тоном.
– Уже, – без тени смущения ответил парень.
Моя челюсть с глухим стуком упала на землю.
– Ты звонил Ядвиге?!!
– Но ты же сама только что пришла к выводу, что это – самая разумная идея! – воскликнул заклинатель, начиная, видимо, догадываться, что сейчас его будут за что-то бить. – Я всего лишь исполнил твое желание, ведьмо… солнышко мое!
– И не сказал об этом мне?! – прорычала я, с пылающим взглядом протягивая руки к такому соблазнительно-открытому горлу парня, но тут внезапно вмешалась Полина:
– Погоди, подружка. Прежде чем душить этого коварного предателя, пускай расскажет, что ответила Ядвига. Может, он вовсе и не заслужил смерти. Не всегда ведь удается рассказать все вовремя…
Я медленно обернулась к ней. Скользнула глазами по честной-пречестной рожице и мрачно поинтересовалась:
– Ты знала?
Полина чуть заметно вздрогнула и попыталась оправдаться:
– Да я вообще случайно… можно сказать, мимо проходила!
– Ага, – тут же сдал ее Алекс. – И еще, мимо проходя, пообещала передать Еве привет от мамы. Так, просто напоминаю.
Готесса бросила на парня такой взгляд, будто только что мысленно прокляла его дважды, и развела руками:
– Да, Евочка, тебе… это… от мамы привет…
Ну вот и что с ними прикажете делать?!
– Когда вы успели с ней поговорить? – спросила уже просто из интереса.
Алекс улыбнулся:
– Пока ты одевалась.
– Серьезно, Ева, – поддакнула Полина. – Ты очень долго возишься.
– Ладно! – Я потерла лоб, понимая, что их все равно не переспорить. – И что сказала Ядвига?
– После того как перестала орать: «Где вас черти носят в такое тяжелое время, о безрассудные создания?» – приобнял меня за талию Шурик. Я глупо хлопнула ресничками:
– Так ведь она сама говорила, чтобы мы пока ничего не делали!
Парень хмыкнул:
– А то ты не знаешь свою мать и ее способность менять решения! Она же нюхом чует, когда нам можно обломать кайф. И никогда не упустит случая!
Я повернула к нему недовольное лицо:
– Маму не обижай!
– Если бы ее можно было так просто обидеть, – с напускным сожалением протянул Шурик. – Но пришлось выслушать, – он остановил на мне красноречивый взгляд: видимо, надеялся, что я сейчас начну его жалеть. Размечтался!
– Можно поподробнее?
– Полную версию монолога пересказывать? – вновь перешел заклинатель на деловой тон. Я покачала головой. – Тогда, если вкратце, нам велели возвращаться как можно скорее. Твоя маман что-то задумала.
– С чего ты решил?
– Она сказала, что по возвращении нас ждет сюрприз, – ответил парень. – И работа.
Мои брови почти непроизвольно поползли вверх: нежданчик и пахота? Да в устах моей мамы это могло означать все что угодно! С одной неизменной деталькой: придется опять прогуливать школу…
– Ты же не думаешь, что она решит привлечь нас к спасению мира? – шепотом уточнила у Соколова. Тот пожал плечами.
– Такова твоя мать! – повторил так, будто сие должно было все объяснить (и, честно говоря, это действительно многое объясняло). – Но что мне известно наверняка – я далеко не самый сильный заклинатель на свете. Да и ты не лучшая из возможных кандидатур на роль супервумен и борца с Титанами.
– Эй! – обиженно насупилась я. Алекс насмешливо изогнул бровь:
– Что, уже хочется погеройствовать?
– Нет, но… – пошла я на попятный. – Ты тоже меня так просто со счетов не списывай. Я могу быть очень полезна в случае крайней необходимости.
– Ага, – кивнул Шурик. – Прямо как шахтерская канарейка.
– В смысле?
– Ну, ты же знаешь, что в шахту рабочие берут с собой птицу в клетке? Она полезна, потому что очень чувствительна к газам и гибнет даже от незначительной их примеси в воздухе. Короткая и нелепая жизнь героя. А потому мы, конечно, выслушаем Ядвигу, узнаем все, что ей удалось выяснить, и пошлем лесом, если она захочет наградить тебя знаменем и отправить в бой.
Я представила маму на броневичке в ленинской кепке и покачала головой: нет, это не ее метод. Для нее, скорее, характерны бокал с мартини, узкое вечернее платье и манто из горностая. А еще – выдача кратких указаний, не подлежащих обсуждению. Хотя с другой стороны – уж она точно не тот человек, который будет своими руками строить мир во всем мире. Так что зря Алекс переживает: ни на какую борьбу с Титанами нас не отправят (хотела бы я посмотреть на того, кто предложит маме это сделать!). А вот за очередным амулетом слетать – это она организовать способна.
– Может, они нашли последний артефакт? – задумчиво пробормотала себе под нос. – А впрочем, чего гадать? Приедем домой, и нам точно все расскажут.
Алекс кивнул, и на этом мы закончили размышлять о Ядвиге Моргалис и ее «великом замысле». Ведь зачем портить себе настроение сейчас, если через сутки для этого будет куда больше причин? А пока можно полюбоваться чертовски красивым небом, если, конечно, не представлять, что где-то там, заточенный под толщей земли и скал, спит древний комок чистой энергии, рожденный для того, чтобы устроить Армагеддон.
