Текст книги "Экстрасенс в СССР 3 (СИ)"

Автор книги: Игорь Подус

Соавторы: Александр Яманов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 15 страниц)

– Настя, хочу сказать тебе спасибо за помощь. Если бы не адвокат и Васильев, я бы выкручивался ещё долго. И не обижайся на мои слова о номенклатуре. Просто пойми, что такие блага даны не каждому, а большая часть народа живёт очень скромно. В будущем это позволит тебе остаться настоящим человеком. Хотя ты и так совершила просто немыслимое! Почему-то уважаемые журналисты не бросились в провинцию по зову уборщицы, пытаясь ей помочь.

Судя по расслабленному виду, Волковой понравились последние слова. Она перестала смотреть на меня волком. Ха-ха!

Переведя тему на пережитые приключения, я рассказал ей всё, что можно. По ходу разговора мы ещё выпили, а я основательно подкрепился. Ближе к закрытию ресторана пришлось заставить себя встать, чтобы не начать намекать на продолжение банкета. Глупо портить нормализовавшуюся атмосферу.

Достаю купюру в двадцать пять рублей и кладу её под бутылку. Анастасия возмущено посмотрела на меня, но промолчала.

– Ладно, мне пора. Если понадоблюсь, ты знаешь, где меня найти. Если меня нет в доме, значит, я уехал в село.

– Чем будешь заниматься? – Волкова удивлённо вскинула брови.

– Пока не знаю, но кое-какие намётки имеются, – отвечаю почти честно.

Выйдя из ресторана, я встал сбоку от входа. Вдруг захотелось закурить. Скорее всего, остатки сознания Алексея Соколова дают о себе знать.

Внезапно из дверей выпорхнула стройная девушка в летнем платье и, едва меня не задев, пронеслась мимо. За ней выскочил знакомый персонаж, которого я не ожидал здесь увидеть.

Догнав девушку, Романов схватил её за руку и грубо развернул к себе. С удивлением узнаю дочь председателя Жукова.

– Тебя никто не отпускал! – воскликнул парторг.

В этот момент с девушкой взгляды пересеклись. Она почему-то не хотела смотреть на мажора.

Не знаю, что подействовало, алкоголь в крови или полная луна, но я почувствовал что-то необычное.

– Антон, отпусти. Я закончила разговор, и мне это не интересно, – выпалила Ольга в лицо явно подвыпившего Романова.

– И куда ты пойдёшь? Автобусы ночью не ходят, – со смешком ответил молодой человек.

Романов вёл себя развязно и, судя по транслируемым мыслям, хотел романтического продолжения банкета. А ещё он хотел не просто овладеть Ольгой, но использовать её в своих целях. Разумеется, всё это мне решительно не понравилось.

– Антон Григорьевич, мне кажется, Ольга Фёдоровна не настроена вести с тобой дальнейшую беседу, – произношу, подойдя к парочке.

Парторг сразу обернулся, отпустив руку девушки. Она сразу сделала шаг назад, но не убежала.

– Соколов? Снова ты? Давай-ка не мешай взрослым людям разговаривать. Вали отсюда, иначе я устрою тебе большие проблемы.

– Очень люблю получать проблемы, особенно от таких мудаков, как ты, – вполне честно отвечаю мажору, одновременно обращаюсь к дару, чтобы обойтись без рукоприкладства, – А теперь, товарищ Романов, на старт, внимание, марш!

Едва я произнёс легкоатлетические команды, как парторг схватился за живот и, потеряв интерес к дочке председателя, бросился в фойе гостиницы. После чего мы с Ольгой остались наедине.

– Что это с ним? – удивлённо спросила девушка.

– То же самое, что прошлый раз – слабый желудок. В колхозе все знают, что из-за него парторг периодически сидит на больничном, и по нескольку дней не слезает с белого трона. Вы же в прошлый раз сами на дороге ждали, пока он в кустах заседал, – напомнил я с улыбкой.

– Мы из-за этого в ресторан так и не выбрались, вплоть до сегодняшнего дня, – призналась Ольга.

– Получается, и сегодня не нужно было соглашаться. Вон опять уважаемого товарища скрутило.

Решив заканчивать с канализационной темой, задаю девушке вопрос.

– Ольга Фёдоровна, вы будете ждать своего кавалера или вас куда-нибудь отвезти?

– Алексей, а у вас есть на чём отвезти?

Ольга глядела стоянку, а я вспомнил, что Саня отогнал мотоцикл. Надо меньше пить. И вообще, вести себя осторожнее. Я ведь фактически спалился.

– Нет, отвезти не смогу, ибо сегодня немного выпил. Но, если надо, организую вам ночёвку, а завтра с утра поедем.

Ольга фыркнула, а я снова с опозданием осознал, как двусмысленно прозвучало моё предложение. После чего мы рассмеялись. Хорошо, что у девушки есть чувство юмора.

– Ладно, я всё поняла. Отвезёшь меня завтра, а сегодня отведи к подруге. Она живёт рядом.

Глава 3
Ольга

Проводы Ольги продлились не более пятнадцати минут. Оказалось, что её подруга жила недалеко от моего однокомнатного коммунального рая. Всю дорогу мы болтали о всяких пустяках, но заодно узнавали друг друга. Заодно договорились, что завтра едем в колхоз. Красивая она! Я в первый раз этого и не заметил. А какая у Оли улыбка!

Идти до дома Боцмана не хотелось, так что я принял решение заночевать по месту прописки. Хорошо, что народ уже спит, поэтому мне удалось незаметно прокрасться до своей каморки. Купание и чистку зубов лучше отложить на завтра.

В восемь утра меня разбудил осторожный стук. Открыв дверь, я уставился на Вовочку, который сразу прошмыгнул внутрь.

– Дядь Лёш, ты что сбежал?

Пацан закрыл дверь и подозрительно осмотрел комнату.

– Если бы я сбежал, то разве пришёл сюда спать? Недоразумения с правоохранительными органами разрешились. Меня ещё вчера отпустили, – сажусь на койку и смотрю на гостя.

– Это хорошо! – кивнул мелкий хулиган, – А то мы с батькой уже еду и тёплые вещи начали тебе собирать.

– Ну, спасибо Вовочка! – отвечаю с иронией, – Чего в коммуналке нового? А то я несколько дней не появлялся и отстал от жизни.

– Всё как обычно. Батька, наконец, надумал покупать резиновую лодку для рыбалки. Позавчера уличная собака Муську на дерево загнала. Бабка Глаша натуральную истерику закатила, всех жильцов перепугав. Пришлось мне за кошкой лезть. Вот посмотри, все руки мне располосовала, – пацан показал исцарапанные запястья, и продолжил доклад, – Тётя Зина дождалась письмо из армии от сына. Вроде больше ничего и не произошло. Хотя забыл! Вчера днём крикливая тётка снова к Беловым пыталась пробиться. Колотила в дверь и орала минут пять так, что весь дом слышал. Злющая! Ругалась как пьяный сапожник. Грозилась со свету весь их род свести. Только Беловы с ней разговаривать не стали и пригрозили милицию вызвать. Тётка ещё поорала и ушла.

Значит, Аглая снова приходила к маме. Сразу вспомнилось моё детство. Тогда эта ведьма устраивала подобные рейды каждые два-три месяца. Требовала от тёти Кати полного подчинения. Хотела нас с сестрой в детдом сдать. Проклинала и грозилась со свету извести.

Не знаю, зачем провидение закинуло меня в это место, но с Аглаей придётся встретиться. Чем чаще я о ней вспоминаю, тем быстрее хочется устроить наше рандеву.

– Значит, приходила и в дверь колотила, – решаю уточнить детали, – А дальше чего?

– Так ничего. Поорала и уехала на такси. Я в окно за ней подсматривал, – ответил Вова и вдруг огорошил меня следующей фразой, – После этого через час приехала скорая и забрала тётю Наташу в больничку.

– Какую ещё больничку? Зачем⁈ – я чуть не подпрыгнул от удивления.

– В нашу, городскую. Мамка сказала, что тётю Наташу положили на сохранение. Она сегодня на комбинате работает, во вторую смену. Собралась сходить навестить её и куриного бульона с яблоками отнести.

Начав быстро одеваться, я усадил Вовочку на табуретку.

– Мать во сколько к тёте Наташе пойдёт?

– Когда я улизнул к тебе, она как раз сумку собирала. Наверно уже вышла, – ответил Вовочка, и в этот момент я услышал, как захлопнулась дверь коммуналки.

Сбегав быстро в туалет и вернувшись, я выставил Вовочку за дверь коморки. Затем запер дверь и, не скупясь, сыпанул мелочи в подставленную руку.

– Сходи в кино и купи себе мороженого, – произношу, потрепав светлые вихры пацана.

Мать Вовочки я догнал в соседнем дворе.

– Валя, привет! Вовочка сказал, что ты Наталью Белову навестить собралась, – произношу, выравнивая дыхание.

– Да! Надо бульона ей занести. А то муж Натальи целый день в школе. К приезду комиссии из Смоленска готовятся.

– А можно с тобой зайти?

– Ну, пошли. Только тебе-то зачем? – удивилась соседка.

– Я у неё полгода назад три рубля занимал. Надо отдать, – выдаю вполне правдивую информацию, почерпнутую из памяти Алексея.

Валя огласилась. Разумеется, пока мы шли до больницы, подробно расспросила, по какой причине меня искала милиция. Я же поделился историей о драке с шабашниками, якобы ставшей причиной задержания. В ответ выслушал одну из версий освобождения девушек из подземелья маньяка.

– Говорят, этого гада на трассе задержали, когда он на своей машине из города сбежал. Погоня была долгая. Несколько милицейских автомобилей столкнулись, а потом ему по колёсам гаишники стреляли.

– Главное, что поймали гада, – проговорил я, едва не рассмеявшись, – Валя, я так и не понял. А, где он девушек держал?

– Так в содовом товариществе. Которое на краю города, рядом с конторой водоканала. Говорят, там под землёй у него целый лабиринт выкопан. А ещё мне по секрету сноха рассказала, что местная сторожиха, этому Малышеву во всём помогала, – соседка вдруг перешла на шёпот, – Когда изверг из города убежал, то хотел бедных девушек утопить, чтобы свидетелей убрать. Для этого сторожиха пленниц из брандспойта через люк водой поливать начала. Хорошо, что милиция вовремя приехала, иначе девчонки могли утонуть.

Слухи оказались близки к реальности, но обросли кучей фантастических подробностей. Таких, как целое кладбище жертв убийцы, найденное на соседнем участке. Или прилетевшие из Москвы на вертолёте генералы, лично руководившие поиском и поимкой Малышева.

Решив не идти к будущей маме с пустыми руками, я забежал в магазин, где купил банку томатного сока и конфеты «птичье молоко». В палату лежавших на сохранении, нас пустили без проблем. Зайдя, я передал гостинцы вместе с авоськой, отдал три рубля и встал невдалеке от кровати.

Мать восприняла моё появление нормально. Как я понял, она ко всем соседям по коммуналке относилась хорошо и старалась не ругаться. Даже три рубля не хотела забирать, ссылаясь на то, что они с отцом давно про них забыли.

Дождавшись, когда внимание переключится с моей персоны и соседки начнут обычный трёп, я аккуратно подключил дар, принявшись сканировать организм мамы. Первым делом осмотрел сестру, которой оставалось до рождения чуть меньше месяца. Выглядела она вполне здоровой. Но я на всякий случай расправил пуповину, грозившую обмотать шею младенца.

На этом хотел закончить, но заметил едва заметное серое свечение, окутывающее тело со всех сторон. Не знаю, что это за пакость, но оно расходилось по кожному покрову, словно сетка или паутина. Подобного я раньше не встречал и потому продолжил осмотр.

Место концентрации этого непотребства обнаружилось вокруг черепной коробки. Там же я нашёл несколько едва заметных каналов, высасывающих из тела мамы жизненную энергию. Странно! Подобный исход энергии я уже видел, но в большем объёме, у дочки участкового Панфилова.

Это что за пакость такая? Энергия уходит, но в мизерных количествах, поэтому быстрая смерть жертве не угрожает. Видимых болезнетворных источников внутри организма нет.

Не хотелось действовать без подготовки. Однако беспокойство о матери оказалось сильнее. Используя свою энергию, я начал одну за одной резать серые паутинки. Очистил от них область живота, продолжил убирать их дальше. Но в этот момент мама неожиданно замолчала и дотронулась до виска, словно реагируя на боль.

– Ой, Валя, что-то у меня голова закружилась, – сказала она, а я мигом прекратил все манипуляции.

– Наташ, может за врачом сходить? – предложила обеспокоенная соседка.

– Нет, не надо. Вроде лучше стало.

Ещё раз осмотрев серый покров, я обнаружил, что каналы в области головы начали черпать больше жизненной энергии. А проследив, куда она направляется, увидел, как восстанавливается целостность паутины.

Значит, процессы связаны напрямую с головой. Ещё стало понятно, что нельзя действовать без подготовки и консультации с Матрёной.

Проследив за восстановлением паутины и возврата серого покрова к прежнему состоянию, я попрощался и вышел. После чего направился в дом Боцмана за мотоциклом. Ведь мне предстояло выполнить вчерашнее обещание и отвезти Олю Жукову в посёлок.

Саня выполнил мою просьбу и заправил «Урал». Оставалось только не забыть второй шлем. До дома Олиной подруги долетел буквально за пять минут.

Как только мотоцикл остановился у подъезда, девушка вышла из-за кустов сирени.

– Алексей, а я уж подумала, что ты про меня забыл, – вместо приветствия произнесла Оля с улыбкой.

– Разве можно забыть о такой красоте? – вырвалось у меня непроизвольно.

Чтобы скрасить неловкий момент, я указал Ольге на коляску, но она вдруг отказалась. Вместо этого девушка взяла шлем, села сзади и крепко обхватила мои бока. От её прикосновения по моему телу прошлась приятная волна, подтвердился вчерашние подозрения. Значит, алкоголь здесь ни при чём. Она действительно мне понравилась.

Если бы не думы о беременной маме, я бы всю дорогу пребывал в состоянии эйфории. Но мысли постоянно возвращались к этой чёртовой паутине.

Быстро покинув город, мы поехали по трассе Москва – Минск до нужного поворота. И на выезде, рядом со стационарным постом ГАИ, меня ожидал ещё один сюрприз.

Взгляд сам зацепился за стоявшую на обочине серую «Волгу» со знакомыми номерами. Рядом замер её обладатель, начальник цеха готовой продукции Михеев. Он эмоционально разговаривал с гаишником, при этом надувая щёки и строя из себя большого начальника. Но больше меня удивил мужчина, сидевший в пассажирском кресле. Им оказался грузинский решала, который с дружками ворвался в номер Волковой. Понятно, что он связан с махинациями Михеева. Какое интересное совпадение! При первой возможности надо будет во всём разобраться. Это уже личное дело.

Проехав мимо машины, я вспомнил, что меня никто не освобождал от работы на заводе. В понедельник у меня официальный отгул. На вторник и среду мне выписали справку в милиции. А сегодня получается самый настоящий прогул. Завтра кровь из носа надо явиться на завод. Хотя пора задуматься об увольнении.

С учётом моего нынешнего финансового положения, работать в цеху уже неактуально. Свою зарплату я могу спокойно отбивать кодированием алкоголиков. Что вполне логично. Надо только найти себе какое-то прикрытие.

Слухи о революционном методе сельской знахарки скоро разлетятся по области. Мужичков будут привозить партиями, только рукава успевай закатывать и купюры пересчитывать.

Конечно, в будущем, когда наш маленький бизнес разовьётся, возникнет вопрос, почему я постоянно кручусь рядом с бабкой. На первых порах прокатит объяснение о необходимости ассистента Матрёны. А лучше сразу переходить в ранг ученика. От этого никуда не уйти, поэтому как-нибудь выкручусь.

Тем более через пару лет метод кодирования можно запатентовать и работать вполне официально. Вряд ли советская власть начнёт препятствовать избавлению общества от алкоголиков, которых она сама и наплодила. Кстати, кодирование позволит скрывать остальные экстрасенсорные способности и использовать их точечно.

Но для начала надо разобраться с недугом, обнаруженным у матери. Подсознание просто кричало, что эта здесь не обошлась без участия Аглаи. Значит, пора заняться её персоной.

Повернув на убитую дорогу, я едва не раскрыл рот от удивления. Десятикилометровый участок дороги раньше был заасфальтирован. Конечно, асфальт выглядел, как после бомбёжки, но на некоторых участках можно было разогнаться до сорока – пятидесяти километров в час.

Зато сейчас на трассе проводился ямочный ремонт. Понятно, что заплатки на асфальте – это временная мера. Но учитывая, что здесь не проводили ремонт чуть не с военных времён, то походило настоящее чудо.

Я смотрел на грузовики, грейдеры, катки и асфальтоукладчики, словно на инопланетные аппараты, спустившиеся по воле Смоленского обкома на грешную землю. При этом приходилось ехать по обочине, снизив скорость до минимума. Зато появилась возможность задать несколько вопросов, вцепившейся в меня девушке.

– Ольга Фёдоровна, а чего здесь происходит?

– Ты разве не видишь? Ямочный ремонт ещё вчера начался. В Смоленске обещали, что до поворота на водохранилище и пионерлагерь всё лапиками покроют.

– А остальное?

– Отец сказал, что бюджет ремонта трассы обком уже одобрил. Причём в экстренном порядке. Осталось дорожников озадачить, но у них свой план, – со смешком произнесла Оля, – Я, конечно, в это не верю. Однако говорят, что по проекту до посёлка должны довести нормальное полотно.

– Чудеса! – проговорил я, объезжая рабочих, раскрывающих горячий асфальт совковыми лопатами.

– Отец то же самое говорит. Чудеса, прямо как в сказках! И всё завертелось в последние несколько дней.

Судя по обрывкам мыслей, Ольгу радовало происходящее. Что вполне логично. Я же откровенно озадачен. Ведь эти ямы были ещё при моей прежней жизни. Мы с пацанами десятки раз катались до водохранилища и пионерлагеря.

Тогда нормальной дороги не было. А сейчас мне дико смотреть на происходящее. Неужели моё вмешательство начало что-то менять на местном уровне?

Несмотря на пойманного маньяка, в моё прогрессорство до конца не верилось. Но если ситуация начала меняться, то это просто отлично!

Решив не заморачиваться происходящим, я начал расспрашивать Ольгу про учёбу в Москве и дальнейших планах на жизнь. Девушка охотно отвечала. Оказывается, девушка уже через год закончит учёбу и станет ветеринаром. Выяснилось, что она искренне любит животных и готова лечить не только собачек с кошечками, но и крупный рогатый скот.

А ещё из обрывков мыслей Оли стало известно, что я интересен её как мужчина. Влюблённости с первого взгляда нет и в помине, но есть зацепки, способные перерасти во что-то большее. Кто против? Мне она тоже нравится.

Добравшись до места, где сломалась «Волга» товарища Егорова, я притормозил, пытаясь объехать огромную лужу. В тот момент сзади послышался шум разгоняющегося автомобиля.

Почувствовав опасность, я свернул к обочине и затормозил. Оказалось, что мои манипуляции произведены вовремя. Ведь буквально через секунду мимо пронеслась вишнёвая «тройка» Романова. Пролетев мимо, он въехал в огромную лужу и окатил грязной водой место, где мы по идее должны были находиться.

– Вот гад! – воскликнула Ольга, – Он нас точно видел!

Полностью согласен с девушкой. Если у меня раньше ещё были сомнения, то парторг сам их разрешил. Поэтому ему вслед полетело проклятье вечного жидкого стула.

– Ольга Фёдоровна, похоже, ты его сильно зацепила вчерашним отказом, – произношу в ответ, после чего девушка возмущённо фыркнула.

– На что вообще надеялся этот обкомовский выкормыш? Думал, свои петушиные перья распустил, и наивная пастушка сразу сдалась? Я не таких в Москве обламывала!

Добравшись до первых домов, я заметил автомобиль Романова, стоявший около склада пиломатериалов, и указал на него Ольге.

– Чего это он остановился? – удивилась девушка.

– Я же тебе говорил, желудок у парторга слишком слабый. Видать, разнервничался, когда нас увидел, и опять прихватило. Вот наш герой и побежал за брёвна.

У нас не было желания увидеть Романова со спущенными штанами. Поэтому мы проехали мимо. Я хотел высадить Ольгу у дома отца и отправиться к Матрёне, но, увидев около клуба столпотворение, затормозил рядом.

– Это что такое? – спросил я, зная ответ, и указал на два «рафика», стоявших посреди площади.

– Неужели телевизионщики приехали? Отец ждал их завтра, – ответила удивлённая Ольга.

Значит, приехала съёмочная группа «Сельского часа». А ещё кто-то из Москвы слил информацию о появлении телевизионщиков. Поэтому партократы решили быстро залатать дорогу. Но не успели!

Глава 4
Сельский час

Вышедший из сельсовета Жуков, недовольно покачал головой, наблюдая, как мы слезаем с мотоцикла.

– Давно ли ты такая взрослой стала, чтобы дома ночью не появляться? – председатель с ходу бросился в атаку на дочку.

– Пап, вчера вечером не на чем было вернуться. Пришлось у подруги переночевать. А сегодня я встретила Алексея. Он согласился подвезти, чтобы автобус до двенадцати не ждать, – Ольга не особо испугалась и спокойно ответила отцу.

– Ладно, когда этот цирк закончится, дома серьёзно поговорим, – хмуро проворчал Жуков, и перевёл недовольный взгляд на меня, – А ты побудь в селе до вечера. Есть разговор.

Раздав распоряжения, председатель развернулся и направился к телевизионщикам, расставлявшим оборудование. После чего рядом нарисовалась глава сельсовета. Оценив нашу одежду, она указала на собравшуюся группу передовиков и ветеранов, которым отведена роль массовки.

– Чего встали? Давайте-ка, занимайте место на заднем плане, а то там молодёжи маловато. Не бойтесь, вас ни о чём не спросят. Кому надо телевизионщики уже раздали текст с вопросами и ответами, – протараторила женщина, и пошла искать новые жертвы.

Едва мы с Олей заняли указанные места, Жуков подошёл к корреспонденту, держащему микрофон, и съёмка началась. Только она больше походила на постановочное интервью, чем и являлась. Корреспондент задавал дежурные вопросы об урожаях и надоях, а председатель отвечал заученным заранее текстом.

Особо удивила массивная камера и допотопная техника. Ещё это микрофон с металлическим набалдашником и длинным проводом. Хотя бригада работала споро и слаженно. Всё-таки мне пришлось немало часов провести в телестудии. Кое-какой опыт накопился.

Раньше я думал, что подобные съёмки происходят быстро. Ведь обычно на экран попадает едва две или три минуты интервью. Но беседа длилась около часа. Видимо, чтобы потом режиссёр вырезал всё лишнее, сделав короткий, но ёмкий репортаж.

Поначалу я немного заскучал. Ведь надо стоять на одном месте, делая умное лицо. Но потом решил просканировать мысли председателя. Которые оказались весьма интересные. Когда Волкова затевала приезд телевизионщиков, она не могла предположить, что Фёдор Михайлович так продуктивно воспользуется этим моментом.

Хитрый Жуков не стал ждать кумулятивного эффекта от телевизионного репортажа. Он заранее позвонил в обком товарищу Лаптеву и по-дружески предупредил, что скоро в Зажолино приедет съёмочная группа «Сельского часа». При этом председатель уверил высокопоставленных товарищей, что колхоз готов к приёму центрального телевидения, но затронул проблему дороги. Мол, москвичи точно не обойдут такую проблему и добавят материал в репортаж. А это скандал на весь Союз. Значит, кому-то дадут по шапке, или даже лишат тёплого места. Именно поэтому обком в течение одного дня принял решение начать ремонт дороги. Могут, когда захотят! Или петух в жопу не клюнет!

Пока техника, делающая ямочный ремонт, отправлена сюда больше для создания видимости. Но главное – бюджет на новую дорогу утверждён. Руководство области изыскало какие-то фонды. Обещают, что асфальт здесь появится в течение двух лет. А лежащий в кремлёвской больнице товарищ Егоров, не сможет этому помешать.

Мысленно похвалив председателя за смекалку, я перевёл взгляд на корреспондента. Тот ходил вдоль толпы выстроившихся колхозников и задавал вопросы тем, кому заранее выдали ответы. И некоторые из них меня буквально огорошили. Например, группа доярок высказала просьбу, о приглашении в колхоз ещё одной съёмочной группы. На этот раз программы «Играй, гармонь». Неужели, сюда и их уже решено отправить? Как интересно люди живут!

Нас ни о чём не спрашивали. Только молодой оператор дольше, чем на других, задержал фокус камеры на Ольге. Корреспондент тоже обратил внимание на девушку, но не более того. Она действительно красивая, вот мужики и косятся.

Когда действо подошло к концу, на площадь завернул автобус и из него начали выходить стройотрядовцы. Их старший подошёл к корреспонденту и спросил, не хочет ли он снять, как студенты-комсомольцы строят ферму. Жуков его поддержал. А я подслушал в мыслях корреспондента, что он не зря приехал и здесь сможет снять сразу два репортажа. Студенческий стройотряд, помогающий колхозу, его явно заинтересовал. Повезло мужику!

После этого колхозников распустили, а рядом с автобусом начала готовиться новая съёмка.

– Если отец сказал, что надо поговорить, лучше от него не бегать. Поэтому после шести приходи к нам в гости, – произнесла Ольга.

Кто против? Зайду, заодно ещё раз увижу девушку.

Подкатив к воротам дома на холме, я заглушил мотоцикл и толкнул дверь. Матрёна встретила меня, уперев кулаки в бока. А её разноцветная кошка замерла у ног хозяйки, словно готова напасть по её приказу. Понятно, что знахарка о чём-то догадывается.

– Матрёна Ивановна, ты меня бить собралась? – иронично поинтересовался я.

– Тебя бить, только зря кулаки ломать. И уму – разуму учить поздно. Если сам на сторону зла захочешь перебежать, то никто не помешает.

– Матрёна Ивановна, ну ты и хвалила про сторону зла. Меня мучения и страдания людей не привлекают.

– Уверен, что не привлекают? Не знаю, чем ты в городе занимался. Но покойника, которого ты до гроба довёл, я и здесь учуяла, – старуха посмотрела на меня весьма строго.

– А если этот человек заслуживал смерти? – я сдаваться не собираюсь.

– Если заслужил, то надо было сделать так, чтобы советская власть сама с ним разобралась и к стенке поставила. Ты ведь помнишь про дар. Он может наказать, – продолжила давить знахарка.

– Я всегда помню о твоём предупреждении. Но этот нелюдь, используя служебное положение, тридцать лет калечил людские судьбы, а кого-то подвёл под смертный приговор. Причём был у начальства на хорошем счету. Думаешь, власти смогли бы его обуздать? Честно, я в это не верю.

– Ладно, пойдём чаю попьём, и всё расскажешь. А там уж решим, правильно ты поступил или нет, – знахарка махнула рукой в сторону дома.

Под чай с сушками я рассказал Матрёне о своих злоключениях. Разумеется, не разглашая лишнего. Она слушала, задавала уточняющие вопросы, несколько раз, отчитав за то, что рисковал и не спросил совета.

– Алёша, за то, что девушек от смерти спас, тебе многое прощается! Что изверга Малышева не порешил, тоже молодец! Пусть власть сама разберётся и его казнит. С преступным прокурором и его подельниками его, тоже тебя понимаю. Сама не раз встречала таких гадов. Мой покойный муж не выдержал и порешил такую сволочь во время войны. И чуть за решётку не попал, – призналась Матрёна, но продолжила строго смотреть на меня.

– Вот видишь, я же говорю, всё по делу. Нигде не применил силу без надобности. Почти не злоумышлял. А ты меня чуть в ранг злыдней не перевела, – слегка подкалываю знахарку.

– Ты пойми, переход на сторону зла всегда происходит незаметно. Добрый человек, конечно, должен иметь крепкие кулаки, чтобы завсегда злу противостоять. Однако перебарщивает нельзя Сначала ты злого покарал, потом ещё одного. И если только этим заниматься, то закончится всё плохо. Обязательно невиновного заденешь, а потом уже понесётся. Помогать людям совсем прекратишь и начнёшь только на свою гордыню работать.

Мысли старухи мне недоступны, но чувствуется, что она говорит она неспроста. Была в её жизни похожая ситуация.

– Матрёна Ивановна, если есть пример, лучше расскажи, – попросил я.

Знахарка тяжко повздыхала, но сдалась.

– Ты же дочку мою видел?

Я кивнул.

– Думаешь, она с детства такой сволотой была? – грустно усмехнулась старуха.

– Вряд ли.

– В детстве и юности Аглая дерзкой была, но справедливой. Всем помогать старалась. Дар у неё родовой рано открылся. Не такой, как у тебя, но тоже сильный. Она могла любому внушить, чего делать нельзя, а что можно. Пьющих мужиков от водки отворачивала не хуже тебя. Гулящих баб на путь истинный направляла. А ещё душевнобольным помогала оставаться в уме. Головные недуги со временем научилась распутывать лучше любого столичного психиатра.

– А почему она стала такой сукой? – вырвалось у меня.

– Всё происходило постепенно. Сначала дочка решила наказывать тех, кто мешал ей жить. Но это ничего, такое делать можно, если в меру. И людей наставлять на путь истинный всегда полезно для общества. Но в Смоленске, куда мы Аглаю учиться отправили, её молодой человек предал, в которого она безумно влюблена была. Вот с этого падение дочки и началось.

Матрёна тяжко вздохнула, и по её лицу пробежала нервная судорога, вызванная неприятными воспоминаниями. Тема с проклятиями меня очень волнует, но пока лучше помалкивать.

– Не знаю, как она дошла до наведения порчи. Но первой жертвой стал её бывший возлюбленный, попавший под трамвай. Это Аглаю ещё больше на сторону зла перетянуло и укрепило в собственных силах. Она ведь предателю такую участь прилюдно пожелала. А после этого началось. Дочка начала слабых головой людей использовать и плохими способами наверх продвигаться. Сначала от нас всё скрывала, но со временем всё наружу вылезло. Именно таким образом из неё всё добро и выветрилось. Вот и ты поберегись на другую сторону переходить.

– А ты почему дочке не помогла?

– Думаешь, я не пыталась? – возмущённо воскликнула старуха, – Пыталась, ещё как! Даже к знакомому шаману из Сибири обратилась, чтобы он изгнал зло из её души. Тот приезжал, попробовал, но не смог. Я и сейчас пытаюсь Аглаю обуздать, когда она свои проклятья приезжает обновлять, но всё без толку.

– Обновляет проклятье? Это как?

– Да всё просто. Заведёт себя заранее, приедет, а когда начинает грязью поливать, то в настоящее неистовство входит. От этого некоторые слова дочки похуже дубины бьют.

– А почему она не применяет против людей дар, способный влиять на сознание? Ведь так проще себе всех подчинить? – спрашиваю, пользуясь моментом.

– Из-за зла, накопившегося в сердце. От прежнего дара у Аглаи лишь крохи остались. Но зато у неё появилось что-то совсем тёмное. От её проклятий не один десяток людей пострадал, – огорошила меня бабка.

Ничего себе! Мы тут маньяка ищем, который восемь человек убил. Зато просто отъявленная душегубка спокойно воздух коптит.

– Матрёна, а если я скажу, что видел нечто похожее на проклятье?

Знахарка отставила дымящуюся кружку в сторонку и посмотрела мне в глаза.

– Рассказывай! – приказала она.

Я подробно описал серую пелену и как она воздействует на человека.

– Где видел, на ком?

– У соседки по коммуналке – Беловой Наталье. Я уже догадался, что вы с ней родня, но не стал расспрашивать, – пожимаю плечами.

– Значит, и до племянницы добралась? Вот стерва! А я глупая, думала, что если с той веткой родни не общаться, то она перестанет их замечать. Боюсь за них, – вздохнула знахарка.

– Она к Наташе почти каждый месяц наведывается. Как раз вчера подъезжала, пока я после милиции отсыпался. Из-за этого твою племянницу в больничку на сохранение забрали.

– Наташа, она что, беременна? – удивилась Матрёна.