Текст книги "Приговор"
Автор книги: Геннадий Ищенко
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 20 страниц)
– Кто летит на лайнере? – спросил Артон у справочной службы, одновременно отдавая команду одному из своих компьютеров.
Его не интересовал список пассажиров, а вопрос был задан для внедрения в информационную сеть лайнера. Пока справочная отвечала на запрос, разумный компьютер быстро обошёл слабую защиту лайнера и выполнил всё, что от него требовалось.
– Можете убрать список, – сказал Артон. – Требую связь с капитаном.
– Я вас слушаю, – связался с ним капитан. – Я Марк из рода Фарни. Какого рода услуги вам требуются?
– Слушайте меня внимательно, капитан! – сказал он. – Очень советую отнестись к моим словам со всей серьёзностью! У меня с собой тепловой модуль, который без труда прожжёт обшивку вашего корабля. Система аварийной эвакуации мною блокирована, поэтому вы потеряете пассажиров. Если попытаетесь меня убить или парализовать, взрыв выполнит мой компьютер. У него усиленная защита, поэтому сжечь не получится.
– И чего же вы хотите? – после минутной паузы спросил капитан.
Минута понадобилась, чтобы справиться с растерянностью и проверить слова Артона о блокировке спасательных капсул.
– Ничего такого, что вам трудно выполнить, – заверил его Артон. – Вы берёте курс на систему, координаты которой я вам дам. До неё только десять световых лет, а это полдня полёта для вашего лайнера. Потом я покидаю вас на одной из капсул. Потратите немного энергии, которая почти ничего не стоит и даже не включается в цену билетов, день полётного времени и одну капсулу. Капсулу, конечно, жалко, но, если получится, я оплачу её стоимость вашей компании.
– А если я предложу вам лететь на Гарт и забыть об этом разговоре?
– Не считайте меня идиотом, капитан, – сказал Артон. – Вы не сможете стереть этот разговор и он станет достоянием службы безопасности порта, а я получу на Гарте срок. Но дело даже не в наказании. Я должен попасть в нужный мне мир, а если этого не сделаю, погибнет самый дорогой для меня человек и дальнейшая жизнь потеряет смысл. Умереть вместе с вами – не самый плохой вариант. Можете думать, только не слишком долго, и постарайтесь сделать так, чтобы ко мне сейчас никто не приближался.
– Покажите модуль! – потребовал капитан.
– Пожалуйста, – ответил он, показывая трубку. – Марк, не будьте идиотом. Вы же можете включить анализатор и убедиться в том, что я не вру. Мне страшно не хочется умирать, но я это сделаю, если вы не оставите выхода. Вы можете уцелеть, но после катастрофы будет разбирательство. Вам не простят потери пассажиров.
– Откуда вы только взялись! – зло сказал капитан. – О таких случаях нет даже записей в истории. Теперь над нами будут смеяться!
– Ваши пассажиры не будут смеяться, – возразил Артон, – они будут плакать от радости и благодарности к вам, а компания оценит ваше благоразумие и примет меры, чтобы такое больше не повторилось. А история... Теперь вы останетесь в ней, как единственный капитан, корабль которого угрожали взорвать.
– Вы так и будете сидеть на галерее до конца рейса? Может, подпустите к себе стюарда с обедом?
– Я кое-что прихватил с завтрака. В капсуле есть еда и питье, так что обойдусь. Не подлетайте к планете, а то всех на ней перепугаете. Меня устроит и граница системы. И не пытайтесь отсечь меня от своего компьютера, я посчитаю это попыткой захвата. Сообщите, когда будете на месте, а капсулу я вызову сам.
– Что это за мир? – спросил Марк.
– Для меня он теперь самый лучший, – улыбнувшись, ответил Артон, – а вам он вряд ли понравится.
Глава 9
Когда лайнер исчез, Артон приказал компьютеру спасательной капсулы найти третью от звезды планету и совершить посадку, показав последовательно образы Европы, Москвы и нужного ему двора.
– Включай режим полной маскировки, – добавил он, когда звёзды мигнули, и трёхметровый прозрачный шар капсулы повис километрах в ста над Землёй.
Внизу были обе Америки, поэтому капсула за несколько секунд облетела планету и зависла над Европой. Миг – и она уже летит над огромным городом. Поиски нужного двора заняли несколько минут. Когда возле него приземлились, стемнело и повсюду зажглись фонари. Артон выложил из сумки всё, что ему не требовалось в ближайшее время, надел зимнюю одежду и, никого не увидев, вышел из капсулы.
– Заблокируй все виды связи, кроме мысленной, – приказал он компьютеру. – Лети на крышу вон того дома и жди в режиме маскировки. Не выполнять ничьих приказов, кроме моих.
Теперь никто из его родного мира или Мирта не сможет найти капсулу и подчинить её компьютер, а он не потеряет свои запасы. До подъезда Артон добрался бегом, набрал номер квартиры и нажал кнопку вызова.
– Кто? – спросил голос Веры, от которого его бросило в дрожь.
– Открой бывшему заключённому, – попросил он, – иначе я начну ломать дверь.
По лестнице поднимался бегом и на площадке второго этажа встретился с бросившейся ему на грудь Верой. Подхватил её на руки, так же бегом поднялся к квартире с открытой дверью и вошёл в прихожую. Здесь Артон поставил свою ношу на ноги и принялся торопливо снимать шубу. От остальной одежды оба освободились уже в комнате. Никогда за всю богатую сексуальным опытом жизнь он не испытывал ничего подобного тому, что сейчас было с Верой. Они успокоились только через два часа, когда у Артона не осталось сил.
– Если бы ты знал, как я боялась, что ты можешь не вернуться! – сказала Вера, прижавшись лицом к его груди. – Занималась делами, как проклятая, а в голове был один ты!
– А я виноват? – спросил он. – Кто выбил у меня шантажом эту любовь? Жила себе спокойно...
– Не хочу спокойно! – ответила она. – Хочу жить, как сейчас.
– Милая, хватит целоваться, я уже никакой, – засмеялся Артон. – Знал бы, что ты такая жадная на любовь, десять раз подумал бы, возвращаться или нет. Да шучу я! Сам рвался к тебе, а эти сволочные бабы долго держали на Мирте. Ястолько раз нарушил законы, чтобы вернуться, что о Родере можно забыть. Ладно, о себе я ещё расскажу, а пока хочу знать, как ты жила, пока меня не было. То, что много работала, я уже слышал.
– Нечего рассказывать, – ответила Вера. – Не было у меня ничего, кроме работы. Больше остального возилась с твоим блогом. Артон, может, мы его закроем?
– Не хочется возиться? Так тебе теперь не придётся этим заниматься.
– Дело не только в этом. У нас очень много посетителей, и не только россияне. Наши зеркала рассчитаны на англоязычную аудиторию, немцев и французов. И что они о нас читают? Убийства, катастрофы, махинации и прочая чернуха. Я понимаю, что этим проще привлечь и поверят в такое самые разные люди, но в их головах осядет, что у нас нет ничего хорошего, только коррупция, глупость и криминал. Мало того что так пишут на Западе, получается, что мы им подыгрываем. Польза от наших материалов есть, но вреда намного больше. Наверное, лучше самим пристукнуть этих сволочей, чем о них писать и трясти перед всем миром своим грязным бельём. Другие-то не трясут, хотя грязи у многих ничуть не меньше. А нам с тобой отсюда не дотянуться до их белья. Кое-что ты выхватываешь из сети, но этого мало.
– Тематику изменим, – пообещал Артон. – Блог будет нужен, поэтому бросать нельзя. Давай встанем?
– У тебя прошла слабость? – спросила Вера.
– Только в ногах, – засмеялся он. – Если накормишь ужином и дашь отдохнуть, слабости не будет нигде.
– Сейчас приготовлю! Только иди со мной на кухню. Не хочу оставлять тебя даже на минуту. Неужели так будет и дальше?
– Привыкнешь. Мне тоже не хочется отводить от тебя глаз и от себя отпускать. Это из-за того, что ждали встречи целый месяц. Одевайся и иди на кухню, а я принесу вещи. Бросил сумку в прихожей, а в ней подарки.
– Подарки – это хорошо! – надевая халат, одобрила Вера. – Ты только недолго возись, а то я всё брошу и прибегу.
В последнее время она махнула рукой на питание, поэтому в холодильнике не было большого выбора продуктов. Пришлось сделать к чаю бутерброды с маслом и семгой.
– Миллионерша, – с иронией сказал Артон, с удовольствием жуя бутерброд. – Нужно покупать нормальную квартиру и нанимать прислугу. У меня большие планы, в которых не предусмотрена готовка, а мотаться по кафе тоже не дело.
– Наелся? – спросила Вера. – Тогда гони подарки! Разжёг любопытство, а подарки зажал!
– Держи, – сказал он, и положил ей на ладонь брошь.
– Красивая, – одобрила она. – Неужели алмазы?
– Алмазы, только мелкие. Безопасней были бы стекляшки, но у нас с ними не работают. Ничего, спрячешь под одеждой. В этой вещи камни не главное, в ней спрятан прибор, с помощью которого можно слышать мысли людей и животных. Наши не услышишь, только у тех, кто думает мозгом. Он настроился на тебя и сработает при мысленном приказе. Без приказа предупредит, если кто-нибудь захочет причинить вред или будет следить. Полезная вещица?
– Полезная и красивая. Неужели животные мыслят словами?
– Самые развитые могут употреблять что-то вроде слов, но больше мыслят образами. Прибор анализирует их и переводит в речь. Она довольно бессвязная, но понять можно. А это второй подарок. Не такой красивый, но для тебя более полезный.
– И в чём его польза? – спросила она, рассматривая «Колыбель».
– Вложишь вместо колпачка и получишь безопасный секс, – объяснил Артон. – Мы почти наверняка генетически несовместимы, а с ним будут дети. Для этого тебе нужно мысленно приказать. Только перед таким приказом посоветуйся со мной. У меня с собой много полезного, а ещё больше оставил в спасательной капсуле, на которой сюда прилетел. Она сейчас на крыше нашего дома. В режиме маскировки может стоять там, даже если начнутся ремонтные работы.
– Так у нас есть свой космический корабль? – удивилась Вера.
– Это не корабль. На другие планеты можешь попасть за минуты, но не доберёшься даже до ближайшей звёздной системы. Не хватит энергии и вычислительных возможностей компа.
– И я могу слетать на Луну? – не поверила Вера.
– Да хоть на Юпитер, – ответил Артон. – Высадиться можно только на спутники, а долетишь без проблем. Это всё ерунда, у нас будут дела поинтересней, только сначала мне нужно стать здесь своим. Завтра сяду за комп и буду сочинять себе биографию, а потом заставлю начальника гольяновского паспортного стола оформить документы. Есть у меня для этого одна вещица.
– Когда расскажешь, что придумал?
– Завтра. Я уже поел и почти отдохнул. Есть у меня подозрение, что скоро нам станет не до разговоров, а потом ты быстро уснёшь.
Закончив ужинать, минут десять говорили на кухне, после чего вернулись в кровать и занялись друг другом. Постельная баталия измотала обоих, поэтому после неё быстро уснули. Утром Артон проснулся первым и долго смотрел на подругу. То ли она как-то почувствовала его взгляд, то ли проснулась сама, но после её пробуждения они опять любили друг друга, забыв обо всём на свете.
– Как хорошо! – сказала Вера, когда закончили и лежали в обнимку. – Не хочется вставать, но придётся. У меня почти пустой холодильник, а тебя нужно чем-то кормить. Сейчас возьму такси и съезжу на Байкальскую, там есть круглосуточный продуктовый магазин, для обычных ещё рано.
– Лежи, – остановил Артон. – Я не голоден, поэтому обойдёмся «Пятёрочкой». Она откроется через час. А можно не морочить голову и сходить в кафе. Давай пока поговорим о том, что будем делать дальше. Прежде всего нужны документы, а потом мы с тобой сходим в загс. Ты ведь не откажешься стать моей женой?
– Как я могу отказать мужчине, который одним своим присутствием сводит меня с ума? Я вообще не могу тебе ни в чём отказать!
– Значит, считай себя моей женой и слушай дальше. С твоей карьерой писателя нужно завязать, и композитором ты у нас не будешь. Раньше я рассчитывал, что десять лет просижу в твоём теле, поэтому и придумал то, что ты могла провернуть одна. Теперь мы вместе, поэтому баламутить жизнь будем по-крупному и с большой выгодой. Слушай, что я предложил семье.
Он рассказал о своей идее вербовки солдат.
– И как ты это представляешь? – спросила Вера. – Сотни ребят найти можно, особенно с твоими вещицами, а где ты найдёшь сотни тысяч? С этой вербовкой нас очень быстро повяжут.
– Это если делать в тайне, – засмеялся Артон, – а мы будем вербовать совершенно открыто. Только перед этим так всех повяжем, чтобы ни у кого не возникло мысли вязать нас.
– Твои знания? – догадалась она. – Но там одни идеи. Всё равно повяжут, а потом ты сам расскажешь.
– Я скачал чуть ли не всю нашу науку, – самодовольно сказал он. – Всё по искусству тоже записано, поэтому тебе не придётся заниматься анализом музыки. Мы найдём партнёров и запустим в производство такие новинки, которые перевернут жизнь. Главное – сделать так, чтобы секрет технологий остался у нас. Это будут слишком продвинутые изделия, поэтому их никто не сможет воспроизвести. Тогда и объявим, что мы посредники между человечеством и некой развитой цивилизацией. Если хотят, пусть имеют дело с нами, если нет, то могут по-прежнему считать человечество одним во Вселенной и всего добиваться сами. Учитывая состояние экологии и климата, никто не станет сильно выделываться, тем более что и мы не будем наглеть.
– И что ты хочешь производить?
– Электростанции любой мощности и накопители, которые в тысячи раз более ёмкие, чем ваши аккумуляторы. Есть такой эффект, как фазовый поворот пространства. Даже из наших головастиков в нём разбираются единицы, а в пространственном резонаторе не разберётся никто из ваших учёных.
– А это не опасно? – спросила Вера.
– Очень опасно, – подтвердил Артон, – поэтому и будем строить электростанции, не раскрывая некоторых особенностей их работы. Любое вещество в зоне фазового поворота пространства мгновенно превращается в антиматерию. У нас это будет сильно разрежённый газ, который при аннигиляции обеспечит нужный поток тепла. Но можно засунуть плотное тело и получить такое оружие, что с Земли после этого нужно делать ноги. Правда, остаётся проблема хранения, а технология антигравитации здесь долго останется секретом, даже если будем строить космолёты. У нас энергия потому ничего и не стоит, что можем без труда получать антивещество. Но плотное производят только в дальнем космосе и строго контролируют.
– Что за накопители? – спросила Вера. – Ты ничего о них не давал.
– Я давал идеи по нашим космическим кораблям. Есть такой физический эффект, как пространство Марта Амера. Этот учёный случайно открыл его лет триста назад, и до сих пор никто не может объяснить, что же это такое. В небольшой области пространства начинают происходить чудеса. Помещённые в него предметы теряют для остального мира не только вес, но и массу, а электрический заряд стекает, как в чёрную дыру. Предела накопления не достигли, но заряжать слишком сильно бессмысленно, потому что избыточным зарядом не получается воспользоваться. Такие накопители и станции – это гроб нефтедобыче и газу. Для химии их нужно немного, в основном всё сжигают. Если повсюду внедрить, то загрязнения уменьшатся в десятки раз, не говоря уже о парниковых газах. И резко упадёт стоимость транспорта и многого другого.
– А нас с тобой закопают нефтяные компании, – сказала Вера. – США так тряхнёт, что никому мало не покажется! Весь Ближний Восток пойдёт по миру, и почти все наши экспортные доходы от продажи нефти и газа.
– Во-первых, такой переход займёт лет двадцать, если не больше, – возразил Артон, – так что будет не тряска, а дрожь. Акции, конечно рухнут. Жителям Ближнего Востока давно пора научиться работать, а не только продавать нефть, а Россия больше получит от экспорта станций, накопителей и электроэнергии. Накопители будут нужны всем, причём в огромных количествах, и делать их сможем только мы. Один раз созданное пространство Марта Амера существует вечно. Техника для его создания будет только у нас, и пусть кто-нибудь попробует разобраться с тем, с чем не разобрались у нас.
– Первым делом всё пойдёт на войну.
– У вас всегда всё самое передовое применяют в оружии. Не вижу в этом ничего страшного. Ну появятся в дополнение к обычным танкам шагающие и силовая броня, а к огнестрельному оружию – плазма и магнитные метатели, и что это изменит? Войны станут немного разрушительней, а в остальном всё останется по-прежнему. Электроэнергия – это не антивещество. Вся техника постепенно перейдёт на электричество и наделаете роботов. Мы прошли этот этап и уцелели.
– Это всё, или будем делать что-нибудь ещё?
– Посмотрим. Многое будет зависеть от того, как договоримся с правительством России, и от реакции остального мира. Будет трудно делать что-нибудь только для вас и не продавать другим. Не будем выводить ваше соперничество в космос, поэтому космолёты пока отпадают. Можем с помощью капсулы спасать космонавтов или за плату летать на другие планеты и везти оттуда мусор на исследования. Это и вашу космонавтику притормозит, а то на неё тратят слишком много средств и загаживают атмосферу. Пусть лучше занимаются Землёй.
– Я поняла, почему ты перекрыл мне писательство, – сказала Вера, – а что делать с той книгой, которая скоро будет издана? И одна опубликована в «Прозе».
– Напиши на своей странице в «Прозе», что не являешься автором обеих книг, – посоветовал он. – Мол, книги написаны машинами некой развитой цивилизации, а ты их только перевела и сделала доходчивыми для читателей. Машины не имеют серийного номера или имени, поэтому ты поставила своё. Пусть смеются или крутят пальцем у виска, когда понадобится, мы сошлёмся на эту запись. Произведениями искусства торговать не будем, начнём понемногу подкармливать ими человечество, чтобы не пустить по миру здешних творцов.
– Артон, а когда вернутся наши ребята...
– Вот тогда начнётся самое интересное. Им дадут немало знаний и память души. Представляешь, как могут подтолкнуть развитие цивилизации сотни тысяч суперов? Им можно подсказать, что в качестве расчёта нужно взять старые крейсера. Воевать вы ими не будете, но и на вас никто не раскроет пасть. Никаких глобальных войн с применением оружия массового уничтожения на Земле больше не будет. Для этого достаточно одного крейсера, а если их будет несколько... Лишь бы у вас к тому времени была вменяемая власть, а то ведь дерьмо не только в Америке, его и здесь хватает. Но ваши парни не отдадут технику дерьму, скорее, сами наведут здесь порядок. Может, хватит разговоров? Уже всё открылось, а у меня живот прилип к спине. Покормишь почти мужа, у которого нет своих средств? А то придётся бежать на крышу за аварийным комплектом капсулы, в нём должна быть еда.
– Побежали! – сказала Вера и вскочила с кровати. – Поговорить можно и по дороге.
Они оделись и уже через пятнадцать минут были в кафе. Выбрав себе завтрак, сели за столик в углу, где не было других посетителей.
– А как ты выдумаешь биографию? – спросила Вера, – когда перешли к десерту.
– Выберу какое-нибудь селение, в котором сейчас нет жителей, и посмотрю, что по нему сохранилось в базах данных. Подправить будет нетрудно. Когда мы с тобой прогремим, биографию каждого будут изучать под микроскопом. Наверное, найдут тех, кто заявит, что я самозванец, но к этому времени такие свидетельства уже не будут опасными. Постараюсь сделать сегодня, а если успею, сбегаю и в паспортный стол. Пока будут оформлять документы, поищем приличную квартиру. Немного позже надо купить коттедж в одном из подмосковных посёлков. Деньги за рекламу поступают?
– Не знаю, я их не проверяла. А что?
– А то, что я немного увеличу счета, и с воровством нужно завязывать. Ты взяла брошь?
– Оставила дома. Почему ты спрашиваешь?
– Потому что она предупреждает об опасности или слежке, и лучше постоянно носить с собой. У меня есть такой прибор, но он отслеживает только то, что касается лично меня. На тебя сейчас как-то неприятно посмотрел один тип, который уже вышел из кафе, вот я и вспомнил. Поела? Тогда пошли.
– А где будет прописка? – спросила Вера, когда они возвращались домой. – У меня можно оформить только временную регистрацию.
– Что-нибудь придумают, – ответил Артон. – Это только до брака. Буду оформлять утерю паспорта, так что обеспечь деньгами на штраф.
– Не погоришь? – с тревогой спросила она.
– Милая, с «Удавкой» я могу заставить начальника паспортного стола сделать всё, что хочу. Захочу – и он пропишет меня на своей жилплощади и сам уплатит штраф. Один такой прибор отдам тебе. Если надо будет кого-нибудь подчинить, отдашь мысленный приказ. Можно пользоваться только в крайнем случае и если нет свидетелей или камер. Одновременно обработаешь только двоих. Нужно будет купить для меня мобильный телефон, а пока дам устройство для мысленной связи. Дальность у него только километров десять, но наш разговор никто не перехватит.
– Зайдём в магазин? – предложила Вера.
– Не стоит. Я зайду после паспортного стола. Составь список и приложи к нему деньги или карточку. Давно в последний раз шёл снег?
– Дня три или четыре, – ответила она, – точно не помню.
– Уже грязно. Открывай дверь. Кстати, отдашь ключи, я сделаю дубликаты.
Они поднялись в квартиру и следующий час Артон возился с биографией.
– Сделал, – объявил он, выключив компьютер. – В базы тоже внес. Вера, возьми устройство связи. Мои вещицы очень маленькие, и надо что-нибудь придумать, чтобы ты не растеряла. Их будет штук пять, так что лучше сшить пояс с кармашками и носить под верхней одеждой. Управление мысленное, поэтому не нужно ничего доставать. Давай список, деньги и ключи, и я побегу.
Артон ушёл, а через несколько минут после его ухода залился птичьими трелями звонок в прихожей. Думая, что это вернулся любимый, Вера отперла замок и распахнула дверь. В прихожую шагнул какой-то мужчина и попытался ударить её ножом. Если бы он имел дело с обычной женщиной, на этом для неё всё закончилось бы, с Верой вышло иначе. Она не успела увидеть ножа или испугаться, но отреагировала на резкое движение. Левая рука круговым движением отбила в сторону нож, а правая ударила вошедшего в горло. Только после этого навалился страх, и Вера отскочила от начавшего падать тела. Мужчина упал лицом вниз, несколько раз дёрнулся и затих. Она вспомнила об устройстве связи и метнулась за ним в комнату.
– Артон! – крикнула Вера, которую трясло от запоздалого страха. – Меня хотели убить! Можешь вернуться?
– Бегу, – пришёл ответ. – Тебе что-нибудь угрожает?
– Не знаю, – заплакала она. – Я ударила его, может, и убила. Лежит в прихожей, а я не могу даже закрыть дверь, потому что боюсь!
– Возьми «Удавку»! – приказал он. – Если очухается, прикажешь постоять в прихожей. Я уже возле дома.
Видимо, Артон бежал изо всех сил, потому что появился в квартире раньше, чем она нашла нужную пластинку.
– Труп, – сказал он из прихожей. – У этого типа есть ствол, но тебя собирался убить ножом. Наверное, хотел оформить, как квартирную кражу. Хорошо сработала, плохо что открываешь двери, не спрашивая, кто пришёл. Хотя у него наверняка был заготовлен ответ на такой вопрос. Иди сюда, посмотришь, знаешь его или нет.
– В первый раз вижу, – ответила вошедшая в прихожую Вера. – Может, он ошибся квартирой?
– И оружие взял по ошибке, и перчатки надел, чтобы не пятнать твои вещи отпечатками пальцев. Давай всё-таки будем считать, что он не ошибся адресом. Так, никаких документов у него нет.
– И что будем делать? Я вызвала бы полицию, но и ты без документов...
– Давай избавимся от тела, а потом будем думать, – предложил Артон. – Сейчас я помещу этого типа в капсулу и включу стазис. Открой дверь на балкон и одно из окон.
Он взял киллера под мышки, легко приподнял и поволок на балкон. Невидимая капсула уже висела напротив открытого окна и по приказу приняла тело.
– А теперь будем разбираться с тобой, – сказал Артон, когда закрыли балконную дверь. – К обычным людям не присылают киллеров, а что в тебе необычного?
– Хочешь сказать, что это как-то связано с твоим блогом? – задумалась Вера.
– У меня нет других мыслей, – пожал он плечами. – Наверное, ты потопталась по чьим-то ногам. Много было чернухи? Ладно, можешь не отвечать, мне проще посмотреть.
На просмотр понадобилось десять минут.
– Убийство профсоюзного активиста несколько лет назад, которое ты с подачи нашего детектива вытащила на свет божий, скандал с наркотиками и сомнительное самоубийство прокурора, – сказал Артон, выключив компьютер. – Это всё, что я нашёл, остальное – мелочь, из-за которой не будут убивать. Я уже удалил. Возможно, тебя больше никто не тронет, но мы не будем на это рассчитывать и срочно займёмся жильём. Здесь тебя слишком легко достать. Только сначала нужно закончить с моими документами. Сейчас сидишь дома и ждёшь, когда я закончу заниматься паспортом. Я надавлю так, чтобы оформили в пожарном порядке, а потом займусь домом. Квартира пока подождёт. Как только его купим, сразу же наймём охрану. И блогом занимаюсь один я. Ухожу, а ты закрепи на себе мои вещицы и сиди тихо как мышка. Двери никому не открывай и время от времени что-нибудь говори по связи. Не думаю, что тобой будут заниматься в ближайшие два-три дня, а этого времени должно хватить.
Документы делали два дня. Вера никуда не выходила из дома и занималась готовкой из продуктов, которыми Артон забил холодильник. Он же нашёл подходящий коттедж в посёлке «Лукоморье».
– Больше семисот квадратов! – ужаснулась Вера. – Нам играть в нём в футбол? А эта сумасшедшая цена... Уйдут все деньги, в том числе и те, которые заработали на рекламе!
– Деньги халявные, – возразил Артон, – за два дня я подброшу ещё. Дорогая, там замечательный дубовый лес, хорошая охрана и все удобства. И эта прелесть в нескольких километрах от МКАД. Закажем охранников вместе с машиной, и будешь как у бога за пазухой. А площадь пригодится. Мне нужно предварительно провести кое-какие работы, а там это очень удобно сделать. Надеюсь, я тебя убедил?
Коттедж купили, но с переездом пришлось повременить. Мебель была только на кухне, а денег почти не осталось. Артон, как и обещал, два дня пополнял счета, а потом занялся покупкой того, что требовалось в первую очередь. Сразу после получения паспорта съездили в загс, оформили заявление о заключении брака и тут же его зарегистрировали. Взяток за срочность Артон не платил, использовал «Удавку».
– Не жалеешь о белом платье и свадьбе? – спросил он, обняв жену.
– Я не молодая дура, – ответила она. – Главное – это ты, всё остальное... С кем играть свадьбу, если здесь нет ни родственников, ни друзей? Были у меня уже белое платье и свадьба, не было только счастья.
Вскоре переехали в коттедж и продолжили обустраиваться. Своей машины пока не было, поэтому наняли машину с охранником. Вера почти безвылазно сидела дома, а по делам ездил муж. Квартиру в Гольяново не стали продавать, а капсулу переправили к новому месту жительства. Перед этим Артон куда-то слетал и избавился от тела.
– Я вчера написала в «Прозе» об инопланетном происхождении книг, – со смехом сказала Вера мужу. – Знаешь, какая реакция читателей?
– Все сразу поверили? – предположил он.
– Пишут в основном мужчины, – ответила она. – Многие заявляют, что ждали чего-нибудь подобного. Не может женщина, да ещё только взявшаяся писать, сочинить такие книги! Может, их писали не пришельцы, но уж точно не я. Не та у женщин фантазия. Олег, когда мы куда-нибудь слетаем?
Олегом Артон стал после получения паспорта, а фамилия у их семьи теперь была Шубины.
– Сегодня и слетаем, – пообещал он, – только ненадолго. Завтра закончу оборудование мастерской и доставят машину. Управление и правила движения уже в моей голове. Через день-два наведаюсь в какую-нибудь автошколу, оплачу и немного поезжу с инструктором. С «Удавкой» оформят за один день, а потом получу права. Здесь нельзя без машины, а наёмная... Без своей даже не познакомишься с соседями, будут смотреть, как на парвеню. Я думаю, что никаких наездов на тебя больше не будет. У нас популярный сайт, поэтому власти должны были реагировать на твои разоблачения. Не знаю, кого ты зацепила, но мы всё убрали, поэтому для него не будет последствий, а месть... Это не тот случай. Тебе хотели не отомстить, а заткнуть рот. Говорю к тому, что можно будет ездить без охраны. Если я ошибся, применим одну из моих вещиц.
– А куда мы сегодня полетим?
– Я с ней говорю о делах, а она думает о ерунде! – делано возмутился он. – Ты нашла служанку? И я просил разузнать насчёт охраны. Охрана на воротах – это хорошо, но при желании можно перебраться через ограду. Я ведь колочусь не только из-за киллеров, но и из-за нашей будущей известности.
– Думаешь, мы здесь отсидимся? – с сомнением спросила Вера.
– Конечно, нет. Первое время придётся сидеть на одном из заводов в готовности уничтожить всё оборудование. Вот когда договоримся с правительством, а на всех ключевых участках будут наши люди, можно будет расслабиться и вернуться.
– Своих тоже будешь обрабатывать «Удавкой»?
– Ты знаешь другой способ? Я завалю их деньгами, предложу дружбу и закреплю их согласие своим способом. Об этом, кстати, буду предупреждать заранее. Если не думают предавать, не испугаются.
– Так куда полетим? Олег, не будь таким противным!
– Хотела на Луну, на Луну и слетаем. Если хочешь, можно даже набрать булыжников, но в другой раз, потому что в капсуле только один скафандр.
Глава 10
– Что вы делаете на этом сборище стариков? – спросил невысокий седой мужчина, который не дотянул до старости, но был к ней близок. – И зачем я такой известной и красивой женщине, как вы? Вы ведь, кажется, замужем?
– Вы мне нужны не в этом качестве, – засмеялась Вера. – Зря вы, Владимир Леонидович, пытаетесь от меня сбежать. Это из-за репутации моего блога? Не бойтесь, я не собираюсь вас в чём-то разоблачать, я больше этим не занимаюсь. Мне нужны не вы, а ваши связи, и именно из-за моего мужа. Я и сюда попала с большим трудом, а к нужному человеку не пробиться без вашей помощи. Это господин Ткаченко.
– Да, это тяжело, – согласился Богдановский. – Геннадий Николаевич не ходит на такие вечеринки. Не скажете, зачем он вам нужен?
– Возьмите этот бриллиант, – сказала она и положила на ладонь собеседнику один из алмазов мужа. – Он совершенно бесцветный и без малейшего изъяна. Вес – десять карат, а стоимость примерно два миллиона долларов. Это не для Ткаченко, а наша благодарность вам за содействие и доказательство серьёзности намерений. У нас к Геннадию Николаевичу очень серьёзное предложение. Если оно его не заинтересует, мой муж сразу уйдёт.
– Не похож на подделку, – сказал Богдановский и подошёл к столику, на котором стояли бокалы. – Стекло режет... Вы меня не разыгрываете?
– А для чего мне вас разыгрывать? Я сейчас уеду, а вы завтра проверите наш подарок у специалистов. По этому номеру можно будет позвонить. Да, можете не наводить справки о моём муже: не узнаете ничего интересного. Скажите Геннадию Николаевичу, что он может не опасаться. К нему трудно попасть на приём, причинить вред намного проще.
