Текст книги "Карибы Лайт (СИ)"

Автор книги: Инга Леровая

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 5 страниц)

– Мика! – на пороге стоял Павел Евгеньевич Кротов собственной персоной.

– Оу, – я потеряла дар речи.

Увидь я Альку, дядю Колю, Маринку, бородачей, да кого угодно, я бы удивилась меньше. По включенному телефону можно точно определить локацию, только зачем это делать вот так, тайно? Кротов бросил акционеров, чтобы поймать меня на измене? Ну так ведь не поймал. Мыться в бане с парнем можно и просто так, без сексуального подтекста. Нагота не доказательство. Кротов перевел взгляд на Вадима и заморгал.

– Вадим? Откуда ты здесь?

Я онемела второй раз. Кротов и Вадим знакомы? Бывшие партнеры по бизнесу? Конкуренты? Поэтому Вадим приехал, чтобы понять, как подобраться поближе? Или я ошибаюсь? В полутьме, наконец, открылось то, чего я не определила при ярком дневном солнце. Просто представить не могла такого варианта. В паспорте Вадима не было отчества и фамилия другая. Но Павел Евгеньевич и Вадим походили друг на друга как отец и сын.

– Привет, пап, – Вадим, казалось, ничуть не удивился встрече. – Вода еще горячая. Ополоснись с дороги.

– Не буду вам мешать разговаривать по-родственному, – я бочком протиснулась мимо Павла Евгеньевича в предбанник. – С легким паром.

– Мика! – Кротов не успел меня остановить, я пулей вылетела из бани, забыв про шорты, и укрылась в доме. На Альку я могла положиться как на себя, никого она ко мне не подпустит на пушечный выстрел.

Глава седьмая

Глава седьмая

Утром я сложила два и два и решила, что зря сбежала из бани. Пропустила самое интересное и теперь правды не узнаю. Кротов наврет, чтобы остаться в роли любящего и все прощающего папика. Вадим наврет, чтобы выглядеть героем в моих глазах. Могло, конечно, вырулить на плохой вариант, тогда я лишусь обоих кавалеров.

Пару минут я огорчалась такому финалу, морщила нос и прикидывала, уволена я уже или нет. Потом врожденный оптимизм отменил огорчение. Кротов не единственный на свете мужик с деньгами. Просто мне надо ускорить поиски. Не разлеживаться, а мчаться доставать крылья. Алька уже на ногах, я тихонечко сбегу.

– Элька, тут такое! – Алька ворвалась в комнату с вытаращенными глазами.

– Какое?

– Твой Кротов в ногах валялся у другого мужика. За баней. Я давно проснулась, умыться побежала. А там они орут. Потом Кротов бух на колени и тоненько так заскулил. Я считаю, ты его немедленно должна бросить.

– Его это кого? Кротова или другого мужика?

– Ну мужик красавчик. Мечта просто. Кротова бросай.

– Приму к сведению твое мнение. Почему валялся, поняла?

– Элька, ты же юная девушка, глазки, косы, губки, а ведешь себя как железный дровосек.

– Факты излагай.

– В общем, Кротов просил, слезно умолял даже, мужика уехать. Обещал деньги, недвижку, землю под застройку, еще чего-то, лишь бы тот бросил тебя. Последняя ты радость у Кротова, без тебя ни солнца, ни счастья, – Алька поджала губы и уставилась на меня. – Если ты со стариком останешься…

– Я-то при чем? – перебила я Альку. – Меня же бросят ради недвижки.

– А ты прояви себя, свои лучшие качества.

– Уже проявила. Ты летать со мной идешь? – можно было не спрашивать, ответ я знала.

– Эль, я…

– Привет Сереге. И бабуле.

На Альку я не обиделась. Мне проще было одной и полетать, и спрятаться, если придется. Вдруг Алька свою судьбу нашла. Серега, конечно, в науках не силен, зато обеспечит подружке настоящий курортный роман. Ну и составит достойную интим-конкуренцию Алькиным профессорам. Сереге пухленькая Алька точно понравилась.

– Ты к вечеру-то появляйся. Шашлыки будут, рыбу Серега обещал закоптить. Душевно посидим. Сто лет с тобой на шашлыках не отрывались.

– Непременно появлюсь, – отмахнулась я. До вечера много чего может произойти.

Не так уж сложно отключить в мозгах режим приключений и включить режим ленивой тюленихи, но интуиция мне подсказывала, что мои выдающиеся мозги не главное в этой истории. Все герои повели себя поперек ролей. С чего бы Кротову бросать акционеров, жену и ехать за мной? Вадима он увидеть не ожидал, кто его накрутил?

Кроме жены некому. А ее кто накрутил? Логично предположить, что ее любовник. Который почему-то знал, куда я отправилась. Идеальный кандидат на роль любовника – Ситников. Он, конечно, годами не вышел, хотя о чем это я. Возраст стоит в конце очереди, если очередь за большими деньгами. Мне следовало ускориться.

С крыльями мне повезло. Нашелся энтузиаст. Показал мне красоту моря и побережья, согласился покружить над хижинами. Пятиугольник я определила. Только вот раскопки провести стало затруднительно. Гиви и Ростик заступили уже открыто на пост, к ним теперь Маринка прилагалась. А ко мне Алька, а к ней Серега.

Так все хорошо начиналось, но придется отступить, отложить поиски клада до лучших времен. И с тетей бы поговорить. Почему она испугалась за меня? Если Ситников узнавал у Альки обо мне, он мог и до тети добраться. Тогда пазл сложился. Людмила хотела поквитаться со мной, прикупила себе любовника, имевшего на меня зуб.

Я удачно поехала в глушь. Можно было вообще не мудрить, утопить котеночка без пыли и шума. Тетя тоже хотела добраться до клада, но моя жизнь перевесила. Вопрос оставался к Вадиму. Почему он появился здесь? Отбить кошечку у папаши заманчивая цель для мстительного отрока, но Вадим так мелко играть бы не стал.

Возможно, я думала о нем лучше, чем он заслуживал. Возможно, он как раз и хотел насолить, наперчить, испортить супчик. Готовился же. Знал, как я поступаю с Кротовым. Я ведь сразу засекла, что он смотрел на меня поначалу как на врага. Жалел деньги, которые Кротов тратил на меня? Тогда ему к Людмиле, а не ко мне.

На Вадиме я предсказуемо забуксовала. Даже если он спланировал мое падение с вершины и меня уволят из клубничек, я не буду ему мстить. Кажется, теперь я поняла женщин, продолжающих любить мужчин, бросивших их. Глупо Вадиму выбирать меня и ссориться с отцом. Глупо мне верить, что так может быть.

Доказательства явились как по заказу. Когда я вернулась, отмотав километров десять по окрестностям, дядя Коля уже наколдовал шашлыки, Серега накоптил рыбы, тетя Маруся накрыла стол. Маринка с Ростиком играли в бадминтон. За столом сидели Алька, ее бабушка и Кротов. У калитки торчал Гиви. Ждали только меня.

– Ну, наконец-то, – заорали все хором. – Королева изволила явиться. А если бы мы тут от голода померли? Слюнями все закапали.

– Пришла же.

– Микаэла Робертовна, – Кротов вскочил, отодвинул стул для меня рядом с собой. – Садитесь сюда.

– Все садитесь, – дядя Коля водрузил на стол огромное блюдо с шашлыками. – Серега, Маринка, ребята, давайте скоренько.

– Ну! За дружбу! – я первая подняла стакан. – За здоровье, счастье и любовь. И за тех, кто в море.

Разговор за столом, как обычно, завертелся вокруг моей персоны. Посыпались вопросы, почему телефон выключила, где шлялась весь день, и претензии, что красоту хранили для меня, поскольку тетя Маруся даже помидорку взять не разрешала взять со стола. Стол, надо отметить, был достоин кисти лучшего художника.

– Микаэла Робертовна, – Кротов кинулся накладывать на мою тарелку мясо и овощи. – Ваш отчет выше всяких похвал, решил сам посмотреть.

– Естественно. Я над ним три ночи работала.

На сердце саднило, что Вадима нет. Его выбор стал очевиден, я сто аргументов придумала в защиту Вадима, а сердцу не прикажешь, я тосковала. Впервые в жизни так тосковала. Хотя формально я осталась при должности, деньгах и прочих прелестях жизни. Вернемся на рабочее место и словно ничего не было. Даже страницу незачем переворачивать.

– Элька, все тосты заграбастала, – возмущенно запыхтела Алька. – За что пить дальше?

– Тебе Серега сейчас придумает офигенный тост.

– За красивых женщин, Алечка! – с нужным пафосом откликнулся Серега. Кажется, охранников я лишилась начисто.

Кротов под столом сжал мое колено. Сигнал понятный, скоро увезет меня в гостиницу. В доме у Шипиловых нам не уединиться, а Павел Евгеньевич соскучился по ласке. В мои планы на вечер Кротов не вписывался. Слишком разница большая оказалась. Между тем, когда ублажаешь ты, и тем, когда ублажают тебя.

Возможно, со временем я очухаюсь, захочу снова порезвиться с Кротовым. Придумаю и себе оправдания, не все же для Вадима стараться. Но сегодня нет. Надо отгоревать мою потерю. И закрыть дверь в то будущее, о котором говорил Вадим у бани. Вот так он о моем будущем думал.

– Мика, – Гиви смущенно потупился. – В деревне останусь. Ты не против? У Ростика тоже дела. Ему позвонить надо.

– Я не против. И у меня дела. Надо же как совпало.

Это называется ловкость рук и никакого мошенничества. Я восхитилась собой, когда Кротов начал тереть глаза и зевать. Устал с дороги, простительно. Парни помогли утащить заснувшего за столом уважаемого человека в баню. Дядя Коля, сокрушаясь, что гостиница у них всего лишь на половинку одной звезды, выдал перину с подушкой и одеяло.

Гостеприимным хозяевам отвозить Кротова в город в голову не пришло. Я рисковала, конечно. Серега и Гиви с Ростиком могли запросто догадаться, откуда берется внезапная сонливость, если пить и закусывать в моей компании. К счастью, не догадались. Были заняты курортным флиртом, на Кротова внимания не хватило.

Даже бдительная Алька ничего не заподозрила. Смотрела на только Серегу, который ей без устали заливал про звездопады, рассветы и рыбалку с яхты. Алька, никогда не получавшая столько комплиментов от мужиков, мои похвалы не считаются, млела, таяла и готова была слушать ванильные сказки Сереги до утра.

По-честному, я чувствовала благодарность к этому парню до неба. Алька заслуживала каждого слова. Сама того не желая, я отпугивала от подруги потенциальных кавалеров. А некоторые, и правда, подкатывали к Альке из-за меня. По большому счету, я уже могла спокойно свалить с праздника.

Гиви и Ростик наперегонки развлекали Маринку анекдотами, она хохотала во все горло. Серега сразу обнял Альку за плечи, едва Варвара Степановна скрылась в доме. Дядя Коля увел тетю Марусю, кивнув мне на корзинку, куда сгребли остатки пиршества. Понял мои намерения.

Под предлогом закинуть продукты в холодильник я схватила корзинку и растворилась в темноте. Тем и хороши южные ночи, темнота такая, что и собственную руку не разглядишь, пока к носу не поднесешь. Я хотела в хижину, на берег. Сесть на крыльцо, пить вино, слушать море и выть на луну от бессилия что-то изменить.

На рассвете заснуть в беспамятстве и проснуться железным дровосеком. Начать еще раз новую жизнь. Черныш увязался за мной. Тыкался мокрым носом в руку, державшую корзинку, понятное дело, что мясо его привлекало, но мне нравилось думать, что хоть кто-то на моей стороне, утешает и поддерживает. И выть будет рядом, и уснет под боком.

Дорогу я отлично изучила и в темноте добралась без помех. Не стала с воротами возиться, забор обошла по морю, прямо в одежде с Чернышом на плече. Такие мелочи как мокрый сарафан меня уже не волновали. Я села на ступеньку хижины, поделилась мясом с Чернышом, дядя Коля хорошо обо мне позаботился, мяса на четверых было.

Вздохнув, достала пузатую бутыль вина, оплетенную шнуром. Сойдет из горла. С отчаяния никто не ищет бокал, пьют прямо из бутылки. На секунду задумалась, какой тост сказать. Не пить же за любовь. Больше подходит другое – прощай любовь. В книгах все правильно написано, любовь портит жизнь разумным людям.

– Эльфы не пьют, – сильная рука вырвала бутылку. – Мика, ты с какого перепуга решила напиться? Кнута давно не огребала?

– Вадим? – я кинулась на шею этому загорелому черту. – Ты меня любишь?

– Не слабо тебя клинануло с пары глотков.

– Тогда убирайся, – я попыталась оттолкнуть Вадима, что, конечно же, было пустой затеей. Вадим обнимал меня одной рукой, в другой держал бутылку, а я не могла выскользнуть.

– Я?

– Да ты. Или любишь, или уходи.

– То есть ты только по любви? С каких это пор?

– Всегда так было. Просто я немного ошиблась.

Врать не пришлось, с Вадимом я больше не хотела лукавить. Вековая истина подтвердилась. Пока никого не любишь по-настоящему, можешь придуриваться, врать, оправдывать цель средствами. А если втюрилась по самую маковку, то ложь больно бьет по тебе же. Еще бы Вадим это понял. Иначе у нас шанса на счастливое будущее нет.

– Если ты немного ошиблась, тогда ты простишь и мне маленькую ошибку? – Вадим поставил бутылку на ступеньку и зашагал к морю. Черныш гавкнул для порядка и растянулся на песке подремать.

– Точно маленькая ошибка? – уточнила я.

– Точно.

– Ты меня отцу уступил. Эта ошибка?

– Нет. Это был тактический прием в настоящем. Для стратегического выигрыша в будущем.

– Рядом с тобой я тупею. Скажи сам.

– Сначала искупаться надо, Мика, смыть лишнее. И мозги освежить.

– Ты мои мозги искупать собрался? Всего лишь? – веселье нахлынуло на меня как волна, то ли от выпитых двух глотков, больше я не успела сделать, то ли от близости Вадима. Он не уехал, ждал меня, это самое главное. – А разве тигры любят купаться в море? Они же из кошачьих.

– Тигры любят закусить нежным эльфом.

– Ты меня съешь?

– На завтрак.

– А мясо тебя не устроит? Я принесла вкусняшки, чтобы приручить дикого зверя. Надеюсь, Черныш их не слопает.

– Ты же не думала, что я здесь. За это накажу.

– Но внутри-то я знала. Иначе бы не пришла сюда ночью.

Я висела на Вадиме, не возмущалась, что он оставил меня без сарафана и трусов, и тащил в море, которое по колено мне стало. Мы по-деловому плыли плечом к плечу, не игрались и не брызгались, не подныривали друг под друга и не обгоняли. Выглянула луна и мы, не сговариваясь, повернули назад.

Я помахала луне, благодаря за серебристую дорожку, а Вадим фыркнул. Смешно ему стало от моей сентиментальной выходки. У берега Вадим первым встал на дно, поймал меня и забросил на плечо. Как будто я его добыча. В общем, я не возражала против такого варианта развития событий. Вариант был многообещающий.

Под душем я вопила во все горло, что мне холодно, хотя вода за день согрелась, а потом притихла и закрыла глаза. Чтобы острее чувствовать прикосновения. Вадим намыливал меня, шлепал и отпускал шуточки. Нам обоим хотелось перебить неприятное ощущение от досадной встречи в бане.

– Я ни капельки не загорела, – пожаловалась я, когда мы улеглись рядом на матрас. Целомудренно улеглись, глядя в потолок, и продолжали держаться за руки. Приятная усталость и чудесное понимание, что можно не торопиться, не набрасываться друг на друга в страхе, что это в последний раз. – Завтра загораем голышом.

– Мне нравится и так, – Вадим повернулся ко мне и ласково погладил по щеке. – Белый эльф. Зефирка. Облачко.

– Ты-то загорелый. Мне завидно.

– Просто у меня смуглая кожа. Загар сам ложится.

– В чем ты стратегически выиграл? За дорого меня продал? – я решилась спрыгнуть с тропинки милого воркования. – Понимаю, что серьезный разговор и можно интереснее провести ночное время, но давай выясним все сейчас. Камни за пазухой это худшее, что может быть отношениях.

– Может утром поговорим?

– В темноте многое легче сказать. Момент лучший из возможных.

– Ладно. Рискую, конечно. В бане я пообещал отцу, что не буду к тебе приставать. Он ныл как заведенный, достал меня до печенок.

– А взамен что попросил?

– Отец подписал дарственную на этот берег. Как ты называешь? Карибы Лайт?

– Что? Кротов отдал тебе эту землю?

– Ради сладкой клубнички он был готов на все.

– Но ведь твой отец не имеет права распоряжаться мной. Ну, отогнал тебя. Я-то могу делать все, что хочу. Могу остаться с ним, могу послать подальше. Я не на привязи.

– На это я и надеялся, – засмеялся Вадим. – Что ты сообразишь, найдешь корень уравнения. Своими желаниями Микаэла Робертовна командует единолично.

– Какой сюрприз, ты разбираешься в математике. А то, что ты обхитрил отца, тебя не волнует?

– Он много ловчил, обманул мою мать и меня. По сути, обокрал. Отжал гостиницу. А это материно наследство было.

– Поэтому ты захотел поквитаться со мной?

– Он привез тебя в наш дом в Чехии. Я взбесился. Следил за вами. И днем, и ночью.

– И понял, что я обманываю твоего отца? Тогда ты должен быть доволен. Обманувшего обманули.

– На тебя заглядывались на улицах, причмокивали вслед, ты могла выбрать любого мужика в Карловых Варах, побогаче моего отца. Но оставалась с ним. Мне стало интересно, в чем твой секрет.

– Нет никакого секрета, Вадим. Мне так было удобно. Необременительная работа, видимость самостоятельного дохода, строчка в резюме, много плюшек. Ну да, с некоторыми издержками. А где их нет? Минусы имеются в любом деле.

– Эльф Мика, если я подарю тебе эту землю, ты останешься со мной?

– Вадим, – я нервно сглотнула, не зная, что ответить.

– Я не пытаюсь тебя купить. Выразился неточно. Подарю Карибы Лайт без условий. А как ты посчитаешь нужным меня отблагодарить, решишь сама. Но можешь и не благодарить, – Вадим пощелкал пальцами, стараясь найти более точные формулировки. Он заметно волновался, акцент проявился сильнее. – Ты умная девочка, придумай сама.

– Как ты понял, что я хочу именно эту землю?

– Это нетрудно, Мика. Если любишь, поймешь, что дорого любимому человеку.

Глава восьмая

Глава восьмая

Железный дровосек во мне умер не родившись, эмоции разрывали меня на части, на глаза навернулись слезы. Я старалась дышать не глубоко и тихо, чтобы Вадим не догадался, как меня размазало по матрасу. Не знала, что сказать. Какая тут может быть благодарность? Моя любовь достойная цена? Не за землю. За поступок Вадима.

Не привыкла я к подаркам судьбы, когда просто так. Хочешь Карибы Лайт? Получай. Я намекала Кротову, что он мог бы мне сделать приятное, но у бывшего папика было правило – только с ним вместе. Любой курорт, но с Кротовым в паре. Даже украшения должны были нравиться в первую очередь ему. Я не возражала, сопутствующий минус.

Просто придумала вариант, каким образом могла бывать здесь. Повезло, что вырвалась на отдых одна. Но Кротов остался верен себе. Блага достаются из его рук. Поэтому бросил все и рванул за мной. Людмила наверняка выставила жесткие условия, Кротов мог психануть. Мог и отставку мне дать, да ревность не позволила.

– Мика, ну, – Вадим все понял без слов. И отложил в сторонку свою суровость. – Это слишком много. Твои слезы. Пара хижин среди пальм.

– Это не мои слезы. Плач предков.

– Предки свое отревели давным-давно. Моя женщина плакать не должна. Я тебя прошу не плакать.

– Ух ты какой. Моравий.

– Фамилия нравится? Поделюсь хоть завтра.

– Мне все нравится, – я насторожилась, за дверью явственно слышались чавкающие звуки. – Там Черныш лопает наш шашлык, похоже. Ты не попробовал.

– Сейчас я ему задам, – захохотал Вадим. – Оставить тигра без мяса. Как только додумался.

Мы выскочили на крыльцо, Черныш, действительно, шарился носом в корзинке и помогал себе лапой, но слопал не мясо, а вареные яйца. Вместе со скорлупой. Хруст скорлупы я и услышал. Мясо лежало в пластиковом контейнере, не по зубам воришке оказалось. На песке валялись помидоры и огурцы.

– Пес трезвенник попался, вроде и ругать некрасиво, – я потрепала Черныша по голове. Бутылку Черныш опрокинул, половина вина вытекла, пир на весь мир отменился. – Как тут на вверенной тебе территории? Все спокойно? Враги не пройдут?

– У тебя есть враги? – Вадим нахмурился. – Поэтому твоя тетя наняла недоделанных боевиков тебя охранять? Кто враги? Знаешь?

– Ну не враги, так, активные недоброжелатели. Жена Кротова, например. Ей по статусу положено меня ненавидеть.

– Думаешь, она приедет сюда?

– Вполне может. Чего проще. Уж точно я не ждала Павла Евгеньевича, но он же явился.

– Явился, – задумчиво произнес Вадим. – С женой отец разругался, это я понял. Она захотела разделить бизнес, пыталась переманить на свою сторону сотрудников. Еще и поэтому он так легко подарил мне этот актив. Тут ведь требуются огромные вложения. А прибыль он припрятал. Людмила заподозрила неладное, внеочередное собрание акционеров назначила.

– Еще и решила, что это я прибыль украла. Людмила начала сведения обо мне собирать. Через сокурсника. Алька меня предупредила.

– Мы можем уехать, Мика. На время. В Чехии тоже найдутся места для купания. Познакомлю с мамой. Ты ей понравишься. Не обязательно уезжать далеко. Вдоль побережья. Возьмем машину и прокатимся. Вернемся через пару-тройку недель. Твои недоброжелатели не будут торчать здесь так долго.

– Отличный план. Заодно узнаем друг друга получше, – я хотела сказать это радостно, мне в самом деле понравилась идея Вадима, но получилось кисло. Я слишком привыкла к мысли, что вот-вот доберусь до клада, что осталось совсем немного до открытия тайны.

– Что не так, Микаэльф? Посмотри на меня, – Вадим приподнял мое лицо за подбородок. – Говори, не бойся. Я не обижусь.

– Все так, Вадим. Правда. Разумнее уехать и не выяснять отношения с Кротовым, не портить ауру этого прекрасного места.

– Но уезжать ты не хочешь?

– Я мечтала просыпаться утром под шум волн, купаться, гулять, загорать и ни о чем не думать. Тотальная беззаботность. И сейчас меня бесит, что такая простая мечта не исполнилась, – я осеклась, такого слова как “бесит” в моем словаре раньше не существовало. В любых ситуациях я была милой и все понимающей, держала лицо. – Извини, к тебе моя вспышка не относится. Поцелуй меня.

– Иди сюда, – Вадим наклонился ко мне и я закрыла глаза.Мы целовались как подростки. Едва касаясь губ друг друга.

Это мало походило на страсть первой ночи, когда запретов и границ между нами не существовало, зато очень походило на душевную близость и нежность. Мне других доказательств любви от Вадима не требовалось. Когда тебя понимают, все остальное бледнеет, уходит на второй план. Неприятности будут, и ссоры будут, мы их преодолеем.

– Спасибо тебе, Вадим. Ты целуешься как…

– Ботаник?

– Ну, скрытый потенциал секс-бомбы чувствуется. Не спрячешь.

– Давай так и сделаем, как ты мечтала. Погуляем, искупаемся и будем загорать. Накинь что-нибудь на плечи. Сгоришь на солнце и мой потенциал секс-бомбы накроется медным тазом. Подобного позора я не переживу.

– Вон там я тебя впервые увидела, – мы отправились к дальнему забору, мне захотелось вернуть себе воздушное состояние первого утра. Тогда ничего не омрачало мои мысли. А планы вдохновляли на подвиги. – Ты сумел произвести шокирующее впечатление. А как ты картинно выбросил в море бусики. Я чуть в обморок не упала от восхищения. Черныш свидетель. А потом ты исчез, чтобы появиться в эффектной роли моего спасителя.

– Звучит как обвинение в злостном преступлении. Каюсь, я и хотел произвести на тебя впечатление.

– И вломился в мой дом. С коварными намерениями.

– Я видел, что ты выпила снотворное. К тому моменту я сам по уши в тебя влюбился. Повинную голову нельзя отрубать. Так говорят?

– Так. Удивительно, как быстро появляются общие воспоминания.

– Общие воспоминания появляются, если люди хотят этого, хотят быть вместе. Тогда они берегут моменты близости.

– Берегут моменты близости, – задумчиво повторила я. – Кажется, я знаю, что там может быть.

– Где там? – не понял Вадим.

– Возвращаемся к хижинам? Вдоль побережья мы непременно прокатимся, захватим с собой Альку и Серегу. Им тоже нужно ненадолго оказаться без присмотра бабушки. Но это завтра. Сегодня есть дела поважнее. Поможешь мне в одном секретном деле?

– Мика, звезду с неба достану для тебя.

– Звезду с неба? – прозвучало романтично и проникновенно и мои аппетиты мгновенно выросли. – А жемчужину со дна моря достанешь?

– Сколько сможешь унести.

– А клад найдешь?

– Запросы какие-то мелкие у тебя, эльф, – Вадим шутливо толкнул меня плечом, я ответила, он толкнул посильнее.

Я рванулась вперед, Вадим меня догнал и утащил в море. Мы барахтались на мелководье как два тюленя, брызгались и хохотали. Вадим был ловчее меня, офисной девочки, но поддавался, позволял себя поймать в воде. А я все равно ликовала, как будто могла соперничать с ним на равных.

– Научишь меня с кнутом управляться? Ну, пожалуйста.

– Так вот на что ты клюнула.

– Не на это, – мы выбрались на берег и медленно шли по кромке берега, держась за руки. Волны бились нам в ноги, море старалось прибавить нам счастья.

– А на что? Теряюсь в догадках.

– Ты из моря вышел голый, фигура обалденная, плечи, талия, и задница загорелая. Капли по спине на ягодицы стекали, мозг у меня в момент расплавился. Нельзя быть красивым таким.

– Можешь потрогать мою задницу, – пошловато усмехнувшись, предложил Вадим. – Но я в ответ затрогаю тебя всю. Мы ведь достаточно погуляли, искупались и позагорали? План выполнен? Займем лежачее положение?

– План перевыполнен, – кивнула я. – Сначала подкрепимся?

– Я как раз собирался закусить эльфом.

– Нельзя что попало в рот тащить.

– Что попало? Да я искал годы.

Перебрасываться шутками просто так мне было внове. Я давно отучила себя говорить спонтанно, каждое слово фильтровала. Только с Алькой могла расслабиться и то не всегда. Алька ругалась на меня, что я теряю себя. И вдруг фильтры исчезли сами собой, без усилий с моей стороны. Если смешно, я смеялась, печально, я грустила.

Я даже решила рассказать Вадиму о семейном кладе, хотя могла бы найти его одна, тайком. Наверно, правильнее было не говорить, ведь даже Алька не знала про мою настоящую цель. Правильнее было потом открыться, когда сама уже увидела и оценила. Возможно, что не захотелось бы открываться. Этот вариант исключать не следовало.

– Мика, – Вадим подхватил меня руки. – Отставить, как это, мозг устал?

– Отставить мозгоклюйство?

– Вот. Его выкинуть.

– Так заметно, что я сама себе мозг клюю?

– Клюй мой мозг.

– Я хотела тебе кое-что показать. Слова подбирала.

– Слова подбирают для вранья. Я предпочитаю честность.

– А кто меня за нос водил?

– Это не вранье было.

– Знаю, знаю. Тактический прием в настоящем. Для стратегического выигрыша в будущем. Ты выиграл.

– Я думал, что мы вместе выиграли.

Вадим нес меня на руках, я обняла его за шею, положила голову на плечо. Представила, какой выигрышный кадр получился. Яркое солнце, сине-бирюзовое море, белые барашки, голубое небо, белый песок. И мы с Вадимом. Он загорелый, сильный, а я хрупкая, белокожая, распущенные волосы ветерок треплет.

В такие минуты кажется, что в мире не бывает зла и горя. Что, действительно, любовь главная красота и она всех спасет. Меня же спасла. Хотя я в нее не верила, высмеивала, искала для себя бытовой комфорт и удобство. Рай с милым в шалаше? Оставьте эти сказки для наивных дурочек. Хватит милой меня во дворце.

Сказка пришла ко мне сама, держа под мышкой шалаш и Вадима. Не спрашивала, хочу ли я счастья, просто поставила перед выбором. Дворец или шалаш. И я выбрала шалаш. За этот выбор мне еще придется с Кротовым повоевать. Он вкладывался в меня, комплименты говорил, наряжал. Потребует отдачу.

– Мика, – Вадим неожиданно остановился и поставил меня на песок. – Слышишь?

– Черныш лает. Чего это он?

– Гости?

– На дядю Колю лаять бы не стал. И к бородачам уже попривык.

– Значит, враги пожаловали.

– Значит, пожаловали, – я закусила губу и захныкала. Поход за кладом опять отменялся. – Для Кротова еще рано, вряд ли он так быстро проспался. Алька пришла бы не одна, она дорогу не знает. Маринка могла прийти с Гиви, но Черныш ее знает.

– Мы можем уйти через лес в деревню, если не хочешь встречаться с врагами.

– Сбежать? Еще чего! Если хоть пальцем тронут мои вещи…

– Мика, давай я схожу на разведку.

– Нет. Это моя земля и нечего тут врагам делать.

– Не горячись. Я поотстану и подойду с другой стороны. Идет? Прошу, не лезь в драку. Будь осторожна.

– Ладно, буду, – я пообещала, но не собиралась быть осторожной. Наоборот, я собиралась устроить скандал.

Сомнительные привычки не всегда приносят вред, иногда они работают на пользу для хозяина. Уходя, я на автомате кинула пару таблеток снотворного в остатки вина. В бутылке оставалась еще половина, желающие выпить могли найтись. Они нашлись. На ступеньках неловко приткнувшись друг к другу спали Людмила и Андрей.

Самое простое допущение оказалось верным. Особого ликования я не почувствовала, лишь удивилась жадности гостей. Заявиться без приглашения да еще сразу кинуться выпивать. Считали себя хозяевами? Вполне возможно. Выгнать меня с берега – нормальная месть обманутой жены. Кротов не успел, а может не захотел, известить супругу о подарке сыну.

– Узнаю руку мастера, – Вадим появился в своей манере, внезапно и бесшумно. Эльфом его надо называть, не меня. – Ты профи.

– Чужого мне не надо, свое не отдам.

– Ты не эльф, Мика, – я засмеялась, Вадим прочитал мои мысли.

– А кто?

– Тигрица?

– Тогда мы пара?

– В этом сомнений нет.

– Что с Людмилой будем делать? Можно доставить к Кротову в баню, да возиться лень. А вторая хижина для других влюбленных. Маринка с Ростиком, Алька с Серегой. Гиви найдем кого-нибудь.

– Ничего не будем делать.

– Ну ладно, – на всякий случай я сфотографировала недоброжелателей. Пусть Кротов узнает и освободится от всех цепей. Это мой ему подарок будет.

От ворот послышались голоса, гомон и смех, и я схватилась за голову. Одиночество помахало мне ручкой уже в который раз. Судя по крикам, вся вчерашняя компания шла на берег. И чего им дома, в тенечке не сиделось. Я покосилась на Вадима, он покачал головой. Прятаться не станет, готов со всеми подружиться.

– Элька! – подружка кинулась мне на шею. – Вот ни капли не сомневалась, что отхватишь себе принца.

– Да ты тоже, не промахнулась, – кивнула я на Серегу, который смирно стоял за Алькиной спиной, нагруженный по самую маковку. – Лопаты-то вам зачем?

– Клумбы надо разбить, – пояснила тетя Маруся. – Я цветов накопала. Посадим. Пусть красиво будет.

– А поливать кто будет? Хотя, зачем я спрашиваю, вы и будете, каждый вечер.

– От помощи не отказывайся, Мика, – дядя Коля погрозил мне пальцем. – Знакомь с парнем своим.

– Это Вадим, мой жених. Вырвался тоже на отдых. А это… – я показала на Людмилу и Андрея. – Недоброжелатели.

– И что они тут делают, – рассердилась Алька, к Андрею у нее имелась давняя претензия. – Гнать взашей!

– Алечка, пара пустяков, – кровожадную идею горячо поддержали, под командованием Маринки Серега с Ростиком потащили спящих за ворота.

– Мастерство не пропить, если не пить, – гражданка Беккер пробилась ко мне, обняла и поделилась своим ценным высказыванием о пьянстве. – Ну чего, нашла место?

– Нашла, – не стала я спрашивать, каким ветром и тетю занесло на Карибы Лайт. Вопросы гарантированно понесут ее в магазин с горячительными напитками, ничего я не выясню.

– Показывай! – тетя победно расправила плечи. – Помощников до черта.

Я раздумывала, стоит ли Вадиму говорить о кладе, собиралась ночью одна рыть, а тетя одной левой посвятила всех в наши семейные тайны. Резон, конечно, в этом был. Парни справятся быстрее, чем я одна. Клад вряд ли хранил деньги или драгоценности. Скорее, там спрятаны альбомы с фотографиями или милые безделушки. Память рода.