Текст книги "Коммунисты – 21"

Автор книги: Геннадий Зюганов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Обязательства, которые Россия будет выполнять как член ВТО, согласованы почти с шестью десятками стран, преследующих собственные экономические интересы. Но эти обязательства не обсуждались ни с одним регионом России, ни с одной отраслью экономики, ни с одним реальным производством в нашей стране. Как будто сама Россия и ее народ тут уже не в счет. Да власть и не может быть заинтересована в таком обсуждении. Потому что пришлось бы обсуждать перспективу национальной катастрофы, на которую она сама сейчас пытается закрыть глаза.

Но для многих граждан эта перспектива уже очевидна. Еще в ноябре 2011 года информационное агентство «Росбалт» провело опрос: «Что означает для России вступление в ВТО?». 36 % опрошенных ответили: «Экономическую кабалу». 49 % заявили: «Закрепление статуса сырьевого придатка». И лишь оставшиеся 15 % опрошенных либо оценивают вступление в ВТО позитивно, либо не имеют никакого мнения по этому вопросу.

Уже в 2013 году потери российской экономики скажутся на доходах бюджета РФ, а, следовательно, на всех сферах жизни страны. По условиям договора с ВТО, Россия снижает импортные пошлины на ввозимую из-за рубежа готовую продукцию. При этом доходы государственного бюджета будут неизбежным образом сокращаться, а импортеры получат дополнительные возможности еще более агрессивно вытеснять наших товаропроизводителей с отечественного рынка. Положение российских предприятий будет усугубляться и тем, что одновременно вырастут пошлины на ввоз сырья, необходимого для отечественной промышленности. Следовательно, резко повысится себестоимость отечественных товаров, вырастут затраты на их производство.

По условиям ВТО Россия будет обязана довести цены на энергоносители внутри страны до мирового уровня. В результате еще больше ускорится рост тарифов. А это увеличит как затраты производственных предприятий, так и расходы населения, оплачивающего услуги ЖКХ. Из этого следует, что обязательства, которые принимает на себя Россия, и неизбежные последствия их выполнения прямо противоречат предвыборным обещаниям «Единой России» и Путина.

Повышение цен на энергоносители больнее всего ударит по сельскому хозяйству. Следовательно, вымирание пока еще сохраняющихся 133 тысяч российских сел и деревень не только не будет остановлено, но даже ускорится. О том, что ждет российскую сельскохозяйственную отрасль, как и нашу экономику в целом, позволяет судить печальный опыт Украины, вступившей в ВТО в 2008 году. Через год после вступления в 100 раз увеличился объем экспорта на Украину мяса и жиров. Поставки свинины за год выросли почти в три раза. В страну хлынули зарубежные овощи и фрукты, в чем не было никакой разумной надобности. Ведь Украина никогда не испытывала недостатка в собственной сельскохозяйственной продукции и всегда была ее успешным экспортером. А теперь там разрушена одна из важнейших отраслей промышленности – сахарная. Полсотни сахарных заводов обанкротились и закрылись.

Очевидно, что не менее тяжелый удар будет нанесен и по сельскому хозяйству России. И не только из-за вступления во Всемирную торговую организацию, но и из-за безответственного отношения власти, не готовой обеспечить аграрному сектору необходимую поддержку хотя бы в первые годы работы в условиях ВТО. Доказательств этому достаточно. Пример – разработанный Минсельхозом проект государственной программы развития сельского хозяйства на 2013–2020 годы с бюджетным обеспечением 2,5 триллиона рублей, финансирование которого Минфин теперь планирует сократить почти вдвое – до 1,4 триллиона. Примечательно, что Министерство финансов наиболее яростно выступает против прямых дотаций сельхозпроизводителям и государственной поддержки селу в регионах. То есть Минфин уже торопится выполнять наиболее кабальные обязательства по договору о вступлении России в ВТО.

Снижение таможенных пошлин на импорт молочных продуктов и продуктов мясопереработки также приведет к потере доходов бюджета и одновременно послужит удавкой для мясной и молочной промышленности. А ведь в последние годы эти отрасли хоть и медленно, но развивались и укреплялись. Так, свинина отечественного производства, более качественная, чем привозная, уже обеспечивала потребности российского рынка на 70 %. Специалисты бьют тревогу и по поводу неизбежного снижения качества молочных продуктов и предстоящей замены молочных жиров растительными. В одной только этой отрасли потери уже в следующем году составят не менее 30 миллиардов рублей.

Одновременно будет нанесен смертельный удар по российскому сельхозмашиностроению. Ведь ввозные пошлины на новую зарубежную сельхозтехнику снижаются в 3 раза, а на технику, бывшую в употреблении, – в 5 раз. При этом отечественные предприятия не получат никакой государственной поддержки. Им попросту не оставят возможности уцелеть. За последние месяцы закупки сельхозтехники российскими крестьянами сократились вдвое по сравнению с тем же периодом прошлого года. И эксперты прогнозируют снижение доли отечественной сельхозтехники на российском рынке с нынешних 52 % до 3 % к 2020 году. Погибнет множество предприятий, будут потеряны сотни тысяч рабочих мест. А это означает дисквалификацию и социальную деградацию тех, кто сегодня трудится в отрасли.

Удар будет нанесен по российскому авиастроению и станкостроению, по производству холодильников и холодильных установок, по металлургической и химической отраслям промышленности.

* * *

Потеря национальной независимости России – вот истинная цена, которую придется заплатить за бездумное и неподготовленное вступление в ВТО. И этого даже не пытается скрывать политическая элита Запада, интересам которого и служит наше вхождение во Всемирную торговую организацию. Вот фрагмент публичного заявления вице-президента США Хиллари Клинтон, в котором она прямо сформулировала, какие выгоды Америке и ее экономике сулит втягивание России в ВТО:

«США проделали огромную работу для того, чтобы Россия смогла стать членом ВТО. И для этого России необходимо в кратчайшие сроки, перед голосованием по членству в ВТО, еще больше открыть рынки. Почему это важно для нас? В том числе потому, что у нас будут инструменты для того, чтобы через ВТО урегулировать некоторые проблемы и нестыковки, связанные с особенностями российской экономики».

Нетрудно догадаться, что под «проблемами», «нестыковками» и «особенностями российской экономики» в этом заявлении подразумевался тот хотя бы относительный суверенитет, который страна до сих пор сохраняла и который теперь должен быть устранен в интересах США и транснациональных корпораций. Именно поэтому Россия должна заплатить за вступление в ВТО снижением таможенных пошлин для импортеров готовой продукции, многомиллиардным сокращением доходов бюджета, отказом от поддержки предприятий, уцелевших в предыдущие 20 лет «реформ». В том числе относящихся к научно-технической сфере, стратегически важнейших для страны. Иначе говоря, Россия становится еще более зависимой и подконтрольной.

Перед самым голосованием в Государственной думе, будто бы заранее зная его результат, Хиллари Клинтон сделала в американском конгрессе еще более откровенное заявление: «Вступление России в ВТО принесет американской экономике чистую прибыль».

Очевидно, что президент России и председатель правительства знают о масштабных потерях, которые понесет страна после вступления в ВТО. Это ясно из их собственных заявлений, касающихся Всемирной торговой организации, в которых то и дело проскальзывает тревога. Но вместо того чтобы заблокировать этот договор, они активно содействовали его ратификации. А после, формируя бюджет на 2013 год, и президент, и премьер сами же проявляют озабоченность по поводу потерь из-за вступления в ВТО. Так, 25 июня 2012 года на очередном заседании правительственной комиссии по бюджету Дмитрий Медведев призвал «учесть уменьшение доходной части бюджета после вступления России в ВТО». Аналогичные поручения высказаны и в уже упоминавшемся бюджетном послании президента. И все это вместо того, чтобы изменить курс социально-экономического развития страны, активнее поддерживать своего товаропроизводителя.

Народные предприятия – точка опоры России

Между тем, КПРФ предлагает использовать богатый положительный опыт, накопленный в лучших хозяйствах страны под руководством коммунистов.

Вековая традиция

Коллективная работа на земле стала одной из характерных черт русского народа, его родовой особенностью. Произошло это сотни лет назад. Держаться друг за дружку вынуждали очень сложные условия, в которых приходилось вести хозяйство. В Западной Европе распад родовых общин на соседские крестьянские хозяйства произошел довольно рано. Потепление климата вместе с развитием производительных сил сделало выгодным индивидуальное хозяйство. После этого непрерывно шел процесс постепенного ослабления связей уже внутри соседской общины – вплоть до ее полного разложения.

По развитию производительных сил наша страна до монгольского завоевания ничем не уступала Европе. Но климат, как и сегодня, отличался своей суровостью. Крестьяне прекрасно понимали связанные с этим опасности: зима спросит, что припасено в осень. К тому же в Киевской Руси существовала постоянная военная опасность на юге. Продвинуться на богатые земли с более мягким климатом и закрепиться на них славянам-земледельцам было очень сложно. Поэтому трудиться приходилось в основном в зоне рискованного земледелия. Это вынуждало крестьян крепко держаться сообща, вырабатывало чувство коллективизма. В славянских поселениях археологи постоянно отмечают наличие общих хранилищ продуктов «на черный день».

После ордынского нашествия ситуация еще более усугубилась. Экономика была подорвана, а население, спасаясь от завоевателей, бежало на север и северо-восток. Таким образом, необходимость коллективной работы и поддержки друг друга крестьянами просто была повседневной потребностью. Этим и объясняется стойкость русской крестьянской общины.

Коллективные формы хозяйствования на земле в течение столетий оставались самыми эффективными. Еще в XIX веке исследователи отмечали, что в крестьянской общине всегда существовало не столько понимание, сколько выработанное веками чувство того, что общее благополучие зависит от каждого крестьянского двора. Именно поэтому вплоть до начала ХХ века сохранялись земельные переделы: крестьяне все время получали для обработки разные участки из общинных угодий. Делалось это для того, чтобы не допустить обогащения одних, кому попался надел получше, и обнищания других, кому с землей не повезло. Частная собственность на землю для общины была вредна, так как коллективное владение оказывалось экономически более эффективным. Одновременно выковывались вековые традиции взаимопомощи и приоритета коллективного блага над индивидуальным. Эти традиции крепко держатся в нашем народе и по сей день.

Сохранение общины на селе было объективным явлением. Стоит обратить внимание на тот факт, что вплоть до XIX века российские власти вообще никак не занимались устройством крестьянских общин, а чиновники в их жизнь почти не вмешивались. Государственное управление заканчивалось на волостном уровне. А организацией общинной жизни занимались сами крестьяне. То есть это были в чистом виде самоорганизация и самоуправление.

Назревавший с XIX века кризис в сельском хозяйстве поставил общину на грань серьезных испытаний. Связан он был в первую очередь с технологическим отставанием и избытком аграрного населения в европейской России. Началось обнищание крестьянства, на которое к тому же повесили многочисленные долги после отмены крепостного права в 1861 году. Но стойкость крестьянской общины проявилась и в ХХ веке. Именно нежелание понимать эти особенности и стремление ломать крестьян через колено и привели к неудаче столыпинской реформы. Попытка преобразований обернулась кровавыми потрясениями в деревне и печально знаменитыми «столыпинскими галстуками».

* * *

После победы Великого Октября решать проблемы кризиса в сельском хозяйстве пришлось уже большевикам. И, как и во многих других случаях, решения были выработаны блестящие. Поняв стремление большинства крестьянства к самоорганизации, Ленин сделал ставку на кооперацию в сельском хозяйстве. В своей статье по этому вопросу в 1923 году он писал: «…Строй цивилизованных кооператоров при общественной собственности на средства производства, при классовой победе пролетариата над буржуазией – это есть строй социализма».

Не будем скрывать, что ставка на кооперацию не получила безусловной поддержки в партии. Сам Ленин признавал, что многие партийцы встретили эту идею с сомнением, а леваки – и вовсе враждебно. Но в своей статье он убедительно доказывал, что значение кооперации недооценено, а сама по себе эта форма вполне может быть интегрирована в строящееся социалистическое общество: «При нашем существующем строе предприятия кооперативные отличаются от предприятий частнокапиталистических, как предприятия коллективные, но не отличаются от предприятий социалистических, если они основаны на земле, при средствах производства, принадлежащих государству, т. е. рабочему классу».

Сейчас модно обвинять большевиков в том, что они якобы бездумно экспериментировали. Но ситуация с крестьянской общиной говорит об обратном. Ленинский подход в корне отличался от того же столыпинского не только с точки зрения социально-классовой. Владимир Ильич прекрасно понял особенности крестьянского общества и вместо слома традиций предложил использовать их в интересах социализма, подняв при этом на качественно новый уровень.

Эту ленинскую идею воспринял и Сталин, отмечавший что кооперация «…есть массовая организация трудящихся, организация непартийная, объединяющая их, прежде всего, как потребителей, а также, с течением времени, и как производителей (сельскохозяйственная кооперация). Она приобретает особое значение после упрочения диктатуры пролетариата, в период широкого строительства».

Слова Сталина не остались лишь на бумаге. Кооперация прочно вошла в повседневную жизнь СССР. Одной из самых широко распространенных ее форм стали производственные артели. В первую очередь они занимались изготовлением товаров народного потребления. Но были и совершенно уникальные примеры. Один из них – артель «Прогресс-радио» в Ленинграде. Именно на ней были собраны первые в нашей стране электронные приборы – ламповые радиоприемники и телевизоры на электронно-лучевых трубках.

Сегодня немногие помнят, что производственные артели играли заметную роль в экономике СССР. В сталинские времена их насчитывалось свыше 100 тысяч, и их продукция составляла до 6 % промышленного производства. Росту числа артелей способствовала государственная поддержка. Кроме того, бюрократическая волокита при организации артели была сведена к минимуму. Все документы можно было оформить в течение одного дня.

Если взглянуть на село, то главной бедой коллективизации сельского хозяйства в СССР стали ускоренные темпы ее проведения. Именно они привели к ряду перегибов, отрицать которые нет смысла. Их не отрицал и сам Сталин, написавший об этом статью «Головокружение от успехов». Но здравомыслящий человек понимает, что условия, в которых оказалась Советская Россия, требовали быстрых решений.

Установившийся в СССР колхозный строй не противоречил вековому коллективистскому духу крестьян. Напротив, он полностью ему соответствовал. Сейчас можно услышать сравнения колхозного строя с крепостным правом. Этим критикам хочется сказать: давайте не будем лукавить, против крепостного права крестьяне бунтовали сотни лет и устроили две большие крестьянские войны в XVII и XVIII веках. А колхозы настолько естественно вошли в жизнь села, что в годы Великой Отечественной крестьяне сами добровольно их восстанавливали на территории партизанских краев, глубоко в фашистском тылу. И даже сегодня после насильственного слома колхозного строя в нашей стране, многие делают выбор в пользу коллективного труда. И выигрывают от этого, как мы покажем ниже.

Западная подделка

Попытка реализации идеи народных предприятий была предпринята на Западе в ХХ веке. Причиной тому стала активная борьба рабочих за свои права. Опасность лишиться всей собственности в ходе революционных потрясений заставила буржуазию в экстренном порядке заняться разработкой мер по снижению социальной напряженности. Одним из первых примеров такого рода стало принятие во Франции закона, который предусматривал передачу части акций работникам предприятия. Произошло это, что характерно, в апреле 1917 года.

Победа трудящихся в нашей стране в ходе Великой Октябрьской социалистической революции оказала еще большее влияние. Успех большевиков напугал буржуазию настолько, что пример Франции стал широко распространяться. Одной из самых развитых эта система стала в США. Там в середине ХХ века был принят целый комплекс законов, который напрямую обязал владельцев предприятий передавать часть акций работникам.

Однако такого рода акционерные общества ничего общего с подлинным народным предприятием не имели и не имеют. Сам мотив их создания был порочен. Речь шла совсем не о социальной справедливости. Просто крупный бизнес отчетливо осознал необходимость делиться чем-то с рабочими, лишь бы не потерять все. Поэтому и был найден способ «повязать» хотя бы часть рабочих, вырвать их из забастовочного движения и в какой-то мере сделать своими союзниками с громким названием «акционеры».

Формально рабочий становился одним из совладельцев предприятия. Но отдавать контроль над производством и распределением в руки рабочих буржуазия не собиралась. Поэтому контрольные пакеты акций оставались в руках нескольких дельцов. А большая масса миноритарных акционеров обычно оказывалась плохо организованной. Реально в управлении предприятием она никак не участвовала. Более или менее это было возможно на предприятиях с небольшим числом рабочих. Но когда речь шла о тысячах и десятках тысяч, то все превращалось в обычную имитацию. Таким образом, поставленная цель легко достигалась: число «акционеров» в США к 80-м годам превысило 14 млн. человек. Президент Рональд Рейган по этому поводу цинично заметил: «Может ли быть лучшим ответ Карлу Марксу, чем миллионы работников, владеющих средствами производства?»

Однако суровая практика перечеркнула эти поспешные выводы. Сегодня уже очевидно, что снижение социально-классовой напряженности на Западе было достигнуто совершенно иным способом. В первую очередь оно стало возможным за счет вывода предприятий из развитых стран в страны третьего мира и размывания таким образом своего пролетариата. Огромную роль в подпитке этих механизмов сыграло разрушение СССР и всего советского блока. Западу почти даром достались колоссальные ресурсы и огромные рынки.

* * *

Современный кризис капитализма обнажил порочность всей системы финансового империализма. Стало ясно, что метод наделения рабочих акциями мог более-менее эффективно работать только тогда, когда имел подпитку за счет эксплуатации трудящихся других стран. А когда пределы роста были достигнуты, ресурсы проедены, то сама эффективность этих псевдонародных предприятий оказалась под большим вопросом.

Сегодня именно этот изживший себя путь положен в основу так называемой программы «антиваучер». Ее тезисы изложили на днях в совместной статье господа М. Шмаков и А. Исаев. Активист путинского «Народного фронта» и видный «единоросс» не находят ничего лучше его, чем воспроизводить западные рецепты почти столетней давности. И если они не хотят видеть пророков в своем отечестве, то пусть хотя бы прислушаются к тому, что говорят сегодня на Западе.

Как уже упоминалось, известный американский экономист, профессор Нью-Йоркского университета Нуриэль Рубини одним из первых на Западе обратил внимание на то, что в условиях кризиса разделение общества на сверхбогатое меньшинство и бедное большинство пошло ускоренными темпами, а средний класс начал стремительно таять. Проще говоря, когда богатые, занятые спасением своих капиталов, перестали делиться, то миноритарные акционеры моментально остались ни с чем. Праздновать победу над марксистами оказалось рановато. Осенью 2011 года в своем интервью Н. Рубини открыто признал правоту Маркса, заявив, что «ничем не ограниченный финансовый капитализм и перераспределение доходов и имущества от трудящихся к капиталу способны привести к самоуничтожению капитализма».

Устоявшие посреди грабежа и развала

В рамках горбачевской «перестройки» в наше общество была вброшена масса мифов. Они имели благостную форму, но в конечном счете играли губительную роль. Одним из таких мифов стало якобы безусловное преимущество фермерского хозяйства. Но фермеризация российской деревни оказалась не целью, а средством. Она несла с собой насильственное и целенаправленное разрушение трудовых коллективов на селе. А вместе с коллективным производством погибала и вся инфраструктура села, так как содержать ее становилось некому.

Сегодня обыденным российским пейзажем стали развалины колхозных строений, еле видные среди зарослей кустарника и сорной травы. В 2012 году на Всероссийском аграрном форуме в Уфе глава думского Комитета по аграрным вопросам, представитель «Единой России» Николай Панков признал, что в нашей стране за последние два десятка лет из оборота выпало 37 млн. гектаров пашни. Из них свыше 7 млн. не используются более десяти лет и заросли лесом. Это не просто констатация факта, а признание банкротства всей аграрной политики российских властей.

Что происходит с селом, когда умирает производство, можно увидеть в любом уголке России. Но некоторые примеры просто поражают. Село Верхняя Троица в Кашинском районе Тверской области – родина М. И. Калинина. К столетию со дня его рождения там стартовал крупный проект. В совхозе «Верхнетроицкий» к 1976 году был построен новый агрогородок с богатейшей инфраструктурой, которая не уступала иному районному центру. Были возведены и Дом культуры, и школа, и детский сад, и стадион, и даже своя гостиница в семь этажей. Инвестиции в совхоз «Верхнетроицкий», хоть и приуроченные к юбилейной дате, были долгосрочными и абсолютно оправданными. Совхоз вовсе не был «черной дырой». В конце семидесятых хозяйство приносило в год около полумиллиона советских рублей дохода.

«Перестройка», «лихие 90-е» и путинская «стабильность» без жалости перепахали судьбу агрогородка в Верхней Троице. Население его за это время резко сократилось. Орденоносный совхоз пал жертвой «реформ». Богатейшая инфраструктура агрогородка частично заброшена, а остальная эксплуатируется на износ и постепенно рассыпается. Вместо того, чтобы эффективно использовать прекрасный центр роста и развития, его безжалостно загубили.

Для большинства крестьян условия жизни в современной России оказались невыносимыми, и бегство из села стало повальным. «Реформы» обернулись настоящей катастрофой и потерей нашей страной продовольственной безопасности. В итоге фермерство выиграло, но это было иностранное фермерство. Имея за спиной мощную поддержку своих правительств, оно начало вторжение на российский рынок. А у нас теперь все, как в старом крестьянском присловье: в пашне огрехи – в кармане прорехи.

Тем не менее и в современной России можно встретить островки, которые, вопреки сложившейся системе, устояли. Они не просто выжили, но и показывают примеры эффективности, которых среди фермерских хозяйств не найти.

Одним из лучших предприятий Ставропольского края является сельскохозяйственный производственный кооператив «Колхоз «Терновский». Его возглавляет коммунист Иван Андреевич Богачев. Предприятие, на котором трудятся более 1400 человек, смогло не только сохранить производственные мощности, но и приумножить их. За все время своей работы, включая последние два лихие десятилетия, «Терновский» никогда не был убыточным. Сегодня он входит в сотню лучших сельскохозяйственных предприятий России. В год коллектив «Терновского» производит около 50 тыс. тонн зерна, превосходя показатели не только многих конкурентов, но и целых областей России. Годовые обороты предприятия превышают 300 млн. рублей. Здесь очень хорошо помнят крестьянскую мудрость: человек трудится – земля не ленится, человек ленится – земля не трудится.

Благодаря тому, что колхоз сумел выстоять, выиграло и село Труновское, где он находится. Оно не бедствует в отличие от многих соседей. Здесь есть все условия для полноценной жизни. Сохранена и содержится в порядке вся инфраструктура: от дорог и коммунального хозяйства до трех сельских школ. Работники «Терновского» имеют возможность получать путевки в колхозный санаторий в Кисловодске за счет предприятия.

Опыт «Терновского» недвусмысленно говорит о том, что процесс развала колхозов не носил объективного характера. Это прекрасно понимают и работники хозяйства, которые и не думают о том, чтобы податься в фермеры. Свое благополучие они напрямую связывают с судьбой всего предприятия.

Белорусский пример

Пример успешно развивающихся народных предприятий именно как системы, а не ряда исключений, дает Белоруссия. Возьмем одно из хозяйств – ОАО «Старица-Агро». Расположено оно вдали от столицы и крупных трасс и является вполне рядовым, а отнюдь не «потемкинской деревней». Форма собственности – коллективная. Хозяйство многопрофильное. Оно включает 9 деревень, 460 работников, 5 молочно-товарных ферм, тысячи гектаров сельхозугодий, порядка 7200 голов крупного рогатого скота. ОАО «Старица-Агро» даже в непростой для Белоруссии 2011 год показало рентабельность на уровне 10 %. Благодаря его работе окрестные деревни получили развитую инфраструктуру: есть школа, больница, детские сады, Дом культуры, библиотека.

При хозяйстве по президентской программе недавно построен агрогородок. Условия жизни в нем ничем не уступают городским. В новые коттеджи заселяются в первую очередь специалисты самого ОАО, а также медработники и педагоги с перспективой бесплатно приватизировать это жилье. Это один из основных способов закрепить кадры на селе.

Но есть и другие преференции для молодых специалистов. Хозяйство на свои деньги отправляет на учебу, платит стипендии, но с обязательством потом вернуться и работать в нем. Так выучили и зоотехника, и бухгалтера, и юриста, а сейчас обучение проходит один из врачей, которому предстоит возглавить здешнюю больницу. Для молодых специалистов есть и денежные надбавки от государства.

Помимо квалифицированных кадров «Старица-Агро» имеет и соответствующее материальное обеспечение: более 130 единиц техники, включая не только сельскохозяйственные машины, но и, например, автобусы, на которых на работу привозят коллектив. Техника новая, а не только советское наследство. И здесь ведущую роль опять играет государство, создавшее выгодные системы лизинга. Так, для техники белорусского производства срок кредита составляет до семи лет под 3–5 % годовых. Но иностранные машины в случае надобности никто покупать не запрещает, в том числе и в кредит. Подход вполне прагматичный. Получает хозяйство и кредиты на развитие под 2–3 % годовых.

Работе «Старицы-Агро» никак не мешает тот факт, что земля арендована на 99 лет, а собственником является государство. Если вспомнить наши российские реалии, то это огромный плюс. Ведь нет соблазна рейдерским захватом подмять хозяйство под себя, по-быстрому обанкротить, а землю продать. В Белоруссии сельхозугодьями владеет государство, поэтому и почвы для такого рода преступлений просто нет.

Сравнением с Белоруссией мы нисколько не хотим принизить труд отечественных сельхозпроизводителей. Устояв в условиях дикого рынка, отсутствия поддержки государства, а порой и прямой его враждебности, они доказали свою эффективность. Пример белорусской «Старицы-Агро» мы приводим для того, чтобы показать, как сказывается в современных условиях системная государственная поддержка села. Ведь очевидно, что таким образом повышаются конкурентоспособность предприятия, уровень жизни и социальной защищенности его работников. Плоды такой поддержки видны невооруженным глазом. Закономерно, что именно один из белорусских производителей – агрокомбинат «Дзержинский» стал первым среди сельхозпредприятий СНГ, получивший сертификат Швейцарского института стандартов качества. А это прямая дорога для конкуренции уже не на внутреннем, а на таком крупнейшем внешнем рынке, как Западная Европа.

Точка опоры

Востребованность народных предприятий в России подтверждается практикой. Целый ряд их под руководством директоров-коммунистов выходит на позиции лидеров в своих отраслях.

Сельскохозяйственный производственный кооператив «Звениговский», возглавляемый Иваном Ивановичем Казанковым, является известным в России предприятием. Он располагается в поселке Шелангер Республики Марий Эл. Его основная специализация – свиноводство, и здесь он занимает ведущие позиции в стране. В 2010 году поголовье свиней в СПК составляло более 100 тысяч. В июле 2012 года эта цифра превысила отметку в 120 тысяч, а плановый показатель на конец года – перевалить за 135 тыс. голов.

Сегодня «Звениговский» стал крупным многопрофильным хозяйством с числом работников более 1700 человек. СПК включает в себя полную переработку продукции и розничную сеть. Причем в течение первого полугодия 2012 года число розничных точек реализации готовой продукции почти удвоилось: увеличилось с 56 до 110 единиц. Одновременно хозяйство занимается и обработкой земли. Площадь пашни составляет свыше 23 тыс. гектаров. Парк техники СПК насчитывает 354 машины – от тракторов и комбайнов до автомобилей разных видов.

Динамичное развитие «Звениговского» происходит за счет внутренних резервов самого предприятия. За 2011 год инвестиции в производство составили 468,8 млн. рублей. Более половины этих средств были вложены в строительство. Предприятие находится в коллективной собственности.

Средняя заработная плата в «Звениговском» в середине 2012 года составила более 28 тыс. рублей, перекрыв среднюю по республике почти вдвое. Планируется, что к концу года работник СПК в среднем будет получать более 30 тыс. рублей.

Помимо высокого уровня оплаты труда СПК предоставляет социальный пакет. Фактически, народное предприятие заменяет собой в этой области государство, которое социальную сферу позорно бросило на произвол судьбы. «Звениговский» вкладывает средства в инфраструктуру села. Работники имеют возможность брать льготные ссуды на строительство жилья. Наконец, каждый сотрудник ежемесячно бесплатно получает набор продовольственной продукции.