Текст книги "Цивилизатор в СССР 1984 (СИ)"

Автор книги: Игорь Кулаков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц)

«В СССР наблюдается некоторое снижение темпов экономического роста, однако в обозримом будущем этот рост будет оставаться положительным»…

«Вместе с усилением своей военной мощи СССР способен поддерживать экономический рост»

«Средний рост валового национального продукта с начала 50-х по завершившийся год был выше, чем в США и сейчас составляет более половины от ВНП Америки»…

– … Отмечают влияние лет с плохими урожаями, вынужденный рост наших расходов на оборону. Пишут про их величину в 13–14% от ВНП… в целом, доклад, тем не менее, должен признать, верный. Все наши преимущества и недостатки подмечены точно.

– И никакого развала нам не предрекают! – неожиданно переключился на иное нынешний генсек – … меня вот что… с тех пор как ознакомился с темой «Свидетель», гнетёт – можем ли мы считать то, иное катастрофическое развитие событий – только лишь следствием политики усопшей ныне личности? А наших, чего уж там говорить – скромных мер, которые мы приняли в отношении личной экономической занятости населения и… отказа от избирательности в плане налаживания международной торговли… невзирая на те режимы, с которыми мы завязали ныне контакты, вплоть до оружейных поставок… будут ли они достаточными для сглаживания недостатков? И нам будет достаточно сохранить страну буквально ещё четверть века, когда формирование пресловутой «многополярности», с подъёмом Китая, в который капиталисты сейчас вовсю вкладывают средства ради дешёвой рабочей силы и захвата новых рынков сбыта, начнёт хоронить любые попытки США навязывать свою волю другим?

Ответа на заданный вслух риторический вопрос не было ни у кого. К обрыву жизненного пути Горбачёва ныне добавился второй важный юридический и политический аспект – коррекция Конституции со злополучной статьёй, за удаление которой вполне себе единогласно проголосовали все власти национальных республик и насчёт которой лишь слегка побухтела (впрочем, очень-очень тихо) национально-озабоченная интеллигенция Закавказья и Прибалтики и насчёт чего слегка съязвили радиоголоса.

Даже в среде советологов и профессиональных русофобов лишь разводили руками в духе «какую формальность зачем-то они вытащили? С чего это вдруг? Вспомнили?». Разумеется, Госдепартамент США, в преддверии голосования Верховного Совета СССР, не упустил случая напомнить о том, что 23 июля 1940 года в США приняли действовавшую и по сей, 1982 год «Декларацию Самнера Уэллеса», в которой Вашингтон де-юре не признавал присоединение стран прибалтийских республик к СССР. Однако де-факто США сие непризнание никогда не мешало вести дела и заключать какие-либо сделки с первым в мире социалистическим государством…

…пока Советский Союз существовал.

Всем присутствующим было ясно – считаются только с силой. К сожалению, Горбачёв, очевидно это понимал лишь сугубо теоретически. Либо к 1991 уже мало что мог сделать реально.

Какую же политику поведёт ныне «эта версия» Рейгана, можно было попробовать прояснить только осенью, на личной встрече Романова с тем.

Глава 5
Советские замашки. Эпизод I

Глава 5 – Советские замашки. Эпизод I

Ленинский (Земгальский) район Риги. Одноэтажный домик на четыре квартиры неподалеку от ж/д станции Рига-3 (Торнякалнс). Квартира Филатовой(Шубиной) С. А., Вяткин И. Ю.

Это было… неожиданно. И… – что тут уж кривить душой? Приятно! Really!

У скромного крылечка дома ещё довоенной постройки стоит личная машина замминистра МЭП-а. Пролейко собственной персоной c супругой Ириной Павловной приехали на недельку отдохнуть в столицу советской (пока ещё? Ох, гложут меня сомнения, несмотря ни на что…) Латвии. Приехали вдвоём, без их подросших детей, которые ныне оба – студенты МГУ и которым нужна летняя свобода без опеки родителей.

Разумеется, без приглашения в дом от радушной Серафимы Александровны не обошлось, а минутами ранее при знакомстве из её уст вылетела примечательная фраза:

– … Меня известили ранее о персоне куратора Ванечки, а он сам фотографиями с вами хвастался, так что заочно наслышана, наслышана…

Вот и выяснилось по пути кое-что новенькое об её телефонном разговоре с Козельцевой. Может, та и заранее знала, что Пролейко соберётся сюда.

* * *

Час спустя. В салоне машины, пересекающей по вантовому мосту Даугаву. Вяткин И. Ю., Пролейко В. М.

Хотя дорога на машине в Москве на работу до «Циклона» и обратно давно привычна, покататься на «Волге», тем более по Риге и в расслабленной обстановке с тем, кто знает, кто я есть на самом деле, всегда хорошо.

Ирина Павловна осталась ещё на часок «поболтать о своём, женском» у Филатовой, очень хорошо знающей Ригу и на правах местной старожилки способной дать много интересных советов, а Валентин Михайлович решил немного «прокатить меня», прежде чем вернуть обратно и забрать супругу, наполненную новыми знаниями и хинтами «как провести интересно время в Риге, кроме Юрмальских пляжей».

Рижское взморье – малоизвестные места для четы Пролейко, последние годы, как мне стало известно, сосредотачивавшейся в плане отдыха на Кавказе. Ну там «Тбилисобо» – осенний праздник урожая и всё такое.

Тащ Пролейко (как он сам говорил неоднократно о себе) – действительно завзятый автолюбитель. Вот и сложилось всё, приехали сюда.

На личной советско-статусной «Волге». Которая ещё с 60-х, как обмолвился как-то ранее Валентин Михайлович, населению продаётся в 4–5 раз дороже себестоимости. По крайней мере известные ему цифры из середины 60-х гласят, что себестоимость в производстве «Волг» тогда составляла 1500 ₽, а населению они уходили за 5600 ₽ Сейчас, в 1982-м – за десятку… официально. По новой же, едва пошедшей в серию 3102 (которой и у Пролейко нет) вообще что-то умопомрачительное по меркам рядового советского гражданина – 4600 – оптовая, розничная же будет в разы больше и не факт, что эта машина вообще массово пойдёт для населения, по словам осведомлённого обо многом Валентина Михайловича.

«Предмет роскоши», етить… столько денег с населения государство могло бы приподнять, если бы чуть снизило цены и выпускало в разы машин больше. Удовлетворили бы по полной имеющийся огромный спрос на личные авто, избавились от давления необеспеченных денежных средств да и буст промышленности (на одних запчастях как раскрутиться можно было бы!) вышел бы. Ещё и инфраструктура (трассы, автосервисы, заправки и прочее) подтянулась бы следом естественным путём.

Тупорылые коммуняки… такую страну с таким потенциалом просрали.

На десятки тысяч танков и ещё большее число бронемашин высокачественной стали хватало, а на машины для населения (в потребных количествах и типах – от «Волг» до «Запоров») – нет! И всё равно не в коня корм, всю армию с вооружением на 15 частей в 1991-м разодрали. Чтобы эти же танки в нас стреляли известно когда. И что же у меня память пока дальше не распаковывается⁈ Как куском по 2024-й на открытии Олимпиады в Москве одарило, так и всё… целых 2 года прошло, а воз и ныне там. Самому (а не только интересовавшейся «что, дальше ничего не вспомнилось?» Козельцевой с Андроповым за её спиной) любопытно. Но пока – «индейская изба»!

К слову говоря – у моего куратора от МЭП есть хорошая мечта – объездить на собственной «тачиле» всю Европу.

Ныне – точно уж лично для Пролейко неисполнимая мечта. Тоже вигвам своеобразный. За всё в жизни приходится платить. В том числе и за общение с пришельцем из будущего.

«Совсем невыездным» (кроме стран СЭВ) стал из-за того, что добровольно-принудительно, под давлением Шокина и моих воспоминаний про читанное о самом Валентине Михайловиче тот согласился на кураторство над неким типом… да-да, сидящим вот прямо сейчас рядом с ним, на правом переднем сиденье:-)

Вот и как может, компенсирует страсть к отпуску за рулём поездками по «одной шестой»…

Новости из уст Пролейко, нашедшего (сам? Или по совету «кураторши»? Прямо то неудобно спрашивать…) возможность во время собственного летнего отдыха проведать меня в Риге, продолжают литься:

– … Моя докторская двигается понемногу… надеюсь, всё же найду время на защиту в следующем году.

Да. Валентину Михайловичу, как министру по науке самого передового министерства СССР, такое очень полезно. Для аппаратного веса, не смотря на весь его несомненный авторитет в МЭП и окрестностях и даже на Старой площади.

Как он успевает то всё, с его то объёмом забот и специфической нагрузкой насчёт «кураторства»?

Тема докторской Пролейко – «Научно-технические, технологические и системные основы высоконадёжных изделий микроэлектроники». Специальность – Твердотельная электроника и интегральная схемотехника, включая технологию, материалы и специальное оборудование (05.12.18).

Части докторской – метрология, её обеспечение, микропроцессоры и автоматизация локальных участков производства, физико-технический анализ, диагностика, неразрушающий контроль, средства аналитического приборостроения, система управления качеством в минэлектронпроме…

В ней суммирован его бесценный практически четвертьвековой опыт с таких научных и организаторско-промышленных высот, которые я, несмотря на показываемые мне ранее Валентином Михайловичем фрагменты его докторской, которая сама по себе представляет собой «соискание в форме научного доклада», понимаю лишь в самых общих чертах.

– … Ты знаешь, так сложилось, что с «Тетрисом» и правами на него решили действовать без тебя… уж извини, Иван Юрьевич. Я знаю, что ты имел определённые собственные планы на игру в будущем, но… государство забирает его у тебя. Полностью. Какую-то компенсацию, рублей 100–200 ежемесячно тебе выпишут на продолжительный срок, но в целом – увы. У Комитета, как проинформировала кратко меня сообщившая новость, Козельцева, есть какие-то параллельные планы, связанные с нашим доступом к западному рынку программного обеспечения. Это помимо его реализации в «устройстве на ладони» у нас. А насчёт тебя – принято решение пока не светить твою личность перед иностранцами. Перестраховка, сам понимаешь.

Это было неожиданно. Я промолчал, ожидая пояснений насчёт неприятного известия, но дождался лишь слов:

– … Полагаю, что ты сам подал им идею, рассказав о будущем успехе Microsoft – но это лишь мои догадки насчёт того, что товарищи из Комитета задумали.

– А причём здесь «Тетрис»? – недоуменно уточнил я, на ходу пытаясь найти какую-либо связь между потенциальным коммерческим успехом пока ещё только набиравшей известность даже в узких компьютерных кругах СССР игры и предположением Пролейко.

– Знаю только то, что мне сказала Елена Борисовна. Хочешь узнать больше – спрашивай её сам. Может, тебе и ответит.

– Или нет.

– Или нет.

– Наворотят они там… и игру за бесценок отдадут и никакого профиту не получат. Впрочем… чего я ещё ожидал? – расстроенный известием о «сюрпризе» от социалистических крохоборов, выдавил из себя я.

Валентин Михайлович вопреки ожиданию, так ничего тут и не добавил. Похоже, действительно, здесь всё порешали без него, также, как и меня, поставив перед фактом.

Внутричерепное сфокусировалось на соображении «Электроноргтехника, она же ELORG, снова толканёт за рубеж, возможно что-то принесёт в бюджет СССР одноразово, и, какой-нибудь полковник КГБ организует на будущее пару полезных контактов в среде около-ИТ-шных буржуйских бизнесменов… может быть».

Лично мне государство тут показывает фигу, на ходу отобрав то, что «на личное будущее» во второй своей жизни попробовал первый раз организовать для себя прекрасного я.

Будь доволен ежемесячной премией за игру, которую будут тебе лет 10 платить.

Или 5.

Или вообще через год про неё забудут.

«Какой такой Тетрис? Ты за него уже все деньги получил…»

Вот так энтузиазм и «вера в светлые идеалы второго НЭП-а» (ухахаа…) затухают под напором злости от утраченной личной выгоды.

Впрочем, через минуту Пролейко, крутивший баранку уже в поисках – где-бы приткнуться машиной в районе старой Риги, попытался разбавить моё желчное молчание, полное недоумения от столь мимоходом отобранного у меня Комитетом «теоретического потенциального будущего богатства и мировой славы за игровой мегахит», рассказывая о новостях с дальнейшей судьбой «Тетриса» именно в СССР, безотносительно малопонятных в текущих реалиях даже нам двоим возможных тайных махинациях Комитета с западным рынком и предполагаемым «наведением контактов с полезными лицами в сфере западного ИТ».

Срочно готовящаяся (благодаря моим воспоминаниям, влетевшим в уши Шокина и Пролейко) к производству в СССР серия «электронных игр на ладони» в виде «Ну, погоди!» (и прочих), которые представляли собой творческое переосмысление появившихся год назад японских Нинтендовских электронных ручных игрушек, получает ныне собственную (а не содранную у буржуев) ветвь развития с «Тетрисом».

В моей голове уже формируются образы школьников середины 80-х, играющих дома, на переменах и даже тайком во время уроков на ручных консольках «на рекорд».

В МОЮ игру.

Сердцем и мозгом первой портативной игровой системы СССР с монохромным жидкокристаллическим экраном ИЖМ2–71−01 является четырёхбитный микропроцессор, точнее, с высоты будущих времён – микроконтроллер КБ1013ВК1–2 с 55 командами, сам содранный с чего-то «Шарповского».

Мне, огорчённому «изъятием из под контроля судьбы игры-мирового хита на все времена» предполагается испытывать глубокое моральное удовлетворение от возможной будущей заочной славы у всех советских детей как неизвестного создателя игры на потенциальном предмете их вожделения, который пойдёт в серию после нового года.

Ворованная идея, конечно. Как пришла, так и ушла. Хотя реализация всё же своя. Обидно, ох как обидно. Жаль… годы спустя, наверное, всё же моя фамилия выплывет и кто-то из либерастни и за границей напишут пару статей про то, как «СССР наживался на детях и не ценил по настоящему свои таланты», бгг.

Ладно, чего уж там, переживу. Не в том положении, чтобы фиги Комитетским и верхушке СССР крутить. Но ещё одну пометочку себе в памяти поставлю.

Впрочем, новостями с наладонными «Ну, погоди!» и «Тетрисом» не закончилось.

Пролейко таки порадовал меня по настоящему – случились радикальные подвижки в разработке будущей советской игровой ТВ-приставки на базе ГДР-вского (U880) клона Z80, который сейчас готовится к производству и у нас на «Ангстреме».

Социалистическое разделение труда на этом не закончилось и выразилось в том, что там же, в ГДР, «раздраконили послойным шлифованием» как аудиочип от General Instrument AY-3–8910, так и видеочип от Texas Instruments TMS9918.

Конечно, последний ещё не так крут, как его развитие – «Ямаховский» на MSX-2, но аппаратные то спрайты будут уже сейчас! Как и нечто, примерно равное по игровым возможностям тому, что будет в Японии в следующем году на MSX-1.

Так что не только наладонные Тетрисы, но и игровые приставки, подключаемые по антенному входу всех типов советских телеящиков.

Да. Все три аппаратных составляющих успеха первой полноценной советской ТВ игровой приставки теперь в наличии. К «лучшему на все времена» 8-разрядному процессору добавляются хороший звук и то, что «может крутить» аппаратные спрайты.

Сейчас ГДР-вцы запускают серийное производство аудио и видеочипов, которое затем будет смасштабировано у нас на «Ангстреме».

А учитывая на какие объёмы производства закладываются СССР и ГДР, есть шанс, что тут свой рынок будет занят нами и… не будет преклонения перед западной «фирмОй» в плане электронных развлечений.

Немаловажный фактор, между прочим, недооцениваемый даже в том будущем, которое помнил я.

Сверкающий образ будущего в головах молодого поколения 80-х будет иметь штамп «Сделано в СССР». Ну, и «Hergestellt in der DDR»:-)

Интересно, в «Малом», ранее рискнувшем одобрить новые денежные и материальные вливания для МЭП (в том числе и за счёт всесильного МО СССР), понимают сей аспект?

Когда-то «давно», когда ещё был жив Суслов, который даже потребовал от меня разъяснений, «что такое цифровой мир будущего?» в тот памятный навсегда мне день от 7 июня 1979-го, когда я единственный раз видел воочию «Малое Политбюро», я и не смел надеяться на такое. А сейчас… может, хоть чуть-чуть померкнет фальшивый блеск условной «фирмы» и заграничного в головах советских граждан?

Лишь от того, что на сзади или сбоку игровых приставок, которые покажут чудесные электронные миры на экранах телевизоров советских граждан, будет стоять советский «Знак качества», а игры все изначально будут на русском языке?

Советское – значит лучшее? Реальность хоть чуть-чуть больше будет похожа на то, что декларируется с высоких трибун?

Пролейко, подсластивший мою горечь насчёт уплывших из рук прав на «Тетрис», довольно улыбается и одевает модные чёрные очки.

И то верно, вон как солнце ярко светит. Хорошее нынче лето в Риге.

– Так что все твои советы по истории успеха NES/Dendy я учёл, когда лично писал ТЗ для КБ в Зеленограде и Киеве и вёл переговоры с ГДР-вцами…

– Вы просто герой микроэлектронного фронта. До последнего не верил, что разрешат. Всё казалось, что пресекут, назвав «буржуазными излишествами».

– На фоне… сам знаешь чего, сейчас сверху на многое смотрят проще. Тут нам режим наибольшего благоприятствования обеспечили. Ещё бы все проблемы с производством решить… – вздохнул замминистра.

Впрочем, развивать тему он не стал, логично предположив, что давно уже чётко определил мой функционал и пределы.

– Товарищ Шокин сказал, что первый прототип, разумеется получишь, но он ждёт от тебя развёрнутый доклад с известным опытом. Мы помним твои слова про то, что вторая составляющая успеха, после «железа», связана с ПО. Будь готов, что тебя задействуют и тут. Вспоминай все хиты и прочее, связанные с историей. Мы должны запустить машину разработки ПО в СССР так, чтобы «всё вертелось само», без понуканий и помощи сверху. Тем более, вопрос с официальной русификацией решён, как и тем, что национальные кодировки оформляются законодательно…

– Т. е. меня задействуют в разработке ПО для игровой консоли?

– Если потянешь физически всё. Ты свои силы то соизмеряй, а то Елена Борисовна бдит.

– Так и я подрос. Готов кодить, сколько влезет.

– Понятно. Второй доклад тебе тоже писать. Про разработку ПО. Сравним практика из будущего с теориями, что наша наука сейчас выводит. Мне особенно интересен твой опыт в той фирме… «софтверной», как её там?

– Я же…

– Ты документально оформи всё это, документально.

Вздыхаю. Но возражать не буду. Он прав. Одно дело – досужая болтовня на эту тему, в которой я перескакиваю с одного на другого и опыт домашнего shareware. Другое – полноценные систематизированные личные воспоминания про поставленную на широкую ногу работу в «Прогнозе» в разрезе того отдела, в котором работал там я.

Глава 6
Советские замашки. Эпизод II

Глава 6 – Советские замашки. Эпизод II

20 августа 1982. РСФСР. Ленинград. Салон автомобиля Пролейко В. М. Цветов В. П. (начальник Ленинградского конструкторско-технологического бюро объединения электронного приборостроения «Светлана») и хозяин автомашины.

– … У нас с тобой, Валентин, в традицию входит, не в кабинетах, а в машине обсуждения вести. Как отдохнули то? – шутит Виктор Пантелеймонович, после первых приветствий от того, кого может называть не только «высокопоставленным товарищем», но и своим другом.

– Отлично…

Замминистра немного делится впечатлениями от рижского взморья и переключается на рабочую текучку из «Светланы» – то, ради чего он встретился с руководителем ЛКТБ во время проведения остатка своего отпуска «в Питере» – от работ КБ, за которое отвечал непосредственно Цветов, до новостей по монтажу новых «чистых комнат» на объединении.

* * *

С тех пор, как Валентин возглавил в начале 80-го сначала совершенное новое «межведомственное бюро», оказавшейся структурой, непосредственно подчинявшейся, минуя Шокина (как утверждали злые языки) Сербину на Старую площадь, казалось, что ещё немного и он свернёт голову. Столь многим он был неудобен и слишком часто ставил неудобные вопросы.

Несколько раз, на правах старого друга, пытался предостеречь его об осторожности, но всё, чего добился, так непонятной фразы:

«Всё верно, раньше бы с тобой согласился, но… извини, Виктор, ты даже близко не представляешь, во что я ввязался. Тут уж только идти до конца…»

Время шло, но голову Пролейко, как и раньше, между прочим, никто свернуть не смог. Его разногласия с Колесниковым больше не вылезали на поверхность в шепотках по отрасли, а вскоре Валя стал и сам замминистра по науке, обретя почти равный аппаратный вес с первым замом.

И… развернулся вовсю – мало того, что случилось его участие в огромном проекте по «информатизации» системы среднего и высшего образования, который поначалу очень сильно критиковал министр просвещения… до тех пор, пока, по слухам, не получил по шапке из самого Политбюро.

Наше ЛКТБ было одним из тех трёх, которые в спешном порядке, пытаясь совместить потребность в относительной дешевизне и наличие требуемых характеристик, разработали и подготовили к серийному производству модели «школьных ЭВМ».

Проект был запущен и первые средние учебные заведения страны стали получать микроЭВМ для нового предмета школьной программы. Не обделили вниманием и ВУЗ-ы.

Это был полный успех. Похвалы из Политбюро, восторг школьников, внимание печатной прессы и телевидения…

… удивительно, что сам Валентин был не очень доволен.

И вот сегодня мы с ним говорим о новой модели «школьно-бытовой ЭВМ»…

– … Ваша серия управляющих микроЭВМ хороша, но, Виктор, имей в виду, мы сейчас с нашей техникой двигаемся не только в промышленность и науку, а и в массы. И то, что нас возложили с школьной ЭВМ, будет развиваться.

Серия «Электроника С5», которую имел в виду Пролейко, вышла удачной. Как многоплатный, так и одноплатный варианты. А также принятый госприёмкой в конце 1979-го года вариант «С5–31» – первую советскую 16-разрядную однокристальную микроЭВМ.

Особенно удачным было то, что нам удалось отстоять использование в микроЭВМ микропроцессора полностью отечественной разработки с собственной системой команд – 16-разрядного К586ВЕ1 и его развития К1827ВЕ1.

Преодолев сопротивление извечного оппонента Пролейко – Колесникова, в 70-е изрядно двигавшего полную ориентацию в микропроцессорной технике на систему команд американской фирмы DEC и даже на какое-то время предписавшего по МЭП-у вести работы только в данном русле, мы сейчас вздохнули свободнее со своими собственными разработками. И роль Валентина в этом была огромной.

Особенно он отстаивал и поддерживал предложенный специалистами нашего ЛКТБ метод фрагментно–модульного проектирования, намекнув, что на западе двигаются в аналогичном направлении с их (это было новым для нас термином, который для нас прозвучал впервые) «сертифицированными IP-блоками» для потенциально многократного использовании при разработке и проектировании будущих поколений микропроцессоров, памяти, цифровых и аналоговых узлов, интерфейсов и т. д…

Видимый ныне успех Intel показал, что и там, за океаном, у DEC не вышло продавить унификацию под себя. Тем более не было смысла нам ориентироваться на них, ни в нашей разработке.

Но именно сегодня Пролейко меня удивил. То, что рассматривалось нами как «побочные работы» в связи с решением об «информатизации школ», как оказалось имело в глазах Валентина не меньший вес, чем ЭВМ для технологических процессов в промышленности.

Я услышал вкрадчивую фразу:

– … Виктор, видишь ли, есть очень веские выводы, что лет через 20–30 микроэлектроника станет настолько массовой, дешевой и мощной… кому я это, собственно, говорю? Что востребованность ЭВМ в управлении технологическими процессами в промышленности будет опираться на ещё большую потребность среди населения.

Пролейко всегда был энтузиастом, за все прожитые мною годы я, пожалуй, не встречал кого-то подобного с волей, неумолимой целеустремленностью и широтой взглядов такого масштаба, как Валентин. Но всё же…

– Ты… реально веришь в миллион микроЭВМ в стране в личном пользовании через 10 лет и в сотню через 25, как ты заявлял ещё в середине 70-х?

– Именно так. И плюсом к настольным, мобильные ЭВМ у каждого в кармане с функцией видеотелефона, фотоаппарата и прочее. По цене в четверть зарплаты.

– Ну… человеку на твоих должностях… наверное надо быть слегка оптимистом… – осторожно заметил я – или на вас так успех «персоналки» от IBM в США подействовал, что киевским, с их работами по воспроизведению микросхем Intel, будет дан приоритет?

– Всем сестрам по серьгам – абсолютно серьёзно, как я понял вскоре, поделился информацией «с самого верху» Валентин. Ваши и других КБ работы по своим… архитектурам и моделям микропроцессоров не будут зажиматься, как и для широкого народного потребления будет ориентация на копии Intel. Как только киевляне упрутся в сложность быстрого воспроизведения, а будет лет через 5–10 именно так, верь мне, мы сдвинемся на своё, но это будет уже в 90-х… а пока ваш школьно-бытовой на гэдээровском клоне Z80, который мы запустим массово на «Ангстреме» должен стать мечтой каждого школьника, да и не только Союза.

Именно тут я понял, что идея с относительно дешевой «развлекательно-бытовой» микро-ЭВМ, которой буквально бредили несколько человек в разных КБ МЭП-а (в том числе и «моём») во главе в с их «предводителем Валентином», получила поддержку наверху. И даже Шокин с Колесниковым, с их осторожными ранними подходами и стремлению к единой унификации, перестали вставлять палки в колёса разнообразию идей. Возможно, какой-то период именно так и должно быть, чтобы в борьбе идей естественным путём придти к стандартам и той самой пресловутой унификации. Известные мне усилия в плане разработки на НПО «Планар» по микроэлектронной фотолитографии с целью снизить зависимость от того, что нам удавалось получать по импорту, наводили мысль на то, что в это десятилетие будут пробовать разные возможности…

* * *

Память вернула меня в 1973-й. Я только что стал начальником своего родного КБ, основной научной тематикой которого были работы в области микроэлектроники, а Пролейко приезжает в Ленинград во ВНИИ «Электронстандарт» на строительство нового здания орагнизации, входящей в ГНТУ, которым уже тогда руководит Валентин Михайлович. Именно тогда, на развитии роли организации, ставшей неким «Всесоюзным электронным судом» по испытанию электроники, выдаче лицензий и сертификатов, разработке стандартов на применение изделий электронной техники в системах оборонного и народно-хозяйственного назначения меня впечатлила его настойчивость.

Как и именно тогда (как и сегодня!) Пролейко пригласил меня для беседы… не в кабинет, а в автомобиль. Его загруженность не позволяла тратить время зря и он ловил любую возможность.

И именно тогда, в 1973-м, когда ЛКБ, занимавшееся проектированием и производством интегральных схем высокого уровня интеграции и создание аппаратуры на их основе, было объединено с полупроводниковым КБ завода и получило меня в качестве начальника и название Ленинградское конструкторско-технологическое бюро (ЛКТБ), он задал мне важнейший, как я вижу сейчас, вопрос:

«А не заняться ли ЛКТБ разработкой микропроцессоров?»

К этому времени фирма Intel, образованная в 1970 году, ещё только выпустила свой первый четырехразрядный микропроцессор 4004.

Вряд ли тогда была ясность, что по прошествии нескольких лет микропроцессоры завоюют весь электронный мир, но Валентин, очевидно, предвидел данный рывок в прогрессе!

Предложение руководителя отраслевой наукой легло на подготовленную почву.

Прошедшее почти десятилетие стало для нашего ЛКТБ весьма успешным в деле разработки и организации производства целого ряда изделий микропроцессорной электронной техники, объединенных общим названием серии «Электроника С5»!

И вот сегодня… я чувствовал это… Валентин открыл нам задачу на следующее десятилетие. Продолжая развивать управляющие микро-ЭВМ для промышленности, полноценно заняться новым направлением – созданием и развитием массовой «бытовой ЭВМ» для всей страны!

* * *

Тот же день. Латвийская ССР. Рига. Булдури. Вяткин И. Ю., Илзе Эглите (Ilze Eglite)

На улице неплохо, но всего 17 градусов и даже яркого солнца недостаточно, чтобы рискнуть со своей «Ёлочкой» (что означает «Эглите» – женская форма латышской фамилии Эглитис) залезть в море. Там всего 14. Увы, даже рождённому на Урале этого мало.

Как и мало нам обоим лет, чтобы залезть друг на друга:-)

Залезть и не ободраться на Ёлочку… мда… взрослое сознание не может никуда сбежать от тщательно уталкиваемых вглубь себя скабрезных ассоциаций.

Но уже можно первый и даже второй раз получить друг от друга вполне невинные объятия и даже поцелуи «в щёчку».

Оставшаяся от летнего отдыха декада всё чаще навевает на грусть.

Скромная, но чистая и искренняя фраза («ты скоро уедешь, мне… грустно об этом думать, мне будет тоскливо без тебя!»), вырвавшаяся у Илзе, дают мне понять, что наши мысли перекликаются между собой.

Взявшись за руки, мы спускаемся к «Канальчику». К идущей где-то почти параллельно (как тут, меньше чем в двух километрах от морского побережья), а в соседних с Булдури районах Юрмалы Майори и Дубулты совсем близко подходящей к морю реке Лиелупе, через которою проложены построенные в 60−70-е мосты -автомобильный и железнодорожный, удобно соединившим Юрмалу и саму Ригу, благодаря которым и случился расцвет одного из лучших советских курортов.

На самой обычной траве неподалёку от автомобильного моста мы, раскинув небольшое, выданное нам Гретой тонкое покрывало, устраиваем пикник на нас двоих, жадно поедая приготовленные Илзе дома бутерброды с чаем, к которому отлично идут на сладкое купленные мною «пироженки».

Калории потрачены в долгой прогулке по улицам Булдури, аж с заходом в соседний микрорайон Юрмалы – Дзинтари и калории быстро восстановлены. Детский метаболизм форева!

Текут последние дни каникул для неё. Последние дни отпуска для меня. И с каждым днём всё больше грусти.

– Ты правда, будешь мне писать письма?

– Куда же я денусь? Мне хочется получать твои в ответ!

Её лицо, потемневшее от сказанных самой только что слов о предстоящей разлуке, снова расплывается в улыбке.

– Честно?

– Обязательно! Мне тоже будет грустно без тебя…только от нашего желания зависит, сможем ли мы увидеться в следующем году.

Илзе пододвигается ближе на покрывальце ко мне, а я, как «её мужчина» (хехе) позволяю себе приобнять её.

Она с очевидным желанием принимает объятия, ещё сильнее прижавшись ко мне.

Скоро разлука. Минимум на целый год. А, может, и навсегда…

* * *

Восторг от «лета на море» и от «возобновлённого и расширенного знакомства» полный. Но… где же мои «новые куски памяти из иного будущего»?