355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Гарри Бранднер » Эхо (ЛП) » Текст книги (страница 11)
Эхо (ЛП)
  • Текст добавлен: 8 сентября 2016, 18:25

Текст книги "Эхо (ЛП)"


Автор книги: Гарри Бранднер



сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 14 страниц)

Глава 20

– Для чего вы привезли меня сюда? – недовольно спросил Луис Зено. – Что это за город?

– Кастл Рок, – ответил Тед Вектор, худощавый мужчина с быстрыми глазами и с фотоаппаратом, висящем на плече.

– Кастл Рок, – повторил Зено. – Это скорее похоже на название не города, а танца тридцатых годов.

– Не будьте таким занудой. Когда вы увидите то, для чего мы сюда приехали, то навсегда запомните Кастл Рок, так же, как и наш Эльдорадо.

Зело остановился на дорожке, посыпанной опилками, и внимательно посмотрел на своего спутника.

– Может, вы объясните мне, зачем я вам понадобился и кто вас ко мне направил?

– Мне посоветовал обратиться к вам Эд Эндикот.

– Главный редактор?

– А вы знаете еще одного Эда Эндикота? Он сказал, что вы неплохо занимались этим делом с оборотнями в Пиньоне, пока сами не попали в беду.

– Да, именно в беду. Меня просто могли съесть, – пробормотал Луис Зено.

– Так вот, когда я рассказал ему о том, что я здесь увидел, он заявил, что лучше вас об этом никто не сможет написать.

– Прекрасно. Значит, теперь я стал специальным корреспондентом оборотней.

– А вам больше нравится писать о двухголовых телятах?

– Ну хорошо. – Некоторое время они шли молча. Затем Зено спросил: – И вы считаете, что этот Звериный Мальчик может быть одним из них?

– Черт его знает. О нем говорят во всем штате. Даже Эд Эндикот поверил в это и нанял меня, а вам должно быть известно, что он не будет напрасно тратить деньги.

Зено вздохнул.

– Ну что ж, давайте посмотрим, что он собой представляет.

Гроло, Звериный Мальчик теперь имел свою собственную афишу, которая висела над входом в палатку. Над сценой, где Батман Стайлз произносил свою вступительную речь, были прикреплены две яркие картины. На одной из них было изображено существо с телом мальчика и головой какого-то жуткого зверя с огромными клыками, злобно выглядывающего из-за деревьев. На другой Звериный Мальчик похищал обнаженную женщину, что вполне соответствовало сцене из фильмов ужасов сороковых годов.

Зено внимательно рассматривал картины.

– И ради этого вы привезли меня сюда из Лос-Анджелеса?

– Не спеши с выводами, приятель. Ты же не собираешься всю жизнь писать о ерунде. В любом случае, стоит заглянуть внутрь.

Фотограф сделал несколько снимков афиши, после чего они влились в огромную толпу, которая слушала Батмана Стайлза.

– …Я должен предупредить вас, друзья, – говорил Стайлз, – чтобы вы не подходили близко к клетке. Прутья достаточно крепкие, но полная сила Гроло, когда он в ярости, еще не известна. Поэтому, для вашей же безопасности будет лучше, если вы не станете близко подходить. Каждый из вас сможет увидеть все, что будет происходить.

Он сделал паузу, наблюдая за реакцией зрителей.

– Ну, а теперь мы начинаем наше первое вечернее представление. Те, кто не сможет сразу же попасть в палатку, придут на следующее представление ровно через час.

Стайлз посмотрел на девушку, продающую билеты, и довольно улыбнулся. Но увидев фотоаппарат Теда Вектора, он спустился со сцены.

– Простите, сэр, но здесь нельзя фотографировать.

Вектор посмотрел на него, изобразив наивное удивление.

– Что вы сказали? – затем, улыбнувшись, он дотронулся до футляра камеры, как будто только сейчас вспомнил о ней. – Ах, это? Но я и не собирался снимать. Дело в том, что я турист и никогда не путешествую без фотоаппарата.

– Ну, если вы не будете доставать его из футляра… – с сомнением проговорил Стайлз.

– Ни в коем случае, – заверил его фотограф. Купив билеты, он и Луис Зено вместе с остальными зрителями вошли в палатку.

Внутри все было заполнено людьми, стоящими почти вплотную друг к другу. Воздух проникал только через вход, и его было недостаточно для разгоряченных тел.

Зено пристроился за Вектором и старался не отставать от фотографа, пробирающегося вперед. Достав носовой платок, он вытер пот с шеи и мрачно посмотрел на изъеденный молью вельветовый занавес.

– Ну и что здесь будет, Тед? С таким же успехом я мог бы остаться дома.

– Да, конечно, сидел бы с банкой пива в ванной и думал, о чем бы еще написать. Смотри сюда, идет этот человек.

Батман Стайлз появился из-за занавеса. Он стал так делать с тех пор, как зрителей стало слишком много и он уже не мог свободно проходить мимо них от входа к клетке.

– Леди и джентльмены, добро пожаловать на самое удивительное, поразительное и невероятное зрелище в Америке. Через несколько минут перед вами откроется этот занавес и я представлю вам девятое чудо света.

– А какое чудо является восьмым? – шепотом спросил Зено у фотографа.

– Может быть, Кинг-Конг?

– Ну разумеется, как это я мог забыть?

Стайлз строго посмотрел на них, и они замолчали. Тем временем Стайлз продолжал свою речь, легко вставляя в нее цветистые обороты. Проработав в шоу-бизнесе много лет, он никогда не испытывал затруднений в том, что сказать. Предложения, в конце каждого из которых можно было ставить восклицательный знак, составлялись сами собой и вылетали изо рта в то время, как он мог думать совершенно о другом.

Сейчас его речь приближалась к завершению.

– А теперь, леди и джентльмены, настает момент, который вы ждете с таким изумлением и ради которого вы все здесь собрались. Я представляю вам… Гроло, Звериный Мальчик!

С этими словами он отдернул занавес, и публика увидела Малколма, сидевшего на табуретке в небольшой обезьяньей клетке. Мальчик робко смотрел на толпу.

К этому времени люди, собравшиеся в палатке, уже знали о заведенном порядке этого представления. Об этом подробно рассказывали и журналисты, и те, кто уже видел это. И не дожидаясь подсказки со стороны Стайлза, они начали выкрикивать насмешки в адрес Малколма.

– Какой же это звереныш!

– Прочь со сцены, фальшивка!

– Он даже не бреется.

– Это, наверное, девочка.

– Верните нам деньги!

Луис Зено не принимал участия в оскорблениях мальчика, находящегося в клетке. Он не обращал внимания и на Теда Вектора, нащупывающего футляр с камерой. Что-то в блестящих зеленых глазах мальчика, с которыми он на мгновенье встретился, заставило писателя почувствовать себя очень неуютно.

– Давай лучше уйдем отсюда, – шепнул он фотографу.

– Ты в своем уме? Представление еще не началось. Делай записи или что-нибудь в этом роде.

Как всегда, когда в мальчишке начались изменения, насмешки в толпе мгновенно прекратились. Независимо от того, насколько люди были подготовлены к тому, что им предстояло увидеть, это не шло ни в какое сравнение с тем, что происходило сейчас на маленькой сцене.

– Боже мой, – пробормотал Зено сквозь стиснутые зубы.

– Видишь? Нет, ты видишь? Что я тебе говорил? – Тед Вектор достал фотоаппарат из футляра и держал его внизу так, чтобы это не заметил Батман Стайлз.

Писатель ничего не слышал. Перед его глазами встала хижина в тот момент, когда он вошел и увидел разбросанные повсюду части тела Эйба Креддока. Его желудок сжался, и он испугался, что его сейчас вырвет.

– Я видел достаточно, – сказал он. – Пошли отсюда.

– О чем ты говоришь? Разве ты не собираешься взять интервью у хозяина шоу или кого-нибудь еще?

– Кому это нужно? Я вполне могу сослаться на них, как это обычно и делается. Пошли.

– Дай мне, по крайней мере, сделать несколько снимков Гроло. Без них твой рассказ мало что будет стоить.

– Хорошо, но сделай их побыстрее.

Зено старался не смотреть на то, что происходило в маленькой клетке, но жуткое очарование притягивало его взгляд. Лицо мальчика покрылось жесткими черными волосами. Его тело расширилось и удлинилось, изменяя свои формы, что сопровождалось треском костей. Он вынужден был согнуться, схватившись за прутья, чтобы не удариться головой о низкий потолок. Глаза мальчика полыхали зеленым огнем. Зубы… При виде их Зено снова вспомнил то, что осталось от Креддока.

Вектор, уже не скрываясь, достал аппарат и начал Делать снимки. Существо в клетке уловило щелканье затвора. Оно насторожилось и повернуло свою огромную голову в ту сторону, откуда раздавались эти звуки. Издав звериное рычание, оно схватило когтистыми лапами прутья клетки и начало их раздвигать.

– Эй, вы! – Батман Стайлз выскочил на середину сцены и указал пальцем на Теда Вектора. – Немедленно прекратите! Я предупреждал, что здесь нельзя снимать.

– Пошли, – быстро сказал Зено, дернув своего спутника за руку.

– Еще немного!

Щелканье затвора.

Прутья раздвигались. Через них пролезала мощная, покрытая черными волосами лапа.

– Он выбирается наружу! – закричал кто-то из зрителей.

Но голос Стайлза перекрыл все остальное:

– Уберите отсюда фотоаппарат, пока что-нибудь не произошло.

Зено крепко сжал руку фотографа и потащил его сквозь толпу к выходу.

– Я не желаю больше видеть этой дряни, – сказал он, когда они прошли половину пути.

– Ну, теперь ты убедился?

Зено понизил голос.

– Это просто хороший фокус. И он неплохо смотрится.

– Не будь ослом, все это происходит на самом деле. Когда ты сможешь подготовить статью?

– Завтра утром.

– Прекрасно! Тогда сегодня вечером я проявляю снимки, и у нас будет отличный материал.

Фотограф осматривал карнавал.

– Не хочешь на что-нибудь еще взглянуть? Тут есть шоу, в котором совсем неплохо выступают две девочки.

– Все, что я хочу, – ответил ему Зено, – это побыстрее убраться отсюда.

"Звериный Мальчик в клетке напоминает ужасом карнавал!"

Под таким заголовком появилась статья в газете "Местные новости", которую Холли Лэнг увидела на прилавке одного из магазинов. И фотографии – ужасного существа, имеющего как человеческие, так и звериные части тела. Но глаза… она узнала эти глаза. Несомненно, это был Малколм.

Схватив газету с прилавка, Холли села в машину и отправилась прямо в контору шерифа.

Гевин Ремси хмуро посмотрел на нечеткую фотографию и спросил:

– Ты уверена, что это Малколм?

– Конечно, это он. Разве ты сам этого не видишь?

– По правде говоря, нет. За это время слишком много всего произошло.

– Черт возьми, Гевин, до чего же ты упрям. Ты ведь знаешь, что это Малколм.

– В таком случае у нас появился хороший шанс.

– Мы должны немедленно найти этот карнавал и вытащить его оттуда.

– Прямо сейчас?

– Почему бы нет?

– Ну хотя бы потому, что мы не знаем, когда был сделан этот снимок и где именно это было, – он внимательно прочел статью Луиса Зено. – Владельцем карнавала является некий Самсон. О нем мало кто знает.

– Но ведь ты можешь найти его? Ты же полицейский.

– Думаю, что могу, – согласился Ремси. – Но это не входит в мои прямые обязанности. У меня много работы, и налогоплательщики вряд ли согласились бы с тем, что во время службы я буду заниматься личными делами.

– Зато мне никто не может помешать делать то, что я считаю нужным, – заявила Холли. – И я вполне могу отправиться на поиски Малколма одна.

– Да, в последнее время ты относишься к этому как к своим собственным делам. Насколько я помню, ты и в больнице пыталась навести порядок.

– Там было другое. Я боролась с Вейном Пастори. Хорошо еще, что эти люди на карнавале не понимают, что именно они видели. Все, что я хочу сделать, это отправиться на карнавал, найти Малколма и вернуть его обратно.

– Если это действительно Малколм, – сказал Ремси. – Предположим, что это так. Ну, а если он не захочет вернуться?

На мгновение Холли замолчала. Об этом она даже не думала.

– В таком случае я… я предоставлю это решать ему самому. Я только скажу, что он не виноват в том, что случилось с Пастори.

– Я не хочу, чтобы ты снова попала в какую-нибудь беду.

Голос Холли смягчился.

– Я обещаю, шериф, что если там появится хоть малейшая опасность, я немедленно вернусь за подкреплением. Договорились?

Он не смог сохранить строгое выражение на своем лице и широко улыбнулся.

– Договорились, доктор. Я постараюсь выяснить, где сейчас находится этот Самсон.

Ремси позвонил в Лос-Анджелес. Местный шериф, которого он хорошо знал, связался со своими агентствами. Не прошло и получаса, как он уже передал Гевину полученную информацию.

– По его сведениям в данный момент Самсон находится в местечке под названием Сильведел. Если ты сможешь подождать пару дней, возможно, я отправлюсь туда вместе с тобой.

– Спасибо, Гевин, но я не хочу больше терять время. Прошел целый год с тех пор, как мы последний раз видели Малколма в клинике.

– Тем более, какое значение могут иметь еще два дня?

– Я просто не хочу больше ждать, вот и все.

– Позвони мне обязательно, чтобы я знал, как идут дела.

– Это я обещаю. Я позвоню сразу же, как только что-нибудь узнаю, – она обошла вокруг стола и нежно его поцеловала. – Спасибо, Гевин.

– Не за что.

Выйдя из конторы, Холли села в свой "фольксваген". Ремси наблюдал за ней из окна, и его лицо выражало беспокойство.

Прошедший год не принес ничего хорошего доктору Вейну Пастори. После тех неприятностей в клинике и его увольнения из больницы округа Ла Рейн он нигде не мог найти работу. Его репутация среди медиков, и так не блестящая, теперь окончательно была испорчена.

Он жил в Стоктоне, и его практика сводилась к оказанию незначительной помощи игрокам бейсбольной команды. Вынужденный вести весьма скромный образ жизни, Пастори тем не менее продолжал надеяться на какие-нибудь изменения. Он понимал, что его шанс подняться – продвинуться по службе – теперь был равен нулю. Эти люди не имели никакого права врываться в его клинику и позволить Малколму убежать. И все же не они, а он подвергся изгнанию. Его постоянно преследовала мысль об этой несправедливости. Придет день… и они заплатят за все.

Увидев на прилавке супермаркета газету с фотографией и статьей о Зверином Мальчике, Пастори едва не закричал от радости. Это был Малколм. Такой, каким его видел Пастори, когда применял к нему электрический заряд, только еще более перевоплотившийся. Что происходит с ним сейчас, когда он в руках этих невежественных балаганных шутов?

Узнать, где проходит карнавал, не составило большого труда. Вейн Пастори закрыл свой дом, который одновременно служил ему и лабораторией, и отправился в город Сильведел.

Глава 21

Атмосфера карнавала, даже такого, который был организован Самсоном, вызвала у Холли Лэнг новые ощущения. Она выросла в городе и о карнавалах имела весьма смутное представление, сравнивая их с парком Диснейленда или Волшебной горы. Они вызывали интерес, но всегда оставалось чувство нереальности, особенно когда люди одевали костюмы животных. На этом же карнавале все было настоящим – и зрелища, и запахи, и люди. Но среди развлечений и громкой музыки всегда присутствовало ощущение опасности. Здесь могло произойти то, что никогда бы не было разрешено в Диснейленде.

С этими мыслями Холли шла по дорожке, посыпанной опилками. Она с удовольствием провела бы на карнавале весь день, но сегодня вечером все ее внимание было направлено на поиски Малколма.

Она без труда нашла палатку, одну из самых больших на карнавале, у входа в которую собралась огромная толпа. Звуки джунглей вырывались из громкоговорителя, недавно установленного Батманом Стайлзом.

Едва Холли приблизилась к палатке, оттуда хлынула толпа людей. Очевидно, представление только что закончилось. Судя по выражениям лиц, зрители были потрясены.

Холли нахмурилась при виде огромных картин, украшающих вход в палатку. Она прислушалась к разговору одной пары, проходящей мимо нее.

– Интересно, как это у них получается? – спросила женщина.

– Не знаю, – ответил мужчина. – Я все время следил за ним, как ястреб, и не заметил никакого обмана.

– Ты веришь, что все это происходило на самом деле?

– Но ты же не ребенок. Люди могут превращаться в животных только в кино.

– Да, в фильмах можно использовать разные трюки. Но мы ведь были не в кино.

– Я бы сказал, что это выглядело весьма правдоподобно.

– Несомненно. Я боялась, что он выберется из клетки.

– Наверно, так и было задумано, как часть представления.

– Надеюсь, что так.

Пара прошла мимо. Холли подождала, пока все выйдут из палатки и направилась прямо к входу.

Войдя в палатку, она столкнулась с жирным мужчиной с красным носом. На нем был яркий жилет и соломенная шляпа.

– Простите, мисс, но представление уже закончилось. Следующее начнется через час. Если хотите, можете сейчас купить билет и тогда вы обязательно на него попадете.

– Вы мистер Стайлз? – спросила Холли.

Выражение лица мужчины изменилось.

– Я вас знаю?

– Нет, мы никогда не встречались. Я прочла о вас в газете.

– А, понятно. С тех пор как появилась эта статья, я не разрешаю входить с фотоаппаратами в палатку. Я не пустил бы сюда и этих писак, если бы их можно было отличить от других зрителей. Чем могу быть полезен?

– Мне кажется, я знаю вашего… Звериного Мальчика.

– Гроло? Вряд ли это возможно, мисс…

– Доктор Лэнг.

– Доктор, – повторил Стайлз. – Почему вы думаете, что знакомы с моим протеже?

– Ну, во первых, его зовут Малколм.

– Боюсь, что вы ошибаетесь, доктор. Я не знаю никакого Малколма.

– Холли! – раздался радостный крик из глубины палатки. – Я узнал твой голос!

Холли и Батман Стайлз обернулись. Малколм выпрыгнул из клетки и бежал к ним, широко улыбаясь.

– Ты знаешь эту леди? – спросил его Стайлз.

– Все в порядке, Бат, – ответил мальчик. – Это мой друг.

Подойдя к ним, Малколм остановился, застенчиво глядя на Холли. Холли развела руки, и он радостно бросился в ее объятия.

– Малколм, Малколм, ну где же ты был? Я ищу тебя больше года.

– Где я только не был, Холли. А с мая я путешествую с мистером Стайлзом. Как ты нашла меня?

– Благодаря статье в газете.

Малколм нахмурился.

– С этой ужасной фотографией?

– Да.

– Там было написано столько гадостей.

– Не сомневаюсь в этом, – ответила Холли. – Но, увидев снимок, я подумала, что это можешь быть ты.

В это время Стайлз решил вмешаться в разговор.

– С вашего позволения, я вас оставлю. Мне нужно еще кое-что сделать, а вам, как я вижу, есть о чем поговорить. Малколм, может быть, нам отменить следующее представление?

– А мы можем себе это позволить?

– Не беспокойся, мой мальчик, мы и так в выигрыше. Встреча с другом сейчас для тебя важнее.

– Спасибо, Бат, – поблагодарил Малколм.

– Не думай ни о чем. Увидимся в десять часов, – он прикоснулся к полям своей соломенной шляпы. – Приятного вечера, доктор.

Холли кивнула ему, и они с Малколмом, держась за руки, вышли из палатки.

– Ты даже не представляешь, как я счастлива, что наконец-то нашла тебя, – сказала Холли.

– Я тоже, – ответил мальчик.

– Ты вырос.

– Наверное.

Холли сжала его руку.

– Если ты сможешь все бросить, мы уедем отсюда прямо сейчас и к утру уже будем в Пиньоне.

Выражение лица Малколма стало жестким.

– Меня все еще ищут из-за того, что произошло в клинике?

– Никто тебя не ищет, Малколм. В том, что случилось в Медвежьей Лапе, твоей вины нет. И это знают все.

– Знают?

– Даю тебе слово. Разве ты перестал доверять мне?

– Нет, Холли, я верю тебе.

– Значит, мы можем уехать отсюда?

На лице мальчика отразились сомнения.

– Я не хочу вот так покинуть Бата.

– Почему бы и нет? Этот человек выставлял тебя напоказ, как какое-то чудовище.

– Это не совсем так, Холли. Мистер Стайлз был добр ко мне. Мне было очень плохо, когда я встретил его, и он мне помог. Кроме того… – он колебался.

– Что еще? – быстро спросила Холли.

– Я и есть одно из чудовищ.

Холли остановилась и повернулась к нему лицом. Глядя ему прямо в глаза, она отчетливо произнесла:

– Никогда больше так не говори, Малколм. Ты… не такой, как все, но в этом нет твоей вины. Иногда люди рождаются с ужасными деформациями. И им нельзя помочь. Но ты не чудовище. И никто не имеет права сажать тебя в клетку и показывать толпе любопытных зрителей.

– В этом нет ничего плохого, – возразил Малколм. – Я даже не думаю о тех людях, которые приходят посмотреть на меня. Когда я нахожусь в клетке, я думаю совсем о другом.

– И ты хочешь, чтобы это продолжалось и дальше?

– Нет, я… думаю, что нет. Я все время боюсь, что когда-нибудь действительно могу потерять над собой контроль.

– Ну, тогда поехали со мной, Малколм. Я попробую помочь тебе.

– Холли, ты на самом деле думаешь, что мне можно помочь? – его глаза внимательно изучали ее лицо.

Холли ответила не сразу.

– Не знаю, Малколм, я не хочу тебя обманывать и подавать ложные надежды. Твоя ситуация настолько отличается от тех, с чем когда-либо имели дело врачи, что никто определенно не сможет сказать, есть ли какой-нибудь способ тебя вылечить. Но я твердо обещаю, что сделаю все возможное, чтобы помочь тебе. Договорились?

– Да, – ответил он, и они улыбнулись друг другу.

– Только одно условие, – добавил мальчик. – Мы останемся здесь до завтра. Я хочу дать несколько последних представлений для мистера Стайлза.

– Он так много для тебя значит? – спросила Холли.

– Я никогда не знал своего настоящего отца, но мне бы хотелось, чтобы он был похож на Бата.

– Пусть будет по-твоему, – согласилась Холли. – Я сниму комнату в городе. И может быть, приду посмотреть твое выступление.

– Нет, – быстро возразил он. – Не стоит этого делать.

– Хорошо, если не хочешь, не буду, – ответила она.

– Так будет лучше. Это совсем другая часть моей жизни. В ней нет ничего, связанного с тобой, и я не хочу, чтобы ты оказалась в ней.

– Ну, тогда я останусь в мотеле и буду ждать тебя там.

– Спасибо, Холли, – облегченно вздохнул Малколм.

– Ну, а сейчас, – произнесла она оживленно, – У нас в запасе целых два часа. Что бы тебе хотелось?

– Давай я покажу тебе карнавал. Мы свободно можем пройти на любой аттракцион, так как я здесь работаю.

– Это звучит заманчиво. Пошли.

Когда к десяти часам Малколм вернулся в палатку, он увидел Батмана Стайлза, сидящего рядом с клеткой и болтающего ногами. Около него стояла бутылка и пластиковый стаканчик. Казалось, что Батман внимательно рассматривает, как начищены его ботинки.

– Привет, Бат, – радостно крикнул Малколм.

– Привет, – ответил старик, но даже не поднял головы.

– Что-нибудь случилось?

– Случилось? А что могло случиться?

– Что с тобой? Ты не похож на себя.

Стайлз плеснул виски в стаканчик и выпил.

– Да, Малколм, мне не по себе. Я всегда знал, что у тебя была другая жизнь до встречи со мной и что придет день, когда кто-нибудь появится и заберет тебя обратно. Ты ведь покидаешь меня?

– Да.

Стайлз спрыгнул со сцены и, подойдя к мальчику, положил руку ему на плечо. За лето Малколм заметно вырос и теперь был выше Батмана.

– Я хочу пожелать тебе всего самого хорошего, мой мальчик. Если ты решил уйти, я не буду тебя удерживать. Карнавал – не место для тех, у кого есть свой дом. Мы хорошо провели с тобой время, правда?

– Да, – согласился Малколм. – Бат, но я хочу закончить выступление. Сегодня вечером и завтра мы дадим еще представления.

– Не стоит этого делать. Я представляю, с каким нетерпением ты хочешь уехать вместе с твоим другом, доктором.

– И все-таки я сделаю это, – возразил Малколм. – Ты можешь объявить, что это прощальное представление, и увеличить цену на билеты.

На красном лице Стайлза медленно расплылась улыбка. Он засмеялся, но смех перешел в кашель. Придя в себя, он сказал:

– Малколм, ты начинаешь рассуждать, как настоящий делец. Иди и подготовься, а я повешу объявление, – и он снова засмеялся. – Прощальное представление. Я горжусь тобой.

Малколм ушел за занавес и переоделся. Теперь на нем была дешевая рубашка и брюки, купленные Батманом специально для выступления. Не было смысла одевать что-нибудь хорошее, когда его тело меняло форму и разрывало одежду.

За последнее время перевоплощение шло все дальше, прежде чем он мог его остановить. Это начинало беспокоить Малколма, и он был рад тому, что скоро уедет вместе с Холли. Если ему действительно еще можно помочь, он верил, что Холли сможет это сделать.

Едва он застегнул рубашку и заправил ее в брюки, как услышал, что Стайлз начал перед палаткой свою речь.

– Итак, леди и джентльмены, сегодня вечером и еще завтра вам предоставляется последний шанс увидеть девятое чудо света. Сенсацию, о которой уже говорят во всей стране. Неподражаемый, непостижимый, невероятный… Гроло, Звериный Мальчик.

Малколм улыбнулся. За эти недели он искренне привязался к Батману и чувствовал, что Стайлз тоже любил его. При других обстоятельствах он с радостью остался бы здесь, пока был нужен Вату, но его будущее было слишком неопределенным. То, что они делали, приносило хороший доход, однако Малколм понимал, что они играют в смертельно опасную игру.

– Да, друзья мои, – тем временем продолжал Стайлз, – сегодня вечером и, быть может, завтра, вы в последний раз сможете увидеть Звериного Мальчика. Никогда больше ни на этом континенте, ни в каком-либо другом месте вам не представится возможность увидеть это поразительное перевоплощение! Поэтому, друзья мои, если вы хотите быть свидетелями того, чего больше никто и никогда не сможет увидеть, поспешите попасть на прощальное представление. В связи с особыми обстоятельствами цены на билеты немного увеличены, но вполне приемлемы – всего пять долларов. А если кто-нибудь из вас решит, что сможет сегодня вечером лучше распорядиться своими деньгами, пожалуйста, скажите мне об этом, и я отправлюсь туда вместе с вами.

Малколм слышал смех толпы в ответ на речь Стайлза и знал, что Батману удалось привлечь внимание людей. Он был рад, что Батман сможет получить еще немного денег за эти последние два дня. В какой-то степени это была своего рода компенсация за то счастливое время, которое он провел вместе со Стайлзом.

Закончив одеваться, он вошел в старую обезьянью клетку. Стайлз собирался сделать более прочную клетку, но так и не успел. Малколму было все равно, он испытывал бы одинаковые чувства в любой клетке. Дверь клетки никогда не запиралась, смысла в этом не было, так как, когда звериная сила наполняла его тело, он мог и без этого легко выбраться наружу. Зрители, конечно, об этом даже не догадывались.

Он опустился на табуретку и вслушался в голоса, раздававшиеся за занавесом, где постепенно собиралась публика.

Когда палатка заполнилась, Батман появился у клетки и подмигнул Малколму.

– Все в порядке, малыш?

– Все отлично, Бат.

– Вот и хорошо. Покажем, что они не напрасно потратили свои деньги.

Стайлз вышел за занавес, чтобы начать свою обычную вступительную речь. Он был прекрасным конферансье и умел завести публику еще до того, как открывал занавес. Лицо Малколма озарила счастливая улыбка.

– И вот настал момент, который вы ждете с таким нетерпением… – продолжал Стайлз.

– И за который заплатили пять долларов, – добавил кто-то.

– В последний раз я представляю вам Гроло, Звериного Мальчика.

Он отдернул занавес, и все взгляды устремились на Малколма, выглядевшего очень смущенным. Он сидел на табуретке со сложенными на коленях руками и с трудом сдерживал улыбку при мысли о том, что скоро он будет вместе с Холли Лэнг.

– В чем дело, Гроло, ты что, сегодня не ел? – спросил насмешливо Батман. – Эти люди не просто так расстались со своими деньгами.

Публика с восторгом присоединилась к нему.

– Эй, что это за пони!

– Делай же что-нибудь, придурок!

– Что это за восковой манекен?

– Верните наши деньги!

– Посмотрите, он еще улыбается!

Малколм встал с табуретки и, согнувшись, подошел к дверце клетки. Схватившись за прутья, как он всегда делал, Малколм смотрел на людей, осыпающих его насмешками. Он старался вызвать в себе ненависть, чтобы начать перевоплощение, что обычно и происходило. Но сегодня вечером, несмотря на все его усилия, он мог думать только о Холли, о своем с ней возвращении, о том, что, возможно, найдется способ, который сделает его нормальным человеком, таким, как другие мальчишки.

За несколько минут ничего не произошло, а публика не собиралась долго ждать. Если раньше насмешки и шутки было довольно безобидными и являлись частью представления, то теперь они становились все более злобными, в то время как Малколм смотрел куда-то вдаль с легкой улыбкой на лице.

– Пошли отсюда, мы не можем торчать здесь всю ночь.

– Что с ним случилось? Я думал, он превратится в зверя.

– Эй, он абсолютно ничего не делает!

– Нас надули!

– Вперед! – выкрикнул плотный мужчина с татуировкой на руке. – Вытащим его оттуда и заставим что-нибудь сделать!

Батман Стайлз, с тревогой наблюдавший за Малколмом, услышав последнюю фразу, быстро повернулся к толпе.

– Леди и джентльмены, мне очень жаль, но сегодня Звериный Мальчик неважно себя чувствует. Он не сможет выступать.

– Вранье. Это просто часть представления.

– Уверяю вас, что это не преднамеренная заминка. Если вы не возражаете, я приглашаю каждого из вас на представление, которое обязательно состоится завтра.

– А если и завтра будет нечего смотреть?

Публика заволновалась и подступила ближе к сцене.

Увидев это, Стайлз быстро добавил:

– Вы абсолютно правы и можете получить обратно свои деньги, а я приношу свои извинения.

– Да кому нужны твои извинения, – выкрикнул кто-то. – Просто отдай наши деньги.

Толпа рассмеялась, и напряжение спало. Люди повалили к выходу, и Стайлз последовал за ними. Проходя мимо Малколма, он бросил на него долгий, печальный взгляд, затем вышел из палатки, чтобы вернуть публике деньги.

Когда он снова вошел в палатку, то увидел, что Малколм выбрался из клетки и сидит на деревянном табурете за занавесом.

– Я подвел тебя, Бат, – сказал он. – Прости меня.

– Ерунда, мой мальчик, не думай об этом, – перебил его Стайлз. – Ты не виноват, что это не получилось.

– Я старался, я очень старался, но у меня ничего не вышло.

Батман сел рядом с ним.

– Я знаю, Малколм, и мне кажется, я даже знаю, почему у тебя ничего не вышло. Ты ведь очень счастлив сейчас, правда?

– Наверное, да.

– Ну конечно, ты счастлив. Я понял это по твоим глазам, когда ты встретился с доктором Лэнг. Ты ее очень любишь?

Малколм кивнул.

– Холли была моим другом, когда мне было очень плохо. Так же, как и ты, Бат.

– Спасибо, мой мальчик. Я рад, что ты считаешь меня своим другом. Но, как говорят, друзьям иногда приходится расставаться, и сейчас это время настало для нас с тобой.

Малколм с трудом глотнул.

– Ты прав. Холли – доктор, и она хочет помочь мне. Сделать меня нормальным, таким же, как все.

– Несомненно стоит попытаться.

– Если что-нибудь и получится, я все равно тебя никогда не забуду.

– Спасибо, мой мальчик. Нам хорошо было вместе. Ты всегда сможешь вернуться к нам обратно, если захочешь увидеть еще раз старого Бата.

– Хорошо, Бат, спасибо тебе за все.

Стайлз закурил сигарету и сразу закашлялся.

– Я лучше пойду на воздух. Ты останешься здесь на ночь?

– Да, если можно. А завтра я уеду вместе с Холли.

– Ну конечно можно, о чем ты говоришь. Я приду попозже и постараюсь тебя не беспокоить.

Стайлз вышел из палатки и остановился, увидев перед входом незнакомого мужчину.

– Простите, но представление уже закончилось. И сегодня вечером больше ничего не будет.

– Я знаю, – ответил незнакомец. – Я был на последнем.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю