Текст книги "Всевидящее око"

Автор книги: Игорь Масленков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 29 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]

Имару нашли ближе к вечеру в одном из подвалов недалеко от квартала д'айдрэ. Девушку долго пытали, а перед смертью вырезали на животе тайный символ гильдии – многоступенчатую пирамиду с всевидящим оком на вершине. Столь жестокое убийство служило не только напоминанием о могуществе гильдии. Оно стало своеобразным посланием, адресованным прежде всего Алексею. Никто отныне не мог чувствовать себя в безопасности. И в первую очередь тот, кто перешёл дорогу Шидельроту. Инигард это прекрасно понимал, но его ищейки не нарыли никаких доказательств, а потому никого не арестовали.

Следопыт винил себя в смерти Имары, ведь по его вине она прибыла в Тамарвалд. Стоило встретиться с Садфером, как через несколько дней старика схватили. Не успела Имара обжиться в доме Элидирга, как сгинула в лапах нелюдей. Мрачное предсказание нищей старухи сбывалось. «А ты, рыцарь, пытаешься отыскать бессмертие, но найдёшь только трупы».

Кайдлтхэ успокаивала Алексея как могла. Стоит ли винить себя в том, что Имаре выпала такая судьба? Даже д'айдрэ наверняка не могут знать будущего, уготованного… Кем? Богами? Гильдией? Великий герцог скрипел зубами от злости, но ничего изменить не мог. Пока не мог. И в мысли той искал утешения. Кайдлтхэ едва не погибла. Теперь Имара… Сколько ещё крови прольётся по воле ненасытных златолюбивых ублюдков? И тогда Алексей дал клятву. Нет, не отомстить. Месть ослепляет, туманит разум, не приносит радость, только отравляет душу. Он дал обещание до конца дней, до последнего вздоха бороться с гильдией. А сейчас… Время было против него, а потому следовало спешить. Мысли эти разделяли и Кайдлтхэ с Элидиргом.

Сборы не затянулись. Всю поклажу и оружие заранее по секретному ходу перенесли в надёжное место. Двое д'айдрэ, оседлав лошадей, покинули город, не вызвав никаких подозрений. Орхидиас, почуяв под собой чужака, всхрапнул, заржал, но Алексей быстро успокоил коня, шепнул на ухо, мол, не переживай, братец, так будет лучше для всех. Появление великого герцога и Кайдлтхэ на улицах верхом породит ненужные кривотолки, даст возможность гильдии напасть на след и организовать погоню. А вечерняя прогулка двух подопечных Элидирга едва ли кому бросится в глаза. Орхидиас наверняка всё понял и перестал капризничать. Он и сам не возражал против хорошей скачки, потому как за последние дни порядком застоялся.

Кайдлтхэ и Алексей надели походные одежды и покинули гостеприимное пристанище Мастера по тайному подземному ходу. Много веков назад при строительстве Дома Серебряного света его прорыли предусмотрительные предшественники Элидирга.

Подземелье казалось бесконечным. Время для великого герцога потерялось под низкими каменными сводами в копоти факелов и зловещих тенях, рождённых дикими плясками огня.

Ход вывел путников на старую ферму. Здесь хозяйничал пожилой д'айдрэ с двумя сыновьями. Пару столетий назад они предпочли войне сельский труд и нисколько об этом не жалели. Старый хозяин, несмотря на годы, был крепок. Суровое, почти злое лицо д'айдрэ-отшельника поначалу не понравилось Алексею. Но он целиком доверял Элидиргу. Ферма оказалась под стать хозяину, не походила на традиционные хутора тамарвалдских хлебопашцев, скорее напоминала маленькую крепость. Высокие стены, выложенные из массивных каменных блоков, надёжно защищали двухэтажную усадьбу и могли выдержать многодневную осаду.

Близился рассвет. На востоке показалось бледно-оранжевое сияние. Утренний воздух бодрил, гнал прочь сон и усталость. Орхидиас радостным ржанием приветствовал хозяина.

Простились без лишних слов и пафосных речей. Элидирг обнял Алексея, выказав тем высшую степень доверия и признательности. Девушке, следуя суровым и сдержанным вековым правилам, отвесил лишь лёгкий поклон.

Путники оседлали лошадей. Кайдлтхэ первой пришпорила скакуна, сорвалась с места и понеслась в предрассветную даль. Алексей не отставал. Их путь лежал на север, туда, где в лесных дебрях затерялось пристанище Айльтмэрда, мага и аскета из Дома Крыла ночи.

Глава 12. Аридал

Пламя взметнулось в небеса, жадно накинулось на хворост. Сосновые ветви изгибались в предсмертных судорогах, шипели вскипающим соком, трещали и осыпались красными углями, превращаясь в пепел. Искры летели ввысь, терялись среди звёзд и умирали в чёрной бездне.

Алексей, разморённый сытным ужином и вином, сидел у костра, любовался неистовой огненной пляской. Время от времени подбрасывал хворост. Рыжий вихрь благосклонно принимал подношение, обращая плоды жизни в прах. Кайдлтхэ, подперев голову руками, лежала рядом. Она лениво покусывала сухую травинку и равнодушно наблюдала за адским танцем. Следопыт изредка поглядывал на спутницу. Глаза её горели малиновыми факелами. Дрожащий свет отбрасывал на лицо пугающие тени. Лик её менялся ежесекундно, и оттого чудилось, что д'айдрэ, обычно сдержанная, корчит страшные гримасы.

– Знаешь, – заговорил Алексей, – иногда мне кажется, что я попал вовсе не в чужой мир, а к себе, на Землю, но только в другое время. Кругом почти ничего не изменилось. Те же деревья, травы, цветы. Звери и птицы от наших не отличаются. Даже расположение звёзд похоже. Нет, я не астроном, но созвездия кажутся знакомыми. Может, я очутился в далёком будущем?

– Звёзды не стоят на месте, – нехотя отозвалась Кайдлтхэ. – В твоём мире не было войны Огненного клинка. Даже если ты и прав, то прошло почти двадцать тысяч лет. За такое время очертания созвездий могли заметно измениться. А для появления новых видов животных времени слишком мало.

– Да, ты, как всегда, права. Вот только Луна у вас какая-то большая.

– Кровавый глаз медленно приближается к Дэоруму. Когда-нибудь они наверняка столкнутся.

– Даже боюсь думать об этом. Неужели мой мир ожидает вот такое… будущее?!

– Не слишком радостное?

– Но другого объяснения пока не вижу. Вот и коралтарский с тамарвалдским понимаю, а твой язык – нет. Почему?

– Язык гойхэ архаичен, – без всякой охоты ответила Кайдлтхэ.

Она всё покусывала травинку. Алексей подбросил дров. Пламя разгорелось с новой силой.

– Ты никогда толком не рассказывала об истории д'айдрэ.

– Не преувеличивай, – нехотя проговорила девушка.

– Да чего там? Знаю, существовало две расы. Между ними случилась война. Потом столетия упадка и новое восхождение. Но куда? Зачем? К новой войне? А ведь и мой мир можно разделить на восточный и западный. Тоже вот, враждуем, боремся за ресурсы и власть. Если так, то я предок тэйрэ, а твои пращуры вечно норовили нас завоевать и покорить. И духи молний… В твоих жилах наверняка течёт их кровь.

– Решил напугать меня на ночь глядя? – с раздражением спросила Кайдлтхэ.

– Нет. Просто хочу разобраться. В себе, в тебе, в будущем.

– И потому суёшь нос в моё прошлое?

– Прости. Не хотел обидеть. Но вдруг и впрямь вы, д'айдрэ и тэйрэ, наши потомки? От этой мысли становится не по себе. Эх, мне бы ваши географические карты глянуть. Хоть одним глазком! Тогда бы сомнения рассеялись.

– Хорошо, я расскажу. О временах до войны клинка нам известно ничтожно мало. Почти ничего не сохранилось с тех пор. Иногда мне кажется, мои предки намеренно решили вычеркнуть из памяти всё, что может напоминать об эпохе уничтожения. А то, что осталось, обросло мифами, легендами и всякими небылицами. Даже причина войны видится сейчас не вполне понятной. Возможно, как ты говорил, то была борьба за ресурсы. Накануне катастрофы учёные Дардаэра придумали множество всякого оружия. И Огненный клинок из того арсенала. Наши, извини, мои предки пытались вызвать изменение климата, землетрясения, голод, эпидемии и прочие бедствия на территории противника. Но Огненный клинок поставил точку в многолетнем споре. В войне не оказалось победителей. Цивилизация погибла, исчезла в считаные дни. И наступила… зима. Лучи дневного светила не могли пробиться сквозь завесу пыли, поднятую в воздух силой клинка. Холод убил растения и животных даже там, куда не добралось смертоносное пламя. Жизнь теплилась лишь в отдалённых уголках планеты. В других землях немногие уцелевшие спасались в глубоких пещерах. Но и на том наши беды не кончились. Горы сошли со своих мест. Начались великие землетрясения, контуры материков изменились. В одних местах отступило море, в других – образовались глубокие провалы и трещины. В то время многие горные бункеры погибли. А потом… потом пыль осела и холод сменился зноем. Полярные льды стали таять, а воды заливать континенты. Так продолжалось несколько столетий. Чтобы не умереть с голода, пришлось есть искусственно выращенные водоросли и… Помнишь светящиеся грибы в доме Элидирга? Да, да, подобной гадостью и питались! Из-за жизни в подземельях наша кожа приобрела сероватый оттенок. С тех пор мы не любим солнце, не переносим жару. Спустя несколько веков смельчаки стали выбираться на поверхность и… Так появился Дэорум, рождённый в огне, пылевых бурях и льдах. Огонь мы не любим до сих пор. Многие дикие гойхэ поклоняются ему и ныне, боготворят, приносят жертвы. Но только не мы. Д'айдрэ пользуются им по необходимости и всегда с опаской. У каждого из нас в крови страх перед пламенем. То память о пожарах, в которых сгинул наш мир.

– Да, любопытно. А гойхэ? Как им удалось выжить? – Алексей решил воспользоваться редкой возможностью разговорить Кайдлтхэ.

– Есть предание, что их создавали как универсальных солдат для войны с тэйрэ. Но то лишь легенды, не более. Никаких доказательств так и не удалось найти. Но, кто знает, может, они и существуют, да только Совет избранных скрывает. Куда выгоднее поддерживать в соплеменниках слепую веру ради укрепления собственной власти, нежели открыть правду. Говорят, гойхэ появились в секретных лабораториях где-то на юго-востоке высоко в горах. Наверное, Огненный клинок не добрался до них. Ранняя история гойхэ покрыта мраком. О выживших нам стало известно лишь спустя тысячу лет после окончания войны. К тому времени они полностью одичали, напрочь забыли техническую цивилизацию Дардаэра, порядком расплодились и заселили большие территории. Так они обрели собственную судьбу, начали своё восхождение, долгое и мучительное, полное боли и смерти. Ты спрашивал о картах. Да, они есть. В Моридоре. Но это большой секрет. На планете есть шесть материков, но все они, кроме нашего, безжизненны. По крайней мере, так утверждает Совет избранных. Правда, теперь я в том сильно сомневаюсь. Иногда мы организуем экспедиции на западный материк. Мы ищем золото. Оно осталось там с довоенных времён. Вот откуда богатство Моридора. Есть материк на юге. Но там, как я слышала, сплошная пустыня на многие дни пути. Нет никакой надобности отправляться в такие дали. Мы довольствуемся тем, что имеем. За последние двадцать тысяч лет из тех краев никто не приплывал. Может, и впрямь там все погибли. А если и выжили, то не имеют никакого желания подвергать себя опасности и покидать насиженные места. В любом случае наш мир устоялся, и никто не обрадуется чужакам. Ты наверняка заметил, д'айдрэ скрытны, иноплеменников не любят. И вовсе не потому, что мы от природы порочны. Так мы пытаемся сохранить собственное естество, традиционный образ жизни и привычное мироустройство. Пришельцы, новые идеи, мысли могут его легко разрушить. Наше общество сложилось много тысяч лет тому назад, и мы всячески стараемся уберечь хрупкое равновесие. Благо вокруг нас одни дикари. Это облегчает задачу. Однако, не ровён час, они вырвутся из-под нашей опеки, и тогда потрясения неминуемы.

– Да, вот так картину ты нарисовала! Оторопь берёт, в голове никак не укладывается. Вдруг и в самом деле Дэорум и есть далёкое будущее моей Земли?

– Нет! – резко ответила Кайдлтхэ.

– Почему? – удивился Алексей.

– Не хочу такой судьбы твоему миру! Да и видеть в тебе собственного предка… знаешь ли! Нет, это слишком! И вообще, если так, то ты опасен для нас. Наговоришь кучу глупостей! Лучше тогда тебя убить!

– Вот тебе раз! Ты меня пугаешь!

– Твоё знание принесёт нам погибель. Представь, что может случиться, если все узнают о Земле! Народ точно свихнётся, начнётся бунт, всюду воцарится хаос. И откуда ты взялся на мою голову?!

– Мне кажется, народ куда больше интересует собственное брюхо, а вовсе не далёкое прошлое. Скорее всего, сочтут меня сумасшедшим и упекут…

– В подземелья Моридора! – неожиданно закончила Кайдлтхэ мысль Алексея.

– Да, Шидельрот говорил что-то подобное.

– Тут ему в прозорливости не откажешь. И уж поверь, тамошние маги выудят из твоей памяти много интересного.

– Ладно, пёс с ним, с Моридором. Вот Шидельрот не к ночи будь помянут. И знаешь, в который раз ловлю себя на мысли, что люди сделали все возможные глупости, теперь только повторяются. И у нас было некое подобие гильдии. Но мало кто верил в существование засекреченной организации. Считали её вымыслом, плодом болезненной фантазии чудаков-одиночек. Я вот о чём хотел спросить. Шидельрот говорил, будто принадлежит к роду хаббаров. Кто такие эти хаббары?

– Так они себя называют, а все остальные поминают их презрительным прозвищем хаббареи. Около двух тысяч лет назад предки тамарвалдцев жили к востоку от нынешней империи. Некий Ядхамард объединил разрозненные племена в единую орду и повёл на запад. По пути он покорил множество народов. Кто сдавался на милость победителя и пополнял ряды войска, кто пытался сопротивляться. Многие тогда снимались с насиженных мест и спасались бегством. Разношёрстная лавина покатилась в сторону Моридора, сметая всё на своём пути. Среди тех, кто покинул земли отцов, были и хаббары. Но они не отличались воинской доблестью, своё брали не силой, а хитростью, питали склонность к торговле и обману. За то и презираемы в разных землях. В золоте они видели собственное спасение, ведь золотую монету принимали всюду. Хаббары приспособились к новым порядкам, осели в многочисленных городах, стали купцами, менялами и лавочниками. В отличие от других не позабыли традиции и старую веру. Даже спустя столько лет им удалось сохранить память о прошлом, создать общины, через которые гильдия влияет на другие государства. Они не терпят чужаков, заключают браки только в среде соплеменников. Вооружённому сопротивлению предпочитают лесть, подкуп и мелкие уловки, а в душе таят обиду на весь мир и лелеют отмщение.

– Не воины, говоришь? То-то Шидельрот показался каким-то мелким и тщедушным.

– Да, они небольшого роста и не отличаются выносливостью. Редко среди воинов увидишь хаббара.

– Но злобны, как никто другой? Похоже, Шидельрот и впрямь ненавидит весь мир, пытается ему отомстить. Старик наговорил кучу страшных вещей. И если он исполнит хотя бы четверть задуманного, то Дэорум и впрямь ожидают жуткие времена.

– Ох, ну и страху ты нагнал. – Д'айдрэ улыбнулась, и улыбка эта показалась Алексею схожей с улыбкой сфинкса. Как всегда, загадочная и непостижимая, вещающая о бесконечных веках тьмы, великих катастрофах и неизбежности скорой смерти. Неясная, едва уловимая, полная роковых тайн, она действительно скорее походила на улыбку какой-нибудь древней могущественной богини, нежели смертного существа.

– Прости, ты так и не договорила об орде Ядхамарда.

– Тогда на просторах нынешнего Тамарвалда существовала цивилизация Айдламаро. Могущественное и порочное по своей сути государство, существовавшее за счёт рабства. Изнеженные и пресыщенные, сделавшие смыслом жизни поиск всё новых удовольствий, айдламарцы не смогли противостоять диким предкам тамарвалдцев. Молодая кровь взяла верх над утомлёнными и разочарованными. Армия варваров разметала разряженное в золочёные доспехи войско тщеславных мужеложцев и обжор. Всюду запылали пожары, кровь полилась рекой. Час отмщения настал. Рабы восстали, принялись убивать хозяев, насиловать их жён и дочерей. Оставшиеся в живых сами стали невольниками. Так рухнул Айдламаро, а на его развалинах возник Тамарвалд. Новое население восприняло некоторые религиозные верования и приёмы земледелия предшественников. Порой среди тамарвалдцев можно встретить светлокожих и беловолосых. Вот и всё, что осталось от великой державы. Варваров не интересовали произведения искусства или научные открытия. На руинах дворцов и храмов они устраивали пьяные оргии и пастбища для овец. Тьма и зло воцарились вновь. Так замкнулся круг бытия. Кое-где и ныне попадаются величественные руины, наполовину занесённые землёй. Вскоре после смерти Ядхамарда, единая орда дамаров, как они себя тогда называли, распалась. Начались междоусобицы, борьба за власть и наследство. Многие племена отделились и основали собственные царства. Так возникли баронства. Через пару столетий раздробленность сменилась собиранием земель. Тамарвалд стал возвышаться. Вновь начались войны, теперь уже за объединение. Империя разрасталась. А чем всё закончилось, сам видишь.

– Помнишь, на пути в Кьярг нам попались какие-то руины? Сразу заметил, не могли такое сработать ромедерцы или коралтарцы. Да и у здешних не встречал.

– Верно. То остатки одной из крепостей Айдламаро. Но ты порядком меня утомил. Время позднее, пора спать.

– Твоя правда. – Алексей встал и стал готовить походную постель.

Ещё с вечера он припас охапки травы и еловые ветви. Расстелил попону, в изголовье положил седельную сумку, лёг и накрылся плащом. Днём стояла жара, а по ночам холод давал о себе знать. Тогда попаданец оценил свой костюм и предусмотрительность д'айдрэ. Лежбище следопыта не шло ни в какое сравнение с удобствами дома Элидирга. Даже вонючий матрац из «Четырёх подков» казался царской периной. Но выбирать не приходилось, да и человек со временем ко всему привыкает. Великий герцог свыкся с трудностями и не роптал на судьбу.

– Кай! – окликнул Алексей спутницу. – Ты, верно, меня боишься?

– С чего ты взял?

– Почему сторонишься, стелешь себе чёрт знает где? Иди сюда. Всё же вдвоём теплее.

– Нет, мне не холодно, – отрезала д'айдрэ.

– Почему?

– Знаю я вас… Начнёшь руки распускать, – полушутя ответила девушка.

– И в мыслях не держал. – Отстранённость Кайдлтхэ обижала Алексея. Он вовсе не вынашивал тёмных помыслов.

Ночью на севере и впрямь холодно. Тут не до сантиментов. Но гордая д'айдрэ стояла на своём, держала следопыта на почтительном расстоянии, не позволяя излишних вольностей. Возможно, пусть и неосознанно, она затаила на великого герцога скрытую обиду. Он видел её нагой и беспомощной, а она, высокомерная и надменная, не могла этого простить и смириться с невольным унижением.

– Всё равно будешь думать о всяких глупостях. Лучше пойду ловушки расставлю.

– Ну, как знаешь, – вздохнул Алексей.

Конечно, вдвоём теплее и веселее. А вдруг… Фантазия следопыта разыгралась. Он живо представил Кайдлтхэ рядом с собой. Вот он обнимает её за талию, вот рука коснулась упругой груди. Губы жаждут поцелуя. От этой мысли спать сразу расхотелось. Нет, всё же права д'айдрэ, не следует опережать события. Она отшучивается, не хочет обидеть явным отказом, ущемить мужское самолюбие. Если так выйдет, то их отношения наверняка расстроятся. Сейчас она видит в нём только друга. Но, как знать, всё может измениться. Ему пока довольно и того, что она рядом. Таинственная полуулыбка, тонкие правильные черты, воплощение самого совершенства. Видеть её каждый день, слышать чарующий голос, засыпать с мыслью о ней… Не в том ли счастье? А большего и не нужно.

Утешая себя надеждами и мечтами, Алексей закрыл глаза. Он долго не мог заснуть, всё ворочался с боку на бок. В спину кололи сосновые иглы, ухала ночная птица. Какой-то лесной зверь выл на опушке. Следопыт думал о Кайдлтхэ. Вспоминал её грудь, нежные, почти волшебные прикосновения. Потом пришёл на ум недавний экскурс в историю. Перед мысленным взором неслись толпы вооружённых варваров. Ими руководил немощный Шидельрот. Он едва держался в седле. Старческое лицо скрывал чёрный капюшон. И громовой голос да выброшенная вперёд рука, указывающая на запад, приводили дикарей в экстаз. Следопыт пригляделся. Из рукава торчали не скрюченные артритом пальцы, а голые кости…

Далее всё смешалось в сознании Алексея. Он видел нагую Кайдлтхэ на берегу реки, древнюю крепость, озарённую голубым мерцанием, рыжебородого дикаря с топором, залитым кровью. Всё кончилось внезапно. Ослепительная вспышка залила нестерпимым сиянием всё вокруг. Через секунду свет стал блёкнуть. В небесах возникло кольцеобразное облако, а с земли поднимался столб пыли и дыма. Вскоре он сросся с пылающим шаром. Атомный гриб разрастался, поглотил Шидельрота, Кайдлтхэ и многоликое варварское войско.

Следопыт проснулся. Солнце зависло над лесом и светило прямо в глаза. Алексей перевёл дух. «Проклятье! И приснится же такое! Слава Богу, это всего лишь сон!» – мысленно утешал себя великий герцог.

Рядом горел костёр. Хворост весело потрескивал. В свете дня огонь выглядел мирно, не напоминая об ужасах ночи и страшных рассказах д'айдрэ. Девушка завтракала сыром и хлебом, запивала красным вином.

– С пробуждением, – сказала Кайдлтхэ.

– Привет, – ответил спросонья Алексей. – Давно встала?

– Да уж раньше твоего. Успела и коней напоить, костёр развести да еду приготовить. Поднимайся, ждёт тебя козий окорок. Кстати, последний кусок.

Алексей встал, потянулся, размял ноги, быстро умылся, привёл себя в порядок и принялся за еду.

– Кай, – обратился следопыт, уминая жареное мясо, – мне такой сон приснился…

– Какой? – спросила девушка, с улыбкой наблюдая за тем, как спутник уплетает за обе щёки.

– Шидельрот привиделся, какой-то рыжебородый громила и… ты, да ещё и голая…

– Немудрено, – засмеялась д'айдрэ.

– Нет, ты послушай! А потом… потом я видел Огненный клинок. У нас его называют ядерным взрывом.

– Нечего слушать перед сном всякие байки да думать хорс знает о чём, – уже серьёзно ответила Кайдлтхэ. Улыбка исчезла с её уст.

– Ты хотела сказать… о ком?

– Хватит рассиживаться. Пора выдвигаться. Это всё, что я хотела сказать.

Алексей быстро разделался с завтраком, вымыл руки, затушил костёр и оседлал Орхидиаса. Конь радостно заржал и принялся бить копытом землю.

– Вперёд! – скомандовала Кайдлтхэ и сжала пятками бока своей лошади.

Всадники выехали на тракт. Путь их лежал на северо-запад, в Рамстрэл, небольшой городок у границы империи. По прикидкам д'айдрэ до него оставалось три дня хорошей скачки.

Алексей пребывал в добром расположении духа. Солнечный день, запах хвои, мирные селяне да редкие экипажи на дороге невольно успокаивали и поднимали настроение. Попаданец позабыл недавний ночной кошмар и предался праздным мечтаниям.

В полдень путники остановились в придорожном трактире. Пообедав на скорую руку, двинулись дальше. Следопыт толком даже не успел отдохнуть. Путешествие его порядком утомило, и он всё больше думал о домашней устроенности, о чистой постели и хорошей помывке.

После обеда погода стала портиться. С северо-запада натянуло тучи. Заморосил мелкий противный дождь. Всадники закутались в плащи, двигаясь лёгкой рысью. Сразу стало неуютно, холодно и тоскливо.

Ближе к вечеру тракт обезлюдел. Никто не хотел даже нос на улицу высунуть. Следопыту сделалось одиноко. Он вновь вспомнил родную девятиэтажку, жену с детьми и родителей. От этих воспоминаний защемило сердце. Великий герцог глянул на Кайдлтхэ. Теперь её лицо и впрямь выглядело серым. Наверное, виной тому низкие дождевые облака да скорые сумерки. Казалось, девушка напряжена, чем-то озадачена. Возможно, в душе вновь поселилось предчувствие скорой беды, или усталость одолела и стойкую д'айдрэ.

Тракт стал петлять среди лесистых холмов. На плоской вершине одного из них показалась крепость. Должно быть, это небольшой город, затерявшийся в северной глуши.

После дня езды лошади порядком устали. Всадники, щадя животных, перешли на шаг. Дождь не прекращался. Дорога раскисла, из-под копыт летела грязь. Следопыт, увидев город, рисовал себе благостные картины скорого отдыха, мечтал о сытном ужине и тепле очага.

Кругом всё выглядело тёмным, унылым и скучным. Несколько стражников мокло у дубовых ворот.

– Кай! – обратился следопыт к д'айдрэ. – Что это за городишко?

– Похоже, Аридал. Порядочная дыра, надо сказать.

Алексей чувствовал, что Кайдлтхэ чем-то встревожена. Чутьё её никогда не обманывало. Д'айдрэ за много веков научились трансформировать интуицию в ясное предчувствие будущего, почти в ясновидение. Жаль только, что эта прозорливость распространялась лишь на ближайшие события.

Город приближался. Теперь следопыт мог вполне ясно разглядеть промокших стражников. Вид они имели жалкий. Но то могло показаться человеку неискушённому, незнакомому с местными обычаями и нравами. Служивым порядком надоели дождь и холод, как и сама караульная служба. Появление двух путешественников стало для них не только развлечением, но и поводом хоть как-то размяться.

– Стой! – резко выкрикнул один из них.

– По какому праву? – возмутилась д'айдрэ, но выполнила приказ.

– Извольте предъявить подорожную, светлые господа, – продолжал солдат, должно быть старший наряда.

– Нет у нас никакой подорожной! – с вызовом ответила Кайдлтхэ. – Мы ничего тебе не обязаны показывать. Или ты незнаком с «Уложением о титулах, чинах и земельном устроительстве»?

– Всё так, светлая госпожа, – отозвался воин. – Но вчера получен императорский указ. Без документов никого пускать не велено. В столице неспокойно, зреет бунт, разбойники распоясались, какие-то краснорожие объявились. Того и гляди, завтра начнётся война. Теперь каждый въезжающий в город должен иметь основание, будь то крестьянин, д'айдрэ или высокородный далг. Так что извольте документик показать или ступайте прочь, светлые господа.

Столь неожиданный оборот неприятно удивил и озадачил Алексея. Нет у них никаких бумаг. Похоже, в город не попасть. Прощай сытный ужин, тепло и уют. Следопыт растерянно посмотрел на спутницу. Кайдлтхэ поняла, уговорами или угрозами ничего не решить. Она нацепила маску напускной суровости и невозмутимости. И только оранжевые глаза выдавали негодование. Неожиданно для великого герцога д'айдрэ спешилась, спрыгнула на мостовую, достала из седельной сумки кожаный цилиндрический футляр.

– Читать умеешь? – грубо обратилась она к часовому.

– А то, светлая госпожа. Я ведь алрот, не какой-нибудь голозадый гречкосей.

– Тогда не стой пнём. Под дождём ничего не покажу.

– Прошу сюда, светлая госпожа. – Часовой поклонился и жестом пригласил Кайдлтхэ пройти к городским воротам.

Здесь, под каменной аркой, прятались от непогоды остальные стражи.

Укрывшись от дождя, девушка извлекла из футляра два пергамента и протянула их командиру. Тот развернул один из них и принялся медленно складывать слоги в слова. Появление свитков стало для Алексея полной неожиданностью. Ни Кайдлтхэ, ни Элидирг ни о каких грамотах не говорили. Он лишь углядел шёлковый чёрно-золотой плетёный шнур, украшенный кистями и канителью, большую сургучную печать, какой-то герб и размашистые разноцветные вензели.

– Мы, милостью восьми богов… Яролдарг Второй, император Тамарвалдский, жалуем Кайдлтхэ Айфтанйярк Илгрифтэй, верной подданной нашей, происходящей из светлых д'айдрэ, титул далга и все привилегии, кои присовокупляются к оному согласно «Уложению досточтимого предка Нашего Акабирга Четвёртого, императора Тамарвалдского…». – Стражник развернул второй свиток, бегло пробежал по нему глазами. – «Аль Эксей Хар-Коварский…» – Солдат недоверчиво посмотрел на следопыта, потом вновь углубился в чтение.

Алексей терялся в догадках, откуда эти грамоты? Неужто Элидирг выправил? И когда только успел? Если это не подделка, а скорее всего документы подлинные и подписаны самим императором, то волноваться не стоит. Он теперь далг Хар-Коварский и может без всяких препятствий следовать куда заблагорассудится.

– Полный порядок, светлые господа. – Страж закончил изучение жалованных грамот и вернул пергаменты д'айдрэ.

Кайдлтхэ взяла документы, спрятала в футляр, недобро сверкнула глазами и оседлала лошадь.

– Эй, ребята! – крикнул старший. – Отворяйте ворота.

Солдаты принялись выполнять приказ. Послышался скрип несмазанных петель и лязг железа.

– Служивый! Где тут можно переночевать? – спросила на ходу Кайдлтхэ.

– Ступайте прямо. Скоро увидите трактир.

Не поблагодарив, девушка двинулась шагом вперёд. Алексей сжал пятками бока Орхидиаса. Конь, предвкушая скорый отдых и кормёжку, отозвался радостным ржанием.

Аридал мало чем отличался от большинства провинциальных городков империи. Небольшие каменные домишки под черепичными крышами, узкие улочки, булыжные мостовые составляли старый центр. Ближе к окраинам располагались кварталы мелких ремесленников, дровосеков и всякого гулящего люда. Из экономии они строили дома из дерева. Благо дешёвого леса в здешних краях хватало. Крыши крыли соломой. Ни о каких удобствах и дорогах речь не шла. Окраины напоминали улочки Коралтара, утопали в грязи и нечистотах.

– Откуда у тебя документы? – на ходу спросил Алексей.

– Скажи спасибо Элидиргу, – резко бросила Кайдлтхэ.

Путники шли шагом по центральной улице. В предвечерний час народу тут шаталось немного. Непогода всех разогнала по тёплым углам. Мало кому хотелось мокнуть под дождём. Горожане, как и сельские жители, вставали с рассветом и ложились спать вскоре после заката. Исключение составляла только молодёжь и холостяки, не обременённые семейными заботами, да любители хмельных гуляний. Последние и в дождливый вечер предпочитали кабак обществу сварливых жён и сопливых детишек.

Копыта звонко стучали по мостовой, подковы выбивали искры из гранита. Звуки эти вселяли в сердце радость. Долгий дневной переход подошёл к концу. Сытный ужин, огонь в очаге и мягкая постель совсем рядом. За три дня скачки Алексею порядком надоело спать на голой земле, довольствоваться сухим пайком и хворостом вместо матраца. Да и припасы подходили к концу. В любом случае в Аридале следовало сделать остановку, отдохнуть и подкупить провизии.

У одного из двухэтажных домов путники увидели нужную вывеску. На ней красовалась белка, кухонный горшок и винный кубок. Трактир так и назывался – «Пьяная белка». В отличие от других питейных заведений вход располагался во дворе за деревянными воротами. По темноте они запирались, дабы полуночники не беспокоили постояльцев. Возле сводчатого входа под козырьком ютилось несколько бродяг в лохмотьях. Они облепили ступени и азартно играли в кости. Должно быть, голозадых выперли из кабака или вовсе не пустили в приличное заведение.

Увидев путников, игроки затихли. Вид двух вооружённых всадников поначалу их обескуражил, но один из нищих быстро нашёлся.

– Не найдётся ли у светлых господ пары медяков для честных людей? – заискивающе произнёс попрошайка.

Кайдлтхэ пренебрежительно хмыкнула, но отсчитала несколько монет и бросила на дорогу. Подзаборники кинулись собирать мелочь и едва не устроили между собою потасовку. Глаза их загорелись, и казалось, они вот-вот набросятся на свою благодетельницу и прирежут без всякого сожаления.