![](/files/books/160/oblozhka-knigi-ditya-nenavisti-379166.jpg)
Текст книги "Дитя ненависти"
Автор книги: Евгения Грозд
Жанр:
Боевики
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 6 страниц)
– Украсим сегодня? – спросил он.
– Конечно, сегодня! – сразу же встрял Андрей. – Я специально отпросился с работы. Тоха, тащи пиво. Блин, приехали – гирлянда не контачит.
– Ну ё-моё, – Антон с досадой развёл руками. – Теперь часа два только нужную лампочку искать.
– Найдём. Ольчик, ты давай пока игрушки развешивай, – отдавать команды для Андрея – дело уже профессиональное.
– С игрушками потом неудобно гирлянду тянуть, – качнула я головой.
– Согласен, – поддакнул Тоша, уже погружаясь в водоворот лампочек.
– Тогда, друзья, мы здесь надолго, – пафосно протянул Андрей.
– Никто никуда не спешит, – проговорила я, успокаивающе. – Я пока соображу поесть чего-нибудь, а вы ищите негодную.
– Ты – чудо! – друг Антона приободренно поднял вверх большой палец.
С кухни услышала, как заработал телевизор. Каналы уже давно начали крутить новогодние фильмы и советский кинематограф. Кажется, сейчас транслировались "Джентльмены удачи", который любила с детства, зная буквально каждую фразу. Мужчины о чем-то болтали, периодически срываясь на хохот.
– Нашёл! – радостный возглас Антона.
Выглянула к ним. Работяги, расположились на полу гостиной и с явным энтузиазмом меняли неисправную лампочку. Наконец гирлянда разыгралась разноцветным свечением. Пока они тянули электродиод по ёлке, я накрыла журнальный столик съестным.
Глазки Ани наблюдали за происходящем, но то и дело норовили сомкнуться.
– Ей пора спать, – шепнула Антону, взяв малышку на руки.
– Да, девчонка насмотрелась интересного вдоволь, – кивнул он и, прихватив детскую кроватку, унёс в нашу комнату.
– Иди, я уложу её, – отправила мужчину обратно к другу.
Укачать ребёнка, наглотавшегося впечатлениями, оказалось недолго. Через полчаса вернулась в гостиную.
Антон с Андреем уже распаковали остальные шары и дилетантски прикладывали их к лесной красавице. Пора и мне внести свою лепту. Я с удовольствием погрузилась в декор ёлки, подавая Антону нужную игрушку и указывая, куда прикрепить. Андрей тянул мишуру по стенам, сооружая из неё незатейливые фигуры.
– Чувствую себя первоклассником, – пробурчал он, разглядывая полуготового кролика на стене.
– Сейчас договоришься и отправишься вырезать снежинки из туалетной бумаги, – съехидничал Антоша, вызвав взрыв смеха.
Постепенно вся живость сходила на "нет". Андрей, изрядно подвыпивший, уже с чувством выполненного долга отрубался на диване, пытаясь всё же досмотреть одним глазом "Аватар". Я расставляла под ёлкой коробочки, имитирующие подарки. Антон крепил к муляжному камину новогодние носки. Гостиная приобрела совершенно другой окрас и настроение. Тоша сменил освещение на праздничные огни, наполнив комнату вечерней сказкой. Улыбка не сходила с моего лица.
– Это словно другой мир, – протянула я, глядя на огни. – Сразу так тепло на душе. Спокойно, – положила голову Антону на плечо.
– Ждал от тебя именно такой реакции, – мужчина поцеловал меня в макушку.
Волшебный храп Андрея заполнил гостиную нашим новым тихим смехом. Собрали с пола мусор от упаковок и блестки от мишуры. Я выключила телевизор.
– Пс-с, – тихо позвал Антон, стоя у окна близ ёлки. – Иди сюда.
Увидела у него в руках два бокала с шампанским. Когда успел?
– Не рановато? – улыбнулась я, принимая свой.
– Нисколько, – чмокнул в нос. – Мне понравился сегодняшний вечер.
– И мне, – совершенно искренне кивнула я.
– Тогда за этот вечер?
Согласно стукнулись бокалами. Отпила. В руке Антона возникла небольшая бархатная коробочка, от которой невольно напряглась. Нет, только не это…
– Это серёжки, – тут же успокоил он. Виновато посмотрела на него. – Знаю, у тебя этого добра полно, но мне просто захотелось, чтобы было что-то и от меня.
Открыла коробочку. Золотые капельки с маленьким бриллиантом и фианитами. Крохотные, но невероятно милые.
– Они прелестны! Спасибо, – тут же надела их.
Антон разглядывал меня, восхищенно улыбаясь. Невольно сжалась от его взгляда. Сколько любви и боготворения в этих глазах, а я даже не знаю, что сама чувствую к нему. Безусловно, я дорожу им, бесконечно благодарна, а дальше? Может, потому что давно мертва для всего этого, и уже не могу воспринимать мужчин данном уровне? Я погибла для романтики и любви. Меня уничтожили.
Но он не потребует, не станет давить, не бросит, сдавшись, а будет рядом, пока нужен. И уйдет, только если потребую. Нет, не хочу. Не потребую!
За окном полетели белоснежные пушистые мухи, танцуя вальс в уличных фонарях. Шагнула к мужчине, заглядывая в глубину его зелёных глаз. Он красив. Почему раньше этого не замечала? Захотелось, чтобы прижал к себе, обнял, успокоил в своих руках.
– Поцелуй меня, – робко попросила его.
Магия вечера не требовала упрашивать. Впился в губы, сладостно погребая в себя и заставляя трепетать каждую клеточку тела. Приятное покалывание в пальцах и странный зуд за грудиной.
Раскат Андреевского храпа погубил всю интимность момента. Уткнувшись мне в шею, Антон тихонько засмеялся.
– Трактор, – тоже не сдержала смех.
Мужчина неожиданно поднял меня вверх и посадил себе на бёдра.
– Этот вечер наш храпящий друг не испортит, – снова затянул в поцелуе и понёс в спальню. Продолжая целовать, уложил на кровать. – Погоди.
Скрылся в коридоре. Он сегодня полон сюрпризов, либо я наконец прозрела. Вернулся. Рылся где-то в темноте на полу, возле удлинителя. Привстала, собираясь уже предложить помощь, но так и осталась с открытым ртом. Тёмный потолок и стены спальни внезапно озарили миллиарды звёзд, начав своё плавное движение.
– Бог мой! – завороженно уставилась на этот огромный домашний космос.
Антон присел рядом. В руках снова разглядела шампанское. Улыбнулась, принимая бокал.
– Ты – невозможный романтик, – погладила его по щеке.
– Я-то? Да, – расплылся в улыбке и снова жадно поцеловал.
Мы допили шампанское и улеглись, продолжая разглядывать проекцию звёзд, которые плавно и размеренно плыли по спальне. Голова покоилась на плече мужчины. Вытянула руку к ночным светилам, моментально словив их на своей коже. Ладонь Антона тут же слилась с моей. Мягко массировал и поглаживал пальцы. Скользнул вниз к сгибу, оказался на талии, смещаясь к бёдрам. Захотелось снова проникнуть в него, в его тело, душу. Привстала и, склонившись над его лицом, ненавязчиво поцеловала. Спальня наполнилась жаром нашего разгоряченного дыхания. Задышала в такт его движениям, уходя в круговорот звёзд и сладостной муки, что мужчина вновь дарил мне. Волна страсти и взаимного наслаждения владела нашими телами, до предела разряжая раскалённую плоть.
Удовлетворённые сладостной усталостью упали обратно на простыни. Нам просто было хорошо. Это ещё один вечер с ним, который я запомню навсегда.
ТАТЬЯНА
Чёртова парикмахерша! Чуть в горло ей не вцепилась, увидев, что она сотворила с моими волосами. Криворукая курица!
Доехав до дома, встала у ворот, раздражённо ожидая, когда нерадивый охранник соизволит наконец открыть их. Спит на рабочем месте, олень! В гараже стояла машина Игоря – выходит муженёк дома, а я, дура, надеялась, что на фирме. Побыть одной значит не удастся.
У горничных – обеденный перерыв, в это время их фиг найдёшь. Ладно, сама.
– Мария, налей мне воды, – потребовала без лишних любезностей. Кухарка быстро исполнила. – Игорь давно вернулся?
– Где-то часа два назад.
– В кабинете?
– Нет. Уставший был какой-то. Вроде наверх поднялся.
Чёрт. Снова слушать его гудение. Фыркнув, направилась в супружескую, питая надежду, что благоверный спит. Почему бы и нет?
Войдя в комнату, заметила его в кресле. Повернулся к окну, сев ко мне спиной. Видела лишь руки на подлокотниках.
– Игорь, мне нужна новая парикмахерша! – свою злость и досаду решила выместить на муже. – Эта курица всё испортила.
– В женской тюрьме красоваться будет не перед кем, – чужой, но знакомый бархатный баритон раздался за спиной.
Звук его голоса подкосил мои ноги. Обернулась, наблюдая, как Ягуар довольно закрывает дверь нашей комнаты.
Бросилась к мужу, но, крутанув кресло, в ужасе отпрянула, упав на пол. Из горла Игоря стекали струйки крови, безжизненный взгляд устремлён в потолок, а агония смерти изменила его до неузнаваемости. Захотела истошно закричать, но убийца тут же крепко зажал мне рот, подняв на ноги.
– А вот так делать не надо, – острие ножа уткнулось мне в грудь. Замерла, ощущая его дыхание возле уха. – Слушай внимательно и запоминай, – чмокнул в висок. – Твой Игорёчек узнал, что это ты положила в семью Бранги и захотел сдать тебя полиции. Возьми-ка, подержи немного, – стальные пальцы вложили мне в руку окровавленный нож, который едва не растёр мои о рукоять.
– Ягуар, пожалуйста, – слёзы потекли по щекам. Попыталась вырваться, тщетно дернувшись в его крепких руках.
– Тих-тих. Всё, всё… Можно уже бросить, – говорит хищно, ласково и усыпляя. – Бросай, моя хорошая.
С силой разжал мне пальцы и швырнул нож мужу под ноги.
– Дальше ты в порыве гнева перерезала ему горлышко. Поняла, да?
– Пожалуйста, Ягуар, не надо, – слёзы градом бежали по лицу.
– Ну-ну, – он развернул к себе. – Не плачь, моя красавица, – поцеловал в лоб, ядом отравляя кожу. – Просто пришло время кому-то ответить. Мне совсем не хочется калечить и твою прекрасную шейку. Тюрьма всё же лучше, согласись?
– Ты – тварь! – прошипела я, сходя с ума от бессилия. – Мразь, сукин сын…
В ответ мужчина усмехнулся:
– Других слов от тебя даже не ждал. Но я совсем не злюсь, красавица. Всё понимаю.
– Зачем? Хотя бы скажи зачем?
– А зачем ты убила тех несчастных?
– Но ведь это же ты…
– Да, солнышко, но всё для тебя. – он вдруг опустил руку к моей промежности и похлопал по ней. – Потому что свою “кисоньку” ты раздаёшь кому не надо. И ещё, испортишь нашу байку, узнаешь от сокамерниц, как остра может быть пилочка для ноготков.
Взял за шею и, приблизив к себе, яростно и гадко поцеловал. Дико захотелось плюнуть этот поцелуй ему обратно в лицо. Отпустил и, посторонившись на пару шагов, со всей силы ударил. Сознание прыгнуло, теряя картинку, и я упала на пол, отключившись.
Мне не дано было увидеть, как Ягуар впустил в комнату охранника и велел вызывать полицию.
Этому человеку открыты абсолютно все двери и подвластны все жизни и судьбы, а мы – лишь марионетки в его спектакле.
Глава 9. Не губи
АНТОН
Утро началось с требовательного плача Ани. Блаженно продрал глаза и потянулся к своей женщине, но Оля уже натягивала на себя халат, направляясь к дочери.
– С добрым утром, – сладко выгнулся, выходя из ночной неги.
– С добрым, – девушка вернулась с малышкой на руках и чмокнула в ответ. Аня тут же потянула ко мне пухлые ручки.
– Эй? Кто у нас тут такой громкий? – забрал девчушку у Оли и легонько подбросил. Ребёнок довольно запищал.
Через час накормленная Аня копошилась в своей кроватке, проветривая заодно и попу. Оля ушла, как обычно, на кухню, я же прошёл в гостиную и оценил дрыхнущую фигуру друга.
– Дюха? – позвал спящего.
Тот нехотя перевернулся на другой бок. Бессовестная пьянь! Спустя ещё четверть часа, он наконец продрал глаза.
– Даже одеялком не накрыли, – проворчал досадливо.
– Мстили за твой музыкальный слух, – шутливо хлопнул его по плечу.
– Что, снова, что ль? – виновато скривился.
За завтраком шла оживлённая беседа. Небольшой телевизор на холодильнике вещал утренний эфир новостей, который шёл для нас фоном. Внезапно Оля побелела в лице:
– Ребят, – и призвала обратить внимание на новости.
Оглянулся на экран и в шоке аж привстал. На кадрах полностью выгоревшее поместье Бранга. Комментатор тем временем довольно смаковал:
– Именно сегодня стали известны устрашающие факты загадочного убийства Кирилла Бранга и его семьи. По делу об убийстве задержана жена замдиректора компании "Ситикорп", Татьяна Лесина, которая буквально вчера жестоко расправилась со своим супругом Игорем Лесиным и была сразу же обезврежена его собственной охраной прямо на месте. Перед своей смертью Игорь Лесин успел сообщить Леониду Корпалёву, другу и коллеге, о жутком деянии своей жены, в следствие чего Татьяна Лесина полностью признала свою вину. Тем временем полиция до сих пор ищет супругу Кирилла Бранга – Ольгу, а также их шофёра, Антона Колосова, для выяснения полной картины произошедшего.
Оля уронила голову в ладони.
– Как всё вовремя-то! – восхищённо протянул Андрей и мигом встал. – Прямо, как по заказу. Пока не высовывайтесь. Ждите меня.
– Андрей, – вдруг воскликнула девушка. – Это правда? Эта она?
– Там не вся правда, Оленька, – проронил он, наспех одевая пуховик. – Это как раз и беспокоит. Обещаю, я всё разузнаю и вернусь, – и мужчина вылетел за дверь.
Теперь её взгляд смотрит на меня.
– Не смотри так, – взмолился я. – Мне известно почти то же самое.
– Почти? – вскинула бровь.
– По другой информации Ягуар шантажировал Лесина, и Игорь исправно перечислял ему деньги, но в правдивости этой "утки" не уверен, так как источник оказался не надежный. Вдобавок, я сомневаюсь, что Лесин побежал бы сдавать свою жену, так как убийство твоего мужа, Оль, как раз и вызволило его со скамьи на выбывание. Да и Татьяна тогда, выходит, полная дура, потому что, если бы Игорь и заявил на неё, то у него не было бы никаких доказательств, и всё бы тут же замяли. А теперь она ни с того ни с сего убивает мужа и после чистосердечно во всём сознаётся?! В таких жутких преступлениях?! Всё как на заказ. Больше года играли в молчанку, а теперь резко все обосрались?
От напора моей логики у неё явно голова пошла кругом.
– Это не меняет главного – мою семью заказала именно эта дрянь, – лицо девушки снова приобрело нерушимый вид.
– Я не снимаю с неё вины, но, поверь, мы с Андреем думаем, что Лесина – не единственная, кто ответственен. А они как раз и опасны для тебя. Татьяна – лишь отвлекающий манёвр.
Все мои слова вскоре подтвердил и сам Андрей. Он вернулся только на следующий день. Обвинения полиция с нас полностью сняла, только просит объявиться для дачи показаний. Жена Лесина скрывает имя исполнителя, ссылаясь на то, что сделка проходила без личных встреч.
– Хочешь сказать, нас решили вывести из тени? – напрашивался только этот вывод.
– Да. По-другому вас, оказалось, не взять.
– И что нам делать сейчас? – мне был нужен совет.
Андрей понуро смотрел на меня, но до сих пор молчавшая Оля вдруг произнесла:
– Рано или поздно нас найдут, но мы можем прийти в полицию и рассказать то, что известно только нам, – голос девушки предательски дрожал. – Им нужно имя исполнителя, а мы его знаем. Я способна описать и опознать убийцу.
Я и Андрей переваривали её слова. Да, присоединившись официально к следствию, мы дадим много новой и необходимой информации, но в тоже время становимся абсолютно доступными для недругов. Меня же беспокоил ещё один момент:
– Оля, ты – главный свидетель и то, о чём ты сейчас говоришь, они, наверняка, предвидели. Вопрос в том, почему это их не беспокоит?
Я видел только противоречия.
– В одном Оля права, – выдохнул друг. – Вас найдут. Бегать вечно не выйдет, но мы можем теперь выйти на зверя с оружием. Я сообщу о вас в службу защиты свидетелей. Организую хорошую охрану. Да, будет нелегко и страшно, но война она на то и война. Вести бой одним вам уже не придётся. Решайтесь, Антон.
Они оба смотрели на меня. Я видел, Ольга готова, но непонятное чувство тревоги обуревало внутри.
– Антош? – смотрит молебно.
Она устала бояться, прятаться, и я понимал её. Оля уже прошла через ад, пережила страшную потерю, теперь наконец начинает поднимать голову, начинает оживать, но воскреснет полностью лишь тогда, когда убийцы будут наказаны.
– Организуй нам коридор защиты, – сурово посмотрел на Андрюху. – Только так мы согласимся на дачу показаний.
И друг ушёл выполнять наши требования. Жаль, что никто из нас не предвидел беды.
ЯРОСЛАВ
Сердито потушил самокрутку о давно переполненную пепельницу. План Его был неплох. Дать делу Бранги новый ход, раскрыв наших шестёрок, и тогда шофёр и Ольга высунут нос, поверив в правосудие. А тут мой выход – пуля каждому в лоб.
На парня срать – прихлопну без раздумий, да и эту красотку, может быть, наконец смогу, но меня волновало другое. Вспомнил о ноше в кармане. Малюсенькая распашонка в моей руке обожгла кожу. Мой ребёнок. Моя дочь. Моя кровь и плоть. Единственное существо, которое уже несколько месяцев волнует мне душу.
Я с подросткового возраста не ценил ни одну человеческую жизнь. Первое убийство совершил ещё в тринадцать лет в детдоме за то, что та гнида убила моего любимого пса, повесив дворнягу на дереве. Ради шутки. Что ж, и я оценил его гребаный юмор – ножом в горло. Следы преступления сумел скрыть, а труп закопал на заброшенном кладбище.
С ненавистью ко всем прямоходящим прожил до пятнадцати, разбавляя свою "мораль" воровством, разбоем и хулиганством, всё более совершенствуясь в избранной стезе. Мне не было равных. Полиция могла только подозревать, но, не находя доказательств, отпускала. "Как с гуся вода", – говорили они.
Попав под Его крыло, шёл смело по телам погубленных душ, как по ковру, но прокол с семейством Бранга заставил нас всех загрузиться.
Почему дал сбой? Да хрен его знает! О шофёре просто не знал, да и его персона на тот момент не была губительной. А эта дамочка… Оля. Слишком болезненно дёрнула за живое. Лишь теперь, держа в кулаке распашонку дочери, понимал, что сделал всё правильно. Её нельзя было убивать. Сам Господь вложил мне это в душу и побудил остановиться. Но для чего? Следует разобраться.
Да, я хочу увидеть своё чадо, взять его на руки, видеть в его глазах своё продолжение. Странно, но это так. И это до боли в груди желанно. Да что со мной, мать вашу? Гневно сжал клочок ткани в кулаке. Дети? Крикливые, сопливые, снующие… Брр… А тут чего так зацепило? Что своё говно? Что от неё? Что ты променял уже пятый десяток и только сейчас задумался о своих выродках?
Их нельзя сразу убивать. Мне нужно увидеть её. Свою дочь. Только раз. Всего лишь разочек! Потому скрыл от НИХ встречу с шофёром. Скрыл, что имел все шансы исправить свой косяк и убить свидетелей. Но я не намерен давать Ему право руководить моей жизнью без моего мнения. Тупого солдатика и исполнителя Ему не видать.
Танька оказалась послушной. Приняла удар достойно. Мусора тут же зашевелились. По наводке Его крота нашёл объект соприкосновения с Олей и Антоном – Андрей Ярый. На его телефон примерно месяц назад был звонок из Реутова. Он назвал его Тоха, потом слова лёгкой беседы и оговор созвониться вечерком. Диалог их не повторился ни вечерком, ни утречком – тишина. Прогнав их по базе, нашёл ещё точки соприкосновения – Ярый и Колосов служили в одной части. Направление задано.
Следователи, прокурор, адвокаты и сам Андрей Ярый пришли пообщаться с арестованной Танюшей. Клюёт. Он проторчал в отделении целые сутки. Меня едва не срубило в машине, пока ожидал его. Наконец-то! Мужчина вышел из следственного управления и сел в машину.
Через некоторое время примчал к охраняемому дому. Миленько. Тут хрен уйдёшь незамеченным, но я и не такие крепости брал. Проторчал он там прилично. К вечеру вышел. Мужчина закурил, ожидая пока тачка разогреется.
– Вечер добрый, – окликнул я. Обернулся. – Мужик, в этом доме ещё кто-нибудь хату сдаёт, не знаешь?
Он тут же потерял ко мне интерес и, отмахнувшись, бросил:
– Не в курсе.
– Квартиры-то поди шикарные?
– Соответствующие.
– Тоже снимаешь? – милейше поинтересовался, глядя на окна квартир.
Усмехнулся:
– В гостях был.
– А, ну извини, братан, – сунул руки в куртку.
– Ничего страшного.
– Я не за это извиняюсь, – приблизился к нему в упор, прикрываясь от камер.
Андрей дрогнул, лицо перекосилось от боли. Нож решил оставить внутри. С ним проживёт подольше. Впихнул в тачку, отрубив парой жестоких ударов по лицу. Закрыл дверцы и сел за руль.
Привёз его на склад, что снимался для наших делишек. Тут всегда спокойно и никто в радиусе пятисот метров не услышит криков страха и боли. Затащив в ангар, бросил на пол, пристегнул наручниками к батарее. Обчистил карманы: портмоне, деньги, банковские карты, памятные билеты в кино, фотки и… Договор на аренду.
Хороший гость – ходит в квартиру, которую сам же снимает для хозяев?
– Обманывать нехорошо, – потрепал за волосы его свисающую голову.
Из карманов брюк выудил две связки ключей. Одна – точно от арендованной хаты. Спасибо, браток. Лучшее время посещения – ранее утро. Подожди, Олечка, я уже иду.
ОЛЬГА
Антон напряжённо рылся в Интернете и всё время проверял телефон. Мне же устал улыбаться, делая вид, что всё пока хорошо. Под вечер Аня стала беспокойной, всё время вредничала и по любому поводу заливалась плачем. Зубы – этот набор признаков мне был знаком. Отправила мужчину за "Панадолом" и мазью с лидокаином. Зубопрорезыватель храбро претерпевал своё предназначение.
За ночь пару раз просыпалась от жалобного кряхтения малышки. Ближе к утру приняла решение уйти с ней в гостиную на диван. Провалилась в сон, но чувство тревожной дрёмы заставило открыть глаза. За окном – ещё ранее утро, темно… Но Ани рядом почему-то не оказалось.
– Антоша? – спустила ноги на пол.
До слуха донеслось гуканье малышки где-то из спальни. Похоже, Тоша решил забрать её с целью дать мне поспать. Глянула на часы – шесть тридцать утра. Озноб пробрал тело, и захотелось под антоновское крыло. Быстро пошлёпала в спальню.
Вскрикнула и тут же зажала ладонью рот, увидев картину в свете ночника. Антон, как ни в чём не бывало, спал на боку, укутавшись в одеяло, но рядом с его лицом покоился опорожненный шприц. В голову мужчины направлен пистолет с глушителем, а рядом возвышалась фигура, держащая на руках Аню.
– Доброе утро, – звук этого голоса подкосил мои ноги.
Это Он! Ягуар! Жуткое прошлое снова здесь, в моём доме.
– Ты и моя дочь приглашены ко мне. Если не хочешь пули своему ёбарю в башку, то одевайся поживее.
Малышка, надув щёки, сидела на его руке и заинтересовано теребила цепь на шее убийцы, норовя взять в рот. Мне стало невероятно страшно. Участь моего Саши висела теперь над ней. Нет, нет… Он не причинит собственной дочери вред.
– Оставь её, пожалуйста, – голос дрогнул в мольбе. – Я пойду с тобой.
– Мне приятно видеть, как ты беспокоишься о нашей дочери, – его голос звучал на удивление тепло и мелодично, – но мне не нужна ты без неё. Так что, одевайтесь и без глупостей. Не губи Антошку с Андрюшкой.
Андрей?!
– Да-да, – он довольно оскалился. – У него перо в брюшине, кто знает, может, ещё сможешь ему помочь.
Ягуар дал на сборы лишь пять минут, передав малышку мне. К моему счастью, Аня раздалась громким плачем. Быстро одела её. Трясущимися руками бросила в сумку пеленки, подгузники, тёплую одежду, бутылочки, лекарства – всё, что могло пригодиться нам. Помчалась с ней в гостиную, уложила на диван. Пока натягивала платье, быстро выудила из шкафа то разорванное, памятное, что хранила до сих пор. Сунула за диванную подушку.
Молю, Антош, найди его!
Успела. Фигура Ягуара возникла на пороге. Пистолет небрежно покоился в его руке, но это не должно давать мне надежд.
– Прибери тут. Спешки видно быть не должно.
Он хочет, чтобы Антон думал, что я просто ушла? Нет, он всё поймёт верно, у тебя ничего не выйдет.
– Шевелись! – в голосе различила раздражённые нотки.
Порхнула к малышке. Взяла на руки. Коснулась её лба губами. Горячая.
– У нее температура… Прошу, – снова взмолилась я.
Глаза мужчины сверкнули, а рука с оружием дёрнулась. Сделал два широченных шага ко мне и толкнул вон в коридор. Сумку взял сам.
– Без самодеятельности, – шикнул, обняв за талию.
Дуло пистолета уткнулось мне в бок.
Камеры брали нужные ему кадры – семья с ребёнком идёт на улицу – ничего особенного. Аня, округлив глазки, смотрела по сторонам. Щёчки её горели нездоровым румянцем. В транспорте узнала машину Андрея. Он не лгал.
– Есть чем сбить температуру? – убийца глянул на меня в зеркало заднего вида.
– Да.
– Делай.
Через полчаса Аня уснула. Потрогала лобик – начало действовать.
– Завяжи глаза, – кинул мне плотную чёрную ткань, – и опусти голову на сиденье.
Исполнила.
Машина явно ехала по грунтовой дороге, так как на каждом ухабе моё тело слегка подбрасывало вверх. Остановка. Хлопки дверей. Сталь пальцев отчего-то стала мягче. Поддержал за руку.
– Аккуратно, голову, – помог вылезти из машины.
Придерживая за локоть, повёл уже по ровной дороге. Скрежет дверей, гул от шагов. Это помещение складское и невероятно холодное.
– Больному ребенку здесь не место, – в моём голосе прорезалась суровость.
Лязг замков и грубый толчок.
– Располагайся, – снова лязг и удаляющиеся шаги.
Сорвала с глаз повязку. Старая тахта. Груда тряпок в углу. Стол. Ватное одеяло.
Обернувшись, тут же увидела на полу Андрея. Мужчина полусидя прислонился к батарее и слабо сжимал рану вокруг ножа. Руки и рубашка с пуховиком в крови. Глаза прикрыты.
– Андрей?! – аккуратно положив спящую Аню на тахту, рухнула возле него на колени. – Андрюша?!
Приоткрыл глаза, глядя затуманенным взором. Сердце сжалось со страшной силой.
– Оля…
Глава 10. Ты убила зверя
АНТОН
С трудом продрал глаза. Дома невероятно душно и… Тихо?! Половина кровати пустует.
– Оля? – позвал, прислушиваясь.
Без ответа. Ни звуков на кухне, ни гуканья Ани. Полная тишь. В груди мгновенно всё сжалось от беспокойства. Бросил взгляд на часы – десять утра.
Встал, плечо неприятно ныло. Спал неудобно? Потёр, разминая затвердевшую мышцу и потянулся к домашним брюкам. Одевшись, тут же устремился по комнатам на поиски. Везде всё как обычно. Зашёл на кухню, осмотрел холодильник и плиту – голо. Не похоже на Олю. Она никогда не забывала оставить еду для меня, будь то обед или ужин. И магнитная доска без сообщений для меня. Ушла гулять с Аней или, может, в аптеку? Но, не предупредив друг друга, мы никогда и никуда не уходили. Не то сейчас время для нашего мирка. Выглянул из окна во двор. Детская площадка пуста.
В гостиной всё так же. Ёлка, украшения…
Диван! Нет, не всё также. За подушкой что-то заткнуто? Как будто спрятано. То, что выудил из-под неё, ввело в шок. Лохмотья того памятного платья. Я знал, что Оля его сохранила. Она всегда прятала его далеко в шкафу, но тут вдруг достала и оставила вот так вот?! Что-то не так.
Кинулся к сотовому. Андрей вчера был весь вечер недоступен, но сегодня уже должен взять этот проклятый телефон. Набрал. "Абонент временно не доступен". Это уже не смешно. Ещё через час бесцельной надежды на появление Оли понял, что пришла беда и помощи ждать больше не у кого. Решительно сорвался с места.
В полиции на меня сначала смотрели без интереса, пока я не назвался и не упомянул семейство Бранга. К счастью, в наручники не заковали – хороший признак. Ещё через час в кабинете, где меня мариновали, появился и следователь. Он явно нёсся сломя голову, потому решил простить ему часовое ожидание.
Высокий блондин с голубыми выцветшими глазами, широкоплечий с немалой мощью в теле. Костюм слегка запылён, под ногтями, похоже, грязь. Было видно, что такие, как он, штаны в кабинете не просиживают, а наоборот, рыщут, не брезгуя залезать в самую клоаку и днище людского дерьма. Заметив мой взгляд, оперативник сконфуженно спрятал руки.
– Вячеслав Ильин – начальник угрозыска ГУВД. Рад наконец лицезреть Вас, хоть и не по очень хорошему поводу. Мне хотелось бы, Антон, услышать всё – с самого начала до сегодняшнего дня, чтобы я мог полностью видеть картину.
И я вернулся в начало, в те жуткие минуты во дворе дома Бранги. Поведал о том, как подались в бега, где скрывались, как Оля родила ребёнка от убийцы и насильника. Раскрыл имя Ягуара.
Слушая, Вячеслав то и дело уточнял или дополнял меня. Весть о том, что Андрей Ярый, их коллега, вчера загадочно исчез, перестав выходить на связь, заставила следователя хмуро сдвинуть брови. А информация, что так же исчезла и Оля с ребёнком, полностью ввела его в тупик.
– Вы считаете, что это сделал он? Ягуар?
– Оля спрятала за диванную подушку памятное платье, в котором она была в тот страшный день. Я думаю, это подсказка.
– Говорите, Андрей снял для вас квартиру в хорошо охраняемом доме? Значит, камеры нам всё и расскажут. Едем.
Охрана лишь при виде удостоверения нехотя допустила нас к видеотеке. Камера возле нашей квартиры. Совсем ранее утро. В наши двери заходит мужчина. Одежда, походка – готов поклясться, что это Ягуар. Меньше, чем через час, он выводит Олю с Аней. Преступник приобнял девушку, но только мне заметна её поступь на негнущихся ногах. Вячеслав быстренько переходит на камеры двора. Они идут к машине.
– Стоп, – потребовал я. Пауза. – Это машина Андрея.
Вячеслав приблизил картинку, вглядываясь.
– В машине его не видно.
– Андрей ушёл от нас вчера вечером.
– Тогда нужна картинка с камер за вчерашний день, – следователь уже перешёл в видеоряд задним числом.
– Где-то около восьми вечера, – ввернул я.
Перемотка. Люди, снег, машины. Вереница мелькающих картинок.
– Вот он!
Фигура Андрюхи идёт к воротам дома. Вышел за периметр. Закурил. К нему подошёл кто-то. Снова он. Небольшой диалог и… Андрея заслонили, повалили в салон авто, пара резких движений Ягуара – и друг остался в тачке. Дверь салона закрыли, и авто двинулось прочь.
– Сразить майора? – Вячеслав метал молнии. – Этот сукин сын определённо что-то сделал. Нам лучше поторопиться. Если верить моему чутью, кому-то из них скоро крышка, – опер тут же взялся за телефон.
ОЛЬГА
Тахту застелила тряпками, что хранились в углу помещения, лелея надежду, что они не такие грязные. Повторно дала малышке жаропонижающее, поэтому Аня уже чуть живее играла с погремушками.
Андрей сошёл с лица. Бледность его кожи и сине-чёрные губы пугали меня всё больше и больше. Капли пота градом стекали по его лбу и щекам. Я пыталась отвлечь мужчину, каждый раз сменяя повязку.
– Тоха найдёт, – еле слышно просипел он. Андрей зачем-то пытался меня успокоить. – В моей тачке GPS-трекер, Оль… Полиция сразу же нас найдёт. А ты – умничка, – он вяло улыбнулся. – Догадалась дать ему подсказку.
Я слушала его, старалась мягко улыбаться, но в это время усердно молила Бога спасти нас… Спасти его.
Стальная дверь громыхнула, заставив метнуться к Ане и взять её на руки. Ягуар посмотрел на меня, потом на Андрея. Пнул мужчину по ноге, словно проверяя, издохла ли псина. Раненного перекосило от адской боли.
– Живой ещё, – протянул с сожалением.
– Ярослав, – не своим голосом произнесла я.
От этого имени он встрепенулся, словно ему засадили звонкую пощёчину.
– Прошу тебя, помоги ему. Не убивай!
– Тебе что тут, благотворительность? – его лицо скривилось.
– Ярослав, ради Ани… Я умоляю тебя, ради твоей дочери, – губы задрожали то ли от страха, то ли от гнева.
Капельки слёз замерли в глазах, но ненависть к этому человеку была сильнее всех чувств.