Текст книги "Стальной прилив"

Автор книги: Илья Садчиков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 27 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]

Глава 7
Черное солнце

Нефтеналивная гавань Тюлений Залив.

Северная оконечность острова Бернадотта.

15 ноября 2035 года, 13.11

Ранним утром бескрайнее небо Атлантики затянули низкие облака. Серые тучи испустили из себя крупные кристаллики снега, видимость упала до десяти-пятнадцати метров, и бронетранспортер Соколова вынужденно сбросил скорость. Молодой лейтенант, сидевший за рычагами машины, с дороги не свернул и повел БТР, ориентируясь по сигналам спутниковой навигационной системы. Дорога до гавани должна была занять тридцать минут, но сидевшие в транспортере пилоты провели в пути целый час.

Добравшись до внешнего периметра морской базы, лейтенант остановил машину. Пробежав пальцами по пульту управления, офицер активировал электронный перископ. Хитроумное устройство с ревом вылезло из десантного люка и уставилось единственным глазом в белесую пелену ревущей бури. Прильнув к окуляру, Соколов осмотрел территорию, простирающуюся за пределами машины.

За бортом транспортера раскинулись неприветливые руины. Подгоняемый ветром снег яростно бил по линзам прибора, засыпал крошевом сенсоры машины, пытался снизить видимость до пары метров.

Завершив изучение местности, Сергей активировал тепловизор. Перед глазами полковника предстала сочная синевато-красная картинка. Уничтоженные бомбардировкой сооружения давно догорели, но обломки их сохранили ярко-красную память о беснующемся огне.

Соколов оторвался от перископа:

– Стрельников ошибается, в портовом районе людей нет. Вероятно, его подчиненные произвели передислокацию перед началом бомбардировки.

Матвиенко положил на колени автоматическую винтовку и откинулся на холодную стенку отсека:

– Едем дальше?

Полковник кивнул:

– Майора предупредили о нашем прибытии. Если не найдем Стеклова сами, то люди майора обязательно найдут нас. Главное, не удаляться от руин.

Матвиенко скривил губы в зловещем подобии улыбки:

– Рисковый ты человек, Сергей Александрович. Не боишься, что пехота примет нас за американский десант?

– Обмануться сложно, Николай. У нашей машины восемь колес, тогда как у американцев только шесть [44]44
  LAV-50 – десантная амфибия САСШ, имеет колесную формулу 6x6.


[Закрыть]. – Махнув лейтенанту рукой, полковник добавил: – Здесь больше делать нечего, двигайся к центру города.

Бронетранспортер взревел дизельным двигателем и двинулся к портовым развалинам.

Соколов вновь прижался глазом к окуляру и тихо выругался, видимость была отвратительной. Воздушные потоки сталкивались друг с другом, порождая высоченные снежные вихри.

К счастью, буря продолжалась недолго. Ее натиск стих, снежную пелену разогнал порыв океанского ветра. Перед взором полковника предстал изуродованный океанский причал и разрушенные взрывами инженерные сооружения. Возле изувеченных нефтяных насосов высились остовы сгоревших грузовиков. Еще дальше виднелся док, внутри которого тлела темная громада супертанкера. Судно осело на левый борт, из его пробитых цистерн сочилось драгоценное топливо.

В южной части портового сектора бушевал пожар. Пламя пожирало дома нефтяников, уничтожая проводку, мусор и брошенную мебель. Сильный ветер раздувал огонь, его кусачие языки протягивались из окон и дверей построек.

Добравшись до руин терминала, БТР остановился вновь. Пространство разбитой площади было открыто всем ветрам и просматривалась из различных точек города. Если люди Стрельникова и прятались в окрестных домах, то транспортер попадал в окуляры их биноклей и перископов. Более того, бронированные борта машины неизбежно высвечивались на экранах портативных радаров.

Тепловой сканер увидел «цель» через пару минут вынужденного ожидания. Незнакомец приближался со стороны товарного склада, его высокая зеленая фигура была обведена тонкой красной каймой. Таинственный человек не спешил. Сняв с плеча оптическую винтовку, он выбрал удобную наблюдательную позицию и замер, изучая подозрительный БТР. Уверившись в принятом решении, незнакомец быстрым шагом двинулся к транспортеру.

Соколов щелкнул предохранителем пистолета и откинул вверх крышку десантного люка. Оружие осталось в кобуре летчика, в сантиметре от его пальцев. Матвиенко замер возле полковника, держа в руках пластиковый корпус «калашникова». На плече Николая тихо попискивала прямоугольная коробочка теплового сканера.

Сергей ожидал, что стрелок придет с северной стороны, но раздавший за спиной щелчок смешал планы летчика. Соколов выпустил изо рта струю белого пара и развернулся на металлический звук. Рядом с машиной стоял высокий крепко сбитый мужчина, на голове которого виднелась серая солдатская формовка. В руках стрелка покоилась СВД, ствол оружия смотрел в лоб Сергея.

Избавившись от недокуренной самокрутки, стрелок с интересом спросил:

– Кто такие? Что вам надо на территории 5-й десантной зоны?

Сергей поднял вверх левую руку, показал знаки различия:

– Я полковник Соколов, выполняю приказ Никонова о переброске вашего отряда на новую позицию.

– Подтвердить свои слова можете? – коротко рявкнул снайпер. Глаза незнакомца были холодными и острыми, как лезвие опасной бритвы.

Указательный палец стрелка лег на спусковой крючок, Сергей похолодел.

– Майор Стрекалов должен был сбросить на коммутатор соответствующий приказ.

Стрелок что-то спросил по микрофону внутренней связи. До ушей Сергея донесся шепот Матвиенко:

– В здании, на той стороне улицы, появились две человеческие фигуры. Расстояние до целей 250 метров.

Стеклов опустил винтовку и схватился одной рукой за борт, вторую руку снайпер протянул Сергею. Полковник втянул гостя на ледяной корпус машины и юркнул в теплое нутро БТРа. Майор осторожно спустился внутрь, до ушей полковника донесся грохот запираемой десантной створки.

Изучив оружие Николая, Стеклов повернулся к Сергею.

– Стрельников отправил весточку о вашем прибытии, но о передислокации не упомянул ни слова. Мои люди останутся на месте.

– Можно посмотреть содержание приказа? – недоверчиво спросил Сергей.

– Пожалуйста, – безмятежно отозвался майор.

Положив на колени винтовку, Стеклов протянул полковнику компактное электронное устройство. Быстрое изучение входящих сообщений подтвердило слова майора.

– Начнем поиски к западу от гавани, – продолжил Стеклов. – Поедем вдоль дороги, а потом свернем в сторону холмов. Утром, во время боя, на побережье упало несколько машин. Один из сбитых ваш «треугольный» приз!

Сергей кивнул головой и позвал Северского:

– Алексей Арнольдович, освободи место в кабине, у нас появился штурман.

Северский выдал в ответ недовольную тираду, и с ворчанием покинул кабину. Пропустив мимо себя Стеклова, генерал уселся на твердое десантное сиденье и включил переносной компьютер. Бронетранспортер заурчал двигателем, вздрогнул и резко накренился на правый борт. Сергей едва успел схватиться пальцами за рукоятку люка.

– Эй, там, в кабине, осторожнее, у меня одна голова на плечах! – рявкнул во все горло Матвиенко, после чего тихо добавил: – И где этого барана учили управлять бэтээром?

Вопрос Николая остался без ответа, поскольку Северский включил первый новостной канал WWC. В холодном отсеке транспорта раздался бравурный марш, предваряющий победное сообщение. Журналисты передавали экстренный выпуск новостей.

«Ночная Атлантика стала ареной грандиозного боевого столкновения, – донесся до ушей Сергея голос американского комментатора. – Сегодня, в пять часов утра, 12-й флот Консорциума попытался замкнуть блокаду вокруг островов Бернадотта. Как вы помните, неделю назад эта океаническая гряда была оккупирована Вооруженными силами СССР. За прошедшие дни мощный гарнизон острова был усилен коммерческими эскадрильями и кораблями советского Северного флота».

Присев на пластиковую скамейку, Сергей повернул к себе портативный монитор.

«В ходе вооруженного столкновения силы Консорциума взяли под контроль северный остров архипелага – Землю Густава-Адольфа. Военно-воздушные силы САСШ поддержали флот Консорциума и нанесли превентивный удар по базе советских ВВС. Адмирал Гилберт, командующий 12-м флотом САСШ, утверждает, что высадка десанта на остров Бернадотта начнется в ближайшие часы, сразу же по завершении сильного арктического шторма.

С вами была Аманда Стил, комментатор мировых новостей WWC».

Северский закрыл окно спутникового канала и улыбнулся:

– Врут как всегда. Ранним утром привилегированные акции Консорциума провалились вниз на семь процентов. Это значит, что флот потерпел поражение. Я посмотрел советские выпуски новостей, в них говорятся вещи, прямо противоположные россказням репортеров WWC. Советские комментаторы утверждают, что действующий в регионе подводный ракетоносец сорвал десантную операцию САСШ и уничтожил торпедами три универсальных корабля типа «Тарава». Новости Русской тихоокеанской республики подтверждают успех наших подводников. Китайцы и японцы молчат. Судя по всему, наша заварушка бесконечно далека от их потрясений.

– Политики собираются решать проблему мирным путем?

– Нет, – упрямо отозвался генерал. – Американцы уверены в быстрой победе, президент требует немедленного возобновления операции. Русские, наоборот, колеблются и не спешат вводить в бой крупные корабли. Сегодня вечером к островам подойдет первое и последнее советское подкрепление: два авианесущих экраноплана, атомный крейсер и пара судов поменьше. Северный флот пытается развернуть в Атлантике две завесы ударных атомных субмарин. Будет ли эта мера эффективной, пока сказать трудно.

Бронетранспортер пронзила сильная дрожь, до ушей Сергея донесся истошный рев мотора. БТР начал карабкаться на каменистый подъем и авиаторам пришлось схватиться за подлокотники кресел. Тряска продолжалась более пяти минут, на протяжении которых летчики сохраняли молчание.

Резкое торможение транспортера застало Матвиенко врасплох. Пилот выронил из рук автомат, и тот с лязгом покатился по бронированному полу машины.

– Приехали, полковник, вылезай, – донесся из кабины веселый голос Стеклова. – Первая птичка в двадцати метрах на северо-запад лежит возле черных камней.

Посмотрев на полковника, майор добавил:

– Пистолет прихватить не забудь, а то мало ли что…

Сергей снял с пояса «вальтер» и смело открыл крышку верхнего люка. Внутрь транспортера густыми хлопьями повалил снег. Соколов забрался на верхнюю броневую пластину и ловко скатился по правому борту машины. Следом за полковником тот же самый трюк проделал Матвиенко, а потом и Стеклов, Северский остался внутри прочного корпуса.

Приложив руку ко лбу, Сергей взглянул на руину упавшего самолета. Перед глазами полковника предстал разбитый корпус машины и длинная полоса обломков, протянувшихся по вектору падения. Разбившийся истребитель имел вертикальное хвостовое оперение, на крыльях виднелись разноцветные круги.

– Перед нами «Мираж», – громко произнес Сергей. – Вон, как хвост высоко выпирает. Пойдем, поглядим поближе.

Мужчины начали подниматься по каменистой поверхности холма. Впереди шел Стеклов, следом за ним двигался Сергей, в хвосте колонны оказался Матвиенко. Добравшись до разрушенного фюзеляжа, майор остановился. Сергей подошел к машине и заглянул в сгоревшую кабину, пилота внутри не было, фонарь оказался сорван. Михаил тем временем изучил несущие поверхности истребителя. Увидев на пилоне опознавательный знак французской эскадрильи, Матвиенко крикнул:

– Это «десятка» из третьего истребительного крыла коммерческой группы «Мистраль». Хвостовое оперение превращено в решето, сопла разбиты. Машина получила повреждения от близкого взрыва ракеты с инфракрасной головкой наведения. Вероятно, AIM-9X или R. Точно сейчас не скажу, разбираться надо!

Сергей согласился с предположением товарища и, связавшись с Северским, попросил генерала зафиксировать место падения французской машины.

Стеклов оставил пилотов и пошел вдоль черного шлейфа обломков. Добравшись до гребня холма, майор повернулся к летчикам:

– Ребята, тут пилот!

Стеклов оказался прав, на склоне возвышенности лежало тело французского авиатора. Сильный полярный ветер отрывал от земли клочья сгоревшего парашюта, которые длинными змеями тросов соединялись с заледенелым телом. Николай склонился над останками бойца и снял с трупа маленькую металлическую пластинку, содержащую полные сведения о пилоте.

Обратный путь летчики проделали в тишине. Сергей думал о хозяине «Миража», Стеклов невозмутимо курил сигарету, тогда как Матвиенко крутил между пальцами сверкающие «таблетки» – стальные идентификаторы личности. Разговор завязался внутри машины, когда остывший БТР сорвался с места и направился на поиски второго летательного аппарата.

– Странно, что «Мираж» упал на брюхо, но сгорел лишь частично, да и пилота мы нашли за пределами кабины. Не вяжутся эти детали в единое целое, – задумчиво протянул Стеклов.

– Ерунда все это, – пробурчал в ответ Матвиенко. – Француз хотел посадить машину на «живот», но не справился с управлением и неудачно катапультировался на низкой высоте. «Мираж» грохнулся на брюхо, остановился тогда, когда зарылся носом в снег. Сильного пожара не было, поскольку баки истребителя были пусты, а ракеты на пилонах отсутствовали. Если бы «Мираж» садился на камни с полной боевой нагрузкой, от фюзеляжа остались бы рожки да ножки.

– В любом случае, парню не повезло, – резюмировал за товарищей майор.

– Пилот не должен рассчитывать на везение, – вмешался в разговор Соколов. – Мы летаем до первой ошибки.

Очередная остановка произошла в основании 58-й высоты – каменистого холма, вздыбившегося у южной оконечности Тюленьей бухты. С высотки можно было увидеть океан и далекие пожары портовых сооружений.

Место падения крылатой машины Стеклов нашел быстро, с первого захода. Обломки летательного аппарата были разбросаны вокруг темного дымящегося кратера. Из недр зловещей ямы торчало тонкое серебристое крыло, форма которого напоминала вытянутый треугольник. На небольшом расстоянии от воронки майор обнаружил сгоревший двигатель неизвестной конструкции. Продолговатые сопла машины вызвали у снайпера откровенное удивление.

– Что это за двигатель такой? – спросил Стеклов у полковника. – Неужели реактивный?

Соколов склонился над обломками. Стряхнув с перчаток темную копоть, Сергей с удивлением произнес:

– Перед вами, майор Стеклов, секретная разработка Консорциума – гиперзвуковой, прямоточный воздушно-реактивный двигатель [45]45
  «Гиперзвуковой двигатель» – вариант Прямоточного Воздушно-Реактивного Двигателя («ПВРД»), который отличается от обычного реактивного двигателя сверхзвуковым сгоранием топлива. Оценки верхнего предела скорости гиперзвукового ПВРД («ГПВРД») без использования дополнительного окислителя различаются от 12 Махов («М») до 24 М.


[Закрыть]. Машина, оснащенная таким движком, способна легко преодолеть звуковой барьер и разогнаться до 12 Махов. Вот здесь…

Договорить Сергей не успел. Со стороны воронки послышался жутковатый шепоток, сменившийся глухим звуком пули, вонзившейся в человеческое тело. Стеклов упал в снег, бок его формы мгновенно пропитался кровью.

Сергей попытался выхватить пистолет, но ему не хватило скорости. Жутковатый шепот раздался во второй раз. «Вальтер» вылетел из рук Соколова, едва не сломав полковнику пальцы. Рикошетировавшая пуля зло взвизгнула и вонзилась в снег.

Полковник прыжком перекатился за двигатель, прижался к его ледяной рифленой поверхности и огляделся вокруг. Матвиенко пропал из поля зрения, Стеклов недвижимо лежал в темно-красном снегу. «Вальтер» мерцал маслянистыми гранями в двух шагах от укрытия.

Сергей протянул к пистолету руку и услышал очередной выстрел. Пуля воткнулась в камень в трех сантиметрах от перчатки. Схватив оружие, Сергей затаился за сгоревшим обломком металла.

«С кем же мы столкнулись? – подумал про себя Сергей. – Десант американцы высадить не успели. Патрульные обязательно бы спросили, с кем имеют дело. Значит, диверсионный отряд. Вероятно, гаденыш пожаловал за черным ящиком самолета, и тут появились мы.

Выхватив из кармана телефон, Сергей связался с Северским:

– Алексей у нас проблемы. Мы нашли обломки, но попали в крупные неприятности. Нас только что обстрелял вражеский снайпер. Стеклов ранен, я не могу покинуть укрытие. Короче, генерал, нам нужен бронетранспортер и чем быстрее, тем лучше.

Северский отозвался мгновенно:

– Сейчас подъедем, Сергей, никуда не высовывайся.

В снежной пелене раздался рев мощного двигателя. Транспортер выскочил из белесой пелены, перемалывая ледяную крупу снега. До ушей Соколова донесся оглушительный грохот пулемета. БТР промчался мимо укрытия и устремился в сторону серебристых обломков.

«Похоже, термальный сканер Северского нашел свою цель», – подумал Сергей.

Ревущий западный ветер принес с собой треск автоматического оружия, стрелял Матвиенко. Соколов набрал в легкие воздуха и рванулся к Стеклову. Схватив майора за плечи, Сергей потащил его в сторону двигателя. СВД сорвался с плеча хозяина и остался лежать посреди темно-красного снега.

Стрельба усилилась. Пулемет «калашников» и неизвестная автоматическая винтовка тарахтели, не останавливаясь ни на миг. Сергей с тревогой прислушивался к звукам удаляющейся борьбы, преследование затягивалось. Шансы диверсанта на успешный отход увеличивались с каждой секундой.

Перестрелка стихла столь же внезапно, как и началась. Грохот выстрелов перестал тревожить арктический воздух, и прибрежный ветер вновь затянул унылую песню.

– Ну, вот и все. Диверсанта поймали или застрелили во время бегства. В любом случае, черный ящик оказался в руках генерала.

Положив «вальтер» на поверхность серебристого сопла, Сергей склонился над Стекловым. Сердце майора билось медленно, но ритмично. Пуля вошла в плоть Стеклова немного ниже ребер, крови было много, но само ранение не было опасным.

Положив голову майора на внешнюю оболочку двигателя, Сергей позвал аналитика:

– Генерал, вы поймали снайпера?

– Можно и так сказать. Матвиенко срезал его длинной очередью. Сейчас затащим этого умника в машину и вернемся за вами.

– Поторопитесь, а то Стеклов истечет кровью.

– Принято, командир.

БТР появился спустя пять минут. Вначале Сергей услышал рев компактного дизеля, потом глаза полковника различили желтоватый свет фар, машина стремительно выскочила из бурана и, громыхая защитными пластинами колес, замерла возле безмолвных обломков.

Северский вытолкнул наружу десантный трап и устремился навстречу полковнику. Втащив Стеклова в транспортер, Сергей вытер со лба крупные капли пота. Глаза полковника встретились с глазами раненого американца, который находился внутри машины.

Диверсант полусидел на скамейке, левая рука его была прострелена, серовато-белый комбинезон пропитался кровью. Матвиенко навел на раненого ствол автомата и держал палец на спусковом крючке. На лице авиатора читалась несгибаемая решительность. Было видно, что Николай готов застрелить пленного, если тот окажет сопротивление.

Полковник легонько ударил товарища по плечу:

– Попытайтесь остановить кровь. Ранение сквозное, но, судя по всему, не опасное. Я схожу до воронки, посмотрю, что в землю врезалось.

Матвиенко поднял вверх большой палец, на его лице появилась хитрая лисья улыбка.

– Черный ящик у нас, командир. Этот тип, – Николай кивнул головой в сторону американца, – первым нашел место падения и уничтожил оставшуюся электронику. Ящик, однако, взял с собой, не пропадать же добру. Это его и сгубило, с таким грузом убежать невозможно!

Матвиенко показал полковнику тяжеленную коробку, наполненную электроникой и запоминающими устройствами.

– Замечательная находка, – кивнул Сергей. – Я вернусь к самолету и посмотрю на обломки гиперзвукового двигателя. Давай автомат и тепловизор.

Повторять приказ дважды полковнику не пришлось. Матвиенко передал Сергею «калашникова» и перетянутый скотчем запасной рожок. Протянув командиру тепловизор, Николай сурово добавил:

– Тепловой контур объектов высвечивается не сразу, цель появляется на экране через пару-тройку секунд.

– Спасибо, что напомнил, – отозвался Сергей.

Повесив устройство на шею, полковник покинул холодный салон транспортера и направился в сторону изуродованных обломков. Добравшись до сбитого самолета, Сергей внимательно осмотрел машину. Несущие поверхности истребителя были смяты ударом о землю, двигатели выворочены, центральная часть фюзеляжа обуглилась.

Коснувшись пальцем серебристого покрытия крыльев, полковник почувствовал мягкие катышки радиолокационного напыления.

– Теперь понятно, почему американец давал нечеткий сигнал.

Оторвавшись от крыла, Соколов двинулся вокруг истребительного фюзеляжа. Сплющенный нос машины уперся в камни под неестественным углом. Матовый фонарь кабины был сдвинут в сторону, диверсант САСШ распахнул его, чтобы снять электронную блокировку черного ящика.

Повесив автомат на плечо, Сергей схватился рукой за предкрылок и подтянул тело вперед. Забравшись на «горб» машины, полковник заглянул в кабину изувеченного самолета. Пилота внутри не было, кнопки и рычаги управления отсутствовали, на месте катапультируемого кресла чернели ящики вычислительных систем.

Сергей нахмурился и удивленно изогнул бровь. Конечно же, Соколов слышал о дронах, но личных встреч с подобными машинами у полковника не было.

Справившись с естественным волнением, Сергей дотянулся пальцами до бортовой ЭВМ. Вычислительная система издала короткий гудок, экран МФУ засветился, демонстрируя летчику статус бортовых механизмов. Через мгновение компьютер запустил тест целостности истребителя. Синеватый фон интерфейса сменился ярко-красным сообщением об ошибке.

Сергей раздраженно щелкнул по кнопке Reboot, но ЭВМ так и не ожила, новый системный сбой произошел на этапе тестирования памяти.

– Долетался дрон! Надо было сбивать его очередью из пушки.

Захлопнув матовый фонарь кабины, полковник спрыгнул на землю. Включив тепловизор, Сергей обошел самолет по часовой стрелке.

Быстро выяснилось, что правый борт дрона пострадал меньше, чем левый. Полковник навел на двигатель инфракрасный сканер и взглянул на мониторчик устройства. Остывающий корпус дрона окрасился зелеными и синими цветами, хвост машины мерцал тусклым темно-красным пятном. Сергей усилил чувствительность сканера, пятно поменяло интенсивность окраски.

Заинтригованный полковник потянул на себя защитную пластину, блокирующую источник тепловой энергии. Дверца легко отошла в сторону, в лицо летчику ударил поток горячего воздуха.

Сняв с шеи компактный армейский фонарик, Сергей посветил им глубины сервисного отсека. Внутри прямоугольной шахты располагались слоты бортовых самописцев. Один из разъемов был пуст, тогда как второй удерживал аварийное устройство. Дополнительный черный ящик питался от автономного генератора и уныло мигал информационными диодами. Полковник схватился пальцами за ручку прибора и вытащил «коробку» наружу.

Поставив самописец на землю, Сергей вытер со лба капли пота и подготовился к обратному пути. Фонарик отправился во внутренний карман униформы, тепловизор перекочевал на шею, «калашников» удобно повис на плече, а тяжелая коробка «черного ящика» заняла место в крепко сжатых пальцах.

Сергей коснулся пальцами дрона, мысленно попрощался с машиной и устремился в сторону транспортера. Идти было тяжело, ветер дул в глаза, мелкие крупицы снега нещадно секли кожу. К счастью, страх за собственную безопасность придавал авиатору сил – тяжелый путь сжался до одного тревожного мгновения.

Добравшись до БТРа, Сергей постучал кулаком в створку десантного отсека.

Дверца с грохотом отъехала в сторону, на ступеньках показался вооруженный Николай.

– Мы уж тебя потеряли. Думали звонить или отправляться на поиски. Потом решили подождать еще пять минут.

Пропустив Сергея в теплое пространство машины, Матвиенко добавил:

– Пилот катапультироваться успел?

– Нет. Его там с самого начала не было.

– То есть как?! – изумленно воскликнул Николай. – Как это не было?

– Я сбил дрон.

Бросив самописец на сиденье, Сергей добавил:

– Удар по базе нанесли роботизированные штурмовики.

Услышав вывод Сергея, Северский нахмурился, задумчиво коснулся пальцами подбородка. Во взгляде аналитика можно было увидеть искры тревоги и подозрения:

– Люди Никонова не смогли найти устройства подсветки. Следовательно, противник знал, где находится Бирилев, автономные штурмовики наносили удар в заранее известную точку базы. То, что мы приняли за удачу, в действительности оказалось тонким расчетом, хитроумной операцией по запутыванию мозгов.

– Предательство? – прошипел сквозь зубы Николай. – Как пить, предательство!

– Похоже, что на базе завелся крот. При этом, прячется он не среди наемников, а среди высокопоставленных советских офицеров. Полагаю, в ближайшем будущем следует ожидать новых ударов в спину.

Высказав предположение, генерал едва удержался на ногах. Машина сорвалась с места и покатилась по заснеженной тундре.

– Координаты самолета запомнили? – тихо спросил Сергей.

На вопрос полковника откликнулся Матвиенко:

– Так точно, командир. Люди Никонова найдут машину без проблем.

Соколов кивнул и замолчал. Он размышлял над происшедшим, готовился к будущему и прислушивался к унылому рокоту дизеля.

Воздушная база «Граф Бернадотт».

Временный штаб 3-й гвардейской эскадрильи дальней авиации.

15 ноября 2035 года, 14.40

Штаб 3-й гвардейской эскадрильи представлял собой примитивное двухэтажное сооружение, собранное из прямоугольных бетонных блоков. Внутри узких коридоров царила полутьма, под ногами неприятно шуршала отколовшаяся от стен штукатурка. Немногочисленные уцелевшие стекла были перетянуты темно-синими крестами изоленты. В угрюмых кабинетах царила унылая механическая жизнь: усталые штабисты общались с Москвой и пытались составить план действий на ближайшее время, до ушей полковника долетала унылая трель телефонов.

Пытаясь скоротать время, Сергей достал из кармана КПК и проверил электронную почту. В папке «Входящие» находилось одно-единственное сообщение, только что написанное Джейн. Полковник нетерпеливо открыл письмо, перед его взором предстала загадочная строчка: Ничему не удивляйся. Командование «Мистраля» сменилось полностью. На совещании присутствовать не смогу. Надо проследить за эвакуацией «Ила» в подземную ремонтную мастерскую.

«Отец Джейн в своем репертуаре, не может жить без сюрпризов! – без особого энтузиазма подумал Сергей. – Интересно, почему он так меня не любит? Чем я ему не угодил? Или он полагает, что француженки должны влюбляться во французов? В любом случае, надо выяснить у него причины подобного поведения. Сделаю это, когда он будет в настроении и не станет пронзать меня взглядом голодной буки».

Дверь, ведущая в кабинет Никонова, с грохотом распахнулась. На пороге комнаты предстал измученный бессонницей генерал-майор. Выдернув изо рта сигарету, Никонов швырнул окурок в мятую урну. Глянув на Соколова, авиатор воскликнул:

– Прошу вас, полковник, входите. Надо бы обмозговать один вопрос и решить пару других, не менее важных.

Сергей стряхнул с себя белые крупицы штукатурки и перешагнул порог кабинета. Просторное помещение было озарено светом настольных ламп. На противоположной от входа стене Сергей увидел громадную карту арктического архипелага, испещренную многочисленными флажками и метками. Переносной стол Никонова был завален книгами, справочниками, многочисленными документами и отчетами. Среди книг виднелись прямоугольные коробки плазменных мониторов, рядом с клавиатурой лежала пара чехословацких «Скорпионов», а также обоймы и патроны к ним.

Помимо Сергея, в кабинете находился еще один посетитель, вытянутое аристократическое лицо которого было украшено тонкими усами. В глазах гостя сверкали издевательские огоньки, на воротнике его темной формы можно было увидеть знак Французского воздушного легиона.

Никонов пододвинул к Сергею стул и указал рукой на гостя:

– Знакомьтесь, Соколов, майор Рауль Шоле, командир эскадрильи «Мистраль» и, по совместительству, наш союзник. Его своевременное вмешательство спасло базу от полного уничтожения.

Француз встал со стула и протянул Соколову руку, полковник легонько кивнул головой.

– Мы знакомы.

– Вот как?! – удивился Никонов. – Признаться, не ожидал. Вы друзья?

Шоле вздохнул и вернулся на свое место.

– Скорее наоборот, господин генерал. Давнее соперничество не дает покоя моему русскому коллеге.

Никонов направился к карте острова. Сняв с изображения пару флажков, генерал посмотрел на пилотов:

– Не хочу углубляться в подробности, но я должен знать. Вы сможете летать вместе?

– Нет. – Единодушно ответили пилоты.

Генерал нахмурился:

– Что же стало причиной подобного раздора? Деньги, самолеты, а может быть, женщины?

– Полковник увел у меня невесту, я вызывал его на дуэль, – раздраженно протянул Шоле.

– И чем же закончился бой?

– Ничьей. Временной ничьей, – вмешался в разговор Соколов.

Француз развел в стороны руками.

– По логике вещей, мы должны были оказаться по разные стороны баррикады, но в очередной раз стали союзниками. Это несправедливо.

Никонов выслушал соперников и грозно произнес:

– Значит так, господа дуэлянты. Я разведу график ваших патрулей, но обещайте мне, что не станете выяснять отношения в моем воздушном пространстве.

Сергей кивнул головой.

– Не вижу в этом никакой проблемы. Обещаю.

Француз думал несколько секунд:

– Хорошо, согласен. С головы этого наглеца не упадет ни единого волоса.

– Вот и славно, – радостно протянул Никонов. – Теперь можно поговорить о делах. Сначала про ваш «Ил», полковник. Машина эвакуирована в подземные мастерские авиабазы. Танкер готовится к отбытию. «Звезда» должна будет сопроводить его до нейтральной зоны. На обратном пути встретите «Галактику» [46]46
  Lockheed C-5 Galaxy – американский стратегический военно-транспортный самолет повышенной грузоподъемности. Размах крыла – 67,88 м, масса пустого самолета – 169 643 кг, максимальная скорость – 919 км/ч, практическая дальность полета – до 10 411 км, экипаж – 5 человек.


[Закрыть]Северо-Европейского аэрокосмического агентства. Прибытие транспорта жизненно важно для нас. «Галактика» привезет на остров блоки зенитных ракет, новые радарные системы, а также материалы, необходимые для восстановления взлетно-посадочных полос.

Пока вы встречаете С-5, «Мистраль» и «Галланд» будут прикрывать остров с восточного и северного направления.

Шоле утвердительно кивнул головой:

– Мы готовы, господин генерал.

– Замечательно. Вылет танкера назначен на 11 вечера, будьте готовы к серьезному противодействию со стороны перехватчиков САСШ. Вопросы?

Офицеры молчали.

Улыбнувшись, Никонов протянул Соколову прозрачную папку, набитую многочисленными бумагами и фотографиями.

– Будет свободная минутка, ознакомьтесь. В ваших руках, полковник, секретное досье на роботизированные технологии Консорциума. Обычно, наемники не получают доступа к подобным материалам, но для вас я решил сделать исключение. Вы знаете, что сбитый вами дрон первая боевая потеря среди машин данного класса?

– Нет, впервые слышу.

– Однако это факт. Командование решило отметить ваш успех технической и финансовой поддержкой эскадрильи. В самом ближайшем будущем вы получите доступ к новым ракетам и обновленным средствам радиоэлектронной борьбы.

Никонов на мгновение замолчал, а потом добавил:

– Впрочем, на поддержку Москвы особенно не рассчитывайте. Они медленно раскачиваются. Помощь может опоздать или прийти тогда, когда нас уже сотрут в порошок. Держите материалы. Здесь только голые факты, ничего лишнего.