Текст книги "Сверхновая (СИ)"

Автор книги: Геннадий Ищенко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 13 страниц)

– А почему так рано? – удивился Олег. – Облучение будет только через год!

– Наверное, потому, что не так просто расселить тридцать миллионов человек и обеспечить их работой, – сказал отец. – Если причина в этом, то нам просто не повезло. Но мне в утешение сказали, что это очень приличная семья.

– А они откуда знают? – спросил он. – Утешители хреновы! Неужели в списках напротив фамилий есть пометки? Этого умника поселить к хорошим людям, а эту сволочь – только к алкашам! Ладно, все равно ничего не сделаешь. Завтра я перенесу все вещи. Мама, передавали что-нибудь интересное?

– К тому, что передали, это слово не подходит, – ответила она. – Сейчас почти все новости важные и страшные, но они не вызывают интереса. Сто лет бы такого не слышать!

– Тогда расскажи о важном, – поправился Олег. – Я не буду ждать следующего выпуска.

– Беспорядки в Европе перекинулись из Франции в Германию, – сказала мать. – Очень много убитых. Обе стороны пустили в ход оружие, а мигранты ловили немок и их детей и стреляли из-за живого щита.

– Кажется, у европейцев закончилось терпение, – добавил отец. – В ряде стран хватают тысячи мигрантов, сгоняют их на грузовые корабли и вывозят в Алжир и Ливию. Фактически это убийство, потому что они там или умрут от голода, или будут убиты. В Ливии у очень немногих мужчин будет шанс выжить, вступив в ряды исламистов. Я думаю, что скоро этот вывоз прекратится, и мигрантов будут просто убивать.

– Что ты такое говоришь, Коля! – возмутилась мать. – Их же там миллионы, и большинство – это не мужчины, а женщины и дети!

– Ну и что, Таня? – сказал отец. – Мало женщин и детей убили беженцы? Опустели целые страны! Когда стоит вопрос выживания своего народа, никакая цена не будет большой. Намотать бы кишки на кулак всем тем, кто помогал этому "переселению народов"! Надо же было такое придумать!

– В СССР были десятки миллионов мусульман, – возразила мать, – и они прекрасно со всеми уживались!

– Они жили вместе сотни лет, – сказал отец, – причем каждый своим укладом. Просто это не бросалось в глаза. В СССР разрешали верить, если ты тихо молишься богу и не навязываешь своей веры другим. Можно было прожить жизнь и не пересечься ни с христианством, ни с исламом, а о том, что у нас есть буддизм, многие даже не подозревали. Да и не было у нас почвы для религиозной ненависти и экстремизма. Все это зародилось в арабских странах как ответ на экспансию Запада.

– А что передают об украинцах? – спросил Олег. – Меня они интересуют больше европейцев.

– Скажи спасибо майору и его дочери, – ответил отец. – Наверняка беженцев с Украины тоже к кому-нибудь подселят, по крайней мере, на зиму, а мы уже в этот список не попадем. Передали, что к нам за сегодняшний день перебежали десять тысяч украинцев, но это только начало. В их городах сейчас не выживешь, а в них больше двух третей всего населения. Нам нельзя сейчас соваться на Украину наводить порядок, а Захарович может попробовать. В Донецк перебежала треть украинской армии, а у него и своих сил было много. Они там свои, вот пусть сами и разбираются.

– Что с тобой происходит? – спросил Мерт, после того как отправил по домам Олега с Леной. – Ты так изменился, что трудно узнать. Занялся террористами, возишься с этими детьми... Недавно обвинял меня в болтливости...

– Я никогда не спрашивал, что было причиной твоего ухода из жизни, – перебил его арк. – Может, скажешь сейчас?

– Не знаю, – ответил друг, – могу только предположить. Когда я снимал копию личности, таких мыслей не было, но после этого прошло почти сто лет. Наверное, я просто от всего устал.

– Вот и у меня было примерно то же самое, – сказал Арк. – Девятьсот лет – это достаточно много, чтобы все надоело и перестало интересовать. Когда мы уходили от сверхновой, даже возникла мысль приказать тебе остановить двигатели и снять защиту. А этот мир меня заинтересовал. В нем очень много того, чего уже давно нет у нас – борьбы за жизнь и очень ярких эмоций. Будет жаль, если эту цивилизацию погасит какой-нибудь катаклизм, или это сделают сами люди.

– Со временем они изживут дикость, а с ее исчезновением снизится и накал борьбы, – возразил Мерт. – Это всего сто или двести здешних лет, а потом все будет так же, как у других. Разве что останется больше разнообразия во всем, если они его сами не уничтожат. Дикая и примитивная жизнь, что в ней может быть привлекательно для арка? Та информация, которую я записал в твой мозг, так повлиять не могла, значит, было что-то другое. Это не общение с личностью генерала?

– Наш генерал – интересный человек, – ответил Алер, – но дело не в нем. Я устал от жизни, но пока не хочу из нее уходить, вот и ухватился за возможность приятно провести хотя бы этот год. Не хочу заниматься ничем серьезным. Буду развлекаться и чудить, пока ты не закончишь ремонт корабля. А потом вернемся в один из наших миров, и я сделаю копию своей личности. Если все-таки решу со всем покончить, будет легче уходить, зная, что мои мысли и чувства не исчезнут бесследно. Ладно, поговорили по душам, теперь займемся делом. Что у нас с террористами?

– Все то же самое, – ответил Мерт. – К празднику полицейских спланированы шесть акций. Две из них проведут в Москве, еще одна – это взрыв на атомной станции в Волгодонске, а три остальные – взрывы в электричках. Смертников не будет, поэтому все готовят так, чтобы можно было уйти. Самая проблемная акция – это диверсия в Волгодонске. Охрана атомных объектов хорошо продумана и осуществляется в усиленном режиме, поэтому у них не было бы никаких шансов, если бы не завербованный работник АЭС.

– Всех, кроме этой группы, ликвидируй, – приказал Алер. – Я не собираюсь выполнять работу российских спецслужб, но нужно, чтобы внимание всех было приковано к одному теракту. Это даст хорошую возможность показать наших ребят. Только убирай за день до праздника, чтобы им не нашли замену. А с последней группой я поработаю сам. Ее состав не изменился?

– Все осталось по-прежнему. Группа самая многочисленная, а во глава стоит один из руководителей исламского подполья в Казани Ахмет Байков. Все вооружены автоматами АК, пистолетами разных систем и гранатами. Для диверсии подготовлено около ста килограммов взрывчатки.

– Где они сейчас?

– В одном из поселков, находящимся рядом с Волгодонском. Там дача у подкупленного ими Норова.

– Прикажи разведчику, чтобы взял всех под контроль и выведи меня на Байкова.

Аватар Алера за долю секунды переместился в большую, обставленную дорогой мебелью комнату. В ней двое мужчин, сидя на диване, смотрели по телевизору выпуск новостей.

– Кто из вас Ахмет? – спросил арк.

– Я Ахмет, – ответил тот, который был лет на десять старше. – Это мой брат.

– Выйди! – сказал Алер брату главаря и сел на освободившееся место. – Слушай, Ахмет, что тебе нужно сделать!

– Все выполню по вашей воле, господин, или умру, – покорно ответил Байков.

– Акцию на АЭС я отменяю, – приказал Алер. – К празднику охрану усилят так, что вам и Норов не поможет. Вас там всех положат на подходе без всякой пользы. Я даю другое задание. К утру выезжайте в Ростов-на-Дону. Норова перед отъездом ликвидируй. Вам нужно будет за оставшиеся шесть дней изучить театр музыкальной комедии и подготовить его захват. Ваша цель – это большой зал, в котором тысяча мест. На вечернем сеансе, который начнется в восемнадцать или девятнадцать часов, все они будут заняты. К зрителям добавите еще сотню оркестрантов и столько же артистов и работников сцены.

– У меня достаточно людей для того, чтобы его захватить, – сказал Байков. – И пока еще есть время на подготовку. Только, господин, мы ведь оттуда не уйдем...

– В театре почти нет охраны, поэтому вы его захватите без труда, – сказал арк. – Старайтесь по возможности никого не убивать. Заблокируете все входы в большой зал, а из двух остальных пусть бегут. Здание очень большое, поэтому вы там всех не задержите. И не поднимайте раньше времени стрельбу. Вам не нужно там долго держаться после захвата. Оставь в зале человек пять со взрывчаткой, а остальные пусть следят за входами в театр. Скоро поднимется шум, и прибудут силовики и пресса, тогда можете пострелять по стеклам. Ваша задача – создать как можно больше шума, протянуть время и подготовить взрыв. Перед тем, как взорвете зал, попытаетесь прорваться. У вас много гранат, так что кто-нибудь может уйти. А пасть за веру – это почетная смерть! Все ясно?

– Все понял и сейчас же начну выполнять! – поклонился Ахмет.

Кланялся он зря, потому что Алера уже не было в комнате.

– Надо обработать остальных, – предложил Мерт вернувшемуся арку.

– Обработай, – согласился он. – Главное, чтобы они там никого не убили и даже случайно не совершили подрыв.

– Заменю взрывчатку чем-нибудь безвредным, а после захвата здания силовиками, все верну обратно. Не скажешь, зачем тебе этот спектакль? Какой интерес в управлении марионетками?

– А ты хочешь, чтобы я в первое испытание отправил ребят без всякой подстраховки? – спросил Алер. – С ними в любом случае ничего не случится, но если погибнут зрители или артисты, о доверительных отношениях придется забыть. Олег наверняка догадается о том, что мы знали об этом захвате. Мы оказываем всем большую услугу, а заодно смотрим, как ты выразился, спектакль и тренируем ребят. Что в этом плохого? Взрыв на АЭС мог бы очень сильно навредить.

Когда Олег проснулся, он не сразу разобрался в своих ощущениях. Было такое чувство, что в него вселился кто-то сильный и уверенный в себе, и этот вселившийся делился с юношей своими силой и уверенностью. Сначала в его голове всплыли события вчерашнего вечера, а потом как-то сразу вспомнилась вся борьба. Причем это было не просто знание приемов, а умение профессионально вести бой.

"Ты уже не спишь? – мысленно спросила Лена. – Хотела с тобой поговорить и как-то почувствовала, что уже можно. Разобрался с борьбой?"

"Сейчас я, наверное, раскидал бы тех, кто напал на Алера, – ответил он. – Им бы и ножи не помогли. Могу даже справиться с тем, у кого пистолет. Обычному человеку это трудно, но с нашей силой..."

"Надеюсь, что этого делать не придется, – сказала девушка. – Плохо, что у нас заберут защитников. Очень удобно так переговариваться, а я еще привыкла к Ольге. Это я так назвала своего защитника. Знаешь, он после этого сразу заговорил женским голосом. Разговор мысленный, но это как-то чувствуется. Мы с ней много болтаем".

"А что у тебя с борьбой?"

"Чувствую себя непобедимой, – рассмеялась Лена. – Уже успела поделиться с Мертом, так он мне сказал, что непобедимых не бывает. Вы, говорит, легко справитесь даже с крепкими тренированными парнями, но могут попасться такие бойцы, которым и вы будете на один зуб. Вот когда станете старше, если продолжите заниматься, то на вас нужно будет напускать толпу. Я его спросила, можно ли нам сейчас навредить. Ответил, что можно пострадать от лазера или мощного потока радиоактивного излучения. Но чтобы не спасли защитники, такие установки должны быть размером с железнодорожный вагон. И еще могут не вытянуть живыми из эпицентра ядерного взрыва".

"Ты чем будешь заниматься? – спросил Олег. – Я сейчас сделаю свои упражнения, позавтракаю и перетаскаю в гостиную свои вещи, а после этого буду совершенно свободным. Перед сном минут десять посижу с учебниками..."

"А зачем переносить вещи?" – не поняла девушка.

"К нам уже хотят подселить какого-то полицейского майора с дочерью, поэтому у меня конфисковали комнату".

"А почему так рано? – удивилась Лена. – У майора дочь не может быть малявкой. Смотри, если узнаю, что у тебя с ней завязался роман, тебе и борьба не поможет!"

"Не надо мне закатывать сцены ревности, – засмеялся он. – Я об этом заговорил потому, что хочу пригласить тебя погулять. На улице дождь, поэтому можно гулять без этих дурацких масок. А радиация за два-три часа не навредит. Мы и так почти все время проводим под крышей. Можно принять еще одну таблетку от облучения. Я к вам прибегу к одиннадцати".

Было около семи, а в воскресенье, в это время, работавшие на заводе члены семьи Поливиных спали, а мать, если и проснулась, то не вставала, чтобы не будить отца. Официально суббота по-прежнему считалась выходным, но многих вызывали на работу. За это платили в двойном размере, но, учитывая девятичасовой рабочий день и то, как теперь работали, люди сильно уставали.

"А нам с завтрашнего дня вкалывать на два часа больше, – подумал Олег. – Мне это теперь нетрудно, но ребятам не позавидуешь".

Он сходил умыться и, стараясь не шуметь, выполнил свой комплекс упражнений. На то, чтобы согреть завтрак и поесть, потребовалось минут двадцать, после чего юноша вернулся в свою комнату и занялся вещами. Многие из них ему были не нужны, но не оставлять же свое барахло чужим людям. Они тоже приедут не с пустыми руками. С вещами Олег возился с час, потом сделал уроки. Времени было много, и его нужно было чем-то занять. Он хотел связаться с подругой, но услышал частые гудки. Наверное, она в это время беседовала с кем-то из семьи. Взяв почти разрядившийся телефон, юноша позвонил Виктору.

– Привет, – отозвался друг. – Я хотел тебе позвонить, но позже. Думал, что ты еще можешь спать. Твои джинны не обманули. Явно улучшили память, а по английски я теперь чешу не хуже вас. Может, будет и еще что-нибудь, но я не знаю, чего ждать. Ты чем сегодня думаешь заняться?

– Пойду гулять с Леной, – ответил Олег. – Но прогулка до обеда, а вечером буду свободен.

– Ну тогда я вечером и позвоню, – сказал Виктор и отключился.

Поставив телефон на зарядку, Олег лег на пока еще свою кровать и спросил защитника:

"Первый, ты не возражаешь, если я дам тебе имя?"

"Это ваше право", – ответил тот.

"Будешь Сергеем, – решил юноша. – Скажи, Сергей, ты связан с базами данных вашего корабля? Меня интересует, что сейчас творится в мире".

"Постоянно не связан, но могу связываться по запросу, – ответил защитник. – Уточните задание. Какая часть этого мира вас интересует?"

"Я хочу знать, где произошли самые большие изменения со вчерашнего вечера".

"Больше нет такого государства как Турция, – ответил Сергей. – Несколько часов назад ее президент и часть армии укрылись на территории Ирана".

"А остальные?" – спросил Олег.

"Многие спасаются в том же Иране или в Сирии. Еще раньше турки бежали в Грецию, надеясь попасть в Европу. Некоторые из них присоединились к исламистам, остальные погибли. У курдов сейчас напряженные отношения с правительствами Сирии и Ирана, поэтому они массово переходят границу Армении. Есть договор с ее правительством, что все беженцы идут в Грузию. Их конечная цель – Россия. Вряд ли грузины смогут им помешают. Курды хорошие бойцы, и почти все мужчины вооружены".

"И сколько их?"

"Точных данных нет, – ответил Сергей. – Если очень приблизительно, то три миллиона. Обстановка все время меняется".

"Господи, еще и эти! – подумал Олег и спросил защитника: – А что нового на Украине?"

"Существенных изменений нет, а небольших изменений очень много. Для ответа уточните, что вас интересует".

"Не знаешь, когда выступит армия ДНР?" – спросил он, не очень надеясь услышать ответ.

"Через пять дней, – ответил Сергей. – По крайней мере, утверждена эта дата. Нужно время, для того чтобы превратить укрывшихся на территории республики украинских военных в боеспособные соединения. К тому же каждый день задержки играет на руку командованию ДНР, потому что ослабляет возможное сопротивление".

Часов в его комнате не было, но рядом лежал телефон. Посмотрев на его дисплей, юноша увидел, что еще только без двадцати десять.

"Лена, – связался он с подругой, – я уже со всем раскрутился, а еще нет десяти. Я могу прийти на час раньше?"

Получив утвердительный ответ, Олег переоделся и побежал в прихожую. Сестра завтракала, поэтому он заскочил на кухню.

– Я уже поел и убегаю к друзьям, – сказал он Светлане. – Передай родителям, что вернусь часа через три. Мобильник на зарядке, поэтому можете мне не звонить.

Дождь был не сильный, поэтому юноша не стал брать зонт. Во дворе ветер почти не чувствовался, но на улице дуло сильно.

"Черт! – с досадой подумал Олег. – В такую погоду не очень-то погуляешь. Может, сходить в кино или посидеть в кафе? Хорошо, что я взял с собой карточку".

В то время, когда он решал, где лучше всего развлечься, проехав мост через Дон, в город на четырех легковых машинах въехали боевики Ахмета Байкова.

Глава 6

– Сначала я вас коротко ознакомлю с нашими новшествами, а потом мы продолжим урок, – сказала классная. – Новое расписание на неделю перепишите сами, а сегодня учитесь по прежнему, только после шестого урока будут два дополнительных по военной подготовке. Вы знаете о том, что сейчас творится в мире, в том числе и в соседних государствах. Угроза нашей безопасности велика, поэтому правительство приняло решение не только увеличить армию и усилить подготовку резервистов, но и обучить основам ведения боя всех старшеклассников, в том числе и девушек. Это не только ознакомление с армейским стрелковым оружием, но и огневая подготовка. Вас будут возить на стрельбище и в воинские части. Пока такие уроки будут два раза в неделю, но потом их число могут увеличить. В новой учебной программе этого не было, поэтому вам придется компенсировать потерю четырех часов более интенсивной учебой. Считайте, что страна находится на военном положении, а ваша учеба – это одно из средств укрепления ее мощи, тем более что это так и есть. В связи с удлинением учебного дня для старшеклассников, вас будут кормить бесплатными обедами. Для этого большую перемену увеличат до получаса. Это у вас будет с завтрашнего дня. Вам уже говорили о том, что нужно принести тетради для конспектов. Все принесли? Очень хорошо. Тогда начинаем заниматься...

Когда прозвенел звонок, и вышла Ирина Владимировна, все остались в классе и принялись оживленно обсуждать новости.

– Будем воевать, – заявил Сергеев, – сначала в Армении, а потом и в Казахстане.

– Почему ты так решил? – спросил Третьяков.

– А потому, Женечка, что нужно слушать утренние выпуски новостей, – ответил Николай.

– А что в них было? – спросил Олег. – Я тоже не слушал.

– В Москву прилетели министры обороны Армении и Азербайджана, – ответил Сергеев. – Карту помните? Игиловцы захватили север Судана, Ирак, Саудовскую Аравию, Йемен с Оманом и Эмираты. Да, совсем забыл об Эритрее. Это не считая их захватов в Европе. А теперь и Турция накрылась медным тазом. С Сирией, Египтом и Ираном не воюют, но это только пока. В Сирии на наших базах сотня самолетов и флот, и нас пока не хотят трогать, поэтому не тронут и Асада. Афганистан тоже под Халифатом, а занятие среднеазиатских республик, кроме Казахстана, – дело двух-трех месяцев. Там бардак и полно своих радикалов, с которыми как-нибудь договорятся. Что творится в Пакистане, я не знаю. О нем у нас почему-то ничего не сообщают. Но это мусульманское государство, поэтому его ждет судьба Турции. Иран обложили, как медведя в берлоге, но сейчас воевать не будут. И что получается?

– Египет забыл, стратег, – насмешливо сказал Рустам.

– Кому он нужен! – отмахнулся от него Николай. – Сейчас исламисты рвутся через Венгрию на Украину, в Средней Азии их целью будет Казахстан, а на Кавказе сначала захватят Армению, а потом и Грузию с Азербайджаном. Россию тоже обложат, а у нас до черта своих мусульман, и не все они законопослушные. Мало у нас терактов? Казахстан будем защищать однозначно. Его граница с другими республиками в два раза короче, чем с нами, поэтому и защищать будет легче, тем более что будем сражаться плечом к плечу с казахами. А если их захватят, то погонят на нас. Украину, я думаю, займем. Сначала там наведут порядок войска ДНР, а потом войдут наши. А теперь прикиньте, какая должна быть армия, чтобы не только остановить эту заразу на границах, но и ее уничтожить. Мы ведь не сможем долго жить в таком окружении. И учтите, что если не получится обойтись обычным оружием, в ход пойдет атомное.

– И как ты его будешь применять? – спросил сидевший впереди Олега Борис Матвеев. – Бомбить города?

– А ты подумай, – постучал себя по голове Виктор. – Это сто лет назад воевали с винтовками, а сейчас и с одними автоматами много не навоюешь. Нужны тяжелая техника, авиация и горы боеприпасов. Много всего этого захвачено в Ливии, Ираке и Турции, но война все быстро сожрет. Запад ничего не подбросит, потому что европейцы с ними сами воюют, а в Штатах свои заморочки. Я думаю, что американцы сейчас побоялись бы вооружать исламистов, даже если бы могли. Остается наладить собственное производство. Многое сохранилось в Ираке, а в Турции сильная военная промышленность. Найдут, кем заменить удравших турок, и запустят производство. Вот его и будут или бомбить, или обстреливать "Калибрами". Мы, ребята, с ними не уживемся. Неважно, кто породил этого монстра, но он должен быть уничтожен! И лучше жечь его на чужой территории, чем на своей.

– А Армения? – спросила Ира Рогожина. – У меня там родственники.

– Кавказ защитим, – ответил вместо Сергеева Олег. – Если его сейчас отдать, то против нас будут воевать и азербайджанцы, а армяне с грузинами бросятся в Россию искать спасения. Нам и украинских беженцев будет выше крыши. Границу Армении защитить нетрудно, не знаю только, как будут договариваться с грузинами. Сейчас через эти республики к нам идет орава курдов. Можно выделить им место под автономию при условии, что будут защищать наши границы. У них много вояк с опытом.

– А ты откуда знаешь? – удивился Николай. – О курдах в новостях не сообщали.

– К нам подселили семью из Мильково, – сказал Михаил Павловский, избавив Олега от необходимости врать. – Это совсем маленький городок на Камчатке. Они ехали через Владивосток, так почти не видели в городе русских лиц. Повсюду одни китайцы. Говорят, что их очень много набежало после катастрофы. А обещали, что закроют границы. Так что у нас и на востоке проблемы.

Прозвенел звонок, и все сели на свои места. В этот день на уроке английского отличился Виктор. Он классно прочитал текст и правильно его перевел, специально сделав одну ошибку. Удивленная англичанка поправила перевод и поставила ему "отлично". Остальные уроки были заполнены писаниной и тянулись медленнее обычного. На седьмой к ним пришел обвешанный автоматами сержант.

– Я буду вести у вас только стрелковую подготовку, – сказал он, поздоровавшись с классом. – Помимо нее будете изучать уставы и пройдете курс строевой подготовки. Когда начнутся выезды в воинские части, получите навыки стрельбы из пулеметов и гранатометов и пользования ручными гранатами. Все это не сделает вас бойцами, но очень облегчит и ускорит подготовку, если кому-то из вас придется служить. Отнеситесь к этим занятиям серьезно. Их тоже будут оценивать, а неуспевающих могут отчислить из школы. Я вам выдам анкеты, которые нужно заполнить. В них есть размеры одежды и обуви...

– А зачем? – спросила одна из девушек.

– Вы можете изучать автомат в мини-юбке, – ответил он, – но, когда у вас будут выезды, все в этот день должны носить форму. Вам ее выдадут бесплатно, а о выездах я предупрежу заранее. Вопросы есть? Если нет, заполняйте анкеты и начнем заниматься.

Все занимались без дураков, поэтому усвоили все, что им объяснял сержант, еще на первом уроке, а с середины второго он их отпустил, сказав на прощанье:

– Вас сегодня не кормили, поэтому отпускаю раньше. Проверки не устраиваю, потому что следил за каждым. К тому же сегодня не было ничего сложного, а тупиц среди вас уже нет.

В гардероб не шли, а бежали. Учебный день был тяжелый и длинный, а в старших классах было не принято носить с собой еду, поэтому все проголодались и спешили быстрее очутиться дома.

"Может, не будешь меня провожать? – мысленно спросила Лена. – Ну что со мной может случиться? Я и сама сейчас разгоню любое хулиганье, да еще есть защитник".

"Провожу, а потом пробегусь домой, – ответил Олег. – Меня сейчас распирает от силы и хочется бегать, а приходится часами сидеть на уроках. И потом я тебя провожаю не только из-за опасности, а потому что приятно быть вместе. Заодно будем целоваться".

Они целовались уже несколько дней и быстро вошли во вкус. Лена больше не отговаривала друга, и они быстро оделись и вышли из школы. Если не считать нескольких поцелуев, ничего приятного или особенного в этой прогулке под дождем не было, а когда Олег возвращался домой, его попытались убить.

"Сзади приближается потенциально опасный мужчина, – передал защитник. – Он сильно возбужден и в правой руке держит нож. Его можно взять под контроль и допросить. Если хотите, можете проверить на нем борьбу. Если вы пропустите удар, ничего неприятного не случится".

"Я попробую, – ответил напрягшийся Олег, – а ты на всякий случай страхуй".

Он слышал шаги за спиной и, когда они приблизились, отпрыгнул с тротуара на дорогу. Повернувшись к шагнувшему за ним мужчине, он отбил руку с ножом и ударил сам.

"Бить можно было не так сильно, – заметил Сергей. – Человека послабее таким ударом можно убить. Ему помочь?"

Упавший выронил нож, скрючился и прижал руки к животу. При этом он еле слышно постанывал.

"Помоги, – решил юноша, – а то придется долго стоять под дождем".

"Что с ним делать? – спросил охранник. – Можем убить или просто оставить. Еще можно дать задание убрать заказчика, он его знает. Я уже облегчил ему страдания и допросил. Если ничего не предпринимать, нападение повторится. Могут применить пистолет. Огнестрельное оружие у них есть, у этого типа ствол за поясом".

"Кто они?" – спросил Олег.

"Криминальная компания с широкими интересами, – ответил Сергей. – Заказными убийствами занимаются редко, в вашем случае хотят оказать услугу нужному человеку. Это не ваш одноклассник, а его отец".

"Надо же! – поразился он. – Кем нужно быть, чтобы заказывать киллерам школьников только из-за жалобы сыночка? Ну их всех на хрен!"

"Решайте скорее, – поторопил охранник. – Скоро здесь будут люди".

"Пусть уберет заказчика! – решил Олег. – Только нужно что-то придумать, чтобы его поступок не связали со мной".

Мужчина перестал стонать, с трудом встал на ноги и, осторожно ступая, ушел в ту сторону, откуда появился.

"И что ты придумал?" – продолжив путь, спросил Олег.

"Их в этой шайке трое, – ответил Сергей. – Он сначала убьет заказчика, потом застрелит своих компаньонов и застрелится сам. Последнее сделает в состоянии алкогольного опьянения. Все спишут на разборки и пьянство. Когда начнут разбираться, много чего накопают. С вами это никто не свяжет, даже сын заказчика".

"Надо было спросить раньше, – подумал юноша. – Четыре жизни, пусть даже мерзавцев – это слишком много. Скотина Рустам!"

Когда он с паршивым настроением пришел домой, увидел у выключенного телевизора заплаканную мать.

– Что случилось? – спросил испуганный Олег, обняв ее за плечи.

Испуг был связан с тем, что юноша ни разу не видел мать плачущей. Если такое было в детстве, он этого не помнил.

– Была передача об украинских беженцах, – перестав плакать, ответила она. – Рассказывали такие страшные вещи... И эти замотанные в платки малыши... Знаешь, за сегодняшний день их прибавилось на тридцать тысяч только в нашей области. Говорили, что расселять будут очень немногих. У нас просто не будет такой возможности. Всех записывают и временно селят в палатки.

– Сейчас в палатки? – не поверил сын. – Скоро же морозы!

– Для них срочно строят лагеря временного содержания, – вытирая лицо платком, объяснила мать. – Это достаточно теплые бараки с водопроводом и общим туалетом. Их будут как-то отапливать, а спать придется на многоярусных нарах. Конечно, не на досках, но все равно... Причем оставляют всех, кроме молодых мужчин. С ними сейчас разбираются, а потом отправят обратно.

– Ничего не понял! – сказал Олег. – Семьи оставляют, а отцов выгоняют на Украину?

– Не выгоняют, а посылают, – объяснила она. – Это совсем другое. Мы не сможем принять тридцать миллионов украинцев. И почему мы должны жить вместе, когда у них есть квартиры? Если навести там порядок и отремонтировать ЛЭП, можно всех вернуть обратно. Исправят повреждения на газопроводах и запустят станции перекачки, и будет газ. Проще его этой зимой поставлять бесплатно, чем так, как сейчас...

– А безвластие? – спросил юноша. – Все развалилось из-за него.

– Республики начали наводить порядок, – сказала мать. – Об этом передали сразу, как только ты убежал в школу. А недавно сообщили, что уже заняли Запорожье, Днепропетровск и Харьков. Какого-то организованного сопротивления нет, но мешают банды. Уже видно, что они быстро не управятся, поэтому наши решили помочь. Помимо бригад ремонтников и газовиков, пошлют несколько тысяч бойцов. Не своих, конечно, а набранных из беженцев. Это не для наведения порядка, а для охраны рабочих. Если таких наберут много, они помогут Захаровичу. Вооружают не всех подряд, а с разбором, поэтому их пока мало.

– Хорошо придумали, – одобрил он. – Отцы будут рвать жилы, чтобы вернуть жизнь в города, а их семьи останутся в наших лагерях.

– Ты можешь придумать что-нибудь получше? – рассердилась мать. – Мы у них ничего не разваливали, только хотим помочь. И еще нельзя допустить, чтобы Украину кто-нибудь захватил. Ты еще не знаешь, но было сообщение, что поляки заняли Львов. Может, украинцы до сих пор стремятся в Европу, но нам эта Европа не нужна! От Ростова до границы всего сто километров! Из орудия не достанут, но даже самолет летит минуты, что уж говорить о ракетах! Это сейчас им не до нас, но потом быстро вспомнят. А если не вспомнят сами, напомнят американцы!

Северяне еще не приехали, поэтому Олег ушел готовить домашнее задание в свою комнату и вернулся в гостиную, когда в ней появился отец.

– Смотри сам, – сказала ему мать о телевизоре, – я уже насмотрелась. Пойду что-нибудь почитаю. Когда захочешь ужинать, скажешь.

Юноша уже подготовился к школе и пообщался с подругой, а других занятий не было, поэтому он тоже сел к телевизору. Можно было узнать новости у защитника, но ему хотелось посидеть с отцом. Они досмотрели концовку фильма "Москва слезам не верит", а когда начался выпуск новостей, вернулась с работы сестра.

– Где мама? – спросила она у отца из прихожей. – Выключите свой телевизор и позовите ее сюда!

– У нас пожар? – недовольно сказал он. – Тут передают о курдах...

– Твои курды никуда не денутся, – сердито сказала Светлана. – Маму я позову сама, а вы хотя бы приглушите звук. У меня важный разговор!

Через минуту вся семья собралась в гостиной.

– Мама позвонила, чтобы я купила масло и сахар, – сказала сестра, уставившись на Олега. – Я с работы зашла в "Магнит" и узнала, что во всех торговых сетях и круглосуточных магазинах устанавливают справочные терминалы. Те же компы с сенсорной клавой и небольшим экраном, которые связаны с Сетью. Можно выйти на правительственные сайты и справочные сервера. Медицина, транспорт и куча всего остального. Нет доступа к почте, файлообменникам и вообще всему, что можно использовать для связи. Ну и нельзя перевести деньги, только посмотреть состояние счетов. Мне было интересно, поэтому выстояла небольшую очередь и для пробы зашла на сайт городской администрации, а потом посмотрела, что лежит на семейных картах. И теперь я хочу узнать, откуда у Олега взялись два миллиона рублей!