![](/files/books/160/oblozhka-knigi-moi-33-svidaniya-si-375796.jpg)
Текст книги "Мои 33 свидания (СИ)"
Автор книги: Галина Вячеславовна
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 17 страниц)
Глава 44 «Рыжий детектив»
Лариса звонит мне, когда подъезжает к дому. Я не спала всю ночь, поэтому под утро сил вообще не было. Одеваюсь как попало, спортивные брюки, худи с девчачем принтом и пальто. Пока еду в лифте, бью себя по припухшим щекам, чтобы взбодриться.
– Мда, подруга… Ты стареешь на глазах, – прокомментировала идеально накрашенная Лариса, встречая мне у подъезда со стаканчиком кофе.
– Ой, иди в задницу, пожалуйста, – устало произношу я, зная, что меня поймут и не обидятся.
– Хоть бы волосы расчесала, обольстительница крутых начальников, – подкалывает меня Лара и заводит машину.
Я плюхаюсь на пассажирское кресло и делаю глоток бодрящего напитка. Конечно, это вряд ли поможет мне прийти в себя, но самовнушение штука хорошая.
– Ты ему хоть позвонила? – спрашивает подруга.
– Да, один раз, но телефон был не доступен. А что толку то звонить? Мне что попросить его поверить мне на слово? – я без спроса беру тоненькую сигарету в бардачке.
Я никогда так часто не покуривала. Так, могла после бокала шампанского с подругами… Да и сейчас, вокруг меня просто слишком много курящих людей. Пока я сама не дошла своими ногами до магазина, чтобы купить никотину, это не зависимость.
– Ты точно проверяла, то что отправляла в печать? – Лариса внимательно на меня смотрит.
– Прекрати, прошу, а то я тебя ударю. Конечно, я и сейчас на почте все проверила, в нашей с Суровским переписке все четко, так как и должно быть, – я начинаю злиться.
– Я как адвокат в кино, всегда должна предложить сделать чистосердечное признание, – деловито сообщила подруга.
– Могу признаться только в том, что я какая-то неудачница, – выдыхаю горький дым.
Лариса просто фыкнула. У этого человека стакан всегда наполовину полон, ей не понять любого рода уныние и самобичевание. Иногда я хочу быть такой же как она, обычно в эти моменты я взрываюсь, как, например, на свидании с панторезом Михаилом в здании Москва Сити.
Типография находить в области. Пробок в нужную нам сторону практически не было. Подруга уверенно рулила поглядывая на навигатор. Я одолжила у неё расческу и все-таки уложила волосы.
Мы припарковались у здания, которое раньше было заводом. Сейчас цеха переоборудованы под печать. Лариса осматривается по сторонам, куча машин сотрудников, серость, грязь и уныние…Вход находим не сразу, нет ни единой вывески или указателя. Двухстворчатая металлическая дверь поддается после долгих усилий. Внутри нас встречает охранник и записывает данные паспортов прежде чем впустить. Я настолько задумалась, что пропустила тот момент, когда подруга стала показывать пожилому мужчине в черной форме фотографию Кристины Высоковой.
– Скажите, пожалуйста, эта дама появлялась тут? – спрашивает Лара и хлопает глазами, нагибаясь чуть вперед, чтобы приоткрылся вид на ее красивый вырез на платье.
– Нет, не видел. Я бы такую запомнил, – охранник, не отрывая взгляда от рыжей обольстительницы, отрицательно мотает головой.
– А вот этого молодого человека видели? – подруга листает фотографии в своем телефоне и показывает лицо моего бывшего.
Я замираю и с любопытством жду, что ответит мужик. Мне даже в голову это не пришло… Честно, я вообще ни о чем не думала, кроме как о наших отношениях с Ромео, за которые очень переживала. Лариса оказалась подготовленнее.
– Ой, да это ж новенький, Тёмка! – мужчина улыбнулся, – на прошлой неделе ему пропуск выписывал.
Ах ты кусок навоза! Я настолько возмущена и удивлена, что меня аж тряхануло.
– Спасибо за содействие следствию, – Лара улыбается охраннику, – вы очень помогли нам.
– А в чем его подозревают? – мужичок так удивился, аж привстал и потянулся поближе к рыжей даме.
– Вы не поверите! Он склоняет мужчин к нетрадиционным сексуальным связям, – серьезно произносит подруга, – Понимаете о чем я?
Вот умеет же Лара обстановку развеить. Теперь вместо злости я еле сдерживаю смех. Я чувствую, как теперь во мне зарождается уверенность. Все встает на свои места, я понимаю, что корень зла был на поверхности, а я из-за своей влюбленности, просто не обратила на него внимание. Забыла о существовании своего бывшего.
– Да вы что, – мужчина хватается за сердце.
– Особо опасный преступник, – серьезно кивает Лара, – мы в типографию, решит дать деру, на вас вся надежда. Будем задерживать.
– Вам в цех надо, это по коридору и направо вниз, – охранник указал нам на карту пожарной безопасности.
– Спасибо за содействие следствию, – я отвернулась чтобы было не видно улыбки. Ну рыжая дает… Снимаю шляпу.
Подруга деловито подходит ко мне и указывает путь. Только завернув за угол я не могу сдержаться, хихикаю, как хулиганка какая-то. Лара просто хитро улыбается.
– Значит это голубок тебе подгадил, – озвучивает факты рыжая.
– Бессмертный что ли? Ему же Роман все объяснил… – выдыхаю не скрывая сожаления. Надо мне было тогда с ним поговорить.
Мы с спускаемся в цех. Пахнет свежей краской и бумагой. Все журналисты всегда кайфуют от этих производственных ароматов. Работники словно и не замечают нас, носятся от станка к станку. Так даже лучше… Успеваем осмотреть и понять, что Тёмы в этом помещении нет. Подруга цокает каблуками, поэтому некоторые мужчины все же оборачиваются в нашу сторону. Улыбаемся и машим… Просто идем дальше к двери, где написано офис.
В кабинете находилось три оператора, которые принимали заказы. Среди них и оказался Артём. Он сидел к нам спиной, но я сразу узнала его чарты. Парень даже не обернулся в нашу сторону в отличие от остальных, был в наушниках. Лара смотрит на меня, я просто киваю, даю согласие на ее немой вопрос.
– Мальчики, – тихо зовет подруга тех, кто нас видел и слышал, – у нас сюрприз для него, – указывает на спину Тёмы, – дайте нам, пожалуйста пару минут наедине.
– А мне потом можно такой сюрприз? – хохотнул один из парней, пока они шли к двери, – рыжий такой сюрприз, можно без подруги.
– Конечно, конечно, – соглашается Лариса, – только дверку за собой прикройте.
Мы опять встречаемся взглядами. Я понимаю, что готова просто с кулаками напасть на этого придурка. Злость кипит во мне. Снимаю ремень от своего пальто. Лара берет со соседнего стола большие ножницы. Не сговариваясь, одновременно, мы бросаемся на Артёма.
Глава 45 “Плохой и очень плохой полицейский”
Я накидываю на бывшего жениха пояс и быстро фиксирую за его спиной, тем самым привязывая парня к креслу. Лара разворачивает Тёму к себе лицом, и раскрыв ножницы, держет их на опасном расстоянии с остатками его достоинства.
– ВЫ ЧТО ТУТ ДЕЛАЕТЕ? – кричит Артём, но я, стоя за его спиной, просто зажимаю ему рот рукой. Конечно, он сильнее нас и запросто может освободиться, только вот он трус, на это и делаем ставки.
Я опускаюсь близко-близко к его уху и со всей злостью говорю:
– Не знаю, рассказывала я тебе или нет, но Лариса давно в хирургии хотела попробовать себя. Ты же не против если она на тебе потренируется?
Парень мычит, пытается вырваться, мотает головой. Видно что ему страшно лишний раз пошевелиться, и оказаться ближе к ножницам. Лара специально пугает его, то открывает, но резко закрывает лезвия.
– Значит так, я считаю до трех, ты успокаиваешься и я отпускаю руку, нам надо поговорить, – прошу я.
Артём не слушается, начинает мотыляться всем телом. Парень в себя поверил, решил, что мы испугаемся, но вместо этого, я свободной рукой схватила его за сосок через рубашку и со всей силы сжала, крутанула. Жалкое мычание и заливистый смех Лары, которая опустила ножницы прямо на его брюки.
– Ты начинаешь утомлять, голубок, – подруга подхватила мой настрой.
– Считаю до трех, если закричишь, клянусь, сама лично тебя подстригу во всех местах, – я стараюсь придать голосу как можно больше серьезности, парень расслабляется в моих руках, – Раз, два… три.
Когда я убираю руку, Артём тяжело дышит, но молчит. Лара не перестает улыбаться, свое оружие не убирает.
– А теперь не трать наше время и все рассказывай сам, – просит подруга.
– Пошли обе нахрен, – зло произносит мой бывший жених.
– Ты бы так хренами не разбрасывался, – Лариса подмигнула ему и еще раз чикнула ножницами от чего парень подпрыгнул на стуле.
Это было очень во время. На столе рядом с клавиатурой лежал телефон Тёмы. Я когда-то полгода копила ему на это подарок. Мне вспомнился тот новый год, когда он нашел его под ёлкой и признался, что ему никто и никогда таких дорогих вещей не дарил… Он забрал кольцо, я заберу мобилу, в расчете. Пока Лара еще раз просит Тёму сказать, как он изменил номер, я хватаю гаджет и кладу в карман своего пальто. Этот придурок бы в жизни не догадался устроиться в типографию, ему помогли. Ответы должны быть в чатах телефона, он нам больше не нужен…
– Лар, пошли, – прошу я, – этот прыщ нам не скажет ничего…
– Ну что ты Женя, – Лара приближатся ножницами к его лицу, – он уже готов сотрудничать.
Я даю подруге знак, хлопаю рукой по карману, показывая, что мы можем идти. Она сначала сузила глаза, мол не уверена, но я кивнула в сторону двери. На последок привязываю придурка скотчем к стулу, пока Лариса держала его “на мушке”.
Подруга первая покинула кабинет. Задерживаюсь, смотрю на бывшего жениха.
– Не вини меня в том что происходит, – прошу я, – сначала в своей голове все реши. К психологу что ли сходи.
– Пошла ты… – не говорит, а словно плюет парень.
– Да, пойду, – соглашаюсь, – а с тобой я потом еще решу вопрос.
Словно в кино, решила пригрозить ему пальчиком.
***
Охраннику мы сказали что подозреваемый сдал нам главаря, поэтому мы его оставили в кабинете. Мужичек буквально смотрел Ларе в рот, когда они прощались, а я отвернулась и чтобы не выдать себя смехом.
– Пароль то от телефона знаешь? – спрашивает подруга, когда мы садимся в машину. Она заводит мотор и закуривает.
– Если ничего не изменилось, это какая-то дата, – пытаюсь вспомнить, – сейчас проверю.
Набираю “1305” и блок с телефона снимается. Интересно, что значили для Тёмы эти цифры? Я никогда не задумывалась раньше.
– Странно что он не скрывал от тебя свою мобилу, там же небось грязные подробности его голубизны, – удивилась подруга.
– Он хорошо меня изучил и знал, что я верю ему. Никогда не читала переписок и не смотрела фотографий, – признаюсь я.
– Ну вот и дура, смотри к чему это привело, – а Ларе все весело, – доверяй, но проверяй!
– Ты телефон Михалыча смотришь? – я решила уточнить.
– Конечно! Как засыпает, раз в недельку, его пальчик, оп к сканеру, и проверяю, – отвечает рыжая.
– Нашла что то? – на всякий случай интересуюсь.
– Да, он очень мило пишет своей сестре, что встретил свою любовь, – Лариса широко улыбается, – не всегда там можно найти измену, иногда это могут быть чувства, о которых кое-кто пока боиться сказать.
Тут с подругой не поспоришь. Я бы очень хотела знать о том, как Ромео на само деле относиться ко мне и что для него было время, которое мы провели вместе… Только это наверно уже никогда не случится.
Пока думаю об этом, копаюсь в телефоне Артёма. Последние диалоги в основном были с какими-то мужиками, и честно я брезговала заходить в чат, вдруг они дигпики друг другу отправляют. А вот вчерашнее общение с контактом по имени “ред. мод.”, меня заинтересовало. Открываю переписку. На фото просто черная кошка стоит. Не понятно… Общаться с этим контактом Тёма начинает на следующий день после встречи с друзьями Ромео. Имен в диалоге нет. Пишет явно девушка. Она устроила моего бывшего на работу в типографию. Все очень просто.
Это либо Инна, либо Кристина… Я не сразу вспомнила, Лола же как то мне рассказывала о влюбленности последней в Суровского.
Прошу Лару отвезти меня в редакцию. Видок конечно полный фарш, но я хочу как можно быстрее оправдаться. Работа мне у них не нужны, просить вернуть меня не буду, только вот такое впечатление о себе оставлять не хочу. Пусть редакция будет в курсе правды, может хоть Роману Эдуардовичу кто расскажет, что я не при делах…
Подруга привозит меня к офису и спрашивает, нужно ли пойти со мной, я киваю, одна точно не справлюсь, эта рыжая как талисман, придает мне уверенности.
Глава 46 “Просто прояснить важный момент”
Давно все инвесторы не встречались вместе. Хорошо что назначили на время после обеда. Я вчера дал слабину, позвонил другу Ваське и мы прокутили с ним до шести утра. Мы не столько пили, сколько просто общались, потому что не виделись пару лет. Меня не покидало ощущение что со своими наполеоновскими планами я выкинул несколько лет просто из своей жизни. Ни с кем не общался, никуда не ходил, никого не любил… Лучше бы так и оставалось!
Образ Жени преследовал меня. Только вот если раньше, когда я сидел в Европе и хуячил там от зари до зари, я видел в ней покой и отдых, гавань, к которой хочется возвращаться. Теперь все изменилось, она кажется мне сучкой, которая так покалечила мой журнал своими историями, что даже не знаю, как все заново собрать.
Когда прихожу в редакцию и иду в свой давно забытый кабинет, меня ловит Рита. Женщина крепко обнимает меня и трижды целует в щеки. Рядом с ней чувствую себя пацаном.
– Суровский, жвачки хоть пожуй, – Петровна машет рукой у своего лица, – и на будущее тебе, ну кури так много, когда пьешь.
– Спасибо, я учту, – соглашаюсь я. Мой помятый вид сам все за себя говорит, врать нет смысла.
– Готов к собранию? – интересуется женщина.
– Я всегда готов, – уверенно сообщаю я.
Бывшая преподавательница подходит ко мне ближе и шепчет:
– Ты знаешь, я с этой мымрой работать не буду, без обид.
Маргарита Петровна говорила о Высоковой. Они никогда не могли найти общий язык… Только этого мне не хватало. Присутствие Кристины было одной из причин, почему раньше Рита не принимала мое предложение о работе.
– Решим, – устало киваю я, – мне нужно время.
– Женю верни, и все, – спокойно произносит женщина.
– Это шутка? Вы не читали выпуск? – раздражаюсь я.
– Читала, – удивленно смотрит на меня Рита, – и увидела там стиль Высоковой, ее это писанина. Ты что не понял?
Ой, мне еще анализ текста надо было сделать? Как-то, блять, не подумал!
– Не будет она свой журнал такому риску подвергать, Вам показалось, – отмахиваюсь я. Боже, дай мне сил!
– Ромео, – хихикает Рита, – не расстраивай меня, а лучше подумай.
На этом мы и расходимся, время поджимает. Может и подумаю, но потом. Сейчас мне уверенно надо сообщить инвесторам, что все под контролем.
***
Наши инвесторы, это деловые люди, которые редко находят время для таких собраний. Сейчас вопрос был серьезный, мы сработали в убыток. В переговорной собрались все троя серьезных мужиков, что вкладывали в журнал деньги. Мы с Кристиной сидели перед ними словно перед судом. Настроение в комнате было хмурым. На экран были выведены графики продаж за последние время. Мне хотелось доказать, что по сравнению с предыдущими успехами, наша ошибка не так критична.
Первой взяла слово Кристина. Она выглядела превосходно, наши толстосумы не скрывая на ее заглядывались. Мне было противно за этим наблюдать, потому что я прекрасно помню, как они отзывались про нее еще недавно во время нашего общения по Скайпу. Решать важные дела с женщинами никто из них не любил.
– Рада приветствовать вас в редакции, святая святых нашего журнала. Здесь происходит весь процесс творчества, – деловито начала Высокого, – К сожалению, в свете последних неудачных кадровых перестановок, мы потеряли один выпуск. Ставки были слишком высоки и мы не оправдали завышенный ценник. Виновный сотрудник уже уволен, можете не беспокоиться.
– Честно, я вообще не читаю вашу эту белиберду, – Станислав Сергеевич, мясистый мужик лет пятидесяти первым решил высказать возмущение, – но мне хотелось бы видеть прибыль, а у тут как-то все скачет в последнее время. Это не выгодное вложение.
– Согласен, – его поддержал лысеющий Виктор Андреевич.
– Господа, так и я с вами согласна. Еще пол года назад вам было не на что жаловаться. Я контролировала журнал, – театрально ахнула Высокова, – Поэтому я приняла решение вернуться в редакцию.
Я шумно выдыхаю, началось откуда не ждали. Даже комментировать не хочу.
– Так возвращайся, к чему нам это информация? – устало спрашивает Анатолий Николаевич, – Плевать вообще кто будет писать ваши статейки, кто их будет проверять… Это должен быть ваш последний минус. Эдуардович, ты понял?
Мужик обратился ко мне, я просто сдержанно кивнул.
– Я вернусь только в качестве главного редактора, – настойчиво сообщает Высокова.
Тут меня аж дернуло. Смотрю на эту стерву и не верю. Вот это новости.
– Исключено, – решительно сообщаю я.
– Ты все испортил! – Кристина срывается, обращается теперь только в мою сторону, – Нам пришлось решать твои постельные вопросы! Раздаешь должности всяким меркантильным малолеткам…
На нас непонимающе смотрит три пары серьезных глаз. Меня начинает бесить этот сюр. Вот же тварь, хоть бы предупредила меня о своих заебательских условиях. Я быстро беру себя в руки, собираюсь ее перебить, но не успеваю. Дверь в переговорную с грохотом открывается.
– Женя, сюда нельзя, правда, ну усогубляй все… – Мария пытается не пускать нежданную гостью, но у нее не выходит задержать растрепанную журналистку.
Девушка из моего наваждение влетает в помещение с телефоном в руках. Она тяжело дышит, испуганно смотрит в мою сторону.
– Очень извиняюсь, я не на долго. Просто прояснить важный момент, – дрожащим голос сообщает Евгения. Она переводит свой взгляд на инвесторов, замирает.
– Это та девчушка с обложки, – поясняет для остальных Виктор Андреевич.
– Авторша, которую нам пообещали уволить? – удивился Анатолий Николаевич.
– Пошла вон! – Кристина кричит.
А вот мне становится интересно. Я даже улыбаюсь, смотрю на девушку, которую еще недавно готов был боготворить, и жду. С чем пожаловала? Принесла очередную историю со своих свиданок?
– Никуда я не пойду пока не докажу, меня оболгали, – решительно заявляет Женя, – у меня в руках телефон исполнителя. Этот человек имеет со мной личные счеты. Его подкупили для того, чтобы он устроился в типографию, где мы печатаем журнал. Он поменял мой материал на пошлятину, которая оказалась в выпуске. Сейчас я наберу заказчика и вы сами все поймете…
Дрожащими руками девушка копается в телефоне. Мужики забавляются, перешептываются и с интересом наблюдают за моей… уже не моей журналисткой.
Тишину прерывает звонок. Это телефон Кристины, который лежал на столе. На дисплее красуется контакт “Артём типография”. Высокова бледнеет, а Женя победно улыбается.
– Что и требовалось доказать. Если что телефон я оставлю, – девушка как на пружинах подходит к столу, смотрит прямо мне в глаза и кладет на стол гаджет, – Просто хотела, чтобы вы знали, что я не виновата. Простите за беспокойство.
Она задерживается лишь на мгновение прямо у двери. Я вижу как она переживает, в глаза уже проступает влага. Смелая журналистка, которая опять бросает мне вызов своим вопросом во взгляде. Сжимаю кулаки, не дышу, еле сдерживаюсь. Прости, но это все потом.
Женя могла хлопнуть дверь, но нет она аккуратно закрывает ее за собой. Инвесторы общаются друг с другом, но я не слушаю их. Вижу как Кристина дрожит. Она оседает в кресле и отворачивается к окну. Мне хочется придушить суку, но я контролирую себя. Вот тебе и дружба в десятки лет… Давно я понимал, что она шибанутая, но готов был терпеть из-за уважени и прожитых лет. Ее глупость уже ни на какую жопу не натянешь.
– Так, мы приняли решение, – Станислав Сергеевич опять заговорил первым, – Кристина, ты давно голову то проверяла? С чего ты решила что можешь рисковать нашими деньгами и потом еще условия ставить?
– Я хотела спасти журнал, – Высокова сдержанно смотрит в сторону инвесторов.
– Вообще не интересно, что ты там хотела, – отмахивается Анатолий Николаевич, – теперь ты тут не работаешь, это уж точно. Можешь продать нам свою долю, или вообще ничего не получишь.
– Не буду я ничего продавать, – возмущается девушка.
– Мы закроем эту богадельню, и что тогда будешь делать? – спрашивает Виктор Андреевич.
– Простите, что перебиваю, – я решил встрять в беседу, – позвольте мне решить вопрос?
Лучше уж я с ней поговорю. Надо попытаться найти общий язык и уже наконец-то все решить.
– Ром, уж постарайся, пожалуйста, – устало просит Станислав Сергеевич, – у нас честно, уже ни времени ни желания. Мы рады что ты отдохнул, строптивую девчонку под себя подложил. Молодец, просто красавчик. Просто будь добр, убери палки из колес наших планов.
– Конечно, я вас понял, – соглашаюсь я и в душе молюсь только бы Высокова молчала.
Мы с мужчинами пожимаем друг другу руки, прощаемся. Я предлагаю встретиться через пару недель в Париже, на что все трое соглашаются. Хорошо, что Кристина не в курсе, что мы прекрасно общаемся без нее.
Когда возвращаюсь в переговорную, застаю свою институтскую подругу в слезах. Она курит и что-то ищет в своем телефоне. Я сдерживаю гнев, беру себя в руки и подхожу к ней.