Текст книги "Дебютант-киднеппер (СИ)"

Автор книги: Игорь Чиркунов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

Часть 2. Глава 11 Летисия

Я с тоской смотрел на удаляющийся парус. Господи, и в какую еще бодягу я сам себя втянул? На секунду сердце сжало тоской – ну зачем? Зачем?!! Зачем я всё это предложил? По сути: как «прыжок веры» – я не уверен даже, что граф выслушает посланников! Я ведь ориентировался только на свои предположения, что дочка эта графу нужна. Услышал краем уха дескать граф как-то вложился в будущего жениха и даже не разобрался до конца. В конце концов, почему я вообще решил, что эта дочь – единственная? Явственно, как на экране телека я увидел картинку из классного старого мультика: «Ванюша! Заместо Ульянки, даю другу дочку, точка». Блин... Да, она по-прежнему у нас в руках, я спас только Идду, но... Теперь-то команда и, самое главное Сигмунд, ждут ... фактически от меня ждут немаленькую такую пригоршню баблишка, а если всё обломается? Я похолодел... Чёрт-чёрт-чёрт!!! У нас же в руках был корабль! А... а сколько такой стоит? Вдруг за когг мы могли выручить больше, чем я запросил у графа?

Резко стало нехорошо. Пока из парней никто на задумывался... вернее не озвучивал вслух, дескать: вот – были живые деньги, я имею в виду корабль, а вот – призрачная надежда выручить даже меньше... И мы, как последние лохи отпускаем от себя корабль! Был же жирный такой журавль... в руках, а мы его отпустили в надежде на воробья!

Так, мне срочно надо присесть, ибо если всё так... Даже думать на эту тему не хочу, останется только забиться в какой-нибудь медвежий угол, ловить рыбу и терпеть насмешки, когда буду появляться «на людях» чтоб сбыть ее...

– Господин орк...

Даже не сразу понял, что всё еще стоящая рядом Летисия зовет меня уже не первый раз.

– Господин орк...

– Ну что тебе? – я окрысился на нее, будто она и была главной причиной всех моих, пока еще предполагаемых бед.

– Где мне... разместиться?

Ах, да... Хм... Я оглянулся. Обычно пленных мы сажали у мачты – самое широкое место корабля, даже с учетом гребных рундуков, вполне.

– Иди, сядь вон там, – я ткнул пальцем.

Ну ладно, с глаз, как говорится долой.... И сам пошел, плюхнулся на ставший родным рундук, скинул вещи, которые брал с собой на «Лань».

– Как ты, дружище? – повернулся к Синдри.

Ему как раз Бьярни перематывал бок. Бьярни и ответил.

– Хорошо, рана почти затянулась. Глядишь, к первой деревне уже в строю будет.

Ну, какая деревня, дружище? Нам сейчас надо затаиться, замаскировать корабль у протоки и сидеть как мыши под веником, в ожидании, когда граф привезет сундучок с золотом, на блюдечке...

– Асгейр, – позвал меня шустрик, когда перевязка была окончена, – скажи друг, а что это было?

– Ты про что, друг?

– Ну, там, – он неопределенно кивнул, – на людском корабле. Когда ты расспрашивал тех людей.

Я нахмурился, но сделал вид, что не понимаю:

– Ты про что?

– Помнишь, ты говорил, что мы ведем себя как чёрные? И что ты никогда больше не поднимешь руку на простого крестьянина?

Блин! Синдри! И ты туда же! Мне и так хреново! Но срываться на приятеле – последнее дело.

– Так это же не крестьяне, Синдри!

Тупая отмаза, я и сам понял, и взгляд друга говорил весьма красноречиво.

– Ну... – тут же включил «оправдалку» я. – Понимаешь... Никак было по-другому...

– Да ладно, Синдри, это ж просто люди! – хмыкнув подключился Бьярни.

Я искоса взглянул на нашего крестьянского сына. Да уж... Для него что овцу зарезать, что человека. Люди – такая же кормовая база, как скот. Отец сказал: «Иди, зарежь барана, у нас гости» – пошел и зарезал. Сказал Асгейр: «Убери это с глаз моих» – ножом по горлу и за борт. Если подумать – страшные люди, эти незатейливые исполнительные ребята, просто мороз по коже!

Только ведь убил людей не он... Так можно договориться, что не человек или орк убивает, а оружие – клинок, копье, стрела наконец. Я просто натянул тетиву и куда-то туда выпустил болт... Да, натурально кивнул головой, эти трупы на моей совести.

– Так было надо, Синдри, – добавил сквозь зубы.

Только почему-то я и сам в это не верил.

– Приготовиться к отплытию! – рык Фритьефа перекрыл наш негромкий разговор.

Что?! К какому нафиг отплытию? Куда?

Эта троица – Сигмунд, Фритьеф и Болли шушукались о чем-то на носу, с момента ухода людей, но мне было как-то не до них.

– Куда собрались? – крикнул я.

Фритьеф поморщился, а волосатик, наоборот, повернулся ко мне всем корпусом, сделал удивленное лицо.

– А разве тебя кто-то спрашивал, дренг?

А что, не надо было? Я ж тут вроде как «руководитель проекта»? Хм, мысленно оценил: «проект Выкуп», звучит! Я значит предложил, я осуществляю... И вот теперь: «Тебя не спрашивают!»

– Вообще-то, у нас есть дело, – я постарался, чтоб звучало как можно более веско.

– И что? – Болли удивленно осмотрелся по сторонам, разведя руками, словно ища поддержки у окружающих.

– Как что? – теперь удивился уже я.

– Так! Послушали меня! – Сигмунд развернулся лицом к команде, – Смысла здесь торчать никакого. У нас, если верить Асгейру, шесть дней. За это время можем немного пощипать людишек.

В ответ по кораблю прокатились одобрительные возгласы.

– Рядом с этим местом нападать ни на кого не будем, незачем привлекать внимание. Сейчас отходим на север, приблизительно на два дня пути, и там уже ищем. Идем на веслах, чтоб меньше привлекать внимание. Поэтому – снимаем мачту и в путь.

– А...

– Ты что-то хотел, Асгейр? – брат смотрел на меня нахмурившись.

Я оглянулся. Чёрт, команда меня сейчас не поддержит. Даже Бьярни!

– Может ... пожрем хотя бы для начала. Нормального, горячего? Тут и берег подходящий...

– Вот возьмем первую деревню, тогда и пожрем, – закончил разговор форинг, – заодно хоть мяса свежего добудем, да зерна, надоело вяленое жевать.

Сигмунда поддержали радостными воплями.

***

– Господин орк... Господин орк...

Голос Летисии вырвал из транса. Мы уже не меньше часа шли на веслах. Ветер встречный, довольно сильный, он гнал высокую волну, которую «Ворон» разбивал высоким носом.

Вообще гребля, когда привыкнешь, занятие медитативное. Когда несколько часов к ряду, изо дня в день только и делаешь как: «И...» – наклон вперед, к такой же склоненной спине. Поднять комель так, чтоб твое весло не вылезало из общего ряда. «...Раз!» – откидываешься корпусом, отклоняясь от набегающей спины всё того же Бьярни, одновременно подтягивая руками весло к груди. Опустить комель, чтоб лопасть вышла из воды и вновь вперед, на следующий гребок. По сторонам не смотришь, мир сужается до широченно спины впередисидящего, а потом и вообще – до мокрого пятна на его рубахе, меж лопатками. «И-раз, и-раз, и-раз...».

Кнуд, кстати, почти всё время молчит, но это «и-раз» так въелось в подкорку, что я слышу его, словно кто-то стоит рядом и транслирует счёт прямо в мозг.

– Господин орк.

– Что тебе? – не прекращая ворочать веслом, словно робот, я повернулся к Летисии.

– Господин орк, мне нужно на берег.

– Чего? – мозг включаться совершенно не хотел.

– На берег... надо...

– Зачем?

– Мне... надо.

Ба! Да она же вся красная! И поза... характерная. Чтоб не упасть держится за меня а ножки иксиком и немного приседает... Во дела, даже не заметил, когда она пальчиками мне в плечо вцепилась!

– Блин... Ща...

Не сбиваясь с ритма, вывернул голову

– Сигмунд. ... Сигмунд!

Заметил, как удивленно вытаращился на меня кормчий. Бьярни, словно очнувшись от транса дернул головой, заоглядывался по сторонам – кто это кроме кормчего посмел голос подать?.

– Что? Кто там? – прилетело с носа.

Кнуд ткнул левой рукой в мою сторону.

– Асгейр? – удивленный голос брата. – Чего тебе?

– Пассажирке на берег надо.

– Чего?!

Сигмунда мне не видно, он где-то там, у носового штевня. Но голос как у офигевшего, словно я только что попросил ... ну не знаю чего, жену его что ль? Типа: «Слышь, брат, а дай Ингу... поюзать».

– Чего-чего, – ворчливо передразнил я, крикнул громче, – девке на берег надо!

– Зачем? – в голосе по-прежнему немалое удивление. Да что непонятного-то? Я ж у тебя не микроволновку прошу и не корону царскую!

– На берег девке надо, – терпеливо повторил я, – ссать наверно приспичило!

Теперь Кнуд во всю ухмылялся, то там, то сям послышались смешки.

Пауза, скрип и стук весел в портах. Потом я различил шаги по палубе. Перемещения форинга можно было отслеживать по взгляду Кнуда.

Сигмунд встал рядом, чуть впереди, чтоб видеть мое лицо. Стоит как влитой, хоть после того, как сняли мачту держаться не за чего. Даже подпорки под шпирты и рей сняли, уложив всё на палубу рядом с мачтой – всё же меньше заметность.

– Я не понял. Оказывается теперь ты решаешь, когда нам к берегу приставать? – прозвучало как форменное издевательство. – Ты и куда плыть укажешь?

– Слушай, – я умудрился оторвать и поднять правую руку во время замаха на гребок, изобразив «стоп» ладонью, – я не претендую на твое лидерство... В отличии от некоторых, – не удержался от шпильки, – но девке реально нужно в туалет. Ты посмотри на нее, – указал подбородком, – у нее же ща по ляжкам польется.

– И что? Ради этого мы будем причаливать? Пусть как все – ссыт с борта... Или, – он ощерился во всю пасть, – заведите ей горшок... можешь, кстати, свой шлем под это дело приспособить, – теперь заржал буквально весь корабль. Сигмунд дал раскатам хохота прекратиться и добавил, – а ты выносить будешь!

– Что?! – я еле удержался, чтоб не вскочить. Да вот вам всем хрен! Выкусите! Да чтоб я... за кем-то ...

– Тогда так, – резко озлобился Сигмунд, – или ссыться под себя, или как все. Переведи! Ну? Я жду!

Блин... Покосился на Летисию, выдавил сквозь зубы.

– До вечера причаливать не будем.

– Как? – округлились глаза у девчонки, – Но я же... Я не могу... до вечера! Мне ... мне правда очень надо!

Тут позади загромыхало втаскиваемое весло, потом мимо нас в развалку протопал Ойвинд. Ухмыляясь во все клыки, пристроился у кормового штевня по нашему борту, так чтоб на Кнуда не попало, распустил завязки на штанах...

Летисия сначала непонимающе смотрела за ним, потом осознав, что сейчас будет, резко стала пунцовой и отвернулась.

Никто, конечно, в свежую погоду такого себе не позволял – риск улететь за борт существовал не иллюзорный, но в остальное время – не будешь же терпеть! А уж когда мы не выходили на берег по несколько дней...

Закончив, Ойвинд как нив чем не бывало завязал штаны и, проходя на место, как бы случайно, оперся о плечо девушки. Ах ты ж паскуда, еще и руки вытер!

– Мы справляем нужду вот так, – с вызовом посмотрел я на Летисию.

– Да... Да вы можете это делать как угодно! – И куда страх делся? Графская дочка преисполнилась возмущения, – Но я буду делать это только на берегу!

– Повторяю, – собрав терпенье в кулак, проговорил я, – пристанем мы не скоро.

– Немедленно доставь меня на берег! – уже брызгая слюной от ярости, выкрикнула Летисия.

При этом она топнула ножкой, ойкнула и сжалась сильнее.

– Берег вон, – кивнул я на еле видневшуюся полоску, – если хочешь, плыви.

А она не прыгнет? Сомнение шевельнулось, но замолкло – далеко, волна, вода еще холодная. Тут надо быть нефиговым спортсменом, чтоб попробовать добраться туда вплавь. Девушка, похоже, это тоже понимала.

– Немедленно! – в голосе злость уже начинала уступать место безнадеге.

– Нет, – я покачал головой. – Ты всё видела.

– Но я... – злость почти пропала, теперь ее место занимала паника, – я не могу! Ты понимаешь, болван! Не могу! – выкрикнула она в отчаянии.

– Слышь, Сигмунд, – повернулся я ко всё еще стоящему рядом форингу, – Качает здорово, а она у нас за борт не булькнет? Всё ж столько денег...

Брат смерил девушку взглядом.

– Так люди вроде плавают?

– Не все, – качнул я головой, – да и не в такую погоду.

– Тогда иди, придержи ее, – с усмешкой нашелся тот.

Зараза! Я скрипнул зубами: насмешек теперь – до конца похода не отстанут.

– У тебя нет выхода, – я постарался придать голосу как можно большую убедительность, – ты или мочишься под себя, или вон, как этот ... с борта. По-другому, – припечатал я, – никак.

На ее глазах выступили слёзы. Наверно минуту она колебалась.

– Но... я не могу... я... Они все смотрят, – наконец еле слышно, с мольбой в голосе протянула Летисия.

Я вздохнул.

– Иди на нос, как видишь все сидят к носу спинами...

Втащил весло внутрь, встал.

– Пошли, – если не взять ситуацию в свои руки, можно бесконечно препираться. Вот только мочевой пузырь у нее не бездонный.

И я чуть ли не волоком потащил графскую дочку на нос за руку. Парни завозмущались – всё таки ветер был с носа, никому не хотелось быть... обмоченным, но Сигмунд видимо что-то почувствовав прикрикнул.

– Вот видишь, – показал, когда мы оказались впереди всех гребцов.

– А он?

– Фритьеф, – посмотрел я на ветерана, – можешь отвернуться?

Здоровяк хмыкнул, встал, потянулся... и повернулся лицом к противоположному борту.

– А... я же упаду, – голос как у приговоренной.

Черт! Ну точно, я ее притащил на плаху и ща голову рубить будут!

– Хватайся за мой пояс, – я повернулся спиной.

Заодно прикрыл ее от Кнуда с Сигмундом, который всё еще оставался на корме.

Назад я вел Летисию, красную как помидор. И злую! Глаза сощурены, на вопросы не отвечает, только плечиком дергает. Плюнь – зашипит! Плюхнулась на то место, где раньше мачта стояла, завернулась в толстый темно-малиновый плащ с опушкой, с таким видом, словно нас здесь вообще не существует. Ну и ладно. Посмотрим, как запоешь, если мы и в эту ночь не пристанем.

***

Пристали под вечер. Кнуд подыскал место по глуше – берег в этом месте весь зарос густым лесом. Выслали разведку, те вскоре вернулись, сообщили – лес тянется и тянется, конца и края не видно. Да и проходим плохо: кусты, кое-где болотца.

– Вот и хорошо, – кивнул внимательно выслушавший Сигмунд, – сейчас не о добыче думать надо, а чтоб нас не увидели.

Огонь развели в подходящей яме, огонь с воды не видно, водрузили котел. На кашу пошли остатки зерна и опять вяленая козлятина. Ручьев по близости не нашли, но у нас еще с острова оставалась питьевая вода.

Я помог Летисии перебраться на берег.

– Бежать не вздумай – в каком-нибудь болоте утонешь.

Та, не говоря ни слова, только плечиком дернула, хмыкнула и повыше задрала нос. Ну ладно...

Разместились на небольшой прогалине, метров десять на четыре, притащили поваленных деревьев, чтоб на земле не сидеть. Тут и каша подоспела.

Я поднес деревянную миску с деревянной же ложкой, сидящей на бревне Летисии. Неподалёку расположились мои друганы: Бьярни, Синдри, Фреир. Торстейну выпало дежурить ночью.

– Что это?

– Еда, – пояснил я, изобразил издевательский полупоклон, – простите вашество, другой посуды у нас нет.

Правда в голове промелькнуло, что у нас целый трюм серебряной и даже золотой посуды. Ну не доставать же!

– Я вижу, – графская дочка презрительно тронула миску пальчиком. – Я это есть не буду, – тут же заявила она.

– Другого нет, – я пожал плечами.

– Но она же ... воняет! – скривила рожицу Летисия.

Я принюхался. Ну... Есть маленько. Всё-таки мы вялили мясо на скорую руку, считай в походных условиях.

– Другого нет, – сказал с нажимом.

– Вот ничего и не буду, – она демонстративно отвернулась, вздернув нос.

– Тебе с нами дней шесть провести придется, не будешь есть, за шесть дней ноги таскать перестанешь. Я что ль тебя носить тогда буду?

– Тебе надо, ты и будешь!

Ну и хрен с тобой! Сел рядом, взял свою миску... Ах как хорошо горячего навернуть! Жаль только, масла нет – которое было кончилось. Кстати, вот оно под конец действительно воняло, а это так, пикантный аромат.

Девушка вдруг встала. Я поднял на нее удивленный взгляд.

– Мне надо отойти!

– Куда?

– Куда приличные девушки ходят без мужского сопровождения!

Честно говоря, к этому моменту я уже порядком подзадолбался, еще и нервяк, от переодически накатывающих переживаний – заплатит граф или кинет? Поэтому я буркнул:

– Вали.

И продолжил наворачивать еще не остывшую кашу.

Летисия, наверно, не успела и пары шагов пройти за моей спиной, как я поймал удивленный взгляд Бьярни.

– Асгейр, ты чего?

– Чего? – не понял я.

– Девка. Уходит.

– Она в туалет.

– Ты что! Она ж сбежит!

– Да куда она... – но поймав на себе взгляды и других парней, чертыхнулся, отложил миску, встал со вздохом.

– Эй, подожди! Со мной пойдешь!

– Вот еще! – Летисия успела дойти до первых кустов.

– Тут могут водиться волки, – соврал я.

– Я ездила с отцом на охоту, звери близко к огню не подойдут, – фыркнула графская дочка.

– Да мне пофиг! Идешь со мной и точка! – меня начинали злить ее закидоны.

– И что в тебе Идда нашла? – неожиданно заявила наша пленница. – Грубый, неотесанный мужлан.

– Да я вообще – орк. Демон, по-вашему.

В ответ меня окатили волной презрения.

Отошли метров на двадцать от лагеря, лес тут был с густым подлеском, так, что даже костра стало плохо видно.

– Достаточно, никто тебя не увидит.

– Отвернись!

Да пожалуйста! Сбежать в этой темноте от меня у нее точно не выйдет. Для меня сейчас в лесу как сильные сумерки, для нее должно быть темнота – наверно «глаз выколи».

За спиной шорох одежды, характерные звуки. Потом затихло.

– Ну. Всё?

Хрясь! Кажется, искры из глаз осветили весь лес! Затылок ожгло одновременно с хрустом ломающегося о мой череп полена. Чёрт!

Пока я тряс головой, пока ощупывал затылок, до слуха донесся звук ломящегося сквозь кустарник лося. И ведь не скажешь, что в этом недокормыше килограмм сорок живого веса!

Девушка убегала отчаянно – не разбирая дороги, спотыкаясь, налетая на стволы деревьев. Догнать, почти слепого в таких условиях человека – вообще не задача.

– Стой, дура! – я даже дыхание не сбил, бежал легко перепрыгивая корни, в шаге позади. – Стой! Ща глазом на сук какой наденешься, что я твоему отцу скажу?

Наконец она споткнулась капитально и полетела плашмя, только руками взмахнуть успела. А я не успел ее поймать.

– Живая? – я встал над «телом».

Она сделала попытку вскочить, вновь запнулась, упала и затряслась в рыданиях.

Ну что ты будешь делать!

– Беда мне с тобой, – я присел на какую-то корягу рядом. – Не ешь совсем, по лесу носишься как угорелая, того гляди ноги переломаешь...

Рыдания постепенно перешли в тихое подскуливание. Да-а, совсем дошла, девка.

– Не лежи на холодной земле, простынешь, заболеешь.

– Убей меня, – донесся вдруг еле-еле слышный голос.

– Брось ерунду нести. Вставай, пошли к огню. Да поешь горячего.

– Ну пожалуйста, убей.

Вздохнул.

– Ну потерпи ты еще пять дней, – стал объяснять ей как маленькой. – Только пять дней, и всё это кончится. Ты вернешься к отцу, он выдаст тебя за этого, как его... сэра Ланца. Будешь хозяйкой у него... в замке? Ну... есть же у него что-нибудь подобное? Нарожаешь ему кучу детей, те в свою очередь нарожают вам внуков. И вот когда-нибудь, ты со смехом будешь рассказывать им, как однажды приключилось в твоей жизни вот такое... приключение.

Не знаю, сколько она так лежала – пять минут или полчаса. Рыданья и скулеж затихли давным-давно. Наконец Летисия подняла лицо, с совершенно сухими, хоть еще и красными глазами.

– Я хочу есть, орк. Отведи меня к костру.

– Давно бы так, – хмыкнул я, – держи меня за руку. Ты сейчас сама наверно и к лагерю не выйдешь?

Но Летисия всю дорогу обратно даже неудосужила меня ответом.

Ночь прошла без приключений, девушка спала на корабле, завернувшись в плащ и пару каких-то покрывал, прихваченных с собой. Еще в узле нашлась целая подушка и маленький матрасик! И даже какая-то косметика. Зато эти две... курицы не захватили с «Лани» посуды!

После того как я ее предупредил, что орки едят только утром и вечером, и днем приставать к берегу не будем – даже соизволила поковырять вчерашнюю кашу.

День прошел без эксцессов – мы гребли, она сидела всё на том же месте. На какое-то время я даже забыл о ее существовании.

Пристали к берегу с заходом солнца. Местность постепенно становилась гористой, берег повышался, но мы нашли более-менее подходящую бухту, даже с небольшим пляжиком. А потом вернулась разведка, и заявила, что, по всей видимости, где-то поблизости есть селение – они заметили обрабатываемые поля.

– Вот и отлично, – кивнул Сигмунд, – ночью надо найти это селение, чтоб утром, когда ворота открывают, мы его взяли.

Услышав такое, народ взбодрился, кроме оставленных в карауле на эту ночь Хельги, Фреира и Синдри.

– Кстати, Асгейр, – нашел меня взглядом Сигмунд, – ты же всё равно завтра со всеми не идешь? Вот и подежуришь с парнями.

– Почему это я не иду? – уставился я на форинга.

– Пока эта... девка тут, ты за нее отвечаешь головой. Вернее – деньгами, сумму ты знаешь.

– Что?!

– А что? Идея с выкупом чья?

– Ну... моя...

– А язык людей у нас кто знает?

– Я...

– Вот тебе с ней и сидеть. Тем более, – усмехнулся брат, – вдруг при штурме в тебя стрела попадет? Как нам тогда с графом объясняться?