Текст книги "В ад и обратно (СИ)"

Автор книги: Хельга Петерсон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

ЧАСТЬ II

«Плана нет,

И нет гонки, чтобы бежать.

Еще будет солнечный свет,

Нужно только дожди переждать» (с)

ГЛАВА 10

«Ночному небу» не хватало звезд катастрофически. Оно было слишком черное и слишком давящее на голову того, кто под ним спал. Диана уже час пялилась в потолок, размышляя на тему звезд, красок, художников и всего этого в связке. Вообще-то, как безработной иждивенке ей полагалось рыскать по сайтам с вакансиями, но ничего стоящего в Кливдоне не находилось, а перспектива напялить на себя форму официантки в «Лаймхауз» или где-то еще больше не казалась такой привлекательной.

Диана почти не выходила из комнаты над гаражом. Вернувшись вчера после фееричной сцены в танцевальном зале, она выползала только чтобы сделать кофе и совершить прочие важные жизненные дела. Очень некстати у матери случился выходной, но она, стоически пережив разложение морального облика дочери, не пыталась как-то ее упрекать. Ей это дико надоело за двадцать семь лет материнства. А может она просто понимала, что Диане нехорошо и без ее нотаций, и не пыталась добить. Бабушка Ханна же вообще в сторону внучки не смотрела.

И это они не знали, что Диана занималась сексом с Ричи Райаном в школе танцев Джорджианны, стоя у зеркальной стены. В память об этой дикой выходке на шее под волосами прятался синий засос. Этот кретин все-таки оставил на Диди синяк. Впору бы разбить его Мини Купер, но выполнять обещание Диана конечно же не станет.

Хотя очень хотелось. Ее уже сутки штормило из истерики в истерику от непонимания того, что вообще происходит в жизни. Одно она знала точно: история с Билли закончилась полностью. В запале, ярости и страсти подпустив к себе соседа, Диди разорвала призрачную ниточку, которая еще тянулась до Лондона. Сосед был хорош. Прекрасен и неповторим. Не зря его дом осаждают любительницы искусства. Оставалось абсолютной загадкой, как он сумел прослыть праведником и его интрижки не выплыли на поверхность. А интрижки должны были быть, такой мужчина не мог оставаться один целых два года.

Дверь тихо приоткрылась, в комнату заглянул сначала идеальный строгий пучок из каштановых волос, а за ним показалось лицо мамы. Диана, лежавшая в позе фараона в гробнице, приподнялась на локтях.

– К тебе гость, – тихо проговорила Элизабет, сделав при этом такие многозначительно-большие глаза, что стало ясно: гость поверг ее в шок.

Дверь открылась шире, впуская внутрь невысокую, тонкую, блондинистую фигурку. Диана подавила порыв ответить на взгляд матери точно таким же.

– Привет, – поздоровалась Келли Райан, делая несмелый шаг в мрачную комнату.

– Я вас оставляю, – пробормотала мама, скрываясь из виду.

Диана свесила ноги с кровати, села. От резкого движения и пустого желудка предметы поплыли перед глазами. Пришлось несколько раз сильно моргнуть.

– Папа знает, что ты здесь? – прямо спросила она, сумев сфокусироваться на девочке.

Та все еще мялась в дверях, но услышав вопрос, неуверенность на лице сменилась злобой.

– Значит, это правда?

У Дианы внутри что-то оборвалось и покатилось в пятки.

– Что? – тихо выдохнула она, голос внезапно стал отказывать.

– Что вы с ним поссорились, развернули на него пиво и поэтому вас уволили.

Диди не заметила, что даже перестала дышать. Только после этого ответа она снова вдохнула.

– А-а… – протянула она. – Это. Да, это одна из причин.

– Я не буду с ним разговаривать, пока вас не восстановят! – заявила девочка, скрестив руки на груди.

Только этого не хватало. Каким бы придурком ни казался Рич, портить его отношения с ребенком в планы не входило.

– Келли, – устало проговорила Диана. – Мы с твоим отцом не слишком понимаем друг друга, но я сама виновата во многом, – Диди привстала, взяла девочку за руку и подтянула к кровати. – Садись, – приказала она. – Папа тебя любит и беспокоится о тебе. Поверь мне, я знаю. У меня точно такой же.

Келли тяжело вздохнула, села рядом на постель и тут же, не стесняясь, упала навзничь.

– Он ничего не понимает. Его раздражает мое хобби, мои подруги, все! Может, если бы он нашел себе женщину, то отстал бы от меня. Но его окружают сплошные идиотки!

Диана посмотрела через плечо на Келли и тоже рухнула назад, в очередной раз уставившись в синий потолок. Она не стала комментировать это замечание. Себя она тоже причислила к идиоткам. К самым непроходимым из всей компании.

– Вот сейчас, например, мне пришлось снова уйти из дома, – продолжила девочка. – А почему? Потому что притащилась Марианна! Она ужасная. Постоянно приносит какие-то кексы, делает вид, что учится рисовать. А сама в это время строит глазки папе. И от нее все время пахнет какими-то жуткими духами, причем так сильно, что приходится проветривать комнаты. Даже от папиных красок не так несет!

– Звучит не очень, – поддакнула Диди.

– В прошлый раз она заявилась как раз в ту грозу. Папа незаметно сбежал из дома, а мне пришлось предлагать ей чай. Эта дура решила его дождаться.

Диана живо представила, как красивый ариец сбегает из дома под напором поклонницы. И прыснула. Она честно хотела сдержаться, но не смогла. Келли замолчала, посмотрела на свою бывшую учительницу, несколько раз моргнула, и разразилась звонким смехом. Они лежали на кровати, смотрели в синий потолок и скручивались от хохота. А ведь после того, как Ричи Райан убежал из дома, Диди станцевала для него на барной стойке и вылила на голову светлое нефильтрованное. Вот это у него вечер выдался!

– Какой ужас, – выдавила Диана, смахивая выступившие на глаза слезы. – Бедный твой папа!

– Бедная я! – возмутилась Келли, давясь словами. – Я подмешала Марианне соль в чай, но она честно выпила всю чашку и сказала спасибо!

Волна накрыла заново. Обеих. С Келли было приятно смеяться вместе. Она была достаточно дерзкой, чтобы не стесняться Диану и относиться к ней, как к подруге, но при этом не опускалась до уровня хамства. Когда смех постепенно стих, они вдвоем какое-то время лежали молча, уставившись вверх.

– Здесь не хватает звезд – вдруг заявила Келли.

Диди проследила за ее взглядом. Ну надо же. «Великие умы мыслят одинаково».

– Я тоже так думаю, – пожала плечами она. – Но желтой краски у меня нет.

– Но звезды не желтые. Это какое-то навязанное представление.

– А какие?

– Белые, конечно! Вы что, Диана, никогда не смотрели в ночное небо?

В Лондоне звезд не было. На самом деле Диана давно не смотрела в ночное небо.

– Белой краски у меня тоже нет, – хмыкнула Диди.

Девочка задумалась. А потом вскочила, покачнулась от резкой смены положения, и бросилась к двери.

– Скоро вернусь, – выпалила она, выбега из комнаты.

* * *

Рич не повел Марианну в мастерскую. Он ненавидел делать то, что собирался сделать, поэтому пригласил ученицу пройти на кухню и предложил ей чаю. Сегодня во внешнем виде Марианны преобладал желтый. Но запах не изменился, ее духи оставляли за собой тошнотворный шлейф. Желтое солнышко присело на стул, поставило на стол свою тарелку с яблочным пирогом, поправило подол юбки-колокола. И уставилась на Рича преданным взглядом. К горлу подступил ком. Рич метнулся к окну и распахнул его настежь, впуская в комнату соленый воздух и выпуская сладкий аромат.

– Вам жарко? – воодушевленно спросила Марианна, поерзав на стуле?

– Нет, – выпалил Рич. – Просто люблю, когда окно открыто.

Он развернулся к рабочей поверхности, энергично схватил чайник, подставил под струю воды, стал мысленно уговаривать поток литься быстрее. За спиной царило молчание, и Ричард почти ощущал, как преданный взгляд ощупывает его фигуру.

Такое внимание могло бы льстить, если бы не становилось навязчивым. Ну или если бы его оказывала какая-то другая девушка…

Набранной воды хватило бы как раз на две чашки. Рич закрыл крышку, поставил чайник на электрическую основу, включил. Дальше, не оборачиваясь к Марианне, принялся насыпать в чашки чайные листья. Он не спросил, что предпочитает пить гостья. Скорее всего чай еще не успеет остыть, когда она хлопнет дверью. Взгляд продолжал шарить по телу Рича, когда чайник закипел и отключился. Быстро разлив воду по кружкам, Ричард обернулся и успел заметить, как быстро опустились густо– накрашенные ресницы, и Марианна уставилась в свои колени.

– Марианна, – деловито позвал Рич, поставив горячую чашку перед носом гостьи. – У меня к вам серьезный разговор.

Ресницы взметнулись вверх, в глазах засветилось столько надежды, сколько бывает у покормленной бездомной собаки. Ричу стало не по себе, но он заставил себя сконцентрироваться.

– Я считаю, – продолжил он, – нам пора прервать ваше обучение.

Взгляд глаз напротив сделался непонимающим.

– Зачем? – спросила Марианна, слегка сдвинув брови.

– Ваше… э-эм… поведение выходит за рамки деловых отношений.

– Вы о том, что я угощаю вас своей выпечкой?

– Я о том, что вы самовольно вошли в мой дом, когда там была только моя дочь, и просидели допоздна.

Рот, обведенный красной помадой, слегка приоткрылся.

– Но я приходила поговорить!

– Но меня не оказалось на месте, – сурово возразил Рич. – Вы хотели поговорить с тринадцатилетней девочкой?

– Я что, кому-то помешала? Келли, между прочим, насыпала мне в чай ложку соли вместо сахара! Я ей ни слова не сказала.

Ричард на секунду забыл подготовленный текст. Про соль он не знал, дочь ему не рассказывала такие подробности. А если бы знал, купил бы ей к туфлям еще и новые кроссовки.

– Почему вы не попросили другой чай? – как можно более спокойно спросил Рич.

– Потому что хочу с нею подружиться!

– Зачем?

Этот вопрос заставил Марианну несколько раз моргнуть. Рич знал, что, задав его, поставил ученицу в неловкое положение. Но та сама напросилась.

– Как зачем? – возмущенно выдохнула она. – За тем, чтобы… – она запнулась. – Ну… – снова запнулась. – Ну вы понимаете…

– Марианна, – мягко проговорил Рич. – Ваши уроки пора прекратить. Они не нужны ни вам, ни мне.

В кухне повисла звенящая тишина. Рич и в самом деле практически слышал тонкий звон воздуха. Гостья смотрела большими глазами и не шевелилась. Но вот она стала медленно подниматься со стула, гордо выпрямилась во весь рост, вздернула нос.

– Все из-за этой дешевки, да? – выплюнула Марианна, подвигав челюстью.

Ричард сделал вид, что не понимает.

– О ком вы говорите?

– О Ханне Мастерс, конечно! – ученица уперла кулаки в бедра. – Я сюда хожу уже полгода, пеку пироги (замаялась искать рецепты>), и все шло хорошо! А стоило явиться этой… этой… девице(!)… станцевать в пабе, и у вас слетела крыша! Она что, правда перевернула на вас пивную кружку?

Вот так легко переходятся границы дозволенного. По щелчку пальцев. В этот миг Ричард порадовался, что Келли ушла гулять и не могла слышать разговор.

– Послушайте, Марианна, – холодно произнес он. – Мои отношения с мисс Мастерс – это не ваше дело. В нерабочее время я могу делать что захочу, общаться или не общаться с кем захочу. С вами меня связывал только бизнес. Больше не связывает. Уходите и не смейте в моем доме оскорблять моих соседей.

Ученица громко простучала каблуками по деревянному полу, но на пороге вдруг развернулась. Подошла к столу, схватила тарелку с пирогом и снова направилась к выходу. Ричу хотелось остаться стоять на месте, чтобы больше не видеть истеричную особу, но воспитание требовало проводить ее.

Марианна сама открыла дверь, вышла на крыльцо, не оглядываясь спустилась вниз. Она шла вперед к воротам, лихо закручивая бедрами знак бесконечности, будто хотела сказать этим «Смотри, кого ты потерял!». Но Ричу было все равно. Его и раньше эти бедра не интересовали, а сейчас ему было откровенно плевать. У самого тротуара Марианна все-таки снизошла, чтобы обернуться и попрощаться.

– Всего доброго, мистер Райан. Желаю удачи с клубной дешевкой. Надеюсь, она не научит Келли нюхать кокаин.

Будь Рич женщиной – вырвал бы ей волосы напоследок. Или швырнул бы в спину валяющиеся на траве старые ботинки. Но это не по-по-джентльменски, поэтому он, сцепив зубы, смотрел, как идиотка идет по тротуару вдоль его забора и медленно отдаляется от участка. Рича действительно охватила безотчетная ярость. Из-за того, что слова Марианны частично попали в цель, из-за того, что довел эти деловые отношения до такого состояния, из-за того, что эта дама позволила себе такие высказывания в адрес Дианы. Почему-Почему-то, когда сам Ричард мысленно проклинал девицу, это не казалось таким гадким, как слова бывшей ученицы. В любом случае вспыльчивая и резкая Диана Мастерс была в разы лучше улыбчивой и ядовитой Розовой Марианны. И бедрами она виляла лучше. Не так нарочито, но очень волнительно.

* * *

Диана спустилась вниз за очередной чашкой кофе. И, наверное, сэндвичем. Или чем-то еще. Если не поесть, то скоро можно начать падать с лестницы от головокружения. Диди как раз наливала в чашку молоко, а рядом стояла тарелка с кое-как нарезанным батоном и брошенными на него кусками колбасы, когда входная дверь хлопнула. Громко, весьма по-хозяйски. Выглянув в проем, Диана застала Келли уже на середине лестницы.

– О! Вы здесь! – обернулась девочка. – Я принесла!

Дышала она тяжело, будто убегала от стада диких слоном. Девочка вытянула к Диане руку с зажатыми в кулаке тремя тюбиками как от маленьких зубных паст.

– Что это? – вскинула бровь Диди, прикладываясь к чашке.

– Посмотрите, – деловито предложила Келли.

Диана потянулась вверх, перехватила у девчонки тюбики, покрутила в руках. «Белила цинковые», «Слоновая кость», «Платина». Краски акриловые художественные. Глоток кофе застрял где-то на полпути к желудку.

– Верни их, – строго заявила Диди, протягивая тюбики назад.

На хорошеньком личике отразилось непонимание.

– Почему?

– Я не хочу, чтобы у тебя были проблемы. Или у меня.

– Да бросьте. Он же художник. У нас дома целая комната завалена всякой такой ерундой. Папа даже не заметит пропажи. Он и меня не заметил, я тихо прокралась.

Он в это время на кухне ругался с Марианной.

Диана задумалась, снова приложилась к чашке. В другой руке девочка зажимала две тонкие кисти, совсем новые судя по их виду. Какова вероятность, что художник-псих не прилетит сюда с факелами и толпой инквизиторов, когда узнает, что дочь выносит из дома вещи ради Вертихвостки Дианы Мастерс? Вероятность небольшая. Однако выгонять Келли было бессмысленно и жаль. Ее лицо светилось таким энтузиазмом, который всегда обидно обрывать.

– Сэндвич хочешь? – спросила Диди, разворачиваясь и возвращаясь в кухню.

Топот ног за спиной сообщил, что девчонка скатилась с лестницы.

– Можно, – пожала она плечами, появившись рядом со столом и переведя взгляд на тарелку с обрубками батона. – Это что ли?

Диана хмыкнула.

– Ешь то, что дают. Я не слишком умею готовить. Почему папа ссорился с Марианной?

Она спросила это просто чтобы спросить. Любопытства в вопросе было не много. С такой интонацией обычно рассуждают о погоде.

– Он ее отшил, – пожала плечами Келли, рухнув на стул и схватив один из сэндвичей. – Он не любит их всех отшивать, но приходится. А она нажаловалась на меня, рассказала про соль. И сказала, что пытается со мной подружиться. А папа сказал, что это не нужно, потому что их связывает только бизнес. А она взбесилась, начала ему предъявлять, ну типа она такая молодец, а он запал на вас.

Девочка интенсивно пережевывала батон и не задумываясь выстреливала информацией. Диана отвернулась к чайнику, снова включила его, насыпала в чашку заварку. На словах «он запал на вас», ей захотелось громко хохотнуть, но Диди сдержалась.

– И что папа ответил? – безразлично спросила она, наливая кипяток в чашку.

– Сказал ей, чтобы валила из нашего дома и не смела оскорблять соседей.

Занятно…

– Кстати, папа классно готовит, – без всяких предисловий сообщила Келли, дожевав сэндвич.

Диана взяла чашку и с грохотов поставила ее перед девочкой.

– Ну прямо золото, а не папа, – пробормотала она больше самой себе, но девчонка услышала.

– Что, вы тоже на него запали? – издала она смешок.

– Я? Нет, – поспешно ответила Диди. – Я сейчас типа переживаю тяжелый разрыв с парнем. Твой папа мне не нужен. Забирай чай, тарелку, и идем наверх.

Не дожидаясь, когда ей подчинятся, она схватила свой кофе, тюбики с краской, и вышла из кухни. За спиной раздался послушный топот ног.

В интернете нашлось миллион картинок с созвездиями. А у Келли нашлось миллион единиц энергии. Разрисовывать потолок начинали вместе, но вскоре Диана сидела на полу в позе йога и переключала песни в ноутбуке, а Келли прыгала по кровати с задранными вверх руками и рисовала большую и малую медведицу. Она периодически перекладывала кисть из одной руки в другую, но орудовала одинаково хорошо обеими. Хороший навык, тяжело развиваемый, если не дается с рождения. «Звездное небо» становилось настоящим звездным небом. Диди высказала это вслух, на что получила в ответ снисходительную улыбку и фразу «Думаете, папа учит рисовать всех кроме меня?». Диана не стала отвечать, а молча уткнулась в ноутбук. Призрак «папы» постоянно врывался в ее дом, хотя сам Ричи Райан не бывал здесь ни разу.

Эксплуатация детского труда заняла около двух часов. Они пролетели удивительно быстро, весело и приятно. Болтовня ни о чем немного отвлекала от мрачных мыслей и давала понять, как остро не хватает привычного общества. Диана скучала по Алексис. По их посиделкам в компании дешевого вина, разлитого по обычным кухонным чашкам. По тем временам, когда они вдвоем перебивались водой и хлебом, но были абсолютными оптимистками. Но это была скорее светлая тоска. Рядом с Келли не получалось тосковать с грустью.

Когда звезды были готовы, девочка устало упала на кровать и раскинула руки.

– Ва-ау, – тихо протянула она. – Я гений.

– Ты – амбидекстр. Это в какой-то степени гениально.

– Ай, – отмахнулась Келли. – Ерунда.

Обе замолчали на какое-то время, глядя в потолок.

– Можно, я иногда буду приходить? – вдруг спросила девочка, повернувшись к Диане.

Диди ждала этого вопроса. Ведь не могло все закончиться легко и просто. Она ничего не имела против Келли, ей нравилась девчонка, но в комплекте с нею шел один довесок. Большой, сильный, светловолосый и агрессивный довесок. Диана приказала ему держаться подальше, а сейчас сама же нарушала этот приказ, «приручая» его дочь. Но что она могла сделать? Как сказать тринадцатилетней девочке, что ее папаша не переносит Диди? И что они на волне ненависти случайно занялись сексом, а потом разбежались? Никак. Оставалось только тяжело вздохнуть и ответить:

– Можно. Только обязательно с отцовским разрешением.

17.15. Д.: «Я вчера переспала с одним папашей. Случайно.»

17.16 Лекс: «Я сейчас уронила шоколадку в кофе»

17.16. Д: «На самом деле технически мы не спали. И даже не лежали. Потом я сказала, чтобы он отвалил, а сейчас его дочка хочет со мной дружить»

17.17. Лекс: «Ты напилась?»

17.17. Д.: «Нет, но лучше бы напилась»

ГЛАВА 11

В Кливдоне работы не нашлось. А если быть точнее, она нашлась, но не такая, как хотелось бы. Поразмышляв какое-то время, Диана сменила параметры поиска и перебросилась на Бристоль. Полчаса езды – это ничто (конечно, если есть машина).

На автобусе дольше, но за неимением вариантов сойдет и так. В итоге в закладки отправились несколько вакансий. В паре клубов требовались танцовщицы. Диана уже не без отвращения представляла сорт тех заведений, но выяснить подробнее стоило.

И еще в паре школ фитнеса и танцев требовались тренера. Для взрослых. На хип-хоп и стрип-пластику. Это было уже веселее. Диди понравилось преподавать, а в Бристоле никому не будет дела до личной жизни тренера.

В дверь постучали. Потом еще раз. И еще. Диана пыталась игнорировать стук, сидя на кровати и продолжая пролистывать страницы сайта. Ей никто не был нужен. Бабушке Ханне тоже, из ее комнаты привычно орал голос диктора новостей.

Родители распределились по работам и не стали бы выносить дверь. А все остальные могли проваливать к чертям. Но стук не умолкал.

– Хани, сколько это будет продолжаться? – раздался ор бабушки из комнаты напротив.

Ах, она все-таки тоже это слышала.

– Не знаю, – крикнула Диана. – Выйди и спроси.

– Хамка! Иди и прекрати это!

Диди закатила глаза, отложила в сторону ноутбук, слезла с кровати. С бабушкой проще согласиться, чем начинать спорить. Спустившись вниз, Диана оправила футболку, от которой не отстиралась чернильная краска (старую тряпку пора бы выбросить, но душа не дает), и дернула за дверную ручку. Лучше бы не дергала. Лучше бы заткнула уши наушниками и громко фальшиво орала «Нет плана».

Одолжила бы бабушке Ханне другую пару наушников, чтобы она не слышала стук, и все было бы отлично. Отмотать бы жизнь на минуту назад…

На крыльце стоял мужчина. Осмотр Диана начала с ног, потому что боялась так сразу поднять глаза. Белоснежные кроссовки, черные джинсы и такая же черная футболка. На хорошо развитых плечи наброшен белый джемпер, а рукава связаны на груди. И наконец лицо. Узкое, с выраженными скулами, чувственными губами, прямым острым носом и светло-карими глазами. На щеках вертикальные морщинки от частых улыбок. Раньше Диди любила водить по этим морщинкам пальцем. Обычно вечером или ночью, лежа в его руках.

– Привет, милая, – ласково проговорил Уильям, опершись локтем о дверной откос.

Диана смотрела в золотистые глаза, ноги будто приклеились к полу. Она сделала несколько рваных вдохов и забыла выдохнуть.

– Далеко же ты забралась, – тем временем продолжал бывший бойфренд с таким добрым взглядом, будто разговаривал с котенком.

Диана моргнула. Оцепенение прошло так же внезапно, как и наступило. Она ведь ждала этого визита, разве нет? Лекс предупреждала, нужно было лучше подготовиться, заковать себя в стальную броню и не дать придурку времени даже на его фамильярные реплики. Эта доброта и абсолютная непробиваемость никак не вязалась с той сценой, которую Диди застала возле лондонского дома. Поэтому вслед за оцепенением пришел пожар, сжигающий в душе все доброе и миролюбивое.

– Далеко, значит… – спокойно проговорила Диана, сделав шаг за порог и положив руки на плечи с белым джемпером. – Видимо, недостаточно, раз ты здесь.

Колено резко поднялось вверх и на полной скорости врезалось в пах. Поднимать колени Диди умела профессионально. Реакция Уильяма не могла соперничать с ее навыками. Он не успел отпрыгнуть или заслониться руками. Билл тонко пискнул и согнулся пополам, сделав шаг назад и чуть не скатившись с крыльца. Диана не стала смотреть, что будет дальше. Она шагнула в дом и, громко хлопнув дверью, привалилась к ней спиной. Она еще ни разу никого не била в пах. Грозилась, предлагала, шутила, но реального случая не представлялось, поэтому сейчас ее разобрала мелкая дрожь от смеси эйфории и понимания, что только сделала.

Но долго придаваться ощущениям Диана не стала. Через пару секунд она оторвалась от двери, пулей метнулась в гостиную и упала на колени перед диваном. Это еще не конец, она устроит бывшему незабываемую встречу.

Прижавшись к доскам пола, Диди заглянула под диван, смело запустила туда руку, ощутила пальцами прохладу металла. Пора отправить Уильяма назад, к брюнетке в золотистой машинке.

Рич вез Келли домой после танцев, когда увидел незнакомый серый Воксхолл, какие обычно бывают в прокатных компаниях, припаркованный возле участка Мастерсов. Живя долгое время на одном месте, запоминаешь все автомобили соседей, так что этот прокатный вариант привлек к себе внимание.

– Кто это приехал к Диане? – встрепенулась Келли.

– Понятия не имею, – задумчиво протянул Рич.

Но в следующий момент их взглядам открылась картина, заставившая затормозить посреди пустой улицы. Келли прилипла носом к стеклу и выдохнула что– то нечленораздельное. Рич подавился ругательством. На крыльце дома Мастерсов стояла богиня охоты Диана. Босая, в излюбленной майке, обтягивающих лосинах, с растрепанными каштановыми волосами. И с двустволкой, направленной прямо на какого-то парня, стоящего на газоне чуть согнувшись. Келли с бесцеремонностью, присущей подросткам, до предела опустила стекло Мини Купера и высунула голову в окно. Ричард не долго рефлексировал на тему поведения дочери. Сам он выскочил из машины почти одновременно с высунувшейся головой девочки.

– Мисс Мастерс, вам помочь? – спросил он, обойдя автомобиль и замерев возле капота.

Диана, чей взгляд был прикован к незнакомому парню, на секунду отвлеклась, стрельнула в Рича глазами и снова обратила все внимание на мишень.

– Спасибо, мистер Райан. – бросила она. – Я неплохо справляюсь.

– Милая, ну хватит, – вступило в диалог третье действующее лицо, все еще как– то странно пригибаясь и упираясь ладонями в бедра. – Ты меня уже наказала, поехали домой.

Милая? Как интересно. Так у мисс Мастерс есть бойфренд? Эта информация как-то не слишком понравилась Ричу. Ему уже можно было уезжать, но вместо этого он оперся о капот и скрестил руки на груди. Ситуация становилась занимательной.

– Пошел вон с моего газона, – прошипела Диана, напрочь забыв о свидетелях.

Эта фраза, похоже, плотно засела в ее лексиконе, и удостаиваются ее многие.

Ричу еще повезло, что в его варианте отсутствовало ружье.

– Диди, ты необъективна. Давай поговорим спокойно, как взрослые люди, – парень уже стал разгибаться и принимать вальяжную позу.

– Ты уже поступил как взрослый, когда засунул свой язык в горло черноволосой проститутке.

– Я ошибся! Все ошибаются! – гость всунул руку в карман джинсов и извлек оттуда что-то маленькое. – Смотри, я даже купил кольцо!

– Можешь засунуть его себе в задницу, Уильям.

– Милая, я оступился. Меня повело не в ту сторону… С кем ни бывает? Ди, опомнись, ты же не станешь в меня стрелять!

А вот это он зря. В ответ мисс Мастерс направила дуло вверх и раздался оглушающий хлопок. Парень дернулся от испуга, Диана снова опустила руку с ружьем и на этот раз дуло смотрело ниже края джинсов парня.

– Проверишь? – прищурилась девушка.

Вальяжность из Уильяма испарилась. Он выставил вперед руки в защитном жесте и стал быстро пятиться назад, как-то странно при этом переваливаясь с ноги на ногу.

– Не жди, что я уеду без тебя, – вопреки своему щекотливому положению заявил парень. – Мы не договорили, – за пару секунд он оказался возле машины и открыл дверцу. – Я подожду, пока ты остынешь.

Воксхолл завелся, взвизгнул покрышками и укатил прочь. Рич и Келли проводили его любопытными взглядами, после чего снова посмотрели на богиню охоты. Она тоже смотрела на опустевшую впереди дорогу. Потом перевела взгляд на ружье, устало вздохнула и отшвырнула его на траву. Кажется, Диана забыла, что не одна. Она села на ступеньку крыльца, вытянула вперед босые ноги, провела по волосам руками и уронила их на колени. Ричу нужно было как-то незаметно ретироваться с места происшествия, оставить девушку одну, но машины не умею ездить бесшумно.

– Я только сейчас понял, как мне повезло уйти с вашего двора в полной комплектации, – проговорил Рич, отстраняясь от капота.

Девушка голову не подняла. Она безучастно смотрела на свои раскрытые ладони.

– Там холостые, – спокойно сообщила она. – Келли, хочешь крутой жизненный совет?

А Рич уже и забыл о присутствии внимательного любопытного ребенка.

– Хочу, – хмыкнула дочь, лежа подбородком на сложенных на оконной раме руках.

Диана невесело улыбнулась одними уголками губ, оторвала взгляд от ладоней и посмотрела на девочку.

– Никогда не связывайся с придурками.

Келли издала смешок.

– Так это и был ваш «тяжелый разрыв»? Симпатичный.

– Много болтаешь, – Диана бросила на девочку взгляд из-под бровей. – Скройся.

Та теперь уже открыто хохотнула, оторвалась от окна и нажала на кнопку поднятия стекла. Вот, значит, как. Каким-то образом ребенок Рича узнал о личной жизни Дианы Мастерс такое, что не знал, пожалуй, никто. А совет оказался дельный. Ричу было не сложно догадаться, кого еще только что причислили к придуркам. Но он не обиделся. В последние несколько дней он очень много думал, и стал осознавать, что большую часть знакомства с соседкой вел себя как осел.

Рич сделал шаг вперед и замер у черты, где заканчивался тротуар и начинался соседский газон.

– Сейчас здесь будет полиция. Мне остаться? – спросил он, вскидывая бровь.

– Как это мило, – саркастично ухмыльнулась Диана. – Не стоит пятнать свою кристальную репутацию, мистер Райан. Везите Келли домой, а я скажу, что чистила ружье и оно выстрелило.

– Как хочешь, – пожал плечами Рич.

Он развернулся, снова обошел машину, хлопнул дверцей. Диана Мастерс ведь просила не приближаться к ней. Это совсем не сложно. Проще простого.

* * *

– Я собираюсь уехать.

Элизабет и Макс, попивающие чай, сидя за кухонным столом, отставили чашки и переглянулись.

– Ты не даешь соскучиться, Хани, – заявила мама. – Никогда не знаешь, что в следующий момент взбредет в твою голову.

Диана думала об этом весь день. Не о том, что ей в голову взбредают странные идеи (вовсе они не странные), а об отъезде. Уильям приехал, купил кольцо, и собирался окопаться вокруг участка Мастерсов. Ну или по крайней мере не давать Диди спокойно находиться в городе и дышать морским воздухом. Ее бы не слишком это беспокоило, если бы не одно «но»: увидев сегодня некогда родные золотистые глаза, у Дианы что-то стало с ногами. С коленной их частью. Они немного превратились в желе и только сила воли вернула все назад. Но сила воли – дама переменчивая. Несколько недель назад Диана точно сдалась бы сразу и упала в хорошо знакомые руки, однако с тех пор многое изменилось, многое случилось. Большая часть сознания желала Билли сдохнуть в придорожной канаве, сегодня Диди очень гордилась своим поступком… Но кто знает, что произойдет в следующую встречу.

Оставался только один способ не сорваться: упаковать все в синие чемоданы и сбежать.

– Куда ты снова собралась? – устало спросил папа.

Диана вошла в кухню, села на свободный стул, провела пальцем по древесному рисунку стола.

– Уильям приехал, – пробормотала она в стол. – Не хочу его видеть.

– Никто не заставляет тебя с ним видеться, – резонно заметила мама.

– Он был здесь. И не отстанет. Так что мне лучше уехать.

Элизабет отодвинула от себя чашку, сложила руки на коленях, опустила на них взгляд. Что-то было не так в ее поведении. Решительная мама вдруг стала страшно неуверенной в себе.

– Это… не вовремя, – проговорила она. – Мы как раз собирались с тобой поговорить.

Более неудачное начала разговора придумать сложно. И более избитое.

– Мы хотели сказать тебе кое-что очень важное, – продолжала Элизабет. – Хани… У тебя выдалось нелегкое время, и мы не хотели рассказывать, ждали, когда у тебя что-то наладится. Но время идет и дальше тянуть некуда.

– Ты сейчас именно тянешь, мама. – настороженно заявила Диди.

Элизабет глубоко вдохнула, собираясь что-то сказать, но ее перебил Макс.