Текст книги "Арабские каникулы (СИ)"
Автор книги: Галя Шенец
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 34 страниц)
Глава 22
Как бы не было стыдно, но Тис пришлось подчиниться и всё пошло по плану, который озвучил Амирхан. После душа, вытерев девушку и снова уложив в постель, мужчина накормил пленницу, которая после этого снова почти мгновенно уснула. Араб сегодня никуда не спешил. Долго лежал, приподнявшись на локте, и гладил раскинувшиеся по подушке волнистые волосы. Почувствовав, как член напрягается от возбуждения, решил не распалять себя и вышел из спальни. Целый день, работая в кабинете, Амирхан нет-нет, да и возвращался мыслями к русской девчонке. Сам не мог понять, зачем оставил в своём доме, да ещё и в своей спальне, но чувствовал необъяснимую потребность ощущать её рядом, гладить, вдыхать пьянящий нежный аромат девичьего тела.
Тис вечером уже не давали снотворного, поэтому с утра почувствовала, как немного стало лучше, в том плане, что голова не шумела и предметы перестали расплываться, заставляя закрыть глаза и провалиться в сон, оставалась лишь общая слабость. Когда дверь открылась и на пороге возник тот самый мужик, который притащил её в свой дом, кормил и таскал в туалет, насторожилась. Впервые она смогла хорошо разглядеть его. Араб был красив. Смуглый, темноволосый, с чуть полными чётко очерченными губами, глазами, темнее любой арабской ночи и короткой ухоженной бородой, больше похожей на немного сильнее обычного отросшую щетину, он притягивал взгляд, но то, что этот мужик был далеко не няшкой, было понятно с первого взгляда. Цепкий взгляд заставил напрячься сильнее, чем раньше. Страха не было, но неприятный холодок всё-таки пробежал по спине Тис. Она внимательно следила за каждым движением араба. Подойдя к кровати, мужчина хитро улыбнулся:
– Мне доложили, что ты на этот раз сама поела.
Тис кивнула.
– Будешь послушной, тебе никто не причинит вреда.
– Вы это о себе? – вопросительно выгнула бровь.
Их взгляды зацепились друг за друга. Он видел её упрямство, кожей ощущал непокорность и понимал, что она не смирилась, а Тис чувствовала его власть над собой и отведённую незавидную роль пленницы, и пока не могла противостоять такому противнику. Силы не восстановились, слабость ещё не позволяла самостоятельно передвигаться. Сжала кулаки, если бы была одна, то зарычала бы. Снова повторялся вчерашний день, хотелось в туалет и Тис нервничала из-за присутствия араба. В то, первое утро, когда он откровенно издеваясь над её состоянием, ушёл, оставив её одну, она кое-как на четвереньках, отдыхая через каждые пол метра, всё же доползла до ванной. Сидя на мраморном полу, ждала, когда наполнится ванная, потому что в душ не смогла зайти. Вокруг было скользкое стекло, а ей нужно было за что-то держаться. Она так и не нашла в себе сил подняться. Кое-как забравшись в ванну, расслабляясь, почувствовала, как по телу разливается приятное тепло. Вода успокаивала, убаюкивала и Тис мгновенно уснула. На следующий день, хозяин сам отнёс её туалет, заставляя краснеть и злиться от стыда и беспомощности, стоял рядом и нагло ждал пока она пописает, а после затащил в душ. Тис так до конца и не решила толи он её мыл, толи гладил. До сих пор не могла смириться с таким унижением, тем более, что одежду ей так и не дали.
Амирхан видел, тревожный взгляд пленницы, а когда она вздохнула и украдкой посмотрела на дверь ванной, всё понял. Молча подошёл и хотел откинуть одеяло, но девчонка опять вцепилась в него так, что побелели пальцы.
– Ты что боишься, что я увижу тебя голой? Так я уже видел и даже трогал от макушки до пальчиков, нечего строить из себя недотрогу. Помнишь, как я мыл тебя в душе? Отпусти одеяло.
– Нет. Что вы опять задумали? Просто позовите служанку и она поможет мне дойти.
– Задумал? – ухмыльнулся араб. – Пока лишь намереваюсь отнести тебя в туалет. Надеюсь, ты не собираешься описать мою постель?
Тис, невольно сглотнув, неожиданно улыбнулась: и с вызовом посмотрела на араба:
– Боитесь? А я могу. Теперь я знаю ваше слабое место, так что если что, будете спать на мокром.
– Попробуй только и будешь спать на полу. Поняла? – взвился Амирхан.
– Ладно, не берите в голову. Я сама схожу, когда вы уйдёте.
– И не надейся. Я у себя в спальне и никуда уходить не собираюсь. Как раз посмотрю, как ты доберёшься сама до ванной.
– Есть же приличия, – возмутилась Тис. – Есть вещи интимного характера.
– Ой, ой! Пристыдила. Не хочу, чтобы с тобой опять что-нибудь приключилось. Ты и так чуть не утонула. И поверь, я вполне переживу, если услышу, как ты очередной раз писаешь. Ещё и помою тебя, как вчера. Мне понравилось. Нужно же было смыть с тебя настойку Фирюзы, она перебивала твой личный запах.
Видя, как нахмурилась девчонка, Амирхан весело рассмеялся. Его забавляло, что Тис то краснела, то бледнела. Сжалившись, он кинул ей полотенце и приказал:
– Завернись. Тебе больше нечего надеть и я хочу, чтобы ты оставалась голенькой. Это в какой-то мере сдерживает твою неуёмную энергию.
Злясь на этого наглого араба, Тис попробовала привстать. На одну руку, где было повреждено плечо вообще от боли не смогла опереться, а другая дрожала, не выдерживая веса тела.
– Ты потеряла много крови и к тому же за эти дни очень ослабла. Организм ещё не восстановился.
С этими словами, не церемонясь, мужчина властно откинул одеяло и поставил Тис на ноги, крепко придерживая за плечи. Он сам обернул вокруг неё большое пушистое полотенце и подхватил на руки. Казалось, что его ничего не смущает в происходящем, потому что без стеснения снова посадил Тис на унитаз и снова безоговорочным тоном приказал:
– Писай. Я жду.
– Да что же это такое, – зашипела Тис. – Выйдите в конце-то концов. Мне уже лучше и я не упаду.
– Нет. Пора уже привыкнуть. Могу только отвернуться. Всё, как в прошлый раз. Писай, одну не оставлю и не вздумай сама встать, а то больше не отвернусь, буду караулить. Я тебя об этом уже предупреждал.
– Может быть, вы и вправду какой-то извращенец?
– Ну да, – весело согласился араб. – Считай, что это мелодичное журчание просто музыка для моей души.
Тис от злости стиснула кулаки. Но что возмущаться, оказавшись на унитазе, Тис сама не заметила, как, не взирая на стыд и скромность, начала писать. Амирхан, стараясь не оглядываться, настроил душ и, стянув полотенце, поставил девушку под тёплые струи. Тис всё ещё качало, боясь упасть, она вцепилась в мокрую футболку мужчины и быстро задышала. Для неё была непривычна такая беспомощность, и именно это очень злило и расстраивало одновременно.
– Не волнуйся. Я тебя держу. Сейчас быстро помою.
– Я сама. Не смотри, пожалуйста.
Но Амирхан не смог отвести глаз, жадно следя, как девушка намыливала своё тело, как её руки скользили по красивым, упругим стоящим титичкам и плоскому мягкому животику. Но сил у девчонки не осталось, чтобы ополоснуться. Амирхан почувствовал, как девушка начала медленно оседать в его руках. Он крепче прижал её к себе, усилив напор воды, чтобы вода быстро смыла остатки пены. Уже без сознания принёс на кровать и нежно, чуть касаясь кожи, вытер полотенцем. Укрыв, позвал Фирюзу, чтобы та осмотрела пленницу.
– Господин, девушка спит. Не волнуйтесь, у неё ещё слишком мало сил, скоро она окрепнет. Это даже удивительно, что она сегодня так долго бодрствовала.
Отец всё злился, что Амирхан пропадает в спальне и нянчится с девчонкой. Её в лучшем случае нужно было сразу сдать в полицию, а по нему так и вообще превратить в рабыню, ну уж никак не держать в спальне хозяина. Но сын словно не замечал его недовольство и пренебрежительно отмахивался если отец начинал сильнее напирать и требовать избавиться от пленницы.
Глава 23
– Отец, в своём доме я могу делать всё что захочу. С первой минуты, как увидел эту девчонку, так хочу понять кто она. Ещё ни к одной женщине не чувствовал такого влечения. Уж ты-то должен меня понимать.
– Ты взрослый мужчина, Амирхан, и знаешь, что проблема решается просто. Если не можешь просто избавиться, то переспи с ней, дай денег, подари украшение, не мне тебя учить, а потом выпроводи из своего дома. Не раз говорил, что тебе вообще уже пора строить серьёзные отношения. Не давлю на тебя, но присмотрись, сам выбери себе достойную жену, чистую покладистую молоденькую девочку.
– Отец, никого выбирать не буду. Не стоит поднимать эту тему. Если ты забыл, то мы её давно закрыли. Проблема никуда не исчезла. Могу напомнить, что у меня не будет наследника. Что я могу дать жене? Ты же понимаешь, что это придётся чем-то компенсировать семье невесты, значит, придётся жертвовать частью бизнеса, его большим куском или идти на какие-то другие уступки. Я не готов к такому и к женитьбе тоже.
– Решил поиграть с этой русской? Поиграй, не буду мешать, но мне совсем не нравится, как у тебя горят глаза, когда ты на неё смотришь.
– Ты уже не раз это говорил, но каждый раз почему-то возмущаешься, когда узнаёшь, что она всё ещё в моём доме.
Амирхан пожал плечами и не собираясь больше перепираться с отцом просто ушёл, оставив того мерить шагами кабинет. Отец в разговоре с ним не сознался, что на днях с одним из своих давних компаньонов по золотому бизнесу уже обсудил возможность женитьбы Амирхана на его дочери. Та вернулась из Штатов, где закончила университет, но проблемой был её образ жизни. Всё это время девица вела за океаном довольно свободную жизнь. Пока её похождения были тайной на родине, отец, боясь огласки и позора, пытался как можно скорее пристроить дочку, выдав замуж. Она была наследницей большого состояния, поэтому два старых друга договорились, что отец Амирхана, как и сам Амирхан закроют глаза на прошлые похождения невесты, получив солидную денежную компенсацию и отсутствие требования рождения в браке детей. Осталась одна, но самая главная проблема, как уговорить жениха подписаться под этими условиями и жениться на девушке не высказывая той претензий по вопросу её чистоты.
Амирхан же, не зная, какие переговоры ведутся за его спиной, ломал голову над тем, как затащить пленницу в постель. Хотя она и так спала в его постели, но он хотел обладать ею, хотел ласкать её тело, осыпая поцелуями. Как уговорить эту русскую остаться с ним по собственному желанию, отдаться ему по доброй воле? Ему нравилось следить за ней, когда она спит, ест, злится и удивляется. Пока ещё была слаба и не выходила из спальни, но нужно было срочно решать в каком статусе её держать. Останется ли она в доме пленницей или станет гостьей. Только на таких условиях, но вот свободы Амирхан никак не мог ей обещать.
Постепенно Тис приходила в себя от полученных ранений и травм. Перемены Амирхан заметил сразу и насторожился. Утром девушка, проснувшись, внимательно огляделась. Привстала и, натянув на себя одеяло, пристально посмотрела на мужчину, лежащего рядом. Его глаза были закрыты, но Тис прекрасно знала, что он не спит и из-под прикрытых ресниц наблюдает за ней.
– Отпустите меня. Я могу вам хорошо заплатить.
– Доброе утро, – открыв всё же глаза, Амирхан с любопытством разглядывал девушку. – Мне не нужны твои деньги.
– Если деньги вам не нужны, тогда просто отпустите.
– Нет, – резко ответил мужчина и, откинув одеяло, встал. – Больше даже не заикайся об этом. Уже забыла, как попала ко мне? Ты принадлежишь мне и этим всё сказано.
Он спал в одних трусах. «По крайней мере не голый», – мелькнула мысль. Тис удивлённо посмотрела на его спину, когда он направился к дверям, за которыми, как вскоре поняла, был гардероб. «Мужик явно силён физически и хитёр. Такого просто так не обыграешь. Интересно, каким спортом занимается, чтобы быть в такой форме?». Оценивая обстановку, покрутилась по сторонам. Как-то нужно было выкручиваться из ситуации. «Если уговорить отпустить не удастся, то нужно продумать, как отсюда сбежать без его разрешения».
Словно прочитав её мысли, араб, накинув чёрный с россыпью вышитых золотых вензелей халат, обернулся и жёстко продолжил, озвучивая свои требования:
– Выбирай, что тебе больше нравится: останешься в моём доме пленницей или гостьей? Решил оставить этот выбор за тобой.
– А по-другому никак?
– Никак.
– Если гостьей, то сколько я должна здесь пробыть?
– Мне нравится твой вопрос, значит умеешь мыслить разумно. Давай договоримся на месяц. Погостишь у меня месяц, а после я тебя отпущу.
Амирхан, не собираясь отпускать пленницу, решил слукавить, обещая призрачную свободу.
– Я буду гостьей или подразумевается что-то ещё?
Амирхан вскинул бровь и рассмеялся:
– Что-то ещё. Ты явно не глупа. Как ты заметила всё это время мы спали в одной постели. Это обстоятельство останется неизменным, но ты добровольно станешь моей женщиной.
– Зачем вам это? Вы богатый человек, неужели для вас сложно найти женщину, которая бы удовлетворяла ваши мужские потребности? В вашем возрасте вы наверняка уже женаты. Что жена не даёт? Возьмите вторую. У вас же это в порядке вещей.
– Не советую мне указывать. К твоему сведению – я не женат и жена мне не нужна, – ноздри араба раздувались, как у быка во время корриды. – Не будем ходить вокруг да около. Скажу сразу и честно: я не хочу никакую женщину, потому что хочу тебя. Слышишь? Хочу с того момента как увидел. И ты должна быть благодарна, что ни к чему не принуждаю и за всё это время не взял силой.
Немного помолчав, добавил:
– Пока.
Сморщив носик, Тис нахмурилась:
– Ну да, ну да. Любовь с первого взгляда? Не поздновато ли для ваших лет?
– Не дерзи. Я не пацан, как ты заметила. Но не стоит представлять меня стариком. Мне всего тридцать шесть и уж поверь, в постели любовникам твоего возраста ой как далеко до меня. Им не дотянуться ни размерами, ни темпераментом. Так что удовольствие я тебе гарантирую.
– Да вы и вправду для меня старик, – ехидно заявила Тис и демонстративно упала на подушки. – Ничего у вас самомнение. Если вы такой мачо, как говорите, то почему сидите здесь и сторожите меня или всё же из-за преклонных лет никто не даёт? Да, я слышала, в вашей стране либо воспользуйся проституткой, либо женись, а тут я под руку подвернулась. Вроде не проститутка и жениться не обязательно. Достаточно пригласить в гости. Круто.
– Ты, как я погляжу, совсем забылась, – зарычал араб. – Осмелела, что позволяешь такое говорить. Сколько мне лет тебя не должно беспокоить. Твоё дело доставлять мне удовольствие, быть ласковой и покорной. Не дерзить и не злить, хочу напомнить, что я твой господин.
Видя, что всё же задела хозяина этого дома, девушка наигранно вздохнула:
– Да, да, да. Восточный менталитет во всей красе. Лучше вернёмся к конструктивному разговору. Выбор, как понимаю, у меня не велик. Значит исходя из озвученных условий, придётся быть гостьей. На постель, правда, не советую рассчитывать.
– Почему? – араб вопросительно приподнял одну бровь, продолжая разглядывать Тис, он бы никогда не признался, но в душе он наслаждался её смелостью, с которой она торговалась и ним. Он любил восточный базар и торг был скорее всего в его крови с рождения. Сейчас он доставлял ему истинное наслаждение, даруя предвкушение будущей победы.
– Как говорят, пора бы вам и о душе подумать, а то мало ли что может случиться, к чему такие нагрузки. Сердце надо беречь. А знаете, я могу вам и без секса скрасить досуг. Я много сказок знаю. Хотите, буду вашей Шахерезадой? Вы конечно не падишах, но всё же настоящий араб.
Тис смущённо поцарапала ноготком цветок на одеяле, глянула из-под лобья на разозлённого мужика и осталась довольна произведённым её словами эффектом.
Глава 24
– Вот видите, вы уже себя плохо контролируете, злитесь без причины. Старость она незаметно подкрадывается.
Поняв, что девчонка на самом деле так незаметно, но всё же вывела его из себя, доведя до точки взрыва. Амирхан огромным усилием воли подавил закипающую внутри ярость и равнодушным тоном продолжил:
– И Шахерезадой будешь. Об этом поговорим как-нибудь в другой раз. Сейчас меня беспокоит другое. Мне скоро нужно будет уехать, но вот оставить тебя просто так я не могу. Ты хорошо обученный солдат и к тому же не простой солдат, от тебя можно ожидать чего угодно. Твой организм очень быстро восстанавливается, но я не могу полностью оценить твоих возможностей. Поэтому привыкай.
Тис пыталась понять к чему клонит араб. Когда увидела в его руках наручники, обречённо вздохнула: «Всё усложняется. Как же выбраться из этой западни?» Вслух же, пока Амирхан приковывал её к кровати, заметила:
– Говорили, что буду гостьей, а сами посадили на цепь, как собаку. Ничего не скажешь, гостеприимный хозяин.
– Прости. Мне этого очень не хочется делать, но я должен быть уверен, что мой дом и мои люди не пострадают от того, что моя гостья решит сбежать и всё здесь разнесёт. Ты необычная девушка, поэтому придётся смириться. Кроме этой предосторожности, рядом с комнатой я оставляю двух охранников, так что предлагаю вначале хорошо подумать, прежде чем пытаться бежать.
– Значит я всё же пленница. Вас не учили, что врать не хорошо? Будете держать на цепи и насиловать?
Амирхан бросил высокомерный взгляд на девушку и быстро вышел из спальни.
Принесли завтрак. Запах сводил с ума. Тис решила, что вредничать сейчас ни к чему и, не смотря на скованные руки, с удовольствием поела. Ей нужны были силы, и предстояло самой придумывать, как вырваться из плена. Она умела внимательно слушать, а за одно и считывать эмоции людей, поэтому не рассчитывала, что её отпустят, как пообещал араб. Её хорошо научили понимать людей без слов, а то, что обещания были лживы, не сомневалась ни на мгновенье.
С этого дня Тис всё время лежала на кровати в наручниках, от которых к изголовью тянулась тонкая цепь, которая позволяла, лёжа или сидя на кровати, опускать руки вниз. Лишь для прогулок по комнате, Амирхан отстёгивал цепь, при этом усиливал охрану и разрешал надевать простое похожее на мешок платье. Видел, что девчонка не смерилась со своей участью. Не смотря на мнимое спокойствие и равнодушный вид, ощущал, что это только внешне, внутри же у пленницы бушевал ураган. Он периодически ловил на себе её яростный взгляд, поэтому, не собираясь её отпускать, араб предусмотрел всё, чтобы не позволить ей сбежать.
Те дни, когда Амирхану пришлось уехать, время тянулось так, что казалось резиновыми. Не с кем было ни поговорить, ни поругаться, ни подерзить. На Тис пока сидела одна нет-нет да накатывала необъяснимая тоска, откуда-то появились мысли о безысходности. Вначале старая Фирюза, когда Амирхан вернулся, начала выговаривать хозяину и заступаться за девчонку, потом и сам Амирхан заметил изменения. Видя, что Тис замыкается и перестаёт идти на контакт, не обращает внимание на происходящие вокруг, и очень мало ест, всё же принял решение.
– Тис, я освобожу тебя.
– Освободишь? – встрепенулась девушка и с надеждой посмотрела на Амирхана.
– Не в том смысле. Сниму наручники, но ты должна пообещать, что не причинишь никому вреда и не сбежишь.
– А-а-а-а-а, перестанешь держать меня на цепи, как собаку? Хочешь сделать из меня добровольную узницу? – девушка снисходительно улыбнулась. – Не получится.
– Я понял уже, что ты не смиришься, но давай ещё раз попробуем договориться. Я пообещаю, что обязательно отпущу тебя, а ты с этого дня станешь моей гостьей.
– Гостьей? Но тогда озвучь, сколько я буду у тебя гостить? Помнится ты говорил про месяц.
– Я не меняю своих решений. Если не захочешь остаться, то гостишь лишь месяц.
– Всего лишь? Это долго.
– На меньший срок я не соглашусь.
– Тогда уточним: я должна буду спать с тобой?
– Нет, не обязательно. Принуждать не буду. Всё по желанию.
Тис задумалась. Она прекрасно понимала, что от неё этот араб ждёт добровольного согласия, но и выбора он ей не оставляет. Решив, что попробует приспособиться к обстоятельствам, к большой радости Амирхана Тис согласно кивнула. Она искренне удивилась, когда тот сразу же без слов и колебаний снял с неё наручники и унёс из комнаты цепь.
– Неужели так доверяешь моим словам? Не боишься, что обману?
– Не боюсь. Распоряжусь, чтобы принесли одежду. Для начала покажу тебе свой дом. Ты теперь гостья и вольна бывать везде. Помни одно, что дом делится на мужскую и женскую половину. На мужскую без моего разрешения заходить нельзя.
– А-а-а, да, – ухмыльнулась Тис, – гарем же, ну там всякие жёны, наложницы?
Араб улыбнулся.
– У меня нет гарема и я тебе уже говорил, что никогда не был женат, так что никто на тебя косо не посмотрит, если ты имела это в виду.
– Фух, – демонстративно выдохнула, – уже хорошо, что не придётся драться за твоё внимание и в очереди стоять у дверей твоей спальни.
– Думаю, что ты и не стала бы этого делать.
Тис улыбнулась:
– Естественно. Стоять в очереди к мужику – это не мой стиль жизни, извини, если разочарую.
– У нас мужчина сам выбирает женщину, – проникновенно пояснил араб, пряча улыбку.
После ужина Амирхан на самом деле провёл Тис по всему своему огромному дому. Экскурсия получилась очень интересной, потому что некоторые комнаты были обустроены в самом современном модном стиле, а другие удивляли национальным колоритом, подушками и безумно красивыми и мягкими коврами. За всю прогулку они не встретили ни одного человека, девушка беспокоилась о том, что разгуливала всё в том же странном мешке и любая встреча была бы крайне неприятна. Она поглядывала на Амирхана, но того казалось, это ничуть не беспокоило.
– Мне интересно, Тис, что ты скажешь о моём доме? Тебе понравилось то, что ты увидела?
Девушка не стала лукавить, она спокойно посмотрела в глаза хозяина этого особняка.
– Твой дом великолепен. Даже не представляла, что может быть так красиво. Дом большой, но при этом очень уютный. У тебя хорошие дизайнеры. Умение сочетать не сочетаемое – это искусство.
Араб даже не пытался скрыть, что остался доволен такой оценкой. Два следующих дня Тис привыкала к своей свободе внутри этого дома. Амирхан представил ей старую служанку, которую звали Фирюзой. Эта Фирюза и так всегда была рядом с самого первого дня, как Тис появилась в доме. Теперь же она стала для бывшей пленницы не столько служанкой, сколько помощницей и советчицей. Её не нужно было даже звать, она как будто чувствовала, когда может понадобиться. Хозяин все последующие дни, как объяснила Фирюза, был очень занят и возвращался только к ночи.
Пока Амирхана не было, Тис мысленно то и дело прокручивала всё, что произошло с ней в его доме. Каждое движение хозяина, жест, слово и даже взгляд словно врезались в память. Она вдруг осознала, что странным образом заинтересовалась своим врагом и не могла справиться со своим любопытством, чтобы узнать и понять этого человека. «У меня, наверное, сотрясение, если я смотрю на этого мужика не испытывая ненависти.»
Раны почти затянулись и уже не беспокоили, лишь иногда, если поворачивалась на бок, боль напоминала о ранении, но была уже мимолётной и не такой яркой, как раньше. Очередной день в неволе закончился и Тис, ополоснувшись под душем и надев чистую мужскую рубашку, потому что одежды у неё так и не появилось, легла в кровать. Она уже задремала, но сквозь сон услышала, как в комнату вошёл Амирхан. Свет был рассеянным, горели одни нижние бра. Мужчина начал медленно раздеваться, а Тис с удивлением следила за его движениями сквозь ресницы, пытаясь остаться незамеченной. Из одежды на нём остались трусы, и он бесшумно двинулся к постели. Тис, решив уже не прятаться, наигранно и при этом обиженно вздохнула.
