Текст книги "Гроссмейстеры афёр"
Автор книги: Игорь Атаманенко
Жанр:
Криминальные детективы
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]
Без трёх минут двенадцать Герцог в сопровождении Махмуда и его нукера подъехал к зоопарку. Кавказцы остались в машине, а Юлий, поеживаясь от холода, неторопливо – так предписывала инструкция – двинулся по аллеям зоосада на поиски клетки со львом. Именно там – по заключению профессионала Махмуда – находилась контрольная зона.
День был будний, к тому же морозный, посетителей было немного, в основном стайки школьников, прогуливающих занятия. Через несколько минут блужданий по заснеженным, обезлюдевшим аллеям, Герцог понял, почему американцы выбрали зоопарк в качестве полигона: за время прогулки он не встретил ни одного одинокого человека своих лет. Не только мужчин, но и женщин. Служащие – не в счёт, их издалека можно было определить по характерной униформе и огромным, как слоновьи ноги, валенкам. С трудом верилось, чтобы в оперативном гардеробе «топтунов», где было всё: от парика до телогрейки, от макинтоша до тюбетейки, – нашлась бы форма смотрителей зоосада и такие валенки. Появись на аллеях разведчики службы наружного наблюдения, они сразу же привлекли бы внимание американцев, ведущих контрнаблюдение. «Действительно, «серьёзные люди», – Юлий вспомнил отзыв Махмуда о составителях инструкции, – однако где эта чёртова клетка со львом? Да и есть ли там лев? Верится с трудом, чтобы царь африканской саванны беспечно выставил себя на всеобщее обозрение в такой мороз. При таком холоде, дай бог, белым медведям не околеть. Б-р-р!»
Погода отнюдь не располагала к веселому взбрыкиванию, беззаботному поблеяниванию и похрюкиванию. Проявление жизненной активности Герцог заметил только в вольере розовозадых мартышек: два примата усердно предавались любовному акту. Впрочем, жизнь фонтанчиком била и рядом с клеткой: группа мальчишек и девчонок младшего школьного возраста воодушевленно обсуждала ситуацию. Их реплики свидетельствовали о том, что по ночам они бдительно отслеживают постельные взаимоотношения своих родителей.
От группы отделяется «дюймовочного» роста женщина, которую Юлий поначалу принял за школьницу. «Дюймовочка» тащит за руку упирающуюся девчушку-крохотулю.
– Мамочка, я хочу смотреть, как играют обезьянки!
Женщине удаётся подтащить дочь к стоящему у клетки, ухмыляющемуся в усы важному деду в униформе.
– Вы работаете здесь? – утвердительный кивок. – Слушайте, я дам фруктовых ирисок этим… этим бесстыдникам. Пусть они прекратят это безобразие! – в ответ быстрый взгляд хитрющих глаз:
– А вы, гражданка, прекратили бы это за ириски?..
– Хам!
Побродив еще минут десять в поисках клетки со львом и основательно продрогнув, Герцог решительным шагом направляется к служке в униформе:
– Извините, вы не скажете, как такую погоду, такой холод переносят тигры и львы?..
– А чо им-то? Они щас, поди, в тепле. Ангары у них специальные. Нетуть их чичас здеся…
Забравшись в теплый салон «шестёрки», Герцог скомандовал:
– На Ленинские горы! – и с яростью добавил: – Искать вождя мирового пролетариата!
С Ленинских гор заехали пообедать в ресторан при гостинице «Юность», где остановились кочевские опричники.
17.05. Стемнело. До встречи с дипломатом оставалось пятьдесят пять минут.
Разделились на три группы. Герцог до конечной остановки троллейбуса 25-го маршрута доберётся на метро, освидетельствует столб и, если всё в порядке, пешком достигнет памятника Героям Плевны.
Махмуд за рулем «шестёрки» будет подстраховывать его наземные передвижения и наконец остановится у Политехнического музея, прямо напротив памятника. Если иностранец потребует немедленной передачи денег, Герцог подаст сигнал Кочеву: несколько раз щёлкнет зажигалкой, будто прикуривая сигарету. Махмуд с деньгами тут же присоединится к Юлию.
Остальные кавказцы всё это время на двух машинах будут курсировать по замкнутому кругу: площадь Ногина – проезд Серова, – не доезжая площади Дзержинского, – поворот у Политехнического музея, – вниз по Старой площади, снова на Ногина… И так – беспрерывно, до получения сигнала по рации от Махмуда.
То, что все манипуляции будут проходить в непосредственной близости от легендарной Лубянки, никого из действующих лиц нисколько не смущало: лучшая конспирация – это полное её отсутствие…
Выделить в толпе вышедшего из подземного перехода Чарльза Добкина труда не составило. Шпионаж накладывает неизгладимый отпечаток на личность: появляется вкрадчивая походка, нос вытягивается, на губах, будто приклеенная, лисья улыбка, но в целом физиономия становится непроницаемой, как у моржа. Глаза бегают, ищут контрразведчиков противника. От постоянного шпионства ухудшаются здоровье и цвет лица. Понятно почему: нервная беготня в зоопарке и по Ленинским горам, как сегодня, чреваты колитом, гастритом, геморроем… Переживаний хватит на несколько инсультов и инфарктов, траурный марш Шопена и венки, перевитые чёрным крепом с белой надписью: «Ты ушёл от нас слишком рано, дорогой сэр Добкин. Благодарные контрразведчики Второго главка КГБ СССР!»
* * *
Герцог и Добкин одновременно сделали шаг навстречу друг другу. Иностранец с ходу спутал все карты заговорщиков-любителей: наклонив голову с торчащей изо рта сигаретой, знаком попросил у Юлия огонька. Пока тот доставал зажигалку, дипломат негромко спросил по-русски:
– Марик поставил себе новый мост?
В ответ Герцог заученно произнёс:
– Все мосты сожжены!
И вновь иностранец:
– Если деньги при вас, следуйте за мной!
Краем глаза Юлий заметил, как Махмуд с чемоданом нырнул в подземный переход…
Глава двадцать третья. Геростраты в синагогеСВОДКА
наружного наблюдения
«24 февраля в 12.00 в районе Московского зоопарка разведчиками X отдела 7 службы КГБ СССР приняты под наружное наблюдение сотрудники посольства США в Москве, подозреваемые в принадлежности к спецслужбам противника, супруги «Дубковы». Ввиду осведомленности иностранцев о методах работы службы наружного наблюдения их поведение на территории зоопарка контролировалось электронной оптической и видеоаппаратурой с закрытых стационарных постов: со второго этажа пустующего ангара для слона и чердака административного здания.
Во время нахождения объектов в зоопарке признаки повышенного беспокойства и настороженности в их поведении отсутствовали. Попыток незаметно покинуть зоосад «Дубковы» не предпринимали. Вместе с тем необходимо отметить, что в действиях иностранцев присутствовали отдельные элементы, могущие свидетельствовать о проведении ими акций по контрнаблюдению: супруги неоднократно и без видимой мотивации рассредоточивались на аллеях, то следуя друг за другом на значительном расстоянии, то сходились, двигаясь на встречном направлении. Трижды «в перекрестье» их маршрутов был замечен неизвестный мужчина сорока-сорока трех лет, рост 185–190 см, в дубленке кофейного цвета и пыжиковой шапке (фрагмент видеозаписи прилагается).
В 12.40 «Дубковы» на а/м с посольскими номерами резко отъехали от зоосада и через двадцать две минуты прибыли на смотровую площадку Ленинских гор.
В 12.43 неизвестный мужчина, – в дальнейшем «Пыжик», – на а/м «Жигули-2106» белого цвета, госномер ЧИЖ 00–01, в сопровождении двух мужчин кавказской национальности, также убыл в сторону Ленинских гор.
Предполагая, что на смотровой площадке может состояться контакт между указанными объектами, были приняты меры по уплотнению контроля за «Дубковыми» и «Пыжиком»: по рации вызваны дополнительные бригады «НИ».
Наблюдение за «Дубковыми» на Ленинских горах укрепило разведчиков «НИ» во мнении, что иностранцы ведут бесконтактный контроль за поведением «Пыжика», а также за его окружением (см. фрагменты видеозаписи).
Разведчики XI отделения, выступавшие под прикрытием сотрудников ГАИ, установили личности сопровождавших «Пыжика» кавказцев. Ими являются: майор Кочев Махмуд Майрбекович, начальник уголовного розыска, и его подчиненный – мл. лейтенант милиции Супсаев Асланбек Меджидович. Оба предъявили командировочные удостоверения с отметкой о прибытии в г. Ленинград. Отвечать на вопрос, как они оказались в Москве, как и от предложенной помощи, кавказцы отказались, сославшись на тайну проводимого расследования, пояснили, что располагают достаточными силами и средствами. Беседа с указанными сотрудниками проводилась в отсутствие «Пыжика» и носила доброжелательный характер.
В 13.43 «Пыжик» и сопровождающие его лица покинули смотровую площадку и на а/м прибыли к гостинице «Юность». В 13.48 Ленинские горы покинули и «Дубковы», направившись к посольскому комплексу на ул. Чайковского.
В 17.10 объекты наблюдения, то есть «Дубков» и «Пыжик», почти одновременно вошли в станции метро в разных концах города, а около шести вечера, после интенсивных проверок и неоднократной смены линий, очутились неподалеку друг от друга, по разные стороны Политехнического музея. В 17.50 «Пыжик», выйдя из станции метро «Дзержинская», проследовал к троллейбусной остановке, вскочил в отходящий вагон и тут же из него выпрыгнул.
Осмотрев фонарный столб на конечной остановке троллейбуса 25-го маршрута, он пешком прошел к памятнику Героям Плевны, сзади его сопровождала а/м «Жигули», госномер ЧИЖ 00–01.
«Дубков» вышел из подземного перехода станции метро «Площадь Ногина» и в 18.00 провел контакт «в одно касание» с «Пыжиком», после чего последний, отстав от иностранца на пять метров, двинулся за ним по ул. Б. Хмельницкого. Через тридцать секунд к движущимся объектам присоединился Кочев с чемоданом в руках. Все трое, растянувшись «цепочкой», в 18.08 достигли здания Центральной синагоги по ул. Ефима Архипова и поочередно проследовали внутрь. О всех перемещениях объектов был проинформирован центральный диспетчерский пункт.
22.43 «Дубков», «Пыжик» и «Кочет» порознь покинули синагогу. Американец в 23.15 прибыл в здание посольства на Садовом кольце, где пробыл до утра.
«Пыжик» и «Кочет» без чемодана прибыли в гостиницу Минкоммунхоза РСФСР по у л. Неждановой. Проверкой установлено, что «Пыжик» зарегистрирован по паспорту XXVI-ОД №-667834, выданному Первомайским РОВД г. Одессы 12.02.65 г. На БОНДАРЕНКО Юрия Аркадьевича, 1940 года рождения, уроженца и жителя г. Одессы, товароведа областного курортторга.
25 февраля «Пыжик» и «Кочет» рейсом 657 вылетели из аэропорта Шереметьево-1 в г. Ленинград. «Пыжик» приобрел билет по паспорту на ТАРАСЮК Юрия Аркадьевича 1949 г. рождения, уроженца и жителя г. Одессы, товароведа областного курортторга. Паспорт XXIII-ОД № 547299, выдан Котовским РОВД 04.12.64.г.
Едва Казаченко перевернул лист, как генерал Карпов, молча сидевший напротив, шумно поднялся и запружинил по ковру.
– Дальше можешь не читать… Выяснение личности этого «Бондаренко» возьмешь под личный контроль… Не думаю, чтобы сэр Чарльз Добкин, профессионал высочайшей пробы, «кардинал» от разведки, рискнул связаться с человеком с улицы…
– Из курортторга, – подал голос подполковник.
– Вот-вот… И я о том же… «Бондаренко», «Тарасюк», «курортторг», – это всё блеф!.. Кто под этой личиной – выяснять тебе… Пятьсот тысяч долларов из Одесского курортторга? Тут пахнет разведчиком-нелегалом, друг мой!..
Казаченко молча ждал, когда шеф дозреет до откровения – не торопить же генерала!
– Ждешь? – подслушал ход мысли подчиненного Карпов, – правильно делаешь. Я тоже жду… Пленку из шестнадцатого главка. Они два месяца назад исхитрились внедрить в помещения Центральной синагоги видеотехнику. Будто для тебя старались…
– При чём тут я?
– Добкиным не ты ли занимаешься? Генерал Кузьмин клялся мне по телефону, что уложит нас на лопатки одной плёнкой…
Дверь приоткрылась. На пороге стоял дежурный по Службе с металлическим «дипломатом» в руке:
– Разрешите, товарищ генерал-майор?
– Вот и пленка!
Во время просмотра видеозаписи Казаченко по знаку шефа переводил на русский отдельные фразы и целые фрагменты беседы: фигуранты общались на английском. Карпов делал пометки в своем рабочем блокноте, сосредоточенно кивал головой и… улыбался.
Олег давно уже постиг смысловое наполнение этой улыбки. Она выражала одобрение и восхищение изобретательностью и предприимчивостью инициаторов, независимо от того, по какую сторону идеологической баррикады располагались инициаторы оперативной комбинации.
Генерал Карпов не скрывал от особо приближенных, в ком он был абсолютно уверен, – хотя о какой абсолютной уверенности в контрразведке может идти речь! – что для него игра ума и оперативного воображения – абсолютны по своей природе, интернациональны по сути, их не должно оценивать в зависимости от политической ориентации «игроков».
Безусловно, это были крамольные мысли для опричника масловского ранга и его положения в системе КГБ, но Казаченко бесповоротно разделял точку зрения своего шефа.
Сейчас, во время сеанса, – и Олег в этом нисколько не сомневался, – генерал Карпов мысленно аплодировал дьявольской находчивости американцев…
– Ну, как тебе этот инквизиторский пожар? – Карпов выключил телевизор, – ишь, до чего додумались стервецы! Думаю, этот эпизод войдет в анналы современной контрразведки, как в свое время вошел в историю Герострат… Вот тебе и готовое название дела групповой оперативной разработки – «Геростраты»! Подумай, время есть…
Карпов глянул на часы:
– Я – на коллегию. Ты располагайся здесь. Подготовь меморандум… Думаю, до моего возвращения управишься. – И уже, выходя из кабинета: – Не знаю, как нам, а американцам удалось ухватить за хвост жар-птицу… Стоимостью в пятьсот тысяч долларов. А шуму наверху будет на все пятьсот миллионов! Там за них нам, – генерал показал на потолок, – уши надерут, будь здрав! Реабилитировать себя мы сможем, только взяв «Бондаренко-Тарасюка-Герцога»… Хотя у нелегала, если он таковым является, может быть еще несколько прикрытий под фамилией «Петров-Иванов-Сидоров»… Сегодня же займись им!
МЕМОРАНДУМ
об акции объекта дела оперативной разработки «САМАРИТЯНИН» – Чарльза Спенсера Добкина, подозреваемого в принадлежности к спецслужбам противника, и других лиц, выявленных в ходе проведения литерного мероприятия – скрытой видеозаписи – в Центральной московской синагоге.
18.20. Время московское. Синагога. Помещение резника. Присутствуют: московский раввин Ицхак Иегуда; Чарльз Спенсер Добкин, третий секретарь посольства США в Москве; Соломон Симпсон, член совета управляющих Федеральной резервной системы США, вице-президент Федерального банка Нью-Йорка; советский гражданин, назвавшийся Юлием Герцогом, коммерсантом (известен Службе под фамилиями «Бондаренко» и «Тарасюк», в настоящее время истинные анкетные данные устанавливаются), имеющим намерение нелегально переместить на Запад пятьсот тысяч долларов США;
неустановленный иноподданный, в чьи обязанности входит техническое обеспечение встречи: съемка происходящего видео– и фотокамерой. Беседа ведется на английском языке. Имена и профессиональная принадлежность фигурантов становятся известны во время произнесения ими клятвы на Торе.
18.48. Соломон Симпсон и Чарльз Добкин с помощью портативного электронного устройства проверяют аутентичность изъятых из доставленного Герцогом чемодана долларовых банкнот. Каждая купюра, ее серия и номер, тщательно фиксируется фото и видеокамерой, а затем поочередно передается Ицхаку Иегуде, который сжигает ее на «семисвечнике». Пепел складируется в металлический контейнер в виде урны для праха кремированных покойников.
21.50. Присутствующие, кроме оператора, по предложению Соломона Симпсона подписывают четыре экземпляра акта о сожжении пятисот тысяч долларов, в специально отведенной графе каждый оставляет оттиск своего большого пальца левой руки.
По завершении этих действий между Герцогом и раввином возникает спор о комиссионных, якобы полагающихся синагоге за посредничество в проведенной операции. Диспут ведется на русском языке. Ицхак Иегуда настаивает на 25 % от сожженной суммы. Герцог, невозмутимо указывая на металлическую урну с пеплом, предлагает священнослужителю тут же забрать четверть объема содержимого. Инцидент исчерпан после вмешательства в дискуссию Чарльза Добкина, предлагающего Герцогу пожертвовать десять процентов, то есть 50 тысяч долларов для нужд московской еврейской общины. Сходятся на 25 тысячах долларов.
ВЫВОД ПО МЕМОРАНДУМУ: американское федеральное законодательство допускает восстановление Федеральной резервной (банковской) системой США всей денежной массы, уничтоженной при наступлении форс-мажорных обстоятельств, в случае если серии и номера купюр будут письменно подтверждены тремя не состоящими в родстве официальными лицами, независимо от их гражданства. Таким образом, при вывозе в США фото– и видеоматериалов, документально подтверждающих уничтожение пятисот тысяч долларов, Герцог и другие фигуранты акции не только не несут ответственности за контрабандное перемещение валютных ценностей, но и подпадают под юрисдикцию соответствующих американских законов об адекватном возмещении понесенного материального ущерба.
С учетом того, что незаконный вывоз в США полумиллиона долларов наносит значительный ущерб экономическим интересам Советского Союза, полагал бы целесообразным предпринять меры по блокированию счетов Юлия Герцога в Федеральном банке Нью-Йорка, где, согласно акту по уничтожению наличности должна быть депонирована указанная сумма. В связи с чем считаю безотлагательным:
а) направить усилия нашей закордонной агентуры на выяснение точной даты поступления на счет Юлия Герцога похищенной у нашего государства суммы;
б) воспрепятствовать возможному выезду за рубеж Герцога;
в) предусмотреть направление ноты МИЛ СССР в госдеп США, разъясняющий незаконность вывоза денег из Советского Союза и помещение их на счет Юлия Герцога в Федеральном банке Нью-Йорка, а также в целях репатриации валютных средств.
Казаченко отложил ручку, перечитал документ и, вспомнив напутствие генерала Маслова, добавил:
На основании изложенного, по факту беспрецедентно изощренной попытки незаконного вывоза из СССР значительных ценностей в иностранной валюте, полагал бы целесообразным завести дело групповой оперативной разработки «Геростраты». Особое внимание уделить проверке личности Юлия Герцога и его роли в акции по переправке пятисот тысяч долларов за рубеж. Разработку последнего вести максимально конспиративно, имея в виду, что под этой личинои может действовать разведчик-нелегал спецслужб противника, заброшенный на территорию СССР.
План оперативных мероприятий прилагается.
* * *
Установить, что под фамилиями «Бондаренко», «Тарасюк» скрывается заместитель начальника управления торговли Ленинградского облисполкома Герцог Юлий Львович, труда не составило. Выяснилось, что ленинградские чекисты разрабатывали его по делу «Лимонщик». Кроме того, проверка показала, что он в составе партийно-советской делегации должен вылететь в Австрию и ФРГ.
Взяв реализацию оперативной разработки под личный контроль, генерал Карпов распорядился задержать «Лимонщика» в Пулково у трапа самолёта и доставить в Москву…
Глава двадцать четвертая. Что осталось за кадромНочью снились кошмары. То вдруг бородатый, с растрепанными пейсами раввин, оказывался в одной клетке со львом, и они на пару ссыпали пепел от сожженных банкнот Юлию на голову, то мартышки с розовыми попками вырывали у Махмуда чемодан с долларами и убегали, корча рожи и совокупляясь на ходу…
Герцог проснулся среди ночи, и, оцепенев от ужаса, долго не мог взять в толк, что происходит. Он сделал над собой усилие и выстроил логическую последовательность вечерних событий.
«Каковы, однако, виртуозы, эти америкашки! Не успел я Марику подать мысль, что вывозить купюры бессмысленно целиком, достаточно лишь клочков с серией и номером банкноты, как штатники тут же фейерверк устроили… Целый шпионский спектакль! Съёмочную бригаду приволокли из-за океана, вице-президента банка прислали… Чертов Добкин, устроил мне экскурсию по «святым местам», зоопарки всякие, Ленинские горы… Стоп! Не после этих ли шатаний по морозу у меня жар? – Герцог коснулся тыльной стороной ладони лба. – Так и есть! Температура где-то под сорок! А мне же в Вену лететь через неделю! Скорее бы домой! Немедленно домой! Горячую ванну, Ирму в постель, и забыться… А через неделю я буду в Австрии. Добкин обещал, что его люди встретят меня в Вене… А если подведут? Не должны. Вот и Махмуд говорит: люди «серьёзные». А если меня не выпустят? Вот в чём вопрос!.. Так, к чёрту ванну! По прилёте в Питер сразу же ложусь в клинику к Ирме. Клиника онкологическая?.. Плевать! За «бабки» лично главврач будет мне «утку» выносить. Может, у меня воспаление лёгких? Этого ещё не хватало! Да нет же, нет!.. Нервы…
А раввин хорош! Двадцать пять процентов хотел получить за посредничество с Всевышним… Если бы с Всевышним, – я бы все пятьдесят отдал, а то ведь посредничество только с нью-йоркским банком… Так, немедленно спать!»
