Текст книги "Ведьма для Колдуна (СИ)"
Автор книги: Евгения Светлакова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 18 страниц)
– У заказчика на стройке несчастный случай. Она сейчас в Александровской больнице, мы едем туда.
– Хорошо, встретимся там, – он посмотрел на Дэна и вернул ему телефон. – Доведешь сам, – с этими словами он бросился переодеваться, одновременно вызывая такси.
Глава 7
Совсем не обязательно говорить с человеком о литературе, иногда достаточно просто танцевать с ним.
Франсуаза Саган
– Ты мог и не приезжать, – устало вздохнул Виктор, выруливая с парковки Пулково. – Все страшное уже позади. Она нас порядком напугала, но врачи говорят, угрозы нет.
– Что вообще произошло? Отец, конечно, объяснял, но я ничего не понял. Как на человека мог упасть стеллаж?
Владимир откинулся на спинку пассажирского кресла. Звонок два дня назад выбил его из колеи. День на решение всех вопросов, согласование удаленного графика и почти четырнадцать часов в пути из-за того, что билеты на прямой рейс было не достать. Еще пришлось напрягать брата встречать его в аэропорту.
– Не стеллаж, строительные леса. Не знаю, но поверь, так просто оставлять это не буду. Расследование проведут и все детали мне сообщат, я уже попросил знакомых. Хозяину фирмы будет лучше, если это и правда случайность, но, если всплывет, что производственные травмы и нарушение техники безопасности там норма – по судам затаскаю, – младший сжал руль.
Владимир внимательно разглядывал брата, что, казалось, с лета стал взрослее. Женитьба, что ли на него так повлияла? Хотя, кое-что осталось прежним: стричься он явно не собирался. Темные волосы уже можно было собрать в хвост.
«Мать, наверное, ругается по этому поводу», – усмехнулся Инквизитор.
Мысли опять вернулись к происшествию. По телефону отец сказал, что она была на строительной площадке заказчика. Последние замеры, согласование материалов и бюджета вроде.
Возможно, были еще какие-то нюансы, но Владимир никогда не вникал в бизнес матери, не потому что плохой сын, а потому что на вопрос «нужна ли помощь?» мать всегда отмахивалась. Мол, сама разберется, чего им возиться.
Везде сама, все сама. А теперь вот это: несколько переломов, сотрясение и, кажется, три шва. Это то, что удалось понять по сбивчивым рассказам отца. Логичнее было спросить у брата, но Виктора эти два дня он не трогал, прекрасно понимая, что брат и так на взводе. На некоторое время в машине повисла тишина.
– Инну где забыл? – может и малодушно переводить так разговор с матери на девушку, но, судя по напряженным плечам, Колдун весьма болезненно воспринимает произошедшее.
– Дома, ждет нас и отцу помогает вещи собрать в больницу. Там мама такой список выдала, сразу веришь, что с ней все хорошо. Один список книг чего стоит, – состроил гримасу младший, явно давая понять, что со списком он не согласен.
– Значит, наконец, лично познакомишь со своей драгоценной? – брат засмеялся, расслабляясь – на лице появилась улыбка.
– Познакомлю, давно пора. А то это странно, что два самых дорогих для меня человека до сих пор не знакомы.
– О, так я еще самый дорогой? Думал, меня отправили в отставку, – тут же обида подняла голову, и он не смог удержаться от язвительной реплики.
– Что я слышу?! Кто-то ревнует? Вот это новость! Ты же обещал мне подзатыльник за такие мысли дать, а теперь сам? – Витька хохотал в голос.
– Ничего я не ревную, – сразу стушевался Владимир, понимая, как это смешно звучит со стороны. – Просто, кто-то мне все уши прожужжал: «Инна то, Инна это…». А меня ты, когда спрашивал о делах? Вот скажи, когда?
– Все! Все! Я раскаиваюсь! Я бессовестный! – на удивление легко согласился Колдун. – Мне стыдно, но ты зануда. Если сказал, что все с тобой хорошо, значит так и есть. Ты всегда сам все выкладываешь, если спросишь. С девушками ты не встречался, насколько помню. Даже с ребятами, кто сейчас в Германии, встретился один раз, а остальное время отлынивал. И о чем тебя спрашивать? Давно ли ты танцевал? Я и так знаю, что ты занимался ежедневно по два часа. Ты не меняешься. Все очень просто.
– Странный у тебя метод дедукции, не находишь? – фыркнул Инквизитор, понимая, что брат прав.
– Не дуйся, если я включу метод дедукции, то окажется, что у тебя сигареты в кармане куртки и ты так и не бросил эту скверную привычку.
– Вот только ты не начинай. Не дорос, чтоб мне лекции читать.
– Ах, так? Хорошо, отдай пачку.
Виктор, не отрывая взгляд от дороги, протянул руку. Они как раз доехали до Невского и встали на светофоре. Доехали странно быстро или брат гоняет, или Инквизитор крепко задумался, а может – то и другое.
– Еще чего, – огрызнулся Владимир, пряча руки в карман и сжимая злосчастную пачку.
– Отдай, я сказал, а то высажу и пойдешь пешком. Куряк не вожу.
– Вить, не вредничай. Не отдам.
– Отдай, вот не двинусь с места, пока не отдашь, в случае чего, отцу скажу, что это все ты и твои сигареты.
– Не посмеешь, – разговор с отцом на тему: «курить вредно», а также от чего умер дед и многое другое – не самая приятная перспектива, даже если тебе вот-вот исполнится двадцать пять. Им и без того есть о чем поругаться.
– Отдай – не скажу, не отдашь – скажу, – спокойно парировал брат.
– Предатель, – проворчал Инквизитор, отдавая пачку сигарет.
К черту, еще купит.
– Другую тоже выкину. Хватит курить, – будто прочитав его мысли, сказал брат, сминая почти новую пачку.
– Вот что ты пристал? Сначала Настя лекцию читала, теперь ты. Сговорились?
– Аська? Ха, молодец, хвалю. Надо, кстати, с ней встретиться, давно ее не видел. Слышал, она с парнем опять рассталась.
– Странно, мне ничего не сказала, мы не так давно переписывались, – вот такие заявки еще сильнее обижали.
Как она могла ему ничего не сказать? Он же спрашивал, – чтоб этой гордой со своими секретами! – доберется все выскажет!
– Это же Ася, что ты от нее хочешь? Из нее надо все клешнями вытягивать и, желательно, при личной встрече с запасом спиртного, иначе партизан не выдаст свой отряд.
– Вот уж точно, – хмыкнул Инквизитор, наблюдая, как открывается шлагбаум.
Они, наконец, были дома. Даже при таких обстоятельствах – он рад, что вернулся.
* * *
В прихожей послышался шум. Приехали, наконец-то. Инна отложила книгу и, накинув кофту, вышла в коридор.
Братья тихо о чем-то переговаривались. Владимира она видела впервые, но была уверена, что различит их без труда. Да, лицо одно, но манера поведения, мимика, даже то, как они снимали обувь – отличалось. Каждая деталь. Не считая того, что Инквизитор носил на голове более аккуратную прическу и серьгу в виде черепа в левом ухе.
– Привет, – тихо сказала она.
– Ты еще не спишь? – удивился Виктор, сбросил куртку, шагнул к ней и поцеловал. – Могла бы нас не ждать.
– Я волновалась, – она потерлась о его щеку, понимая, как сильно волновалась из-за того, что вечером он не дома.
– Я больше так не буду, – Колдун притянул ее к себе и снова поцеловал.
– Кх, кх, – послышался голос, так похожий на голос ее парня. – Если что, я тут.
– Ой, – выдала она и все трое тихо засмеялись.
– Инна, знакомься – мой старший брат – Владимир, Инквизитор, но можно просто Вовка. Вов, моя Инна.
– Очень приятно, – пробормотала девушка, пытаясь спрятаться за широкую спину своего будущего мужа.
Почему-то ее пугало знакомство с братом.
– Взаимно, – улыбнулся Владимир.
От чужой улыбки на, казалось бы, знакомом лице ей стало не по себе. Как могут существовать два настолько похожих и в тоже время разных человека?
– Есть будете? – спохватилась Инна, понимая, что если Виктора она кормила, то его брат с дороги вполне мог оказаться голодным и в два ночи.
Хотя в это время и Витька голодный по определению: «не спит – значит ест».
– Будем! – дружным хором ответили мужчины, от чего стало смешно.
– Я разогрею, приходите на кухню.
Она поспешила уйти. Инквизитор ее пугал, под оценивающим и изучающим взглядом зеленых глаз хотелось сквозь землю провалиться.
Впервые в жизни ей было настолько не по себе от общения с человеком. То, что этот человек брат-близнец ее будущего мужа, было еще страшнее. Но что это? Страх не понравиться или страх чего-то другого?
С этими мыслями она вытащила из холодильника кастрюлю супа и тарелку котлет. Не до философствования, когда в доме два голодных мужчины.
* * *
Просыпаться дома было приятно. Своя кровать, свои вещи. Давно он так хорошо не высыпался, хоть и проспал не больше четырех часов. Часы показывали полвосьмого, а в квартире слышались шаги и суета.
С неохотой выбравшись из-под такого теплого и родного одеяла, натянул на себя джинсы и футболку, вышел в коридор. На кухне кипела жизнь, что, на взгляд Владимира, кощунство в семь утра. Он раньше десяти не воспринимал мир. А как в семь можно быть такими активными – непонятно.
Картина, что застал на кухне, поразила еще больше. Брат и отец сидели за столом и ели, по всей видимости, овсянку – сомнительная радость на его взгляд. Рядом стояла тарелка блинов, нарезка колбасы и сыра. Перед каждым кружка кофе.
Сами они вряд ли могли такое приготовить, ибо отец точно не умел. У него даже яичница, на памяти Инквизитора, сгорала до угольков, а бутерброды были несъедобны. Витька не особо любил готовить. И умел не больше, чем он сам. Его самостоятельная жизнь за границей немного приучила варить себе самому. Но сейчас на кухне, судя по всему, хозяйничала Инна.
Как и вчера при виде девушки в домашних брючках, футболке и двумя забавными хвостиками сердце болезненно сжалось. Он даже забыл, зачем встал и что хотел возмутиться раннему подъему.
– О, доброе утро, – брат отвлек его от созерцания рыжего чуда. – Завтракать будешь? Не уверен, что тебе каши хватит, но есть блины.
– Какое есть в такое время? Я кофе хочу.
– Садись, сейчас сварю, доброе утро, – смущенно улыбнулась Инна и так же, как и вчера, попыталась спрятаться за спину Витьки, будто опасалась нового человека.
– Буду премного благодарен, спасибо. Вы на работу? А мне что делать? Где именно мама лежит? Я хоть смогу ее навестить.
– Сейчас напишу, – отмахнула брат, почти залпом допив кофе.
– Я могу проводить, – сказала Инна, колдуя над туркой с ароматным напитком.
– Точно, ты же сегодня не учишься, – улыбнулся Витька.
Владимир опять убедился, как сильно изменился брат. Рядом с этой девушкой Колдун сиял, таким Инквизитор его еще никогда не видел. А как он обнимал и прикасался к рыжему чуду? Да, не увидь собственными глазами, никогда бы не поверил, что с человеком можно обращаться так нежно. Еще меньше верилось, что таким может стать его брат, в жизни ни к чему трепетно не относившийся.
– Опять у Дэна будешь весь день?
– Наверное, он и так с меня три шкуры спустит за два пропущенных дня, даже страшно.
– Ты ему Вовку скорми, – весело ответил младший, отец засмеялся.
– Скорми – скорми, ему полезно, – прокомментировал отец.
– Кому? Дэну или Владимиру? – нахмурилась девушка.
– Владимиру. Денису, насколько помню этого молодого человека, лишний нагоняй не нужен. Сам кого угодно приструнит и на место поставит.
– А чего меня приструнять? – мысли невольно вернулись к сигаретам и тому, что брат его все-таки сдал.
– Звонишь редко, с отцом не разговариваешь, сам отвечаешь «угу» и «хорошо» на все вопросы, если позвоню, – обижено пробухтел родитель.
– Ну, па! – вырвалось у него совсем детское возмущение. – Я же работаю! Если я сижу дома – не значит, что ничего не делаю. А ты как специально звонишь в самый не подходящий момент, когда я баг ищу или кусок посложнее пишу. Что я могу в этот момент ответить? Сказать, перезвоню позже? Ты обижаешься. Было уже такое.
– Обижусь, – засмеялся отец. – Садись, чего стоишь? Или ты научился готовить? Тогда можешь помочь Инне, а то от нас с Витей пользы никакой, только мешаем.
– Ты наивно полагаешь, что я далеко ушел от брата? Ха, доставка процветает и столовая, кстати, тоже, – хмыкнул Инквизитор, занимая место за столом.
Как раз в этот момент он получил свою порцию кофе. Запах божественный.
– Садись, сама поешь, – Виктор встал и, отключив плиту, почти силой усадил свою девушку за стол. – И днем не только танцы, но и обед. Опять не пообедаете – Дэну вечером нагоняй устрою, так ему и передай.
– Хорошо. Мы же не виноваты, что время пролетает, – вздохнула Ведьма.
Только сейчас Владимир понял, что голос у девушки слегка хрипловатый, как при простуженном горле. Но, как ни странно, он казался весьма красивым, хоть и плохо подходил почти кукольной внешности.
– Тогда телефон держи рядом, я вам позвоню, забывчивые, – фыркнул брат, при этом навел девушке какао и накидал в тарелку кучу блинов с колбасой и сыром.
– Хорошо… Вить, я столько не съем!
– Ешь и не спорь! – сказал, как отрезал, младший, на что девушка скорчила рожицу и начала есть.
Отец тихо засмеялся и встал из-за стола.
– Так, молодежь, я поехал. Вить, какую машину возьмешь?
– Мне все равно, какую оставишь, – отмахнулся Витька, о чем-то тихо переговариваясь с невестой.
Было стойкое чувство, что они с отцом лишние в маленьком мире, где обитали эти двое.
– Вов, матери позвони, прежде чем явиться. Мы ей не сказали, что ты приедешь, а то она еще бы за тебя в пути переживала, ей сейчас вредно. Инну не обижай, младший тебе за нее голову оторвет, а мы с матерью добавим.
– О, боги, куда я вернулся? Это точно мой дом? – шутя, проворчал Инквизитор, делая глоток кофе.
– Твой, просто надо чаще появляться, а то заменим котом, будешь знать, – уже из коридора крикнул отец.
– Ха-ха, – громко прокомментировал Владимир.
– Вовка, не бузи с самого утра, хочешь – иди еще поспи. Все равно приемные часы после десяти, – младший пододвинул к нему тарелку с блинами. – Или сиди и жуй. Все, я тоже побежал, у нас сегодня важная встреча после обеда, надо все подготовить и проконтролировать.
– Вафили уже, – проговорил Инквизитор с полным ртом, уплетая блины, что оказались очень вкусными.
– Я провожу, – быстро сказала Инна, вскакивая с места.
Ей явно было неуютно с ним наедине. Хотя он тоже не понимал, что им в этом случае делать. Погоду обсуждать или музыку? Нелепей картины не представить.
Но сначала блины. Пока он ест, можно всегда воспользоваться поговоркой «я глух и нем», а с остальным потом разберутся.
* * *
Содержательные у них выходили диалоги, ничего не скажешь. Инна бросила беглый взгляд на брата жениха. По скайпу и то легче было общаться.
Тут же оба чувствовали неловкость. Вернее, она чувствовала страх и полную дезориентацию, когда глаза и уши говорят, что перед ней ее парень, а все остальные чувства вопят, что это совершенно другой человек. Возможно, если бы она познакомилась с Инквизитором раньше, сейчас не было бы так неловко.
Утро в больнице, слезная встреча сына с матерью, час и их вытолкали из палаты, отправляя пациентку на процедуры. К двенадцати часам они уже были в студии Дениса.
– Дэн, мы пришли! – крикнула Инна уже с порога.
Администратора они так и не завели, хотя давно собирались.
– О, неужели святая инквизиция явилась? – откликнулся друг.
– Ха-ха, очень смешно! Новых шуточек не знаешь? – фыркнул в ответ Владимир.
– Знаю, но вдруг ты русский забыл в Германии, – хозяин студии появился из своей каморки. – Привет «Святоша», явился, наконец, – засмеялся Денис, заключая пришедшего в объятья.
– Сколько можно? Ты мне тот случай теперь всю жизнь припоминать будешь? – Инквизитор возмутился, но в голосе Инна уловила озорство.
– Еще бы! Такое грех забыть, – самодовольно фыркнул Дэн.
– О чем речь? – нахмурилась девушка.
– Мелким это знать не полагается! Кыш, переодеваться! – тут же скомандовал друг. – Давай-давай. Время деньги.
– Бе-бе-бе, – передразнила она и, показав язык, убежала в раздевалку.
– Подразнись мне еще!
– Хочу и буду! – крикнула она, уже закрывая дверь.
– Не ну ты это видел?.. – донеслось до ее слуха прежде, чем дверь захлопнулась.
* * *
– Не ну ты это видел? – засмеялся Дэн, когда невеста брата скрылась в раздевалке. – Вот мелкотня, никак взрослеть не хочет, что в два, что почти в двадцать.
– Говоришь, будто ее всю жизнь знаешь, – улыбнулся Владимир, осматривая зал – безумно захотелось забыть обо всем и танцевать.
– С рождения. Она младшая сестра моего лучшего друга. Танцевать начала раньше, чем ходить нормально научилась, – в голосе старого друга была гордость. – Ленится много, а так прекрасно танцует, но может лучше.
– Да ладно, все мы ленивые. Тоже мне проблема. Разрешишь потанцевать?
– Точно, «Святоша»! Твой брат, не спрашивая, всегда является и ничего, жив. Еще и невесту себе тут нашел.
– Вот и пример того, как танцы благоприятно влияют на жизнь человека, – хохотнул Инквизитор.
– О да, еще бы прошлые «большегрудые» ошибки не нервировали, – пробормотал Дэн.
– «Большегрудые»? Ты о чем?
– Помнишь Вику? Девица из разряда, кто больше заплатил, с тем и сплю?
– О, боги! Чего ей надо?
– Понятия не имею, но она тут кругами вьется вокруг него. Он, конечно, чихать на нее хотел и как всегда «сама обходительность и вежливость», – поморщился хозяин студии.
Иронию Инквизитор оценил, когда Витька злился, за словом он в карман не лез и говорил всегда прямо и нередко грубо, называя вещи своими именами.
– Но, как понимаю, это не помогает?
– Увы, как бы она Инне пакости строить не начала. Ее очень задевает, что Виктор выбрал в жены «малолетку».
– Ей-то что? – Инквизитор не на шутку рассердился.
– У нее спроси, может, слухи дошли, что Колдун теперь весьма успешный юрист, а значит, при деньгах?
– Брось, он всегда был при деньгах и всегда в весьма выгодном статусе перспективного жениха, но ее не очень интересовало, что он может на ком-то жениться.
– Понятия не имею, но выгнать ее не могу. Она оплатила за полгода вперед с договором и все такое. Витька сказал, лучше не связываться, полгода продержаться, а там, если не успокоится – решим.
– Прям Санта-Барбара. Я, видишь ли, работаю, а они тут развлекаются.
– Хороши развлечения. Все, иди переодевайся, если хочешь танцевать. На нас внимания не обращай, мы надолго. Особенно, если кто-то будет копаться! А ну быстрее, не на свидание собираешься! – крикнул Дэн, чтоб его услышала Инна.
Владимир улыбнулся, ну и отношения у этих двоих. И как брат не ревнует?
* * *
Теперь он понимал, о чем писал брат в апреле, восторженно рассказывая о девушке, что божественно танцует и этим танцем можно любоваться бесконечно, но лучше станцевать с ней.
Следя за каждым ее движением, Инквизитор забывал, как дышать. Портил все Дэн, которому постоянно что-то не нравилось, то она якобы носок не с тем чувством тянет, то прыгнула, вспомнив про земное притяжение, то решила, что у нее есть кости. Все претензии были смешными и глупыми. Как можно было не видеть, что это создание совершенно?
– Да не так, Инна!
– Р-р-р, Дэн, ну что не так? – в ответ сорвалась девушка.
– Все!
– Офигел?
– Ты мне еще поговори. Все перерыв, – скомандовал Денис.
– Ну наконец-то! – Ведьма явно намеревалась добраться до телефона, что оставила на скамейке.
– А ну стоять, я не отпускал!
– Ты сказал перерыв!
– От твоих издевательств над танцем. Вов, давно хастл танцевал?
– Не так чтоб очень, а зачем тебе?
– Иди сюда, иначе бесполезно.
– А хастл-то как поможет? – удивился Владимир, вставая.
– У некоторых мозги в нужную сторону думать начнут.
– Сейчас вообще думать перестану и пойду жаловаться Вите. Скажу, ты меня обижаешь.
– Ну и жалуйся, сам вечером с тобой мучиться будет, станцуете и перерыв, – Дэн не унимался, Инна забавно скорчила рожицу. – Вов, она не кусается, не волнуйся.
– Ну, если такая девушка и укусит я и не против, – вырвалось у Инквизитора, на что Денис засмеялся, а Ведьма фыркнула, явно, не одобряя шутку.
Но руку протянула. От ее прикосновения по спине пробежал ток, сердце пропустило пару ударов. Да что с ним? Когда его волновало, с кем и как танцует? Будто первая партнерша в его жизни.
Стоило музыке зазвучать, и тело само пошло танцевать, увлекая за собой Инну. Лишь первые слова песни врезались в сознание, как раскаленное железо:
There’s no sense, the fire burns
When wisdom fails it changes all…[1]
Но, казалось, разум был забыт. Значение имело только то, что в его руках так послушна и податлива ведомая им девушка. От ее запаха кружилась голова, а от каждого прикосновения и объятий перехватывало дух. Такое с ним было впервые. Впервые танцуя с кем-то, он не чувствовал напряжения. Партнерша будто бы знала, чего он хочет и как, малого движения руки было достаточно, чтобы она поняла и безошибочно исполнила.
Казалось, он знает эту девушку так же, как самого себя. Все ее мысли и чувства, все мечты стремления, все страхи. Как он мог считать ее чужой? Как мог усомниться в том, что она подходит брату?
Стоило музыке утихнуть, Владимир с сожалением отпустил Ведьму из своих объятий. Чувство было, словно потерял что-то дорогое. Сама же Инна, почти не задумываясь, бросилась к телефону, который наигрывал мелодию, сообщая о звонке.
– Привет, да танцевали... – весело заговорила девушка, преображаясь на глазах. – Лютует еще как, теперь и Владимира припахал. Так ему и передам. Нет, не ели, как раз хотели прерваться. Что заказал? Куда? Зачем? Хорошо, я поняла. Тоже тебя люблю, скучаю и жду, – она отключила телефон и посмотрела на Дэна. – Он нам заказал пиццу и Вок. Скоро привезут.
– Отлично, обед на халяву, – засмеялся Денис.
– Дэн, – укоризненно покачала головой Инна. – Ладно, кто будет кофе?
– Все! – ответил друг за него и завалился на пол. – Делай и не спрашивай.
– Совсем обнаглел, – заключила девушка.
– Мне положено, давай за кофе, давай. А то я устал.
– Устал ты, как же!
– Может, тебе помочь? – неожиданно для самого себя спросил Инквизитор, испытывая потребность находиться рядом с Инной.
– Можно, от этого помощи не дождешься, – более открыто, чем раньше, улыбнулась невеста брата, заставляя и без того сошедшее с ума сердце пуститься в пляс.
Он определенно болен, это все перелет. Да, точно перелет, утешил себя Владимир, идя вслед за девушкой. Другого объяснения быть не может.
* * *
Совещание кончилось рано, прошло удачно и руководство дружно выставило его с работы по случаю приезда брата.
Визит к матери. Новые лекции по поводу стрижки и безопасности за рулем – когда поймет, что он не ребенок? – и, конечно, распоряжения по подготовке к свадьбе. Ее совсем не пугало, что она будет в гипсе и на костылях. Приговор «нельзя переносить даты» был четкий и однозначный, обжалованию не подлежал.
Родители, как всегда со своей опекой, тот же вопрос с квартирой был решен ими. Отец в качестве свадебного подарка внес большую часть суммы, даже глазом не моргнул и возражения не принял. Ремонт они тоже порывались сделать сами, но тут получилось отстоять права выбора краски и обоев.
И конечно, фанатичные приготовления к свадьбе. Зачем? Вот оно им надо?
Но с матерью и отцом сильно не поспоришь. Одна надежда на Вовку – поможет вразумить.
Вообще, хотелось спать. Обнять свою Инну и спать. Эти три дня его капитально вымотали, однако вместо отдыха в голове мысли о работе, свадьбе, квартире, ремонте. Припарковавшись у студии, откинулся на спинку кресла и закрыл глаза.
Давно ли он стал таким серьезным? Все эти мысли, да он же уже думает о том, куда их дети пойдут учиться, и как будут звать внуков! Имя Николай вот совсем неплохое, к примеру. От всех этих размышлений стало смешно, и когда он стал таким скучным? И он ли это вообще?
Усмехнулся своим мыслям и открыл глаза. Чуть дальше входа стояла знакомая красная мазда. Глубоко вздохнув, взял сумку и вышел. Водитель мазды сделал то же самое.
Сегодня на блондинке были кожаные брюки, подчеркивающие вторые девяносто, полушубок, вроде норковый. В их климате мех не для тепла, а для демонстрации статуса. Эта женщина знает себе цену. Правда, в буквальном смысле и, по мнению Колдуна, гордиться в этом случае нечем.
– Чего тебе? – хамство вырвалось само, но она решила пропустить это мимо ушей.
– Дорогой, ну что так грубо?
– Я тебе не дорогой. Что надо? Сегодня тренировок нет, зачем приперлась? – хотелось спросить, что задумала, ибо его так рано тут тоже не должно быть.
– Хотела поговорить.
– Нам не о чем разговаривать. То, что у нас был секс, не значит, что между нами были отношения. Ты же сама это понимаешь, – теряться в догадках, что ей нужно, не хотелось, еще меньше хотелось ее слушать.
– Какой ты серьезный. А может по старой памяти «поговорим» как раньше, если ты считаешь, что мы никогда не говорили с тобой нормально.
– Вика, что тебе надо? Я не намерен играть в твои игры. Ты же не просто так тут стоишь и ждешь. Что тебе от меня надо? Или это игра у кого первого терпение лопнет?
– Да, что ты? Какие игры? Хотела предупредить, чтоб ты осторожнее был, а то мало ли… – хищно улыбнулась Виктория, в ход пошли угрозы и, самое страшное, что у нее было кому такое осуществить.
Он, конечно, тоже может кое-кого попросить о помощи, но как понять блефует или нет.
– Это все? – не потерять самообладание оказалось непросто, но ему это удалось.
– А тебе этого мало? Я за тебя беспокоюсь.
– Ты не беспокоишься, а угрожаешь. Если это все, то прошу исчезнуть с моих глаз, – и, не дожидаясь, пошел в студию.
Эта женщина не стоила внимания, а мерзнуть из-за нее тем более не имело смысла.
Когда он зашел в помещение, сразу донеся крик Дэна:
– Да не так! Что это?.. – судя по тишине, Денис демонстрировал «это», зрелище, наверное, было комичное, так как друг любил перевирать и преувеличивать незначительные погрешности.
– Дэн, да ладно тебе, это было очень хорошо, ну чуть потеряла равновесие, но, если не знать, получилось красиво и гармонично, – послышался голос Владимира, что вступился за Инну.
– Так, а ты молчи, тебе слово не давали! Даже если она жена твоего брата, нечего ее тут покрывать. Она накосячила и точка, а то спелись мне тут.
– О, вижу, у вас весело, – он заглянул в зал. Инна вся мокрая и уставшая стояла посреди зала и сверлила глазами друга, что удобно со стаканом кофе устроился у стенки вместе с братом.
– Вить, – Инна тут же оказалась рядом и обняла его.
– Ну, рыжик, я же холодный, а ты вся мокрая, – он потрепал любимую по голове.
– Ну и ладно,– она еще крепче прижалась к нему, – он меня обижает! – тут же пожаловалась девушка.
– Клевета! – крикнул в ответ Денис.
– Ох, ну что мне с вами делать? Ты что, помирить их не мог? – смеясь, спросил он у брата.
– Их разнимешь, как же. Еще мне достанется, – отозвался Инквизитор.
– Ладно, Инна, пойдем, я переоденусь, а ты можешь пока мне жаловаться. Идем.
– Угу, – издала звук невеста, прижимаясь лицом к его куртке.
* * *
Виктор приехал раньше. Это почему-то огорчило. Владимир покрутил в руках телефон и посмотрел на сообщения в скайпе. Три от Насти, одно от коллеги с вопросом, как добрался. Формальность и дежурные фразы в ответ. А вот сообщения Насти заставили нахмуриться. Он хорошо знал девушку и догадался, что Рыси сейчас нужна поддержка.
– Дэн, дай пароль от вайфая.
– Так я тебе его и сказал, – хмыкнул друг. – Дай телефон, – и, не дожидаясь реакции, великий ужасный хореограф отобрал у него телефон и быстро ввел пароль. – Держи.
– Спасибо.
Как только появился заветный значок вайфая, Владимир набрал Настю в скайпе. Телефон она чаще всего бросает где попало и не всегда берет, но, если в сети, на скайп отвечает всегда.
– Да? – голос у Рыси был необычно хриплый, нос хлюпал.
– Что случилось? Почему ты плачешь? – тут же спросил Инквизитор.
– С чего ты взял? Просто простыла, – явно соврала подруга.
– Малышева, не ври. Сейчас приеду, проверю. Ты дома?
В трубке была тишина, лишь потом девушка подала голос.
– Куда приедешь?
– К тебе, Малышева, не тупи. Ты дома?
– Да, но, Леонов, ты совсем спятил, как ты можешь ко мне приехать?
– На метро или такси, чтоб тебя. Все, жди, скоро буду.
[1] Больше нет смысла, лишь горящее пламя,
Когда благоразумие исчезает, все меняется…Paradise (What About Us) Within Temptation, Tarja Turunen
