Текст книги "Отзвуки серебряного ветра. Мы – верим! Переход"

Автор книги: Иар Эльтеррус

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

Случившегося следом не ждал ни Белое Перо, ни эспедешники. На лице осознавшего, где он, лейтенанта, внезапно появилась какая-то странная, злая, кривая ухмылка. Он текучим движением поднялся на ноги, одновременно что-то доставая из своих ботинок, затем взмахнул рукой, и один из эспедешников с хрипом рухнул с кинжалом в глазу.

– Твари! – выдохнул Раенг по-трирроунски. – Убийцы! Звери! Вы ничего от меня не узнаете!

С этими словами он воткнул второй кинжал себе в горло и медленно опустился на пол.

– Честь и слава… – едва слышно сказал Томилин. – Эти, – он кивнул на эспедешников, – убили всю его семью во время той войны.

– Придется держаться, – Белое Перо пристально посмотрел на него. – Выдержите?

– Нашим в гражданскую еще и не так приходилось. Русского офицера им не сломать.

Они выпрямились и замолчали, с презрением глядя на эспедешников.

– Кто вы такие? – вышел вперед офицер, он тоже говорил по-трирроунски. – Почему вы нападаете на нас?

Фарсенцы не удостоили его ни словом – с врагом говорить нельзя. Эспедешник задавал вопрос за вопросом, но никто не собирался ему отвечать. Белое Перо и Томилин смотрели в пространство перед собой, делая вид, что не замечают начавшего приходить в ярость офицера.

– Пришлите медтехников! – бросил тот через плечо. – И пусть захватят с собой суперпентотал!

После чего снова повернул голову к фарсенцам и прошипел:

– Зря упрямитесь, мы все равно узнаем, кто вы!

Томилин насмешливо ухмыльнулся в ответ, а Белое Перо остался невозмутим.

Эспедешники с недоумением переглянулись, не понимая, чем вызвано такое поведение пленных. Вскоре появились еще два человека с нашивками медиков, один из них держал в руках небольшой чемоданчик. По команде офицера он достал оттуда пневмошприц и сделал фарсенцам инъекции.

– Вот теперь поговорим по-другому, – довольно сказал офицер. – Кто вы? Откуда?

Ответом было молчание.

– В чем дело? – Офицер резко повернулся к медику.

– Не знаю… – растеряно пролепетал тот.

– Так проверьте! За что вам только деньги платят?!

Медик суетливым движением выхватил из своего чемоданчика анализатор и направил его на фарсенцев. Чем больше данных анализатор выдавал на экран, тем сильнее вытягивалось лицо медика.

– У них биоблокада, господин капитан! – выдохнул он наконец. – Похлеще орденской! Я такой никогда не встречал! На них не подействует ни один известный в галактике психотропный препарат.

– Все хвосты Проклятого им в глотки! – в сердцах выругался тот. – И что делать?

– Никаких иных способов, кроме пыток, я не вижу, – брезгливо бросил медик. – Но я никого пытать не стану. Можете меня расстрелять, господин капитан. Я врач, и мой долг спасать, а не пытать. Я не палач!

– Чистоплюи! – зло прошипел офицер. – Можете идти! Без вас найдется, кому!

После чего повернулся к пленным и с угрозой сказал:

– Вы сами все слышали. Скажите лучше добром то, что нам нужно знать, и останетесь живы.

В глазах пленников появилось презрение, которое они не сочли нужным скрывать. Ни один из фарсенцев не разделял «демократических ценностей», требующих легко предавать все и вся ради собственной шкуры. Эспедешников явно удивило такое поведение, они растерянно переглядывались, не понимая, что происходит, поскольку большинство из них были родом именно из демократических стран, и почти каждый пошел бы на что угодно, лишь бы избежать пыток. Они не имели понятия, что такое честь и долг. Только офицер взглянул на пленных с уважением, даже легким сожалением – он родился в Парге, в обнищавшей дворянской семье, и прекрасно понимал, что ради родины можно пойти на смерть. И не только на смерть. Он внутренне даже пожалел, что эти люди – враги. Они, в отличие от большинства людей СПД, достойны уважения. Однако долг есть долг. Ему приказали любой ценой выяснить хоть что-то об этих непонятных врагах, и он выполнит приказ.

Капитан окинул взглядом држащих пленных на прицеле охранников, и едва заметная гадливая гримаска пробежала по его лицу. Эти звери без угрызений совести станут пытать кого угодно, но вот только делать этого они не умеют, а профессионального палача на борту нет, никому в голову не пришло, что он может понадобиться. Яйцеголовые умники почему-то не подумали о том, что не только у аарн может быть биоблокада. Из-за этого шансов на успех почти нет. Почему-то капитан был почти уверен, что пленные не заговорят, что бы с ними не делали, тем не менее, сделать хоть что-то был обязан.

Откуда-то из глубины души поднялось понимание, что сейчас пленные бросятся на плазмеры в надежде, что их убьют. Не хочется этого делать, но иначе он поступить права не имеет. Капитан выхватил парализатор, который на всякий случай захватил с собой, и выстрелил по очереди в качнувшихся было вперед пленных. Они мягко опустились на пол.

– Берите их и несите в шестой трюм, – скомандовал капитан охранникам. – И пришлите туда же сержантов Тойреса и Дейра.

Белое Перо открыл глаза и с трудом удержался от того, чтобы поморщиться – голова нестерпимо болела, как всегда бывало после попадания под парализатор. Эспедешник, к сожалению, попался догадливый, понял, что они с Томилиным сейчас бросятся на охрану, и успел парализовать их. Что ж, придется вынести пытки, и вынести, ничем не показав, что ему больно. Хотелось надеяться, что Игорь тоже справится.

Окинув взглядом пространство вокруг, Белое Перо едва не расмеялся. Похоже, на этом корабле нет специализированной допросной и нужных инструментов тоже нет. Двое громил с тупыми лицами, пытающиеся раскалить на электрической жаровне стальные стержни, тоже никак не походили на опытных палачей. Они не знают, как нужно ломать человека, любой воин его племени на их месте справился бы лучше. Впрочем, вряд ли от их неумелых пыток будет менее больно. Белое Перо пошевелился – спина уже болела. Их в крайне неудобных позах привязали к отстоящим недалеко от стены изогнутым металлическим столбам. Для чего нужны такие столбы? Зачем они на корабле? Трудно сказать, Предтечи мыслили совсем иначе, чем люди, и архитектура их кораблей походила на бред буйнопомешанного.

– Возможно, вы все-таки скажете, кто вы? – подошел к ним офицер.

Никто ему не ответил.

– Что ж, вы не оставляете мне другого выхода, – тяжело вздохнул он. – Сержант Тойрес, приступайте.

– Есть, сэр!

Один из громил надел перчатки и взял с жаровни раскаленный прут. А затем пришла боль. Белое Перо выносил ее молча, только лицо все больше и больше бледнело. Томилин, в отличие от командира, во весь голос матерился по-русски, высказывая свое мнение об эспедешниках, их семьях и их сексуальных привычках. Он загибал такие обороты, что индеец даже заслушался, и это помогло отвлечься от боли. Знал, что русские горазды ругаться, но подобного еще никогда не слышал.

Капитан мета-корабля тоже заинтересованно слушал тираду Томилина и изо всех сил пытался определить, на каком это языке. Понятно, что пленный ругается, но не одного знакомого слова он не слышал, а ведь знал самые распространенные ругательства практически всех народов галактики. Даже драконов и гвардов. А этот язык был абсолютно незнаком, вывод из чего следовал довольно неприятный – они столкнулись с противником, не имеющим отношения к известным народам. И это очень плохо. Одновременно на память приходили слова покончившего с собой пленного. Почему он так ненавидел СПД, что считал всех эспедешников зверьми и убийцами? Ведь это не так. Настолько ненавидеть можно только тех, кто лично тебе сделал что-то очень плохое, убил родных, например. Все это очень не нравилось капитану. От этого дела несло каким-то гнусным душком.

– А не могли бы вы перевести вашу тираду? – поинтересовался он, подойдя к Томилину. – Вы явно нас ругаете, но мы ведь ничего не понимаем.

– Понять хотите, суки? – с ненавистью выплюнул тот. – Лады!

И выдал по-трирроунски такое, что капитан ощутил, как его уши начали полыхать. Он попытался понять, причем тут его родственники, ведь они не имели и не могли иметь таких неестественных отношений между собой, не говоря уже о различных животных. И как мог этот человек мог знать его умершую много лет назад мать, тем более знать в интимном смысле? Он что, герантофил? А пленный все не умолкал, приводя капитана в недоумение. Какая извращенная фантазия!

Капитан хотел было задать еще один вопрос, но не успел – взревели сирены боевой тревоги.

– Что случилось?! – вызвал он рубку.

– Орден! – испуганно выкрикнул офицер связи. – Нас атакуют легионеры! Через гиперпереходы!

– Хвост Проклятого мне в глотку! – капитан в сердцах стукнул по стене кулаком. Чего он не ждал, так этого.

Что здесь делает орден?! Аарн же ушли! Как они здесь оказались?! Откуда узнали, что его корабль везет пленных? Выходит, орден и эти неизвестные все же связаны.

– Что показывают сканеры?

– В десяти световых годах от нас боевая станция, возможно, трирроунская, но она нас видеть не может. В пределах досягаемости гиперпереходов нет ни одного корабля!

– Так откуда же взялись легионеры? – растерялся капитан.

– Не могу знать, сэр! – в голосе офицера связи слышалась паника. – Но их с каждым мгновением все больше! Они занимают палубу за палубой! Шестая, седьмая, восьмая, двенадцатая и четырнадцатая уже в их руках.

– Они атакуют на своих летающих досках?

– Никак нет, сэр. Как обычные пехотинцы. Но их проклятые доспехи наши плазмеры не пробивают.

– Тогда это не аарн, – усмехнулся капитан. – Скорее всего, спецназ космодесанта княжества или республики. Орден, насколько мне известно, снабдил их и доспехами, и оружием.

– Но мы все равно ничего не можем поделать, сэр, пусть это даже и не аарн, – обреченно выдохнул офицер связи. – Они только что заняли еще четыре палубы!

– Готовьте корабль к самоуничтожению!

В ответ их коммуникатора донеслись какие-то вопли, непонятный шум, и капитан с ужасом понял, что рубка захвачена. А до резервного командного пункта он просто не успеет добраться.

– Сэр, прикажете убить пленных? – подошел к нему один из сержантов.

– Мы сами, считай, уже пленные, – горько усмехнулся капитан. – Думаю, не стоит усугублять свое положение.

Не успел он закончить говорить, как в стене трюма завертелись шесть черных воронок, откуда посыпались бойцы в доспехах ордена. Вот только на груди у каждого был не символ легиона, а государственный герб республики Трирроун. Капитан вынул из кобуры плазмер и бросил его на пол. Сержанты последовали его примеру.

– Парализаторы тоже, – скомандовал кто-то из трирроунцев.

Пожав плечами, капитан повиновался. У сержантов парализаторов не было. Еще один трирроунец дотронулся до своего шлема, и тот исчез, открыв обычное для уроженца республики смуглое лицо.

– Вы капитан этого корабля? – поинтересовался он.

– Да, я.

– Вы правильно поступили, что сдались, в отличие от ваших подчиненных. У меня приказ безжалостно подавлять любое сопротивление. Однако мы не хотим лишней крови. Прошу отдать вашим людям приказ о сдаче, иначе все они будут уничтожены. Корабль в наших руках.

– Хорошо, – не стал спорить капитан и выполнил требование.

Сразу после этого в стене завертелась еще одна воронка, из которой вышел молодой подтянутый офицер с погонами флаг-капитана и направился к нему.

– Представьтесь, – потребовал он, подойдя.

– Капитан Лорин ди Дармес, командую мета-кораблем № 34987 из третьего разведывательного дивизиона флота СПД.

– Флаг-капитан Тартен Сайвио Неранер, командир боевой станции «Республика», флагмана военного флота Трирроуна. Вы нарушили наши границы, поэтому ваш корабль был атакован и захвачен.

Взгляд трирроунца упал на покрытых ожогами пленных, привязанных к металлическим столбам, и его брови взметнулись вверх.

– Кто это? – спросил он.

– А разве вы не за ними прибыли? – удивился Дармес.

– Нет, – медленно покачал головой Неранер. – Но я вижу, что это пленные, и вы их пытали. Зачем? Неужели суперпентотала было недостаточно, или вы это из любви к искусству?

– Нет, – отрезал эспедешник. – У них биоблокада. А у меня был приказ – выяснить, кто они и откуда любой ценой.

– Почему? – нахмурился трирроунец. – Где вы их поймали?

– Я не буду больше отвечать на ваши вопросы, – выпрямился Дармес. – Я давал присягу.

– Как хотите, – пожал плечами Неранер. – Вас допросят при помощи суперпентотала. У вас, думаю, биоблокады нет, – он повернулся к своим людям. – Доставьте капитана в отдел контрразведки.

Пленных тем временем отвязали от столбов и уложили на доставленные со станции антигравитационные носилки. Один из них, блондин, потерял сознание, а второй, имеющий странновато выглядящую красноватую кожу, молча смотрел на трирроунцев.

– Кто вы? – подошел к нему Тартен. – Вы аарн?

– Нет, – ровным голосом ответил незнакомец, ничем не выдав своей боли, а обширные ожоги должны были сильно болеть. – Прошу сообщить о нас флаг-адмиралу Фарлизи. Она знает, кто мы. Никому иному я не имею права этого сообщать. Передайте флаг-адмиралу два слова: «Дикие Вепри», она поймет. Прошу также оказать нам медицинскую помощь.

– Конечно, извините. Я сообщу адмиралу.

Он отдал приказ, и пострадавших переправили в лазарет станции, где поместили в ти-анх. А сам Тартен задумался. Что-то во всем этом было очень странное. Согласно данным сканеров, мета-корабли сражались с кораблями неизвестного типа. Чьи это корабли? Почему флаг-адмирал должна знать о них? Да, аарн остаются аарн и продолжают хранить свои секреты даже от союзников. И ничего не поделаешь. Он вздохнул и вызвал командующую флотом, чтобы доложить о случившемся. Выслушав, Белая Стерва на мгновение прикрыла глаза, затем в упор уставилась на Тартена.

– Похоже, придется посвятить вас в эту тайну, флаг-капитан, – негромко сказала она. – У нас есть союзники, о которых никто не знает. Больше я пока ничего не сообщу, тем более по связи. Сама не имею права. Вы обязаны будете дать подписку о неразглашении, прежде чем узнаете что-либо еще.

– Ясно, госпожа флаг-адмирал, – вытянулся Тартен.

– Ждите на той же позиции.

С этими словами Белая Стерва отключилась. Флаг-капитан вернулся в командный центр станции и принялся прохаживаться перед пультом, размышляя о происшедшем. Вот, значит, как? Неизвестные союзники, о которых эспедешники ничего не знают и страстно стремятся выяснить хоть что-нибудь? Немалый козырь в рукаве. Возникает только один вопрос: какова реальная сила этих самых союзников? Ответа на него пока нет.

Прошло около трех часов, прежде чем флаг-адмирал вызвала «Республику».

– Вы один, флаг-капитан? – поинтересовалась она.

– Никак нет.

– Тогда перейдите в свой кабинет и активируйте дзарт-поле. Единственное, дайте доступ дварху, вся информация будет идти через него.

Сильно удивленный Тартен отправился в свой кабинет, в котором бывал довольно редко, обычно предпочитая находиться в командном центре, чтобы быть в курсе всего происходящего на станции. Дзарт-поле? Ему еще не доводилось использовать столь беспрецедентные меры безопасности. Похоже, секрет уровня, как минимум, два ноля, если не больше. Выполнив все требуемое и покосившись на разлившуюся по стенам кабинета дымку дзарт-поля, Тартен через каналы дварха вызвал флаг-адмирала.

– Очень хорошо, – заговорила она, едва появившись на экране. – Для начала необходима подписка о неразглашении, заверенная вашим генетическим кодом. Эйсарх, позаботься!

– Сейчас, – отозвался неизвестно откуда дварх.

Перед Тартеном возникла в воздухе страница текста.

– Прочтите и приложите к ней ладонь, – распорядилась Дарли.

Флаг-капитан молча повиновался. Текст несколько удивил, он сильно отличался от стандартной подписки о неразглашении и предусматривал мгновенную смерть разгласившего секрет. При подписании в тело внедрялся мини-биокомп, следящий за этим. Тартен мысленно пожалел, что случайно столкнулся с таким уровнем секретности, но выбора не было, и он приложил руку к странице. Придется внимательно следить за собой чтобы, не дай Благие, не ляпнуть чего лишнего. Одновременно молодому офицеру было до безумия интересно, хотя он старался скрывать это чувство даже от самого себя. В этот момент Тартен взглянул на флаг-адмирала и с немалым удивлением отметил, что в уголках ее губ играет едва заметная улыбка, которая в то же мгновение исчезла, и Дарли Эстель Фарлизи стала, как всегда, непроницаемой.

– А теперь, флаг-капитан, слушайте приказ, – негромко сказала она. – Возьмите малый разведывательный фрегат без экипажа и немедленно отправляйтесь в соседнюю звездную систему, захватив с собой освобожденных союзников.

– Без экипажа? – уточнил Тартен.

– Да, – подтвердила флаг-адмирал. – Станции прикажите дожидаться вас здесь. Все, что нужно, фарсенцы сами о себе расскажут по дороге.

– Фарсенцы? – прищурился молодой офицер.

– Повторяю, они сами о себе все расскажут.

– Хорошо. Разрешите выполнять?

– Действуйте.

Флаг-адмирал отключилась, оставив Тартена в недоумении.

* * *

Примыкающее ко второму торговому космопорту лавиэнской столицы гигантское поле было, насколько хватало взгляда, заставлено штабелями различных контейнеров. То и дело какой-то из них поднимался в воздух и, повинуясь антигравитационному крану, летел либо в сторону одного из складов, виднеющихся на горизонте, либо к открытым грузовым аппарелям какого-либо корабля. Как ни странно, контейнеры не сталкивались во всей этой мешанине, что говорило о великолепно работающей диспетчерской службе. Каждым краном руководил с ручного пульта один из бесчисленных рабочих в форменных оранжевых комбинезонах, но контролировал местоположение контейнеров центральный диспетчерский компьютер.

Эртен бросил косой взгляд на низко стелящиеся над землей серые тучи и незаметно вздохнул. Что за город такой? Солнце здесь появляется хорошо если два-три раза в месяц, все остальное время небо покрывают тучи, из-за чего внизу царит унылый полумрак. И как здесь люди живут? В этот момент пульт в его руках пискнул и сообщил, что необходимо перенести контейнер № 12365 из шестьдесят четвертого ряда к грузовой аппарели контейнеровоза «Светлый день», разбитой, древней посудины паргианской постройки, которая непонятно как вообще летала. Странно даже, что лавиэнские корпорации продолжают пользоваться услугами этого корыта. Фарсенец быстро набрал нужные команды на пульте, и контейнер, поднявшись в воздух, двинулся в сторону «Светлого дня», останавливаясь, если перед ним пролетал другой.

– Как же мне это надоело… – едва слышно пробурчал себе под нос Эртен, утирая рукавом комбинезона пот со лба. Несмотря на то, что было пасмурно, духота стояла страшная.

Придется, похоже, признать, что он сглупил, пойдя на внедрение. Ничего существенного за прошедшие с момента устройства на работу дни выяснить не удалось. Разве что сообщил своим о нескольких кораблях, везущих оборудование, явно предназначенное для стационарных космических станций. За ними должны были проследить в режиме невидимости «Нерпы». Однако они пока еще не вернулись. Эртен вздохнул – все-таки он не разведчик, а боевой офицер. Взялся не за свое дело. Но беда в том, что кадровых разведчиков в его эскадре просто нет, вот и пришлось браться за это самому – кое-чему в Тарканаке его все-таки научили.

Известные фарсенцам на территории Лавиэна базы СПД удалось уничтожить очень быстро, они просто не ждали нападения. Однако после этого ни одной базы найти не удалось. Во многих системах обнаружили следы спешной эвакуации, но куда перебазировались эспедешники, выяснить было невозможно. Еще через несколько дней с Фарсена сообщили о случившемся с Белым Пером. Слава Создателю, что друг не погиб – трирроунцы помогли, выручили из плена. Но то, что у врага теперь есть оружие, способное уничтожать «Призраки», сильно настораживало. Да и полностью меняло баланс сил. К счастью, вскоре выяснилось, что это за оружие и на каких принципах работает. Генераторы достаточной мощности, способные создавать импульсы нужной конфигурации, могли производить только три завода в галактике. Один в Кэ-Эль-Энах и два в Трирроуне. Мало того, фарсенские ученые быстро разработали защиту от такого рода импульсов, и конфигурацию полей «Призраков» изменили, после чего импульсы уже не могли им повредить. Для этого требовалось всего лишь задать нужную программу искину корабля, а искины «Призраков» не были разумны, и тот перестраивал полевые структуры самостоятельно. Но это не означало, что эспедешники не придумают чего-нибудь другого.

После окончания перестройки конфигурации Эртен задумался о поиске новых баз СПД. Судя по происходящему, еще несколько дней – и начнется. Флоты эспедешников хаотично перемещались в короне галактики от княжества к республике и наоборот. Понять, на кого они собираются напасть первым делом, оказалось, к сожалению, невозможно. Единственным, что пришло командиру эскадры в голову, была попытка отследить направляемые на базы грузы – космические станции требовали снабжения, их автономность оставляла желать лучшего. Но как это сделать? В СПД не бездари сидят, им совсем не нужно, чтобы их базы нашли и уничтожили. К тому же, большей частью, эти базы расположены в Даргоне, куда прорваться проблематично – залп гиперорудий планетарного базирования не выдержит и «Призрак». Однако, вряд ли все базы эвакуировали туда – в таком случае контролировать другие государства станет затруднительно. И базы, расположенные в Лавиэне и его окрестностях, необходимо обнаружить.

Эртен долго размышлял о способах поиска, но ничего придумать не смог – слишком велик был грузопоток, проходящий через столичные космопорты Основания. Выхода на разведывательные сети тайного ордена у него не было. Что осталось? А только одно. Попытка внедрения. Это, в общем-то, особого труда не составляло – Лавиэну, как и прежде, требовались рабочие руки, поэтому здесь принимали эмигрантов без ограничений. Однако ни один из них не мог рассчитывать на сколько-нибудь значимую должность. После долгих консультаций с аналитиками эскадры Эртен и еще более четырехсот фарсенцев решили представиться выходцами из империи Кроуха-Лхан, все еще переживающей не лучшие времена. Кто-то из них имел при себе дипломы докеров, кто-то – портовых диспетчеров или рабочих. Сфабриковать документы при помощи редупликаторов «Призраков» было очень легко. Портовые власти обрадовались прибытию людей, имеющих востребованные профессии – остальных ведь еще учить придется, тратя на это свои деньги. Поэтому формальности много времени не заняли, и уже через день «кроуха-лханцы» вышли на работу в разных торговых космопортах столицы – специалистов там катастрофически не хватало.

Данные от разведчиков стекались в аналитический центр эскадры и анализировались, насколько это возможно. Причем внимание обращалось только на грузы стратегического назначения, уходящие в системы, где однозначно не было лавиэнских военных баз и орбитальных крепостей. С каждым прошедшим днем Эртен все больше сомневался, что это хоть что-нибудь даст. Вряд ли эспедешники отправляют грузы на свои базы напрямую, вероятнее всего, это делается через десятки подставных фирм и подставных адресов. Похоже, он затеял глупость – разведкой пусть занимаются профессионалы. Нужно бросать все и уходить. Немного подумав, Эртен подал всем своим людям сигнал эвакуации, однако сам решил немного задержаться. Хотя бы до тех пор, пока остальные фарсенцы не уйдут.

Каждый из разведчиков имел при себе непримечательный внешне кулон, являющийся на самом деле зародышем «Нерпы» – он способен был за несколько мгновений сформировать вокруг своего носителя боевой истребитель, повредить который лавиэнцы были не в состоянии. У них просто не имелось оружия, способного на это. Эртен надеялся, что эвакуацию удастся провести без особого шума. Конечно, потом СБ Торговой Палаты обязательно заинтересуется исчезновением более чем четырехсот человек, но ничего местные эсбешники не выяснят. Пусть себе думают, что хотят.

Лавиэн вызывал у Эртена гадливость. Не страна, а демон знает что. Скрытый расизм цветет и пахнет. Будь ты хоть гением, но если ты не имеешь черной кожи и снежно-белых волос, то успеха ты здесь никогда не добьешься. Твоими услугами будут пользоваться, бросая тебе жалкие подачки, при этом еще и всеми силами демонстрируя презрение к «недочеловеку». А уж их бесконечные условности и обряды! Каждое действие сопровождалось таким их количеством, что впору было с ума сойти. Родившемуся в другой стране понять и освоить все это просто невозможно. Только обращений к людям разного ранга существовало более тысячи, употреблялись они в зависимости от десятков условий – и не дай Создатель перепутать хоть однажды. Поэтому, наверное, лавиэнцы и смотрели на эмигрантов как на дикарей. Умом Эртен это, конечно, понимал, но как же ему было тошно! Каждый, даже самый мелкий портовый чиновник, а то и просто прохожий, считал своим долгом выразить презрение к «тупоголовому варвару», будь этот варвар хоть гиперфизиком или кибернетиком.

– Эй, ты! – заставил Эртена вздрогнуть чей-то голос. – Ты Пауль Лейтер? Я к тебе, варвар, обращаюсь!

– Да, это я, господин, – фарсенец обернулся, под этим именем он и высадился в Лавиэне.

Перед ним стояли трое чистокровных лавиэнцев в свободных костюмах, на груди каждого красовался символ СБ. Эртен похолодел. Провал? Но почему?! Чем он мог вызвать подозрения? Да уж, полез не в свое дело, теперь получи. Уйти, конечно, можно прямо сейчас, но шум после такого ухода поднимется изрядный, фарсенские технологии окажутся засвеченными, а этого допускать не хотелось бы. Значит, придется играть роль, которую ему навязывают, а как только останется наедине с собой – уйти.

– Пойдешь с нами, – велел стоящий впереди лавиэнец. – И держи свою пасть закрытой, варвар! Заикнись мне только о своих правах…

Он гнусно осклабился и протянул вперед жезл силового поводка. Эртен ощутил, как нечто невидимое охватило его тело, прижав руки к корпусу. Эсбешник осклабился еще больше, он явно испытывал наслаждение, унижая другого человека. Фарсенец внутренне усмехнулся – эти болезные не знают, с кем связались. Вырваться, положить их и уйти не составило бы для него ни малейшего труда. Но пока эвакуируются остальные, можно и поиграть в их игры – причинить ему вреда они все равно не сумеют. Окружающее тело и незаметное ни для каких сканеров защитное поле было способно без ущерба выдержать залп десантного плазмера или очередь из крупнокалиберного пулемета.

Молча поклонившись, Эртен последовал за эсбешниками к виднеющемуся вдалеке глайдеру. По дороге они то и дело дергали за силовой поводок, стараясь сбить арестованного с ног, и, если он падал, хохотали. Фарсенец все более недоумевал, пытаясь понять, чего они хотят добиться таким поведением. Вывести его из равновесия? Нет, скорее всего, просто издеваются, тешат свои садистские наклонности. Странно, что коренные лавиэнцы не осознают, к чему приведет такок отношение к людям – ведь выходцев из других стран в Лавиэне сейчас уже больше них. Доведут ведь до кровавого бунта!

Глайдер летел быстро, поэтому до места добрались за каких-то двадцать минут. Все это время Эртен просидел в отделенном решеткой закутке, куда его посадили эсбешники. Когда его вывели наружу, фарсенец сразу понял, где оказался – перед внедрением хорошо изучил город. Главная штаб-квартира службы безопасности Торговой Палаты. Надо же, не ждал такого внимания к своей персоне!

Арестованного долго вели по бесконечным коридорам и лестницам, на этот раз уже не дергая за силовой поводок. В конце концов он оказался в довольно большом светлом кабинете, в котором его поджидал полноватый коренной лавиэнец средних лет с неухоженными волосами. Это удивило Эртена – насколько он знал, такое в среде лавиэнцев считалось дурным тоном. Видимо, следователю, а это явно следователь, было плевать, что о нем думают. Или он имел ранг, позволяющий нарушать общепринятые обычаи.

– Пауль Лейтер доставлен, господин старший советник! – доложил один из эсбешников.

– Оставьте его здесь и можете идти, – бросил тот, сопроводил свои слова небрежным взмахом руки. – Распорядитесь, чтобы на выходе из кабинета стояла охрана.

Эсбешники дружно наклонили головы и вышли, напоследок осторожно покосившись на хозяина кабинета. Одно это сказало Эртену о нем много. Опасный человек. И очень недобрый. С ним нужно держать ухо востро.

– Садитесь, господин Лейтер, – старший советник показал на стул напротив его стола.

– Благодарю, – поклонился Эртен, которого немало удивило, что коренной лавиэнец называет эмигранта на «вы». Очень необычно. – В чем меня обвиняют, уважаемый господин?

– Пока ни в чем. Если вы развеете мои подозрения, то вскоре вернетесь на место работы.

– Но в чем меня подозревают?! Я обычный портовый рабочий!

– Да ну? – ласково улыбнулся советник. – Тогда скажите, зачем обычному рабочему интересоваться, куда отправляют грузы стратегического назначения?

– Это когда же я ими интересовался? – захлопал глазами Эртен, состроив невинное лицо.

– Да все время вашей работы. Мы даже удивились такому неуважению. Нельзя же так топорно работать! Кто додумался послать на это задание дилетанта? Вас в первый же день заметили, но решили понаблюдать, чтобы окончательно увериться в том, что кто-то способен работать на нашей территории с такой беспрецедентной наглостью. Неужто вы думали, что в нашей организации служат тупицы? Очень зря.

Эртен ощутил, что его уши становятся красными. Вот уж действительно, полез против профессионалов разведки, ничего не понимая в этом деле. Он не знал, что теперь делать, и немного растерялся. Советник наблюдал за его трепыханиями с ироничной усмешкой.

– Командир! – внезапно раздался в ушах Эртена голос его помощника по эскадре, капитана второго ранга Николая Долмышева. – Тревога! Началось!

– Что началось? – с недоумением спросил он, не обратив внимания на то, что говорит вслух. Советник, услышав его, сразу сделал стойку, поняв, что шпион говорит с кем-то из своих, невзирая на все глушащие средства, постоянно работающие в здании конторы.

– Война! Мета-корабли вышли с десятков баз по всей территории Лавиэна, собрались в три ордера и сейчас вовсю шуруют через корону галактики к Трирроуну! Мы успеваем перехватить средний!

– Проклятье! – вскочил на ногим Эртен. – Эвакуация наших завершена?

– Так точно! Ждем только вас.

– Сейчас буду.

Взгляд фарсенца упал на жадно наблюдающего за ним лавиэнца. Все демоны преисподней! Нельзя же светить технологии! Выход только один – захватить следователя с собой, тогда он ничего не сможет рассказать. А «Нерпа» вполне способна унести двоих, если отдать зародышу нужный приказ перед формированием истребителя. Ее старт, скорее всего, примут за взрыв неизвестной природы.