Текст книги "Турнир (СИ)"

Автор книги: Глеб Кондратюк

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 21 страниц)

Глава 228

В следующих восьми поединках участвовал не кто иной, как самый неунывающий уроженец Африки, старик Гачи Игве. Об этом человеке было известно далеко за пределами его собственного континента. Самый необычный член верхушки Африканского Союза Перерождённых.

У старика был не свойственный его возрасту, непоседливый характер. Минувшие годы тоже не должны были доставить ему радости. Жизнь у Гачи выдалась не сладкая и все же старик сумел сохранить в себе такой большой огонек из озорство, добродушия и веселья.

Характер Гачи удивлял Элима еще в прошлой его жизни, а после всего пережитого, старик стал для него ходячим чудом. Он прожил больше тысячелетия, видел другие расы и цивилизации, но не мог понять, как этому человеку удалось сохранить такие приятные, присущие детям черты, черты?

Когда Гачи поднялся на арену, трибуны заревели.

О старике ходило много историй. Не о его силе или способностях, а о его жизни, поступках и смешных историях, в которые старик с завидной частотой попадал.

Этому человеку симпатизировали все, кому было известно кто он такой.

Старик повертелся, помахал трибунам в ответ и даже что-то прокричал. Что именно разобрать никто не смог из-за шума толпы. Только те, кто хорошо его знали, что старик бранился на каком-то редком африканском диалекте. Не со зла, просто потому, что мог это сделать.

Элим не смог сдержать улыбки, увидев, как хихикает довольный собою Гачи. Будто нашкодивший ребенок, уверенный в своей безнаказанности.

Старик был одет в штаны с кучей карманов, скорее всего набитых чем-нибудь сладким, удобные, высокие сапоги и чистую белую рубаху. Верхние пуговицы расстегнуты, рукава закатаны до самых локтей. Все это чтобы не мешало окружающим видеть неимоверное количество колец, браслетов, феничек, кулонов и цепочек и прочих мелочей, что украшали руки и шею африканца.

На голове у него была бандана, закрывающая бритый череп, украшенная необычным узором и несколькими металлическими вещицами.

Такое нагромождение всяких украшений на любом другом казалось бы полной безвкусицей, но на Гачи это по какой-то причине смотрелось красиво и целостно, будто нет ничего лишнего и все эти разноцветные диковинки части одной целой сборки.

На кожаном поясе, кто бы мог подумать, таким же образом украшенном, как и руки Гачи, висел длинный, прямой меч.

Никакой брони на нем сейчас не было. В подземелье он одевал её, но на Турнире предпочел остаться в обычном своем облачении.

Его противником оказался здоровенный детина, выше Яна, с квадратным лицом и огромной булавой. Эдакий ходячий таран.

– Прости мальчик. Негоже старшим драться с младшими, но так уж вышло, – заранее извинился Гачи, доставая из ножен свой меч.

Вопреки достаточно вызывающему внешнему виду, меч у Гачи был самым простым. Без всяких украшений и узоров. Такой, каким и должен быть настоящий, боевой меч, имеющий лишь одно назначение – убивать.

– Еще неизвестно кому придется извиняться старик, – хмыкнул парень, перехватит булаву поудобнее.

– Вот уж сомневаюсь, – тихо прошептал Гачи.

Его противник был закован в латы с ног до головы. Самый подходящий для него противник: медленный, неповоротливый и скорее всего не достаточно меткий, чтобы задеть не то, что самого Гачи, а даже его иллюзию.

Судья отдал сигнал к началу поединку и в этот момент Гачи сделал маленький шажочек в сторону, однако для всего остального мира старик остался стоять неподвижен.

Он успешно создал свою иллюзию.

Гачи стоял к Элиму лицом, поэтому он мог видеть широченную улыбку африканца, как у кота которому сметаны дали.

Этот старик что-то с чем-то. Элим, наверное, и сам никогда бы не стал использовать способность Гачи, окажись она у него, подобным образом. Он бы скорее всего использовал лук, чтобы пока противник отвлекается на иллюзии всадить стрелу ему промеж глаз. Гачи действительно был уникумом.

Хоть его иллюзия и не может обмануть чувства Собирателя Душ.

Простым чувством маны не определить, что иллюзия Гачи – это не он сам. От иллюзии исходило такое же количество маны, как и от настоящего Гачи, а сам он свою, в это время скрывал. Нужно иметь невероятное чуткое восприятие, чтобы увидеть настоящего.

Вряд ли даже все его люди смогут заметить Гачи.

Одни, Арн, скорее всего Вернер, возможно Ян и Свейн.

И то, последние, скорее всего, увидят только когда старик использует что-нибудь мощное, заметное.

Крепыш двинулся вперед с завидным проворством, держа свою булаву у самой вершины.

Гачи тоже ринулся вперед.

Парень сделал широкий взмах своей булавой, рассекая пространство перед собой. Африканец с отнюдь не старческим проворством пригнулся и направил свой клинок в одну из щелей между пластинами.

В руке неуклюжего на вид парня появился короткий кинжал, которым он собрался заблокировать клинок противника. Однако его лезвие прошло сквозь иллюзорный меч африканца, в то время как настоящий достиг своей цели и ткнул руку здоровяка.

Закованный в латы боец не понял как так получилось и сделал очередной удар в надежде заставить противника отступить.

К несчастью ситуация повторилась.

Гачи уклонился и вновь нанес удар, который парень казалось, заблокировал, но в итоге под доспехом у него появился еще один порез.

Африканец сделал несколько шагов назад.

– Сдавайся малец. Мне не нравится тебя ранить, – Гачи говорил искренне, – ты не сможешь заблокировать мой удар. Давай лучше вечерком я куплю тебе выпить и расскажу па…

Договорить он не смог, так как его оппонент вновь ринулся в атаку. В этот раз, уже используя навык. Из земли перед африканцем, широкой дугой вылезли каменные колья. Он ловко запрыгнул на один из них только чтобы в следующую секунду убраться оттуда – булава оппонента сломала кол через мгновение после того, как с него спрыгнул африканец.

– Эх молодость, – наигранно-устало произнес Гачи.

Он и его иллюзия разделились, обходя противника с дух сторон.

Естественно закованный в латы боец повернулся к иллюзии, открыв спину настоящему противнику, чем тот сразу же воспользовался.

Боль заставила парня одним рывком развернуться, но там ничего не было. В этот момент Гачи вновь «слился» со своей иллюзией и атаковал.

Элим, наблюдавший за всем этим действом, чувствовал, как с каждой секундой у него повышается настроение. Тактика Гачи было очень действенной и… бесстыдной.

«Сливаясь» со своей иллюзией Гачи делал так, что никто не замечал подмены. Пока длился стандартный ближний бой африканец пользуясь иллюзией обходил все блоки противника. Когда в ход шли навыки, старик мог «отсоединится» от иллюзии и атаковать с противоположной стороны. Чередуя эти приемы, он полностью сбивал оппонента с толку.

Кто сейчас перед ним?

Настоящий старик? Или тот мелкий трюк для нанесения удара? Или он вообще в другом месте?

Если ты не мог отличить иллюзорного Гачи от настоящего, шансов на победу практически не было. Единственный выход – всенаправленная атака с большой областью покрытия и уроном, достаточным чтобы сломить защитный навык Гачи.

Из всех известных Элиму людей, в данный момент такое мог сделать только он сам.

Не прошло и минут, как противник Гачи не начал все больше и больше отчаиваться. Вскоре он просто начал месить все вокруг метая камень арены во все стороны. Из под доспехов во многих местах у него сочилась кровь, струйками стекавшая по металлическим пластинам вниз. Раны не были серьёзными: Гачи не хотел навредить парню. Их было достаточно, чтобы парень постепенно слабел, а учитывая каким способом он начал расходовать свою силу много времени это не займет.

Он безуспешно пытался достать иллюзорную копию своего противника. Настоящий же Гачи в это время сидел опершись на барьер и ел конфеты, которые, как предполагал Элим, лежали у него в карманах штанов!

Он ел сладости, пока его оппонент безуспешно пытался поразить несуществующую цель!

«Этот старик действительно нечто. Мне он нравится. Мне бы его на недельку, я сделаю из него самого ненавистного противника для любого» – раздался голос Анзора в сознании Элима.

«Он и без тебя справляется с этой задачей» – мысленно ответил Собиратель Душ.

«Африканец сильно расслабился. Конфеты вон ест. Слишком уверен в себе. Рано или поздно это влетит ему боком " – сделал замечание Анзор.

Элим был полностью с ним согласен. Гачи, конечно, талант, но пинок под зад ему не повредит. Парень взял один из небольших камешков, лежавших рядом. По все арене таких валялось полно – последствия сражения двух Перерожденных.

Вскоре оппонент Гачи сдался. Его булава волочилась по земле, когда он уходил с арены. Парень так устал и потерял столько крови, что оказался не в силах нормально её поднять.

Гачи в этот момент отправил копию на выход и засеменил следом.

Стоило ему отойти не несколько метров от арены, как ему прям в голову прилетел камень. Старик повернулся, чтобы посмотреть откуда он прилетел и встретился взглядом с Элимом.

Парень смотрел прямо на Гачи, на настоящего Гачи, а не на созданную им иллюзию. Элим указал пальцем на Гачи, а потом куда-то в сторону Трибун, туда где стоял Один. Тот тоже смотрел на настоящего Гачи и помахал ему рукой.

Элим подмигнул непоседливому африканцу и отвернулся. Он сделал, что хотел: показал Гачи насколько несовершенная его особенность, указав на двух человек, способных видеть сквозь нее. Ему будет полезно.

Не прошло и пяти минут как все остальные бои закончились.

Следующие восемь боев тоже обещали быть насыщенными, ведь будут участвовать Оуэн, Глава Красных Ангелов, и Ян – один из Первых Перерожденных планеты и, по слухам, второй после Элима человек в Бессмертном Оплоте.

Глава 229

Ян со своим богатырским ростом был почти на две головы выше своего соперника. В плечах парень был шире почти в два раза. Он еще до появления магии был богатырем, но сейчас тело Яна была закалено маной, тяжелыми тренировками и множеством рейдов в подземелье.

Мышцы обтянутые тканью полевой формы Бессмертного Оплота выпирал и бугрились. В них не было красоты или изящества, только тупая звериная сила и мощь. За прошедшие годы тело парня превратилось в отлаженный механизм, предназначенный для самых тяжелых сражений.

Лидер Подмосковного отделения Бессмертного Оплота стоял, скрестив руки. На поясе у него весел его меч, сделанный для него Элимом. Живой меч с душой внутри.

Напротив него стоял худощавый мужчина с алебардой.

Выглядел он подавлено.

За прошедшие годы Ян сильно повзрослел, куда больше, чем большинство людей могло представить. Сейчас на арене стоял не молодой человек чуть больше двадцати лет отроду. На арене стоял мужчина, сильнейший Перерожденный с высочайшим уровнем подготовки, отличный полевой командир и лидер.

И любой человек, даже не догадывающийся о том, кто он такой это почувствует. Яна окружала эта необычная аура… величия. Про таких людей говорят прирожденный лидер. Его оппонент чувствовал себя так будто стоит не перед молодым парнем, а перед настоящей крепостью, пробить стены которой у него ни за что не получится.

Судья дал сигнал к началу поединка.

Парень с алебардой сделал резкий жалящий выпад, целясь в грудь противника.

Ян и бровью не повел, сделав легкий шаг в сторону, он пропустил алебарду мимо себя, одновременно с этим врезав оппоненту по ногам. От этого удара мужчина потерял равновесие и упал, едва не выронив своё оружие.

Его оппонент, со все еще скрещенными руками отошел на пару метров и произнес:

– Вставай.

Это была не просьба и не предложение.

Это был приказ.

Услышав это слово медленно поднимающийся боец, заметно ускорился.

– Пробуй еще раз, – сказал Ян, видя как противник принимает устойчивое положение.

Его оппонент зарычал и нанес размашистый удар, идущий под углом сверху вниз.

Ян с невероятной для своих габаритов прытью поднырнул под удар, вместе с этим подаваясь корпусом вперед. Он одним рывком добрался до оппонента и нанес сильный удар коленом в живот.

Он вновь отошел от оппонента, давая тому возможность подняться.

– Ты слишком сильно открывался во время атаки. Слишком сильно замахивался и никак не контролировал свой собственный удар, – начал объяснять Ян, – пробуй еще раз.

В этот момент его оппонент понял, что его ждет поединок не из приятных.

Элим после того как Ян второй раз не используя рук, свалил противника на землю, перестал туда поглядывать. У его друга все было схвачено. За последние годы он сильно вырос как по силе, так и по характеру. Ему уже не нужно за ним постоянно приглядывать.

Вместо него Собиратель Душ сосредоточил все свое внимание на главе Красных Ангелов. Оуэн был обвешан похлеще Гачи, только весь, с ног до головы.

Хотя первое на, что обратил внимание Элим – это доспех Оуэна. Шлем с прикрепленными крыльями, наплечники в виде львиных голов, какой-то непонятный нагрудник. Элим так и не смог понять, что из себя представляет рисунок на его поверхности. Остальные элементы доспеха тоже были выполнены с максимальным уровнем пафоса и помпезности.

«А он казался умнее» – скривился Анзор, глядя на доспехи Оуэна.

«Ничего. Ян еще накажет его за такую тупость» – усмехнулся в своем сознании Элим.

В следующем круге Ян и Оуэн будут драться. Поэтому ему было очень интересно, с чем вышел на бой Оуэн. И пока увиденное его впечатлило, в плохом смысле. Поверх нелепого доспеха у лидера Красных Ангелов было навешана куча различных амулетов, бляшек и каких-то пластин. К посоху тоже было привязано множество подобных вещей.

Все это были заговоренные предметы.

Элим не знал, какие ограничения есть у особенности Оуэна, но какими бы они не были, она все ровно позволяла ему делать практически все. Заговоренные предметы могут иметь пассивное или активное свойство. Любая из этих маленьких бляшек может быть щитом, волной огня, воды или еще чем-нибудь, либо поддерживать полет или собирать энергию стихий.

Обладатель подобного рода особенности сложный противник.

Во-первых, никогда не знаешь, что он него ожидать, ведь его атаки очень быстро могут меняться от поединка к поединку или даже во время боя.

Во-вторых, у таких людей всегда есть чем ответить на любые твои атаки и ловушки.

И в-третьих, все обилие своей экипировки такие люди способны подстроить исключительно под своего противника. Имея достаточно информации о своей будущем оппоненте они могут свести шансы того на победу к нулю просто своей подготовкой. Не имея в рукаве скрытый козырь победить в такой ситуации просто невозможно.

И сейчас человек с такими способностями пользовался ими так неумело.

Оуэн сражался тем же варварским способом, что и Ирэн – давил грубой мощью, только в отличие от девушки, использовал заклинания различных стихий, не только огненной.

Его оппонент пока держался под градом атак, но надолго его не хватит.

Эти двое друг друга стоят. Оба дерутся как ума лишенные, не думая.

Ничего, Элим отучит их, их всех, считающих себя покорившими вершину мира. Покажет им кто они на самом деле и заставит действовать с умом. Да и вообще даст пинка под зад, чтобы начали вести себя как настоящие Перерождённые.

В мире сейчас далеко не так спокойно, как говорят обществу правительства любой страны. Даже не беря в расчёт человеческие интриги, связанные с появлением новых ценных ресурсов, на планете происходила куча катастроф.

Природные катаклизмы участились и усилились, начали появляться там, где их раньше не было. Магические звери становятся все сильнее и смелее. У них появляются лидеры, вожаки и под их руководством они способны устаивать налеты на людские поселения. Подобная информация тщательно скрывается от общественности, ведь из-за подобных набегов ежегодно гибнут тысячи, десятки тысяч.

Конечно, скрыть все невозможно. Государства лишь приуменьшают масштаб, сильно приуменьшает. По их словам нападения происходят крайне редко, случаи единичны, а к смертям приводят только совсем обезумевшие звери.

Раскрой они всю картину, таки известия без особого труда вызовут панику среди населения. В России охотники Бессмертного Оплота, обученные и подготовленные, исправляли ситуацию быстро расправляясь с самыми опасными зверьми. В других государствах частные организации, вроде Бессмертного Оплота, в большинстве своем таким не занимались, а ведь подавляющая часть высокоуровневых Перерожденных были сосредоточены именно там. Государствам просто не хватало ресурсов на выслеживание и уничтожение всех магических зверей.

Основную помощь составляли редкие группы Перерожденных-охотников, чей заработок составлял в продаже материалов магических зверей. Таких групп было немного, ведь в подземелье куда проще и стать сильнее и отыскать дорогие материалы.

Но наиболее скверная ситуация в скором времени сложится в двух регионах. В юго-западной части Южной Америки, в районе границ Чили и Аргентины, и в Италии. Элим из своих источников смог узнать, что люди там убили духов. Они, конечно, сами не понимают кого убили, однако это не отменяет того факта, что через несколько лет там скорее всего появятся другие духи, более могущественные и злые.

И вот с ними наладить контакт будет практически невозможно. Как и убить. Без помощи Бессмертного Оплота, людям придется пригнать целую армию Перерожденных, несколько сотен, если не тысяч, чтобы убить разъяренного духа. И если они его убьют вновь, то следующий будет еще страшнее.

Вот самая главная проблема.

Русские информацию о Зарале не афишировали, ну а Оплот до этого момента находился в сторонке от остальных групп. Турнир – это его способ собрать всех необходимых людей вместе и разъяснить, как им следует действовать и каких поступков совершать нельзя.

Война с духами природы одна из самых глупых идей, которая может взбрести людям в голову. Начать стоит с того факта, что люди могут её и не выиграть. Обозленные духи превратят планету в настоящий ад, где нужно будет не жить, а выживать. Людям придется тратить неимоверное количество ресурсов как материальных, так и людских, для убийств духов второго или третьего поколения. Четвертое в таком случае люди вряд ли достанутся. К тому моменту на их планете скорее всего будет полным-полно демонов, а людей практически не останется.

Ведь убивая духов природы, люди не только затрачивают огромное количество своих ресурсов и ухудшают окружающую обстановку. Они также лишаются ценного союзника в войне с демонами. Зоны подконтрольные духам, как и их окрестности, будут под их защитой, а значит, демонов на них не будет. Через несколько лет эти зоны будут включать в себя обширные территории, и их количество будет исчисляться уже десятками.

Тем временем, пока шли бои, некоторые бойцы Бессмертного Оплота разбрелись по стадиону. Элим попросил их налаживать связи с другими Перерожденными и некоторые принялись выполнять эту просьбу с особым энтузиазмом.

Первым из числа этих людей оказался Лев, воспользовавшийся просьбой командира, как поводом походить, поискать какую-нибудь красивую девушку.

И, к удивлению остальных, вторым в этом списке оказался Один. Мужчина оказался на редкость коммуникабельным человеком. Сейчас он шел по трибунам, направляясь к людям из Железного Воинства. С ним по какой-то непонятной причине пошел Вернер, старательно избегавшего таких вот походов.

– Привет Хорст, – произнес тучный мужчина, заметив приближающихся бойцов Оплота.

– И тебе привет, Рудольф, – поздоровался с мужчиной Один.

Они познакомились с ним с первых дней соревнований. Дело в том, что у Рудольфа тоже были духи. Несколько сияющих светлячков всегда кружили вокруг него.

Мужчина постучал по сиденью рядом, специально приготовленное к приходу нового друга.

– Сегодняшний день обещает быть интересным, – произнес он.

Глава 230

Один вместе с Верном заняли места на краю зоны Железного Воинства, рядом с Рудольфом. Петер бросил быстрый взгляд за спину, а потом повернулся обратно к арене, где Оуэн заканчивал свой бой. Его оппонент уже не мог выдерживать обрушившийся на него шквал атак.

– Как тебе?

Рудольф кивнул в сторону сражающегося лидера Красных Ангелов.

– Могло быть и лучше, – не глядя ответил Один.

Он еще по дороге сюда сделал выводы по поводу боевых навыков Оуэна. Да одного только доспеха достаточно, чтобы понять, насколько мало он смыслит в настоящих боях. Хорошо хоть не додумался плащ какой-нибудь нацепить.

Вернер не сказал ничего.

– Понятно. Доверюсь твоему мнению, – ответил Рудольф, – а что думаешь про предыдущих участников? Того африканца и однорукого мечника?

Мужчина сразу перешел к другим вопросам. Один без толики раздражения начал на них отвечать. Несколько его духов-воронов летали вокруг и развлекали светлячков-духов Рудольфа. Хорст очень уважал своего собеседника. Большинство наёмников доживающих до его возраста осознают насколько мало принесли пользы этому миру. Это, как правило приходит неожиданно. Просто в какой-то момент понимаешь, что вся твоя жизнь ничего не стоит.

Один уже давно не испытывал этого чувства, но он помнит насколько это неприятно. После этого начинаешь ценить простых людей, которые приносят настоящую пользу обществу. Естественно те, кто отнимают жизни, в первую очередь превозносят тех кто эти жизни спасает.

Рудольф был из числа таких людей. Мужчина был врачом, детским хирургом, очень хорошим, но, как и у любого хорошего врача, некоторые его пациенты не выживали.

Хорст был по-настоящему шокирован, когда понял, что духи-светлячки, представляющие из себя сгустки мягкого, золотистого цвета, были душами тех самых не выживших пациентов Рудольфа. А детские души чистые, в них еще нет той злобы, боли и прочего дерьма, которое зарождается в них с возрастом. Поэтому под надзором Рудольфа его духи могли лечить, усиливать или защищать его союзников.

Особенности были следствием каких-то уникальных черт личности. Особенность Рудольфа показывала насколько сильно и искренне он дорожит жизнями своих пациентов, раз их души, уже в форме духов, пришли ему на помощь.

По мнению Одина, рядом с ним сейчас сидел один из самых невероятных людей, что он видел за всю свою жизнь.

Так, за разговором с Рудольфом, Один смотрел оставшиеся бои первого круга. Он время от времени поглядывал на своего товарища и заметил несколько странностей.

Перво-наперво сам факт того, что Вернер сидел тут был странным. Он как правило оставался на местах Оплота. Мечник присоединился к Одину в последний момент, после того, как услышал о Железном Воинстве. Сидя тут, Вернер не произнес ни слова, не считая приветствия. Несмотря на неучастие в беседе, поединки он тоже не смотрел. Хорст несколько раз заметил, как его друг наблюдает за девушкой сидящей недалеко от Петера. Значит из его доверенного круга. Место Рудольфа тоже было где-то там. Он сдвинулся на край, только чтобы их с Одином беседа не мешала остальным. Ну и последняя странность была самой маленькой и в тоже время самой большой.

На левой руке Вернера не было браслета. Это был очень старый, потертый и несколько раз, рвавшийся кожаный браслет. Один не сразу осознал, что это первый раз с момента их с Вернером знакомства, когда у того на руке нет этого странного браслета.

Решив поговорить с ним об этом позже, Один сосредоточился на поединках. Первый круг уже закончился и сейчас должен был начаться второй. Весь стадион ждал поединка между Яном и Оуэном, который состоится во второй восьмерке боев.

Ну а сейчас будут драться другие, тоже успевшие запомниться и выделится люди. Ламия из Оплота, парень-самурай из Жителей Поднебесной, тот однорукий мечник и, конечно же, Гачи. Элим рассказал своим подчиненным о многих известных личностях из его прошлого. Большинство из них он вспоминал без всяких эмоций, реже можно было заметить гнев или презрение, и совсем уж редкостью были положительные эмоции.

Об этом африканце Элим вспоминал с широкой улыбкой и теперь Один сам понимал почему. Глядя на этого человека улыбка сама появлялась на твоем лице. Смотреть на Гачи с серьёзным лицом было попросту невозможно, особенно, когда видишь как этот почти старик достает из своих карманов конфеты прямо во время боя.

Так делать нельзя. Однако от этого, менее комичным данные действия не становятся.

– Кто, по-твоему, победит? Паренек, смахивающий на самурая или однорукий? – спросил Рудольф, наблюдая за тем, как участники поднимаются на арены.

В последнем круге эти двое будут драться и многие считали этот бой потенциально самым интересным в последней восьмерке боев.

– Самурай, – подал голос Петер, все это время, краем уха слушая, о чем говорят Рудольф с Одином, – парень сразу же нашел брешь в защите оппонента и закончил бой за секунды. Однорукий тоже показал себя неплохо. Вот только ему на поиск уязвимости понадобилось намного больше времени.

Услышав мнение Петера, Один повернулся к своему другу.

– А ты что скажешь?

Оба оппонента были мечниками. Вряд ли на всем стадионе, не считая Элима, найдется человек, чья оценка их противостояния будет более объективна.

– У мальчишки нет шансов. Однорукий победит.

Вернер озвучил ровно противоположную точку зрения.

Почти все кто его слышал, обратили на него свой взор, включая лидера Железного Воинства.

– Не объяснишь? – спросил Петер.

Петер был достаточно молод, поэтому он был не в восторге, когда мечник из Бессмертного Оплота озвучил совершенно другое мнение. Это сильно его задело.

Вернер вздохнул, но все же начал объяснять:

– Мальчик не плох, очень не плох. В отличие от тебя, Петер, то, что он показал можно назвать фехтованием. Собственно Прам тоже показал себя очень хорошо в плане владения мечом, пусть и сделал лишь один единственный выпад, который остановил сам, а значит, полностью его контролировал. Вот только то, что ты назвал поиском уязвимости, я называю изучением противника. По тому, как двигался Прам, можно сделать вывод, что он так дерется давно, а значит и багаж опыта у него в разы больше, чем у мальчишки, который заканчивает свои поединки максимально быстро. Как в фехтовании, так и в опыте Прам превосходит соперника. Он победит, даже с одной рукой.

Пока Вернер говорил, он не удостоил никого своим взглядом, а наблюдал за аренами, где вот-вот начнутся первые бои второго круга.

– Мне показалось или вначале ты назвал мой стиль боя на мечах, чем-то не относящимся к фехтованию?

Петер помрачнел после первого же предложения, произнесенного Вернером. Он с легкостью побеждал любого своего противника, а человек перед ним говорил, будто все это пустой звук.

– У тебя есть стиль, это правда, очень неэффективный и глупый, но он есть, – ответил Вернер, – вот только к фехтованию он не имеет ни малейшего отношения. Дать тебе вместо мечей топоры или булавы или дубины или еще какое-нибудь оружие ничего не изменится. Ты просто принимаешь на себе все атаки противника и машешь свои оружием в ответ. Это не фехтование.

– В чем проблема? Я могу позволить себе принимать атаки оппонента. Это и делает мой стиль особенным, – упорствовал Петер.

– Как раз таки это и лишает тебя твоего стиля, – не согласился с ним Вернер, – я могу прирезать вас всех, однако это ведь не значит, что я должен так поступать верно?

Петер рывком поднялся со своего места и развернулся к мечнику Оплота всем корпусом.

– Еще никто используя меч не смог меня победить, – процедил Петер покрываясь своей стальной кожей, – а ты говоришь, что сможешь одолеть нас всех?

Вернер ничего не ответил. Вместо этого он достал свой меч, а вместе с ним на свободу вырвалась и его аура мечника. Все в радиусе десятка метров почувствовали, будто к горлу приставили металл. Сильнейший мечник Оплота сделал рывок вперед и еще до того, как ладонь Петера добралась до рукояти меча, клинок Вернера уже на пол сантиметра вошел в плече лидера Железного воинства.

Петер был в ужасе. В ужасе от того, с какой легкостью клинок мечника из Оплота прошел через его защиту. Как раскаленный нож сквозь масло.

Секундой позже люди Петера пришли в движение: начали вставать, доставая оружие. Переполох заметили и военные обеспечивающие порядок на трибунах и первые из них уже спешили сюда.

– Я могу разрубить тебя пополам, – спокойно произнес Вернер, – стоит мне просто надавить на клинок.

Мужчина не продемонстрировал ни капли волнения, будучи окруженным со всех сторон.

Петер шумно сглотнул.

– Заруби себе на носу, ты не неуязвим из-за своей особенности. Если и дальше продолжишь принимать на себя все атаки, то первый же противник способный скрывать свою силу, убьет тебя с одного удара. Понимаешь?

Петер кивнул.

– Опусти меч, – приказным тоном произнес кто-то за спиной Вернера.

Это был Ханс. Глава военнослужащих прибыл сюда лично, ведь зачинщиком оказался боец Оплота, бойцы которого уже прославились своей тиранической мощью.

– Не стоило так спешить сюда. Я просто объяснял своему менее опытному знакомому некоторые вещи, – произнес Вернер, – Верно, Петер?

К этому моменту на них смотрел уже весь стадион.

Парень с клинком в плече медленно кивнул и жестом приказал своим людям опустить оружие.

– Мне бы хотелось услышать подтверждение, после того, как вы спрячете клинок, Вернер, – произнес Ханс.

Он и его люди все ещё держали оружие наготове. После того случая с Элимом он собрал информацию обо всех участниках из Оплота и выучил наизусть.

– Как вам будет угодно.

Вернер смахнул с клинка кровь и положил его обратно в ножны с такой скоростью, что половина людей практически ничего не увидела.

– Все в порядке, Ханс, – поспешил успокоить военных Петер.

По ране уже расходилось приятное тепло, а боль уходила – это один из духов Рудольфа принялся за дело.

– Попрошу воздержаться от подобного, – посоветовал Ханс прежде чем удалится.

Раз все нормально, то лучше ему не лезть, иначе ситуация может резко ухудшиться. Никаких серьёзных ран у Петера не было, значит, ничего страшного в этом происшествии нет.

– Тебе стоит посмотреть, как будет драться Ян. Он такой же ходячий таран, как и ты, только, в отличие от тебя, он старательно избегает всех нацеленных на него. Он может позволить себе принять удар, только в случае, если это даст ему существенное преимущество. Что касается твоего фехтования. Захочешь узнать, как использоватьмеч – я найду для тебя время.

Сказав это, Венер сел на прежнее место, как ни в чем не бывало.