Текст книги "Стальной прилив"

Автор книги: Илья Садчиков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 27 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]

Аналитик нахмурился:

– В этом ты прав. Если пилоты Консорциума вскроют бирилевскую систему ПВО, нам крышка.

Тем временем зеленые точки ЭДА-3 оттеснили к береговой черте красные маркеры целей. Консорциум потерял пять машин, оставшиеся самолеты забрались на высоту пять километров и вышли из боя.

Вторая волна штурмовиков обрушилась на ВПП с северо-востока. Перехватчики Никонова вогнали в землю пять американских истребителей. Ответный удар Консорциума стер с дисплея маркеры двух советских машин. Над руинами нефтеперерабатывающего комплекса завязалась яростная «собачья свалка». В ход пошли ракеты ближнего радиуса действия и скорострельные авиационные пушки. Сбитые машины, вспыхивали в ночной темноте и валились на замерший Тренделаг, пронзая брошенные многоэтажки метеоритами ожесточенных взрывов.

Световое перо аналитика указало на маленькие импульсы, приближающиеся к острову с северо-западного направления:

– Красное крыло ползут у самой воды. Высота метров двадцать, не больше. Нанесут удар, а потом удерут на форсаже, если, конечно, успеют и смогут!

Самолет Соколова мчался над верхушками ледяных волн. Крылья истребителя легонько подрагивали, разрезая мощные воздушные потоки. Матвиенко держался рядом, его машина летела немного ниже и правее командирского «Фристайла».

Пассивная РЛС Красного-лидера выводила на экран МФУ множество враждебных сигналов. Истребители Консорциума формировали двойки, бомбардировщики шли тройками, самолеты радиоэлектронной борьбы держались на флангах формации, как можно дальше от первой-второй ударных волн. Чуткая РЛС «Яка» фиксировала присутствие XE-8A, но не давала прямого указания на осторожную цель.

Расстояние до машин Консорциума сокращалось с каждой секундой. Когда бомбардировщик противника оказался в радиусе действия AIM-9X, Сергей положил палец на кнопку ракетного пуска. Через тридцать секунд в зоне поражения «Сайдвиндера» находились три вражеские машины, бортовой компьютер «Яка» идентифицировал их, как F-111C «Aadvark» [40]40
  F-111C – двухместный тактический бомбардировщик дальнего радиуса действия, самолет тактической поддержки с изменяющейся геометрией крыла. Военно-воздушным силам Консорциума принадлежат машины, выкупленные САСШ у ВВС Австралии. F-111C состоит на вооружении 45-й и 87-й эскадрилий Консорциума.


[Закрыть].

Скользнув взглядом по бортовому дисплею, полковник подумал:

– Пилоты бомбардировщиков – плохо подготовленные наемники. Они не умеют держать строй, поскольку летят с большими промежутками в боевой линии. Внезапная атака застанет их врасплох. Если нам немного повезет, то формация F111 будет необратимо разрушена, а на повторную атаку противник не решится.

Загнав ближайший F111C в замок воздушного прицела, Сергей уверенно надавил на гашетку. Избавившись от реактивных снарядов, «Як» бодро подпрыгнул вверх. Полковник бросил «Фристайл» на левое крыло, прислушиваясь к угрожающим вибрациям фюзеляжа.

Промчавшись над водной поверхностью, Соколов выровнял истребитель и толкнул ручку дросселя до предельного значения. Адаптивные сопла «Яка» раскрылись, направляющие газового потока компенсировали мощь избыточной реактивной струи и Красный-лидер устремился в сторону открытого океана.

Ракеты Соколова уверенно нашли свои цели. Два «Сайдвиндера» поразили ускользающий F/A-18E, тогда как третья ракета разнесла на куски отставший бомбардировщик. Темное арктическое небо расцвело багровыми полосами огня.

Матвиенко повторил маневр командира, предварительно избавившись от последних AIM-9X. Выпущенные Николаем ракеты догнали ближайший Aadvark и поразили его фюзеляж смертоносным дождем осколков. Пилоты бомбардировщика погибли мгновенно, их машина загорелась и вошла в пологое пикирование. F-111C задымил и тяжко ударился в воду возле бурной береговой черты.

Строй F-111C развалился, наемники Консорциума запаниковали, они явно не ожидали столь агрессивного противодействия. Пытаясь выйти из области действия вражеских ракет, пилоты «Aadvark-ов» разбрасывали вокруг себя «обманки», хаотично меняли курс и высоту полета. Ударные истребители САСШ держались более уверенно, их пилоты сформировали защитную формацию и инициировали отстрел тепловых ловушек.

За дерзкими «Яками» истребители САСШ не погнались, внимание американских пилотов было сосредоточено на возвращающихся T-50.

Монитор Северского мигнул, с его темной поверхности пропали три красных точки, на их месте появились фиолетовые маркеры смерти. Следом с экрана исчез зеленый треугольник «тэшки».

За спиной аналитика раздалось брюзжание Ван Хорна:

– Мы несем большие потери.

– Бой еще не закончен. – Пальцы Северского раздраженно крутили карандаш. – Ситуация изменилась в нашу пользу, бомбардировщики отходят на север, а истребители всего лишь прикрывают их бегство.

Изображение дернулось в очередной раз. Экран озарился россыпью разноцветных огней, тогда как ван Хорн издал возглас искреннего удивления. В северной части воздушного пространства появились многочисленные самолеты третьей ударной волны. Края формации, находившиеся на расстоянии 200 километров от острова, были защищены легкими машинами, предположительно «шершнями», в центре строя двигались более крупные световые точки. Компьютер не смог идентифицировать класс таинственных целей и пометил красные маркеры многочисленными знаками вопроса.

Пораженный Ван Хорн удивленно крякнул и прошептал:

– Похоже, к острову приближаются десантные самолеты.

Северский задумался. Отодвинув от себя кружку, генерал склонился над клавиатурой. На экране замелькали графики и последовательности бинарных чисел. Вычислительная система аналитика сканировала тепловой и электромагнитный выбросы громадных целей. Когда расчеты подошли к концу, генерал тяжело сглотнул:

– Это не транспортные машины, Ван Хорн. Перед нами два «Лэнсера» [41]41
  B-1C «Лэнсер» (Rockwell International B-1 Lancer) – сверхзвуковой стратегический бомбардировщик с изменяющейся стреловидностью крыла, стоящий на вооружении ВВС США (впоследствии САСШ) с 1986 года. Максимальная скорость – 1500 км/ч, боевой радиус – 8195 км (без дозаправки), дальность полета – 11 000 км. «Лэнсеры», находящиеся на вооружении Северо-Американских Штатов Америки, прошли модернизацию в 2028 году. Их реактивные двигатели были заменены новейшими атомными двигателями General Dynamics P1A.


[Закрыть]с ядерным оружием на борту.

Голландец прильнул к монитору, раздраженно произнес:

– Я начинаю сожалеть о том, что ввязался в эту авантюру.

– Поздно об альтернативах думать. Сейчас мы ничего не можем изменить. Хотя…

Северский распахнул «окошко» спутниковой связи. Сняв с держателей трубку, генерал активировал передатчик:

– Красное звено, ЭДА-3, с северного направления приближается группа «агрессоров», состоящая из палубных истребителей и тяжелых бомбардировщиков типа «Лэнсер». Мы не можем поддержать вас в воздухе, но способны сконцентрировать на противнике огонь уцелевших зенитных комплексов. Ждите подхода подкреплений. Нам нужно десять, максимум пятнадцать минут! Конец связи.

Ван Хорн раздраженно покачал головой.

– Ты их обманул, гибель пилотов не даст нам отсрочки.

Северский улыбнулся и повернул к Голландцу левый дисплей. По янтарному пространству десятого оперативного квадрата ползли десятки салатных маркеров.

– Я сказал правду. «Галланд» и «Мистраль» вступят в бой через десять минут.

Воздушное пространство островов Бернадотта.

15 ноября 2035 года, 5.00

Развернувшийся над архипелагом бой начался с массированного ракетного удара на контркурсах. Истребители Консорциума выпустили в воздух десятки управляемых ракет средней дальности. «Мистраль» и «Галланд» ответили последовательными залпами «Сайдвиндеров» и советских Р-27. Контратаку наемников поддержал уцелевший комплекс Р-300M, который затаился во время первой фазы боя и нанес внезапный удар возмездия по приближающемуся врагу.

Отстрелив тепловые ловушки, истребители враждующих сторон активировали контейнеры РЭБ. Наиболее умелые и отважные пилоты попытались уйти от ракет при помощи «акробатических» маневров. Ускользнуть от реактивных снарядов удалось не всем. Одни машины были подбиты, другие получили тяжелые повреждения. Эфир наполнился криками боли, ужаса и отчаяния. Черные полосы дыма, протянувшиеся с высоты десяти километров, завершали свой путь в океанской бездне или в твердой земле островов. Небосвод, исхлестанный инверсионными следами ракет, пылал, словно вход в преисподнюю.

Инерция сражения нарастала. Ведущие перестали управлять ведомыми, сосредоточившись на собственных целях и понадеявшись на здравый смысл подчиненных. Сплоченные боевые группы прекратили существование, грандиозное столкновение свелось к десяткам маленьких поединков.

Когда расстояние между противниками сократилось до пяти километров, встречный бой превратился в жестокую «собачью свалку». Боевые машины перехватывали друг друга на контркурсах или выписывали окружности, пытаясь поймать противника на виражах. Темные пространства ночи озарялись выстрелами скорострельных пушек и бурными вспышками форсажного пламени.

В условиях массовой постановки помех пилоты забыли об уверенном наведении на цель. Ракеты пускались наугад, по призрачным силуэтам и слабым радиолокационным откликам. Многие реактивные снаряды улетали во мрак, так и не отыскав подсвеченную пилотом жертву.

На пятой минуте боя в сражении перешел перелом. Далекие B-1C выпустили из своих отсеков десятки крылатых ракет AGM-158 JASSM [42]42
  AGM-158 JASSM – крылатая ракета класса «воздух – земля», разработана корпорацией Lockheed-Martin. Ракета предназначена для поражения как стационарных, так и мобильных целей, легкобронированных и небольших сильно защищенных объектов, в простых и сложных метеоусловиях, ночью и днем. На AGM-158 установлен турбореактивный двигатель J402. Ракета использует телевизионную и инерциальную системы наведения на цель.


[Закрыть]. Освободившись от смертоносного груза, бомбардировщики легли на обратный курс и вышли на сверхзвуковую скорость.

AGM-158 уверенно прорвались через внешнее «кольцо Бирилева». Высота полета крылатых ракет колебалась от трех до десяти метров, а значит, невидимые для радаров снаряды неслись над самыми верхушками волн. Перехват ракет затрудняла радиоотражающая краска, покрывающая их корпуса, и рациональная форма поверхностей, выполненная по технологии «стелс».

Бросившиеся на перехват французы выпустили по JASSM десять Р-27, жертвами которых стали четыре крылатые ракеты. Остальные AGM-158 поразили объекты, находящиеся на территории острова.

Чудовищные по силе взрывы сотрясли порт, авиабазу и цеха нефтеперерабатывающего завода. Одна из крылатых ракет попала в подземный резервуар с авиационным топливом. В небо взметнулся километровый столб огня, выплеснувшаяся из танка субстанция потекла по взлетно-посадочной полосе, превращая ее в бушующий океан пламени. Еще одна ракета поразила застывший в доке «Порт Невис». В пробоину корпуса хлынули тонны океанской воды, на третьей и четвертой палубе судна начался сильнейший пожар. Корабль накренился на правый борт и тяжко осел на нижнюю часть ремонтной конструкции.

Оставшиеся JASSM разрушили многочисленные портовые сооружения и уничтожили установку спутниковой связи. Стоящая на возвышенности РЛС удивительным образом не пострадала, предназначавшаяся ей AGM-158 встретилась с ракетой-перехватчиком и завершила полет в ледяной глубине Атлантики.

Арктический рассвет был окрашен багровыми красками тревоги. Крылатые машины Консорциума разрушили большую часть островной инфраструктуры, парализовали работу авиабазы, и разбили многочисленные портовые сооружения. Сильнейший полярный ветер поднимал в воздух столбы пламени и облака черного дыма, земля архипелага сотрясалась от взрывов и детонаций. Ревущий огонь пожирал остовы крылатых машин, искры пожаров взмывали к свинцовым облакам, а белый снег архипелага был забрызган крупицами горячего пепла.

Вторая воздушная полоса авиабазы Бернадотт.

15 ноября 2035 года, 10.25

Тусклый шар солнца выскочил из-за островных холмов и уныло повис над полярной тундрой. Его радостные ярко-желтые лучи отражались от крохотных крупиц снега, создавая на земле причудливую мозаику образов.

Сергей покинул машину и поднял воротник арктической формы. Налетающий с океана ветер сек лицо и пытался проникнуть под покровы верхней одежды. Когда стихия отступала, Сергей чувствовал жутковатое тепло. Жар шел от ангаров и многочисленных металлических обломков – изуродованных частей огромных транспортных машин.

Коммерческая авиация острова стала жертвой бомбового удара САСШ. Транспорты ливийских и норвежских наемников сгорели внутри ангаров. Советская вспомогательная авиация была уничтожена позже, ее истребило пламя грандиозного пожара. «Илы» «Красной звезды» пережили налет лишь потому, что стояли на восточном краю ВВП, в двух километрах от военных сооружений. Громадный танкер Ил-76 вообще не пострадал от действий вражеских штурмовиков, тогда как машина Нестеровой получила повреждения от близкого попадания авиационной бомбы.

Крыло Ольгиного «Ила» было изуродовано, в междвигательном пространстве зияла огромная рваная дыра, четвертый реактивный двигатель был сбит с пилона, третий валялся на земле в нескольких метрах от фюзеляжа. «Илу» требовался быстрый и качественный ремонт, желательно внутри закрытого помещения.

Завершив осмотр воздушного транспорта, Сергей повернулся к Северскому:

– Макаров закончил проверку танкера?

Генерал утвердительно кивнул:

– Машина уцелела. Никонов распорядился перетащить ее в подземный ангар.

– Ольга где?

– Уехала с дочкой в Тренделаг. Говорит, что там безопаснее, отдаст девчонку на поруки своему родственнику и вернется.

Сергей перекатил сигарету в правый угол рта. Перед его мысленным взором предстали события прошлого: уничтоженная напалмом африканская деревня, сгоревшие тела ее жителей, изувеченные останки волов, руины маленькой христианской церкви. Война не щадила никого. Когда ее ожесточенность достигала предела, антагонисты крушили мир, отбрасывая в сторону моральные установки. Нормы международного права теряли свою силу, превращаясь в бесполезные строчки никому не нужных договоров.

Соколов взглянул на черные остовы двигателей:

– Танкер должен покинуть базу до наступления полуночи. Скажи Макарову, пусть собирает людей и готовится к вылету. Прикрытие обеспечим сами. Ольгу не торопи, сначала, я поговорю с Никоновым о починке машины. Восстановим крыло и отправим транспорт в Европу. В Арктике «Илам» не место, во всяком случае в наши горячие дни.

Северский принял приказ к сведению и посмотрел на часы. Длинная стрелка подползала к тридцати минутам, короткая и толстая двигалась в сторону 11 часов.

Скупо и отрывисто зазвенел телефон спутниковой связи. Сергей выругался, вышвырнул сигарету в ближайший сугроб и устремился к автомобилю. Юркнув внутрь салона, полковник извлек из кармана трубку и установил входящее соединение. В динамике раздался хрипящий, искаженный расстоянием голос:

– Соколов? С вами говорит Никонов. Слышал, что вы сбили над холмами треугольный самолет неизвестной конструкции?

– Сбил, – без особого энтузиазма откликнулся Сергей. – Добраться до него не успел. Для поиска мне нужен вездеход или бронетранспортер. Я говорил по поводу машины с майором Стрекаловым, но общего языка не нашел. В машине мне было отказано.

Никонов задумался, а потом добавил:

– Вернитесь к Стрекалову и возьмите у него вездеходный транспорт. Любой, какой сможете найти. В случае необходимости, сошлитесь на меня. Майор знает, что я отменил все приказы Бирилева, связанные с эшелонированной обороной острова. Взяв машину, доберетесь до Портового 14-го поста, снимите оттуда людей, они помогут вам в операции. На поиски сбитого самолета даю вам четыре часа. Успеете?

– Постараюсь, – коротко отозвался Сергей.

– Вот и славно. – Голос Никонова оставался суровым и твердым. – Теперь про транспортный самолет. Вынужден просить вас оставить его на базе. Налет уничтожил советскую транспортную авиацию. Для восстановления воздушного моста между островом и материком понадобится время, неделя минимум. Ваша помощь, Соколов, может оказаться бесценной.

Сергей нахмурился:

– Вы просите меня поставить под удар гражданских…

– Я обещаю вам починить машину за одну ночь. Думайте, второй раз предлагать не буду.

Сергей посмотрел на Северского, генерал пожал плечами. Брать ответственность на себя Алексей Арнольдович не хотел.

– Мы согласны, – решительно отозвался Сергей.

– Замечательно.

Соединение прервалось, в трубке послышались протяжные гудки. Полковник спрятал устройство в куртке и сдвинулся к левой дверце машины. Аналитик забрался в салон следом за полковником. Смахнув с себя крупицы снега, генерал спросил:

– Никонов звонил?

– Он самый. Бирилев действительно погиб во время первого бомбового удара. Судьба сыграла с адмиралом злую шутку.

Северский мрачно усмехнулся:

– Совпадение странное, только вот на судьбу ссылаться не стоит. Не бывает таких совпадений, Сергей. Американцы знали куда кидать бомбы – целили наверняка. Вывели из строя командование, системы связи, ПВО, а потом и базу едва не стерли в порошок.

Сергей положил руку на подголовник водителя и склонился над ухом девушки.

– Джейн, едем к Стрекалову. В этот раз, пожалуйста, слушайся моего приказа и не мчись наугад через сугробы. В снежной толще полно крупных и мелких обломков.

Джейн наклонила свою прелестную голову, в глазах ее мерцали огоньки несгибаемого упорства.

– Если бы я знала, куда ты сунешься утром, Серж, то немедленно бы сбежала из дома. Сейчас же молчи, мне нужно настроиться на поездку.

Машина взревела мотором и понеслась по бетонной поверхности ВПП.

100 миль к западу от островов Бернадотта.

2-й оперативный квадрат.

Подводная лодка K84 проекта 667БДРМ [43]43
  667БДРМ «Дельфин» (по классификации NATO – Delta-IV) – серия советских атомных подводных лодок, вооруженных баллистическими ракетами Р-29РМ. Проект имеет классическую для этого класса субмарин компоновку: двухвинтовая силовая установка, ракетные шахты за рубкой в специальном ограждении, выступающем из корпуса, вертикальные рули размещены на рубке, торпедные аппараты – в носовой части.


[Закрыть] «Екатеринбург».

15 ноября 2035 года, 11.12

Винты громадного подводного ракетоносца резали толщу холодной воды. Подводная лодка двигалась вперед, прощупывая сонарами безжалостные пространства Северной Атлантики. Громадная рыба охотилась на противника в полной тишине. Орудием ее борьбы служили ракето-торпеды «Шквал», а жертвами могли стать крупные корабли американского флота. «Екатеринбург» словно играл с противником, черное судно то поднималось к поверхности океана, то погружалось обратно в бездну, воспаряя над гранитными стенами подводных расщелин. Хищная рыба терпеливо искала жертву, и ее осторожное ожидание было вознаграждено шумами многочисленных надводных целей.

Звуки зародились в молчаливой глубине океана. Их амплитуды вырастали из спокойствия прямых линий и плясали на янтарных мониторах острыми вершинами вибраций. Распознающая система корабля сменила несколько режимов работы и уверенно опознала пять быстродвижущихся целей. На дисплее появились многочисленные окна, содержащие активные графики шумов. Склонившиеся над мониторами офицеры задумались, от их решения зависела дальнейшая судьба боевого похода.

Капитан подводного крейсера – Олег Иванович Седов первым прервал молчание:

– Господа офицеры, перед нами ударная группа Консорциума, два универсальных десантных корабля типа «Тарава» и три стелс-фрегата типа «Норманн Шварцкопф». Корабли идут на юго-восток со скоростью 23 узла, то есть на пределе своих возможностей. Они не знают о нашем присутствии и остаются в радиусе действия миджетов. Положение для атаки оптимальное…

– Если противник обнаружит миджеты, наша миссия подойдет к концу, – растерянно протянул старший торпедист «Екатеринбурга».

Офицер замолчал, по его лбу скатилась крупная капля пота.

Первый помощник Седова – Николай Ильич Ковалев оторвал свой взгляд от дисплея и повернулся к замершему торпедисту. В глазах кавторанга плясала маленькая решительная искорка, а на его губах, под серой полоской усов, протянулась хитрая и жестокая улыбка. Хлопнув по спине лейтенанта-акустика, Ковалев прошептал:

– «Таравы» принадлежат 12-му флоту САСШ. На борту каждого универсального транспорта находится один, полностью укомплектованный батальон морской пехоты, штаб десантного отряда, а также ударная авиационная группа, способная во время высадки оказать поддержку сухопутным частям. Если «Таравы» выбросят десант на Бернадотт, наши ребята попадут в мясорубку. Американцы сотрут их в порошок. Так что капитан прав, выбора у нас нет. Мы должны атаковать противника.

– Они найдут нас и потопят. Мы не успеем выпустить ракеты…

Капитан Седов поднял ладонь и тем самым прервал речь офицера:

– Капитан Шунков, я выслушал ваше мнение и принял решение. От боя мы уклоняться не будем.

Торпедист разочарованно вздохнул и быстрым движением отдал честь. Пальцы офицера легонько подрагивали.

Седов скрестил на груди руки и уверенно бросил старпому:

– Николай Ильич, рассчитай вектор атаки.

Ковалев повернулся к пульту баллистического вычислителя. Руки его пробежали по кнопкам клавиатуры. Машина проанализировала характеристики полученных шумов и вычислила оптимальный курс миджета.

Через минуту на «Екатеринбурге» была сыграна боевая тревога.

Атомный ракетоносец выпустил миджеты на расстоянии 60 миль от цели. Вытянутые, похожие на сигары автономные устройства включили подводные реактивные двигатели и на огромной скорости устремились в сторону противника. В начале своего пути миджеты двигались на север. Когда автоматика подводных роботов обнаружила океанский каньон, миджеты изменили курс. Носители торпед опустились в расщелину, сбавили скорость и двинулись вдоль вертикальных стенок туннеля.

Дроны преодолели верхний термальный уровень Атлантики, на расстоянии 25 миль от целей. Поднявшись к океанской поверхности, автоматы разогнались до 40 узлов и лишь тогда открыли заслонки ракет. Каждый миджет выпустил по одному «Шквалу». Опустившись на глубину, машины сбросили скорость и инициировали режим самоуничтожения.

Парный подводный взрыв вызвал мощную акустическую волну, которая была поймана сонарами «Екатеринбурга» и отмечена акустиками американского ордера. Поскольку тип детонации идентифицирован не был, фрегаты сбросили ход и активировали глубоководные поисковые системы. Пытаясь нащупать большую бесшумную подводную лодку, американцы не обратили внимания на быстрый и чрезвычайно тихий объект, приближающийся с юго-восточного направления.

Ракето-торпеда добралась до цели, не встретив ни малейшего противодействия. Первый «Шквал» промчался под килем фрегата на скорости 200 узлов. Услышав шум тяжелого судна, торпеда скорректировала курс и врезалась в центральную часть универсального десантного корабля. Раздался чудовищный по силе взрыв, подкинувший в небо куски обшивки, части боевой рубки и изувеченные куски вертолетов. На верхней палубе «Таравы» вспыхнул пожар, «Сайпан» содрогнулся от серии взрывов, пронесшихся внутри прочного корпуса.

Двести десять килограммов взрывчатки проделали в корпусе «Таравы» громадную подводную пробоину, в которую хлынула ледяная забортная вода. Капитан судна активировал защитные переборки, но «Сайпан» продолжала стремительно оседать на левый борт. Бушующее на палубе пламя перекинулось во внутренние отсеки судна и отрезало рубку от остальной части корабля.

Второй «Шквал» описал пятикилометровую циркуляцию вокруг ордера и вернулся на боевой курс. Торпеда отыскала быстроходную цель и поразила ее в районе кормы. Взрыв второй ракето-торпеды оторвал фрегату машинное отделение. Судно задрало нос и стремительно провалилось в холодную глубину Атлантического океана. Моряки и офицеры фрегата погибли вместе со своим кораблем.

Горящий «Сайпан» продолжал сражаться за живучесть, но его положение было отчаянным. На второй и третьей палубе бушевал грандиозный пожар, от которого краснел металл водонепроницаемых переборок. Центральная часть корабля стремительно заполнялась водой. У «Сайпана» образовался сильнейший дифферент на левый борт, в океан падали уцелевшие вертолеты и обломки военной техники.

Капитан корабля приказал команде покинуть обреченные отсеки и начать контрзатопление правой нижней палубы судна, но ситуация уже вышла из-под контроля. Связи не было. Вырвавшийся на свободу пожар мчался по внутренним магистралям корабля, блокируя людей в отсеках и выводя из строя электронные приборы.

Минимизировать крен не удалось, более того, начала деформироваться внутренняя конструкция «Сайпана». Металл трещал и сминался, издавая жуткие надрывные звуки. Судно умирало в агонии, отчаянно сражаясь за жизнь.

Через пять минут после первого взрыва, корму «Сайпана» сотрясла вторая детонация – взорвались резервуары с танковым топливом. Ход транспорта упал до пяти узлов, руль заклинило. Тонущий десантный корабль вошел в циркуляцию и начал сбрасывать скорость. За кормой «Сайпана» протянулась полоса технической «крови» – длинная лента топлива и догорающих обломков.

В 11.50 «Сайпан» окончательно остановился, его горящий корпус превратился в монументальный погребальный костер, взметнувшийся до свинцовых небес.

Второй десантный корабль – «Норфолк» – бросил свой систер-шип на произвол судьбы. Капитан уцелевшего транспорта отказался от прорыва, спешно прервал операцию и двинулся к побережью Американского континента.