![](/files/books/160/oblozhka-knigi-vekr.-ravnovesie-374586.jpg)
Текст книги "Векрь. Равновесие"
Автор книги: Игорь Алгранов
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 6 страниц)
Глава 5. До и после
Серна стиснула зубы до темноты в глазах, быстро пересекая давно опустевшую городскую площадь по диагонали. Если бы только она смогла оказаться здесь вовремя! Уж она бы не позволила такой дряни случиться! Защитила, спасла, отбила!
Слишком далеко она оказалась, когда сердце вдруг сжалось от предчувствия страшной беды. Она бежала всё утро – от рассвета до полудня.
Но не успела.
Каким-то невероятным образом гортским мерзавцам удалось скрутить его и свершить быструю казнь. Сколько раз с ним пытались провернуть подобное и в шутку, и всерьёз – пеленали спящего, связывали пьяного, накидывали сети – и он всегда разрывал путы! Подлецы непременно получали по заслугам. Что же случилось на этот раз?
Она выяснит. Она обязательно выяснит. И отомстит. Ни один негодяй не уйдет от справедливого возмездия.
Почему она не смогла? Как назло пришел проклятый неотложный заказ от вуртского тара на гигантского фрага, и она обязана была соблюсти Договор. Чудище стало слишком уж часто таскать одиноких незадачливых путников, самоуверенно выбравших самый короткий путь на запад по дороге, проходившей в опасной близости от нижнего Гнилотопья.
Жуткого фрага Серна так и не выследила. Мерзкое чудовище со склизкой кожей и пустыми глазницами, слепое, почти глухое, но с феноменальным нюхом и чувством малейшей вибрации, будто учуяв присутствие Чистой, ни разу не показало впалого носа из смрадной жижи Гнилых топей. Единственным плюсом напряженного трехдневного бдения, – почти без сна, в люльке из лапника на ветвях двух здоровенных елей, что росли аккурат между краем болота и извилистой дорогой, – было то, что ни одного бедолаги путника за это время не было съедено опасной тварью.
Зато пострадало братство. И еще как пострадало! Вряд ли можно представить удар больнее и коварнее. И самое страшное – его уже не вернуть. Серна сжала кулаки, и ногти впились в ладони. Целую минуту она тупо глядела на выступившие капли крови из-под ногтей, потом, наконец, разжала пальцы.
Стражник возле Круглых ворот, щурясь и ухмыляясь в усы, мимоходом сообщил ей страшную весть, оборвавшую всё внутри. Значит, ей не показалось – тогда, там, в гнилых топях – что небо почернело, предвещая скорую беду.
«Твоего-то казнили сегодня… Тем самым ночным маньяком оказался. Сколько невинных людей почем зря убил! Даром, что Чистый».
Поздно. Теперь всегда будет поздно… Да, она отомстит. Пока даже не знает точно, кому. Но этот или эти кто-то сильно пожалеют. Правда, как это вернет ей возлюбленного?.. Верес, бедный Верес! Как же так, милый мой, обрученный на веки… – мысль снова и снова возвращалась и травила ум девушки хуже яда.
Она остановилась возле дощатого помоста. Слёзы сами в тысячный раз навернулись на глаза, красивые черные глаза прекрасной миндалевидной формы. Покатились по нежным холмикам щек, добрались до утонченного изгиба линии подбородка. Чтобы сорваться вниз, на высоко вздымающуюся грудь, туго обтянутую легкой, но прочнейшей кожаной броней цвета самого дорогого малахита с узким, довольно глубоким вырезом спереди.
Красота и нежность облика девушки были обманчивы. Сколько крепких мускулистых дурачков, прилипнув глазами к тому, что приоткрывал коварный вырез, делали неверные выводы о доступности владелицы прекрасных форм… И уж точно в последнюю очередь дурачки думали о боевых навыках красавицы.
Ведь взгляды, сперва надолго задержавшись на верхних выдающихся частях ее стройного тела, всегда скользили дальше, вниз. Там этим взглядам, миновавшим изящные впадины узкой талии, открывались не менее волшебные выпуклости по бокам и особенно сзади, так же туго и заманчиво обтянутые крепкой моровьей кожей того же необычного малахитового цвета, что и верхняя часть брони. Изумительное по красоте облачение весьма удачно подчеркивало и без того сногсшибательную внешность девушки, и частенько рассматривающие забывали, что это – боевое облачение.
Посему многим смотрящим на неё излишняя сальность во взглядах застила ум и всякую осторожность. Некоторым, особенно недалеким и посмевшим дать волю рукам, стоила жизни. Другим – позорного бегства или унизительной позы лёжа с приставленным к горлу острейшим клинком.
Однако, подавляющее большинство обладателей сальных взглядов давно знало, что хозяйка прелестных форм, роскошных и длинных иссиня-чёрных волос, по-простому собранных в хвост на затылке, изящных зелёных доспехов и пары небольших бело-голубых клинков, висевших за спиной в неприметных ножнах – не кто иной, как Серна Ай’Вуртская из Круга Пятерых, одна из предводителей клана Чистых. Или, как её называли некоторые обожатели и даже завистники – Серна Прекрасная.
Подруга самого Вереса Ай’Гортского, Вестника Круга Пятерых.
Которого казнили не далее как три часа назад, под жарким полуденным солнцем, словно последнего разбойника…
Вот и сейчас, – прежде чем Серна успела сообщить нагловатому стражнику, стоявшему у ворот в караулку, что тело и голову казнённого она заберёт, – мерзавец буквально изнасиловал её взглядом. Однако, девушке в тот момент было не до разборок с очередным похотливым ублюдком.
После её короткой фразы стражник перестал вдруг мерзко лыбиться и начал вяло протестовать, особенно насчет головы. Мол, приказ тара и всё такое. Тем более, что Главный стражник и вовсе пьян уже в стельку, а только он имеет право выдать или не выдать, «кстати, ты кто ему вообще, красавица? Родственник?..»
Стражник даже наивно попытался преградить ей путь к навесу во дворе караулки, под которым на простой соломе лежали останки. Но девушка одарила его таким тяжелым взглядом из-под густых черных бровей, что отъевшийся на казенных харчах боров, наконец, недовольно громыхнул тяжелыми доспехами и отступил в сторону. Чтобы тот больше не ерепенился, девушка сунула ему в лапу горсть золотых монет. Монеты тут же исчезли внутри тяжелого наруча стражника.
Она подошла к навесу и, собравшись с духом, посмотрела на то, что осталось от Вереса. В голове помутнело. Лишь чудовищным усилием воли она не позволила себе закричать, зарыдать, упасть на колени, забиться в истерике.
Она сделает это позже.
Не здесь, только не перед этими сытыми безмозглыми скотами…
К ней подошли двое «подранков», учеников – невысокий, худощавый и светловолосый, вечно угрюмый Кел и рослый жизнерадостный здоровяк Т'Айн. Оба – в привычных легких доспехах Чистых, неприметных под скрадывающими движения плащами. Они тоже только недавно узнали и прибежали сюда немногим раньше ее. Девушка молча кивнула, и парни осторожно погрузили тело, от самых плеч и до пят туго скрученное веревкой, в приготовленную телегу, запряженную парой неповоротливых моровов. Странная верёвка, – отчего-то сразу подумалось ей. – Блестит на солнце, будто сделана из стекла… Т'Айн шагнул было к обескровленной голове, лежавшей чуть в стороне, почти скатившейся с жидкой соломы на затёртые каменные плиты двора, покрытые чёрными трещинами. Но Серна жестом остановила его.
Медленно присела на корточки рядом, аккуратно обхватила ладонями, прижала к груди… Потом встала и осторожно положила на дно телеги, приставив к обезглавленному телу в том самом месте. Как-будто попыталась соединить несоединимое. Как-будто это могло что-либо исправить.
Кулаки Серны сжались вновь. Всего каких-то три часа отделяли её от удара палача, расколовшего её мир на «до и после»!
Кел стегнул хворостиной ближайшего морова, целясь между толстых роговых пластин, чтобы удар достиг чувствительной кожи. Моров глухо взревел и шагнул вперед. Телега тронулась, и довольно странная на вид процессия – двое Чистых, облаченные в легкую броню и с мечами за спинами, и телега с обезглавленным трупом их прославленного вожака, запряженная двумя могучими моровами – двинулась к воротам караулки, чтобы после, оставив позади проклятую городскую площадь с вечно не разобранным местом для расправы, обогнуть Старую Башню, миновать рынок, окраины, стену и, наконец, покинуть ставший в одночасье ненавистным город.
Серна шла позади телеги и неотрывно всматривалась в удивительно спокойное бледное лицо возлюбленного. Они миновали площадь, торговые ряды городского рынка, проползли мимо высоких каменных построек – домов зажиточных и знатных горожан. Выбравшись из центра и въехав в район ремесленников, процессия была на полпути от нужных городских ворот, когда внезапно сзади послышался шум – топот тяжёлых сапогов, громыхание костяных доспехов, громкие голоса.
Серна внутренне напряглась. Что ещё им понадобилось, этим бестолковым стражникам, готовым совершить любую гнусную подлость, чтобы потом, отмахиваясь, твердить «нам было велено»? Впрочем, всё и так было понятно. Девушка шла, не оборачиваясь. Страха или хотя бы удивления не было – её сердце до краёв наполнилось горем, и для остального просто не оставалось места.
Крики, шум и грохот неумолимо приближались. А с ними и новые неприятности.
– Эй, вы, трое с телегой! Остановитесь! Приказ тара!
Кел и Т'Айн, шедшие впереди, по бокам от могучих моровов, на ходу синхронно обернулись и, быстро посмотрев назад, обратили вопросительные взоры к Серне. Не долго думая, она отстегнула от пояса маленький, туго набитый кошель, кинула его Т'Айну, потом быстрым взглядом и коротким жестом указала обоим ученикам, чтобы не останавливались. Т'Айн ловко поймал кошелек и снова с немым вопросом посмотрел на старшую.
– Выберетесь из города и отвезёте его к ближайшему убежищу, – быстро и тихо произнесла девушка. – Дашь горсть монет страже у Ржавых ворот, если начнет артачиться. Или… – Серна сделала многозначительную паузу. – Тело должно быть вывезено. Поняли?
Подранки молча кивнули и подстегнули медлительных моровов.
– За меня не беспокойтесь. Я им не дамся.
Серна вдруг быстро сдернула с себя тонкий коричневый плащ и одним движением накрыла тело и голову Вереса. Незачем сейчас привлекать к странной повозке лишнее внимание… Потом резко обернулась, гордо выпрямила спину и замерла, с высоко поднятой головой, готовая ко всему. Даже к бою насмерть, если потребуется. Девушка вдруг совершенно чётко осознала, что город стал ей враждебен. Без объявления войны. Подло убив Вереса, они оборвали все связи, какими бы зыбкими те не были прежде.
Тем не менее, сразу в кидаться драку, вернее, приступать к избиению тупых неповоротливых бестолочей не стоило. Нужно было потянуть время, пока тело не покинет черту города. И еще, раз уж подворачивалась такая возможность, нужно было попытаться выяснить, кто стоял за смертью Вереса.
Серна быстро развернулась и, гордо выпрямившись, взглянула прямо в глаза ближайшему бегущему стражнику. От неожиданности тот, почти настигнув ее, отпрянул назад и упал. Остальные четверо, наскочив на него, дружно повалились на землю. В другой раз девушка громко рассмеялась бы, увидев подобное замешательство в рядах преследователей, и тем самым еще больше вогнала в краску этих бронированных болванов. Но сейчас ей точно было не до смеха.
– Приказ т-т-тара… – повторил первый стражник, пытаясь выбраться из-под тяжелых соратников и задыхаясь от натуги.
– Ну? – жёстко произнесла Серна, глядя сверху вниз на возню на мостовой.
– Велено доставить в Башню.
Правый уголок рта девушки слегка дернулся вверх.
– Велено – доставляйте.
Она вдруг прямо с места прыгнула вперед и вверх, даже не присев, молниеносно перевернулась в воздухе через голову и мягко приземлилась по другую сторону от кучи бестолковых стражников, так что те от удивления замерли в своих нелепых позах и еще больше разинули рты.
Затем, как ни в чем не бывало, Серна Прекрасная спокойной и уверенной поступью, покачивая великолепными, точёными бёдрами, направилась обратно, в сторону городской Башни. Прямо во вражеское логово – тех, кто, казалось, еще вчера так нуждался в помощи Клана в борьбе против их общего, вечного и неистребимого врага.
t.me/algranov
Глава 6. Путь Чистых
– Какая удача! – произнес, глядя в окно, Гер’ай Ти, высший жрец Хэта и обладатель невероятно длинного носа, – Прекрасная Серна, подруга безвременно покинувшего нас Вереса Ай’Гортского и, что еще более ценно – еще один член Круга Пятерых, сама покорно спешит к нам в руки.
Голос его был надтреснут и при этом звучал громко и уверенно. Было заметно, что он привык ораторствовать.
– Сама? Надеюсь, ваша Мудрость, вы точно знаете, что делаете… – протянул неуверенно тар Петр’Ай.
– Вы что, сомневаетесь, тар? – жрец удивленно бросил седые брови вверх – единственную растительность на абсолютно лысой голове. Однако взгляда от того, что видел через узкое высокое окно Зала Преданности, расположившегося на одном из верхних уровней городской Башни, он так и не оторвал. – Мы зашли слишком далеко, чтобы терзать себя сомнениями и тем более отступать!
Голос его на последней фразе заставил задребезжать оконные стекла и посуду на роскошном столе посреди зала.
– Да, разумеется, – быстро закивал тар, сидевший в огромном кресле-троне с невероятно высокой спинкой, отчего казался еще меньше, чем был. Тар не отличался крепким и крупным телосложением, и при этом испытывал тягостное влечение к большим предметам и помещениям. Дорогая расшитая золотом одежда до пят и слишком тяжелая корона из белого золота с обилием драгоценных камней не прибавляли его виду солидности, скорее наоборот – он казался еще меньше, терялся среди всех этих сияющих атрибутов власти. Его наряд резко контрастировал с неброским облачением жреца.
– Однако, вы умудрились в одночасье рассорить меня и мой город с могущественной и уважаемой силой в Южном Свесе… – недовольно продолжил тар.
– Надолго ли? – с усмешкой произнес Герай. – Вот, не далее как этим утром по вашему приказу был казнен предводитель Клана так называемых ч… ч… – жрец неожиданно запнулся и скривил рот, – Чистых. И что? Хоть один выкрик, хоть одно проявление недовольства донеслось до вашего драгоценного слуха от этого скотского стада, которое вы гордо именуете горожанами? М?
– Да, у людей короткая память и длинный страх. Скажи им «маньяк» или того пуще «нечисть за стенами!», и вот уже они на всё согласны. Но… – вновь замялся маленький тар и потрогал маленькой ладошкой жидкие волосы на маленькой голове. – Вы рассорили меня с самим Кланом хранителей Древнего Права… Нет воинов лучше во всем Южном Свесе. Разве этого мало, чтобы начать переживать за свою жизнь?
– Я? – опять удивился длинноносый долговязый жрец и всплеснул руками так, что широкие рукава балахона синхронно пошли волнами. – Рассорил? Орот и Хэт с вами, правитель! Мы всего лишь рекомендовали вам поспособствовать торжеству справедливого суда над матерым жестоким убийцей, долгое время умело прятавшимся под личиной борца с чудовищами. Возражения были? Еще раз повторюсь – хоть один присутствующий нашел что возразить на справедливые и правдивые обвинения, подтвержденные двумя надежными свидетелями? Даже сам преступник не вымолвил ни слова в ответ!
– Вы же сами прекрасно знаете, что приговоренный был опоён на постоялом…
– Т-с-с!!! – вдруг резко оборвал тара жрец. – Побойтесь Четверых, мой дорогой тар! И у стен бывают уши. Мне ли вам говорить.
– Да-да, да-да, – поспешил согласиться Петр'Ай. Через пару секунд он всё же снова заёрзал на месте, словно сидел на сухих хлебных крошках и, нервничая, продолжил: – Тем не менее, его подруга сейчас будет доставлена сюда по вашей просьбе, Ваша Мудрость.
– Прекрасно! Ваши стражники готовы, я надеюсь?
– Я приказал всем быть начеку, разумеется. Но… – тар опять осекся.
– Опять «но»? – недовольно оборвал его жрец. – Никаких «но». Девица не должна уйти. Поймать двух кроликов в одну ловушку – это просто прекрасно! Превосходный ход, о, мудрейший из правителей!
Жрец склонил голову в лёгком поклоне и три раза хлопнул в ладоши. Тара, однако, не покидало чувство, что высший жрец как-будто издевается над ним.
– Погодите радоваться, ваша Мудрость. Клетка ещё не захлопнулась. И вообще… Разговаривайте с ней сами, раз вам так надо! Я сотрясаю руки!
Тар вытянул тоненькие руки перед собой, потряс ими в воздухе и затем недовольно скрестил на груди.
– Не забудьте позвать Главу Стражи, – спокойно проговорил жрец, не обращая внимания на нервозность тара. – Пусть всё будет законно и чинно. Мы же, в конце концов, не преступники с большой дороги.
– Что ж, ваши люди тоже готовы, ваш святость?
– Да, сидят по всем щелям вокруг Зала.
– Прелестно, прелестно…
– Её вот-вот приведут.
Петр'Ай весь сжался от этих слов жреца и, казалось, совсем потерялся в огромном кресле на высоком пьедестале. Чтобы хоть как-то задавить охвативший его страх, он схватил со стола большой медный кубок и быстро опрокинул его содержимое в рот. Руки тара дрожали.
Внезапно двери Зала распахнулись, тар тихонько вскрикнул и выронил пустой кубок из ослабевших рук. Тот с грохотом упал на каменный пол и бренча покатился под бескрайний стол, накрытый всевозможными яствами.
В помещение влетел десятник стражников и, откашлявшись в кулак, произнес:
– Мой тар, задержанная доставлена! Прикажете ввести?
– Вводить будешь своим балбесам каленую кочергу за провинность, дурак! – вспылил тар и, вымещая на десятнике злобу, швырнул в него кубком. – Она, надеюсь, связана?
Десятник встал навытяжку и, не дрогнув, стойко принял удар.
– Виноват, мой тар! Никак нет!
– Болван! Я же приказал!
– Не гневайся, мой тар, – развел руками десятник. – Она сама пошла. Прям побежала в замок. Еле поспевали за нею.
На его лице появились признаки мучительной думы. Внезапно лицо его озарилось.
– Прикажете?..
– Заткнись! – рявкнул на него тар. Он полминуты нервно тёр виски, потом всё же произнес:
– Давай, проводи ее сюда. Вежливо, дурак!.. Но будь начеку! С молодцами будь рядом, за дверью.
– Так точно! – рявкнул бравый десятник и загремел доспехами прочь из Зала, прикрыв за собой створки дверей.
– Где этот проклятый Главный стражник? – спросил Петр'Ай словно бы в пустоту. Неожиданно портьера позади тарского трона всколыхнулась и из-за неё показался невысокий тонкий человек в темно-синей одежде до пят – одеянии Особой службы. Он подскочил к тару и что-то шепнул ему на ухо.
– Проклятье! Нашёл время, Оротов пьяница! – тар в сердцах стукнул кулачком по подлокотнику кресла. – А что придворный маг, его приятель? Неужто тоже нажрался?
Человек в синем снова припал к его уху.
– Отправляйся к нему и скажи, что он нужен мне здесь, а не за дверью. И пусть соберут всю стражу в здании. Джарват знает, что может выкинуть эта девчонка.
Человек Особой службы бесшумно скользнул за портьеру позади кресла-трона к обнаружившейся там небольшой неприметной дверке и быстро исчез из вида.
– На ваших людей можно положиться, ваша Мудрость? – спросил рассеянно жреца тар, думая о чем-то своем. Жрец не успел ответить. Двери в Зал Преданности внезапно разлетелись в стороны словно от хорошего пинка, и на пороге появилась высокая, стройная, черноволосая девушка в зеленых кожаных доспехах, удивительно ладно пригнанных по восхитительной фигуре. За спиной девушки маячила группа озадаченных стражников.
Тар невольно залюбовался гостьей, стремительно вошедшей в помещение. Ах, как бы она превосходно смотрелась бы на месте подруги тара! Особенно без этих Оротовых раздражающих доспехов, а, скажем, в легком коротком белом платьице чуть выше колен, что стали нынче в моде при дворе… Или вовсе без платья.
Петр'Ай мечтательно осклабился, за гадливой улыбкой скрывая нарастающий страх. Девица в боевом облачении выглядела грозно, тем более что прекрасное лицо ее выдавало бурю, бушующую внутри. Ну что ж, – подумал тар чувствуя предательский холод в конечностях, – попробуем усмирить эту дикую лань… И вообще, пусть проклятый жрец с ней разбирается, раз заварил эту постную кашу…
– Поверить не могу! – улыбка тара растянулась до маленьких ушей. Губы его предательски дрожали. – Сама Серна Прекрасная почтила своим присутствием нашу скромную Башню! Где бы подобное записать? На каких памятных скрижалях…
– Не напрягайся, тар, – резко оборвала его девушка и покосилась на жреца, притулившегося у окна. – Мы оба знаем, почему я здесь. Мне осталось лишь выяснить, кто тебя надоумил совершить такую гнусную подлость и нарушить вековой Договор…
Тар невольно скосил маленькие узкие глазки в сторону долговязого святоши, подпиравшего окно своей жердиной, облаченной в безразмерную серую рясу.
– Я так и подумала, – произнесла Серна и развернулась к жрецу. Тот спокойно и с достоинством кивнул девушке одним носом.
– Как твоё имя, жрец? – спросила Чистая. – Раньше я тебя не видела в городе…
Жрец выпрямился, надменно улыбнулся и посмотрел ей прямо в глаза. Напускной скромности как не бывало. Затем перевел взгляд на тара.
– Разве не мы здесь должны задавать вопросы, мой тар?
– Разумеется, Ваша Мудрость, разумеется, – развел руками Петр'Ай. – Тем не менее, вполне невинный вопрос нашей милой гостьи…
– Я Гер’ай Ти Ар'Сикайский, Высший жрец Хэта! – гордо выпрямив голову, произнес долговязый священнослужитель.
– Вот как… – язвительно произнесла Серна и бросила короткий взгляд назад, на толпящихся в дверях стражей. – Не думала, что Высшие жрецы нынче участвуют в подлых грязных интригах. И убивают лучших людей во всем Южном Свесе.
– Как ты смеешь, девчонка! – лицо жреца исказилось злой гримасой. – Не тебе решать, кто здесь лучшие. И тем более «люди»…
Гримаса злобы вдруг так же резко сменилась на широкую кривую ухмылку.
– Вряд ли вас вообще так стоит называть, лютокровка.
Серна несколько долгих мгновений, не отрываясь, смотрела в его глаза, потом тихо произнесла:
– Прежде, чем ты умрёшь, жрец…
– Стража!!! – завопил вдруг маленький тар. – взять её!!!
Серна резко подняла правую руку с раскрытой ладонью, и стражники, кинувшиеся было к ней, нерешительно затоптались на месте.
– Ответь мне лишь на один вопрос, жрец.
Кончик носа Гер'Ая стал белым как мел, но жрец продолжал гордо стоять в надменной позе, и, чтобы добавить себе еще величественности, сложил руки на груди.
– Почему вы осмелились нарушить Договор, жрец?
Служитель Хэта вновь усмехнулся и вкрадчиво произнес:
– Разве это не очевидно, девочка? – он сделал долгую паузу. – Потому что в Договоре больше нет нужды, ч… ч… Чистая. Как, впрочем, и в самом Пути.
Жрец перевел взгляд на тара, тот – на стражников, едва заметно кивнул головой, и они с готовностью набросились на пленницу.