Текст книги "Боевые девочки любят длинные стволы. Дилогия (СИ)"
Автор книги: Игорь Павлов
Жанры:
Боевая фантастика
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 35 страниц)
Глава 9
Тремя сутками ранее. Планета Этос, город Карф. На пути в неизвестность
Принцесса Корнелия – двадцать первая дочь Правящего рода Динов
Она всегда завидовала своим старшим сёстрам, те не боялись отца. А ей было достаточно лишь раз увидеть, как он жестоко избивает мать. Тогда нянька не уследила и не успела отвести малышку. За это прислугу могли в лучшем случае выкинуть из Дворца, но в ту пору миновало.
А вот мать Корнелии так легко не отделалась. Он убил её, хотя списали всё на психический недуг.
Двадцать первая принцесса была всё время при императоре, который с заметной регулярностью изъявлял желание видеться со своей любимицей. Ей приходилось притворяться прилежной и отказываться от многих удовольствий, какими наслаждались сверстники из других высших родов. Любой выход в свет без дозволения папочки мог закончиться плохо для всех. А с ним она выходила в общество, надевая ненавистный ей образ бриллиантовой куклы.
Пусть она и обожала играть на скрипке, но не на миллионную публику фанатов, которые своими безумными и фанатичными веяниями опустошали её без остатка.
В один прекрасный момент Корнелия уже не смогла справиться с собой, отчаявшись едва не скинулась с Парящего острова. Тогда её спасала Николь, предложив тайные тусовки, на которых предполагалось, что они будут инкогнито. Так принцессы куражились целый виток, подгадывая график отца с его аудиенциями и её съемками, от которых диву Бесконечности уже давно тошнило.
В главный мегаполис империи город Карф Корнелия вырвалась впервые. Именно там всё пошло наперекосяк.
Поначалу вечеринка протекала, как обычно. Выпивка, танцы, приличные на вид и весёлые мальчишки, которые её не узнали из–за вульгарного макияжа. А потом она отошла в туалет, где поджидавший её мужчина в форме полицейского заявил, что его прислал отец. С перепуга она поплелась за ним, а когда заподозрила неладное, было уже поздно. У пожарного выхода он грубо схватил девочку и зажал ей рот, не забыл и о трекере слежения, сорвав с пальца нужное колечко. Беспомощное брыкание ножками жертве не помогло. Больно ударившись об косяк, она поуспокоилась.
На улице принцессу правящего рода Корнелию Дин затолкали в невзрачный транспортник, как дешёвую игрушечную куклу. Лёгкий укол в шею, и наступила тьма.
Очнулась она в тёмном ангаре среди ржавых ящиков у одной из свалок пригорода. Её кремовое платьице от известного модельера за пять тысяч империалов было испачкано в грязи, чулки на коленках разорваны, с золотых волос сыпался песок. Связанная по рукам и ногам с кляпом во рту и чёрным мешком на голове она лежала на боку и ждала своей участи, тихо подрагивая и скуля. Вскоре появился страшный сгорбленный верзила и произнёс с усмешкой:
– Очнулась принцесска? Вынужден разочаровать – это не дворец, здесь живёт всякое отребье вроде нас. Кажется, ты обмочила трусики? О, как неловко.
Вздёрнув бедняжку за шиворот, потащил за угол контейнера, где стояло всё необходимое оборудование, и ждали ещё трое злоумышленников: его подельник и два нанятых хакера. Похитители были профессионалами в своём деле. Поэтому очень быстро утихомирили девушку, а затем принялись оформлять, как простолюдинку. Для этого потребовалось поставить ей линзы, скрывающие подлинную личность. Воротилы прекрасно понимали, что эта мера временная, с уровнем поднявшегося кипиша её хватит максимум на пару суток. Но этого времени было достаточно, чтоб вывести похищенную за зону ответственности властей.
– Подождите, это же Корнелия Дин? – Осенило одного из хакеров в процессе. – О, Квазар, да вы сдурели⁈
Тогда верзила и подумал, что нужно было посильнее измазать грязью лицо этой бесценной сучки. К сожалению, её выдали редкие аметистовые глаза – характерная особенность рода. Даже линзы не сумели скрыть сияние и глубину этих чарующих галактик. Да и какой фанат не узнает своего кумира? Оба хакера обожали выступления Корнелии и грезили о встрече с прекрасной принцессой уже давно.
Но не в таких же обстоятельствах!
– Я на такое не пойду, – взвизгнул парень, собираясь всё отменять. – Нам кранты, всем нам, и семьям тоже! Вы идиоты! От имперской гвардии не скрыться, вы подписали и себе, и нам смертный приговор…
Но похитители не разделяли скептического настроя парнишки. Напарник верзилы, притворявшийся полицейским, церемониться не стал: вынул импульсный пистолет и выстрелил истеричке в затылок, прерывая никому не нужную полемику.
– Ты тоже хочешь что–то сказать? – Поинтересовался похититель у второго программиста.
По дисплею потекли мозги его товарища, но это не помешало завершить работу.
Спустя тридцать две минуты в ангар ворвались бойцы элитного отряда гвардии и нашли лишь два бесполезных трупа.
От Корнелии не осталось и следа.
* * *
Дальний рубеж, сорок девятый сектор Пространства. Станция «Рубикон–7»
Иван Чучундра, грузчик первого класса
Личные накопления: 1 856,6 имп.
Рейтинг на станции: 89/103
Боевая машина: отсутствует.
* * *
Не задерживаясь, пошевелил булками в сторону главной рубки. И так протомил босса целый час. Судя по тому, что Илона не стала по громкой связи жужжать в Цеху, вопрос был для неё деликатным.
Впустила быстро, даже не успел на сенсор нажать для вызова. Встретила сидящей за пультом, курточка расстёгнута до пупа, чёрный топ стягивает крупную, слегка висячую грудь, из коротеньких шорт ляжки растекаются по сиденью, растрёпанную тёмно–русую шевелюру держит обод гарнитуры. По усталым глазам легко понять, что долго просидела за монитором.
– Моё почтение, босс. Как всегда, вы само очарование, – отвесил комплимент, присаживаясь напротив на предложенное жестом место.
Илона прищурилась, посмотрела с подозрением.
– Под аристократа косишь? – Спросила, показывая свою непробиваемость.
– Почему же кошу? В своём мире я был не последним человеком, – выпалил, сам от себя не ожидал.
– Там ты будь хоть император, здесь ты простой грузчик первого класса, – произнесла с иронией, ставя меня на место.
– Понял, босс, – выдохнул.
– Хотя, я погорячилась, – заулыбалась вдруг. – Ты точно не простой. Рыжая на тебя не нарадуется, хотя она из тех начальниц, кто никогда не похвалит. Статистика говорит сама за себя, за четверо суток в Цеху лишь две лёгкие травмы. И то в твоё отсутствие.
– Помогаю, чем могу.
– Надеюсь не сдуешься очень быстро. Так, теперь к делу. Компания утвердила бюджет на восстановление станции. Часть недостающих материалов прибудет ближайшим рейсом. Монтажом мы займёмся сами. Естественно, всё завязано на твои успехи по очистке. Однако есть небольшая проблема, сумма… будет немного меньше обговоренной.
– И сколько я получу?
– Две тысячи империалов. Сделала, что смогла.
Да писец, я на вибраторах почти столько же заработал! А тут в открытый космос лезть. Вот же губу раскатал на свою боевую машину одним махом заработать. Это мне продадут списанный одно–ядерник за три тысячи, ещё сколько потребуется, чтоб его к вылету подготовить?
– Мы договаривались на три, – настаиваю на своём.
– Дело в том, что у нас есть проблемы, – начала юлить Илона. – Компания выделила большой бюджет, но часть имеющихся на станции материалов, прежде полученных по ущербу, уже израсходована на обшивку. С учётом дозакупки за свои средства…
– За мои средства, – поправил.
Илона выдохнула.
– А ты не так глуп, как кажешься. Всё верно, мне придётся ужимать твой гонорар, чтоб не вылезла недостача. Ты это хочешь услышать?
Везде воруют – вот, что я хочу услышать.
Ссориться с ней не было смысла. Нужно договариваться так или иначе. К тому же у меня есть свой особый интерес, в котором мне будет выгодно иметь главу станции в должниках.
– Ладно, я соглашусь и на две тысячи. Но тогда хочу определённые поблажки, – заявляю нагло.
– И какие же? – Снова прищурилась Илона.
– В будущем я планирую вести прямые эфиры с рейдов и хочу, чтобы вы посодействовали в этом.
– Хорошо, посодействую, – ответила глава станции без промедления, будто решила побыстрее отмахнуться, но тут же спохватилась. – Подожди, с каких рейдов?
– С моих будущих. Это проблема?
– И что ты задумал?
– Ничего криминального. Ваши девушки транслируют дискотеки, я буду транслировать бои в реальном времени.
– И зачем тебе это? Столько мороки, – замотала головой. – Заливают записи, этого всегда было достаточно.
– Я хочу вести свою трансляцию для любых зрителей. Это же не нарушает ни чьи законы и не затрагивает чувства каких–нибудь верующих?
– Не говори ерунды, – усмехнулась. – В колониях и на базах столько всякой дряни снимают. Поверь, что надо, цензура империи отфильтрует. К тому же после Арены Вечности ничем зажравшихся аристократов не напугаешь.
– Что за Арена Вечности? – Встрепенулся.
– Бои именитых пилотов на мехах на различных аренах, где участвующие нередко погибают. Это самый известный турнир имперского масштаба, который проводят раз в виток. Не слышал? Хотя откуда тебе слышать. Тут такое не транслируют, у нас в Педальной только бесплатные каналы.
Охренеть, тут и гладиаторские бои есть⁈
– Ладно, – хлопнула себя по голым ляжкам. – Перейдём к задачам. Когда ты готов приступить?
– Да хоть сейчас, – пожимаю плечами.
– Что ж, похвально. Тогда я подымаю бездельников тех–уровня, пусть готовят скафандр, контейнера для утилизации РД и насос. Тестируют оборудование, проверяют шланг и податчик кислорода. Это займёт часа два с половиной. Пока ты можешь передохнуть в каюте, я свяжусь с тобой, как всё будет готово.
Кивнул, вышел в Центральный отсек растерянный. Сердце заколотилось бешено от внезапно нахлынувшего волнения. В жизни никогда бы не подумал, что буду космонавтом. Мне ж предстоит выйти в открытый космос! А я весь такой деловой предложил Илоне свои услуги с такой уверенностью, будто мне это, что окна помыть. Как всегда, осмысление приходит опосля. А как быть, когда смотришь на непринуждённо ведущих себя местных? Очень легко потерять бдительность.
В раздумьях по плохо освещаемому коридору дошёл до своей каюты, чуть с девушкой не столкнувшись по дороге.
Под красным светом от поля заслонки, что сияет по левое плечо, положил ладонь на индикатор, встроенный в раму. А дверь мою заело.
Щёлкает что–то внутри, но не открывается. Поскрёбся, носком попинал – без толку. Ломать казённое имущество – дело нехитрое, потом сам и буду сидеть с открытой дверью. Только сейчас вспомнил, что прошмыгнувшая мимо девка была в жёлтом комбезе.
Ах вы, сучки крашеные!
Кто там конкретно был, вспомнить не могу. Не акцентировал внимание, но точно уверен – одна из «Шалуний». Гадливая девка что–то сделала с моей дверью.
Дошёл до середины, наткнувшись на встроенный коммуникатор. Потыкал по дисплею наобум, вскоре зашипело.
– Да кто там балуется? – Раздалось от Илоны сварливое.
– Это Иван, у меня дверь в каюту заклинило. Не могу открыть.
– Явно, пришлю техника.
– Кто–то из «Шалуний» постарался, – решил не умалчивать.
– Дери их арахниды, – выругалась главная. – Уверен?
– Без сомнения. Какие–то меры будут с вашей стороны?
– Они уже давно достали меня своими мелкими пакостями, – призналась. – Видел, кто конкретно это сделал?
– Нет.
– Понятно. У них двадцать два пилота – всех не могу привлечь. Курицы мне нашептали, что у вас серьёзные разногласия назрели. Мне ещё не хватало, чтоб на станции все передрались. Попробуй примириться, это лучший вариант для всех. Они как раз сейчас в столовке собрались.
– Хорошо, – выдавил.
– И это, Вань, сними жвачку с объектива на входе. А то я совсем тут слепа.
Вот заразы, дошёл до входного шлюза, над которым выпирает глазок камеры. На цыпочках еле дотянулся, чтоб содрать. И как эта коротышка умудрилась залезть так высоко? Судя по свежести резинки – клеили недавно, значит, точно для того, чтоб скрыть свои пакости с моей дверью.
И ведь ничего не боятся, хулиганки.
Через Первый жилой блок прошёл, девчонки из душа бегут, три в очереди стоят. Похоже, наплясавшись и вспотев, решили сполоснуться. Какие чистюли. На меня поглядывают с недовольством. Оно и понятно, в бабском царстве поселился наглый мужчина. Теперь не расслабишься и не походишь в трусиках свободно. Особенно Настя своими фиолетовыми глазищами сверлит хищно, завернулась в полотенце потуже, голые ляжки ох и хороши. Сама тоже слепит своей красотой, после дискача ещё макияж не смыла.
Проскочил, делая вид, что мне они не интересны. Поспешил, чтоб сильно не вонять. Я ведь так и не принял душ после работы.
Никто даже не вякнул в мой адрес чего–то оскорбительного. А всё потому, что главные подстрекательницы сидят в столовке уже переодетые в жёлтые комбезы, помытые и свеженькие, да пируют за девятью сдвинутыми столами. Смеются, шутят, обсуждая друг друга, ведут себя развязно, устроив балаган. Куча еды на столе и разных сладостей. Похоже, живут в своё удовольствие и не парятся.
Коль гиены всей стаей собрались, всех прочих из столовки ветром сдуло. За исключением двух пилотов из «Бешеных». Блондинка Линда сидит с рыжей Альбой в другой стороне зала. Но даже при этом впечатление такое, что шаловливые стервы всех разогнали.
Девушки были так увлечены своими хохмами, что мне удалось подойти почти вплотную, заранее высмотрев розовую шевелюру Сабрины.
Только когда подступился к ней вплотную, незваного гостя заметили и явно удивились. Шум резко сошёл на нет, на меня уставились с недоумением. Видно по лицам, что ещё поддатые. Большая часть змеюк смотрит с вызовом. А вот у самой Сабрины проскочило во взгляде опасение.
– Что этот обсос тут забыл? – Проскакивает шёпотом. – Осмелел? Химозки хапнул? Точно под чем–то…
После этих слов уверенности лишь прибавилось, что по–хорошему с ними нельзя. Стоит дать слабину, и сядут на шею. Прости, Илона, мира не будет.
– Чья жвачка? – Демонстрирую розовую кляксу на пальце. – Ну⁈ Кто камеру залепил и замок в двери сломал⁈ А⁈ Я вас спрашиваю!
Повышенный тон подействовал, как надо. Многие сразу на Сабрину посмотрели вопросительно, мол – что молчишь. Некоторые вжали свои шеи, другие покривились.
– Ну я. И что ты мне сделаешь, обсос? – Обозначилась матёрая девица, которая от меня ещё не выхватывала. Чуть выше и покрепче Сабрины, на вид лет двадцать семь, темноволосая, сероглазая, немного потёртая, совершенно не в моём вкусе.
Три шага, и я около неё. Ошалелый взгляд выдал испуг. Трогать её не стал, просто погрузил палец со жвачкой в её пирожное, утопил погрубже.
– Возвращаю, угощайся, – прокомментировал на фоне мёртвой тишины.
Вернулся к Сабрине, у которой голубые локаторы на лице ещё больше стали.
– Двигайся, – бросил её соседке. Эта участвовала в происшествии, знает мои возможности.
Чуть помедлила, за шкирку ухватил, та и зашевелилась, освобождая стул. Присел рядом.
– Слышь урод, бессмертный что ли? – Зашипела та, которой жвачку вернул.
– Обсос совсем обнаглел… – ещё одна выпалила, но когда я прожёг её взглядом, втянула шею и прикусила язык.
– Сабри, а ты чего молчишь? – Забурчали некоторые.
Но розововолосой кукле было явно не до этого. Похоже, порка подействовала, как надо, психологический барьер теперь не так просто преодолеть. Сглотнув слюнку, главная хулиганка сжалась. Но под влиянием публики попыталась всё же высказаться:
– Ты зря это делаешь.
Вышло неуверенно, даже жалобно. Вижу, что собственная реакция её обозлила. Но меня это больше не волнует, пора включать мужика. А не сопли жевать с какими–то пигалицами.
– Сабрина, дорогуша, вот скажи, мне честно, – начинаю издевательски ласково. – Мы вроде всё разрулили с вами? Фаллосы я вернул, вы должны были хорошо ими удовлетвориться и расслабиться. Плясали вы точно, как после хорошего оргазма.
– Откуда он узнал, для чего они? – Зашептались. – Оксана, это ты разболтала?
– Я молчала вообще, просто забрала…
– Да заткнитесь вы уже обе, – прорычала матёрая.
Наивные дурочки. Я прыснул и рассмеялся, заставив раскрасневшуюся Сабрину вздрогнуть. Её пришибленный взгляд завёл меня ещё сильнее. Но слишком долго смеяться в одиночестве перед толпой недоумевающих – это уже психоз.
Перед главной «Шалуньей» стоял крупный зефирный торт, каким я угощал Катю и её подруг. Он был почти нетронутым, судя по тому, что ложечкой зацеплен лишь крем, Сабрина смаковала этим десертом. До моего появления.
Прекратив смеяться, посмотрел на неё строго. Та ответила взглядом с вызовом. Видимо, под влиянием своего хищного коллектива нашла в себе силы на это. А мне вдруг захотелось позабавиться ещё, ибо такой шанс мог больше не представиться.
– Твой любимый десерт? – Уточнил, но не получил ответа. – Поверь, он вкуснее если кушать его с руки сильного мужчины.
Змеи за столом затаились, прикусив язычки. Для них такая наглость со стороны залётного грузчика стала чем–то из ряда вон выходящим. Хотя не только это, они смотрели за своим лидером и не могли понять, почему Сабрина сидит смирно, глядя на то, как я бесцеремонно погружаю палец в прохладный крем её любимого тортика.
Зачерпнув побольше крема, подношу к пухлым губам. Сабрина даже не отшатнулась от моей выходки, явно пребывая в шоке.
– Открой ротик, прелесть, – попросил ласково. Но не получив никакой реакции, начал растирать лакомство по упругим пухлым губёшкам. При этом Сабрина глаза вытаращила, вообще оцепенев.
Слизав с пальца остатки, поднялся. Окинул взглядом куриц и пригрозил напоследок:
– Ещё хоть кто–то вякнет в мой адрес что–то оскорбительное или решит как–то подгадить, за волосы и об стенку, как кошку, понятно?
Парочка закивала, остальные вылупились просто, глазами захлопав.
– Ну или выпорю, – добавил, взглянув многозначительно на Сабрину, которая тут же увела свои бесстыжие глазки. Но розовые щёки и так сказали о многом.
Поднялся и двинул из столовки, заметив на себе внимание со стола «Бешеных». Наверняка они всё услышали. А теперь вытаращились. Может, я и перегнул палку. Но надо показать этим кошкам драным, кто тут лев прайда.
– Сабри, что сейчас было? – Раздалось с претензией в нарастающем гомоне, когда я нырнул в проём.
– Без тебя ходили, вот ты и не в курсе, – отвечает одна из её приспешниц. – В нём дури, как у мутанта. Это тебе не Егору на лицо садиться.
– Что делать будем…
Дальше уже не слышу, выхожу в холл к душевой, где очередь выросла уже до семи крошек в полотенцах и поворачиваю в сторону Второго узла.
Не знаю, на что Илона рассчитывала, предлагая мне сгладить конфликт. Подойди я к ним с предложением мира, заплевали бы и отправили с насмешками. С таким стадом нельзя давать слабину. Лучший вариант – это вселять страх. А там и уважение придёт.
Дойдя до середины Жилого блока, постучался к Юле. Открыла не сразу, а когда дверь выехала, та суетливо вышла ко мне в белом нижнем белье, совершенно не стесняясь, закрывая собой обзор. До меня сразу дошло, что она не одна, внутри какая–то девушка прячется. И контрабандистка явно не хочет, чтоб я вычислил кто именно.
– Что тебе? – Заворчала, сдувая взмыленную чёлку.
– В ближайшее время меня зарядят на очистку. То, о чём говорили, в силе? – Решил напомнить о её поручении. Учитывая, что Илона облапошила с суммой оплаты, мне дополнительный заработок будут нелишним.
– Да, пока работай спокойно, я позже с тобой свяжусь, – ответила Юля и отправила меня мягким толчком в плечо.
Судя по её недовольству, нагрянул я невовремя.
В принципе, спешить всё равно некуда. Очистка может занять ни одни сутки, это дело небыстрое. Главное, что обозначился. А дальше пусть сама думает.
Интересно, что они там делали? Лобызались или что–то криминальное фасовали?
Заглянув во Второй блок, убедился, что дверью моей ещё никто не занимается – конь там не валялся, поэтому направился в Центральный отсек, где по лестнице поднялся в Смотровую.
На верхней палубе кроме меня на скамейках балдели ещё четыре девушки: одна медичка, две из Цеха и тёмненькая из группы «Стремительных» в синем комбезе. Ещё две курочки в оранжевых комбезах выходили, когда я поднялся. Обе из пилотов–одиночек, как та же Настя. Но, судя по всему, в дискотеке они не участвовали.
– Привет, Вань, – выпалила одна, вторая просто хихикнула себе под нос.
– Доброго дня и вам, милые барышни, – отвесил, не зная имён.
Обе застеснялись и помчали вниз, как угорелые.
Им, конечно, легче меня запомнить – я у них один такой. А этих особей поди различи, особенно, когда голые ляжки всё внимание перетягивают. И это сущая каторга, учитывая мой молодой, местами стремительно растущий организм.
Поэтому и остаётся только устроиться на отдельную лавочку и отвлечься на величавый пейзаж. Ох уж этот лазурно–кремовый Этос! Как же он красив на фоне звёздной россыпи и чарующей розово–фиолетовой туманности. Что ни говори, тянет туда неимоверно. Но если даже таких красоток, как Настя, Сабрина и все пять «Бешеных» выгнали на консервную банку за миллионы километров, какие шансы у такого простого парня, как я? Высшие рода, аристократы – для них происхождение – это всё… А тут здрасьте, приехали, Иван Чучундра из низшего сословия, прошу любить и жаловать.
Что ж, не всё так плохо, план у меня имеется. Унывать не собираюсь. Как вот та курочка в синем комбезе, которая смотрит на Этос с раскрытым ртом и поблёскивающими от слёз глазами. Грустите, милые мои крошки? Не нужно, лев прайда Иван скоро вас всех порадует.
Долго в одиночестве посидеть не дают. Попастая медичка, которая знает обо мне побольше других курочек, вскоре подсаживается. Притирается холодненькой ляжкой без всякого стеснения.
Эта любит тут разгуливать. Что в первый мой день, что в последующие. Как ни приду – всё она здесь трётся.
– Вижу, освоился, как тебе у нас? – Чирикает.
– Спасибо, Даша, всё отлично, – ну по крайней мере, имя этой запомнил.
– Вань, тут это… – замялась.
– Ну, что случилось, крошка, рассказывай? – Поинтересовался заботливо, повернув к ней свой мудрый лик.
Рассмотрев розовые щёки, всё сразу и понял, без слов.
– Говорят, ты ищешь себе пару, – заговорила ещё тише.
– С чего ты взяла? – Усмехнулся. Ничёсе новость.
– В Цеху только об этом и болтают. То к одной подкатишь, то к другой. Сложно тебя понять, кто больше нравится. Или ты приглядываешься к каждой, чтобы выбрать? Вань, а что на счёт меня?
На моём веку ещё не случалось, чтоб девушка сама подкатывала. А тут барменша и медичка за первую же неделю.
– Слушай, Даш, – начинаю неуверенно, отворачиваясь от неё. – Я пока отношений не ищу. Просто пытаюсь разобраться, что здесь к чему.
– Можем вместе разбираться, – выпалила и прильнула головой к плечу.
Меня, как током шибануло. Любовь ни с того ни с сего мне безусловно льстит. Вот только я не могу ответить взаимностью. И не только потому, что эта девушка не в моём вкусе. Даже если бы и была! Сладостное состояние выбора – это чувство, которое нельзя так просто разменивать. Особенно, когда ты среди сотни девушек практически единственный верный вариант. Осознавая это, я ещё сто раз подумаю прежде, чем сделать окончательный выбор. Хотя и выбора–то делать не хочется.
Хочется поматросить и бросить. Или всех тискать, не переходя границы. Главное, чтоб потом стая обиженных баб не собралась с факелами и одной толпой по отсекам не загнала в тупик, дабы посадить кобеля на кол и зажить счастливо, как прежде.
Все эти мысли пробежали за секунды, пока я сомневался.
– Прости, я не готов к серьёзным отношениям, – стою на своём и аккуратно приподнимаю её головушку с моего плеча.
– Ты меня не отвергаешь? У меня есть шанс? – Продолжает жалобно.
А мне провалиться на месте хочется. На нас все теперь с лавок пялятся, будто мы тут выясняем любовные отношения. Но ведь между нами никаких отношений нет.
– Давай потом поговорим, – шиплю на неё. – Можешь отодвинуться, пожалуйста…
– Ладно, ладно, я поняла, – хихикнула Даша, как дурочка. Вскочила и побежала радостная к лестнице, будто у нас всё срослось.
Кожей чувствуя на себе взгляды, снова уставился на Этос. Подумать только, до иного мира рукой подать. Лететь всего–то три месяца! Мимо астероидного пояса, затем имперской базы «дальний рубеж», по пути на маршруте будут ещё какие–нибудь базы или станции. А там через таможню на орбите и под пристальным взором мощных орбитальных крепостей можно просочиться уже на живую землю под бережную атмосферу и греющие лучи местного Солнца.
Домой хочу. Тоска…
Что–то блеснуло на орбите, присмотрелся. Так… не показалось. Подорвался, подскочил к панели рядом и увеличил картинку на девяти сегментах над головой. Пока на дисплей смотрел, убедился, что объект не один. Хм, а у этой планеты целых три спутника, подобных Луне! Вряд ли это те орбитальные крепости, о которых мне Кира заливала. Шарики разных размеров, выглядят очень странно. Как непроглядные мыльные пузыри с характерным солярным отблеском.
Почему же про естественные спутники нигде нет информации? Неужели они необитаемы?
– Давно Торун так не делился, – прокомментировала одна из сидящих неподалёку инженеров вполне обыденно.
– Это спутники? – Уточняю.
– Нет, аномалия, – раздался ответ уже от девушки из «Стремительных», которая решила даже ко мне подойти, проявляя участие. – «Слеза Квазара», так нарекли её наши главные культы «Квазара» и «Вечности».
Кажется, её зовут Света. Молоденькая совсем, лет семнадцать я бы дал навскидку. Худенькая, на полголовы ниже меня, то есть по местным меркам – высокая. На груди два ромбика, как у Ванды, значит, она мастер второго класса. Тоже была в тренажёрке во время моих тестов, видимо, по этой причине не постеснялась вмешаться и провести ликбез.
– Что за культы такие? – Спросил, обернувшись к девушке.
– Верующие в перерождение через Квазар и поклоняющиеся единому разуму, обычные культы, – пожала плечами, немного затушевавшись. – Эм… есть ещё культ «Искажений», который противостоит им по вопросам мироздания и нашего происхождения. В империи подобных навалом, но эти три культа самые главные. Есть и запрещённые, такие как культ «Иного сияния» и «Неповерженные». Как–то так.
– А здешние обитатели к какому культу относятся? – Спросил я на всякий случай.
– В смысле к какому? – Опешила Света.
– Во что верят у нас на Станции? – Пояснил вопрос.
– В империалы у нас верят! – Донёсся голос Илоны со встроенного динамика на стене. – Вань, заканчивай к девушкам приставать. Всё готово, спускайся на минус третий, там встретят.




























