Текст книги "Газлайтер. Том 40 (СИ)"

Автор книги: Григорий Володин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 16 страниц)

Газлайтер. Том 40

Глава 1

Поле битвы, Эльдорадо.

Отстав от графа Данилы, Ледзор схватывается с одним из костяных люменов. У одержимой твари в руках светится солнечный клинок. Ледзор поднимает топор – спокойно, без спешки, как человек, который уже видел всех возможных врагов и все возможные глупости. Удар. Демон отражает взмах топора световым клинком и верещит:

– Человечишка! Я впитал светового воина – одного из сильнейших гелионтов, – заявляет он громко. – Теперь я сильнее даже твоего Филинова. Для тебя всё уже решено. Тебе конец.

Ледзор хмыкает.

– Ты сейчас серьёзно? – уточняет он с таким тоном, будто Демон сказал, что снег – горячий.

– Абсолютно, – гордо отвечает люмен. – С силой Солнечного Грандмастера тебе не сравниться!

– Хо-хо, – выдаёт Ледзор. – Раз у тебя внутри Грандмастер, я засуну к нему для компании свой топор.

Демон, не оценив юмора, тут же обрушивает на Ледзора технику – огромную конструкцию, похожую на гигантский световой пресс. Ледзор выставляет руки вверх и удерживает конструкцию, сам покрывшись ледяным доспехом. Лёд трещит, свет шипит, давление растёт.

– Ну всё, – самодовольно говорит Демон. – Сейчас ты треснешь, как сосулька.

– Сосулька, говоришь… – Ледзор хмыкает. – Мне это слово нравится. Уютное.

Он чуть приподнимает голову, и в прорези шлема открывается рот. Ледзор плюёт. Ледяной шар летит коротко и резко, как выстрел. Попадает Демону в грудь – и того опрокидывает назад. Световой пресс сразу теряет подпитку. Ледзор скидывает его с себя, распрямляется и усмехается так, будто только что избавился от тяжёлой шапки.

– Хо-хо, – гудит морхал, обрушивая на Демона ледяные копья. – Знаешь, я когда-то мочил финнов. Так те меня прозвали Йоулупукки.

Демон дёргается, пытается встать.

– Кто?.. – выдавливает он.

– Йоулупукки, – повторяет Ледзор терпеливо. – Это который приходит зимой. Только я не подарки раздаю. Я, наоборот, забираю.

– У меня внутри световой Грандмастер! – в панике выпаливает Демон, поднимаясь. – Тебе не совладать со мной! Это делает меня сильным!

– Сильным – да, – соглашается Ледзор. – А вот крепким – не делает.

Морхал хватает противника и сжимает с громким хохотом, будто обнимает старого знакомого. Кости хрустят. Разлетаются в труху. Свет внутри люмена дёргается. Оболочка превратилась в мусор, а мусор героически не воюет. Шар гаснет.

Ледзор отпускает остатки и отряхивает ладони.

– Хрусть да треск! – довольно объявляет он и оглядывается. – Ой, а куда граф подевался?

* * *

Поле битвы, Эльдорадо.

Лена в броне из Живого металла вместе с Настей и Псом чуть отстают от Дани, и тут же схватываются с костяным люменом. Тот не молчит – ему явно хочется говорить, причём говорить много:

– О-о-о, девушка? – тянет костяная тварь, вращая светящийся клинок и оглядывая стальные вытяжки брони на груди Лены, словно две стальные груши. – Раньше я была не только элитным гелионтом, но и тоже девушкой. Красивой. А теперь я… совершенство!

– Поздравляю, – сухо отвечает Лена. – Ты, видимо, была болтливой девушкой.

– Ты не понимаешь! – взвизгивает люмен. – Я помню, как свет пел у меня в крови! Я помню, как мужчины падали! Я помню…

– Я помню, как ты сейчас упадёшь, – перебивает Лена и не даёт ему договорить, швыряя фламберг.

Отбив одной рукой клинок, люмен заводится не на шутку. Он создаёт световые копья и обрушивает их в девушек одну за другой. Сначала это похоже на рассыпанные ножи, потом на очередь, потом на полноценный пулемёт из света. Настя прячется за непробиваемого Пса, Лена формирует металлические щиты, выставляет их слоями и отбивает, принимая удары без суеты.

– Настя, держи дистанцию, – бросает Лена, даже не оборачиваясь.

– Я держу, – спокойно отвечает Настя и тут же даёт звуковую волну вбок, чтобы люмен не зашёл по дуге.

Пёс рычит, уходит вправо, нащупывает момент, но не бросается преждевременно – ждёт, как нормальный хищник, а не как герой из дешёвой легенды. Световые копья разлетаются, не пробивая защиту. Лена даже не делает шаг назад. Она просто перестраивает щиты так, чтобы свет бил в металл и рассыпался в воздухе искрами.

– Сталь против света Солнечного Дара, – насмешливо тянет люмен. – Думаешь, тебя спасут железки?

– Думаю, тебя это бесит, – отвечает Лена. – А значит, я всё делаю правильно.

Рядом действует Настя с Псом, прикрывая фланг и не давая люмену зайти сбоку или навязать дистанцию. Люмен пытается обойти, но каждый его шаг упирается либо в щит Лены, либо в звук Насти, либо в кинетический туман Пса.

– А вот и я! – вдруг появляется Шельма, шагая почти голая, будто одежда для неё – лишняя формальность. Демонская красота у неё наглая, хищная, опасная: гладкая кожа с едва заметным тёмным переливом, точёные скулы, губы – слишком соблазнительные, чтобы им верить. Волосы густые, чёрные, струятся по спине, как живая ночь. А глаза умные и холодные, со зрачками, которые на миг выдаёт её природу – и тут же снова становится «почти человеческим». Взглядом она не смотрит – она примеряет и раздевает намерения.

– Дорогой послал меня спасти вас, крошки!

Она фыркает и переводит взгляд на люмена так, будто выбирает, куда поставить каблук.

– Фу, какая страшная тварюшка.

– Прячься! – мгновенно отрезает Лена.

– Я не из тех, кто прячется, – улыбается Шельма. – Я из тех, кто берёт.

Люмен на секунду зависает.

– Ты… кто… такая? – выдавливает он. – Демонесса? Ты должна быть за нас!

– Я должна только одно, – сладко отвечает Шельма. – Закрыть тебе рот.

Почти одновременно она выпустив когти накидывается на бывшего гелионта. Режет его световые щиты, как бумагу, забирается на костяные плечи, пытаясь добить сверху – быстро, красиво, с той самой демонской грацией, когда убийство выглядит как танец.

– Пошла прочь! – визжит люмен. Tому хватает ума не стоять столбом. Он резко отталкивает её светом, вынуждая отскочить, и в Шельму летят световые копья плотным веером. Не одна-две, а сразу полоса – так, чтобы перекрыть ей воздух и лишить инициативы.

Лена тут же подбегает рядом и заслоняет Шельму своим раздувшимся стальным корпусом, принимая удары на себя. Световые копья бьют по броне, сыпятся искрами, но Лена заставляет себя не дергаться.

– Эй, это я должна тебя выручать, крошка! – возмущается Шельма. – Дорогой меня для этого материализовал!

– Закройся, Демонесса, – коротко говорит Лена. – Данила нас натренировал. Мы – Вещие-Филиновы и знаем что делаем.

Шельма, покорно спрятавшись за ее стальным корпусом, прищуривается.

– Как мило, – тянет Демонесса. – Значит, ты его любимая дрессированная.

– Я не дрессированная, – отрезает Лена. – Я обученная.

– Ой, да какая разница, – улыбается Шельма. – Главное, что полезная.

Лена не отвечает – ей не до слов. Она разворачивает ладони и кидает на костяного люмена стальные диски. Не «пару», а сразу пачку, с таким расчётом, чтобы отрезать ему манёвр и выбить ритм. Диски идут по дуге, режут воздух, лязгают о свет и кость, заставляя люмена отступить и сбиться.

В этот момент Пёс наконец ловит окно. Мохнатый танк сшибает костяного сбоку, валит на землю и вгрызается насмерть, будто это не Демон, а огромная кость, которую надо распробовать. Шар внутри люмена гаснет – резко, окончательно.

Настя в облике волчицы выдыхает:

– Всё.

Лена отступает на шаг и проверяет, насколько повреждена броня. Потом смотрит на Шельму хмуро. Демонесса фыркает, поправляет волосы и признаёт, не слишком щедро, но достаточно честно:

– Неплохо. Даже почти красиво.

Потом добавляет с улыбкой, глядя на Лену:

– Но на случай, если дорогой ещё раз отправит меня «помочь» вам, запомни, крошка: я люблю, когда меня встречают с аплодисментами, а не со щитами.

* * *

Я подглядел, как Лена с Настей справились почти без помощи Шельмы. Пришлось даже провернуть частичную материализацию на последней, хотя Демонесса и не пригодилась. Конечно, Пес сильно облегчил задачу, но девчонки всё равно молодцы. Как и Камила со Светой и Машей, которые тоже уделали одного люмена–Грандмастера. Но в Ледзоре я и не сомневался. Ещё где-то Грандбомж потерялся, и, кажется, его опять разобрали на части тела. Эх, Грандик, что же ты даже не повоевал-то! Впрочем, твоя жена постаралась за вас обоих, так скоро создав вместе с Зенитом Стальных люменов.

Ну а что я? Я всё ещё вожусь с Метомором. Уже и Солнечным кулаком покатал его по земле, а костяная дылда встаёт и рычит:

– Филинов! Как ты достал, гребаный человечишка!

– Мда, смотрю, король Данила, вы очень известны в Астрале, – замечает Асклепий, улыбаясь. Он скрестил руки за спиной и качается с носков на пятки, будто попал на интерактивное перформанс-шоу.

Метомор же пытается подчинить себе Живые доспехи, находящиеся рядом. Так он и подчинил люмены в Хранилище «семнадцать». А теперь позарился на мою стальную Солнечную гвардию! Но я активирую чакру Кузнеца и под кваканье Жоры её использую, чтобы удержать Живые доспехи под контролем. Удается! Метомор разочарованно рычит.

– Фиррринов! – демонюга вдруг прыгает к Асклепию, отчего тот удивлённо приподнимает брови, словно на него только что выскочила особенно наглая кошка. Но Лорд-Демон не в курсе, что рыжий сильнее его раза в полтора. И потому смело хватает Асклепия за глотку костяной лапой.

– Я сделаю одержимым тебя, человечишка! – рычит Метомор и начинает заращивать Асклепия костяной скорлупой, накладывая один слой за другим, торопливо, жадно, как будто лепит из него трофейную статую.

Асклепий, покрываясь костными наростами, отвечает коротко и спокойно:

– Не в этой жизни, косточка.

И сразу после этого происходит обратное. Кора начинает стягивать уже самого Метомора. Процесс идёт несимметрично, криво, но неумолимо. Метомор вздрагивает с ором и отпускает Асклепия, отступая на шаг. С Высшего Целителя тут же ссыпается наростами всё лишнее, будто он просто сбросил с плеч пыль.

– Неплохая попытка, – замечает Асклепий ровно, будто оценивает рецепт. – Но ты слишком торопишься.

– Я… – Метомор рычит, потрясая костяными лапами. – Я… я тебя…

– Да-да, – спокойно кивает рыжий. – «Сделаешь одержимым». Запишу. Потом посмеёмся.

Асклепий дал мне время поэкспериментировать. И я этим временем пользуюсь.

– Ярыс, – обращаюсь к ментальному легионеру-гелионту. – Ну-ка, сконструируй кое-что по схеме.

– Сложная вещь, шеф, – напрягает извилины солнечный Грандмастер. – Это же не арбалет? Тут узлы какие-то…

– Я помогу, – отвечаю я. – Ты главное не философствуй, а собирай.

Мы вместе выкладываем конструкцию по слоям: сначала каркас – плотный, жёлтый, как спрессованное солнце. Потом ствол – длинный, ребристый, с прорезями-охладителями, потому что у света тоже бывает перегрев, если его уплотнить.

– Это точно не подлое оружие, шеф? – ворчит Ярыс. – Мы, вообще-то, народ благородный. У нас обычно лучи, копья, кулаки, иногда зубы…

– Расслабься и получай удовольствие.

Солнечный пулемёт Миниган готов. Усилием воли я спускаю курок. Ствол извергает световые «пули» очередью. Желтые сгустки летят так плотно, что воздух вокруг начинает дрожать, а Метомора буквально прошивает импульсами: каждый выстрел отшвыривает дылду назад, трескает костяной панцирь, не даёт даже нормально зарычать. Никакой пулемет не сравнится по мощи с нашим агрегатом.

– Что за…! – Метомор пытается поднять руки, нарастить костяной щит, но световые очереди разбивают поделку в хлам. – Прекрати!

– Я бы прекратил, – сообщаю я. – Но мне нравится звук. Слышишь, как приятно стрекочет?

– Почти как скрипка, – явно сострил Асклепий.

– Это современная музыка, – отвечаю.

Метомора прижимает к земле, он пытается подняться, но его снова и снова отбрасывает, как мячик.

– Филинов! – визжит он. – Ты…ты…

– Я знаю, – киваю. – Я очарователен.

В какой-то момент мне становится скучно просто гонять его очередями, и я добавляю вторую часть эксперимента. Тут же формирую световой ботинок – тяжелый армейский берц, только размером с самосвал.

– Ой, нет… – успевает выдохнуть Метомор.

– Ой, да, – отвечаю я.

Ботинок придавливает Метомора, как клопа. Потом – лёгкий толчок, и костяная дылда подкидывается в небо, нелепо скрючившись, с разлетающимися костяными наростами.

– Кхм, – с явным интересом произносит Асклепий, наблюдая. – У вас, король Данила, весьма творческий подход.

– Стараюсь, лорд, – отвечаю я и не отвлекаюсь. Пока Метомор в воздухе, накрываю его псионической паутиной. Пеленает полноценным коконом, который развоплощает сознание. Обездушенное костяное тело рассыпается, и вниз уже летит не демон, а мусор.

Асклепий произносит вслух, с явным удивлением:

– А вообще удивительно, что вы уже заполучили Солнечный Дар. И даже не скрываете.

Я пожимаю плечами. Смысл скрывать боевые Дары? Я же их буду постоянно использовать. Вот портальщика – да, нужно. Как и Целителя. Эти могут спасти жизнь в трудную минуту.

– Проссто люблю делать людям приятно. Вот мне интересно кто-нибудь использовал Солнечный Дар чтобы сделать транспорт?

– Что ж, я бы прокатился ради любопытства, – хмыкает Асклепий. – Следующим вы соберёте солнечную повозку или сразу самолёт?

– Смотря как вы будете себя вести рядом с моими женами, лорд, – усмехаюсь я. – Если хорошо – самолет. Если плохо – самолёт. Но без шасси.

Асклепий смотрит на меня:

– Предупреждение принято.

Судя по тому, как Высший Целитель даже не посмотрел в сторону Камилы, когда она подошла вместе с остальными жёнами и Змейкой, то, возможно, даже не соврал.

Камила подходит и говорит по мыслеречи:

– Даня, я могу поделиться энергией. Я сегодня мало дралась и даже не исцеляла.

– Принято, – решаю не обижать брюнетку отказом, но принимаю энергии совсем немного. Пластырями сейчас, правда, не обклеиться при гелионтах и Асклепии.

Между тем битва вокруг затихла, тут и Принцесса Шипов шагает навстречу, вся колюче-стальная и с гордо поднятым шлемом, а за ней следует вереница светящихся желтым сотни Живых доспехов.

– Владыка, три сотни одержимых люменов повержены.

– Хорошая работа, леди-протектор, – киваю, вглядываясь в непроницаемое забрало леди. Интересно, насколько красива возлюбленная Грандбомжа? Надеюсь, хотя бы Грандик знает ответ на этот вопрос.

Я смотрю на Асклепия:

– Что вы собираетесь делать дальше, лорд?

– Я попробую договориться с Хранителем Зенита, чтобы остаться ещё немного и провести расследование. Проверю келью Криста и его вещи. Авось найду связь мертвого гелионта с кем-то в Организации.

– Удачи, лорд, – желаю я без иронии. И, подумав, добавляю, пока мы одни:

– А ведь новый глава Столпа Тьмы по-прежнему не назначен?

– После измены и смерти Лорда Тени – нет, – кивает Асклепий.

– Было бы неплохо продвинуть на пост главы леди Масасу. В Правящем совете у вас бы стало больше союзников, кто сможет выступить против Хоттабыча, не дрожа за должность.

Асклепий кивает задумчиво:

– Хорошая идея. Я думал об этом. Теперь подумаю ещё раз.

Отойдя от лорда Целителя, я поворачиваюсь к Лене и Насте:

– Молодцы.

Шельма уже развоплотилась и вернулась в браслет. Настя смотрит на меня прямо и спрашивает:

– Даня, ты прислал Шельму, потому что боялся за нас?

Я качаю головой с улыбкой:

– Да нет. Я прислал Шельму, потому что она устроила в браслете целую арену, и её надо было как-то поощрить, раз я узнал об этом. Вот и надо было кому-то в поддержку послать её.

Девушки переглядываются и улыбаются.

– Понято.

Вскоре к нам прибегают медики гелионтов вместе с Гвиневрой. Только лечить, по сути, некого. Разве что Грандбожма – но тот и без докторов соберётся из кровавых ошмётков, как обычно, с видом «я просто прилёг». Гвиневра оглядывает поле, заваленное костяными ошмётками, морщит носик и выносит вердикт вслух:

– Сколько мусора.

– Мы просто немного победили, леди, – спокойно отвечаю я.

Блондинка смотрит мне прямо в глаза:

– А знаете, я и не сомневалась в вас, Ваше Величество, – произносит она ровно, почти тепло.

И тут же, не меняя выражения лица, спешит отойти подальше, потому что сбоку показалась Светка с паром из ноздрей. Похоже, бывшая Соколова и правда превращается в дракона.

Пока же мы с жёнами уединяемся в выделенных нам покоях, чтобы привести себя в порядок. Змейка тут же приносит кофе, деловито ставит поднос и шипит:

– Пей, мазака. Нерррвы берегги.

Потом уходит заниматься своими горгонышами. И я, кстати, удивлён: эти сорванцы сегодня не полезли в бойню. Обычно они лезут туда, где громче и опаснее, чисто из принципа. Видимо, Мать выводка всё же держит их в узде. Иногда она даже умеет быть взрослой. Иногда.

После душа я успеваю только выдохнуть, как Камила в одном полотенце, подаёт мне связь-артефакт и говорит:

– Даня, звонила Чилика.

И уходит, а я смотрю ей вслед: полотенце едва прикрывает чудную попку. Сглатываю и перезваниваю чилийской принцессе.

– Ваше Величество, – голос у Чилики официальный. – Я узнала недавно, что вы в Чили, и нам нужно обсудить вопросы по Лиге Империй.

– А где, Ваше Высочество? – спрашиваю я.

– Я как раз хотела предложить… – она делает паузу ровно на полсекунды, чтобы звучало «случайно», хотя мы оба понимаем, что там расчёт. – Приезжайте отдохнуть с супругами на виллу «Королевский дом Анд». И отдохнёте, и поговорим спокойно.

Что ж. Отдых и правда не помешает. Я соглашаюсь, но на всякий случай решаю глянуть, что меня там будет ждать. И через Ломтика подглядываю.

Вилла приличная: бассейн, виноградники, всё ухожено, всё как с открытки. Дальше малой по инерции проглядывает все комнаты. В первых же покоях Чилика стоит в одном полотенце – точь-в-точь как у Камилы, бронзовая грудь и низ едва прикрыты. Влажные тёмные волосы мягко обрамляют лицо. Принцесса задумчиво смотрит на десяток разложенных на кровати разноцветных купальников. В руках она держит жёлтые трусики и крутит их перед служанками.

– Как думаете, король Данила любит жёлтый цвет? – спрашивает она, прищурившись. – У него ведь жёлтый дракон.

* * *

Мазаки, лайкните книгу плиз! И тогда Светка пролетит мимо вашего окна ночью) А может и вовсе не мимо)

                                                                               

Глава 2

Конечно, увиденное впечатлило Ломтика. Щенок вернулся из разведки с такими круглыми блюдцами-глазами, каких у него не было даже, когда он наведывался в цитадель Лорда Тени.

– Тяв-тяв… – мою правую лапу явно ввела в недоумение тщательная подготовка принцессы Чилики.

– Да, Ломоть, – вздыхаю я. – Можно сказать, это диверсия. Психологическая. По площадям.

– Тяв!

– Нет, теневых пауков выпускать не будем. Не тот уровень. И не тот повод.

– Тяв?

– Будем реагировать уже на месте, по ситуации, – качаю головой. – Авось разберемся.

Ломтик ещё раз выразительно тявкает, будто бы предлагает план получше, но я уже разворачиваюсь и возвращаюсь в зал отдыха наших покоев. Там, на диванчике, сажусь «медитировать», а на деле – разбирать голову по полочкам.

В окно открывается вид на спасённый Эльдорадо. Послушники внизу собирают костяной мусор, оставшийся после битвы с одержимыми люменами. Метель из костей закончилась, а вот уборка – только начинается. Красота: рассвет, дисциплина, чужие проблемы.

Жёны ещё приводят себя в порядок, и я по мыслеречи велю всем взять купальники. Да, именно так: мы спасаем иномирские города, устраиваем эпичную битву, а на следующий день идем загорать на виллу к чилийской принцессе. Баланс, господа. Лакомку тоже зову присоединиться к будущему «выезду культурных людей».

Ну и, наконец, занимаюсь мужским делом – осмотром оружия. А телепат сам себе оружие. Вот себя и осматриваю.

Дело не столько в повреждениях и ранах. Хотя и за ними следить надо: те же братья Троеглас могут проснуться из ментального анабиоза – и тогда начнётся весёлый цирк без антрактов. Но сейчас не об этом.

Каждый серьёзный бой для меня теперь может обернуться сюрпризом. Чакра Кузнеца и Пустота – те ещё чёрные ящики. И как они отреагируют на новый напряг сил – загадка даже для того, кто привык заглядывать людям в голову, как в открытую книгу.

Пустоту я сейчас использую, чтобы замедлить… себя. Ага, неожиданно пришла такая идея: если можно тормозить чужие реакции, почему бы не сделать то же самое со своей телепатией, чтобы разобрать работу по винтикам? Не торопясь. Без суеты. С хирургической точностью.

И знаете что? Работает.

В таком режиме мои телепатические настройки поддаются тонкой подгонке: атака, защита, фильтры, приоритеты, глубина. Оптимизация налицо. Теперь я могу выдать мощный пси-выброс, потратив энергии на треть меньше обычного, а эффективность при этом даже подрастает. Не на «чуть-чуть», а на приятный процент.

Вот это да! Мои перепончатые пальцы! Пустота – это не только боевой Дар, хотя и это тоже, без сомнения. Она ещё и система анализа и улучшения. Моей телепатии, моих реакций… и, если надо, легионеров заодно. Но ведь можно не только замедляться. Можно же еще и ускоряться – прямо в бою! Я могу стать самым быстрым стрелком на Диком Западе телепатом в мироздании. Быстрее даже Высших Грандмастеров!

Тут же пробую это проделать и отслеживаю результат. Ух, ну и скорость!

Пустоту надо развивать обязательно. С ней для меня исчезнут границы времени и пространства. Что может быть круче телепата, которого невозможно остановить?

Пока я занят своими открытиями, появляется Змейка.

Хищница просачивается в комнату, как всегда, будто стены – это недоразумение, придуманное архитекторами от скуки. Сегодня она снова в миловидном облике, и, конечно же, в кожаной портупее. Четыре руки, медные когти, змеиные волосы шевелятся отдельно от хозяйки, как будто тоже живут своей жизнью и тоже хотят поговорить.

– Мазака! – радостно заявляет она. – Сссегодня идём в госссти, да? Там много людддей? Я рррвать?

– Мы идём в гости, – подтверждаю я рассеянно. – Но ты не рвать. Ты изображать культурную горгону.

Змейка замирает так резко, что даже змеи-волосы на секунду останавливаются. Потом, правда, с подозрением шевелятся снова.

– Културрную? – произносит она это слово как ругательство. – Это как?

– Это значит: ты стоишь красивая. Молчишь. Улыбаешься. Максимум – пугаешь взглядом. Но без крови на ковре.

– А еслли они начнут… мазака… говорить?

– Тогда ты пугаешь взглядом сильнее.

– А если они трррогать?

– Тогда ты трогаешь их обратно. Но аккуратно. Только чтобы у них внезапно появилось желание извиниться и уйти.

Змейка задумчиво шевелит когтями, явно примеряя «аккуратно» на свои представления о мире.

– Уйти… – повторяет она с уважением. – Уйти – это хорррошо. Я поняла, мазака. Я буду… културрная.

– Вот и умница, – киваю я. – Главное – без творчества. Сегодня у нас мероприятие. А не праздник мокрых полов.

Ломтик где-то на ментальном фоне тихо чавкает, кушая жареную утку, которую заслужил как разведчик.

Пока жёны собираются на выход, Лакомка переносится в Эльдорадо через портал – сияющая, довольная.

– Купальник взяла? – спрашиваю я, прищурившись.

В ответ альва с самым невинным видом вытягивает руку и на ладони кастует фиговый лист.

– Это не проблема, мелиндо, – заявляет она весело. – Мне сказали, тут формат «королевский отдых».

– Надеюсь, ты этой художественностью всё прикроешь, – бурчу, но больше по привычке.

Как бы ни противилось все внутри, надо выдвигаться. Я обещал Чилике. Обещания королевским особам лучше выполнять, а то репутация ж!

Принцессу Шипов оставляю в Эльдорадо – как свою леди-протектора и вообще главного человека. Ей предстоит наладить производство Живых доспехов для дальнейшего оснащения люменами. Работа пойдёт совместно с Зенитом и гелионтами. Старик поверил мне и загорелся заняться Стальными гелионтами. Так что скоро у нас будут стальные Грандмастеры-солнечники в количестве около семнадцати тысяч.

Я вообще-то верю в возлюбленную Грандбомжа. Она гениальный технарь с характером – Живые доспехи – это настолько же ее разработка, сколько и Древнего Кузнеца. Потому Ледзор с Грандиком остаются охранять нашего инженера с шипами.

Кстати, Тэнейо передал по мыслеречи: поговорил со своей Иш-Текали, и они пришли к консенсусу по поводу проклятия. Там тоже галочка. Мир, как ни странно, иногда чинится разговорами.

Мы выдвигаемся: я, жёны и Змейка. Садимся в джип и через портал вылетаем на главную чилийскую трассу. Асфальт там такой ровный, будто его укатывали не катком, а магией. Светка лихо рулит. Машина несётся, за окнами мелькают виноградники, пальмы, рекламные щиты – всё очень «курортно».

Через некоторое время впереди возникает вилла Чилики. Огромная. Вживую она ещё приятнее, чем через восприятие Ломтика: белый камень, террасы, бассейн с водой цвета дорогого стекла, виноградники, аккуратные дорожки, охрана в белом – как будто это не вилла, а открытка.

Чилика встречает нас у входа в бикини, поверх которого накинута почти прозрачная накидка. Щёки у принцессы немного пунцовые через загар, видимо, она сама понимает, что рискует, пренебрегая церемониалом и сразу предлагая встречу в формате отпуска. У неё в руках бокал с розовым соком или коктейлем, а на губах – улыбка.

– Ваше Величество, Данила! – поёт смуглая красавица и наша давняя союзница в Арктике. – Ты приехал. Я уже решила, что ты передумал… и мне придётся похищать тебя, – подмигивает.

– Ну, если честно, меня официально нет в Чили, – улыбаюсь я, ведь протоколы о прилёте в королевство не оформлялись.

– Значит, пришлось бы похищать тебя неофициально, – подхватывает она и делает шаг ближе. Накидка играет светом, будто специально.

Она оценивающе смотрит на моих жён, с любопытством хозяйки, у которой в дом приехали гости, и она собирается устроить им идеальный день – потому что так удобно для неё самой.

– Ой, Ваши Величества, какие вы красивые! – искренне говорит Чилика моим благоверным. – Прихватили купальники? У нас сегодня такой дресс-код! Если что, выделю свои. Сегодня вы отдыхаете!

Лакомка, конечно, подыгрывает. На радостях подходит и обнимает Чилику первой:

– Тогда может без купальников?

Чилика на секунду замирает, а потом… смеётся.

– Если ваш король не против! – заявляет она и обнимает Лакомку в ответ, притягивая её ближе.

Тут она замечает Змейку, сверкнувшую жёлтыми глазами.

– Это культурная горгона, – поясняю я.

– Прекрасно, – Чилика кивает в сторону дома. – Прошу. Вилла ваша. Бассейн ваш. Солнце тоже почти ваше – я договорилась, – смеётся. – Слуги покажут ваши покои.

Размещаемся мы у себя в комнатах да и переодеваемся. Я, натянув плавки иду к бассейну.

Светка уже первая здесь, в слитном красном купальнике:

– Ого-о! Даня, как круто! Правда же⁈ Ну скажи!

Смотрит она на бассейн, представляющий собой кусок океана. В естественной трещине скалы расширили русло и сделали чашу длиной метров 25–30. Со стороны океана поставили каменную стену-перегородку с прорезями-щелями. Волна через них проходит и обновляет воду, но не бьёт всей силой.

А меня больше интересует ещё один гость Чилики.

Лиан тут же устроился на шезлонге, подтягивает коктейль с трубочкой и зонтиком, который турбо-пупсу подают прекрасные чилийки.

Подходит Чилика, уже без накидки, сверкающая жёлтым купальником, и я замечаю:

– А лорд Лиан уже гостит у вас.

Чилика улыбается и говорит:

– Лорд много рассказывал мне о ваших подвигах. О том, как вы вместе побеждали лорда Лича.

Я задумался. Лича помню, а вот Лиана там что-то не очень. Впрочем, может турбо-пупс меня морально поддерживал, стоя в сторонке.

Я сажусь на шезлонг рядом с Лианом, киваю ему и говорю:

– Ну рассказывай, мой боевой соратник, где Ясен?

* * *

Эльдорадо, Карманное измерение

Асклепий из выделенных покоев отправил своих людей на расследование сразу по нескольким направлениям.

– Изучите келью Криста и не забудьте про его связь-артефакт, – говорит он коротко. – Проверьте промежуточные точки. Все возможные петли. И несите все, что найдете.

Группы разошлись. Работают.

Возвращаются они достаточно быстро, что само по себе уже показатель. Доклад короток.

– Милорд, последний канал уходит в сторону Лунного Диска, – докладывает старший сканер группы. – Сомнительных ответвлений нет. Направление чёткое, устойчивое. Подтверждено несколькими независимыми замерами. Ошибки исключены.

В этот момент Асклепий сидит вместе с Гвиневрой и Зенитом в гостиной. Разговор до этого шёл о другом, но он сразу переводит его в рабочее русло.

– Что именно вы нашли? – спрашивает Высший Целитель, уже в мыслях потирая руки.

– Канал ведёт в Организацию. Боюсь, это всё. Конечного получателя не отследить. Другой связь-артефакт явно уничтожен.

– Вот как, – разочарованно вздыхает Асклепий и отпускает группу. Он поворачивается к Гвиневре:

– Есть и хорошая новость, ученица. Того что канал ведет в Лунный Диск, Достаточно, чтобы оправдать наше вмешательство в Эльдорадо, – без радости на лице произносит Асклепий.

– Но против Хоттабыча у нас ничего нет, – вздыхает блондинка.

Асклепий кивает.

– Тогда что у нас остаётся? – спрашивает он. – Только Печать Фантомной Зоны?

– Печать пропала из хранилища Организации, – подтверждает Гвиневра. – Это однозначно факт против Хоттабыча, но хотелось бы больше доказательств его плохого руководства Организации

Асклепий пожимает плечами.

– Мне тоже много чего хотелось бы, ученица, – и он красноречиво пялится на грудь Гвиневры.

– Хватит пялится, извращенец! – сердится блондинка

– Значит, действуем с тем, что есть, – как ни в чем ни бывало продолжает Асклепий.

Он на секунду замирает, а потом произносит вдруг.

– Только сначала продвинем Масасу в главу Столпа Тьмы.

– О, ты серьезно⁈ – обрадовалась за подругу Гвиневра.

– А то! Это король Данила подсказал, – Асклепий переводит взгляд на Зенита, который тихонько сидел и внимательно слушал Организаторов. – Ну что, Хранитель Зенита, давай без иллюзий. Эльдорадо уже вышло из изоляции. Все прежние ограничивающие правила утратили смысл. Так что логичнее не делать вид, будто ничего не изменилось, а присоединиться к нам и действовать совместно.

Зенит отвечает.

– Мы будем бороться с Тьмой, – говорит он спокойно. – Как делали это всегда, Организатор.

Асклепий усмехается одним краем рта.

– Так я же тебя не отговариваю, – замечает Высший Целитель. – Только вот бороться с Тьмой разумнее не в одиночку, а с партнёрами, которые способны разделить нагрузку и ответственность.

Зенит выслушивает с бесстрастным лицом.

– Верно, и король Данила будет нашим верным союзником.

Асклепий чуть наклоняет голову.

– Ты сейчас серьезно, Хранитель? Почему ты выделяешь именно короля Данилу? – уточняет он. – Почему именно его, а не великую Организацию?

Зенит отвечает просто.

– Король Данила борется с Тьмой, – говорит он. – Этого мне достаточно, чтобы считать его союзником. Независимо от статусов и титулов.

Асклепий не спорит с фактом, спорит с выводом.

– Филинов поглотил Демона Бехему, старик, – напоминает он. – И это принципиально меняет восприятие его роли и мотивов. Я сейчас не обвиняю парня, но ты сам видишь, что происхождение его сомнительное.