Текст книги "Письма из заключения (1970–1972)"

Автор книги: Илья Габай

Жанр:

Прочая документальная литература

сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 23 страниц)

В этом крошеве местей и склок,
Непрощенной беды и обиды
Погубить себя в мартовских идах
Никогда не просрочится срок.

Мы едва не презрели межу.
Мы почти что взорвали преграду:
Мы, по-моему, были на грани
Бесноватой любви к мятежу.

Для чего мы пришли в этот мир?
Для того, чтобы сеять смятенье?
Чтоб посланцами слезного мщенья
Громогласно себя заявить?

Для чего в этом мире, мой друг,
Мы закружены в бунтах и спешках?
Чтоб счастливый победный досуг
Посвятить сотворенью гарроты?

Утешит ль нас странноприимный дом?
Я думаю, утешит нас, чего там!
А нет – не поздно грянуть мятежом
И на досуге изобресть гарроту.

Еще не поздно. Пусть трепещет кто-то.
Мятеж да казнь – утешьтесь хоть на том…

– Нетчик? Да-с! Бедный? Все-таки вряд ли.
Нетчик – «нет» объявивший круженью,
Возвестивший: помешкай, вглядись
В себя – и призвавший к терпенью.

Надо терпеть и ждать –
А иначе
Все обернется
Любовью к мятежам.
Надо терпеть и ждать
Просветленности душ и умов –

А иначе –
развеселый простор честолюбцу,
Для которого кровь нипочем!

Я предвижу слова которые Вы мой друг вправе произнести сейчас слова мною же внушенные с глубокой душевной печалью угадываю их потому что в них правда от которой я не отрекаюсь нимало благо тому кто не блуждает между множеством правд всяких там провидцев историков а еще и послухов дней своих…

СОНЕТ

Нелепо думать: мне не по плечу
Жить ожиданьем, сбыться ль дивной сказке,
Когда в пути, как к Савлу под Дамаском,
Раскаянье подступит к палачу.

Исполнен миф – и в сей блаженный миг
Вам возвестят кимвалы или трубы,
Что полюбили сирых раболюбы
И я обнял тюремщиков моих.

Который год вещает мудрость нам,
Что путеводна сказочка простая:
Исполнитесь презреньем к мятежам.

Живите ж, горней правды выжидая,
Незримо словоерсом обрастая
И кланяясь вельможным палачам.

18. Сонет

Итак, смиренно погрузись в себя
Иль полномочный бунт твори повсюду, –
Твое мужанье с деревом Иуды
Цветеньем схоже – со зловещим чудом:
Терять листву, себя в цвету губя.

Терять листву, себя вконец губя,
Нам остается истовей и злее:
Порушить Я иль это Я взлелеять –
Все заблудиться в злополучных Я.

Своди – но воедино к а к свести,
Ищи рубеж – но г д е его найти:
Мятеж – иль месть? Смиренность – или
смирность?

И нет жрецов в покинутых кумирнях,
Которые мелькнули на пути…

19. Тогда-то…

Тогда-то для заблудшего в пути
Раздастся глас, молитвенный и строгий:
«Иди вперед! Ищи – ж и в о г о бога!»

Совет благой – но к а к его найти?
И г д е найти? Ценой каких утрат?

Когда б не знать: меня вблизи чертога
Уж если не сомненье, не тревога,
Так боль зубная изведет, хоть плачь!

Простите за кощунство – сам не рад.
Но мне ли строить Августинов град,
Раз не страшит погрязшего в безверьи
Игрушечный – на сон грядущий – ад:
Весь апокалиптический парад
Видений дщерей на багряных зверях.

Нет сил для покаяний и молитв.
Я снова нетчик в час вселенских битв
И, мыслью о спасении горя,
Я жажду обновления, как влаги.
Но нет во мне мистической отваги.
Что мне Инкубы, правду говоря!

20. Итак…

1. В о с п о м и н а н ь е?

Старушечья поступь, унылость горба
В пугливой походке издерганной веры.
А мы не таимся. Чиста, и горда,
И явна для недругов наша вечеря.

И праздничен вечер! За нашим столом
Бутылей беспечный и радужный слиток.
И светится имя Мадонны элиты
И царственны речи – за нашим столом…

2. Б у д н и

Мне невозможно жить, я не научен
Сносить без слов улыбочки наушничеств.
Мне стыдно, что я жив, когда творят правеж,
Безжалостность и жадность, ложь и вошь
И идиотство песенок и гимнов,
Звучащих здесь: блажной и грязный свал.

Так – что мне книги? Больше: что стихи мне?
Что мне стихи – и даже письма к вам?

Что стерты и утеряны черты,
Являя миру веские улики,
Высокомерно ль освятить элиту,
Сподобиться ль житейской простоты.

Сподобиться – и дней своих на склоне
Жить в простоте: без гнева, не сердясь.
Ж и т ь в пустоте, причастность Вавилону
Представив как монашескую грязь!..

3. В о ч т о я в е р ю?

Нам встретиться нужно. За нашим столом.
И вот мы собрались. Никто не увечен:
Никто не напуган. И нечто увенчит
Шутливая дружба за нашим столом.

И царствует кубок в сплоченном кругу
Иль – проще – стаканы. – Так сдвинем их разом!
И нет раболепца – Да здравствует разум!
И нет раболюба в сплоченном кругу

Нам близко и тесно за нашим столом.
И шуткам простор и покойно подругам.
И нету им места – внушенным потугам,
И склокам, и сыску – за нашим столом.

4. В о ч т о я н е в е р ю?

– Я не верю, мои друзья, снам и полуснам
и в возможность обойтись без них в отчаянную
минуту;
– Я не верю в существование нелюдей
и в возможность недружб,
и что должен жертвовать кем-то, кроме себя самого;
– Я не верю любви к мятежам: так создается зло
и не верю в право уклоняться от мятежа:
так допускается зло;
– Я не верю в возможность ответить на вопросы
души
и в право души не задавать их…

5. Н а ч т о я н а д е ю с ь?

(и т а к)

…что на кручах,
Узнав хоть краем боль,
Я обрету не роль,
А участь, друг мой…

Участь. Я надеюсь на
Участь. На свою
У каждого. Какая
Она ни есть.

Кемерово, январь 1971 г.