Текст книги "Тамплиеры: история и легенды"

Автор книги: Фауста Вага

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 7 страниц)

В Святой земле Фридрих II мог рассчитывать на нейтралитет госпитальеров, которые были близки по духу с «Братьями госпиталя св. Марии тевтонов Иерусалима», более известных как тевтонские рыцари и поддерживавших императора. Отношения между, орденами, которые действовали на Святой земле, уже переживавшие в прошлом определенные кризисные моменты в результате разногласий по стратегическим и экономическим соображениям (в их кассах скапливались все подаяния, которые христианская Европа вносила на покрытие расходов государств крестоносцев), а также из-за личных трений между магистрами, переросли в открытый конфликт, отражавший ту борьбу, которая на Западе шла между гвельфами и гибеллинами. В 1238 и в 1241 гг. дело дошло до вооруженного столкновения между тамплиерами и госпитальерами. Этот раскол способствовал дальнейшему ослаблению безопасности христианских поселений на Востоке.

Член Ордена госпитальеров (фрагмент картины Пинтуриккьо, 1504).

После окончательного падения Акры (см. с. 46-47) как оставшиеся тамплиеры, так и госпитальеры перебрались на Кипр. Тамплиеры в первое время еще лелеяли надежду вернуться в Святую землю и обосновались на небольшом острове Руад, вблизи сирийских берегов. Однако этот план не увенчался успехом. Между тем европейские дворы, и в частности французский, горячо поддерживали идею слияния двух орденов в предвидении нового крестового похода. Однако Жак де Моле, последний Магистр тамплиеров, выступил против: и дело даже не в том, что оба ордена возникли для достижения разных целей, а в том, что, далее объединившись, они ничего не могли противопоставить огромным силам мусульман, если бы новый поход не приобрел размеров, сравнимых с крестовым походом св. Людовика (см. с. 44). Отсюда стали распространяться слухи о высокомерии тамплиеров, которые спустя короткое время превратились в формальное обвинение.

Мальта: сторожевая башня. Госпитальеры после ухода с о. Родос перебрались на Мальту в 1530 г. и стал и называться «Мальтийские рыцари».

Госпитальеры, напротив, сделали ставку на обновление, обязавшись снарядить флот для обеспечения морских перевозок на Востоке. Таким образом, они смогли избежать беспорядков, имевших место в Кипрском королевстве, и обеспечить себе новое местопребывание на острове Родос (1309). С Родоса рыцари впоследствии перебрались на Мальту (1530).

«Святой» король и тамплиеры

Магистр, сменивший Пьера де Монтегю (см. с. 41), Арман де Перигор погиб в 1244 г. в Газе вместе с тремястами двенадцатью тамплиерами в сражении с монголами. Чтобы не допустить вторжения монголов в Святую землю, вместе объединились как христианские силы (тамплиеры, госпитальеры и сирийские бароны), так и мусульманские (султан Дамаска), которым, однако, не удалось избежать поражения. Предыдущие попытки остановить продвижение монголов на Запад, предпринятые немецко-польской армией, и в частности тамплиерами Риги, Словении и Венгрии, также оказались безуспешными.

Отплытие Людовика IX в крестовый поход (миниатюра кодекса, хранящегося в Национальной библиотеке в Париже).

Реорганизация христианских сил проходила с большими трудностями, и немногие оставшиеся в живых тамплиеры и госпитальеры (соответственно тридцать шесть и двадцать шесть рыцарей), поддержанные западными провинциями, снова вернулись к своим традиционным обязанностям по защите Святой земли.

В том же 1244 г. король Франции Людовик IX тяжело заболел и поклялся в случае выздоровления принять крест. Выздоровев, он организовал поход в Святую землю, который начался в августе 1248 г. Христианские войска долго оставались на Кипре, прежде чем нанести удар по Дамиетте, располагавшейся в дельте Нила, которая была захвачена без особых трудностей (1249). Однако следующая битва при Мансуре («Победная») после первоначального успеха оказалась проигранной. Стратегические советы Магистра Ордена тамплиеров Гильома де Сонака не были приняты во внимание братом короля Робером д'Артуа, который командовал армией, а результатом неосмотрительного преследования противника стала смерть его самого, а также гибель графа Солсбери и двухсот сорока рыцарей Ордена тамплиеров, которые их сопровождали (1250).

Гильом де Сонак, лишившийся глаза от удара копья, умер при отступлении крестоносцев, во время которого сам Людовик IX был взят в плен. Выкуп за его освобождение, назначенный султаном Бейбарсом, был непомерно высок, а королевская казна такими средствами не располагала. Недостающую часть попросили в долг у тамплиеров. В лице Рено де Вишье, будущего Магистра, Орден ответил отказом, сославшись на положения Устава, и подсказал королю мысль прибегнуть к силе и таким путем завладеть деньгами тамплиеров. Совет был услышан, но освобожденный король затаил глубокую обиду за то, что с ним обошлись слишком высокомерно, желая показать независимость Ордена от светской власти. Поэтому, когда тамплиеры возобновили свои обычные союзнические отношения с Дамаском, Людовик IX потребовал, чтобы Рено де Вишье отказался от заключенных договоров и публично покаялся. Потеряв, таким образом, уважение своих соратников, Рено подал в отставку (1252) и уступил место Тому Берару.

Цитадель Эгю-Морт (на фото одни из пяти ворот в крепостной стене) была специально построена Людовиком IX в 1246 г. как город-крепость для того, чтобы там собирались войска, отправлявшиеся в крестовый поход.

Уход со Святой земли

Людовик IX вернулся из Святой земли во Францию в 1254 г., оставив на своем содержании постоянный полк французов в Акре. Гарнизоны тамплиеров по-прежнему стояли во многих крепостях, но они мало что могли противопоставить тем силам, которые оказывали им противодействие в Европе по экономическим и политическим причинам. Помимо ужесточившейся борьбы между гвельфами и гибеллинами, следует отметить, что в политическую игру вступили итальянские приморские республики со своими противоречивыми интересами, которые смотрели на Ближний Восток как на источник очень выгодных морских перевозок. В данных условиях, сложившихся в Европе, тамплиеры поддержали избрание королем Иерусалима Гуго Кипрского, заручившись согласием Венеции и Пизы, в то время как госпитальеры, вновь ставшие противниками, предлагали Конрада Швабского, став на сторону Генуи и Испании.

В 1257 г. новое нашествие монголов завершилось взятием Дамаска. Возможности заключения договора с народом-завоевателем против мусульман христиане Святой земли предпочли выступление на стороне султана Бейбарса. Султану удалось нанести поражение монголам в 1260 г. и затем присоединить к своим владениям Египет, убив его султана. Теперь он мог отказаться от тактического союза с христианами. В течение менее чем трех лет (1265-1268) он осадил и заставил капитулировать их основные крепости (Цезарею, Арзуф, Хайфу и Антиохию), пала крепость Сафад на Броде Иакова, которую тамплиеры восстановили в 1240 г., и Бофор, где резиденцию тамплиеров полностью сравняли с землей.

Запад ответил на эти события новым крестовым походом Людовика IX (1270), по предприятие закончилось в Тунисе со смертью короля. Начиная с 1288 года христиане терпели поражение за поражением, вплоть до последней битвы, в которой вместе с последним королем Иерусалима Генрихом II, бывшим королем Кипра, сражались тамплиеры и госпитальеры. Театром боевых действий стала крепость св. Иоанна Акрийского, которая выдержала ожесточенную двухмесячную осаду (5 апреля – 28 мая 1291 г.). В конце концов, тамплиеры, безуспешно пытавшиеся осуществить вылазку, оказались погребенными вместе с нападавшими при обрушении Башни Храма, которое они сами устроили. Немногие уцелевшие воины, запершись в Замке паломников (построенном в 1217 г. для контроля за подступами к горе Кармел), вынуждены были оставить его 14 августа 1291 г.

Оттуда они направились в Сидон, где избрали предпоследнего Магистра Ордена, и из Сидонского замка, который располагал собственным портом, погрузились на корабли и отплыли на Кипр с сокровищами Ордена.

На рис. представлены планы наиболее известных крепостей тамплиеров в Палестине перед их окончательным уходом: Бофор (вверху); Замок Пелреп, «Замок паломников» (в центре), Сафита (Белый Замок) (внизу). Рисунки были сделаны Лоуренсом Аравийским для его дипломной работы о замках крестоносцев.

Так бесславно завершилась эпопея христиан и тамплиеров в Святой земле.

Сосуществование с сильными мира сего

Историю латинских государств в Палестине можно рассматривать, с другой стороны, как попытку укоренить на Востоке феодальные отношения именно в тот момент, когда в Европе наступал их закат. Тамплиеры сумели хорошо приспособиться как к той, так и к другой обстановке.

На Западе, за исключением Пиренейского полуострова, тамплиеры, вместо искусного владения оружием, предложили искусное умение вести дипломатические и финансовые дела. В Англии магистры тамплиеров были доверенными советниками и помощниками Генриха II (1183– 1189), Иоанна Безземельного (1167-1216), Ричарда Львиное Сердце (1157-1199) и Генриха III (1207-1272).

Во Франции, с начала 1200 г., Орден Храма в Париже практически ассоциировался с казначейством короны. Близость Ордена и французской монархии была настолько полной, что даже Маргарита Французская, жена Людовика Святого, родила наследника на Святой земле, в одном из больших замков тамплиеров, который назывался «Замком паломников», а сам Магистр Ордена стал его крестным отцом. Не говоря о разногласиях между Людовиком Святым и Рено де Вишье (см. с. 45), до самого дня массового ареста тамплиеров в 1307 г. ничто не предвещало, что французский король сможет таким драматическим образом разрушить прочно сложившийся союз. Накануне ареста магистру Храма в Париже была оказана честь поддерживать шнур с кистью траурного покрывала во время похорон свояченицы Филиппа Красивого.

Башни Храма, расположенного внутри обнесенного стеной квартала, в Париже (репродукция с гравюры 1600 г.).

Таким же высоким был престиж тамплиеров и при папском дворе. Начиная с Александра III (1159– 1181) и далее Орден всегда стоял на стороне понтификов и был их длинной железной рукой, противостоявшей немецкой мощи, а взамен папа, помимо подтверждения привилегий Ордена, должен был каждый раз объявлять о новом крестовом походе, когда из Святой земли раздавался призыв о помощи от оставшихся там военных отрядов Ордена. Достаточно вспомнить, что Григорий VIII, умерший в 1187 г. спустя два месяца после восшествия на папский престол, успел объявить о начале крестового похода, еще не будучи увенчан тиарой, в ответ на катастрофическое поражение христиан при Гаттине. Тамплиеры, проживавшие в Риме, с выгодой для себя использовали свой опыт управления в качестве камергеров и сборщиков пожертвований папы, а также руководили сбором податей, взимаемых с верующих для финансирования крестовых походов. Многие из них, кроме того, управляли замками и крепостями, построенными для охраны папского государства. Очень часто они вместе с госпитальерами служили телохранителями папы. Когда Бонифаций VIII подвергся нападению в Ананьи со стороны Гильома Ногаре и Шиарра Колонна и был взят в плен по приказу Филиппа Красивого, то в это время рыцари, принадлежавшие к обоим орденам, служили у него ординарцами.

Старинное изображение левого крыла кафедрального собора в Ананьи. Справа видна так называемая ложа Бонифация XIП, над которой возвышается ниша со статуей этого папы. Говорят, что она была поставлена во искупление вины после «оскорбления в Ананьи».

Избрание этого амбициозного понтифика в декабре 1294 г. временно прервало зависимость папства от французской монархии, которая началась с Урбана IV (1261-1264), бывшего патриарха Иерусалимского, родившеюся в Труа. Его жесточайший конфликт с Филиппом Красивым, который завершился эпизодом в Ананьи (затем папа был освобожден и смог вернуться в Рим, но вскоре умер), безусловно, сказался на отношениях между королем Франции и рыцарями Храма.

Богатства Храма

Огромное состояние, накопленное тамплиерами, явилось результатом грамотного и четкого управления теми ресурсами, на которые Орден мог рассчитывать. Прежде всего, все земли, перешедшие ему по завещаниям или по дарственным и разбросанные далеко друг от друга, Орден обменивал или присоединял к ним другие участки, чтобы создавать крупные хозяйства. Занимаясь земледелием, Орден стремился к увеличению плодородия почв и развитию исконного местного производства.

Продукция земледелия и животноводства, которыми занимались «братья-земледельцы», входивишие в состав Ордена, полностью обеспечивала все местные хозяйства Храма (овощи, зерновые, оливки, виноград, крупный рогатый скот и овцы и, естественно, лошади), но шла также на поставки в Святую землю. Излишки продукции выгодно продавались, чтобы приобрести железо, древесину и оружие. Методы ведения сельского хозяйства были рациональными и далеко не простыми (севооборот, новые способы вспашки, эффективная ирригация). Ради любопытства можно привести такой факт, что еще сегодня на Кипре производят дорогое вино, под названием Коммандария, по той же технологии, которая была внедрена тамплиерами во время их пребывания на острове и усовершенствована впоследствии госпитальерами.

Труд «братьев-земледельцев» непосредственно соприкасался с трудом «братьев-ремесленников», которые работали конюхами, кузнецами и занимались обслуживанием и ремонтом инвентаря.

Кованые изделия из железа, изготавливаемые кузнецами, были не единственной формой ремесленного производства, которыми занимался Орден: выращивание скота давало шкуры и шерсть и позволяло организовать их переработку.

Кафедральный собор Св. Николая в Фамагусте, древней столице о. Кипр. Ричард Львиное Сердце первоначально передал остров тамплиерам в награду за большую помощь, которую они оказали ему во время Третьего крестового похода. Однако они отказались от острова, так как там вспыхнуло народное восстание, но позднее, после падения Акры, тамплиеры построили на острове «Капитанский дом» и успели заложить основы производства дорогого вина, которое сегодня называется Коммандария.

Сеятель (миниатюра XV в.). И в сельском хозяйстве тамплиеры, благо – даря своим «братьям-земледельцам», также входившим в состав Ордена, доказали свою эффективность и не только обеспечивали себя всем необходимым, но и имели возможность накапливать излишки продукции, которые затем продавали для приобретения сырья, как, например, железа, из которого «братья-ремесленники» изготавливали оружие, рыцарские доспехи, детали сбруи и подковы для лошадей.

Как известно, тамплиеры имели собственный флот. Он в основном состоял из грузовых кораблей и предназначался для перевозки продовольствия, скота и лошадей вдоль побережья Средиземного моря или по большим европейским рекам. На кораблях могли доставлять также членов Ордена, паломников или крестоносцев, что обеспечивало тамплиерам значительную независимость в отношениях с итальянскими приморскими республиками и Ганзейскими городами (торговый союз, заключенный в XII в. между городами Северной Европы).

Другими важными источниками доходов были разрешения на использование монопольных прав (например, на помол зерна) и право получения некоторых сборов (таможенная пошлина на товары потребления); налоги на наследование феодов (во Фландрии); взносы «братьев Храма» (светских людей обоих полов, входивших в братства, связанные с Орденом и пользовавшиеся, наряду с ним, определенными привилегиями, такими, как, например, независимость от юрисдикции епископств; десятина (часть налогов, предназначенных для Церкви, которые передавались тамплиерам как защитникам христианства); сбор милостыни (с правом собирать в церквах один раз в году).

Флорентийский флорин и венецианский дукат. Предприимчивость и авторитет итальянских торговцев (благодаря чистоте сплава и точности веса, этими монетами можно было расплачиваться по всей Европе) способствовали тому, что они установили выгодные торговые отношения с не менее предприимчивыми тамплиерами.

Кроме того, были еще и подати, которые на Востоке платили мусульманские правители, питавшие к тамплиерам большее уважение, чем к любым другим организациям европейцев, опираясь на соглашения об отказе от враждебных действий, а также подати от «ассассинов».

Опыт, накопленный тамплиерами в управлении денежными средствами, не только быстро превратил их в надежных хранителей денежных вкладов и имущества других людей (причем они гарантировали их защиту и сохранность, например, в случае длительного отсутствия хозяина), но и позволил перейти к осуществлению целого ряда операций «банковского» типа, решительно выйдя на самые передовые позиции своего времени (см. с. 25). Как писал Д. Сьювард в книге Монахи войны (Лондон, 1972), «ни один из средневековых институтов не внес большего вклада в зарождение капитализма».

Таким образом, к концу 1200 г. тамплиеры приобрели такую экономическую мощь, что стали представлять своего рода независимое государство, не подчинявшееся никаким властям, за исключением Святого престола, с которым они постоянно поддерживали взаимовыгодные и весьма плодотворные отношения.

Комплекс Сакра ди Сан-Микеле в Пьемонте – великолепный стратегический пункт, с которым также связаны события и легенды о тамплиерах. Как известно, в распоряжении Ордена в Пьемонте были многие населенные пункты, расположенные, как и в данном случае, на главных дорогах, по которым передвигались купцы и паломники из Франции, или же в местах, представлявших интерес для сельского хозяйства. Охрана и прием купцов и паломников также приносили конкретную выгоду, поскольку сотрудничество со светскими властями или аббатами других орденов компенсировалось концессиями на использование местных ресурсов, как, например, в окрестностях Модемы заготавливалась древесина и добывались минеральные ископаемые.

Слабые стороны Ордена

Падение тамплиеров, вызвавшее изумление и смятение современников, теперь, по прошествии веков, можно попробовать объяснить, исходя из целого ряда факторов, предшествовавших последнему решительному шагу Филиппа Красивого.

Ситуация на Востоке в перерывах между крестовыми походами

Во-первых, следует отметить, что реальной военной силы на Востоке в промежутках между крестовыми походами, которую хотя и дополняли своим присутствием другие рыцарские ордена, объективно не хватало для осуществления мечты Гуго де Пейнса.

Организация была превосходной: рыцарям помогал и «братья-сержанты», которые носили коричневые или черные плащи, имели своих лошадей и оружие; они могли рассчитывать на подчинявшиеся им и хорошо подготовленные местные силы (туркополи – наемные войска: лучники, легкая кавалерия из местных уроженцев), кроме того, после Второго крестового похода были введены должности, непосредственно подчинявшиеся Магистру (маршал, сенешаль и знаменосец), сделай структуру Ордена более четкой. Каждый гарнизон, насчитывавший шестьдесят рыцарей и сержантов, располагал отрядом численностью полтысячи воинов.

Однако отдаленность отдельных опорных пунктов, протяженность контролируемой территории, а также низкая эффективность управления, устаревшая организация, частые распри между христианскими государствами и враждебность местного населения стали основными причинами, предопределившими поражение наиболее боеспособного и дисциплинированного военного корпуса.

На Западе

Во-вторых, несмотря на первостепенную роль, которую тамплиеры играли в экономике Европы, им не удалось остаться в стороне от сложных политических событий, происходивших на Западе и оказавших сильное влияние на изменение идеологии крестовых походов. Даже если каждый отдельный рыцарь продолжал чувствовать себя «солдатом Христа», он не мог избежать таких ситуаций, когда рыцарство использовалось для защиты светских интересов, как, например, защиты интересов германского императора или Венецианской республики.

Печать Фридриха II. Историки считают, что воинственная приверженность тамплиеров папской партии в ходе ее затяжного и сложного конфликта с этим монархом привели к тому, что их стали считать закоренелыми противниками светской власти и, следовательно, опасными для нее людьми.

«Настроения» христиан после падения Акры и возвращения тамплиеров в Европу

Они тратят деньги, предназначенные для освобождения Гроба Господня, чтобы красиво выглядеть в свете; они обманывают народ и оскорбляют Бога своим бесполезным хвастовством… поскольку позволили неверным туркам удерживать в своих руках Иерусалим и Акру, поскольку бегут с поля боя быстрее, чем королевский сокол, и грех, на мои взгляд, не освободиться от них раз и навсегда.

Ростан Беренгарий де Марсель

Отношения с духовенством

В-третьих, тамплиеры, несмотря на постоянную поддержку папы, никогда не могли рассчитывать на поддержку всего остального духовенства. Независимость тамплиеров от епископов очень часто толкала их на нарушение запретов (приостановка в знак наказания отправления всех церковных служб в определенном городе или районе), вновь открывая церкви, совершая церковные Таинства и собирая десятину (налог, первоначально равный одной десятой части любого дохода, предписанный еще Ветхим Заветом и предназначенный для содержания служителей культа) и подаяния.

С другой стороны, тамплиеры были освобождены от уплаты десятины, что являлось еще одним поводом для недовольства белого духовенства, для которого десятины были основным источником дохода.

Груз военных поражений

Наконец, военные поражения, которые они потерпели, несмотря на отличную организацию и многочисленные проявления храбрости, вступали в противоречие с распространенным среди христиан убеждением, что Бог постоянно вмешивается в земные дела и защищает «своих» благоверных. Если тамплиеры потерпели поражение как «солдаты Христа», значит, нравственно они были недостойны возложенной на них миссии и запятнали себя тяжкими прегрешениями. Более того, лишившись этой, первоначально возложенной на них функции, тамплиеры продолжали пользоваться на Западе огромными богатствами и теперь уже ничем не обоснованными привилегиями. И, кроме того, после ухода из Святой земли из-за их слабости «неверные» – сарацины, евреи и турки – могли глумиться над христианством.

Бонифаций VIII и тамплиеры

История и судьба Бонифация VIII, в миру Бенедетто Каэтаии из Ананьи (1230– 1294), тесно связаны с тамплиерами.

Разногласия с французской монархией, начавшиеся через год после его избрания на Папский престол (булла Clericis laicis, запрещавшая всем духовным лицам делать какие бы то ни было дарения мирянам без папского разрешения), еще больше обострились в 1301 г. Бонифаций попытался заставить короля Франции Филиппа IV Красивого выпустить из тюрьмы епископа Памьерского, обвиненного в государственной измене. В своей булле Ausculta fili («Внемли Сыну») он даже потребовал от короля дать отчет римскому синоду в своих деяниях. Филипп разрешил публикацию буллы, по в извращенном виде, сопроводив ее своим ответом, в котором, в частности, говорилось: «Филипп – Бонифацию, без всякого приветствия. Извольте, Ваша глупость, принять к сведению, что мы не намерены подчиняться кому бы то ни было в вопросах светской власти… А кто хотел бы думать иначе – глупец». Бонифаций не позволил себя запугать: в 1302 г. он объявил об отлучении от церкви Филиппа и обнародовал буллу Unam Sanctam, в которой он требовал для наследника Петра, хранителя и радетеля о вечном здравии всех душ, права Церкви вмешиваться и диктовать законы светской власти.

Бонифаций VIII. Вот тезис из буллы Unam Sanctam, который Филипп Красивый расценил как провокацию: «Духовный меч и меч материальный – оба находятся во власти Церкви: за второй нужно браться ради Церкви, а первый берет в рукисама Церковь. Этот вложен в руки священнослужителей, а первый – в руки короля и воинов, но под руководством священника. Таким образом, необходимо, чтобы один из этих мечей подчинялся другому, а светская власть подчинялась духовной».

Данте дал Бонифацию VIII безапелляционно отрицательную оценку: несмотря на то, что во время написания Ада (Божественная комедия) папа был еще жив, поэт определил ему место среди торговавших церковными должностями, которых в наказание закапывали в землю головой вниз. Данте, не видящий грешника, мог спутать папу Николая III, наказанного таким образом, с Бонифацием, прибытия которого он ожидает (гравюра Гюстава Доре к XIX песни Ада).

Король Франции Филипп Красивый (миниатюра XII в.)

Французская монархия находилась в трудном положении: она потерпела поражение в ходе успешного восстания горожан и буржуа во Фландрии против олигархии, поддерживаемой французами. Король несколько раз был вынужден обесценивать национальные деньги (кажется, он прибегал даже к чеканке фальшивых монет) и под большие проценты брать займы у тамплиеров. Однако, несмотря на это, он не оставил без внимания выпад Бонифация и направил в Ананьи, где находился папа, карательную экспедиции во главе с Гильомом Могаре, своим верным сановником. Целью экспедиции было пленение папы и доставка его под арестом во Францию. Здесь Церковный собор, но уже под руководством короля, устроил бы над ним процесс. Этому плану не суждено было осуществиться, поскольку Бонифаций был освобожден своими сторонниками еще тогда, когда он находился в Италии, однако несколько недель спустя он умер.

Преемник Бонифация VIII, Бенедикт XI, отменил все отданные им распоряжения, направленные против Филиппа Красивого, по, подчиняясь требованиям канонического права, отлучил от Церкви участников нападения в Ананьи. Когда он умер менее чем через девять месяцев после своего избрания, внутренние распри в Коллегии кардиналов привели к смуте, продолжавшейся одиннадцать месяцев, в течение которой Папский престол оставался вакантным, а вопрос с захватом в Ананьи не получил своего окончательного решения.

Наконец был избран новый папа Климент V, гасконец, человек слабохарактерный, абсолютно готовый подчиняться воле и амбициям Филиппа Красивого. Воспользовавшись этим, французский король решил раз и навсегда покончить с последствиями событий в Ананьи, поручив все тому же Гильому Ногаре организовать процесс против покойного Бонифация VIII, обвинив его в ереси, неверии, симонии и занятиях черной магией (вплоть до регулярных сношений с демоническими существами) и защите колдунов.

Памятник Бонифацию VIII в церкви Сан-Джованни в Латеранском дворце в Риме.

Дела, относящиеся к этому процессу, обвинения по которому были очень похожи на обвинения, выдвинутые против тамплиеров, были отправлены в архив только в 1311 г.

По всей видимости, Клименту чтобы не очернить Церковь официальным приговором против папы со стороны светской власти, добился прекращения процесса в обмен на обещание не препятствовать уничтожению Ордена тамплиеров.

Арест и обвинения

Рано утром 13 октября 1307 г. на всей французской территории по приказу короля одновременно были арестованы все члены Ордена тамплиеров, которые находились в своих «домах», начиная от благородных рыцарей до простых «братьев». Но результатам последних исследований, было арестовано не менее сотни самых видных рыцарей из общего числа примерно до двух тысяч человек. Среди арестованных оказались Магистр Ордена Жак де Моле, прецепторы Нормандии, Аквитании и Кипра, а также бывший казначей Французского королевства.

Обвинение, которое было записано в королевском указе, касалось ереси: «… они покинули Бога, их Создателя, чтобы приносить жертвы демонам, a не Ему». Это должно было означать, что решение об их аресте исходило от церковной власти, что стало лишь первым судебным нарушением в этой трагической истории. С другой стороны, такое специфическое обвинение было единственным, которое не признавало за обвиняемыми права знать имена обвинителей и свидетелей обвинения, а также пользоваться услугами защитника. Кроме того, в этих случаях предусматривалось применение пыток. Враги тамплиеров воспользовались этими «привилегиями» с неслыханной жестокостью, чтобы добиться признания тамплиерами своей вины и покаяния. К физическим страданиям добавлялись не менее тяжкие испытания, связанные с изоляцией от своих товарищей, коренным изменением их роли (превращение из преследователей «неверных» в преследуемых), ужасом перед лицом бесчестящих обвинений в идолопоклонстве и святотатстве, осознанием потери поддержки как со стороны сильных мира сего, так и народа, которые, в общем-то, поддерживали их на протяжении почти двух столетий.

Особое замешательство среди тамплиеров должно было вызывать поведение Филиппа Красивого, который еще в 1304 г. признал за Орденом новые привилегии, а в 1306-1307 гг. официально приступил к рассмотрению возможности проведения нового крестового похода против мусульманского мира и выступил с предложением, отвергнутым Жаком де Моле, объединить тамплиеров и госпитальеров.

Золотая монета с изображением Филиппа Красивого. В одной руке он держит скипетр, а в другой – лилию, символ королевской династии Франции.

Однако план уничтожения тамплиеров, которые представляли собой серьезную политическую силу с точкой опоры именно в Париже, был продуман задолго до того, чем это могло показаться простому человеку.

Арест Жака де Моле. В представленной сцене Магистр изображен правильно, с бородой – это была привилегия тамплиеров, отличавшая их от представителей других монашеских орденов. Когда во время процесса кто-либо из тамплиеров раскаивался в своих грехах, то ему сохраняли жизнь, но он должен был подвергнуться унизительному ритуалу публичного пострижения бороды и отказа от плаща крестоносца.

В конце 1305 г. – начале 1306 г. в столицу прибыл, бежавший из Монфоко, где его исключили из ордена, некто Эскьё де Флойран, друг Гильома Ногаре. Флойран сообщил Ногаре и другому доверенному сановнику Филиппа Красивого Гильому де Плезиану, что он располагает сведениями о страшных преступлениях тамплиеров. Два высокопоставленных лица решили начать расследование, в котором очень трудно провести границу между политической выгодой и религиозным фанатизмом, поскольку Ногаре уже выдвигал подобные обвинения против других деятелей той эпохи, подозреваемых в занятиях магией и ереси. Фактом остается то, что в качестве свидетелей были заслушаны рыцари и сержанты, изгнанные из Ордена, и, как правило, люди низкого происхождения. Одновременно в народе стали распространяться слухи, порочащие тамплиеров, а в их ряды были внедрены шпионы. Жак де Моле, чтобы рассеять любые подозрения, обратился к Клименту V с просьбой начать расследование, последний согласился и сообщил об этом королю (24 августа 1307 г.). Действительно, месяц спустя несколько тамплиеров дали показания перед церковной комиссией. Но Филипп Красивый уже тайно решил со своими сановниками отстранить Церковь от процесса и запланировал арест тамплиеров на 13 октября.