Текст книги "Манулов, прекрати! (СИ)"

Автор книги: Илья Ангел

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Глава 9

– Ты куда? – раздался в спину голос испуганной моим поведением Дианы.

– Оставайся в номере, – через плечо ответил я ей и, развернувшись, тихо направился прямо по коридору.

Звук перестал от меня удаляться, превратившись из плача уже в полноценный горестный вой. В коридоре было тихо и на удивление пусто, но я все равно решил двигаться рядом со стеной, сливаясь с ней при помощи идеальной маскировки, которую получил от Манула.

Коридор закончился тупиком, причем в самом конце никаких дверей, ведущих в комнаты, не было. Прислушавшись, я понял, что звуки доносились совсем рядом, но откуда-то снизу. Пришлось возвращаться к лестнице и спускаться на этаж ниже, чтобы просмотреть и эту часть здания. По пути мне встретилось несколько мужчин в какой-то полувоенной форме, буквально увешанные всевозможным оружием, от обычных охотничьих ножей, висевших на поясе, до массивного арбалета и ружья. Так как находился я под действием способности и шел довольно медленно, чтобы не вызывать искажений в пространстве, охотники меня не заметили, пройдя мимо, даже не посмотрев в мою сторону.

Спустившись на этаж ниже, я завернул в коридор, находившийся прямо под тем, где располагалась моя комната, и двинулся в самый конец, постоянно прислушиваясь к плачу существа, которое при моем отдалении от него начало завывать громче и горестнее.

Через несколько минут, я дошел до точно такого же тупика, осматривая голые стены. Плач доносился совсем рядом, за стеной, около которой я находился. Неужели есть какой-то другой вход в помещение, где-то с другой стороны здания? Жаль, что мы сразу же вошли внутрь, и у меня не было шанса его осмотреть.

Немного помешкав, я приложил к стене руку и ощутил исходящее от небольшого ее участка тепло и едва уловимые колебания воздуха. Нет, отсюда тоже можно зайти внутрь. Скорее всего, здесь есть какой-то скрытый механизм, который отпирает потайную дверь.

Ощупывая каждый сантиметр в поисках рычага, я ощущал какое-то скрытое беспокойство вперемешку со страхом, которые были мне совершенно не свойственны. Я понимал, что это как-то связано с тем существом, которое неистово зовет меня на помощь, но даже не мог представить, что или кто это мог быть.

На удивление, никаких других звуков я не слышал. Ни шагов, ни голосов, ни шороха из-за преграды. Поэтому внезапно отъевшая часть стены стала для меня полной неожиданностью. Я отпрыгнул в сторону, сливаясь со стеной и рассматривая пару мужчин, выходивших из помещения, в которое я так стремился попасть. Один из них резко остановился и пристально посмотрел в мою сторону, даже сделав шаг в моем направлении. Я замер, не шевелясь, даже дышать перестал, чтобы никоим образом себя не выдать.

– Ты чего? – остановился второй, в котором я признал посетителя гостиницы, еще совсем недавно находившегося внизу и старавшегося скрыть свой интерес к появившимся на входе незнакомцам за чтением газеты.

– Не знаю, показалось что-то, – он отмахнулся и вернулся к двери, прикладывая перстень к едва заметной выемке на стене, на которую я натыкался при ее осмотре. Теперь понятно, как именно открывается дверь, а то уже подумал ранее, что это просто дефект покраски, потому что, как бы я не прилагал силу, нажимая на нее всеми пальцами никакого эффекта достичь так и не смог.

– Откуда в гостинице могла взяться тварь с изнанки? – спросил тот, кто закрывал двери. – Ведь никогда такого не случалось ранее, это здание полностью защищено, даже туши монстров невозможно пронести через порог.

– Если честно, то мне не кажется, что оно с изнанки, – покачал головой его собеседник. – Слишком беззащитно оно выглядит. Даже детеныши монстров таят в себе угрозу, а здесь хватило сил одного человека, чтобы усмирить его.

– Да что тут думать, – проговорил второй, удаляясь со своим напарником по коридору от меня. – Мы доложили, все необходимые меры приняли, пусть теперь разбирается хозяин этого заведения.

Они, все еще разговаривая, наконец, дошли до лестницы и оставили коридор чистым. Немного подождав и больше не заметив никаких нежданных гостей, подошел к стене и приложил перстень с изображением Манула к той самой, едва заметной вмятине.

Часть стены так же бесшумно отъехала, открывая мне проход. В очередной раз оглядевшись по сторонам, я шагнул в темное помещение. Никогда не поступал так безрассудно, но времени и шанса на разведку у меня не было.

Дверь за мной закрылась, а в комнате зажегся свет от яркого светильника, висевшего на стене. Я удивленно озирался, разглядывая большое помещение, которое занимало по размерам с десяток стандартных комнат, в которые нас разместили на ночлег. Эта комната была больше похожа на какой-то военный склад. Все стены были увешаны оружием, а стеллажи под ними были битком набиты простыми ножами, патронами, стрелами и другими расходными материалами. Несколько открытых шкафов возле двери были заполнены простой, но даже на вид крепкой одеждой, на манер той, что я видел на охотниках, когда спускался по лестнице.

– Чем я могу вам помочь? – я чуть не подпрыгнул от неожиданности, когда за моей спиной раздался спокойный, тихий мужской голос. Шагов я не слышал, поэтому аккуратно повернулся в сторону голоса, рефлекторно пытаясь схватиться за кинжал, который всегда висел у меня на поясе в прошлой жизни. Рука схватила пустоту, поэтому мысленно выругавшись и вспомнив, что из оружия у меня с собой нет даже палки, я посмотрел на мужчину, который выжидательно на меня уставился.

Он был одет в строгий черный костюм, ворот белой идеально выглаженной рубашки выглядывал из-под пиджака, а из нагрудного кармана с изображением какого-то грызуна, выглядывал угол белоснежного платка. Мужчина был средних лет, с едва проглядывавшимися прядями седых волос, но вот спокойный взгляд серых глаз, направленный на меня, подходил скорее столетнему старцу. На его пальце я заметил перстень, подобный тому, что украшал мою руку, но изображение на нем разглядеть так и не смог, как бы не старался.

– С кем имею честь разговаривать? – осторожно спросил я, не делая никаких резких движений.

– Я – Сергей Вениаминович Хомяков, представляю побочную ветвь главного рода Хомяковых и являюсь смотрителем гостиницы и отчасти оружейником. Вас я вижу здесь впервые, – он, прищурившись, буквально по сантиметру осматривал меня, заострив свое внимание на руке с перстнем, после чего удовлетворенно кивнул и даже, на первый взгляд, немного расслабился.

– Константин Манулов, – все же решил я представиться. – Да, вы правильно отметили, я здесь нахожусь впервые, поэтому не знаю правил посещения этого места. Случайно услышал от своего спутника об этом месте, поэтому решил сюда наведаться в поисках своей пропавшей вещи, – уклончиво ответил я, отмечая, что как только начал разговаривать, то существо перестало плакать и теперь в моей голове, впервые за это время, воцарилась тишина.

– Манулов? – удивился он. – Неужели Станислав Игоревич, наконец, нашел себе преемника?

– Однофамилец, – буркнул я.

– У Манула нет однофамильцев. Мануловы, последние три сотни лет – это странствующие одиночки. Если вы не знаете Станислава, то смею предположить, что он скончался. Жаль, он был хорошим охотником. Так о какой пропаже вы говорите? У нас здесь не бюро находок, поэтому вряд ли я смогу вам чем-то помочь.

Да что это за место такое, где обычный смотритель ведет себя, как вышколенный аристократ, которому правила тона, поведения и этикета влили еще при рождении с молоком матери. Я еще раз огляделся, но так и не увидел ничего, что могло бы напоминать клетку, где содержали бы пойманное существо с изнанки, о котором говорили вышедшие из этого помещения мужчины.

– Понимаете, – я немного замялся, но все же решил испытать удачу. – Я ищу потерянного питомца. Так вышло, что эта кроха сбежала от меня, когда я разбирал вещи. – Еще бы знать, что это за кроха, а то, если начнет расспрашивать, то даже двух слов связать не смогу. В комнате повисла тишина, а сама ситуация мне вообще перестала нравиться.

– Откуда вы узнали, что пойманный зверь находится здесь? – с нажимом спросил мой собеседник, теряя даже видимость расслабленности и благожелательности, которую хотел изначально мне показать.

– Мы с ним связаны, и он позвал меня на помощь, – не мигая, ответил я, больше ничего не поясняя. – Если вы мне не верите или считаете угрозой, можете позвать человека, с которым мы путешествуем – Андрея Шмелева. Он подтвердит мою личность, и мы уже закончим эту бесполезную и бесперспективную болтовню.

Я все же решил прибегнуть к той силе, которая всегда мне давалась крайне трудно – к дипломатии. Никогда не понимал этого. Силовой метод всегда был эффективнее, но это скорее моя вина, сдержанностью никогда не обладал и теперь, переместившись в новое тело, отметил, что характер остался прежним.

Хомяков некоторое время молчал и пристально смотрел на меня, затем повернулся и пошел вглубь помещения, которое было скрыто в тени.

– Константин, идемте за мной. – Он, не оборачиваясь, уходил от меня, а я все еще раздумывал, стоит ли доверять этому подозрительному старику.

Все же решившись, я незаметно схватил со стойки один из ножей для личного успокоения и двинулся за ним следом. Никаких сигнальных чар, оповещающих о том, что кто-то позаимствовал одну из вещей в комнате, я не услышал, собственно, как и Хомяков никоем образом не показал, что заметил кражу.

Я догнал мужика, который стоял возле металлических запертых дверей в ожидании, когда его свалившийся из ниоткуда спутник подойдет к нему. Отворив дверь обычным ключом, он повернулся ко мне.

– Приложите ваш родовой перстень к отпирающему замку. Так система защиты сможет вас идентифицировать как гостя, а не как вора.

Я пожал плечами и сделал так, как говорил Хомяков. Раздался громкий щелчок, и массивная дверь отворилась, приоткрывшись на пару сантиметров.

Отойдя в сторону, я дал возможность смотрителю открыть дверь на всю ширину, после чего заглянул внутрь маленькой комнатки, в которой находилось несколько больших стеклянных клеток, и только одна из них была занята.

Маленький пушистый комок сидел на голом полу и смотрел перед собой испуганными голубыми глазами. Волчонку было от силы месяца два и, судя по его потерянному виду, его словно только что отлучили от мамки. Я вошел внутрь, прикоснувшись к холодному стеклу ладонью.

– Малыш, как же тебя напугали, – тихо проговорил я.

Волчонок поднял морду и вскочил на лапы, как собака, виляя небольшим хвостом. Его серая шерсть, судя по виду, была мокрая и покрыта какой-то слизью, которую он пытался с себя стряхнуть. Зверь метался по своей клетке, периодически бросаясь на стеклянные стены, стараясь выбраться наружу. Я пока слабо представлял, каким образом он связан со мной, но ощутил разлившееся по телу тепло, словно нашел потерянное давным-давно родное существо.

– Вы что, слепые здесь все⁈ – резко вскочил я на ноги, обращаясь к Хомякову, который не скрывал своего удивления, глядя на развернувшуюся перед его глазами картину. – Волка от монстра не в состоянии отличить? В мире, где все поклоняются богам-зверям? Отпирайте ваш загон для монстров и выпустите уже ребенка наружу, – буквально прорычал я.

Мужик ничего не ответил, только сделал несколько шагов назад и нажал на какую-то кнопку на стене. Я сделал рывок, но тело не было подготовлено для таких маневров, поэтому добежать вовремя до смотрителя у меня не получилось. Не хватило буквально доли секунды до того момента, как передо мной опустилась матовая стена.

До меня не доносились звуки, по крайней мере, я не слышал, как Хомяков говорит с кем-то, связываясь с помощью какого-то устройства. В моем мире ничего подобного не было, а дистанционные сообщения передавались при помощи специальных артефактов связи. Я ударил кулаком по стене, которая по твердости напоминала камень.

Волчонок снова заскулил. Я обернулся, глядя в глаза зверю, замечая, что окрас его глаз начал меняться с голубого на желтый, а сам он будто становился прозрачным. Я закрыл глаза, стараясь успокоиться и перестать представлять самую мучительную кончину Хомякову.

Сделав шаг назад, я открыл глаза, стараясь придумать способ, как выбраться наружу. Резкая желтая вспышка перед глазами буквально ослепила меня, за ней последовала зеленая, голубая, красная. На седьмом цвете я уже перестал различать что-либо, кроме светящихся кругов перед глазами, за которыми следовали очередные разноцветные всполохи всевозможных оттенков, о существовании которых я ранее даже не догадывался.

Спустя минуту, или немного больше, это светопреставление прекратилось, и я аккуратно открыл глаза, надеясь, что не ослеп окончательно. То, что я увидел, повергло меня в секундный ступор, но потом до меня дошло, что все это могло значить. Стеклянная стена, которая заперла меня внутри этой комнаты, была покрыта переливающимися разноцветными нитями, сплетаясь между собой и образуя сложную сеть. Стеклянный короб, в котором сидел зверек, успокоившись и с интересом наблюдая за мной, тоже был оплетен сетью, только намного более легкой и одноцветной. Оглядев комнату, обнаружил, что стены и потолок тоже местами были покрыты переплетенными нитями, издалека больше похожими на разноцветные кляксы. Все это цветовое многообразие светилось и переливалось, но никакого дискомфорта я не ощущал. Может, это и есть то самое истинное зрение, о котором говорил Манул, а все эти нити – потоки, из которых сотворены чары.

Мне приходилось слышать о магах, способных видеть заклинания и с легкостью их разрушать, но таких в моем мире было мало. Их поголовно истребляли. Никому не хотелось иметь дел с человеком, против которого твоя магия бессильна. А как говорил мой наставник из прошлой жизни, вовремя пущенная пуля из винтовки может убить даже всесильного мага, не ожидающего такого варварского нападения.

Я сел на колени, рассматривая сеть, которой была окутана клеть с моим волчонком. Ага, как я и думал все нити, переплетаясь между собой, создают какое-то подобие узелка, значит, в структуре заклинаний есть главный узел, на котором держится все тонкое плетение. Теперь нужно его найти и попытаться разрушить.

Мне хватило ровно десяти секунд, чтобы его вычислить. Из слегка отличающегося по цвету пятнышку, буквально исходили все остальные нити. Допустим, это тот самый главный узел, и как мне теперь его разрушить? Не придумав ничего умнее, я сгенерировал печать сокрушения, и легкий толчок воздуха, вместо привычного мне полноценного тарана, угодил ровно в эту переливающуюся кляксу.

Раздался довольно приличный по силе взрыв, от которого меня откинуло к стене, а сама стеклянная клетка развалилась на части. Волчонок сделал неуверенный шаг и, поняв, что его ничего не сдерживает ринулся ко мне, запрыгивая на колени и вылизывая лицо шершавым мокрым языком.

– Да что ты творишь, успокойся, – аккуратно ссадил я его с себя и, поднявшись, начал рассматривать стену, сквозь которую видел, как пятится Хомяков, с усмешкой до этого наблюдая за мной. Дай мне только выбраться, вместе посмеемся, я видел, ты это умеешь.

Оскалившись, я принялся искать подобные точки и на стене. Это, конечно, было довольно глупо с моей стороны, ведь даже от простенького заклинания, запирающего клетку, меня отнесло на добрые два шага назад, но покорно сидеть и ждать с моря погоды было не по мне.

Разделив три цвета, которые смешивались в путину, на составные части, я нашел все три узла.

– Так, малыш, отойди в самый конец комнаты, чтобы тебя ненароком не зацепило, – обратился я к волчонку, который тряхнул мордой, словно понял мои указания и отбежал в угол комнаты.

Направив печати сокрушения в три узла одну за другой, я лег на пол, закрывая голову руками. Взрыв был по громкости довольно мощным, но вот отдачи, как от разрушения клетки, не последовало. Так, всего лишь небольшой волной жара обдало тело. Вскочив на ноги, я позвал волчонка и ринулся внутрь темной комнаты.

– Неплохо, – раздался в голове довольный голос Манула, но я только отмахнулся от него, лишь отметив, что тот, вроде, не был против моей находки, в виде волчонка. – Будут знать, грызуны позорные, как в клетку Манулова садить.

Светильник на стене больше не горел, но это проблемой не было. Сорвавшиеся с рук печати света одна за другой осветили пространство. Хомякова я на своем пути не встретил, но как только приблизился к выходу, то наткнулся на пятерых мужиков в военной форме, что тут же направили на меня ружья и арбалеты.

Глава 10

Несколько секунд я следил за каждым движением и действием противника. У них имелся численный перевес, они были вооружены и, скорее всего, многие, если не все, были в этой компании магами. У меня же из оружия был только охотничий нож и ослабленная магия печатей, действие которой, возможно, могло стать для них неожиданностью. Решив, что здесь все же расклад явно не в мою пользу, я сделал шаг назад, погасив все печати света одновременно, погружая комнату в кромешную темноту.

Внезапно перед глазами заплясали разноцветные нити, которые в итоге сплелись в очертания людей, все еще стоявших у порога. Я моргнул, и наваждение прекратилось. Этой доли секунды хватило, чтобы меня дезориентировать. Я попятился и наткнулся спиной на стойку с оружием. Однако мне удалось не потерять концентрацию, продолжая собирать энергию из воздуха и концентрировать ее на кончиках пальцев.

Ожидаемо, почти сразу зажглись светильники на стене, и в помещение ввалились охотники. Несколько отработанных в прошлой жизни до автоматизма движений пальцами, и в противников летит печать ослепления, что на некоторое время должна была вывести их из строя, а следом печать сокрытия, тут же заполнившая комнату черным дымом, который, впрочем, из-за недостатка вложенной энергии, стал практически сразу же оседать.

Взглянул на стойку с оружием, я с сожалением отметил, что ничего из того, что было представлено здесь, пригодным к сиюминутному использованию не было. Ружья, собственно, как и арбалеты, естественно, заряженными на стойке никто не держит, а холодного оружия на ней нет.

Энергия, буквально только что прекратившая собираться из окружающего пространства, внезапно довольно сильным потоком хлынула по моим рукам. Это не была энергия сил воздуха, земли или растений. Я почувствовал силу, которая даже в лучшие годы использования магии печатей была мне недоступна. Только лекари могли управлять ей, остальным жизненная энергия была недоступна. Однако сейчас я прекрасно чувствовал, как она выходит из моих противников и концентрируется у меня в руках.

Я услышал удивленный возглас одного из мужиков, которые довольно быстро пришли в себя после моей небольшой атаки. Так и должно было быть. Самый слабый из них уже ощутил дикую слабость и, судя по звукам, выронил оружие из трясущихся рук. Я усмехнулся, делая шаг вперед, полностью развеивая черный дым и накладывая печати со всей доступной мне скоростью. Ну, теперь повоюем.

Раздались выстрелы. Пули и несколько арбалетных болтов столкнулись со щитом, который я выставил перед собой, предвидя такое развитие событий. Щит распался после очередного залпа, а один из арбалетных болтов пронесся рядом с моим ухом, отведенный печатью защиты. Теперь это не было той пародией печати, которая получилась у меня утром в лесу. В данный момент она была максимального уровня и, чтобы истощить ее, одного выстрела было мало.

Печать сокрушения, наполненная их собственной жизненной энергией, буквально смела противников, выкидывая из комнаты вместе с частью стены. Для следующего действия мне нужно было видеть цель, поэтому я медленно двинулся вперед, создавая печать звездного огня. Меня разозлили, и оставлять людей в живых, направивших на меня оружие без причины, более того, желающих меня убить без каких-либо объяснений, я не был готов. Все же я глава Теневого клана, а не сиротка из этого мира, и пора уже играть по тем правилам, которые были мне более привычны.

От полного уничтожения все еще не очухавшихся противников спас раздавшийся голос, который немного привел меня в чувство.

– Что здесь, вашу мать, происходит! – Шмелев явно был зол, раз растерял даже видимость аристократического поведения. Я вышел из проема, который еще совсем недавно был стеной, и осмотрелся.

Шмелев стоял рядом с руинами, в которые я превратил коридор. Диана встревожено топталась позади него и, увидев меня, облегченно выдохнула, всплеснув руками. Неудачная пятерка бойцов поднималась на ноги, а вертевшийся рядом с хозяином гостиницы Хомяков что-то объяснял и буквально заламывал руки. Постепенно коридор заполняли люди, которые недоумевающе смотрели на меня, постоянно переводя взгляд на охотников, ворвавшихся в комнату. Я развеял уже готовую сорваться с рук печать. Слишком много свидетелей в настоящий момент наблюдают за нами. Успею еще поквитаться.

Выпрыгнувший следом за мной волчонок обогнал меня и преградил мне путь, вздыбившись и грозно рыча в направлении охотников.

– Вы слепые что ли? Вы что, волка от твари изнанки отличить не можете? – прорычал Шмелев, глядя пристально мне в глаза. Я развел руки в стороны, потому что совсем недавно задавался точно таким же вопросом. – От моего имени, хозяина этого заведения, хочу принести свои извинения за произошедшее недоразумение, Константин, – громко, чтобы все вокруг слышали, произнес Андрей.

– Ваше Сиятельство, да как же так, – засуетился Хомяков, обращаясь к Шмелеву. Тот поднял руку, прекратив лепетания смотрителя на полуслове. Тот недоуменно замолчал, отходя ему за спину. От былой мудрости в глазах не осталось и следа. Теперь Хомяков казался мне слегка свихнувшимся стариком, который действительно не понимал, что тут происходит.

Ваше Сиятельство? Это что, получается, Шмелев – граф? Как интересно выходит, но совсем не вяжется с его поведением. И что, он обычный преподаватель или вообще к магическому училищу не имеет никакого отношения. Как же все запутанно в этом мире.

– Что теперь? – спросил я, глядя на обескураженного Шмелева, который обводил взглядом коридор, заостряя внимание на наибольших разрушениях.

– Теперь все, кто в состоянии работать, оправляются наверх, недалеко от Новосибирска довольно мощный прорыв. Просьба непосредственно князя Тигрова. А ты компенсируешь весь материальный ущерб одному из охотников, который причинил твой питомец, а потом…

– Подождите. Какой ущерб? – удивился я, разглядывая мужчин, вставших на ноги и собирая вылетевшее у них из рук оружие. Некоторые из них злобно на меня смотрели, другие же глядели несколько презрительно. Но то, что их раскидал восемнадцатилетний парень из приюта теперь точно не даст им спать спокойно. Я вглядывался в лица, стараясь запомнить каждого из них, потому что друзьями они мне точно теперь никогда не станут.

– Согласно показаниям моего смотрителя, твоего волка приняли за тварь изнанки только потому, что он разгрыз походный мешок одного из постояльцев и съел все, что хоть как-то работало на макрах, включая целый макр с его недавней охоты. Согласись, это не типичное поведение обычного зверя, – мне оставалось только кивнуть, соглашаясь с рассуждениями графа. – Вещи вряд ли смогут быть дальше использованы, а вот макр придется вернуть.

– Я согласен, – усмехнулся я, делая шаг вперед. – Но победа в довольно нечестном бою с превосходящим по силе и численности противником, позволяет мне забрать их оружие. – Я покосился в сторону охотников, которые переглядывались между собой и о чем-то шептались. – Я готов пойти навстречу и оставить его им, но пускай они покроют нанесенный ущерб. Тогда мы будем в расчете и практически без обид.

– Да кто ты такой, сопляк, чтобы ставить какие-то условия⁈ – прорычал один из них, потянувшись рукой к своему найденному арбалету. В коридоре начались перешептывания среди сторонних лиц, некоторые из них утвердительно кивали, другие же просто наблюдали за бесплатным развлечением вместо сказки на ночь.

– Я тот, кто одержал победу. И заметьте, я не заставляю вас унижаться и просить прощения, хотя мог бы, – пристально смотрел в глаза тому, кто открыл свой рот.

– Справедливое замечание. Кодекс охотника достаточно четко трактует подобное. Проигравший платит, – кивнул Шмелев, уважительно смерив меня взглядом. – Обсудим все по возвращению, сейчас снова попрошу всех, кто свободен, уже выбраться, наконец, из этого здания и помочь в ликвидации прорыва, – рявкнул Андрей, после чего все спохватились и ринулись в направлении выхода, включая ту пятерку самоуверенных вояк.

– Странно. Я думал они останутся, – поморщился я, хватая щенка за загривок и садя его себе на руки. – Ведь храбры они только на детей оружие поднимать.

– Я бы на твоем месте, Константин, все же подумал, как друзей найти или верных компаньонов, а не врагов, – покачал головой Шмелев. – Откуда у тебя щенок? – спросил он у меня прямо.

– Подарок бога-покровителя, – пожал я плечами, глядя на все еще вздыбленного, но успокоившегося на моих руках волчонка.

Мне кажется, я теперь мог понять, откуда он взялся и что произошло. Дух белой волчицы не мог существовать в этом мире, поэтому она ушла, оставив подле меня того, кто мог оберегать главу клана Волка здесь, на этой земле. А она будет ждать меня там, в моем прежнем мире, ну или найдет достойного, чтобы основать новый клан.

– Ну почти, – раздался задумчивый голос Манула в моей голове. – Мы пришли к определенному консенсусу. Это дела богов, о которых тебе лучше не знать и не забивать голову. Ты показал себя достойно, по крайней мере, для котенка. Так что, теперь я спокоен, что в тебе не ошибся. Как выполнишь мое поручение, мы встретимся, до этого на мою помощь и присмотр больше не рассчитывай. Настоящий хищник, учится всему сам.

– Манул подарил тебе волка? – удивился Шмелев, сразу же теряя часть своей злости, которой он буквально был переполнен. А я все еще переваривал сказанное Манулом, опешив от того, что он мне каким-то неведомым образом помогал.

– Дословно? Бери, что дали и катись на все четыре стороны, – перефразировал я слегка кота, решив ответить, когда молчание затянулось.

Я кивнул своим мыслям, задумчиво обводя руины взглядом. Как у меня получилось использовать энергию жизни? Нет, пока я не попаду в магическое училище, то вряд ли смогу сам ответить на этот вопрос.

Он, тем временем, прекратил гипнотизировать нас с волчонком подозрительным взглядом и повернулся в сторону смотрителя.

– Вы не перестаете меня удивлять и втравливать в непростые ситуации. Извинитесь перед Мануловым за свое поведение, оденьте его и вооружите, разумеется, за ваш счет, в качестве компенсации за предоставленные неудобства. А ты, – теперь уже повернулся он ко мне. – Прекрати пока все крушить и ломать на своем пути. Поверь, у тебя еще будет возможность это делать, притом за весьма неплохие деньги.

На этих словах под недовольный взгляд Хомякова, он развернулся и быстрым шагом двинулся в направление выхода, оставив нас одних.

– Что тут произошло? – спросила Диана, когда я выбирал себе оружие и одежду. Смотритель ни разу со мной не заговорил, лишь коротко давая описания каждому приглянувшемуся мне ножу или арбалету.

Я коротко пересказал все то, что произошло, не вдаваясь в подробности. Такой ответ девушку вполне устроил и все время, пока я выбирал оружие, неприязненно косилась в сторону Хомякова. В итоге я смог выбрать оружие, довольно неплохое, даже по моим завышенным требованиям, что чуть не привело к сердечному приступу у старика, когда он прикинул, сколько все это добро стоит. Но по какой-то причине перечить мне не стал. Все же лимит графом был не обозначен. В итоге, переодевшись в удобный походный костюм и скинув уже окончательно превратившиеся в тряпки вещи, я повесил на пояс кинжал, взял арбалет и несколько десятков болтов в удобном колчане. Хотел взять еще ружье, но тут были только дульнозарядные, а с такими я никогда не имел дела. Так что, покрутив несколько из них в руках, я поставил их обратно на стойку и покинул это негостеприимное место.

Волчонок все это время носился рядом со мной, но как только мы поднялись к себе на этаж разбежался и, высоко подпрыгнув, растворился в воздухе. При этом я прекрасно чувствовал его присутствие и откуда-то знал, что могу позвать питомца в любой момент. Словно он теперь часть меня.

Диана, как завороженная смотрела на то место, где только что исчез зверь, не решаясь задавать лишних вопросов.

– Слушай, может пойдем съедим что-нибудь, – отвлек ее от ненужных размышлений, открывая дверь нашей комнаты. – А то с утра крошки во рту не было. Скоро живот к спине прилипнет.

– Да мы и утром не ели, – улыбнулась она и осталась в дверях, ожидая, пока я положу арбалет и возьму те немногие сбережения, что у меня были.

Мы молча спустились вниз, не зная, куда следовать дальше. Я подошел к стойке, за которой находился все тот же молодой человек.

– Простите, тут есть какая-нибудь столовая или место, где можно перекусить? – привлек я его внимание.

– Разумеется, мы элитное заведение. Вам нужно пройти по коридору прямо, окажетесь в местной ресторации, – довольно миролюбиво ответил он, указывая мне дорогу рукой. – А это вы тот самый Манулов, который смог раскидать братьев Хомяковых? – наклонившись, поинтересовался он.

– Что, они все братья? – удивился я. – Их же было пятеро.

– И в наше нелегкое время бывают многодетные семьи, – удовлетворившись моим ответом, улыбнулся мне парень. – Вечно пытаются с кем-то сцепиться, надоели уже. Почему им не запретят тут останавливаться?

Я ничего не ответил, резко повернувшись на шум, раздавшийся на входе в гостиницу. Несколько мужчин ввалились в холл, один нес на руках окровавленную девушку, двое других практически тащили на себе молодого парня. Он был бледен и едва переставлял ноги, но, на удивление, все же держался в сознании.

– Целитель на месте? – прокричал в нашу сторону ворвавшийся в двери мужчина с девушкой на руках. Он положил ее на пол в центре холла, после чего ринулся помогать затаскивать бьющегося в судорогах парня.

– Нет, целитель вместе со своим помощником отбыли вместе с графом Шмелевым, – ответил округливший глаза парень.

– Хреново, еще один переход они не протянут, – сквозь зубы процедил один из мужиков, поднимаясь на ноги, когда парень успокоился и забылся беспокойным сном или, скорее, бредом. – Мишка, давай за подмогой, может, найдешь кого-нибудь, кто сможет помочь.

Я подошел к ним, разглядывая пострадавших. Девушке на вид было не больше двадцати лет. Черные прямые волосы, бледное лицо и выразительные голубые глаза. Именно глаза привлекали все внимание. Она прямо посмотрела на меня и закашлялась, выплевывая сгустки алой крови. Диана сообразила первая, поставив на уши практически всех, кто находился в этот момент в гостинице, и к нам уже несли какие-то склянки, полотенца, чистую воду.