Текст книги "Древняя Русь глазами современников и потомков (IX-XII вв.). Курс лекций"

Автор книги: Игорь Данилевский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 28 страниц)

ЗАКЛЮЧЕНИЕ
ИСТОРИЧЕСКИЕ СУДЬБЫ ДРЕВНЕЙ РУСИ

Русская земля как нераздельное целое, находившееся в общем держании князей-родственников, с рубежа XI–XII вв. перестает быть собственно политической реальностью. Исчезновение (точнее, смягчение) внешней опасности, связанное с прекращением существования Хазарского каганата и образованием скандинавских государств (и как следствие, прекращение набегов викингов), а также смещение торговых путей привели к крушению хрупкого военно-административного союза племен Восточной Европы. Тем не менее «Русская земля» продолжала существовать в виде единой конфессиональной территории, управлявшейся из Киева. Благодаря этому в массовом сознании XIII–XIV вв. она сохранялась, видимо, в представлении о нераздельности всех православных земель.

На обломках Киевской Руси возникло несколько самостоятельных государственных образований. Каждое из них вполне сопоставимо по своим формам и размерам с западноевропейскими раннефеодальными государствами. Несмотря на различия, всем им были присущи некоторые общие черты, уходившие корнями во времена существования Киевской Руси. Везде мы видим в качестве основных политических институтов три силы: князя, дружину (боярство), городское вече. Кроме того, на втором плане присутствовала (хотя по большей части и незаметно) «служебная организация», которая обслуживала первые две силы и постепенно приобретала все более заметное политическое влияние.

В то же время условно все эти государства можно разделить на три типа: раннефеодальная монархия, феодальная республика и деспотическая монархия. Они различались тем, какие из перечисленных политических органов играли в них решающую роль. При этом прочие властные структуры могли продолжать существовать, хотя в повседневной жизни они сплошь и рядом оставались за рамками внимания современников. Лишь в экстремальных ситуациях общество «вспоминало» о таких традиционных государственных институтах.

Примером первого типа государства могут служить Киевское и Галицко-Волынское княжества. Прежний центр – Киев – еще несколько десятилетий после распада Киевской Руси сохранял свое значение как номинальная столица государства. Князья продолжали бороться за киевский престол. Обладание им давало право титуловаться великим князем, формально стоявшим над всем прочими – удельными – князьями.

В Киеве (а впоследствии в Галиче и Волыни) по-прежнему была сильна княжеская власть, опиравшаяся на дружину. Одно из первых упоминаний о прямой попытке дружины киевского князя самостоятельно решить вопрос о том, кто будет сидеть на киевском столе, относится еще к 1015 г. Узнав о смерти Владимира Святославича, его дружинники предложили стать киевским князем младшему сыну Борису. И только нежелание того нарушать традицию подчинения старшему в роду (так во всяком случае трактует этот эпизод летописец) не позволило дружине настоять на своем. Кстати, сразу после отказа Бориса бороться за власть в Киеве, отцовские дружинники покинули его. Другим примером такого рода может быть совещание со своими «мужами» в 1187 г. умирающего галицкого князя Ярослава Осмомысла о передаче власти в Галиче младшему сыну, в обход старшего – законного наследника.

Насколько активно вмешивались галицкие бояре в жизнь князя, которому служили, хорошо показывает следующий пример. Новый конфликт между Ярославом и боярством возник в 1173 г. Княгиня Ольга с сыном Владимиром бежала от мужа вместе с видными галицкими боярами в Польшу. Владимир Ярославич выпросил у соперника своего отца город Червен, стратегически удобный и для связей с Польшей, и для наступления на отца. Это тот Владимир Галицкий, забулдыга и бражник, образ которого так красочно воспроизведен в опере Бородина «Князь Игорь». Игорь Святославич был женат на его сестре Евфросинье, дочери Ярослава Осмомысла (Ярославне). Разрыв с отцом был вызван тем, что у Ярослава была любовница Настасья, и ее сыну Олегу Ярослав отдавал предпочтение перед законным сыном Владимиром.

Восемь месяцев Ольга Юрьевна и Владимир находились в отъезде, но наконец получили письмо от галицких бояр с просьбой вернуться в Галич и обещанием взять под стражу ее мужа. Обещание было выполнено с лихвой: Ярослав Осмомысл был арестован, его друзья, союзные половцы, – изрублены, а любовница Настасья – сожжена на костре:

«Галичане же накладаша огонь, сожгоша ю, а сына ее в заточение послаша, в князя водивше ко кресту, яко ему имети княгиню вправду. И тако уладившеся»

Конфликт, казавшийся семейным, был временно улажен таким своеобразным средневековым способом.

Совещались южные князья со своими дружинами и при решении вопросов войны и мира. Так, в 1093 г, князья Святополк, Владимир и Ростислав перед началом военных действий держали совет со своими «смыленными мужами», следует нападать на половцев или выгоднее заключить с ними мир. С дружинами обсуждался и вопрос о сроках выступления на половцев в ходе княжеских съездов 1103 и 1111 гг. При этом голос князя оказывался решающим, но лишь после того, как он убеждал дружинников в правоте своего решения.

Вместе с тем в критических ситуациях, когда князь по каким-то причинам не мог выполнять свои функции, реальную власть брало в свои руки городское вече. Так произошло в 1068 г., когда киевский князь Изяслав не смог противостоять половцам и бежал с поля битвы. Следствием этого стало вечевое решение киевлян сместить «законного» князя и посадить на его место Всеслава Брячиславича Полоцкого. Лишь в результате самых жестких мер прежнему князю удалось вернуть себе киевский престол.

Другим примером может служить ситуация, когда киевское вече в 1113 г., вопреки существовавшему порядку престолонаследования (Киев не был его «отчиной»), пригласило на великокняжеский престол Владимира Мономаха. В 1125 г. на киевский стол был посажен старший Мономашич Мстислав, а после его смерти в 1132 г, киевляне передали власть его брату Ярополку. В 1146 г. киевляне вызвали на вече князя Игоря Ольговича, которому предстояло, по завещанию брата Всеволода, вступить на киевский престол. Характерно, что Игорь побоялся сам явиться на вече, но не решился и проигнорировать «приглашение». В качестве своего полномочного представителя (пока сам претендент на престол со своей дружиной сидел в засаде) он направил на собрание горожан Святослава Ольговича, которому пришлось выслушать жалобы жителей Киева и пообещать пресечь злоупотребления княжеских людей.

Подобные отношения между князем и городским вечем были характерны и для другого южнорусского города – Галича. Особенно показательно в этом отношении сообщение летописи о том, как галичане в 1206 г. обратились за помощью против венгров, бесчинствовавших в городе, к Мстиславу, но тому ничего не удалось сделать, Тогда его привели на галицкий холм и сказали, издеваясь: «Княже, уже еси на галицини могиле (холме) поседел, тако и в Галиче княжил еси»– и прогнали его.

Ситуация и Киеве изменилась с приходом к власти великого князя Андрея Юрьевича Боголюбского (1157–1174). Если его отец Юрий Владимирович Долгорукий всю жизнь добивался киевского престола, то Андрей дважды уходил из киевского пригорода, куда его сажал великий князь, на Северо-Восток Руси. Там он, в конце концов, и обосновался. Став великим князем, Андрей перенес свой «стол» в бывший пригород Суздаля – Владимир-на-Клязьме. Мало того, в 1169 г. объединенные войска русских земель под предводительством Андрея напали на Киев, который попытался выйти из-под его влияния, и разграбили его. После этого значение южной столицы Русской земли начало быстро падать. Несмотря на то, что второй общерусский поход на Киев 1173 г. обернулся неудачей, прежняя столица уже никогда не оправилась от удара. В 1203 г. Киев был вновь разграблен в совместном походе Рюрика Ростиславича, Ольговичей и половцев. Нашествие монгольских отрядов в 1240 г. лишь завершило начатое русскими князьями. Тем не менее именно южные русские земли еще долго продолжали сохранять традиции управления, сложившиеся в Киевской Руси: власть князя опиралась там на силу дружины и контролировалась городским вечем. Условно такую форму правления принято называть раннефеодальной монархией.

Свой тип государственной власти сложился на Северо-Западе Руси, Здесь княжеская власть как самостоятельная политическая сила прекратила свое существование в результате событий 1136 г. (так называемой новгородской «революции»). 28 мая новгородцы посадили под арест своего князя – ставленника князя киевского, Всеволода Мстиславича, а затем изгнали его из города. С этого времени окончательно установился порядок выбирать новгородского князя, подобно всем прочим государственным должностям Новгорода Великого, на вече. Он стал частью городского административного аппарата. Теперь функции его ограничивались военными вопросами. Охраной правопорядка в городе занимался воевода, а вся полнота власти в периоды между вечевыми сходками сосредоточивалась в руках новгородских посадников и епископа (с 1165 г. – архиепископа). Сложные вопросы могли решаться и на так называемом смесном суде, в состав которого входили представители всех властных структур Новгорода.

Такой тип государственного устройства может быть определен как феодальная республика, причем республика «боярская», «аристократическая».

С одной стороны, на высшие государственные должности (прежде всего посадников, обладавших, видимо, всей полнотой власти в перерывах между заседаниями веча) в Новгороде избирались только члены влиятельных (аристократических) боярских семей. Одной из таких семей был род Мишиничей-Онцифоровичей, представители которого на протяжении нескольких десятилетий (с середины XIII по начало XV вв.) занимали высшие руководящие посты в Северо-Западной республике,

С другой стороны, характеристику Новгородского государства связывают с аристократическим составом веча – высшего государственного органа Новгорода. По мнению В. Янина, на вече собиралось от 300 до 500 человек – выходцев из крупнейших боярских «фамилий» (как мы помним, М. Х. Алешковский полагал, что в число вечников с XIII в. входили также наиболее богатые новгородские купцы). Есть, однако, и другая точка зрения, согласно которой в новгородском вече принимали участие не только все взрослые жители Новгорода, независимо от их социального статуса, но, возможно, и жители новгородских пригородов, в том числе сельских (И. Я. Фроянов, В. Ф. Андреев и др.). На вече решались важнейшие вопросы политической жизни республики. Главный из них – выборы должностных лиц, выполнявших властные функции: посадников, тысяцких, епископа (архиепископа), архимандрита, князя.

Совершенно иной тип государства сложился на Северо-Востоке Руси. Этот край, заселенный славянами сравнительно поздно, очевидно, не имел глубоких вечевых традиций. Тем не менее до определенного момента и здесь политическое управление строилось на взаимодействии городского веча (ведущую роль играли вечевые собрания Ростова и Суздаля) и князей, назначавшихся из Киева. В 1157 г. великим князем киевским стал Андрей Боголюбский. В Киев он, однако, вопреки традиции не поехал. В том же году жители Ростова Великого, Суздаля и Владимира-на-Клязьме избрали Андрея Юрьевича князем ростовским, суздальским и владимирским. В 1162 г. Андрей Боголюбский изгнал из Ростово-Суздальской земли трех своих братьев, двух племянников и мачеху, а также отцовскую дружину. Тем самым были заложены основы неограниченной деспотической власти («самовластия», по выражению летописца) владимирского князя. Тогда же столица была перенесена в бывший пригород Суздальского княжества г. Владимир. Одновременно Андрей Юрьевич принял титул «царя и великого князя».

Социальную базу, на которую опирался Андрей Боголюбский, проводя свои преобразования, составляли так называемые «милостники», т. е. люди, зависевшие от милости князя. Речь идет об уже упоминавшейся «служебной организации», дворовых «холопах» (лично зависимых людях) князя. Основы изменения статуса княжеских слуг можно наблюдать еще в «Правде Ярославичей». Права, прежде принадлежавшие только княжеским дружинникам, начали распространяться здесь и на верхушку «служебной организации». Так, за убийство «тивуна огнищного» (управляющего княжеским двором, дворецкого) и «конюха старого у стада», как и за «княжего мужа» (дружинника), теперь положено было выплачивать двойную виру (штраф) в 80 гривен. Тем не менее, в отличие от дружинников, дворня, или дворяне, как их стали называть с конца XII в., не могли считаться ровней князю. Он был их господином, а не товарищем. Если отношения князя и дружины можно сопоставить с западноевропейской системой вассалитета, то служба дворни князю строилась на основаниях, близких к понятию подданства-министериалета. Слуга, в отличие от вассала, находился в прямой и безусловной зависимости от господина, был его собственностью, хотя мог занимать высокие посты и иметь большие владения.

Развивая новую систему прямого подчинения, Андрей Боголюбский подчинил своей власти Киев и Новгород. На княжение туда он посадил своих «подручников», зависимых князей. Когда же те пытались освободиться от его влияния, он организовывал против них грандиозные общерусские походы (1169, 1170, 1173 гг.). Так, в последнем (неудачном) походе на Киев принимали участие отряды ростовцев, суздальцев, владимирцев, переяславцев, белозерцев, муромцев, новгородцев, рязанцев, а также дружины Туровского, полоцкого, пинского, городеньского, черниговского, новгород-северского, путивльского, курского, переяславль-южного, торческого и смоленского князей.

В ночь с 29 на 30 июня 1174 г. Андрей был убит в Боголюбовском дворце группой заговорщиков – своих «милостников». Хотя именно княжеская дружина решала вопрос о том, кто станет новым князем на Северо-Востоке, власть административного аппарата, набиравшегося преимущественно из слуг («детьцких»), постепенно возрастала. Вместе с тем все больше укреплялась социальная основа новой системы государственной власти – деспотической монархии, базировавшейся на прямом подчинении подданных'-холопов своему господину-князю.

Дальнейшее развитие русских земель могло идти по любому из наметившихся путей, однако вторжение во второй трети XIII в. монгольских войск существенно изменило политическую ситуацию в стране. Но это – тема для особого разговора.

ПРИЛОЖЕНИЯ

Приложение 1
ПУСТЫЕ МНОЖЕСТВА «НОВОЙ ХРОНОЛОГИИ»

НЕСКОЛЬКО ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫХ ЗАМЕЧАНИЙ

Как рассчитать длину шара? Услышав или прочитав этот вопрос, человек, у которого от геометрии остались только смутные школьные воспоминания, в первое мгновение, скорее всего, начнет судорожно вспоминать формулы… Но тут же спохватится: таких формул нет и быть не может. «Длина» и «шар» – в геометрии понятия несопрягающиеся. Хотя в обыденном мышлении такое сочетание, пожалуй, может рассматриваться как вполне логичное. Так что мгновенное замешательство почти неизбежно, несмотря на то, что речь идет о вещах в самом прямом смысле слова элементарных.

Чувство, которое возникает у человека, освоившего хотя бы азы источниковедческого анализа и исторического построения, при чтении многочисленных трудов, подписанных именами А. Т. Фоменко, Г. В. Носовского, В. В. Калашникова и их – увы, уже появившихся – последователей, думаю, можно сравнить с ощущениями, которые должен испытывать математик, читающий, к примеру, следующее.

Деление 8 на 2 дает 3 (при делении по вертикали) или 0 (при делении по горизонтали). Поэтому число 8 должно быть равным сумме двух троек либо двух нулей (или, что то же самое, 0 х 2). Поскольку в математике не оговаривается вопрос, как именно следует делить восемь на два, постольку можно делить и так, и эдак. Наконец, никому не заказано получить при делении 8 на 2 четверку, хотя как это удается математикам во многом остается загадкой. Главное другое: результат, очевидно, и в том, и в другом, и в третьем случаях обязательно будет одинаковым, т. е. 4 = 3 = 0. Из этого следует еще один очень важный вывод; 8 = 6 (другая цифра, обозначающая сумму двух «вертикальных» половинок восьмерки) = 0 (цифра, обозначающая результат сложения двух «горизонтальных» половинок восьмерки). Итак, 8 = 6 = 4 =3 = 0. Значит, во всех числах, имеющих в своем составе цифры 8, 6, 4 или 3, можно, если захочется исследователю, произвольно подставлять цифру 0. И наоборот: если результат по каким-либо причинам не устраивает производящего расчет, вместо нулей можно подставлять шестерки или восьмерки, либо четверки, но, может быть, и тройки – в любом сочетании…

Правда, мне могут возразить, что математика подразумевает под словом «деление» вовсе не разрезание цифры на части, а деление количества, которое обозначается этой цифрой. Но ведь слово «деление» можно понимать по-разному. Кроме того, математическая картина мира отнюдь не бесспорна. В то же время большинство из нас, воспитанных на школьном курсе математики, убеждены, что арифметические действия – дело в принципе несложное; достаточно, мол, взять исходные числа и подставить их в соответствующие формулы.

Надеюсь, читатель понял из наших рассуждений, что это не так, Общепринятая точка зрения – результат многочисленных заблуждений, насаждаемых в общественном мнении математической профессурой, которая закоснела в догмах, противоречащих здравому смыслу. А потому прислушиваться к мнению профессионалов по поводу уникального явления в мировой научной литературе по математике (т. е. рассуждений, приведенных выше) не стоит. Разве что математики отрекутся от своих заблуждений и вступят со мной в конструктивный научный диалог…

Практически весь предыдущий абзац (правда, с заменой истории на математику) позаимствован у авторов, вот уже четверть века пишущих книги, в которых отрицаются элементарные истины исторической науки. Трудов такого рода уже около полутора десятков томов, а авторы грозятся еще издать их «полное изложение». Последняя угроза тем более странна, что в подавляющем большинстве упомянутых изданий основное содержание – не более, чем сплошные повторы (зачастую – текстуальные) предыдущих книг. Серьезные ученые-историки предпочитают делать вид, что трудов А. Т. Фоменко, Г. В. Носовского и В. В. Калашникова не существует. Судя по всему, им просто жаль тратить драгоценное время на чтение сомнительных, с их точки зрения, рассуждений. Тем более, что потенциальные собеседники не слышат, если с ними не соглашаются. Об этом свидетельствует полное пренебрежение их к многочисленным критическим статьям, написанным профессионалами-историками и астрономами высокого класса.

Дело, между тем, зашло слишком далеко. Только человек, не понимающий, что значит печатное слово в России, может отважиться публиковать многотысячными тиражами спорные, мягко говоря, гипотезы академика, да еще с грифом Московского государственного университета им. М. В. Ломоносова, к тому же – от имени Учебно-научного центра довузовского образования; другими словами, пособия для школьников, подготовленные в ведущем вузе страны представителем высшей научной элиты. И вот результат: уже есть случаи, когда не вполне грамотные чиновники от образования рекомендуют школам приобретать эти книги и использовать в учебном процессе. История повторяется. Вероятно, точно так же когда-то в школах начинали пропагандировать труды другого академика, разводившего на их страницах ветвистую пшеницу.

Однако эмоционально-оценочные высказывания, как и невежество, – не аргумент. В науке же, как известно, спорят именно аргументы, а не позиции. Чем же оперируют наши авторы? Быть может, их доводы действительно имеют под собой реальную почву? Давайте попытаемся разобраться.

ИСХОДНЫЕ ПОСЫЛКИ

Толчком к появлению «новой хронологии» послужило, насколько можно понять из публикаций, несколько моментов.

Во-первых, момент, так сказать, естественнонаучный. Он связан с сугубо астрономической проблемой, которая в середине 70-х гг. оказалась в сфере внимания талантливого математика и очень неплохого художника-графика, но, уточним, не историка и не астронома – А. Т. Фоменко. Речь шла об изменениях в показателе торможения (у А. Т. Фоменко – ускорения[444]444
  Фоменко А. Т. Методы статистического анализа нарративных текстов и приложения к хронологии: Распознавание и датировка зависимых текстов, статистическая древняя хронология, статистика древних астрономических сообщений, М., 1990. С. 88.


[Закрыть]) Луны под действием приливной волны, которую та вызывает на Земле (так называемая вторая производная лунной элонгации, выражающаяся в секундах дуги за столетие), Их обнаружил английский геофизик и специалист в теоретической и экспериментальной баллистике Р. Ньютон[445]445
  А.Т. Фоменко предпочитает называть ого астрономом (Фоменко А. Т. Глобальная хронологическая карта // Химия и жизнь. 1983. № 9. С. 84; Фоменко А. Т. Методы статистического анализа… С. 89, и др.; ср.: Фоменко А. Т. Критика традиционной хронологии античности и средневековья: Какой сейчас век? Реферат. М., 1993. С. 147).


[Закрыть]. Впрочем, астрономы сочли такие изменения вполне естественными.

Однако А. Т. Фоменко не склонен доверять профессионалам. Он усомнился в том, что колебания, выявленные Р. Ньютоном (и, заметим, превышающие по абсолютным показателям аналогичные расчеты других исследователей), могут вызываться природными причинами. Неизбежным (как представляется А. Т. Фоменко) следствием стало «объективное» требование изменить датировки древних и средневековых затмений, которыми пользовался Р. Ньютон в своих вычислениях, чтобы ликвидировать сами эти колебания.

Правда, больше к теме передатировки солнечных и лунных затмений А. Т. Фоменко не возвращался… Возможно, потому, что показатели затмений достаточно подробно изучены профессиональными астрономами, причем практически все они вполне удовлетворительно совпали с летописными датами[446]446
  Святский Д. О. Астрономические явления в русских летописях с научно-критической точки зрения, Пг., 1914 (все расчеты проводились профессиональным астрономом М. А. Вильевым).


[Закрыть]. К тому же оказалось, что анализ упоминаний затмений Солнца и Луны в летописях далеко не всегда может дать однозначный ответ на вопрос, когда же собственно они наблюдались.

Так, под 6630 г. в «Лаврентьевской летописи» зафиксированы солнечное и лунное затмения, произошедшие соответственно 10 и 24 марта. Действительно, затмение Солнца русский летописец мог наблюдать 10 марта. Проблема «лишь» в том, что на эту календарную дату приходились затмения как в 1103, так и в 1122 гг. Причем оба они были примерно одинаковы по фазе (0,458 и 0,333 солнечного диаметра) и наблюдались приблизительно в одно время суток (в 6 ч 48 мин и в 7 ч. 8 мин. утра). Так что помочь однозначно продатировать это сообщение могло только упоминание затмения Луны…. если бы оно не приходилось на 24 марта в тех же 1103 и 1122 гг.![447]447
  Святский Д. О. Астрономические явления в русских летописях с научно-критической точки зрения, Пг., 1914 (все расчеты проводились профессиональным астрономом М. А. Вильевым, С. 3–6, 12–14, 104.


[Закрыть]. К тому же идентификация летописных записей о наблюдении затмений затруднена уже в силу их краткости и «ненаучности». Не облегчает эту задачу и отсутствие необходимой информации о месте, где данная запись составлялась.

Во-вторых, момент историографический, Приблизительно в то же время А. Т. Фоменко попал на лекцию о Н. А. Морозове. Как известно, знаменитый народоволец, отбывая 21 год в одиночном заключении и имея возможность читать в это время только «Священное Писание», пришел к следующим, вполне материалистическим выводам. Коль скоро в «Новом Завете» сбываются пророчества «Ветхого Завета», то последний не мог быть написан прежде первого: сначала некоторые события должны состояться, и только йотом, задним числом, их можно «предсказать». Самой ранней книгой «Нового Завета», очевидно, является «Откровение Иоанна Богослова». Следовательно, все прочие библейские книги были написаны позже него. Поэтому все исторические факты, которые упоминаются в «Ветхом» и «Новом заветах», могут относиться ко времени не ранее 395 г., которым Морозов датировал «Апокалипсис» (кстати, именно по показателям солнечного и лунного затмений, которые, как полагал исследователь, описывались в «Апокалипсисе» в символической форме). Из этого он сделал вывод, что вся ранняя письменная история человечества – не более, чем выдумка.

Эта мысль, собственно, и вдохновила А. Т. Фоменко на новые исторические изыскания. Они привели его к ряду друг друга порождающих, взаимоподдерживающих и друг без друга просто не имеющих права на существование гипотез, переросших в «новую гипотетическую концепцию русской хронологии, радикально отличающуюся… от концепции Н. А. Морозова»[448]448
  Носовский Г.В., Фоменко А.Т. Новая хронология Руси. Научное издание. М., 1997. С. 10.


[Закрыть], а также, заметим, от датировок, подкрепленных всем массивом известных на сегодня вещественных, письменных и лингвистических источников, которыми располагают гуманитарные науки.

В-третьих, момент хронологический. По убеждению А. Т. Фоменко, история не располагает независимой системой датировки событий, а опирается только на «искусственные» даты, сохранившиеся в письменных источниках. Исключение составляет археология, где используются естественнонаучные методы датирования (дендрохронология, радиоуглеродный метод). Но и они крайне неточны и могут давать абсурдные результаты (приводится, скажем, пример, когда современная раковина из Флориды по показаниям С¹⁴ должна датироваться приблизительно 3080 г. н. э.!)[449]449
  Фоменко А. Т. Критика традиционной хронологии… С. 17–23.


[Закрыть].

В-четвертых, момент психологический. Очень многие события прошлого узнаваемы. Они как бы повторяют друг друга. Создается впечатление, что история «повторяется» или, точнее, ее повторяют, но не в реальности, а в описаниях. Из этого делается далеко идущий вывод: на самом деле история человечества состоит из гораздо меньшего числа событий, чем это принято думать. Просто многие из них описываются как несколько разновременных событий каждое, для чего изменяются имена действующих лиц, топонимы и соответственно указываются разные даты. Таким образом, история «расширяется» во времени и пространстве, хотя на самом деле увеличивается лишь число описаний одних и тех же событий сравнительно недавнего прошлого.

Чуть подробнее хотелось бы остановиться на третьем из перечисленных оснований. Если остальные моменты понятны, хоть и весьма спорны, то проблема абсолютного датирования в истории – следствие явного заблуждения, обусловленного слабым знакомством со специальной литературой или недобросовестностью авторов. Действительно, в истории существует такая проблема. Но выглядит она вовсе не столь драматично, Очевидно, авторы не знают, что за последние два десятилетия удалось добиться больших успехов в согласовании дендрохронологии и радиоуглеродных датировок. Первая дает непрерывную шкалу относительных дат для определенной территории. Вторые же дают абсолютные даты, которые имеют значение для всего земного шара. Установление возраста органических объектов по остаточному содержанию в них С¹⁴ сопряжено с немалыми трудностями, поскольку любая «добавка» современной органики к датируемому образцу может значительно «омолодить» его. Кстати, большинство приведенных А. Т. Фоменко примеров ошибок в радиоуглеродных датировках имеют именно эту особенность: они не «удревняют», а «омолаживают» датируемый объект! Это в корне противоречит всем дальнейшим гипотетическим построениям «новых хронологов».

Но и это не все. Не успел У. Ф. Либби получить Нобелевскую премию за разработку методики радиоуглеродного датирования, как были открыты так называемые эффекты Фриза и Зюсса: оказалось, что концентрация радиоактивного углерода в атмосфере Земли изменчива. Было установлено, что на содержание в атмосфере С¹⁴ влияют многие астро– и геофизические факторы, в том числе солнечная активность[450]450
  Фриз, де X. Измерение и применение радиоактивного углорода // Геохимические исследования. М., 1961.


[Закрыть]. Вскоре удалось доказать, что радиоактивный изотоп углерода вырабатывается в верхних слоях атмосферы, находится в обратно пропорциональной зависимости от уровня солнечной активности и изменяется год от года. Из-за этого его накопление органическими объектами происходит неравномерно. Для того чтобы установить уровень солнечной активности в прошлом (математически эта величина расчету пока не поддается), было предложено использовать показатели остаточного содержания С¹⁴ в годичных кольцах деревьев[451]451
  Дорман Л. И. О возможности исследования различных типов вариаций космических лучей по данным об относительном содержании С 4 в годичных кольцах деревьев // Дендроклиматохронология и радиоуглерод. Каунас, 1972. С. 312–316.


[Закрыть]. Реально такую работу удалось провести доктору Дж. Эдди из Бульдеровской обсерватории в Колорадо, Замерив содержание радиоактивного углерода в годичных кольцах сосен (в том числе окаменевших экземпляров) в Скалистых горах, он получил абсолютно надежную шкалу радиоуглеродных дат на 5000 лет[452]452
  См., напр.: Eddy J. A. Historical and Arboreal Evidence for a Changing Sun // The New Solar Physics / Ed. by J.A.Eddy. Bolder, Colorado, 1978. P. 11–33


[Закрыть]. Работы Дж. Эдди позволили скоррелировать данные дендрохронологии и радиоуглерода. Впоследствии абсолютную шкалу датировок смогли продолжить еще на 2000 лет[453]453
  Ferguson C. W. Dendrochronology of Bristbcon Pine, Plnus arlstata Establishment of 7484-year Chronology in the White Mountains of Eastern-central California, USA // Radiocarbon Variations and Absolute Chronology: Proceedings of the Twelfth Nobel Symposium held at the Institute of Physics at Uppsala University / Ed. By J.U.Olsson. 1970, Uppsala. P. 238–249.


[Закрыть]. При этом, попреки умозрительным построениям «новых хронологов», археологические датировки существенно удревнились.

Однако, самое любопытное заключается даже не в этом. Абсолютные временные показатели экстремумов солнечной активности, установленные Дж. Эдди, практически совпали с так называемым «рядом Шоува», т. е. датами максимумов и минимумов солнечной активности, восстановленными английским геофизиком из Бекингема, доктором Д. Дж. Шоувом по упоминаниям о солнечных пятнах и полярных сияниях в письменных источниках – китайских хрониках, западноевропейских анналах, древнерусских летописях[454]454
  Schove D. J. 1) Sunsports and Aurore, 400–240 B.C. // J. Brit, astron. Ass 1948. Vol. 48. P, 178–204; 2)Visions in North-West Europe and Dated Auroral Displays (A.D. 400–600) // J Brit. Archaeol. Ass. 3-rd ser. 1940. Vol. 13. P. 34–49; 3) The earliest dated Sunsport // J. Brit, astron. Ass. 1941. Vol. 61. P. 22–24, 126–128; 4) The Sunsport Cycle, 649 D.C. to A.D. 2000 // Jornal of Geophysical Reserch: The continuation of Terrestrial Magnetism and Atmospheric Electricity. June, 1944. Vol. 60. № 2. P. 127–146; 4) Auroral Numbers since 400 B.C. // Papers Communicated to the Association; J. Brit, astron. Ass. 1962. Vol. 72. № 1. P. 30–34.


[Закрыть]. Хотя, полагаю, для наших авторов естественнонаучные исследования, если они противоречат их концепции, – не указ.

Тем не менее историки сегодня имеют вполне надежные естественнонаучные основы для датировки археологических объектов, Мало того, они располагают абсолютной (и в хронологическом смысле, и в смысле достоверности) шкалой, позволяющей датировать сообщения письменных источников о наблюдении явлений, связанных с уровнем солнечной активности (низкоширотных полярных сияний, солнечных пятен, флоккул, галлосов, а также неурожаев, ранних или поздних заморозков, засух, налетов саранчи и т. п.)[455]455
  Работы по установлению связей между этими природными явлениями ведутся уже на протяжении столетия, хотя довольно редко используются отечественными историками (ср.; Веаujoиап G. Le temps hlstorique: Les suggestiones de l'economiste et du geophisicien // L'Hlstoire et ses metodes. Paris, 1961. P. 42–67).


[Закрыть]. Добавлю, что естественнонаучные методы вполне применимы и для датировки пергамена древнейших рукописей. Все это не учитывается авторами «новой хронологии», видимо, потому, что по вопросам, относящимся к их концепции, они предпочитают читать популярные, а не специальные издания.

Пока, однако, мы коснулись лишь «объективных» причин появления работ А. Т. Фоменко на свет. Но есть еще и менее заметные теоретические основания, которые дали жизнь «новой хронологии».

АКСИОМАТИКА «НОВОЙ ХРОНОЛОГИИ»

Полагаю, скромным создателям «уникального явления в мировой научной литературе»[456]456
  Носовский Г. В., Фоменко А. Т. Новая хронология Руси. С. 2.


[Закрыть] лучше, чем гуманитариям, известно, что всякая теория базируется на системе постулатов, не нуждающихся в доказательстве. Стоит изменить эти основания – и теория рухнет, как произошло, скажем, с эвклидовой геометрией, когда Н. И. Лобачевский предположил, что дне параллельные могут пересечься, а через две точки можно провести несколько прямых. Точнее, на смену одной системе теоретических положений придет другая, отличная от нее, в которой законы прежней системы «работать» не будут. Это, однако, касается только теории, С ее изменением не изменится объективный мир, который оная описывает. Он станет иным только в сознании человека. Этого, правда, бывает вполне достаточно, чтобы начать изменять его. Здесь-то, пожалуй, и кроется основная опасность теоретических построений наших авторов: не влияя на объясняемые ею процессы, она может произвести существенные «хронологические» сдвиги в головах наших соотечественников. Последствия же последнего поистине непредсказуемы[457]457
  Ср., напр.: <Страшная путаница, порождаемая книгой [речь идет о кн.: Носовский Г. В., Фоменко А. Т. Империя: Русь, Турция, Китай, Европа, Египет. Новая математическая хронология древности. М., 1996] особенно в области истории этносов, способна деформировать этническое самосознание, извратить историю этногенеза российских народов, вызвать к жизни этнократические химеры, что никак не поможет достижению согласия народов, а скорее приведет в тупик. И этого допустить нельзя> (Свириденко Ю. П., Неборский М. Ю. Российское многонациональное государство: Пути согласия народов. М., 1997. С. 138–139).


[Закрыть].