Текст книги "Просьба Азазеля"
Автор книги: Гай Орловский
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]
Глава 4
Азазель спросил без интереса:
– Синильду отпустил совсем?
Михаил замялся, что так не похоже на незнающего нежностей солдата, уронил взгляд, поерзал им по полу, а когда поднял и отряхнул, взглянул на Азазеля с некоторой виноватостью, даже голос прозвучал непривычно смущенно:
– Ей нужно было домой. Хотя и наняла приходящую сиделку для бабушки, но тревожится, проверяет, помогает… Да еще что-то с младшей сестренкой, но не говорит.
– А-а, – протянул Азазель и зевнул. – Ну ладно… Если понадобится, вызовешь снова. Или другую, их много.
Михаил нахмурился.
– Не говори так. Она отлучилась на часок! Сказала, сразу вернется.
– Ух ты, – сказал Азазель с новым интересом. – Ты что, доплатил ей?
– У меня нет здешних монет, – отрезал Михаил. – Ты не понимаешь…
– Не понимаю, – согласился Азазель покорно. – Давай поедим?
Михаил сказал с отвращением:
– Что у тебя за жизнь? Ешь, спишь, с непотребными женщинами проводишь время… И так все тысячи лет?
– Представь себе, – подтвердил Азазель покорно. – Как все люди. И как-то сами роются каналы, создаются ветряки, станки, самолеты, интернет, пробы грунта на Марсе… А мы все едим и совокупляемся. Правда, совокупляться стали меньше, высокая рождаемость уже не нужна, но есть стали больше!
– Ничего не понял, – буркнул Михаил.
– Дуализм человеческой природы, – сказал Азазель непонятно. – Амблистомность… тьфу, амбивалентность. Хотя и амблистомность тоже к месту… К человеку вообще многое применимо. Давай на обед пару уточек зажарим?… Или одного большого гуся?
– Жрун, – ответил Михаил, – Синильда придет через два-три часа.
– Тогда трех уточек, – предположил Азазель и с вопросом в глазах посмотрел на Михаила, – или двух гусей?
– Оскорблять женщин недостойно, – заверил Михаил сдержанно.
Азазель ехидно заулыбался.
– Здорово. Я думал, ты крепче. Женщины, кстати, тоже кушают. Мы едим, а то и жрем, как вон ты, а они все кушают. Ладно, сам решу, хотя пирожных придется заказать побольше.
С кухни донесся милый голосок:
– Может быть, я спеку на месте?
– Умница, – ответил Азазель, не поворачиваясь. – Ты всегда была рациональной и домовитой, крошка. Такой и будь, а то женские безумства достают.
– Сколько штук?
– С десяток, – ответил Азазель. – Если понадобится больше, остальные забацаешь на принтере. У меня такие гости, все равно разницы ни хрена не поймут.
Тихонько звякнул телефон, Азазель буркнул:
– Связь.
Экран на столе вспыхнул, появилось холеное лицо солидного мужчины с обвисшими щеками. Покосился на замершего Михаила, спросил осторожно:
– Азазель Иванович…
Азазель сказал нетерпеливо:
– Говори, Арнольд. Это мой мальчик для поручений.
Солидный господин Арнольд, уже не обращая внимания на мальчика, сказал с легким поклоном:
– Мое нижайшее почтение, Азазель Иванович. К сожалению, у нас проблема, с которой мы здесь на месте, увы, не справимся.
– Слушаю, – произнес Азазель сдержанно.
– Только что ушли люди, – сказал солидный Арнольд, – которые сообщили, что за нами долг. Предложили выплачивать ежемесячно двадцать пять тысяч долларов.
Лицо Азазеля окаменело, он замер на миг, затем произнес холодно:
– Камеры все работали?
– Да, – ответил Арнольд. – А еще я велел охране проследить за ними. Сейчас они скрыто двигаются за их автомобилем.
– Сейчас приеду, – бросил Азазель и, взмахом руки отключив экран, повернулся к Михаилу. – Дружище, сумеешь вон там сесть на диван и ждать моего возвращения или отвести тебя туда под белы крылья?
Михаил покачал головой.
– У тебя неприятности, вижу. Я с тобой.
– Как знаешь, – ответил Азазель безучастно.
– Демоны?
Азазель поморщился.
– Чего тебе везде мерещатся демоны? Их капля в море. Люди бывают круче!.. Сейчас как раз самый заурядный случай. Простой, но серьезный. И очень опасный. Хотя не для орлов.
Михаил сказал нервно:
– Азазель… я уже видел у тебя этот взгляд! Говори быстро, что происходит?
Азазель поморщился, вид брезгливо-раздраженный, отмахнулся.
– Некоторые начинают действовать, не раздобыв достаточно информации. Сири, ты на хозяйстве!
– Я всегда на хозяйстве, – донесся печальный милый голосок.
– Не горюй, – крикнул от двери Азазель. – Как-нибудь в кино свожу!
Когда захлопывал дверь, Михаил успел услышать ее обиженный голосок:
– В кино? Ты не любишь Мальдивские острова?
Лифт доставил в гараж, оттуда Азазель погнал «Теслу» на повышенной скорости к выходу, выпрыгнули на улицу, и снова гонка, в которой Азазель кроме скорости нарушил еще три-пять правил, Михаил дергался рядом, наконец сказал осторожно:
– Азазель, ты чем-то расстроен, но я бы посоветовал…
Азазель огрызнулся:
– Ничего люди не принимают с таким отвращением, как советы! Я же никого еще не задавил?
– Пока да…
– И не задавлю. Мы сидим в такой штуке, что захотим задавить, так не даст же!
Михаил спросил с недоверием:
– Что… даже если отключишь автопилот?
Азазель злобно усмехнулся.
– А для чего вон эта кнопка на баранке?… Человек – это звучит, гордо, несмотря ни на что!
– Кто это сказал? – спросил Михаил с недоверием.
– Какой-то джигит, наверное…
Михаил поморщился.
– Люди… А что я еще ожидал?
– Держись, – сказал Азазель, – срезанем этот угол через парк, разве мы не джигиты? Гордо звучит, так гордо!
Михаил то задерживал дыхание, то замирал вовсе и выдохнул наконец с облегчением, когда Азазель начал сбрасывать скорость и переходить с полосы на полосу на правый край дороги.
Впереди из переулка выметнулся черный джип и, тоже нарушая правила, промчался полсотни метров по встречной полосе и остановился перед роскошным рестораном в здании старинной постройки.
Из джипа выскочили двое крепких парней в приличных костюмах. Бросились было ко входу, но увидели подъезжающий автомобиль Азазеля, остановились.
Азазель не погнал автомобиль к дальнему развороту, а резко крутнул руль и, игнорируя сигналы других водителей, пересек дорогу и остановился рядом с джипом.
Едва Азазель покинул авто, оба парня мигом оказались с ним рядом. Михаил выбрался за Азазелем и услышал, как один сказал вполголоса:
– Мы проследили до складов Торгового центра. Там машину оставили на стоянке, а сами вошли в здание.
– А еще мы к их «Кадиллаку» прицепили жучок, – добавил второй. – Дистанционно.
– Отлично сработали, – сказал Азазель с одобрением. – Возвращайтесь на места. Дальше без вас.
Первый кивнул, но другой сказал с беспокойством:
– Может, мы с вами?… Арнольд Викентьевич сказал, парни очень серьезные. И при оружии, у них явно хорошая крыша.
Азазель улыбнулся.
– Зато я и мой друг очень несерьезные… Ждите новостей. Мишка, садись! Поехали.
Михаил вернулся в машину, Азазель сразу двинулся с места, до того еще, как дисциплинированный Михаил успел пристегнуться, а автомобиль протестующе запищал насчет грубых и нетерпимых нарушений.
Какой-то мужик, наблюдавший за ними, сорвался с места, вскочил в небольшой юркий автомобиль и торопливо сорвался с места.
Михаил с вопросом в глазах посмотрел на Азазеля, тот кивнул.
– Не боись, «Тесла» кого угодно догонит.
Юркий автомобиль, марку Михаил не распознал, ловко уходил от них дворами, «Тесле» не разогнаться, но вскоре выметнулись на простор, кварталы с высотными домами остались позади, по обе стороны резво помчались, уходя за спину, лесные полосы.
Азазель прибавил скорость, догнал, умело прижал автомобильчик к краю дороги, а тот, чтобы не свалиться в глубокую придорожную канаву, вынужденно остановился.
Водитель только-только начал открывать дверь, как Азазель и Михаил подбежали с обеих сторон, Азазель рывком распахнул дверь и вытащил за грудь достаточно грузного мужика.
– Ты кто?
Тот перехватил его руку и попытался отодрать от своей рубашки.
– Отпусти! Вы кто такие?
Азазель влепил ему другой рукой пощечину, сделал страшное лицо и спросил люто:
– Кто тебя послал?
Мужик ухватился за щеку, глаза полезли на лоб.
– Что?… Да как вы смеете!.. Да я вас по судам затаскаю!.. Где ваши жетоны?… Покажите, а еще я требую адвоката!
Михаил молча ярился, Азазель сказал с отвращением:
– Что за идиот, политкорректных фильмов насмотрелся… Мы тебе покажем Европу!
Без размаха он с силой саданул в лицо рукоятью пистолета. Голова мужика откинулась с такой силой, что хрустнули позвонки. Когда он с усилием поднял голову, уже кашлял, надсадно захлебываясь кровью из разбитого рта, где между расквашенных в сырое мясо губ вместо передних зубов торчат обломки.
Он кашлял, выплевывая зубы, наконец завизжал:
– Вас за такое посадят!
Азазель сказал Михаилу:
– Видишь, какие бывают тупые дураки? Верят в систему, созданную не Господом, а людьми. Богохульники!
Он ударил снова рукоятью дважды, уродуя лицо, потом с силой пнул в пах. Мужик завизжал поросячьим голосом, упал, скрючился и катался по земле, завывая от боли.
– Кто послал? – спросил Азазель раздельно.
Мужик простонал:
– Не знаю!.. Подошел один, дал денег, предложил увести вас подальше… Я ничего не знаю! Откуда бы я знал, что вы такие крутые, это же розыгрыш!
Азазель сказал брезгливо:
– Ладно, иди в машину.
Мужик подхватился с поспешностью, грузное тело с такой легкостью взобралось обратно на сиденье, что Михаил смутно удивился, как страх придает силы, но тот не успел ухватиться за руль, как Азазель подошел ближе и сказал мягко:
– Ах да, вот еще что…
И быстро выстрелил ему в переносицу. Михаил рванулся вперед и ухватил за руку с пистолетом, но мужик с дырой во лбу уже откинулся на сиденье и пару раз в судорогах стукнул подошвами по педалям.
– Что ты делаешь? – вскричал Михаил.
Азазель высвободил руку и захлопнул дверь, оставляя убитого в кабине, на Михаила взглянул с жалостью.
– Знаю-знаю, божьи создания и все такое. Но беречь нужно не их, а от них другие божьи создания, что получше и почище. Здесь, дорогой мой, не ад и не какие-то там небеса, а прекрасная земля! С ее прекрасными и благородными законами насчет бей первым, а отступай последним… Пойдем в машину или можешь остаться!
Михаил молча вернулся и опустился на сиденье, что не успело еще остыть. Азазель коснулся панели тачпада, автомобиль рванулся с места с такой скоростью, что Михаил поневоле напрягся, никакой застоявшийся конь не помчится так резво.
Некоторое время Михаил молчал, наконец покосился на злое лицо Азазеля.
– Что дальше?
– Что? – переспросил Азазель. – А ты готов действовать по-человечески?…
Михаил пробормотал:
– А по-человечески – это по-человечески?
– В основном, – ответил Азазель. – Но иногда справедливость прячется в несправедливости, потому ее трудно узнать. Я, правда, узнаю, я же гений, но для тебя это проблема… хотя военно-полевой устав обычно выручает.
– Это… как?
– По-человечески, – сказал Азазель, – в реале совсем не то, что в словаре Ожегова или даже Даля, у того словарный запас покруче. Это по-нечеловечески на самом деле, или не по-человечески, если с точки зрения старомодной морали… Так, теперь помолчи, подъезжаем. Пойдешь или останешься?
Он остановил автомобиль у подъезда трехэтажного особняка, за которым виднеются роскошные сосны. На панели управления вспыхнули красным три длинные цифры, Азазель ткнул пальцем в самую большую клавишу и с шумом захлопнул дверцу.
– Вот теперь пусть побегают!
Улыбка его была очень недоброй, Михаил заспешил за ним, спросил опасливо:
– Что ты сделал?
– Ничего, – заверил Азазель, – просто глушанул их систему наблюдения. На время, конечно, но нам хватит.
– Понял, – сказал Михаил, – уравняли шансы.
– Только двигаться нужно быстро, – предупредил Азазель, – пока они не перестроились.
Глава 5
Азазель рывком на себя отворил дверь, весь злой и с оскаленными зубами, пистолет наготове, Михаил двигался в шаге следом, настороженный настолько, что готов был услышать скрип кровати за три этажа сверху.
В прихожую он вдвинулся, словно призрак, в двух шагах впереди деревянная лестница с витыми перилами ведет наверх, справа и слева шагах в пяти по двери, добротные и величественные, но в таких местах либо кладовые, либо подсобные помещения.
Михаил чуть приотстал – вдруг кто выскочит из комнат внизу? – Азазель продолжал уверенно продвигаться вперед, осторожно переступая со ступеньки на ступеньку.
– Может быть, – шепнул он с сомнением, – надо было дать тебе автомат…
– А сам с пистолетом?
– В тесных помещениях с ним проще.
– Здесь не так уж тесно…
Вход на второй этаж перекрыт массивной дверью, Азазель открыл дверь и тут же захлопнул, прижавшись к стене. За дверью резко хлопнуло, в трех местах вздулись крохотные холмики из расщепленного дерева.
Он распахнул дверь снова и вбежал в помещение второго этажа, держа пистолет перед собой. Михаил влетел за ним, там после взрыва гранаты пыль взвилась до потолка, сейчас медленно опускаются на пол взметнувшиеся листки бумаги.
Азазель пронесся наискосок и вбежал в полуоткрытую комнату. Михаил с бешено стучащим сердцем метнулся следом.
Впереди прогремели два выстрела, а в ответ простучала длинная автоматная очередь.
Михаил вбежал, злясь, что выглядит полным неумехой, Азазель, чуть пригнувшись, идет впереди, пистолет в вытянутой руке на уровне плеча.
Снова прогремели пистолетные выстрелы, следом коротко и зло хлестнула очередь из автомата. Азазель двигается впереди, стреляет редко, хотя две обоймы в запасе, самоуверенный гад, но если сумел прожить в этом мире столько лет, то у него есть основания для такой самоуверенности.
Михаил выстрелил в тот же миг, когда справа кто-то начал выдвигаться из-за угла в дальнем конце коридора, и со злобной радостью увидел, как голова противника откинулась с такой силой, словно в лоб ударила не пуля, а кувалда.
Азазель, не оборачиваясь, прокричал:
– Молодец, давай ко мне!
Михаил подбежал, выстрелы впереди гремят безостановочно, не позволяя высунуться из-за угла.
Азазель оскалил зубы в злобно-веселой ухмылке.
– А здесь стрелять умеют!.. Но среди них только двое настоящих профи…
Он высунул руку и быстро выстрелил дважды. Ответные выстрелы загремели еще чаще, а он сказал медленно:
– Или уже один… хотя могут просто перегруппировываться. Следи, чтобы не зашли сзади!.. А теперь бегом!
Когда бежали через комнату с креслами и телевизором во всю стену, с хрустальным звоном разлетелась стеклянная стена, пули застучали по противоположной стене.
Азазель рухнул, у Михаила сжалось сердце, но тот перекатился под защиту стены и там вскочил, держа пистолет в готовности к стрельбе.
– Не высовывайся! – крикнул он, не оборачиваясь. – Ко мне только по команде!
Михаил прислушивался к звукам позади, но пока ни шороха, Азазель внезапно крикнул:
– Быстро ко мне!
Сам он чуть выдвинулся из-за стены и трижды выстрелил, тут же втянулся обратно.
Михаил рванулся с места с такой силой, что мышцы и сухожилия едва не порвались.
Азазель яростно заорал, пистолет в его руке уже не вздрагивает от выстрелов, а мелко-мелко трясется, Михаил с отчаянно стучащим сердцем двигался рядом, едва успевая стрелять в появляющиеся в дыму силуэты раньше, чем там повернут стволы в их сторону.
– Остался один этаж! – прокричал Азазель.
С одним боевиком Михаил схватился в рукопашной, получил два удара кулаками в лицо, но первого ударил о стену, а второму свернул шею.
Азазель обернулся, в глазах веселье, крикнул:
– В бою он страшен, берегитесь, дамы!.. Ты им чуть стену не пробил, пойдем, не поднимется.
Он ударил ногой в дверь и метнулся в сторону под защиту стены, а из комнаты прогремели выстрелы, тут же простучал автомат.
– Как все скучно, – прокричал Азазель, сверкая белыми зубами. – Мишка, тебе же скучно?
– Ничуть, – буркнул Михаил. – И не коверкай мое благородное имя.
Азазель вытащил из кармана гранату, красиво зашвырнул, не глядя, в дверной проем и через пару секунд ворвался в комнату.
Михаил вбежал следом, четверо мужчин присели, укрываясь от осколков, Азазель дважды выстрелил, веселый и торжествующий.
– Придурки… Так легко попадаться?
Двое начали подниматься, у одного в руке пистолет, у другого автомат, Михаил с ужасом видел, как их стволы поворачиваются в сторону Азазеля, он ближе, и как можно быстрее выстрелил сам, почти не целясь.
Оба рухнули с пулями в голове, а Михаил сказал с трепещущим сердцем:
– Идиот!.. Тебя чуть не застрелили!
Азазель загадочно улыбнулся.
– Я верю в тебя, герой без страха и упрека!.. Но теперь уходим, дело сделано.
Он выбежал в коридор, Михаил вскрикнул:
– Не туда!
– Туда, – ответил Азазель. – Уходить нужно по пожарной, это классика, что не стареет, как водопровод, сработанный еще рабами Рима. В Риме был рабовладельческий строй, не знал? Я сам прочитал недавно…
Михаил молча сбежал за ним по этой отвратительной лестнице во двор, а там Азазель уже спокойной походкой, не привлекая внимания, вывел на улицу, и там Михаил увидел, как к парадному входу здания подкатили два автомобиля с полицейскими мигалками.
– Здесь приличный район, – пояснил Азазель. – Отделение полиции рядом, приезжают мгновенно.
– Не так уж и мгновенно.
Азазель улыбнулся.
– Просто мы еще мгновеннее, ну как бы молниеноснее!
Он кивнул на автомобиль, тот приоткрыл дверцы, Михаил с великим облегчением сел, Азазель кивнул на ремень.
– Пристегнись. А то Сири может заблокировать зажигание.
– Раньше только пищала, – напомнил Михаил.
– Каждый день что-то да скачивает, – напомнил Азазель. – Девочка учится быстро. Но стриптиз танцевать еще не умеет, а этому нужно учить в первую очередь. То ли недоработка дизайнеров, то ли церковь нагадила.
– Церковь еще существует?
– Да, но уже не ведет, а плетется обозом сзади и подбирает раненых.
Он вырулил на середину своей полосы и погнал, снова заметно превышая скорость. Михаил промолчал, сейчас все службы задействованы по сигналу о перестрелке, никто не остановит, разве что потом пришлют квитанцию о штрафе, основываясь на показаниях радара.
Он спросил настороженно:
– Ты что… нарочно дал застрелить тех двух мне?
Азазель изумился:
– На меня это похоже?
– Еще как, – зло бросил Михаил, – только не знаю зачем…
Азазель хмыкнул, по его виду можно догадаться, знает зачем, все под контролем, все схвачено, и даже повторяется, как тот трюк с гранатой, у которой чека на месте.
Михаил поерзал, спросил:
– Что теперь?
– Всего один звонок, – ответил Азазель. – Минутку… А ты как думаешь, мы за вегетарианцев не сойдем?
– После такой резни? – переспросил Михаил.
Азазель с ухмылкой вытащил смартфон, Михаил молча ждал, когда он тыкал пальцами в цветные значки, наконец из динамиков автомобиля прозвучал мощный уверенный голос:
– Слушаю…
– Коршун, – сказал Азазель, – вы задолжали ресторану… знаете, о каком речь, миллион долларов. Разрешаю погасить в течение суток. Все, время пошло.
Он прервал связь, Михаил ощутил недоброе, увидев злобный оскал на его лице.
– Ничего не понял, – признался он честно.
Азазель с усилием улыбнулся, но получилось это как-то по-волчьи, даже клыки будто бы удлинились.
– Я позвонил главному, – пояснил Азазель. – Он еще не знает о судьбе тех, кого нанял прощупать меня. Сейчас звонит, чтобы выспросить подробности.
– И как поступит?
Азазель хищно улыбнулся.
– Сегодня же пришлет в ресторан человека с небольшим таким чемоданчиком. В таких помещается ровно миллион долларов. Это бизнес… Сделал ошибку, расплатись с процентами!
Михаил пробормотал:
– Но миллион… насколько я понимаю, это же чертова уйма денег?
– А мое оскорбленное достоинство? – поинтересовался Азазель. – Понимаешь, недостаточно просто отбиться от наезда. Нужно самому наехать так, чтобы стало ясно, кто доминант, а кто субдоминант. Уверен, хотя срок до завтра, но деньги прибудут сегодня. И очень скоро. Там понимают, что лучше умаслить мою уязвленную гордость как можно скорее, пока я со злости не добрался до самого хозяина. Мы же показали, что умеем реагировать не только круто, но и моментально, без подготовки.
Михаил вздохнул.
– Как все сложно.
– Вот-вот, – подтвердил Азазель. – Тут с адом проблемы, а еще и местные мафиози шустрят и стараются урвать кусок… Хорошо, главная опасность пока не угрожает.
Михаил насторожился.
– Кто?
– Женщины, – ответил Азазель, – кто может быть опаснее?
Михаил промолчал – у людей свои причуды, Азазель провел среди них слишком много времени, – наконец сказал с сомнением:
– А почему тебя считают хитрым и коварным?… Никаких хитростей, ты вломился грубо и прямо…
Азазель круто повернул руль, избегая столкновения с задумчивым пешеходом, что прет через улицу, не глядя по сторонам, выровнял автомобиль и, откинувшись на спинку кресла, сказал медленно и с загадочной усмешкой:
– Да, грубо и прямо. Как у вас там принято.
Михаил в изумлении приподнял бровь.
– У нас?
– А кто, – поинтересовался Азазель подчеркнуто ленивым голосом, – вместо дебатов сразу же полез в драку, а потом со своими сторонниками сбросил Сатана в ад?… Ты даже его доводы не стал слушать!.. Тебя взбесило, что выступает с критикой Всевышнего!..
Михаил нахмурился.
– Критика была недопустима.
– А кто, – спросил Азазель язвительно, – тебе это сказал? Ты сам так решил! И вместо того, чтобы переспорить Сатана и убедить в неверном понимании, сразу ринулся в бой. Вот и мы сейчас точно так же!.. Никаких переговоров, никаких компромиссов.
Михаил сказал нерешительно:
– А что… можно было иначе?
– Конечно, – заверил Азазель. – В другое время я бы обязательно… Но день выдался тяжелый, сам видел, а еще и этого убили сволочи с их межклановыми разборками трехсотлетней давности!.. Так что я пошел, как и ты, прямым путем. Солдатским!.. Это так соблазнительно даже для врожденного гуманиста и пацифиста, как я. Простые пути редко бывают правильными, но на сложные уже нет сил. Точнее, простые выглядят соблазнительно легкими. Вот мы, как два пацифиста, и отпацифистили их по полной программе, чтоб аппетит был лучше и сон спокойнее. Сейчас сон очень важен для долголетия и здоровья! Ты мелатонин не пьешь?
Смартфон легонько пикнул, Михаил вздрогнул, почему-то подумал, что это их старается найти Синильда.
Азазель сказал легко:
– Слушаю тебя, красотка.
Их двух динамиков донесся щебечущий голосок:
– Как вы там?
– Уже едем, – сообщил Азазель. – Чуть запоздали, прости.
Чуткий слух Михаила уловил как Синильда сказала успокаивающе:
– Ничего страшного. Я выхожу, подхватите по дороге к клубу.
Азазель мотнул головой, и связь прервалась. Михаил спросил обеспокоенно:
– А ты знаешь, какой она дорогой?
– Конечно, – ответил Азазель. – Я сразу пробил по базе все ее данные, адрес, родителей, место и дату рождения, школьные фотки, акки в соцсетях… Готов? Расстегни две пуговицы… да не там, на рубашке!.. это придает элегантную небрежность… Эх, придется все-таки заскочить в квартиру.
– Чего вдруг?
– А у тебя, – сказал Азазель злорадно, – не только кровь на туфлях, но и мозги!.. У вас что, ходят так? А у нас все чистюли. Иначе объясняться с полицией, она следит за порядком, если еще не знаешь. Ангелы наши с полосатыми жезлами.
