444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » Евгения Потапова » Женатанкистка (СИ) » Текст книги (страница 16)
Женатанкистка (СИ)
  • Текст добавлен: 2 ноября 2026, 17:31

Текст книги "Женатанкистка (СИ)"


Автор книги: Евгения Потапова



сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 19 страниц)

Глава 47 Клад

Наталья после отъезда бабушки не захотела оставаться в квартире брата, собрала все свои вещи и съехала в коммуналку. Соседа не было, и вся квартира находилась в ее распоряжении. Непривычно было находиться одной, но тишина ее нисколько не напрягала. Бабулькины вещи Ната отправила транспортной компанией. Ее комнату закрыла и пока туда не заходила.

Спала она на старенькой тахте, оставшейся от предыдущей хозяйки. Во второй комнате стояла большая деревянная добротная кровать. Наталья выкинула все чужие матрасы и одеяла. Обработала мебель всякими антисептическими и антибактериальными средствами. Однако не могла себя пересилить и даже сесть на кровать, не то чтобы спать на ней.

Выкинуть кровать ей было жалко, но и спать на ней она не могла. Ей периодически мерещилось, что это место какое-то мрачное, неуютное, словно гроб какой-то. Женщина решила, что не стоит ей больше мучаться, лучше продать этот предмет старины и купить себе нормальную современную кровать или хороший диван. Хоть и ремонта пока нет в комнатах, и долг висит за недвижимость.

Наташа дала объявление на одном известном сайте. Через полтора часа ей позвонили и попросили придержать мебель. Через два часа в ее квартире стоял толстый дядечка и разглядывал кровать.

– Хорошая вещь, – цокал он языком, – Добротная, ни жучков никаких, ни поломок. Тяжелая, – он попытался ее приподнять.

Ната боялась дышать, чтобы не спугнуть покупателя.

– Беру, – сказал мужчина.

Он положил на стол деньги и оглядел всю комнату.

– Больше ничего не хотите продать? – поинтересовался он, – Мне вот комодик ваш нравится и сервант, да и шифоньер ничего так.

Мужчина бесцеремонно заглянул в шифоньер.

– Мне это все тоже нравится, – улыбнулась Ната, сгребая деньги со стола.

Он прикрыл дверцу и вздохнул.

– Если надумаете, то звоните, – сказал он.

– Скажите, зачем вам старая кровать? – спросила женщина.

– Во-первых, она не старая, а старинная. Во-вторых, вы ее дешево продаете, а она в отличном состоянии. В-третьих, я привожу такие вещи в божеский вид и продаю их по очень хорошей цене. Если захотите что-то продать из своего интерьера, то я с удовольствием куплю, – ответил мужчина и снова обвел комнату оценивающим взглядом.

Он ушел, а через пятнадцать минут в квартире появились грузчики, которые попытались поднять кровать, но у них ничего не получилось.

– Прибита она, что ли? – почесал затылок один парень, – С места не сдвинешь эту бандурину.

Они ее толкали и так, и этак. Залезли под кровать, чтобы посмотреть, прибита ли она или нет.

– Может, ее разобрать? – робко предложила Ната.

– Толстопуз нас убьет, если мы такое попытаемся проделать, – покачал головой грузчик.

– Может, там дно снимается, – сказала она.

Наталья подошла к кровати и стала изучать ее строение. Увидела, что одна из дощечек неплотно прилегает, подцепила ее пальцем и потянула вверх. Когда доску убрали, то обнаружили в кровати небольшой тайник. Ната стала доставать из него все, что там лежало. Мужчины с любопытством наблюдали, что вынимала женщина, это были какие-то тряпичные свертки со странными сургучными печатями.

Она развернула один из них, там оказалась какая-то странная книга.

– Фигня какая-то, – сказал один из грузчиков, – Я думал, там золото или серебро, а так книжонка. Кому теперь эти книги нужны? – фыркнул он.

– Наверно, какая-то запрещенка, – ответил тот, что постарше, – Чего там в советское время читать запрещали? Солженицына, кажись. Вот и прятали в кровать, чтобы кгбэшники не нашли. По ночам читали и слушали пластинки с джазом. Я про такое кино смотрел, – он почесал в затылке.

Когда вытащили все свертки, то кровать стала легче, и ее смогли вынести из квартиры. Ната быстро убрала находку в комнату соседки, забрав оттуда несколько томов Ленина и Карла Маркса. Как она и предполагала, через пять минут в ее хоромах появился тот самый покупатель.

– Где они? – спросил он, запыхавшись.

– Кто они? – сделав вид, что ничего не понимает, спросила Ната.

– Книги, мои книги. Я купил кровать, а в них были книги, – он таращил на нее глаза.

– Вон на столе лежат, – рассмеялась Наташа, – Хотите, забирайте. Кстати, я вам продала только кровать, а не то, что в ней лежало. Если бы я вам ее показывала с покрывалом, то вы бы не стали его требовать. Верно?

Он кинулся к столу. На отрезе ткани лежали томики известных личностей. Он схватил один и пролистал его быстро, потом другой, потряс ими. Разочарованно посмотрел на Наташу, та просто пожала плечами.

– Зачем надо было прятать это в кровать? – спросил он.

– Не знаю, может, чтобы тяжелей была и не двигалась при определенных действиях, – ответила она, слегка улыбнувшись, – А может, выкинуть рука не поднималась, а тут они лежали и места лишнего не занимали.

– Наверно, – мужчина вздохнул разочарованно.

– Забирать будете? – спросила она.

– Нет, нафиг они нужны, – махнул он рукой, – Себе оставьте, может, пригодятся в качестве груза при засолке капусты, или вон, печку растопить.

Она кивнула и проводила его до двери.

– Атмосферная квартирка, – усмехнулся он, оглядываясь, – Всего вам доброго.

– И вам, – кивнула Ната.

Она закрыла за покупателем дверь и устремилась в бабушкину комнату. Там она спрятала найденный клад. Стала рассматривать книгу, которую первой вытащили из тряпицы. Черная обложка была изготовлена, кажется, из кожи, уголки металлические, может даже из бронзы или серебра, страницы пожелтевшие.

Она едва ее касалась и боялась дышать, чтобы книга не рассыпалась под ее руками. Написано было от руки на непонятном языке, странные символы, непонятные какие-то чертежи, а где-то даже страшные картинки. Ей стало не по себе, и Ната закрыла аккуратно книгу.

Завернула в ту же тряпицу, в которой ее нашли. Сургучная печать осталась целой, неповрежденной. Ната кое-как пристроила ее на место, почему-то ей казалось, что это очень важно. Остальные свертки не стала разворачивать, решив, что там такие же книги на неизвестном языке и в такой «упаковке» они будут стоить дороже.

Наталья убрала их в бабушкин книжный шкаф. Последний сверток разорвался, по всей видимости, от времени, и оттуда выскользнула икона. Она упала на застеленный ковром пол, что и спасло ее от повреждений. Ната подобрала ее с пола и развернула к себе лицом. Из потемневшего от времени оклада на нее смотрел какой-то мужчина. Лицо его не выражало умиротворения, как у большинства святых, а было каким-то хитрым и можно даже сказать, что злым.

По Наташиному телу побежали мурашки, ее обдало холодом.

– Неприятный какой-то тип, – пробормотала она, – И у кого хватило ума хранить такие вещи в кровати. Поэтому-то она мне и не нравилась.

Она завернула икону в газетку и сверху обмотала истлевшей тряпицей с сургучной печатью. Положила ее туда же в книжный шкаф к остальным книгам и закрыла его на замок. Ключ забрала с собой в комнату. Надо было решить, куда все это пристроить, держать в своем доме такое у нее не было желания.

Глава 48 Кто-то ходит

Наталью завалили работой. В агентстве требовалось срочно доделать макет, также ей один товарищ предложил нарисовать для одной игры симпатичное существо. Парень увидел ее портфолио, и ему понравилось, как Ната рисует. Несмотря на то, что у нее в этой области не было опыта, он решил с ней сотрудничать.

Наташа была на седьмом небе от счастья. Ей очень хотелось уволиться из агентства, но долг за комнату не давал этого сделать. Практически каждый день приходилось стримить. Однако донаты были уже не такими большими, как в первое время. Хотя многим подписчикам нравилось, что Ната ведет «репортажи» из разных уголков квартиры. Особенно все в восторге были от зашарпанной коммунальной кухни и ванной комнаты.

В течение недели она не могла найти время, чтобы выбраться из дома и отнести находки в антикварный магазин. У нее был знакомый антиквар. Они хоть и не дружили, но иногда общались. Когда-то давно Наталья помогла ему оформить магазинчик, придумала дизайн вывески и визиток. Когда она находилась рядом с лавкой, то обязательно заскакивала туда, навестить старого знакомого. Даже пару раз купила у него какие-то симпатичные статуэтки и парочку винтажных подсвечников.

По ночам кто-то скребся в соседней комнате, что жутко раздражало Наталью. Она вспомнила про мышь, о которой говорила бабушка. Вероятнее всего, ей стало нечего есть на кухне, и она перебралась в комнаты. Через пару ночей ей стало казаться, что кто-то охает за стенкой и стонет. Ната злилась на соседей, решив, что те устраивают разные недетские игрища.

Мишка в эту неделю к ней редко заглядывал. Его родители затеяли очередной ремонт или строительство чего-то грандиозного, и припахали на это время сына. Хотя Наталье казалось, что это происки будущей свекрови, но вот только она не могла понять, зачем это ей. Вроде они хотели, чтобы Миша нашел себе приличную женщину, или, может, они считали, что она не такая уж и приличная. Ната позвонила маме, чтобы это выяснить.

Та выслушала дочь и рассмеялась.

– Наташка, да это не мама Мишина виновата в том, что он у них торчит целыми. Это папина затея. Он говорит, что вот сын женится и перестанет им помогать. Кинулся все отложенные задумки выполнять. Мать его ругает, дескать, Миху с такой загрузкой мы вообще никогда не женим.

– Молодец папаня, а я уже всякую фигню думать начала, – вздохнула с облегчением Ната.

– Как новая квартира со старыми дырками? Сосед еще не появился на горизонте? Узнает, что бабанька съехала, и заломит цену за комнату, – поинтересовалась мама.

– Мышь какая-то наглая завелась, да соседи прелюбодействуют каждую ночь, спать мешают.

– А тебе тоже хочется, – хихикнула мама. – Какие соседи?

– Мне кажется, сверху.

– Ната, у тебя сверху крыша, – удивленно сказала мама.

– Точно, значит, снизу звуки идут, – поморщилась Наталья, соображая, как такое может быть.

Наталья похвасталась своими успехами, мама ее похвалила. Обменялись всякими разными новостями, обсудили все, что можно, и все, что нельзя. Порадовались, что все живы и здоровы.

Ночью Ната проснулась от того, что кто-то босыми ногами шлепает по коридору. По ее телу побежали мурашки, а волосы поднялись от ужаса. Потом она вспомнила, что в коммуналке есть еще один сосед. Может, это его принесло посреди ночи. Некто в коридоре потоптался перед ее дверью и пошлепал дальше по коридору. Заскрипела дверь в туалете, зашумела там вода. Наталья удивилась такой слышимости.

Некто вернулся назад и снова топтался около ее комнаты. Ната хотела встать с дивана и посмотреть, кто там, но страх сковал ее тело. Даже если это сосед, то не стоит знакомиться с ним ночью, решила она. Некто потоптался еще немного в коридоре и ушлепал в соседнюю комнату. Волосы на голове у женщины зашевелились, это была та самая комната, из которой уехала старушка в Болгарию.

Наталья нащупала телефон и попыталась позвонить Михаилу, но сеть почему-то не ловила. Тогда она ему написала сообщение, как увидит, так и перезвонит. Она немного поворочалась и провалилась в тяжелый и липкий сон. Ей снился тот мужчина с иконы, он скалился и грозил ей пальцем. Наталье хотелось сбежать от этого жуткого типа, но он ходил за ней следом.

Нату разбудил звонок телефона в седьмом часу утра. Звонил Мишка.

– Наташа, что у тебя случилось? Я ничего не понял из твоего сообщения. Кто у тебя ходит по коридору?

– Я не знаю. Сегодня ночью кто-то шлепал босыми ногами, стоял около моей двери, а потом зашел в комнату к бабушке, – затараторила она шепотом.

– Так там же никто не живет, и ты ее закрыла.

– Да.

– А ты на ночь дверь в квартиру закрывала? – спросил Михаил.

– Миша, я три дня из дома не выхожу. Продукты у меня еще есть, а работы полно. Мне страшно, мне жутко страшно. Я даже не знаю, как сейчас выйти из комнаты, чтобы в туалет сходить и умыться. Положим, умоюсь я здесь, но вот все остальное. Горшка у меня здесь нет. Вдруг ночью кто-то проник в квартиру и караулит меня с монтировкой в коридоре, – паниковала Ната.

– Я сейчас к тебе приеду, не паникуй. Ключи от квартиры мне на веревочке спустишь, – сказал он. – Жди, через сорок минут буду у тебя.

Он сбросил звонок, а Ната лежала в кровати и прислушивалась к звукам в квартире. Было тихо, только птички шумели за окном. Она стала слушать пение птиц и шум ветра, и задремала. Проснулась от Мишкиного звонка. Ната привязала к нитке ключи и спустила их аккуратно с балкона прямо ему в руки. «Я постучу к тебе в комнату три раза» – написал он сообщение.

Через пару минут в комнату к Нате постучали. Она не считала количество стуков, сразу кинулась к двери.

– Кто там? – спросила она тихо.

За дверью кто-то закряхтел и закашлялся. Ната похолодела. В коридоре щелкнул замок входной двери. Она услышала знакомые тяжелые шаги. Постучали три раза.

– Кто там? – спросила Ната.

– Это я, Мишка.

Наталья кинулась открывать замок. За порогом стоял взъерошенный и небритый Михаил. Она бросилась к нему на шею.

Глава 49 Совсем не страшно

Михаил коротко поцеловал Нату, выслушал ее сбивчивый рассказ. Он развернулся и вышел из комнаты.

– Наташа, возьми ключи от соседкиной комнаты, – сказал мужчина.

Наталья захватила с собой связку ключей и швабру на всякий пожарный случай и пошлепала за своим другом. Миша прошелся по квартире, заглянул в ванную, в кухню и в туалет. Убедился, что действительно кто-то посещал уборную, кружок был поднят, а в углу валялась использованная туалетная бумага. Забрал у Наты ключи и открыл бабулькину комнату. За столом сидел какой-то мелкий плюгавенький мужичок в майке-алкоголичке и вытянутых трениках и пил чай из Наташиной кружки.

– Утро доброе, – поприветствовал он их, – Хотите чаю? Я вот пряничков на кухне позаимствовал.

– Здрасьте, – ответил Миша, – Дядя, ты кто и чего тут делаешь?

Мужчина подскочил к Михаилу и протянул руку.

– Ой, простите, не представился, Герман Алексеевич Прокофьев. Приехал в гости к тетушке Маше.

Наталья сразу вспомнила, как бабулька говорила, что у нее близких родственников нет, дети племянницы давно покинули город и даже, кажется, страну.

– Так у бабушки Маши нет родственников в городе, – пискнула Ната, соображая, что же ей дальше делать.

– Так я и не родственник. Мой отец когда-то с ней работал вместе. Я у нее несколько раз останавливался, когда в ваш город приезжал. Вы угощайтесь пряничками, вкусные, правда, не очень свежие, – ответил он, улыбаясь.

Наташа аж задохнулась от такой наглости, ей же предлагают ее пряники, да еще их и критикуют, да еще их и сперли не спросивши.

– Бабушка Маша здесь больше не живет, – хмуро ответил Михаил.

– Ой, как жалко, ну царствие ей небесное, земля пусть ей будет пухом, – запричитал мужчинка.

Он бойко подскочил со своего места и направился к книжному шкафу.

– Я возьму парочку вещей на память о старушке.

– Сидеть, – рявкнул Миша.

Дяденька сел на попу там же, где и стоял, то есть завалился на пол.

– Что же вы меня так пугаете, – схватился Герман Алексеевич за правую грудь, – Так и до инфаркта недалеко довести.

Он пополз на четвереньках к дивану и кое-как на него взгромоздился.

– Кому же наследство досталось? – спросил он, – Она ведь обещала меня в завещание вписать. Если не вписала, так я на нее и не в обиде. Хорошим, душевным человеком она была. Хотелось бы что-нибудь о ней на память взять.

– Во-первых, баба Маша еще жива, и долгих ей годков здравия. А во-вторых, как вы сюда попали, любезный? – спросил Михаил.

– Так она мне в прошлый раз сама ключики дала, сказала, что я могу в любое время суток и без звонка приехать, – залебезил Герман.

Глазки у него бегали туда-сюда. Он не переставал теребить уголок покрывала на диване.

– Значит, жива? Это хорошо. В дом престарелых переехала? – поинтересовался он.

– Вам-то какая разница, куда она переехала? – спросила строго Наталья.

Она еще не успела переодеться, так и стояла в пижаме с кроликами и в пушистых тапках.

– Ну как же, я бы ее навестил, гостинца привез бы, вон еще прянички остались. Бабушки любят пряники, – продолжал юлить мужичок, – Комнатка-то ее, смотрю, совсем не изменилась, поживу в ней, пока хозяйка не представится или не вернется.

Наталья от такой наглости стала хлопать ртом, силясь хоть что-то ему сказать.

– Я ночью сегодня приехал, устал сильно. Вы можете из комнаты выйти, отдохнуть хочу, выспаться, – продолжал он говорить елейным голосом.

– А чего вам утром не спалось? – поинтересовалась Ната, – Чего это вы ко мне в комнату ломились?

– Не ломился, просто хотел у вас заварки спросить, я до этого нашел коробку на кухне с какой-то соломой, – он кивнул в сторону жестяной коробки с молочным улуном.

– Твою же мать, – буркнула Ната и схватила дорогой чай со стола.

– Не стоит так переживать, он все равно не вкусный и воняет как-то странно прокисшими сливками. Не должен так чай пахнуть.

Миша смотрел на незваного гостя исподлобья.

– Вот что, товарищ, собираем свои манатки и двигаем на выход. Ключи на стол кладем и валим из квартиры на все четыре стороны.

– С чего это? Не пойду я никуда, гостиница денег стоит. Я в гости приехал, – возмутился Герман, – И не надо мне тут угрожать, я законы знаю.

– Какие законы? Незаконное проникновение в чужое жилище с целью завладения чужим имуществом? – Мишка прищурился, – Наташа, сколько он украл у тебя денег?

– Ничего я ни у кого не крал, – возмутился гражданин, – А без суда вы меня не можете вытряхнуть из жилища, мне пойти некуда.

– Могу, и сейчас это сделаю, – навис над ним Миша.

– Это что за беспредел, это вообще не ваша комната, – заверещал дядечка.

– Это моя комната, – мрачно сказала Ната, – Это мои пряники, это мой чай, и это мой диван, на котором сидит ваше седалище. А ну брысь из моей квартиры. Я из-за тебя сегодня ночью чуть не поседела, шлепает он по коридору босыми лапами, унитазом бессовестно моим пользуется, – разошлась женщина.

– Не кричите на меня, женщина, иначе я полицию вызову.

– Я и есть полиция, – мрачно сказал Миша, – И сейчас мы поедем с тобой в кутузку, оформлять тебе гостиничный номер на две недели. Там и кормить может будут бесплатно два раза в день, и физические упражнения на свежем воздухе с метлой организуют.

– И не надо мне угрожать, – взвизгнул Герман, – Выйдите из комнаты, я переоденусь.

– Не переживай, мы не стесняемся, можешь при нас раздеваться, – хохотнул Михаил.

– Ни стыда, ни совести, – бурчал мужичок, стягивая с себя треники, – Хоть бы отвернулись.

Он натянул на себя джинсы, кинул пакетик с Наташиными пряниками к себе в сумку, надел футболку. Герман повернулся к книжному шкафу и попытался его открыть.

– Почему шкаф закрыт? – строго спросил он.

– Потому что я его закрыла, – ответила Ната.

– Откройте, я возьму на память о старушке какую-нибудь книгу или статуэтку.

– У меня на работе есть бюст Дзержинского. Не надо? – усмехнулся Мишаня.

– Какие вы все же гадкие люди, человека на улицу выгоняете. Все равно у вас комната пустая стоит, никто в ней не живет. Дали бы пожить. Что, жалко, да?

– Так я же предлагал тебе совершенно бесплатно гостиницу в кутузке на пару недель, – улыбнулся Миша.

– Сами там живите, – взвизгнул дядечка.

Герман Алексеевич гордо продефилировал мимо Натальи, но не успел далеко уйти, Миша схватил его за шкирку и развернул к себе.

– Ключи, – сунул огромную ладонь в нос гражданину.

Мужичок недовольно захрюкал и бросил ему на ладонь связку ключей.

– Подавитесь, – сказал он и был отпущен с ускоряющим пинком под зад.

Он резво доскакал до входной двери и с силой и грохотом ее захлопнул.

Наталья села за стол в бабушкиной комнате и уставилась в книжный шкаф, ее легонько потряхивало от возмущения. В шкафу так и лежали нетронутые свертки с книгами.

– Ната, ты как? – спросил у нее Мишка.

Она залилась задорным и ярким смехом. Миша сходил на кухню и принес ей водички в стакане.

– Мишка, а я ведь подумала, что по квартире призрак ходит, или еще какая нечисть, или домовой буянит. Срочно надо выбираться из заточения на прогулку, – сказала она, после того как ее отпустил истерический смех.

– Нужно выбираться, но вначале мы поменяем замок в квартире, мало ли у кого есть ключи от него. Сколько тут народу жило, неизвестно.

– Миша, здесь есть еще один жилец, и будет некрасиво, если он приедет домой, а ключи к замку не подходят, – покачала головой Ната.

– Зато безопасно. Если у него есть прописка, он просто его взломает, и тогда поставим общий. Если нет, то будет ждать тебя. Объясним человеку, что в квартире всякие бомжи моются и пряники наши едят. Надеюсь, он поймет.

– Хорошо, – кивнула Ната.

– И еще, Наташа, нужно избавиться от старинных артефактов. Притом срочно. Больно уж этот Герман усиленно в книжный шкаф ломился, усмотрел чего-то гаденыш, – нахмурился Миша.

На том и порешили.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю