Текст книги "Мой новый мир - Книга первая"

Автор книги: Геннадий Ищенко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 28 страниц)

– А может, он отдал не для пользования, а для хранения? – предположил я. – В семье не было магов, кроме него, а Кирена можно назвать кем угодно, только не идиотом. У него хватило ума не надеть эту штуку.

– Может быть, – с сомнением сказала Лара, – хотя мне кажется, что он его стянул. Но я не рассказала о том, что дает накопитель. Если ты полностью его заполнишь, а на это потребуется примерно месяц, то сможешь использовать в десятки раз больше силы, чем её находится в твоём теле. Сейчас ты отобьёшь магией один-два арбалетных болта и будешь пустой, а с накопителем можешь долго продержаться против многих врагов. На деда дважды покушались, и оба раза это вышло напавшим боком, хотя их было много против него одного.

– Постой, – не понял я. – Как можно отбивать болты магией? Я ни о чём таком не слышал.

– А что здесь удивительного? – мотнула она головой. – Магия – это такая же сила, как и другие, только в маге её мало, поэтому проще действовать на арбалетчика, чем на выпущенный им в тебя болт. Во втором случае потратишь в сто раз больше сил. А вот с накопителем это уже нетрудно. А поскольку их не сохранилось, тебе никто об этом не говорил. А почему это тебя так заинтересовало?

– Потому что арбалетный болт мало отличается от пули, – ответил я, – и если можно отклонить хоть бы несколько летящих в тебя пуль... Не всегда рядом будут друзья, которые вынесут из-под обстрела, и маги-целители. Значит, говоришь, что для меня опасности нет?

– Я сама не маг, но могу оценить чужую силу, – сказала Лара. – Ты сильнее деда, а если накопитель не повредил ему...

– Понятно, – кивнул я и поспешил надеть шнурок на шею, чтобы не затевать спор с женой.

Туман заволновался и начал расползаться по телу, становясь менее плотным, пока не исчез совсем.

– Дурак! – высказалась Адель. – Хоть бы посоветовался с кем-нибудь из магов!

– Не ругайся, – обнял я. – Эта штука поможет сохранить мою шкурку. Лара, скажи, где Кирен мог взять много золота? У него был доступ в хранилище?

– Такого доступа ни у него, ни у меня никогда не было, – ответила она. – Нам каждый месяц давали сотню золотых и оплачивали кое-какие покупки. Так что у него не должно быть много золота.

– Тогда посмотри в этот шкаф, – предложил я. – Здесь по моим прикидкам двадцать тысяч золотых, а в другом тайнике их в несколько раз больше. Только не говори отцу с братом, а то мне перестанут давать золото.

– У меня только одно объяснение – это дед, – сказала она. – Он относился к Кирену с особой симпатией, хотя любил и меня с Гертом. Только непонятно, зачем это ему понадобилось. Ладно, кто-то обещал показать мне шкатулку.

– Пойдём, – сказала Адель. – Она на кровати.

– Мамина шкатулка... – растерялась сестра. – Она пропала после её смерти. Я помню, что маги допрашивали слуг и использовали поисковую магию, но так ничего и не нашли. Зачем он это сделал?

– Если ты спрашиваешь у меня, то зря, – ответил я, постучав себя рукой по голове. – Здесь совсем другая начинка, и я не могу нести ответственности за действия своего предшественника. Кто знает, чем он руководствовался? Как он относился к матери?

– Любил, как и все мы, – ответила она. – Мать нельзя было не любить. После её смерти я два месяца не просыхала от слёз. По приказу отца ко мне даже применяли магию. Думаешь, он взял её как память?

– Ты его знала, а я могу судить только по вашим рассказам. Лара, возьмёшь все драгоценности или поделишься с Аделью?

– Это теперь ваше, – покачала она головой. – Я возьму себе на память эти серьги с изумрудами и кулон для Герта.

– Я выберу сам, – сказал я, вываливая содержимое шкатулки на кровать. – Этого хватит? Во что бы положить? Придумал! Положим всё в кошель с золотом. Считай, что в этом месяце тебе выплатили двойной оклад. И если будут нужны деньги, а Алексар начнёт жадничать, ты теперь знаешь, к кому обратиться.

– Ты на меня не очень обидишься, если я дочитаю книгу, а уже потом займусь тобой? – спросил я у жены после ухода Лары.

– Смотря как будешь заниматься, – засмеялась она.

– Пока хочу погулять с тобой в парке. Остальное будет после ужина.

– Вообще-то, в традициях герцогских семей после свадьбы совершать морские прогулки, – сказала Адель, – но, учитывая обстоятельства, согласна на парк. Только учти, что согласна с одним условием: в зверинец мы с тобой не пойдём. А то опять начнёшь совать руки в клетки! Тебе долго дочитывать?

– Если не попадётся что-то очень сложное, хватит часа, – ответил я.

– Тогда я схожу в женские комнаты поболтать с подругами.

Она надела на себя несколько украшений, поцеловала меня в щёку и ушла, а я, взяв «Пространственную магию», забрался на кровать и погрузился в чтение. Дочитал меньше чем за час и встретил описание пространственной защиты наподобие той, которую применил Зантор к тайникам Кирена. Для неё использовали мир без воздуха и воды, в котором спрятанное могло храниться сотни лет. Достать бы скафандр и там побродить... Пока не пришла Адель, я успел просмотреть и вторую книгу и нашёл в ней защиту от арбалетных болтов. Размеры пули меньше, чем у болта, а кинетическая энергия больше, но для защиты не было разницы, лишь бы у мага хватило сил.

– Ты ещё не закончил с чтением? – спросила открывшая дверь жена.

– Закончил, – ответил я, закрывая «Занимательные хитрости». – Это уже другая. Сейчас возьму пистолет и пойдём. Ты при оружии?

– Нет, конечно, – сказала она. – Я тебе не Лара. Это она не расстается со своим револьвером, а я беру только на выезд из дворца.

– А во дворец не может пробраться какая-нибудь мразь? – поинтересовался я. – Когда ты со мной – это одно, хотя и тогда оружие будет нелишним. А когда сама, то не должна без него выходить из этих комнат, даже если берёшь охрану. Как завтра уходить, если у меня сердце будет не на месте?

– Обещаю, что буду носить твоё железо, – нехотя сказала жена. – Но сейчас можно не цеплять эту сбрую?

– Только по случаю праздника и с одним условием, – улыбнулся я. – К демону всё-таки завернём, но рук я совать не буду. Иначе придётся выбрать время и сходить самому. Нужно сказать ему несколько слов.

– Если ограничишься разговором, я согласна,только надень праздничную тунику.

Мы долго гуляли, раскланиваясь с такими же любителями свежего воздуха, которых оказалось неожиданно много.

– Чему ты удивляешься? – сказала жена, когда я высказал удивление числом гуляющих. – Чем сейчас заниматься? В город ездят по утрам, делами занимаются днём, а вечером в парке прохладно и можно поболтать со знакомыми. Для любви большинство выбирает более позднее время. Хотя иной раз этим занимаются и в парке, но не здесь, а на самых дальних аллеях. Когда я была девчонкой, бегала там прятаться и слушать ахи и охи. Прибежишь потом в свою комнату с красным лицом, ляжешь в кровать и мечтаешь...

– Будут тебе скоро и ахи, и охи, – пообещал я. – Адель, пошли к зверинцу, а то мы здесь не столько гуляем, сколько раскланиваемся с теми, кто мне сто лет не нужен. Я пока плохо ориентируюсь в парке, поэтому веди сама.

Как и в прошлое посещение, зверинец охраняли стражники, но сейчас в нём были посетители.

– Интересно, что они здесь делают? – сказал я, кивнув на охрану. – Для чего их поставили, если пропускают всех желающих?

– Когда-то стражи не было и кто-то из подростков сумел открыть замок на клетке с оршем, – сказала Адель. – Хорошо, что неподалёку гулял маг.

– Представляю, сколько было шума, – засмеялся я, вспомнив этого зверя. – А мальчишка был с юмором.

– Тебе смешно, – улыбнулась жена, – а дамам, которые в тот вечер гуляли поблизости от зверинца и до прогулки пользовались духами, было не до смеха: он их всех пометил. Одежду пришлось выбросить, а юного графа, который это проделал, собственноручно выпорол отец. Теперь на каждом замке стоит сторожевое воздействие. Когда кто-нибудь пытается вскрыть, раздаётся достаточно громкий звук, чтобы на него среагировала охрана. Особенно сильная защита на клетке с твоим демоном. Я думаю, что там не ограничились одним шумом.

На этот раз мы не рассматривали животных, а сразу пошли в конец зверинца. Здесь посетителей не было.

«Здравствуй, – мысленно обратился я к демону, который внешне никак не отреагировал на наше появление. – Пришёл тебя навестить и сказать, что я ничего не забыл. Благодаря твоей помощи я сохранил жизнь, а завтра сделаю первый шаг к тому, чтобы стать в этом мире по-настоящему сильным. И эта сила даст мне возможность освободить тебя».

«Тебе нужно что-то ещё?» – безразлично спросил он.

«Нет, спасибо, – ответил я. – У меня есть всё необходимое».

«У тебя, но не у неё, – сказал демон, показав лапой на Адель. – Не так давно по моему счету времени она уже приходила сюда и влезла в мою клетку. Тогда я отпустил, отпущу и сейчас. Если хочешь стать такой же сильной, как твой муж, протяни руку! Не бойся: мне нет смысла тебе вредить».

Видимо, он говорил одновременно с нами обоими, потому что жена побледнела и спряталась за мою спину.

«Северянка! – с презрением сказал он. – Они все такие: храбрые на словах и трусливые, когда доходит до дела. Что так смотрите? Я не всегда сидел в этой клетке, приходилось бывать в разных местах этого мира и со многими общаться. Давно...»

– Я не трусиха! – вслух закричала жена, заставив гулявшую неподалёку парочку испуганно оглянуться. – Давай свою лапу!

Прежде чем я успел остановить, Адель подбежала к клетке и сама просунула руку сквозь прутья решётки. Демон неожиданно быстрым движением взял её ладонь в свою, пару мгновений подержал и отпустил.

«Беру свои слова назад, – сказал он, и я уловил в его мысленном ответе смех. – Ты храбрая и без гнили внутри. Развивай то, что я дал. Сбережёшь себя и поможешь мужу, а значит, и мне. Идите, пока здесь не собрались гуляющие. И так уже будут болтать о том, что ты со мной обнималась».

Оглянувшись, я увидел, что в двадцати шагах от нас стоят посетители зоопарка и во все свои немаленькие глаза таращатся на нас с демоном.

Глава 17

Я закончил завтракать и посмотрел на жену. Она еле сдерживалась, чтобы не зареветь, поэтому я нарочно простился без нежностей, как будто уходил не в другой мир, а на очередную учёбу к магам.

– Займись магией с Бродером, – сказал я Адели, чтобы хоть немного отвлечь её от печальных мыслей. – Только не спеши с открытием внутреннего зрения, это больно делать быстро.

– Мне не надо его открывать, – не отрывая взгляда от тарелок, ответила она. – Это зрение у меня само открылось ещё в детстве. Как бы я иначе выучила протрезвляющее воздействие? Оно, к твоему сведению, не такое уж простое. Я лучше почитаю твою книжку о хитростях, там много полезного. А к Бродеру пойду только в том случае, если не смогу с чем-нибудь разобраться. Мне он не нравится.

– Не забудь об оружии, – напомнил я, поднимаясь из-за стола. – Ты обещала. И в случае необходимости используй охрану.

– Почему сам не хочешь взять оружие? – спросила Адель. – Мне было бы спокойней.

– А мне – нет, – ответил я. – В этом походе оружие будет мешать. Неприятности могут случиться, но я и тогда выкручусь. Если не вернёмся сегодня, значит, будем дома завтра. И не кисни: это вредно для тебя и ребёнка. Мне придётся посещать тот мир ещё много раз, и этот поход должен быть самым безопасным. Всё, я пошёл. У нас есть поговорка, что долгие проводы – это лишние слёзы.

Я шёл к выходу в коридор, чувствуя спиной её взгляд. Как же хотелось обнять эту маленькую женщину, целовать её и шептать глупые и нежные слова! Только если бы я это сделал, то ушёл бы гораздо позже с мокрой от её слёз рубашкой. Лучше уж пусть она обижается на чёрствость. По коридорам старался пройти быстрее. Можно было взять зимнюю одежду с собой и переодеться у Герата, но я не стал этого делать, поразив обитателей дворца очередной выходкой. Вот как бы вы отнеслись к тому, что в коридоре вашего учреждения в конце лета разгуливает начальник, одетый в шубу, валенки и шапку-ушанку? Вот и на мне сейчас были тёплая рубашка с длинными рукавами и закрывающим горло воротом и штаны... не шаровары, но что-то очень на них похожее. Дополняла этот наряд кожаная обувь наподобие мокасин. Вид для Москвы экзотичный, но на одного такого мужчину не обратят большого внимания, вот двое уже вызовут недоумение. Ладно, для очень любопытных есть магия, да и не будем мы долго ходить в этой одежде. Встретивший меня Герат был одет точно так же.

– Оружие? – спросил он, кивнув на мою сумку.

– Золото, – ответил я. – Нам понадобятся деньги. Где Бродер?

– У себя, – ответил маг. – А зачем он вам? Мы же не собираемся возвращаться с грузом, поэтому я и один могу создать канал.

– Это мы сейчас не собираемся, – возразил я, – а случиться может всякое, поэтому лучше идти полноценным каналом.

Через несколько минут появился Бродер.

– Извините за мой вид, – смущённо сказал он. – Меня сегодня даже не причесали. Я думал, что вы справитесь сами, поэтому...

– Я как-нибудь переживу ваш вид, – прервал я его оправдания. – Сейчас вы вдвоём пробьёте полноценный канал. И ещё один вопрос... Вы знали, что моя жена маг?

– Знал, – ответил он. – Это нетрудно определить. Но у неё очень мало сил.

– Теперь их много, поэтому нужно сделать так, чтобы в семье появился второй полноценный маг. Срочности в этом нет, но подумайте, как ей лучше помочь. Работайте, а я дам точку привязки.

Это было моё второе перемещение на Землю, и я смог оценить разницу в работе Оскара и его друзей и магов из тройки Повелителя. В первый раз я чуть не навернулся на лестничной площадке, теперь же мы даже не пошатнулись, очутившись на заасфальтированной дорожке парка. Было темно и прохладно. Фонари горели не все, но, чтобы не разбить себе лоб, света хватало.

– Не повезло, – недовольно сказал я. – Судя по отсутствию отдыхающих, сейчас не вечер, а ночь. Будем ждать утра на лавочке, потому что к нужному человеку ночью не пустят. Да снимите вы тёмные очки, а то ведь ничего не видите.

– Парк? – осмотревшись, спросил Герат.

– Да, парк, – ответил я. – Садитесь на лавку, и будем ждать. Вам не холодно?

– Пока не холодно, – ответил он. – Если замёрзну, согрею себя магией. А спать не хочется, я и так всю ночь неплохо поспал. Скажите, принц...

– Мы с вами совсем не готовились к этому походу, – перебил я его. – Я не видел большой необходимости в такой подготовке, но сейчас нужно определить, как обращаться друг к другу, особенно при посторонних. Меня звали Александром, так и зовите. И никаких принцев.

– Похоже на имя нашего казначея, – хмыкнул он. – А как вы назовёте меня?

– Вас буду звать Маратом, – сказал я. – Есть такое имя, созвучное вашему родовому. И учтите, что общаться вслух нужно только по-русски, а лучше использовать мысленное общение. Так что вы хотели узнать?

– Я слышал разговор Верховного жреца с Повелителем. Это вышло случайно...

– Хоть у нас и много времени, – с улыбкой сказал я, – его лучше не тратить на ненужные мне оправдания. Переходите сразу к тому, что хотели узнать.

– Речь шла о том, что вы очень критично высказались о нашей жизни. Мол, здесь она настоящая, а у нас всё застыло и не меняется. Это действительно так?

– Было такое высказывание, только я говорил не совсем так. Я не считаю здешнюю жизнь эталоном совершенства, наоборот, в ней много недостатков, но наша цивилизация быстро развивается, и если ей удастся уцелеть...

– А может не уцелеть? – недоверчиво спросил Герат. – Население целого мира?

– Наши миры трудно сравнивать. У вас на небольшом материке живёт только один народ, а у нас на пяти больших живут сотни разных народов, говорящих на своих языках и не желающих учитывать интересы соседей. И население в нашем мире в сотни раз больше, чем у вас. Вернёмся к вашему миру и пока не будем трогать этот. Вот скажите, в чём, по-вашему, смысл жизни?

– А он в ней есть? – усмехнулся маг.

– Ладно, зайдём с другой стороны, – согласился я. – Тысячу лет назад по вашему счёту некто привёл народ саев в мир, изначально для него не предназначенный.

– Почему вы так думаете? Из-за тварей?

– У нас назвали этих тварей динозаврами, и жили они десятки миллионов лет назад. Потом из-за чего-то изменился климат, для чудовищ стало слишком холодно, и они вымерли, дав толчок в развитии существам, которые со временем превратились в известных нам животных, да и в нас самих.

– А если бы климат не изменился?

– Он менялся неоднократно, но если такое допустить, то сейчас вместо людей жили бы чудовища. А у вас целый мир динозавров и лишь ваш материк был от них свободен. Кто-то создал на нём совсем другую жизнь и до недавних пор тщательно оберегал её от вторжения тварей.

– До недавних пор? – спросил Герат. – Имеете в виду появление чудовищ на севере?

– Давайте пока не будем их касаться, – предложил я, – и рассмотрим вашу жизнь. Вы появились на своём материке и принялись его заселять и обустраивать. А немного освоившись на новом месте, всё-таки поплыли изучать соседние земли, хотя Бог вам это запретил.

– Я хорошо помню священные тексты, – возразил маг. – В них нет прямого запрета.

– Есть косвенный, – сказал я. – Когда дают во владение много земли и говорят, что за её пределами затаилась смерть, которую к тебе не пустят при праведной жизни, лезть туда самому...

– Да, глупо, – признал он. – Были большие жертвы, и в конечном итоге они оказались напрасными.

– С этим можно поспорить, но я продолжу. Ваши предки переплыли проливы, столкнулись с чудовищной жизнью на соседних материках и какое-то время пытались там удержаться. Учитывая ваши возможности, эта попытка была обречена на провал. Хорошо получив по носу, вы убрались восвояси и уже больше не делали подобных попыток. Жизнь двигалась по кругу, почти не меняясь, в течение столетий. Отсутствие соседей, войн, голода и мора и регулируемая рождаемость фактически остановили ваше развитие. Оно идёт, но еле-еле. А теперь представьте, что вместо вас на ваш благословенный материк заселили бы людей моего мира. Магией они не владеют, и ни о каком регулировании рождаемости не может быть и речи, а это значит, что каждая женщина родит десять, а то и пятнадцать детей. Перенаселение и постоянные драки за землю, скот и всё остальное. А где войны, там и голод с болезнями. Если я расскажу, чем лечили врачи во времена мечей и копий, вы надорвёте живот от смеха!

– И что во всём этом хорошего? – с недоумением спросил Герат. – Разве это жизнь?

– Рано или поздно люди подобно вам поплыли бы через проливы, – не отвечая на его вопросы, продолжил я. – У них было бы не больше возможности, чем у ваших предков. Их было бы даже меньше, учитывая отсутствие магии, а значит, и демонов. Поэтому поначалу немногие уцелевшие тоже убрались бы обратно. Но на этом сходство с вашей историей закончилось бы. Необходимость и человеческая предприимчивость – вот два кита, на которых зиждется наша цивилизация. Я не знаю, сколько лет потребовалось бы людям, чтобы пустить на мясо всех динозавров, но они это сделали бы, причём только своими силами и без оружия других миров. Пусть через триста лет или через пятьсот, хотя я думаю, что времени прошло бы меньше. В результате они получили бы и новые земли, и ускоренное развитие. И их безопасность уже не зависела бы от благосклонности божества.

– Что вы хотите этим сказать? – спросил Герат. – Что мы эту благосклонность потеряли?

– А как ещё можно объяснить то, что твориться на севере? Думаете, почему жрецы это всячески замалчивают? Из их текстов прямо вытекает, что раз к нам пришли твари, значит, наступает конец времён. Бог отвернулся, и пришла пора умирать. Вы не задавались вопросом, зачем саи понадобились Богу? Он проделал сумасшедшую работу, подготовив на вашей земле всё, что нужно для безбедной жизни на многие тысячи лет. Для чего это? Ему больше нечем было заняться?

– Странные вопросы... – растерялся он. – Его народ...

– Я уже говорил, что у нас живут сотни народов, – усмехнулся я, – и из них трудно найти хоть один, который в какие-то периоды своей истории не считал бы себя избранным Богом. Некоторые так считают до сих пор. Ваша избранность – это не ответ на мой вопрос. Если бы вы были так дороги своему богу, не стал бы он вам угрожать и тем более приводить свои угрозы в жизнь.

– А как думаете вы? – поинтересовался маг. – Есть какие-нибудь мысли?

– Есть одна, но если она верна, вас не ждёт ничего хорошего.

– Говорите, – сказал он. – Я как-нибудь переживу вашу мысль.

– Я не знаю, Бог это был или просто некое запредельно могучее существо, но он создал не только ваш материк, но и вас самих. Ведь ни в одной из ваших книг нет ничего о том, что было с народом саев до переселения. До этого у вас не было истории, потому что не было вас самих. Скорее всего, он экспериментировал, и, как каждому творцу, ему было интересно, на что окажутся способны его творения. А вы смогли лишь слепо следовать раз и навсегда установленным правилам, довольствуясь тем, что он вам дал. Наверное, он надеялся на то, что вы наплюёте на правила и бросите себе под ноги весь мир! И твари на севере – это пока только намёк на его недовольство. Ведь вызвавшего неудовольствие ребёнка тоже никто не бьет дубиной, сначала отхлещут ремнём. Но если ремень не поможет, можно применить и более сильные средства.

– А если уничтожить тварей с помощью вашего оружия? – подумав, спросил Герат.

– Хороший выход, – согласился я, – но он поможет только в том случае, если твари сами летят к нам с каких-то неведомых земель. А если это и в самом деле намёк, вы ничего не добьётесь их уничтожением. Нужно менять вашу жизнь. И не спрашивайте, как это делать. Я пока слишком плохо у вас освоился, чтобы давать такие советы. Что вы так помрачнели? Мои рассуждения могут оказаться игрой ума и не иметь ничего общего с действительностью. В любом случае ничего из того, о чём я говорил, не случится быстро, и пройдёт немало лет. А у нас с вами сейчас свои задачи. Если не справимся, нас вычистят убийцы Салея, и уже не будет поводов для огорчения. Смотрите, кажется, светает! А похолодало сильно, хорошо хоть нет дождя. Неужели уже сентябрь? Попробую погреться магией, и вы сделайте то же самое.

Мы молча сидели, пока Герат не спросил:

– Не расскажите о своих планах? Я понимаю, что их трудно объяснять, но неприятно не знать вообще ничего.

– У меня не столько план, сколько перечень того, что хотелось бы сделать, – ответил я. – Первым делом раздобудем деньги. С этим я справлюсь сам. После этого сходим в магазины и поменяем одежду и обувь.Нужно найти человека, не только знающего японский язык, но и жившего в Японии. Поищем с помощью одной штуки по объявлениям. Вот с ним будете работать вы. Нужно скопировать из его памяти японский язык и подходящие образы для опорных точек канала. Лучше запомнить какие-нибудь виды японской столицы, но могут пригодиться и другие города. Для этого тоже можно использовать одну штуку.

– Что за штука? – не понял маг.

– Это барон Ольт так выражался о непонятных предметах моего мира, – объяснил я, – вот я у него эту «штуку» и подцепил. Это думающий... механизм, связанный с другими такими же. Задаёшь вопросы и на многие можно тут же получить ответ. Кроме Японии займёмся Америкой. Это большая страна, где легко купить много оружия. Здесь, я думаю, поступим так. Лучше не искать наших знатоков, а поймать американца. Постоим возле их посольства,заберём первого, кто из него выйдет, и уведём куда-нибудь в сквер, где вы скопируете у него из памяти язык, адрес большого оружейного магазина и картинку какого-нибудь места поблизости. Ну и по объявлениям найдём мастера, тренирующего нужным мне видом борьбы. Её тоже нужно у него позаимствовать. А перед уходом купим одежду и обувь для нужных мне саев. Закончим и уйдём. Дома нужно подобрать тех, кто пойдёт со мной в следующий раз, и всем выучить языки.

Мы замолчали и с полчаса сидели на лавочке, дожидаясь, пока совсем рассветёт.

– Надеваем очки и идем к выходу, – сказал я, решив, что уже пора выбираться из парка. – Слышите разговор? Это те, кто убирают мусор, значит, сейчас часов шесть. Когда доберёмся до места, уже можно будет решать дела. Обычно нужный человек никуда не уезжает раньше девяти, но всякое может случиться. А если его не будет дома, это всё усложнит. Я не знаю других нумизматов, и не хочется связываться с криминалом или грабить кого-то при помощи магии. Всё время держитесь рядом и, если что-нибудь непонятно, мысленно задавайте вопросы. Спрашивать можно, если я ни с кем не разговариваю.

Москва поразила мага. Он этого не скрывал и весь день засыпал меня вопросами. Хорошо, что общаться мысленно быстрее и легче, иначе у меня к вечеру отвалился бы язык. Мы магией отвлекли внимание работников парка и вышли из него на проспект. Выбрав одну из машин, я заставил её водителя остановиться и разблокировать дверцы, усадил Герата в салон, сел сам и сказал, куда ехать. Накачанный парень с бритой головой, не сказав ни слова, погнал свой «ниссан» по указанному адресу.

«Преступник?» – спросил о нём Герат.

«Если и преступник, то ещё не пойманный, – засмеялся я. – Посмотрите вокруг, видите вы у кого-нибудь, кроме женщин, длинные волосы? Если кто-то заводит себе такую причёску, это бывает редко. Поэтому на наши «конские хвосты» будут обращать не меньше внимания, чем на одежду».

Когда приехали, водитель остановил машину и подождал, пока мы выйдем. Через несколько минут стояли перед подъездом многоэтажного дома, в котором жил мой знакомый.

«Ждём, пока кто-нибудь откроет дверь, – объяснил я причину задержки. – Обычно с помощью вот этих кнопок соединяются с хозяином квартиры, но нам он не откроет, а магией отсюда не зацепишь».

«А почему не откроет? – спросил Герат, которого я уже окрестил «почемучкой». – Мы же по делу. Если его интересуют монеты...»

«Такие дела не ведут абы с кем, – объяснил я. – Или со знакомыми, или по рекомендации. Своим именем я назваться не могу, потому что он знает, что я убит. И ещё один момент. Видите вот этот глазок? Эта штука называется камерой и позволяет всем владельцам квартир, у которых есть экран, видеть тех, кто их вызывает. Таким двум типам, как мы, откроет только сумасшедший».

Дверь подъезда распахнулась, и из него вышла симпатичная молодая женщина с сумкой через плечо. Я отвлёк её внимание и не дал закрыться двери. Мы зашли в подъезд, лифтом поднялись на седьмой этаж и вышли из кабины к нужной квартире. Здесь уже можно было не осторожничать. Я нажал кнопку звонка и, когда за дверью послышались шаги, заставил подошедшего к ней мужчину открыть нам дверь.

– Здравствуйте, уважаемый Валентин Григорьевич! – обратился я к хозяину, одновременно изо всех сил стараясь расположить его к себе магией. – Два месяца назад ко мне попал клад золотых монет. Монеты довольно странные, и я не нашёл их описания в интернете. Мой друг Александр Скворцов посоветовал обратиться к вам, но в тот раз я не смог этого сделать, а когда вернулся в Москву, узнал о его трагической смерти. Но я надеюсь, что его рекомендация ещё действует, поэтому прошу вас посмотреть и оценить монеты. Они у меня с собой.

– Входите, – сказал он, освободив нам проход. – И снимайте обувь, у меня везде ковры. Проходите в гостиную и садитесь на диван. Где монеты? Бог ты мой, ну кто же их так носит! Ссыпали в мешок, как картошку! Вы же их поцарапаете! Анализ делали?

– Уезжал в длительную командировку, – объяснил я, – так что было не до анализов. Это, несомненно, золото, но и медь, наверное, тоже присутствует, хоть её в них немного.

– Почему вы так решили? – спросил Валентин, быстро раскладывая монеты на застеленном скатертью столе. – По патине?

– Да, – ответил я. – Монеты очень древние, но патина едва видна.

– Не очень-то они похожи на древние, – сказал он, рассматривая герцогские профили. – Слишком качественная чеканка, хотя... Подождите.

Валентин вышел в одну из комнат и почти тут же вернулся с бинокулярным микроскопом. Некоторое время что-то рассматривал, потом опять вышел и вернулся уже с какими-то пузырьками. Повозившись минут десять, взял кресло, пододвинул его к дивану и сел напротив нас.

– Где вы это нашли? – спросил он меня.

– Это из Западной Сибири, – ответил я. – Я по профессии геолог, поэтому иной раз приходится бродить в таких местах...

– А вы не могли бы снять свои очки, геолог? – усмехнулся Валентин. – Что-то мне подсказывает, что ваши глаза могут чем-то напоминать те, которые отчеканены на ваших монетах.

Я хотел мотнуть головой, но вовремя опомнился и пожал плечами. Показывая свою внешность, я ничем не рисковал. Ему никто не поверит, и можно заставить всё забыть.

– У вас хорошие нервы, – одобрительно сказал я, когда он при виде моих глаз не отшатнулся, а, наоборот, уставился на них с жадным интересом.

– Впервые вижу инопланетянина, – сказал Валентин, продолжая меня разглядывать. – Ваш товарищ такой же? И с чем связан ваш приход? Неужели понадобились деньги?

– А что вас в этом так удивляет? – спросил я. – Да, понадобились. Монеты не фальшивые и совершенно уникальные. А чеканили их в разное время, потому что я для продажи выбирал по одной каждого вида. Не бойтесь, мы не пустим вас по миру. Здесь полкило довольно чистого золота. Если считать грамм за полторы тысячи, всего будет семьсот пятьдесят. Умножьте эту цифру на четыре... Я думаю, что вы заработаете на них больше.

– Вы можете на меня как-то влиять? Спрашиваю, потому что открыл незнакомцам довольно странного вида, даже не спросив, кто они и что им нужно. И при этом испытал к вам такие чувства, будто вернулись братья, которых я не видел лет двадцать.

– Можем, – не стал скрывать я, – но сейчас не влияем. Симпатию внушили только для того, чтобы вы открыли дверь и не отнеслись к нам с предубеждением.

– Я куплю все монеты по вашей цене, – сказал Валентин. – Только попрошу больше не действовать на меня и не чистить память. Хочется, знаете ли, все помнить. Клянусь, что никому о вас не скажу и не причиню никакого вреда.

Он не соврал, поэтому я с готовностью дал такое обещание. Всегда считал Валентина очень умным мужиком, но не думал, что он меня так быстро расколет. В результате этой торговой операции я получил две пластиковые карточки с пин-кодами и пачку наличных.

– Очень умный человек, – высказался Герат, когда мы вышли со двора. – Куда сейчас?

– Найдём штуку, которая называется компьютером, – ответил я. – Нам нужно зайти в клуб или интернет-кафе. Я знаю одно здесь поблизости, но оно пока закрыто. И большинство магазинов откроются позже. Подождите, Герат, я возьму мороженое.

Я купил два сливочных пломбира и заодно разменял тысячную купюру.

– Вы бы ещё явились к открытию с пятью тысячами, – недовольно сказала продавщица, но набрала мне сдачу.