Текст книги "По ту сторону мира (СИ)"

Автор книги: Евгения Савас

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 18 страниц)

25 глава

К кому еще я могла обратиться за помощью? Хотя существовала вероятность, что знаний Ассандра не хватит на то, чтобы помочь Фейрину. Он, как и я, еще учится, пусть и обогнал меня на несколько лет. Но в то же время жил в среде магов постоянно и возможно все же знал, что делать.

Ожидание было мучительным – я совершенно ничем не могла помочь Фейрину. Беспомощность убивала! Я положила влажную тряпку ему на лоб, попыталась согреть руки – бесполезная суета, я это прекрасно понимала. Постоянно испытывала приступы ярости на лекаря, хотя и понимала, что это бесполезно. Бездумно оглядываясь, я наткнулась взглядом на бумаги, разбросанные на столе. И меня озарило – возможно, там я найду ответ!

Я метнулась к столу и стала пересматривать записи. Много, очень много записей и все касающиеся заклятий, что улучшали память! И, похоже, Фейрин пытался одно из них переработать. Я и сама так делала, еще с самого начала обучения, время о времени находя незавершенные, по-моему мнению, формулы. Иногда получалось, иногда нет. Фейрин долго работал над этим и все же ошибся. Листок с последними записями я нашла на полу у стола.

Заклятье легкое, изначально имевшее целью, повлиять на процесс запоминания и совсем чуть-чуть, что-то вроде пакета информации ограниченного. Для меня более понятно было апеллировать понятием исчисляющим информацию "в обще" – мегабайт. В изначальной версии совсем мало – то есть десять – двадцать мегабайт за раз. Или – страница, полторы от силы текста. Чтобы им пользоваться для запоминания, нужно было каждый раз его обновлять, кому это нужно? Собственно все заклинания этого типа были такими – не слишком стойкими, громоздкими и с таким мизерным эффектом, что не стоило упоминаний. Пользоваться ими можно было для определенных целей, например... Представьте, что вам нужно запомнить схему дома, вот с помощью таких заклятий вы ее запомните раз и навсегда с легкостью и мгновенно. Но это слишком специфический способ использования, в обычной жизни не слишком полезный.

Фейрин пытался усилить эффект, расширить "пакет информации". Читая его выкладки, я увидела, что не так уж и безнадежна была его задумка, вполне могло получиться. Но печать на нем, по всей видимости, внесла свои коррективы. Не удивительно. Скорее всего те, кто накладывал ее и сами понимали, что ее попытаются или снять или обойти каким-то другим способом. И не так уж и много вариантов для "запечатанных" существовало. Возможно, предвидя эти попытки обмануть печать, были добавлены какие-то инструменты не только для пресечения действий, но и устрашения. Оставалось только надеяться, что Фейрину после этого прийти в себя удастся.

Я  пыталась понять насколько далеко он зашел, пересмотрела формулу и так и эдак, вычисляя, что добавлено, что изменено. И вдруг... мне показалось, что мое зрение прояснилось. Оно и до этого было нормальным, но это как смотреть через грязное и чистое стекло. Видишь все хорошо, но в сравнении одного с другим понимаешь сразу разницу.

И тут же до меня дошло – нужно спрятать все это и поскорее. Ассандру необязательно знать, чем Фейрин занимался. То, что задета печать, он и так поймет, ведь лекарю хватило всего беглого взгляда. А эти бумаги доказательство. Я не была в Ассандре настолько уверена. Может быть, он и не станет сдавать Фейрина властям, но оставлять инструмент воздействия на него в руках моего жениха все же не стоило. Мало ли что в будущем произойдет? Мы постоянно в состоянии "вооруженного до зубов нейтралитета" с ним находимся, и один раз с помощью Фейрина Ассандр на меня уже воздействовал.

Я успела все спрятать, как раз вовремя – хлопнула входная дверь. Ассандр пришел один. Встал на пороге даже не посмотрел на Фейрина, уставившись на меня мрачно.

– Ада рассказала?..

– Разумеется.

Умолять? Торговаться? Скандалить и требовать? Я пыталась вычислить по его лицу, что могу сделать и никак не находила ответа.

– Можешь помочь?

– Не знаю.

– Попытаться хотя бы можешь?

Коротко вздохнув, он все же прошел к кушетке. Было ощущение, что ему очень не хочется смотреть на Фейрина, но он пересилил себя, опасаясь лишний раз задеть, как к что-то очень грязное. Отбросил тряпку, подержал ладонь раскрытую надо лбом парня.

– Печать его душит. Как я и думал.

– Душит?!

– Не уверен, но скорее всего, даже если это остановить, он не будет уже таким, как раньше.

У меня ноги подкосились. Я осела на пол прямо там, где стояла. Мало ему было печати, сломанной жизни, сейчас эта дрянь превращала его мозг в фарш?! Меня еще и замутило.

Ко мне Ассандр подошел гораздо быстрее и охотней. Присел рядом, но я его опередила – сама вцепилась в него. Сжала плащ на груди, прижалась лбом к плечу, пытаясь преодолеть дурноту, и отдышатся. Просто мне нужна была в тот момент опора, кто-то живой.

– Помоги ему, пожалуйста, – выговорила я, наконец.

Его рука на моем плече сжалась.

– Ты понимаешь, о чем просишь?

– Спасти жизнь человека.

– Он сам виноват! – Ассандр оттолкнул меня и встал, глядя сверху вниз холодно.

– Это не так! Я же тебе говорила – эта печать... Он даже не знал, кто его отец! В чем его вина?

– Пусть так! Но он пытался избавиться от нее! Это нарушение закона!

– Закон это всего лишь слова! Он может ошибаться и Фейрин тому доказательство! Но он живой человек! Помоги ему!

Я не без труда поднялась. Дурнота усилилась, все тело покрылось липким потом, но это такие мелочи были по сравнению с тем, что сейчас происходило с Фейрином!

– Что мне сделать, чтобы ты согласился?

– Ты готова на все ради него? – холодно прищурился Ассандр.

– Я не могу смотреть спокойно, как он умирает и ничего не делать.

– Ладно, – он вдруг разозлился и шагнул вплотную ко мне. – Я сделаю. Хотя ничего не обещаю. Но ты кое-что сделаешь для меня.

– Что угодно.

– Ты сама это сказала.

– Ты уверен?

Ассандр не сказал, что собирается делать, но я быстро сама догадалась.

– Я не вижу другого выхода.

– Но...

– Что?! – излишне резко ответил и посмотрел на меня едва ли не яростно он. –  Ты же сама этого хотела! Уже передумала?

– Нет. Я просто... Для тебя это может быть слишком опасно. Объясни, что нужно сделать и я сама...

– Ты способна беспокоиться и обо мне тоже? Это достижение, которое стоит отметить!

Сарказма в его словах было с лихвой, но он меня не задел.

– Не нужно так, – всего лишь сказала. – Будь на его месте ты, я тоже сделала бы все возможное. И очень благодарна тебе за помощь. По какой бы причине ты это не делал. Правда, благодарна. Спасибо.

Он изучал меня пару секунд, прежде чем отвернуться, сжав губы в линию.

– Это только сделка. Не нужно меня благодарить.

– Даже если так, все равно стоит.

– Ты не сможешь сама ничего сделать, – сделал вид, что пропустил мимо ушей мои слова Ассандр. – Твоих знаний, а главное умений не хватит, и ты скорее навредишь ему, чем поможешь.

– Но чем-то я могу помочь?

– Можешь.

Магические действия это не всегда "волшебное слово", жест и энергетический посыл короткий. Иногда это целый ритуал, требующий множество действия и вливания магии постепенного, из многих составляющих состоящий. Чтобы добиться цели, приходится, рассчитать свои действия на несколько шагов вперед, чтобы нужный эффект наступил не сразу. И обезвредить все препятствия на пути к нему. Так и для Фейрина, чтобы снять с него печать, нужно было очень постараться. А именно это мы и собирались сделать. Потому что другого выхода не было. Отменить магию, что Фейрин применил к себе, уже не поможет ничем. Печать так и будет его душить. Остановить этот процесс, если он запущен тоже невозможно.

– Ты будешь использовать много магии, – наблюдая за подготовкой, я примерно уже понимала, что Ассандр будет делать. – Это заметят. А по следам могут узнать, что ты делал.

– С этим ты и будешь разбираться.

Магия уникальная, аура мага на ней всегда остается. Но дело в том, что если обычные, бытовые так сказать, заклятия это как вспышки в темноте, чуть длиннее или короче, могут быть серией, то сейчас Ассандр собирался зажечь прожектор. Ничего страшного, если бы ритуал не был запрещен. Его могут заметить и заинтересоваться. Но все можно спрятать. Работа и для меня нашлась. Не самая легкая. Мне придется маскировать его действия, отслеживать, чтобы даже крохи силы не просочились дальше комнаты, а потом тщательно затереть все остаточные явления. Чем внимательней я буду и кропотливей, тем лучше. Полностью убрать следы все равно не получится, но даже то, что останется можно преобразовать и придать вид чего-то другого. Только заранее нужно было продумать, чего именно.

Фейрин теперь лежал на полу, куда мы его перетащили. Мебель мешающую распихали к стенам, чтобы место освободить. Вокруг Фейрина Ассандр начертил линию, мне она неприятно напомнила те, что рисуют в моем мире вокруг трупов полицейские. Круги, звезды кабалистические – глупости все, просто эффектные изображения, придуманные людьми о магии ничего не знающих. Настоящие маги этого не использовали. Я вообще в первый раз видела, чтобы ограничитель по-настоящему рисовали. Мало того, Ассандр еще и несколько знаков вокруг Фейрина изобразил на полу. Я впервые их видела и даже не представляла, что такие ритуалы есть. Завершив со знаками, Ассандр еще одну линию нарисовал, включающую в себя всю "композицию" разом.

– Тебе нужно будет следить за этим контуром, – указал он мне на внешнюю линию.

– Хорошо.

Заклятье не сложное, я тут же повторила его за Ассандром слово в слово. И правильно назвала все энергетические точки и их последовательность.

– Уверена, что запомнила?

– Повторить еще раз?

– Не нужно, – все же сказал он.

– Объясни, что ты будешь делать.

– Тебе необязательно это знать, – неожиданно заявил он. – Просто следи за этим контуром. Если все правильно сделаем, и следов почти не останется.

Необязательно знать? Звучало зловеще. Но беспокоиться было уже поздно. Кто тушит свечу в доме, где уже полыхает пожар?

– Начнем.

26 глава

Я только кивнула, так как от волнения и беспокойства горло сжалось и пересохло. Пить захотелось ужасно, но отвлекаться уже времени не было. Ассандр встал в ногах Фейрина, а я напротив него. Сейчас для меня было самым важным не упустить момент. Когда Ассандр закончит свою часть и активирует процесс, он начнет фонить, как урановые отходы. Я должна была в строго определенный момент запереть этот «фон» так, чтобы наружу не просочилось ни капли.

Ассандр взглянул на меня и я кивнула, демонстрируя еще раз свою готовность. Он плавно развел руки в стороны и резко хлопнул, перед собой. Я едва не подпрыгнула на месте. И смутилась совсем не последовательно тут же. Нужно в руках себя держать и сосредоточится! Жизнь Фейрина на кону!

Знаки на полу – нет, не засветились. Они просто оторвались от пола и зависли в воздухе. Я чувствовала, как давление в комнате возрастает, словно воздух плотнее становится. И еще одно странное ощущение – будто я и Ассандр магниты. Совсем чуть-чуть я наклонилась вперед, следя за ним, и всем телом почувствовала, как меня мягко толкает что-то в обратном направлении.

Тишина в комнате стояла – у меня даже в ушах зазвенело. И жажда опять напомнила о себе. Но я даже лишний раз моргнуть боялась, чтобы не упустить момент.

Зависшие в воздухе знаки, будто рябью подернулись и стали рассыпаться один за другим, превращаясь на секунду в облачка пыли. Еще три вспышки и я опустилась на колено и прикоснулась пальцами к линии. Вот она засветилась – вся и сразу сиренным светом полыхая, но не ослепляя. Мне показалось даже, что вокруг Фейрина неоновая трубка  появилась. Это свечение будто всасывало в себя весь остальной свет – в комнате заметно темнее стало разом.

Заклятье, что я активировала, оказалось тяжелым, и в прямом смысле слова тоже. Высасывало из меня силы и быстро. Тело сковало, будто обычной физической тяжестью налилось – будто я долго занималась чем-то утомительным. Ничего подобного я еще не делала и не испытывала на себе раньше. Воздух стал настолько сухим, что даже через маску я почувствовала это. В носу защипало, а жажда  уже огнем полыхала в глотке. И еще было ощущение зуда под кожей. Будто через меня ток шел, едва заметно, но неприятно.

Внешне, с Фейрином совершенно ничего не происходило. Я запоздало сообразила, что нужно было специальное зрение активировать, но было уже поздно.

Я забеспокоилась, потому что заклинание, что я поддерживала, высасывало меня. Запас у меня не маленький, но все же не бесконечный. Мне казалось, что процесс даже ускоряется постепенно. И что будет когда меня досуха исчерпает?! Даже полусидя, мне было уже сложно удерживать дрожь от перенапряжения. Я так надавила на пальцы, упирающиеся в линию, что они сначала заболели, а потом и вовсе занемели.

– Все. Можешь остановиться, – услышала я.

Не сдержав вздоха облегчения, я плюхнулась на попу. На висках и лоб покрылись потом, все тело жаром полыхало, как будто я пробежалась хорошенько только что. Руки слегка дрожали, но я все же поднесла их к вискам и активировала зрение магическое.

Линия, что я поддерживала, сияла точно так же. Фейрин весь, с ног до головы был окутан красными линиями, как паутиной спеленатый. А посередине его лба зияла натуральная уродливая дыра с кулак величиной!

– Что это?!

– А ты думала, что никаких следов не останется? – несмотря на холодный тон, Ассандр загородил от меня Фейрина и протянул руку, чтобы помочь подняться. – Дыра скоро затянется. Но нужно подумать, как это скрыть.

– Скрыть?

Смотреть на дыру в голове Фейрина мне не хотелось в любом случае, и я развеяла заклятье.

– Иногда ты поражаешь меня своей наивностью.

– Останется след? На ауре?

– Следа не останется. Это же не физическое тело. Не в этом проблема.

– А в чем? Он не очнется? Повреждения слишком большие?! – я поймала Ассандра за рукав, заставляя повернуться к себе, чтобы я могла по его лицу прочитать ответ, если он попытается мне солгать.

– Я не знаю! – разозлился Ассандр, дернув плечом, чтобы сбросить мою руку. – Я снял печать. Дальше все зависит от него.

– Но что-то еще есть?

– Ты так переживаешь за него, что совсем соображать перестала?

– Я не понимаю, – не стала скрывать я и реагировать на его резкий тон. – Объясни.

– Объясни ты мне, куда ты его теперь спрячешь?

– Спрячу?

– Все еще не понимаешь? – указал на распростертое на полу тело Фейрина он. – Благодаря тебе, его многие знают и исчезновение печати, по-твоему, останется незамеченным?

Я застыла, не зная, что на это ответить. Но Ассандр был прав... Он так прав был, что я почувствовала себя дурой полной. Как я не подумала об этом сразу?! Но в то же время... А что бы изменилось от того, что подумала бы? Нужно было дать Фейрину умереть?! Просто теперь, надо быстро сообразить, куда его спрятать. Да, в столице его многие знают, но не по всей стране и не весь мир. Капита всего лишь один из множества городов. И в свете того, о чем я думала в последнее время, возможно и выход который я искала. Отослать Фейрина куда-нибудь подальше, и никто больше не будет связывать его со мной.

– Главное чтобы он выжил, – больше для себя, чем для Ассандра сказала я.

– Ты невозможна!

Ассандр так резко развернулся и прошел мимо меня, что задел плечом и не слабо. Я пошатнулась, но не стала ничего ему говорить. Да и поздно было, напоследок хлопнув дверью, он ушел.

 Я огляделась. На полу остались только два контура, но их нужно стереть, как можно скорее. Как-то поднять Фейрина и перетащить в спальню. Навести порядок в кабинете, чтобы все выглядело как обычно. Мелочи, но важные.

– Госпожа?

Аде я обрадовалась, наверное, впервые за всю историю нашего знакомства. Ей я могла доверять в данной ситуации, пусть не мне, но Ассандру она предана.

– Где Кратер?

– Здесь, – высунулся из-за ее плеча мой возница.

– Помогите мне.

Мы перетащили Фейрина в спальню. Не знаю, почему, но мне он показался слишком тяжелым. Все же три взрослых человека, но нам пришлось его тащить по полу, большую часть пути, по – другому переместить его совершенно не получалось. Какое счастье, что его жилище было не слишком большим! И еще то, что рана его была не физического свойства. Может быть, из-за нее он был слишком расслабленным? Руки, ноги, голова болталась в разные стороны совершенно безвольно, будто без костей совсем.

Кратер вызвался раздеть Фейрина и устроить в кровати. Мы с Адой вернулись в кабинет и стали наводить там порядок. Мне даже объяснять ничего не пришлось, она сама взялась деловито за наведение порядка. Я подтерла следы с пола, еще раз проверив, нет ли остаточной магии. Но все было на удивление чисто, едва ли не стерильно. Если бы сейчас кто-то проверил бы эту комнату, эта чистота вызвала бы подозрения. Но к следующему утру, эта дыра тоже исчезнет, как свежая яма заполниться водой. Вкруг нас слишком много магии, и фон выровняется быстро.

Мы закончили с уборкой, когда вернулся Кратер. Я пошла проверить, все ли в порядке. Фейрин выглядел просто спящим. Совсем другое лицо, никаких подергиваний глаз, гримас боли. Теперь он был похож на самого себя, легкая бледность только выдавала его состояние. Мне пришлось собраться с силами, прежде чем взглянуть на него "другим" зрением. Кому приятно смотреть на открытую свежую рану, да еще и на близком человеке? Паутина красная с него почти исчезла, а вот рана выглядела все так же пугающе отвратительно.

– Я присмотрю за ним до утра, – оказывается, Ада пошла за мной.

– Спасибо.

До своей спальни я брела, кажется, час, если не больше. Сил не было совершенно, на мне будто мешки возили с камнями. Я была выжата и физически и морально. А как только дошла до спальни и закрыла за собой дверь, почувствовала такой прилив горечи, что едва успела добежать до туалета и сдернуть маску. Меня вывернуло так, что казалось, кишки узлами завяжутся.

Я не могла никак прийти в себя и побороть слабость после. Даже попа отмерзла, так долго я сидела на полу кафельном. Кое-как поднялась, увидела в зеркале свое бледное до зелени лицо и поморщилась. После того как стошнило, все же чуть легче стало. Я даже смогла душ принять. Терпеть липкий пот на коже было выше моих сил.

До кровати я еле дошла, вырубившись, кажется, еще до того, как закончилось мое падение на нее.

Проснулась я уже глубокой ночью от того, что задыхалась. В груди знакомо пекло. Дотронувшись до лица, я поняла, что забыла одеть маску. Сходила в ванну и не сразу нашла ее. Забыла, что отбросила ее на пол в туалете. Грязи можно было не бояться, я сразу одела ее. Через пару минут, и жжение прошло на убыль, и дыхание выровнялось.

Я вернулась в кровать. Улеглась и, глядя в потолок над собой, раздумывала. В прошлый раз, когда Фейрин был ранен, и тоже забыла о маске, я дольше без нее продержалась. А в этот раз получается, что всего несколько часов понадобилось, чтобы я начала задыхаться. Значит, я не ошиблась. Мой аллерген не только действовал на меня, но еще более агрессивным стал.

27 глава

Прошло два дня, а Фейрин все не приходил в себя. Его ужасающая рана затягивалась, став меньше вдвое по крайне мере. Только этим я и утешалась. Все остальное было плохо. Он не просыпался, не ел и не пил. Силой вливать в него пищу не получалось и было опасно. Капельниц в этом мире не существовало. А организм Фейрина, нуждаясь в питании, сжигал сам себя. Но это не могло длиться вечно. Я не верила, что не существует способа поддерживать человека в таком состоянии, но к лекарям обратиться просто не могла. Замкнутый круг. Раньше они его отказывались лечить из-за печати, теперь же их нельзя было к Фейрину подпускать из-за ее отсутствия.

Мы перенесли его в мой дом. Ада на этот ничего не сказала, даже помогла и присматривала за Фейрином, когда меня не было. Остальную прислугу мы решили к нему не подпускать. Я бегала по книжным лавкам, скупая все подряд книги по медицине, но безуспешно. Просматривала их уже сидя возле кровати Фейрина. Слишком специфическая информация, требующая углубленного знания предмета. Тыкать наобум – скорее повредишь, если не усугубишь состояние.

К концу третьего дня, я уже настолько отчаялась, что готова была снова бежать за помощью к Ассандру. Просить его снова я очень не хотела, но смотреть на Фейрина спокойно не могла. Он сгорал на глазах, заметно похудев и осунувшись. Мы обтирали его губкой пропитанной водой, но этой жидкости было явно недостаточно. К тому же и пища ему требовалась – не втирать же и ее через кожу!

Бежать, и падать на колени, не понадобилось. Ада сама съездила к Ассандру, мне ничего не сказав. Он не приехал с ней, но передал через нее необходимые заклятья и инструкции, что делать нужно. По словам Ады, он ждал этой просьбы. Дома его не было, но слуга передал ей оставленный для меня пакет. Я тут же их опробовала. Видимого результата пока не было видно, оставалось только ждать.

Собиралась просидеть всю ночь с Фейрином, но Ада меня выгнала. Признаться честно, я не совсем хорошо себя чувствовала эти дни. Может быть, из-за того, что забыла про маску, надышалась вредным для меня воздухом слишком долго, и все никак не могла до конца восстановиться. Ничего особенного, просто быстро уставала, и головокружения иногда накатывали. А после того, как "подзарядила" Фейрина, едва не потеряла сознание.

Утром, я первым делом прибежала в комнату Фейрина. Ада неодобрительно поджала губы, но я только вызывающе затянула пояс халата, что поверх ночной рубашки накинуть не забыла. Пусть будет довольна и этим. В свете утра Фейрин выглядел лучше. Или мне очень хотелось в это верить, но тени темные под глазами немного просветлели, а бледность не казалась такой мертвенной уже. Активировав магическое зрение, я не сразу решилась открыть глаза.

Раны на лбу Фейрина не было больше. Еще вечером, она была размером с грецкий орех, а сегодня исчезла совершенно! По моему лицу и вздоху облегчения, Ада догадалась, что все неплохо. Я даже улыбнулась ей. Нам оставалось только ждать, когда же Фейрин проснется.

Но прошла еще неделя, а он все не приходил в себя. С ежедневной магической подпиткой, он выглядел теперь похудевшим, но вполне здоровым. Что еще сделать я не знала. Ада еще раз съездила к Ассандру, но на этот раз безрезультатно. Я сама хотела к нему ехать, надеясь все же выпросить, вымолить или каким угодно другим способом помощи от него добиться, но он сам явился. Посмотрел на Фейрина, что-то проверил, но это все.

– Скажи, что-нибудь, – не выдержала я.

– Ты хорошо постаралась. Но больше ничего сделать нельзя.

– Что это значит?

– Только он сам может выйти из этого состояния. Но возможно, этого никогда не произойдет.

– То есть...

– Если ты прекратишь поддерживать его жизнь, он просто тихо уйдет. Возможно так даже лучше будет.

– Не хочу это слушать.

Я не только сказала это, еще и закрыла уши руками. А потом и вовсе выбежала из комнаты. Ассандр догнал меня быстро и, поймав, развернул к себе, силком отняв руки от головы.

– Ассанна! Я не желаю ему смерти, пойми это! Пусть мы с ним терпеть друг друга не можем, это неважно сейчас. Сделать тут больше ничего нельзя! Никто не сможет! Ты можешь привести сюда толпу лучших лекарей, и они скажут тебе то же самое. Иногда лучше просто отпустить!

– Нет.

– Ты упрямишься, я это тоже понимаю. Он твой друг. Но подумай о том, что возможно, не давая ему умереть, ты тем самым просто продлеваешь его мучения.

– Я не упрямлюсь! Пока есть надежда, нельзя останавливаться!

– Ты не понимаешь...

– Это ты не понимаешь! – не выдержав, заорала я на него. – Я тоже была безнадежна! Никто не мог меня вылечить и все же я здесь!

Я вырвалась и убежала в свою спальню. Не сразу поняла, почему перед глазами пелена стоит. Утерев слезы, разозлилась только еще больше. Зачем я ему это сказала?! Но тут же застыла, забыв обо всем. Вот оно! Выход! Как я раньше не подумала! Был тот, кто мог мне помочь! Только нужно как-то доставить туда Фейрина!

– Госпожа, вы уверены? – Ада спросила это уже раз в пятый, наверное.

– Нет, – мой ответ также оставался неизменным. – Но другого плана у меня тоже нет.

Кратер молчал, глядя на нас испуганными глазами, но все же помогал, молча таская все, что я просила. Моя история, про знахарок, что когда-то мне помогли, пусть и была "шита белыми нитками", но вопросов у них не возникло.

Во дворе стояла запряженная в повозку Вертихвостка. Уложить Фейрина в ящик под сидением, тот еще квест оказался, но все же мы справились. Кратер выломал заднюю стенку ящика, немного расширив его, таким образом, до тента, что закрывал повозку сзади и сверху. Со стороны этого заметно не было. Обложив Фейрина подушками и одеялами со всех сторон, лучше мы ничего сделать не смогли. Сверху на сидение поставили несколько ящиков. Просто с едой для меня и водой, и несколькими вещами и корм для ящерки. Вес небольшой, но экономия времени для меня – есть я могла и на ходу, и заодно маскировка для Фейрина внутри укрытого, если кому-то взбредет в голову досматривать мой экипаж. Не то, что я сильно этого опасалась, но все же истинная цель этой поездки должна была тайной остаться, насколько возможно.

Наконец, все что могли, мы уложили, закрепили и пора было отправляться в путь. Кратер вызвался проводить меня до первого портала. Я не стала его отговаривать. Ада молча смотрела со ступеней крыльца, как мы отъехали.

Мне предстояло проделать путь, что занял у меня в прошлый раз полгода, за два дня. Карта порталов, что я не так давно составила, была со мной, но я и так прекрасно помнила, куда мне нужно ехать. Больше всего времени занимали перегоны между порталами. Но тут уже все зависело от Вертихвостки и меня. Я планировала, не останавливаться, пока не доберусь до места. Еще была возможна задержка возле двух порталов. Я не могла точно сказать, когда до них доберусь, а работали они не стабильно. Пришлось подстроить путь под эти две точки. Пол континента за два дня – почему бы и нет?

Первый портал находился недалеко от имения Ассандра, в котором мы были совсем недавно. Ночью пейзаж не так карябал меня своей чужеродностью, растеряв непривычные краски.  Да и смотреть на него мне было некогда. Ущербная луна давала достаточно света, чтобы хорошо видеть дорогу. И Кратер ехал передо мной, указывая путь. Я поздно вспомнила, что он ни видит свечения портала. Но, оказалось, что куда ехать он и без этого прекрасно знал. Мы притормозили одновременно. Кратер развернул повозку, площадка возле портала была вывожена камнем, и места для маневра было предостаточно. Остановившись ко мне бок о бок, он жалобно попросил:

– Может, я все-таки с вами поеду?

– Не нужно. Ты и так слишком погряз во всей этой истории. Я справлюсь. Не переживай.

Больше тратить время на разговоры я не стала и  дернула поводьями, направляя свою повозку в голубоватое свечение. Уверенности хотя бы на половину той, что я демонстрировала, было бы хорошо иметь. Но я и правда больше не знала, что еще можно сделать для Фейрина.

Из портала я выехала на равнину освещенную закатом. Теперь так и будет, я должна была двигаться, опережая солнце. Гонка началась.