Текст книги "Красный песок. Капитан Лет (СИ)"

Автор книги: Геннадий Иевлев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 50 страниц) [доступный отрывок для чтения: 21 страниц]

Сын беспокоил и его, но не столько своим поведением, сколько тем, что Лет не чувствовал его психотронного поля, а на сколько он помнил себя, у него оно было всегда, да и мать ему рассказывала, сколько он хлопот доставлял уже с самого первого дня своей жизни своим неконтролируемым полем, которое больно жалило окружающих. У него появилась навязчивая мысль, что Валл’Иолет может быть и не его сыном, о чём он и размышлял сейчас, сидя в кресле зала управления и рассеянно смотря на длинные серые полосы, отображаемые на экране пространственного терма, вместо звёзд.

Раздавшийся далёкий характерный стук каблуков: чёткий и твёрдый, заставил его прервать свои размышления. Так ходила Ол’Итта, когда была сердита и определённо, она шла в зал управления, чтобы высказать своё очередное негодование. Лет состроил гримасу досады: несомненно, что-то произошло и скорее всего очередная крупная ссора с одной из женщин. Он повернулся вместе с креслом в сторону двери.

– Я возмущена до предела. – Заговорила Ол’Итта повышенным голосом, едва миновала проём двери. – Он убежал к Тан’Сатте и она закрыла дверь изнутри. Я не могу попасть в её каюту. Сделай что-нибудь. Это же твой сын. Ты совсем перестал заниматься им! – Голос Ол’Итты сорвался в крик, она резким движением смахнула выкатившуюся слезу.

Ничего не сказав, Лет поднялся и выйдя в коридор, быстрым шагом направился на третий уровень модуля управления, где находилась каюта Тан’Сатты, одной из самых привлекательных женщин экспедиции: высокой, стройной, с большой копной блестящих чёрных волос, красивыми волнами лежащими у неё на плечах и спине. При встрече с Летом она неизменно хмыкала и оттопыривала свои красивые сочные губы, не принимая во внимание, находится ли рядом с ним Ол’Итта или нет.

Если Ол’Итта была рядом с Летом, то этот жест тут же вызывал у неё гримасу раздражения и она брала Лета под руку, будто желая показать тем самым своё превосходство.

Каблуки Ол’Итты вначале были слышны у Лета за спиной, но вскоре стихли, видимо она далеко отстала, что на Лета не возымело никакого действия и не заставило её подождать.

Подойдя к каюте Тан’Сатты, Лет высвободил свой поле и вбросил его внутрь каюты: женщина и сын были там и видимо играли, так как их биополя быстро перемещались. Вернув своё поле, он разбросил его вокруг двери и найдя панель управления запором двери, активировал её – дверь тихо скользнула в стену. Лет шагнул внутрь.

Тан’Сатта вертелась волчком, перемещаясь по каюте, а Валл’Иолет бежал за ней, вытянув руки, пытаясь догнать. Они были настолько увлечены игрой, что совершенно не заметили появления Лета.

Шагнув вперёд, Лет выставил руку перед сыном и тот ткнувшись в неё завопил.

– Поймал, поймал! – Но тут же осознав, что это не тот объект, за которым он гнался, забарабанил руками по руке отца – Уйди, Уйди!

Видимо поняв, что в каюте что-то произошло, Тан’Сатта остановилась. Её тёмные брови выгнулись высокими красивыми дугами, рот приоткрылся.

– Как… – Наконец прошелестели её губы, она попятилась и упёршись спиной в стену каюты замерла..

Валл’Иолет перестал барабанить по руке отца и уставился в Тан’Сатту.

– Еще раз увижу сына рядом с тобой, будешь сидеть взаперти до конца пути. – Произнёс Лет резким, грубым голосом.

– Хм-м! – Тан’Сатта дёрнулась всем телом и оттопырила свои сочные губы.

Взяв Валл’Иолета за руку, Лет повернулся и шагнул к двери. Сын не упирался, видимо своим детским разумом поняв, что происходит что-то неприятное. В проёме двери Лет столкнулся с Ол’Иттой.

– Я…

Не дав произнести ей фразу, Лет взял её за предплечье и развернув, вытолкнул в коридор.

– Нечего там делать. – Резким голосом произнёс он и шлёпнул ладонью по жёлтой пластинке – выскочившая из стены дверь, закрыла проём.

– Ещё бы… – Ол’Итта состроила величественную, но обиженную гримасу.

– Вместо бестолкового шатания по кораблю, займись изучением языка гиттов. Негоже начальнику колонии не знать языка той цивилизации, с которой намерена установить дружеский контакт. – Продолжил говорить Лет тем же резким голосом.

– Это твоя затея. – Произнесла Ол’Итта, продолжая сохранять прежнее выражение на лице.

– Это не имеет значения.

– У тебя есть учебник? Или ты знаешь другой способ? – Продолжала надменничать Ол’Итта.

– Я сам учебник. Жду в зале управления.

Обойдя застывшую в недоумении Ол’Итту, Лет, держа сына за руку, направился в зал управления. Видимо продолжая понимать не слишком хорошее настроение отца, маленький Валл’Иолет покорно шёл рядом.

В зале управления, Лет посадил сына в кресло, которое предназначалось для офицера связи.

– Смотри… – Он ткнул в одну из клавиш под терминалом перед креслом. – Нажимаешь и появляется картинка. – Он нажал ещё на одну клавишу. – Другая. Займись делом, просмотри все картинки и потом мне о них доложишь.

Лет провёл рукой по голове сына и отвернувшись, шагнул к своему креслу и усевшись, уставился в исчерченный серыми полосами экран пространственного терма: до выхода из слепого прыжка оставалось ещё более двадцати суток.

Ол’Итта появилась в зале управления нескоро, вызвав у Лета вначале гримасу недовольства, вскоре перешедшую в неподдельное удивление.

Одета Ол’Итта была так, будто шла не на занятия по изучению языка другой цивилизации, а на вечеринку. На ней был яркий полуспортивный, скорее всего, впервые одетый комбинезон, достаточно плотно облегающий её фигуру, подчёркивая её женские формы и в тоже время придавая ей стройность и изящность; прежде связанные на затылке узлом её тёмные волосы были распущены и прямыми длинными прядями падали ей на плечи; висящие почти над глазами брови были искусно подведены и им придана форма изящных дуг; тонкие губы подкрашены, что придало им полноту и даже выпуклость; всегда высокого ворота её прежней одежды не было, грудь была полуоткрыта и Лет впервые осознал, что у неё красивая шея; ноги в чёрных туфлях на полувысоком каблуке, которые Лет впервые видел на ней. В руках она держала лист скринвейра.

– Ты куда-то направляешься. – Заговорил Лет, после долгого изучения нового имиджа Ол’Итты. – На деловую встречу? Но до гитты ещё далеко?

– На встречу с тобой. – Твёрдым голосом заговорила Ол’Итта. – Я пришла на урок по изучению языка цивилизации гиттов.

– Ты считаешь, что в таком виде язык чужой цивилизации будет лучше усваиваться?

– Именно! – Усмешка тронула уголки губ Ол’Итты. – Надеюсь, что учитель будет вежлив и внимателен к своей ученице, что однозначно, положительно скажется на усвоении ею языка чужой цивилизации.

– Я не против. – Лет дёрнул плечами. – Садитесь, пожалуйста, госпожа начальник колонии. – Лет указал рукой на соседнее кресло, между собой и сыном.

– Не язви!

Ол’Итта направилась к указанному креслу, но прошла мимо него и подойдя к сыну, склонилась над ним.

– Что делает моя радость? Учится управлять космическим кораблём? – Нежным голосом произнесла она.

– Занимаюсь делом! – Выкрикнул маленький Валл’Иолет, тыча пальцем в одну из клавиш под терминалом перед собой.

– Даже так. Ну-ну! – Ол’Итта провела рукой по голове сына и повернувшись, шагнула к указанному ей Летом креслу и усевшись, положила ногу на ногу и положив лист скринвейра на колено, подняла взгляд на Лета. – Я готова.

– Здравствуйте, госпожа! – Произнёс Лет на языке гиттов.

Язык гиттов был более резок и четок, нежели протяжный и будто певучий язык толлонов и у слышащих его впервые складывалось впечатление, что говорит не человек, а какое-то животное.

– Ты говорил, что будешь учить меня языку цивилизации гиттов, а не учить гавкать. – Недовольным голосом заговорила Ол’Итта. – Я не собираюсь пугать по ночам прохожих.

– Это и есть язык гиттов. – Лёгкая усмешка тронула уголки губ Лета. – Он более чёток и у него почти нет длинных слов и потому он звучит непривычно резко. Я сказал: здравствуйте госпожа.

– Здравствуйте, госпожа! – Повторил он фразу на языке гиттов. – Повтори. – Произнёс он уже на языке толлонов.

Ол’Итта открыла рот, откуда донёсся какой-то гортанный звук. Затем её рот закрылся и она с выражением жалости на лице, дёрнула плечами.

– Хм-м! – Лет улыбнулся. – Начало неплохое.

– А можно эту фразу сказать словами толлонов. – С явной мольбой в голосе произнесла Ол’Итта.

Лет погримасничал губами, потёр рукой лоб.

– Легче написать, чем сказать. Разреши!

Он взял у Ол’Итты лист скринвейра и написал несколько строк.

– Здравствуйте, госпожа! – Он провёл стикером по верхней строке. – Здравствуйте господин! – Он провёл по следующей. – До свидания, господа! Рада слышать! Хорошая погода! Солнечный день! Разрешите представить! Я довольна! Это недопустимо! – Говорил Лет ведя стикером по строчкам листа скринвейра.

– Здравствуйте, госпожа! – Раздался рядом с ними звонкий голос, произнёсший фразу на языке гиттов.

Лет и Ол’Итта разом повернули головы – между их креслами стоял сын. Брови отца и матери выгнулись высокими дугами.

– Моя радость. – Ол’Итта провела рукой по голове сына.

– Не хочу заниматься делом, хочу есть. – Произнёс малыш на языке толлонов.

– Пожалуйста, напиши наиболее употребительные фразы. – Ол’Итта поднялась. – Я покормлю сына, уложу спать и вернусь.

– Как скажешь. – Дёрнув плечами, Лет повернул лист скринвейра к себе и принялся что-то писать…

* * *

Изучение языка гиттов для Ол’Итты оказалась делом не простым и шло очень медленно. Вместе с ней, добровольно, изучал язык чужой цивилизации и маленький Валл’Иолет, у которого его освоение шло очень хорошо, хотя он не знал букв, но без проблем повторял фразы, произнесённые отцом и запоминал их значения, чем часто пользовалась Ол’Итта, используя в качестве учителя не капитана Лета, а маленького Валл’Иолета.

Узнав, что капитан преподаёт язык чужой цивилизации своей семье, остальные женщины обратились к нему с просьбой, тоже присутствовать на занятиях по изучению языка гиттов. Лет был не против, но воспротивилась Ол’Итта. Компромисс был найден лишь тогда, когда преподавание языка женщинам шло в её присутствии.

Единственная из женщин, отказавшаяся от занятий, была Тан’Сатта.

Через некоторое время учёбы, Лет потребовал, чтобы женщины пытались общаться меж собой на языке гиттов. С трудом, но какое-то подобие общения меж ними начало происходить. До селе достаточно скучная жизнь на корабле повеселела. Если до сих пор женщины большей частью находились в своих каютах, то теперь чаще стали прогуливаться по коридорам дифферента, пытаясь общаться на языке гиттов. Модуль управления дифферента наполнился весёлым гомоном и женским смехом.

Неожиданно выяснилось, что Тан’Сатта, не посетившая ни единого занятия, тоже умеет говорить на языке гиттов и даже гораздо лучше женщин, которые регулярно занимались с Летом, что не ускользнуло от внимания Ол’Итты. Она тут же заподозрила, что Лет тайно посещает Тан’Сатту и что она тут же неприменула ему высказать.

– Я не знаю, где и когда вы встречаетесь, но что это происходит, я уверена, как бы ты ни выкручивался. – Заговорила Ол’Итта с нотками сарказма в голосе, войдя в зал управления и останавливаясь рядом с креслом, в котором сидел Лет.

Подняв голову, Лет удивлённым взглядом уставился в Ол’Итту.

– Откуда Тан’Сатта знает язык гиттов, да ещё лучше всех женщин? – Продолжала иронизировать Ол’Итта.

– Не имею представления. – Лет мотнул головой. – Я её ни разу не видел на уроках.

– И я о том же, дорогой. – Состроив гримасу, Ол’Итта покрутила головой.

– Поинтересуйся у неё. – Лет дёрнул плечами.

– Я хочу у тебя поинтересоваться.

– Я не знаю. – Лет в очередной раз мотнул головой.

– Зато я знаю. – Голос Ол’Итты стал резок. – Только не знаю, кто к кому из вас бегает. А может по очереди шляетесь. – Её лицо приняло выражение снисходительности.

Лет поднялся и стал напротив Ол’Итты.

– Любимая, почему бы нам не подумать о втором ребёнке?

– У нас, что не будет другого времени и более подходящих условий? – Лицо Ол’Итты приняло удивлённое выражение.

– И всё же.

– Хочешь, чтобы я вообще перестала ходить по кораблю и развязала тебе руки. Не выйдет, дорогой. – Ол’Итта помахала пальцем перед лицом Лета.

– Дело в том, любимая, что Валл’Иолет не является носителем психотронного поля.

– И что? – Лицо Ол’Итты вытянулось. – Он хорошо развивается. Даже язык гиттов знает лучше любой из нас. Ты им недоволен?

– Мой сын обязан быть носителем психотронного поля, иначе… – Вытянув губы в усмешке, Лет покрутил головой.

– Что значит обязан? Что ты этим хочешь сказать? Что он не твой сын? Да как ты смеешь!

– Ты же смеешь обвинять меня в неверности. – Усмешка Лета сделалась шире.

– Наглец! – Закрыв лицо руками, Ол’Итта повернулась и выбежала из зала управления.

Постояв некоторое время в задумчивости, Лет направился вслед за Ол’Иттой, но поднявшись на третий уровень, направился не к своей каюте, а пошёл дальше и остановился лишь у самой последней каюты коридора, каюты Тан’Сатты. Касание пластинки рядом с дверью ничего не дало, дверь осталась на месте. Тогда он совершил уже проверенное действие и высвободив своё поле, активировал внутренний запор – дверь тихо скользнула в стену. Лет шагнул внутрь каюты.

Внутри ничего не изменилось, будто и не прошло почти года, с последнего его посещения этой каюты: Тан’Сатта с широкой улыбкой на губах кружилась по каюте, маленький Валл’Иолет с весёлым смехом бегал за ней и оба они обменивались короткими фразами на языке гиттов.

– Представление закончено! – Громким голосом произнёс Лет на языке гиттов.

Тан’Сатта тут же остановилась и уставилась в Лета своими большими тёмными глазами. Малыш тут же догнал её и ухватившись за её ногу радостно завопил на языке гиттов.

– Догнал, догнал!

– Конечно догнал. – Лет перешёл на язык толлонов. – Ты же у нас самый быстрый. Иди ко мне. – Он вытянул руку в сторону сына.

Лицо маленького Валл’Иолета заметно погрустнело. Отпустив ногу Тан’Сатты, он повернулся и подойдя к отцу, протянул ему руку. Взяв руку сына, Лет перевёл взгляд на Тан’Сатту.

– Я не буду повторять, что одни раз уже сказал. – Заговорил он резким голосом. – Ты наказана и будешь находиться в каюте до прибытия на Гитту.

Повернувшись, Лет подтолкнул сына в проём двери.

– Я люблю тебя, Лет. – Раздался у него за спиной тихий голос Тан’Сатты. – Неужели, ты этого не понимаешь?

Лет вышел в коридор вслед за сыном. Дверь каюты Тан’Сатты осталась открытой.

– Что такое, люблю? – Произнёс маленький Валл’Иолет, идя по коридору рядом с отцом, держась за его руку.

– Это очень плохое чувство. – Тихо заговорил Лет, будто опасаясь, что его кто-то услышит. – И я желаю, чтобы его в твоей жизни было немного.

– А в твоей жизни оно есть? – Продолжал интересоваться сын.

– К сожалению. – Лет глубоко вздохнул.

Остановившись около каюты капитана, Лет ткнул ладонью в пластинку идентификации – дверь тихо скользнула в стену. Он подтолкнул сына в проём и сам вошёл следом. Ол’Итта сидела в кресле. Её глаза были заметно покрасневшие, лицо припухшее, что недвусмысленно показывало её состояние. Увидев их, Ол’Итта поднялась с кресла и шагнув к сыну, взяла его на руки и уткнулась лицом в его курточку. Её плечи затряслись.

– Это и есть учитель Тан’Сатты. – Произнёс Лет и повернувшись, вышел из каюты…

Лет заперся в зале управления, откуда выходил лишь в то время, когда все женщины спали. Корабль вновь превратился в лагерь враждующих женских кланов. До Гитты оставалось ещё полгода пути…

8

На экране пространственного терма две зелёные точки вспыхнули одновременно, показывая, что перестроенная Летом, во время поиска колонии система опознавания дифферента функционирует нормально. Лет всмотрелся в их характеристические показатели, но так как информационная база дифферента по кораблям гиттов была пуста, то и кому принадлежали эти точки на экране не отображалось, было понятно лишь то, что одна точка стоит на месте, а вторая быстро приближается.

Если система опознавания работает, значит и коды подтверждаются. Всплыла у Лета удовлетворённая мысль. Не придётся вручную искать частоты на аварийном канале.

Он ткнул пальцем в клавишу корабельной связи – на экране вспыхнула врезка, которая долго была пустой, но, наконец, в ней появилось удивлённое лицо Ол’Итты.

– Жду в зале управления. – Без предисловий заговорил Лет. – Твоё место теперь здесь.

Не став дожидаться ответных слов Ол’Итты, которая уже открыла рот, чтобы что-то произнести, Лет ткнул в клавишу прерывания связи – врезка исчезла. Он ткнул пальцем в другую клавишу, открывая дверь зала управления и взявшись за флиппы, чуть двинул акселератор на себя – дифферент начал плавное торможение.

Ол’Итты долго не было и у Лета уже всплыла досадная мысль, что она проигнорировала его приглашение.

В принципе… Потекли у него досадные мысли. Обойдусь и без неё. Не хочет, пусть сидит в каюте. Выкручусь. Неужели адмирал Таров не поймёт? А если откажется понимать? Хаара! Брать силой, то, зачем пришёл? Объявят колонии войну? Пусть объявляют. Если есть, чем? Дифферент боевой корабль. Да и “Спирай” за себя постоит. А женщины? Что будет с ними? Поймут они меня? Одна… Усмешка тронула губы Лета. Однозначно поймёт. Скорее всего, затем сюда и шла, чтобы быть понятой.

Его слух, вдруг, уловил чёткий равномерный стук, идущий из-за спины. Определённо, по коридору кто-то шёл. К чётким шагам добавились какие-то шуршащие звуки и вдруг, кто-то схватил его за руку, держащуюся за флипп, Рука дёрнулась, вместе с ней дёрнулся и корабль. Позади раздался шлепок и женский голос громко произнёс.

– Ой-й!

Лет мгновенно выглянул из-за спинки кресла: на полу зала управления сидела Ол’Итта; маленький Валл’Иолет стоял рядом с креслом, держась за его руку.

– Папа! – Звонким голосом заговорил маленький Валл’Иолет. – Я буду заниматься делом?

Лет на некоторое время опешил, у него даже запершило в горле: сын впервые назвал его папой.

– Конечно, сын. – Хриплым голосом выдавил из себя Лет.

Малыш, отпустив руку отца, развернулся и помчался к тому креслу, где когда-то нажимал клавиши под терминалом связи и уже через несколько мгновений тыкал в них пальцами.

Лет перевёл взгляд на Ол’Итту, которая уже поднялась и осматривала себя. Она была в строгом чёрном костюме, застёгнутом под самое горло, со строгой причёской. В руке держала лист скринвейра.

– Сядь между нами. – Продолжил хрипеть Лет. – К нам идёт корабль гиттов. Ты, как официальный представитель колонии, должна принимать участие во всех разговорах.

Ол’Итта подошла к указанному креслу и усевшись, обвела долгим взглядом экран пространственного терма и затем повернула голову в сторону Лета.

– Скоро? – Поинтересовалась она.

– Жди! – Лет кивнул подбородком в сторону экрана.

Негромко хмыкнув, Ол’Итта отвернулась и уставилась в экран пространственного терма.

Гитты не заставили себя ждать, подтверждая догадку Лета, ещё не успела Ол’Итта подумать над тем, как ей представляться перед ними, как на экране вспыхнула врезка с изображением волевого лица мужчины, примерно среднего возраста, скорее всего в одежде военного, так как верхняя часть курточки, видимая на врезке была похожа на курточку, которая была на Лете.

– Капитан патрульного крейсера Солон. – Заговорил мужчина чётким голосом военного на языке гиттов. – Назовите себя и причину появления в пространстве Афонской планетной системы?

– Капитан Лампорт. – Представился Лет. – Делегация цивилизации толлонов направляется с дружеским визитом в цивилизацию гиттов.

– Вы обязаны пройти санацию. Дождитесь моего подхода. – Произнёс Солон.

– Свяжите меня с адмиралом, господин капитан.

– Он не отменит санацию.

– У меня другой вопрос, господин капитан.

Врезка с изображением капитана Солона погасла. Зелёная точка приближающегося корабля гиттов быстро разрасталась в размерах, но никаких врезок на экране пространственного терма не появлялось и лишь когда корабль гиттов превратился из точки, в хорошо различимый боевой крейсер, описавший вокруг дифферента круг и занявший место перед ним, на экране наконец вспыхнула врезка с изображением Витора. Лет на некоторое время оторопел и уже открыл рот, чтобы сказать, что ему нужен адмирал Таров, а не…

Собственно от того и произошла задержка фразы у Лета, что он, от неожиданной встречи никак не мог сообразить, как назвать Витора, так как, что-то необычное было в одежде офицера космического флота гитты, некогда ставшего его недругом.

– Адмирал Витор. – Голова Витора на врезке качнулась. – С кем имею честь говорить?

– Капитан Лампорт. – Лет кивнул головой, наконец поняв, что на Виторе курточка с адмиральскими знаками отличия.

– У нас нет капитана Лампорта. Есть преступник Лампорт. – Голос Витора зазвучал властно и надменно. – Тебе надлежит принять на борт группу десантников, которая доставит тебя в изолятор планеты.

– Я капитан цивилизации толлонов и нахожусь под защитой этой цивилизации. Не советую развязывать галактическую войну, Витор. Ты проиграешь. – Усмешка тронула губы Лета. – На корабле находится глава администрации цивилизации толлонов, госпожа Ол’Итта.

Лет ткнул пальцем в одну из клавиш на пульте управления и брови Витора выгнулись высокими дугами.

– Поприветствуй адмирала. – Громким шепотом заговорил Лет. – Ты сейчас перед ним.

– Здравствуйте господин. – Произнесла Ол’Итта на языке гиттов.

Брови Витора поползли ещё выше. Лет ткнул пальцем в другую клавишу пульта управления и вытянув руку в сторону Ол’Итты, махнул ею, показывая, что говорить больше не нужно.

– Цивилизация толлонов пришла с дружеским визитом и желала бы встретиться с представителями администрации цивилизации гиттов. Мы надеемся на взаимопонимание. – Произнёс Лет, чётко выговаривая каждое слово.

– Следуйте за крейсером до станции санации. – Произнёс Витор и его изображение исчезло.

Через несколько мгновений на экране вновь вспыхнула врезка, но уже с изображением капитана Солона.

– Следуйте за мной, господин капитан. – Произнёс Солон и врезка тут же погасла.

Выходные раструбы движителей, идущего перед дифферентом крейсера, посветлели и крейсер начал удаляться. Лет чуть двинул акселератор вперёд и синхронизировав скорость дифферента, со скоростью крейсера, повернул голову в сторону Ол’Итты. Ол’Итта сидела изваянием, уставившись в экран пространственного терма.

– Вы чем-то обеспокоены, госпожа? – С лёгкой иронией в голосе произнёс Лет.

– Что с нами будет? – Не поворачивая головы, произнесла Ол’Итта голосом без каких-то эмоций, будто она не человек, а искусственный механизм.

– Надеюсь, будет приём на высшем уровне. Несомненно, сам Регистрат пожелает увидеть тебя. Требуй лучший отель и надлежащее обслуживание.

– Мне почему-то думается, что ждёт нас тюрьма и усиленная охрана с парализаторами. – Продолжила говорить Ол’Итта тем же голосом. – Ты преступник. А значит и нас будут считать преступниками. Даже, если арестуют тебя одного, что будем делать мы, девять беззащитных женщин и ребёнок в чужой цивилизации?

Лет увидел, как по щеке Ол’Итты прочертилась блестящая полоса и капля влаги повисла у неё на подбородке.

– Даю слово чести капитана. – Твёрдым и чётким голосом заговорил Лет. – Ни один волос не упадёт с ваших голов, без вашего желания на то. Ни один гитт, без вашего на то согласия, не посмеет дотронуться до вас. Если делегации, с первого же шага, не будет оказано достойное внимание, мы немедленно отправимся в обратный путь. А за меня не беспокойся – никто из гиттов ко мне и близко не подойдёт. Нет среди них такого и никогда не будет.

– Адмирал однозначно дал понять, какое внимание нам будет оказано. – Ол’Итта смахнула с подбородка слезу и повернулась к Лету. – Может стоит немедленно повернуть назад?

– Если бы я знал, что адмирал гиттского космического флота сейчас Витор, я бы не вышел с ним на связь. Я надеялся увидеть адмирала Тарова. Жаль! – Лет глубоко вздохнул. – А с Витором у нас не сложилась дружба. Но это мои проблемы и к делегации они не имеют никакого отношения. Если он будет столь же агрессивен, я его раздавлю. – Лет сжал кулак и потряс им. – Как насекомое. Но не думаю, что у него хватит мужества на встречу со мной, если только в окружении десятка десантников. – Он громко хмыкнул. – Уверяю, у гиттов достаточно разумных умов, чтобы отдавать отчёт своим действиям. Лучше подумай над тем, как ты будешь представлять себя перед гиттами. Это должно быть достойно и весомо.

– А как я себя должна представлять? – Ол’Итта дёрнула плечами. – Начальник колонии – это недостойно.

– Не очень. – Лет покрутил головой. – Глава администрации или председатель высшего органа цивилизации – это более приемлемо. Кстати, а как назывался высший административный орган цивилизации толлонов? Я не помню, чтобы отец говорил о нём.

– Соннат.

– А глава Сонната?

– Не знаю. – Ол’Итта мотнула головой. – Отец часто сокрушался по поводу нерасторопности Сонната, но кто был его глава и как назывался, никогда не говорил.

– Раз уж ты заговорила о своём отце – он умер не от зелёной болезни.

– Как… – Брови Ол’Итты выгнулись высокими дугами. – Ты считаешь себя специалистом в медицине?

– Нет. – Лет мотнул головой. – Я встретился на Зелёной планете с тем, кто, скорее всего, пытался убить твоего отца. Но твой отец был носителем психотронного поля и видимо, смог как-то среагировать на атаку. Но всё же атака была достаточно мощной, чтобы иметь губительные последствия.

– Где ты встречался? Зачем? Почему же ты не заболел?

– В последние дни, когда искал дифферент. Зрелище мерзкое. Я не хочу его описывать. Я успел вовремя среагировать. И всё же тебе стоит подумать, как представлять себя и свою делегацию. Пока мы добираемся до станции санации, тебе стоит поговорить с женщинами. Выработайте какую-то общую модель поведения.

– А долго до неё добираться?

– Если это она… – Лет кивнул подбородком в строну экрана пространственного терма – порядка трёх часов.

Ол’Итта поднялась и повернула голову в сторону сына, увлечённо тыкающего пальцами в клавиши под терминалом, напротив того кресла, в котором он сидел.

– Валл’Иолет, пойдём готовиться к встрече. Мы должны достойно выглядеть.

Малыш, оставив своё занятие, спрыгнул с кресла и подбежав к отцу, схватил его за руку, но теперь Лет уже видел его намерение и потому отпустил флипп. Корабль остался в покое.

– Папа, адмирал плохой? – Произнёс малыш.

– Валл’Иолет, так нельзя говорить о взрослых. – Строгим голосом заговорила Ол’Итта. – Взрослые всегда поступают правильно.

– Он строгий. – Лет, повернув голову в сторону сына, улыбнулся. – А строгие они… – Лет состроил гримасу. – Вобщем, строгие.

Ол’Итта негромко хмыкнула и вытянула руку в сторону сына.

– Пойдём. Не будем мешать господину капитану управлять нашим кораблём.

Лёгкая усмешка тронула губы Лета, но он не повернул голову в сторону Ол’Итты. Отпустив руку отца, малыш взялся за руку матери и они вышли из зала управления.

* * *

Станция санации оказалась незнакома Лету. Она была огромной и блестящей, со множеством рядов светящихся иллюминаторов.

Лет не один раз был на другой станции санации гиттов, но та была совершенно не такой и находилась совсем в другом пространстве. Выходило, что за его отсутствие гитты построили ещё одну станцию, гораздо дальше предыдущей, над плоскостью эклиптики Афонской системы, что уже говорило о независимости космоплавания цивилизации от влияния гравитационных сил планетной системы, о переходе её на более высшую ступень своего развития.

Лет окинул взглядом экран пространственного терма и только теперь, с удивлением отметил, что крейсера нет рядом с дифферентом, а по нижней части экрана быстро скользит зелёная точка.

Он всмотрелся в её характеристические показатели – несомненно, это был крейсер, который шёл к Гитте. По спине Лета пробежал неприятный холодок. Это было неспроста…

Лет никогда не пристыковывал дифферент к космическим объектам и ему пришлось повозиться, прежде, чем корабль причалил, к названному диспетчером переходному шлюзу станции санации верхним стыковочным шлюзом и потому женщинам нужно было подниматься по вертикальной лестнице шлюза около десяти метров. Дождавшись окончания процедуры проверки герметичности, Лет открыл люк переходного шлюза.

– Можно подниматься. – Он вытянул руку в сторону виднеющихся ступенек лестницы.

Первой пошла Ол’Итта, за ней потянулись остальные женщины.

Тан’Сатта, которая, как только в проёме переходного шлюза исчезла Ол’Итта, тут же уставилась в Лета взглядом своих огромных тёмных глаз, будто видела его в последний раз и не отвела их, до тех пор, пока не осталась последней и Лет не указал ей на сумеречный зёв переходного шлюза. Хмыкнув в своей неизменной манере, она шагнула к лестнице и неторопливо полезла вверх. Лет не хотел подниматься сразу вслед за Тан’Саттой и потому принялся считать и лишь когда досчитал до тысячи, взял сына на руки и шагнув к переходному шлюзу, взглянул в его зев – на лестнице уже никого не было, над головой белело лишь круглое отверстие выхода. Взявшись за перекладину лестницы, Лет полез вверх, перехватываясь одной рукой, так как в другой держал уже заметно подросшего сына. На выходе из шлюза он ткнул пальцем в клавишу управления шлюзом и выскользнувший из корпуса корабля люк, закрыл вход в переходный шлюз. Для своего спокойствия, Лет вытащил ключ блокировки панели управления шлюзом и сунул его в карман курточки, тем самым лишив возможности гиттов несанкционированно посетить дифферент.

Станция санации встретила Лета полной тишиной и двумя гиттами в защитных костюмах, стоящих по обеим сторонам выхода из переходного шлюза. Лет вначале поставил на пол станции санации сына, затем резким движением выпрыгнул сам и крутанул головой, осматриваясь – он находился в небольшой круглой комнате светло-серого цвета, без каких бы то ни было примечательностей. К нему тут же шагнул один из встречающих гиттов и вытянув руку, провёл перед ним каким-то устройством, зажатым в руке. Затем отступил назад и покрутил головой.

– Чисто! – Донёсся его глухой голос.

– Ребёнок. – Раздался голос второго гитта.

Гитт с устройством вытянул руку в сторону маленького Валл’Иолета, но тут же опустил её.

– Чисто! – Повторил он предыдущую фразу.

Гитт без устройства шагнул к проёму шлюза и заглянул в него.

– На корабле больше никого нет. – Произнёс Лет. – Переходный шлюз закрыт.

– Мы должны проверить корабль на наличие опасных бактерий. – Произнёс гитт без устройства.

– Люк герметичен. – С явным раздражением в голосе заговорил Лет. – Хотите искать – ищите снаружи. Внутри вам делать нечего.

Наступила длительная пауза. Наконец, гитт без устройства вытянул руку в сторону двери, виднеющейся в стене перед Летом.

– Прошу вас!

Будто поняв жест, дверь тут же скользнула в сторону, открыв овальный светлый проём, показывающий, что за ним гораздо светлее, чем в этой комнате.