355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Холли Лайл » Месть Драконов » Текст книги (страница 3)
Месть Драконов
  • Текст добавлен: 10 сентября 2016, 02:56

Текст книги "Месть Драконов"


Автор книги: Холли Лайл



сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 25 страниц)

Глава 5

Вода одновременно тянула Кейт вниз и выталкивала ее на поверхность, а сама она продолжала скользить в недрах этого мира, залитого жидким текучим светом. Вода втекала в ее рот и вытекала из шеи. И хотя это почему-то казалось неправильным, Кейт не могла понять причины. Она костями ощущала грохот прибоя, а кожей следила за движением добычи, – словно бы все ее тело вдруг сделалось глазами и ушами. Боль осталась позади, впереди раскинулась неопределенность. А в настоящем она знала только голод… голод всеобъемлющий, буквально пожиравший ее. Ей было известно, что она состоит не из одного лишь желания насытиться, однако не понимала, откуда у нее эта уверенность, и в данный момент это совершенно не смущало Кейт.

Она развернулась, чуть шевельнув плавниками, и заметила мерцающее серебристое облачко. Короткое движение хвоста послало ее вперед, даже не возмутив воду вокруг. Врезавшись в самую середину облачка, она успела сожрать с дюжину рыб прежде, чем косяк распался, а потом последовала за самой крупной отделившейся от него частью, сберегая энергию и ограничиваясь плавными ударами хвоста. Она охотилась и насыщалась. Когда серебристый косяк совершенно рассеялся и охота сделалась неудобной, она заметила стайку крупных красно-желтых рыб; потом ей попалась еще одна разновидность, после нее – другая. Она избегала тех, кто был сильнее ее и от кого исходило ощущение опасности, – ощутив в воде привкус крови, она поворачивала в сторону.

Она остерегалась сомнений в собственном существовании и не обращала внимания на доводы рассудка, утверждавшего, что она совсем не то, чем себе кажется. Она заглатывала добычу, потому что ощущала себя слабой, избитой, близкой к смерти; и, насыщаясь, обретала силу.

А когда силы вернулись, разум заставил тело признать его власть. Он вернул ей имя, а вместе с ним потоком хлынули воспоминания. Ее звали Кейт.

У нее были друзья, нуждавшиеся в ее помощи.

У нее было дело, которое следовало завершить.

И ей грозили новые неприятности.

Вновь приняв человеческий облик, утомленная, мокрая, нагая, замерзающая, до предела отупевшая и ни на что не обращающая внимания, Кейт тащилась к лагерю. Она не знала, сколько времени отсутствовала, и могла только надеяться на то, что друзья ее будут еще живы, когда она вернется. Начисто сгоревшие заросли, сквозь которые она пробиралась к морю, превратились теперь в слой насквозь мокрого пепла, и руины города Древних возле пожарища как будто обрели новую жизнь… четкие очертания их, казалось, говорили о том, что город этот был покинут жителями совсем недавно.

И посреди этого моря пепла идеальный кружок леса, который Хасмаль сумел уберечь от вызванного заклинанием огня, казался видением Паранны: тяжелые плети вечнозеленых лиан кружевами лежали на кронах деревьев, черневших на фоне серого зимнего неба, а землю ковром покрывала палая листва, еще по-осеннему пестрая, словно все вокруг устлали беззаботно рассыпанные кем-то самоцветы. Лагерь располагался в самом центре этого круглого островка. До Кейт донеслись голоса, шедшие из недр руины, которую они использовали в качестве жилища. Еще она уловила запах смерти и тлена. Она знала, что, войдя внутрь укрытия, узнает плохие новости, однако нос не мог поведать ей, насколько скверными они окажутся. Мешали вялое отупение, свойственное тому состоянию, в котором она находилась, и депрессия, обычно следовавшая за Трансформацией.

Она вошла внутрь.

Скверные новости обрушились на нее уже у входа. Турбен лежал в первой комнате справа, тело его пристроили под укрытием целого участка крыши. Опустившись на колени, Кейт прикоснулась к нему. Труп уже остыл и затвердел: значит, Турбен умер достаточно давно.

Негромкий стон, донесшийся из задней комнаты, привлек к себе внимание Кейт, и она поторопилась туда. Ян и Хасмаль с двух сторон склонились над лежащим Джейти. Тот шевельнулся и застонал снова.

– Только не Джейти, – пробормотала Кейт, научившаяся уважать морехода за верность, присущие ему здравый смысл и отвагу. – Что случилось?

Джейти перевел на нее затуманенный болью взгляд и с трудом улыбнулся.

– Ты вернулась, – проговорил он. – Надеюсь, что боги услышат молитвы капитана и о моем спасении.

– Кейт! – воскликнул Хасмаль. – Ты жива!

Вскочив на ноги, Ян бросился к ней. Подхватил на руки и прижал к себе, не обращая внимания на ее наготу. Он пылко расцеловал Кейт, а потом припал щекой к ее лицу.

– Ах, Кейт, – прошептал он. – Я уже думал, что потерял тебя. – На мгновение опустив ее на землю, Ян взглянул на ее тело и вновь подхватил на руки.

– Девочка, от тебя остались одни кости, – воскликнул он. А потом, опустив ее снова, добавил: – Как ты сумела уцелеть? И где ты была? Я… мы… я утратил всякую надежду еще вчера.

– Сколько времени меня не было?

Хасмаль уже рылся в ее мешке; подавая Кейт чистую рубашку и штаны, он ответил:

– Три дня и две ночи.

– Так долго? – Кейт нахмурилась, пораженная тем, что находилась в Трансформированном состоянии больше одного дня.

– Я была… под водой. Заблудилась. – Она принялась натягивать одежду. – Заблудилась в собственной голове. Я находилась в бухте, но забыла, кем являюсь на самом деле. Я прыгнула в речку, чтобы спастись от… этих тварей и от огня. Это я помню хорошо. Потом я упала вниз – с водопадом… смутно помню, как ударилась о валун на дне. А после этого ничего – до нынешнего утра, когда я вдруг вспомнила собственное имя и осознала, что не мое дело быть рыбой. Не знаю, кем я там была. Тело мое приняло форму, позволившую мне залечить раны и насытиться, и этим я, наверное, и занималась все это время.

На их лицах появилось выражение благоговейного трепета.

– Тебе под силу такое?!

– Однажды мне уже пришлось испытать подобное, – призналась она, – но недолго, меньше, чем одну стоянку. Прыгая с аэрибля в бухту Маракады – в ту ночь, когда мы с тобой познакомились, – она поглядела на Яна, – я ударилась о воду так сильно, что была оглушена, и едва не утонула. Мое тело тогда трансформировалось, хоть и частично, наделив меня жабрами, так что я сумела дышать в воде. Но до тех пор я и не представляла, что могу принимать другой облик, кроме четвероногого зверя.

Хасмаль выглядел задумчивым.

– А теперь я отвечу на твой вопрос. После того как огонь погас, Джейти оказался рядом с тварью, которой ты выпустила кишки. Однако она была еще не совсем мертвой. Она схватила Джейти за ногу и искалечила ее. Мы отняли его у твари и убили ее в конце концов, но…

– Хасмаль ампутировал мне ногу. У него хорошо получилось. Скоро я поправлюсь, – сказал Джейти, и похоже было, что он верит в свои слова, однако Кейт понимала, что он ошибается. Она ощущала запах гниющей крови… Слабый, быть может, еще неуловимый для человеческого носа. Джейти не поправится… никогда. Она бросила короткий взгляд на Хасмаля и заметила пустоту в его глазах. Он тоже знал об этом. Ян поддержал друга:

– Вот увидишь, мы и глазом моргнуть не успеем, а Джейти уже будет помогать нам строить лодку. – Он тоже глядел на нее с тоской. Оба они скрывали от Джейти приближение неминуемой смерти. Пока это еще можно было скрывать.

Кейт опустилась возле лежащего на колени. Заглянула ему в глаза и безмолвно пожелала справиться с гангреной.

– Ты нужен нам, – сказала она тихим голосом, предназначенным лишь для ушей Джейти. – Особенно Яну. Он потерял свой корабль, свой экипаж… все, в чем он прежде был уверен. И ты не должен подвести его.

На лицо Джейти, серое и восковое, вползла чуть заметная улыбка, и голосом еще более тихим, чем у Кейт, он прошептал:

– Я чувствую этот запах. Я знаю… но им приятнее думать, что я ничего не подозреваю. Мы разыгрываем каждый свою роль. – Он погладил Кейт по руке. – Но когда я уйду, капитан потеряет не все. У него останешься ты.

Кейт ответила на улыбку с деланной искренностью, скрывавшей горечь отчаяния. Джейти был необходим Яну. В ближайшее время капитану не обойтись без давнего и верного друга. А в задней части комнаты, общей для всех, находился единственный на свете предмет, способный спасти жизнь Джейти, последнего из оставшихся друзей Яна.

Зеркало Душ испускало неяркий свет, и лучи его, поднимаясь через центр треножника, превращались в сияющую лужицу внутри кольца, расположенного на возвышении. Чтобы найти его в этой забытой и потерянной стране, она пересекла не обрисованные на картах просторы Брежианского океана. Предмет этот создали давно сгинувшие Древние, и, располагая им, она, возможно, имела шанс вернуть к жизни своих погибших родных. Дух ее давно усопшей пра – и так далее бабки Амели Кеншара-Роханнан Драклес утверждал, что убитые родители, братья и сестры, племянники и племянницы могут быть спасены ею. Что они могут вернуться назад… что их можно вернуть… что именно ей выпало вернуть их с помощью этого предмета, который она получила в ужасной борьбе и жуткой ценою.

Однако теперь, располагая Зеркалом, Кейт не знала, что делать… а дух Амели куда-то запропастился и молчал с тех пор, как она решила доставить Зеркало к Возрожденному. Когда экипаж «Кречета» захватил корабль, бросив ее вместе со спутниками на западном берегу Северной Новтерры, она рассчитывала, что Амели непременно объявится, предложит ей кучу советов и поможет вернуться домой. Однако голос покойной болтуньи более не возникал в ее голове, и в душе Кейт крепло тоскливое подозрение – она допустила ошибку.

Кейт не знала, в чем ошиблась: в том ли, что доверилась духу, пославшему ее за Зеркалом, или в том, что игнорировала уверения Амели, когда та заявляла, что если Кейт доставит Зеркало в Калимекку, Возрожденный и нужды его никогда более не потревожат ее. Решение загадки не давалось ей, а дух не отвечал на безмолвные просьбы о помощи.

Амели просто обязана была сказать ей, как с помощью Зеркала вернуть к жизни Турбена и спасти умирающего Джейти. Но бабка молчала, и Зеркало без пользы стояло у дальней стены, поскольку Кейт не смела даже прикоснуться к сияющим надписям на передней четверти ободка… Магические предметы часто оказываются смертоносными. И, не имея точных инструкций, Кейт скорее могла погубить живых, чем спасти ушедших. Воспитанная в Доме Галвеев, полного губительных тайн, Кейт накрепко усвоила, что осторожность является первейшей и высшей из добродетелей.

– Держись, – вновь сказала она, обратившись к Джейти, и взяла его за руку. – Прошу тебя.

Он улыбнулся, и Кейт поднялась, отвернувшись от него. Ян отвел ее в сторону.

– Мне нужно поговорить с тобой, с глазу на глаз.

Она кивнула и следом за капитаном вышла из разрушенного дома. Убедившись, что их уже нельзя заметить из оставленного ими укрытия, он снова обнял ее, прижал к себе и провел рукой по влажным волосам.

– Я думал, что потерял тебя навсегда. И не хочу снова лишиться тебя.

– Мы можем не выйти из этой переделки живыми, – сказала она.

– Я знаю. Возможно, так и будет. Но я знаю, что хочу провести с тобой весь остаток своей жизни. Я люблю тебя, Кейт. Всем сердцем и душой. Я люблю тебя. Я сделаю для тебя все, что угодно…

Приложив пальцы к его губам, она сказала:

– Тс-с, – и привлекла его к себе, моля богов, чтобы он не говорил больше ничего. Погладив его по голове и зажмурив глаза, она изо всех сил пожелала себе суметь избавить его от любви к ней. Она привязалась к нему, однако тех чар, которые вызывали у него эту самую любовь к ней, в себе не ощущала. Во всяком случае, когда речь шла о нем. А может быть, и о ком угодно.

Ян прижимал ее к себе, покачивая из стороны в сторону. Вспомнив, что именно так обнимал ее отец, Кейт на мгновение снова ощутила себя маленькой и уверенной в собственной безопасности. А потом он отстранился от нее, заглянул ей в глаза и попросил:

– Выходи за меня.

И чувство безопасности растаяло без следа. Ян продолжал:

– Мне нечего тебе предложить – кроме себя самого, – но я сумею возвратить все утраченное. Мы вернемся в Калимекку, и ты ни в чем не будешь нуждаться.

Кейт закрыла глаза, отчаянно пытаясь подыскать приемлемое извинение, позволяющее отказать Яну, не слишком задевая его чувства. Предлог тут же нашелся, и она возблагодарила бога, ведающего подобными вещами.

– Я знаю, что нам удастся каким-либо способом вернуться домой. И поэтому не могу принять подобное предложение, не зная, остался ли в живых кто-нибудь из моих родителей.

Она видела, что Ян с пониманием отнесся к ее словам, принимая их как должное: если отец или мать Кейт живы, жениху надлежало обратиться за разрешением к ним, прежде чем спрашивать согласия у девушки. Так было заведено во всех Семьях. Таким образом, она получила отсрочку, что отнюдь не решало проблемы… подобный ответ давал понять, что в случае согласия родителей она также может принять его предложение.

Кейт отвернулась… и в тот же самый миг разум ее ощутил легкое прикосновение… Кто-то смотрел ее глазами на царящее вокруг запустение. Ри Сабир. Сердце ее затрепетало; она ощутила его восторг, облегчение и… почуяла его близость.

Она окружила себя магическим щитом, воспользовавшись тем немногим, чему успел научить ее Хасмаль, и ощущение того, что ее видят, что в нее кто-то вселился , сразу исчезло. Повернувшись снова к Яну, Кейт произнесла:

– Близятся неприятности.

Тот горько усмехнулся.

– Мы остались вчетвером на краю света; быть может, других людей на континенте вообще нет… а скоро нас останется только трое. – Ян кивнул в сторону руин. – У нас нет никаких припасов, нам пришлось выжечь окрестности, зима не за горами, так что прежде чем сделается получше, нам станет совсем худо.

Прислонившись к стволу дерева, Ян потер глаза костяшками пальцев. И только тут Кейт осознала, какой у него измученный вид.

– Я бы сказал, что неприятности уже здесь.

– Скоро сюда придет корабль.

Ян глядел на нее, не скрывая недоверия. Кейт встретила его взгляд и заметила, как неверие превращается в надежду.

– Корабль? И это плохая новость? Пожалуйста, не забывай сообщать мне все столь же скверные вести.

– Они не намереваются спасать нас. Враг моей Семьи бросился за мной через океан, воспользовавшись… связью, что соединяет нас двоих. Наверное, существование ее объясняется тем, что мы оба являемся Карнеями. Ему нужна я. Что касается тебя, Хасмаля и Джейти… – Кейт нахмурилась. – Я полагаю, что он и его люди примут решение убить вас. Они направляются сюда не за вами, вы для них чужаки, а тот, кого не знаешь, часто может оказаться хуже всякого врага.

Отвернувшись, Ян смотрел на черные вершины вздымавшегося вдали горного хребта.

– Быть может, нам удастся сторговаться с ними. Может быть, они позволят нам отработать свое возвращение. Быть может, мы сумеем чем-нибудь помочь тебе и таким образом посодействовать себе самим. – Он глянул на нее через плечо. – Так о ком же из врагов твоей Семьи мы говорим? О Доктиираках? Или Масшэнках?

– О Сабирах, – коротко ответила Кейт.

Ян задумался.

– О Сабирах. Это скверно. Или может оказаться скверным. Мои отношения с Сабирами сложились неудачно. При всех моих достоинствах штурмана, рулевого – не знаю, кто может понадобиться им на корабле, – если Сабиры узнают меня, то моей помощью они уж точно не воспользуются. – Вздохнув, он окинул взглядом выжженную землю. – Жаль, что мы не узнали пораньше о появлении Сабиров. Можно было бы подготовиться. Построить укрепления, изготовить кое-какое оружие…

Ян нахмурился и пожал плечами.

– Что ж, этого уже не исправить. – Он облизнул губы и спросил: – А ты не знаешь, кто именно из Сабиров преследует тебя?

Вопрос этот был задан достаточно небрежным тоном, однако Кейт ясно слышала в его голосе скрытую напряженность.

– Я знаю лишь одного. Это Ри Сабир. Там могут быть и другие, но из всех них лишь он один, – кровь отхлынула от лица Яна, пока она произносила эти слова, – соединен со мной. Ян? В чем дело?

– Ри? – прошептал он. – Ри Сабир?

Кейт кивнула.

– Ты знаешь его?

Ян долго молчал. А потом на Кейт посмотрел уже совершенно другой человек. Холодный. Смертельно опасный. Полный ненависти.

– Я знаю его, – ответил Ян. – Нам придется потрудиться. Мы должны захватить этот корабль, а для этого придется победить его .

– Втроем против целого экипажа? Мы не сумеем захватить корабль силой.

Опустив обе руки на плечи Кейт, Ян посмотрел ей в глаза.

– Если мы с Ри встретимся, один из нас умрет. Я знаю, что у меня мало шансов убить его. Но если мне придется умереть, я погибну сражаясь.

И отправился прочь, к бухте.

Глядя вослед Яну, Кейт пыталась угадать, какие беды ждут их и что она может сделать, чтобы предотвратить несчастье. Она вспомнила все известные ей истории, случаи, когда слабый побеждал сильного. Давным-давно один из прославленных деятелей прошлого, попав в аналогичную ситуацию, сумел выйти из нее живым. В большинстве случаев немногочисленное войско превосходит противника вооружением, как брежиане, победившие орды катомартов, или маренорцы, отразившие захватчиков из Йаста.

Располагая хорошим оружием, имея достаточно времени на подготовку, укрепившись в удобном, защищенном месте, они и втроем могли бы надеяться на успех, решила Кейт. Но не имея таких преимуществ…

Путь к победе существует всегда , писал генерал Талисмартея в своем шедевре, «Книге Волка», если ты готов изменить собственное представление о победе.

По словам Яна, победа означала захват корабля Сабиров и отплытие на нем в Калимекку. Однако она понимала, что даже если они заставят капитана судна подчиняться им, то удержать власть над ним будет чертовски трудно… а если они утратят ее, то погибнут. Но что, если для победы им вовсе не нужно добиваться покорности команды корабля?

Нужно менять собственное представление о победе. Успехом будет их возвращение в Иберу – живыми, свободными, вместе с Зеркалом Душ. Ничего другого им не нужно.

Итак, если захватить корабль и удерживать его в своем распоряжении в течение нескольких месяцев им не под силу, значит, победой следует считать любую форму свободного плавания на нем. Надеяться, что им позволят беспрепятственно подняться на борт корабля, они не могли. Остается вынудить Сабиров к переговорам.

Но как?

И тут ее осенила идея. Ей необходимо будет привлечь Хасмаля и Яна на свою сторону, хотя, судя по реакции на имя Ри, Яну предложение ее придется не по душе. Потом, ей понадобятся вся ее хитрость, умение вести переговоры, немного чар Хасмаля и целая бездна удачи… хотелось бы знать, не помогут ли годы, отданные дипломатической подготовке, нужде одного дня. Закрыв глаза, Кейт вдохнула пахнущий гарью воздух, надеясь, что приобрела тогда именно столько знаний и опыта, сколько ей потребуется в самое ближайшее время.

Глава 6

По прошествии трех дней, в течение которых Ри уже почти уверился в смерти Кейт, крохотные импульсы энергии, связывавшие его с ней, вдруг появились снова. Он не мог понять, что именно отрезало ее от него на эти дни, и не особенно задумывался об этом. Ему достаточно было одной только мысли, что она осталась в живых и – это радовало его еще больше – что она недалеко. А точнее, немыслимо близко.

Когда «Кречет» уплыл, оставив Кейт на этом берегу, Ри видел глазами девушки ее спутников, однако теперь он не знал, удалось ли уцелеть кому-нибудь из них. Он очень хотел еще раз взглянуть на этот город ее глазами, чтобы понять, что именно ждет его в этом дальнем краю, однако она держалась настороженно, укутываясь в свою защитную экранную оболочку, как женщина в шубу зимней порой. Ему приходилось довольствоваться буквально крупицами, вспыхивающими и тут же гаснущими картинками города, и он подозревал, что Кейт прячется от опасностей в той же мере, как и от него самого, однако не мог проникнуть в ее разум и потому не был уверен в собственных догадках.

В тот миг, когда исходящая от нее сила притяжения перестала увлекать его вперед и повернула вбок, к берегу, Ри стоял на носу «Сокровища ветра», озабоченным взглядом изучая береговую линию, тянувшуюся вдоль левого борта корабля. Он не сумел бы объяснить капитану или своим друзьям, каким именно образом он определил, что океан наконец привел их к цели, однако не сомневался в своих ощущениях. Поэтому без промедления он закричал:

– Здесь! Приехали! Высаживаемся в этом месте.

Сквозь смешанный с дымом туман капитан провел корабль в бухту и бросил якорь.

Так Ри впервые увидел место, где находилась Кейт. Омытые дождем руины поднимались на обгорелых холмах и утесах, с трех сторон окружавших бухту. Ни единого деревца, ни единой травинки или колючего куста не было видно на затопившем сушу море черного пепла. Во время путешествий Ри приходилось наблюдать последствия вулканического извержения, и представшая его взгляду картина напоминала именно о такой катастрофе.

Он смотрел на тоскливую панораму и улыбался. Перед ним лежал открытый Кейт город Древних. Подобные руины находили и в Ибере. Однако такого города Древних, который не был бы известен по меньшей мере столетие, который не грабили бы в течение века искатели сокровищ, не могло существовать в другом месте, кроме Новтерры. В этой бухте до «Сокровища ветра» бросал якорь всего лишь один корабль. Даже после пожара он оставался полным чудес: руины, пережившие Войну Чародеев и Тысячелетие Тьмы, были способны выдержать любое пламя.

Где-то здесь покоились осколки древних знаний, забытых человечеством на целое Тысячелетие… осколки знаний, теперь поджидавшие Ри и его спутников. Владея подобными сокровищами, он мог с триумфом вернуться в Калимекку, мог примириться с Семьей и Волками, мог добиться прежнего положения для своих друзей и заставить Семью признать его Галвейку-парату.

Отыскав Кейт, он получит время для исследований города, но для начала нужно доставить девушку в безопасное место. Кейт укрылась в каком-нибудь уголке этих обгорелых руин. Она находилась так близко, что он едва не чуял ее. Страсть… наваждение, заставившее его последовать за нею на край света, преодолевая бури и множество других опасностей, по неизведанным водам, к не нанесенным на карту землям, эта страсть вспыхнула в нем с новой силой. Его кровь, его кости, сама душа его пели, ощущая ее близость.

– Кейт, – прошептал он, – ты будешь в безопасности, мы уже рядом.

На плечо Ри легла рука, и от внезапности он подскочил на месте.

– Люди хотят высадиться на берег, чтобы обследовать руины. – Капитан стоял за его спиной, а Ри даже не услышал, как тот приблизился. Еще никому не удавалось подойти к нему так, чтобы он заблаговременно не почувствовал этого. Но сейчас ум его был слишком занят Кейт, слишком полон волнения. Он должен найти ее, завладеть ею… ну а после этого он сумеет вновь сосредоточиться.

– Нет. Первым на берег сойду я. Один, – проговорил он, улавливая рычащие нотки в собственном голосе. И это смущало Ри.

Единственный раз они с Кейт видели друг друга, находясь в облике Карнеев – в одном из темных переулков Халлеса, рядом с трупами семерых убийц. На сей раз он хотел остаться человеком. Он хотел появиться перед ней в своем человеческом облике… ощутить вкус ее губ, с наслаждением раздеть ее, услышать ее бархатный человеческий голос, шепчущий его имя…

Глубоко дыша, он пытался успокоиться, обуздать неистово прыгающее в груди сердце. Он не пытался утихомирить свое волнение одной силой воли, ибо такая попытка заставила бы томящегося в нем Карнея броситься на прутья своей клетки, выломать их, вырваться на свободу, увлекая за собой и самого Ри. Посему, признав свое желание, голод, учащенное дыхание и продирающий по хребту морозец, Ри ответил Карнею: потом . Потом он удовлетворит все свои нужды и чаяния.

– Я отправлюсь на берег один, – повторил Ри. – Я не хочу отпугнуть Кейт. Если я возьму с собою людей, она может убежать.

– А если она не одна здесь?

Ри вновь поглядел на уродливый обгорелый ландшафт, на почерневшие холмы.

– Я способен управиться со всеми, кто окажется с ней рядом.

Когда два матроса приготовили для него шлюпку, к Ри подошел Янф, впервые, должно быть, за все время путешествия облачившийся в матросский брезент, а не в драматические шелка и кожу.

– Капитан сказал, что ты решил высаживаться на сушу в одиночестве.

– Да, я так решил.

– Ты не сделаешь этого. Я знаю, что ты предполагаешь отыскать там свою ненаглядную, но ты и не представляешь, с чем можешь столкнуться на самом деле. А я не допущу, чтобы тебя убили. Просто потому, что слишком многим обязан тебе.

Ри ожег его яростным взглядом.

– Раз ты обязан мне, значит, выполняй мои желания. А я хочу высадиться на берег один.

– Нет. – Опустив ладонь на рукоять меча, Янф улыбнулся, и улыбка эта была холодна. – Никто не пообещает своему другу помощи в самоубийстве. Ты слышишь меня? Я сойду с тобой на берег и буду охранять там твою спину.

Отвернувшись от Янфа, Ри вцепился в поручень.

– Все бывает впервые только однажды, – сказал он. – И этот первый раз для нас с нею… мы впервые увидим друг друга как мужчину и женщину. Первый раз прикоснемся друг к другу. Впервые мы…

Он закрыл глаза, вызывая из памяти облик Кейт, стоящей наверху башни. Длинные черные волосы ее теребил ветерок. Такой она всегда представлялась ему… с гордо поднятым подбородком, яростно сверкающими глазами… в синем шелковом платье, едва способном укротить ее жизненную силу, ее страсть, мощь ее красоты. Бросившись за ней в эту даль, он не намеревался делить с кем-либо первые мгновения встречи с Кейт.

– Мы знали, что ты будешь сопротивляться и не позволишь всем нам сопровождать тебя, – проговорил Янф, – и посему решили снизойти к твоей слабости. Мы тянули соломинки, и я выиграл. – Ухмыльнувшись, он добавил негромко: – Чтобы выиграть, я сплутовал, но можешь не говорить об этом остальным. Подозреваю, что плутовал не один я. Но я должен был выиграть. Я доверяю собственному мечу и кинжалу куда больше, чем их оружию, а потому решил, что если кому-нибудь из нас необходимо быть рядом с тобою, то этим человеком буду я сам. Вот так. Возможно, ты не хочешь моего общества, но так решили боги.

Так, значит, Янф сплутовал? Наверное, просто обломил в руке незаметно часть соломины, а потом окинул всех остальных свирепым взором, когда они принялись оспаривать жребий… Янф умел делать такие вещи. Что ж, он, Ри, тоже способен на хитрость. Он согласится, без споров покинет корабль, а там сделает то, что считает нужным.

Решив так, Ри вздохнул и сказал:

– Значит, ты преградишь мне путь, если я не соглашусь?

– Да.

– Тогда спускайся в лодку.

Они в молчании гребли к берегу, а потом вытащили шлюпку на сушу. За линией прибоя пять кэйрнов, пять груд камней, отмечали места пяти могил. Одна из них была совсем свежей. Поглядев на них, Ри заметил:

– Лучше остаться возле лодки, чтобы никто не захватил ее. Я хочу быть уверенным в том, что мы сумеем вернуться назад.

– Ты – лжец. – Кривая усмешка исказила лицо Янфа и тут же исчезла. – Если кто-нибудь украдет эту лодку, за нами пришлют любую другую. Но если тебя убьют потому, что я останусь караулить эту посудину, этого уже не поправить. Или ты считаешь иначе?

Ри втянул воздух, принюхиваясь. Пахло гарью и сырой влажной землей, но к этому примешивалось слабое дуновение откуда-то из-за холма, приносившее с собой слабый и желанный запах зелени, живых растений. Ри вдохнул поглубже и, уловив запах готовящейся на костре пищи, ощутил, как рот его наполняется слюной. Аромат еды мешался с запахом горелого дерева и был едва различим, но, закрыв глаза, он сумел почувствовать слабый запах вареных овощей, приправленных перцем и ратхом , аромат жарящегося на оструганной палке мяса и соков, капающих с него в огонь. Запахи доносились с той самой стороны, куда влекло его притяжение Кейт. Она явно ослабила свою экранную защиту. И готовилась к встрече гостей.

Ри радостно улыбнулся. Быть может, она ждала этого момента не менее, чем он сам. Он повернулся к Янфу:

– Неплохо. Можешь следовать за мной. Если сумеешь угнаться.

И он стремительно бросился вверх по склону, ныряя в провалы между голыми руинами мертвого города и сразу оставив изрядное расстояние между собой и Янфом. Будучи Карнеем, он превосходил обычного человека силой и ловкостью и нес в душе отпечаток звериной сущности. К тому времени, когда Ри спустился с первого гребня, и запах пищи сделался еще отчетливее, Янф безнадежно отстал от него.

Конечно же, Янф отправится по оставленным им следам. Но когда он нагонит его, Ри уже встретится с Кейт. И найдет укромное место, чтобы остаться с нею вдвоем.

Обратившись мыслями к Кейт, он бежал по разрушенному городу, а потом перепрыгнул через грязный, вздувшийся ручей. Промчавшись вдоль утеса и обогнув его угол, Ри увидел впереди идеально ровный круг уцелевшей растительности. В центре этого островка вздымались остатки строения, разрушенного менее, чем большинство остальных. А у входа в древнее здание стояла стройная женщина среднего роста, темные глаза ее сияли, а белые зубы сверкали в смущающей душу улыбке. Кейт. Такая, какой он видел ее в мечтах и с помощью своих чар, но ни разу собственными глазами.

Она была – как он и мечтал, воображал, надеялся – одна. Сердце Ри заколотилось в груди, как бьется попавшее в ловушку животное, и он перешел на шаг. Первый раз всегда бывает только однажды. И он хотел, чтобы миг этот запечатлелся в их памяти и они потом могли бы вспоминать его – все последующие, прожитые вместе годы – и вспоминать с радостью. И со страстью. Ри желал, чтобы ждущее их обоих мгновение оставило по себе незабываемые даже в деталях воспоминания.

Он остановился, немного не дойдя до уцелевшего островка растительности, и, стоя посреди грязного пепла, сказал: Встроме элада, Кейт , обратившись к ней с интимнейшим приветствием, принятым среди любовников, хотя оба они, по сути дела, даже не были знакомы.

Встроме элада , что означало: Наши души целуют друг друга . Кейт знала о его приближении. Она собрала все свои силы и сказала себе, что готова к встрече. Но когда Ри Сабир возник перед ней, и она впервые в жизни увидела его в человеческом облике, то едва не заплакала. Он был прекрасен… золотоволосый, высокий, стройный и мускулистый. Взгляд его бледных глаз перенес ее в прошлое – в переулок Халлеса, где они встретились в обличье Карнеев. Запах его застал Кейт врасплох, как было в тот первый раз, когда их пути скрестились. Запах этот казался ей наркотиком; действие его опровергало веления рассудка и воспитания, все, что знала она о правилах, принятых в Семье, о своем собственном месте в ней… испаряло ее решимость следовать тому, что считала она справедливым; запах этот проникал в сердце ее и самое нутро. Кейт ощущала животный голод, снедавший Ри; ощущала готовность его к Трансформации; она вдыхала запах его желания и чувствовала, как ответный пыл наполняет ее жилы.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю