Текст книги "Ветер с севера"

Автор книги: Евгений Щепетнов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

Глава 7

Ночная прохлада охлаждала разгоряченное лицо, ноги глухо стучали по мостовой.

Нед усмехнулся – когда-то он так же бежал по ночной дороге, уходя от погони, а теперь сам гонится за человеком. Что он сделает, когда поймает Ойдара, Нед пока не знал и не хотел об этом думать. Когда встретится с парнем лицом к лицу, тогда и решит.

Да, теперь они не друзья. Между ними лежат десятки убитых людей, тысячи ли пройденных дорог – вся жизнь. Но и убивать только ради мести Нед не хотел. И в память о том Ойдаре, которого знал, и… какая выгода ему от этого убийства? Ему нужны деньги, много денег – не для себя, Неду было наплевать на деньги, – для тех, кто ему доверился, о ком он вынужден заботиться, взвалив на себя обязанности конора. К добру взвалил или же к неприятностям – это уже как боги решат.

Небо очистилось, и красная луна багровым светом залила улицы – темные, нелюдимые. Глубокая ночь. В занавешенных окнах ни огонька, ни отблеска пламени очага. Нет патрулей стражи, нет запоздавших прохожих. В народе это время называют «Час демонов». По поверьям, в это время над спящей землей летают демонические сущности и пожирают души людей, попавшихся им на пути. Легенда? Сказка? Возможно. Но хорошие, добрые люди стараются в это время не ходить по улицам. Лишь те, кто задумал злое дело, или те, кто одержим злыми демонами, топчут булыжники мостовой.

Впрочем, город есть город. Мало ли кто тут топчет булыжники мостовой… А что можно считать злым делом? С точки зрения коровы, человек, убивающий ее ради мяса, делает злое дело.

Лавка ювелира была темна и молчалива. Нед подошел к входу, протянул руку к молотку, но… дверь внезапно открылась, будто тот, кто за ней стоял, ожидал прихода Неда. На крыльцо вышел громадный человек, тот, что встретил Неда в первый раз. Он держал в руке фонарь, подсвечивающий изувеченное лицо. Мужчина посмотрел на Неда, кивнул ему и негромко сказал:

– Пойдемте за мной. Хозяин оставил вам послание.

Нед прислушался к тому, что происходило в доме, потом, щелкнув пальцами, зажег яркий фонарь над левым плечом.

Вокруг тихо. Сверхчувственное восприятие показало – в доме находились два человека. Один из них – тот, кто встретил Неда, второй был чем-то на него похож, имел похожий «запах» – вероятно, брат. И больше никого. Оба брата не излучали никакой агрессии, лишь опасение и готовность к любым неприятностям. Впрочем, вероятно, это их нормальное состояние – мужчины видали виды и не ждали от жизни ничего радостного. Прошел день, живы – ну и слава богам.

Длинный коридор вывел в большую комнату, посреди которой стоял длинный полированный стол. За ним – десять стульев, по пять с каждой стороны. Дорогие застекленные буфеты, шкафы, полки, заставленные фигурками людей в различных позах – Нед без труда узнал стойки боевого искусства. Скульптурки были сделаны из дерева и покрыты лаком.

– Хозяин вырезал, – заметив интерес Неда, сказал сопровождающий. – Он так отдыхал. Как будто больше нечего было делать… Вот, возьмите. Тут все написано.

Мужчина протянул поднос, на котором лежали два листа. На одном краснели печати Городской Управы, второй лист был заполнен неровным почерком. Строки съезжали, кривились, будто человек писал второпях, быстро, брызгая чернилами на желтоватый хрустящий бумажный лист.

Нед отодвинул один из стульев, сел на него, положил листы бумаги на стол перед собой и секунду колебался, что прочитать в первую очередь. Потом решил – вот этот, испещренный мелкими неровными буквами. Магический светильник сиял, как маленькое солнце, и Нед легко разбирал написанное…

«Приветствую тебя, мой друг! Или бывший друг?

Прости, я виноват. Знаю это. Но что теперь поделаешь? Так вышло. И теперь изменить ничего нельзя. Деньги – это они сделали со мной то, что случилось. И я даже рад, что ты появился. Каждый день, каждую ночь я ждал, что ты придешь, каждый день или ночь я умирал, ожидая справедливого наказания. И вот – ты пришел. Наконец-то все закончилось.

Я хотел тебя убить. Если ты читаешь эти строки, значит, у меня ничего не вышло. Как я и опасался. Впрочем, я знал, что так будет. Ты страшный человек. Ты самый опасный человек из тех, кого я видел в своей жизни. Я тебя ненавижу – за то, что тебе боги дали все, о чем мечтал я, – силу, власть над неведомым, возвышение, к которому ты не приложил ни малейшего усилия. Я завидовал тебе и завидую до сих пор. Красивый, успешный, сильный и… благородный. Это-то и бесит меня больше всего. Унижает меня. Показывает, какая я дрянь, недостойная, мерзкая дрянь.

Нед! Настолько же, насколько я тебя ненавижу, настолько и люблю. Не подумай чего… я не из этих… знаешь, не из кого. Нет. Я люблю тебя как брата, как успешного старшего брата, в тени которого я вынужден находиться всю свою жизнь. Я хотел доказать: я тоже что-то значу, тоже что-то могу. Потому я обманул тебя и взял эти сокровища.

Долго описывать то время, после моего бегства. Я удачно пробрался в Шусард, зная, что ты тут вряд ли появишься. Сумел через своих знакомых торговцев продать часть сокровищ… наших сокровищ. Добился уважения, достатка – за наши сокровища дают много, очень много денег. Многие богачи не видели таких денег за всю свою жизнь. И зачем мне эти деньги? Я никуда не хожу, боясь, что встречу тебя, не живу полной жизнью, опасаясь, что меня кто-то узнает и расскажет тебе. Вся радость – тренировки в моем доме, в личном тренировочном зале.

Ты меня обманул. Ты же знаешь, что люди из Ширдуан никуда не делись. Они везде. Они опутали все королевство. Все более-менее значимые персоны платят им дань. Кроме аристократов, конечно. И я плачу. Они представляются ночными хозяевами города, все происходит только с их разрешения и под их контролем. Они знают, что ты в городе. И когда я попросил их помочь, защитить меня от твоей мести, сказали, чтобы я не беспокоился, – жить тебе остается недолго. Глупцы. Они не знают тебя. Я – знаю.

Я отпустил всех слуг, рассчитал их, кроме двух моих охранников. Это два брата – хорошие парни, честные. Они ничего не знают ни о нас с тобой, ни о секте Ширдуан – простые вышибалы-охранники, ты их не обижай. Я знал, что все так закончится. Потому – возьми себе все. Все, что я тебе оставил. В грамоте, подписанной в Управе, сказано, что ты мой брат Нед Черный и ты вступаешь во владение всем, что принадлежит мне в этом городе, – ювелирными лавками, цехом по изготовлению ювелирных изделий, деньгами, которые лежат в городском банке. Часть сокровищ хранится в банке, в моем сейфе. Ключ у банкиров. Я взял себе денег – меньше, чем составила бы моя доля, сколько могу унести. Забирай все. И не ищи меня, пожалуйста. Надеюсь, что оставшегося хватит, чтобы искупить мою вину.

Знаешь, я много думал над тем, что со мной, с нами происходило, и понял – я был счастлив тогда, когда мы вместе с тобой бились против исфирцев, когда ели у одного костра, когда болтали, сидя рядом с Арни. Вы были моей семьей, и мне было хорошо. А теперь я один и, как загнанный зверь, бегу куда глаза глядят.

Я хочу все начать сначала. Хочу стать таким, как ты, – благородным, справедливым, сильным. И когда мы с тобой встретимся, хочу смотреть в твои глаза прямо и честно.

Прости, брат мой Нед. Прости, если можешь.

Ойдар, твой непутевый друг. Все-таки друг.

Напоследок: берегись, они ищут тебя. Они тут, в городе, им подчиняются все городские преступники. Страшные люди. Не знаю, почему они так ополчились на тебя, – может, они тебя воспитали, а ты ушел от них? Ты так и не сказал мне, как получилось, что ты стал демонологом. Сегодня я был у гостиницы и все видел. Ты могучий маг.

Передай привет Арни, пусть не сердится на меня. Он мне тоже как брат. Дай ему его долю, сколько посчитаешь нужным.

До встречи – возможно, уже на том свете. Прощай».

Нед отложил письмо и замер, глядя на слегка помятый лист. Последние слова, приписку, Ойдар писал, скорее всего, сегодня, возможно, за минуты до того, как Нед подошел к его дому. Куда он ушел? Как сумел выбраться из города? Да кто знает! Скорее всего, Ойдар готовил свое отступление уже давно – с первого дня, как появился в этом городе. Через канализацию или тайными ходами секты Ширдуан, но парень ушел. Нед чувствовал это. Знал. Куда отправился Ойдар? Знают только боги.

Нед не чувствовал к нему ненависти. Несчастная, мятущаяся душа, разъеденная завистью, – что с ним будет? Встретятся ли они снова? Возможно. Все в этом мире возможно – это Нед усвоил раз и навсегда. Никогда не говори «этого не может быть» – боги заставят поверить в обратное. Всего лишь ради своего развлечения, чтобы человек не забывал – он не равен богам. Но… разве не равен?

Подняв бумагу с печатями Управы, прочитал текст, кивнул – да, все так и есть. Он, Нед, назван распорядителем всего имущества Ойдара. Улыбнулся – интересно, как в Управе восприняли подписание этой грамоты? Не сочтут ли его, Неда, самозванцем, когда он придет с бумагой в банк? Или в Управу, чтобы переоформить на себя лавки, дома?

Задумался – что ему делать с хозяйством Ойдара? Как он будет им управлять? И тут же решил – Арнот, вот кто ему нужен. Обстоятельный, честный парень. Тем более что часть денег принадлежит ему. Посадить его в этом доме – пусть управляет, пусть работает. Хватит мотаться по миру – он нужен тут. Отлично. Так нужно и сделать.

Нед встал, свернул оба письма в трубочку и, заметив футляр для писем, лежащий на бюро, положил свитки туда. Футляр сунул в карман куртки, проверил, надежно ли карман прикрыт, шагнул к двери.

Охранники сидели возле входа, в гостиной, и при виде Неда встали, будто ожидая распоряжений. Он посмотрел на громадных мужчин, спокойно взирающих на него без тени страха или неуверенности, подумал и предложил:

– Присядем? Поговорить нужно.

– Присядем, – кивнул один из братьев и осторожно присел на стул, заскрипевший под его тяжестью.

Нед улыбнулся – прежде он видел лишь одного человека такого размера, Жересара. Только тот был немного другим… подомашнее, что ли. Эти двое мужчин отличались от лекаря так, как военный замок отличается от дворцового комплекса. И тот и другой большие, крепкие, но первый служит лишь войне, разрушению, а второй, с его садами и прудиками, приспособлен для жизни, для красоты.

– Хозяин вам рассказал по меня?

– Сказал, – кивнул первый охранник, – что вы его брат, но с ним в ссоре. И теперь он уходит, оставляя вам все свое имущество. Теперь вы тут будете жить.

– И что думаете по этому поводу? – улыбнулся Нед.

– А что нам думать? – хмыкнул второй охранник. – Удивительно, что вы спрашиваете нас. Кто мы такие? Охранники, телохранители, бойцы. Нас интересует лишь одно – нужны мы вам или нет. А если нужны, каковы наши обязанности? Сразу хочу предупредить, господин, – мы не убийцы. Отлупить кого-то, выкинуть из лавки, прикрыть собой хозяина – это да. Но мы не наемные убийцы. И не солдаты. Я это говорю для того, чтобы вы поняли и приняли решение. Господин Ойдар с нами расплатился, даже премию выдал. Он хороший хозяин. Сказал, чтобы мы пробыли с вами ло тех пор, пока вы не приведете новых охранников вместо нас. Или же мы вольны служить вам – если мы захотим и если вы пожелаете. Ну вот, мы все сказали.

– Я предлагаю вам работать на меня, – не задумываясь сказал Нед. – На тех же условиях, на каких вы работали на Ойдара. Здесь будет жить и управлять всем хозяйством другой человек – Арнот, третий… брат. Вы станете ему помогать. Ну и я буду время от времени появляться, само собой. Если согласны – говорите. Если не согласны – тоже скажите и останьтесь до тех пор, пока я не приведу других охранников. Оставлять дом без охраны нельзя.

– Мы согласны работать, – пожал плечами первый охранник. – Господин Ойдар говорил о вас очень хорошо, сказал, что вы справедливый и честный человек. Зачем нам искать новое место?

– Как тебя звать?

– Я – Броскан Югар, а это мой брат – Моран Югар. Мы так-то призовые бойцы, но не всю же жизнь позволять вышибать себе мозги, – усмехнулся мужчина. – Хотя иногда мы все-таки деремся на арене. Только вот платить нам стали меньше. Из-за войны, что ли… или люди стали жаднее. Да и мы стареем. Нам уже по сорок лет… деньги были… куда-то утекли. Семьи нет, детей нет. А ведь пора бы и остепениться… Мы хорошие охранники, не сомневайтесь. Мимо нас не пройдешь. Вы сами уже убедились. Знаете, а я ведь чувствовал сегодня, что вы готовы меня ударить. И я боялся. Вы один из немногих людей, которым удалось меня напугать. Брат не даст соврать – это случается очень редко.

– Вы близнецы? – улыбнулся Нед.

– Да, – тоже улыбнулся мужчина и, повернувшись к брату, подмигнул ему. – Только я старше и умнее.

– Врет, – тут же отреагировал другой, хитро улыбнувшись. – Я умнее!

– Хорошо. Думаю, мы найдем взаимопонимание, – кивнул Нед. – Итак, теперь я ваш хозяин. Никому без моего распоряжения не открывать. Утром я приду. Кстати, как Ойдар отсюда ушел?

– Как обычно… через дверь, – пожал плечами Броскан. – А что?

– Потайных ходов нет?

– Вроде нет… по крайней мере, мне о них не известно. Еще какие-то распоряжения будут, господин Нед?

– Распоряжения? – хмыкнул Нед. – А! Вспомнил. Вот еще что – верните слуг, что здесь работали. Много их было?

– Кухарка, дворник, садовник, служанка по дому, она же прачка. Все. Господин Ойдар был неприхотлив и довольствовался малым.

– Это точно, малым, – усмехнулся Нед, потом задумался. – А кто вел учет проданным ценностям? Кто считал приход-расход? Где находится ювелирный цех, кто в нем работал? Кто был счетоводом?

– А я разве не сказал? Эгор Дренгар. Он обычно приходит к десяти утра, они с хозяином решают… решали дела. Что решали – я не знаю. Знаю только, что этот человек – счетовод господина Ойдара и знает все, что делалось тут, в его хозяйстве.

– Отлично. Как только появится – задержите, объясните ситуацию. Я найму Дренгара на работу. Или – если не захочет – сдаст дела тому, кого я выберу на его место. А что с цехом? Кто там работает?

– Извините, тех мастеров мы не знаем, – пожал плечами охранник. – Цеха мы не касались. Счетовода спр осите. Он расскажет.

– Хорошо. Задержите его, пусть дождется, – вздохнул Нед и поднялся с места. – Я ухожу, заприте за мной дверь.

– Господин, – нерешительно начал охранник, – может… вам умыться? В доме много воды… вы весь в крови. Не ранены? Может, вызвать лекаря?

– Нет, все в порядке, – усмехнулся Нед, – это не моя кровь. В гостинице умоюсь. Да, вот еще что. Забыл спросить: скажите, а с кем Ойдар тренировался? Когда я пришел, ты сказал, что он тренируется. С кем?

– Иногда один, чаще один. Иногда с нами. Иногда с людьми, которые к нему приходили.

– А что за люди приходили, ты их знаешь?

– Нет. Почти никого не знал, – уклончиво ответил охранник.

– А кого-то знал? – не отставал Нед.

– Господин… все они… преступники. Они собирают дань с торговцев, купцов. Я знаю кое-кого из них, но не поддерживаю отношения, не общаюсь. Почти не общаюсь, – неохотно проговорил мужчина, – не хочу с такими иметь дело.

– Ладно. Мы с тобой еще поговорим, – непреклонно сказал Нед. – Вижу, что эта тема тебе неприятна. Вообще-то как охранник ты должен был знать всех приходящих. Кстати, преступники, о которых ты говорил, скорее всего, полегли сегодня на городской площади. Я их убил.

– Всех? – недоверчиво переспросил охранник и отрицательно помотал головой. – Вряд ли всех. Скорее всего, только бойцов. И то часть. Те, кто правит, остались в тени. Их трудно достать. И если вы убили их людей, они будут мстить. Советую ходить с оглядкой. Это очень опасно. Поберегитесь. Не хотелось бы снова искать работу.

– Спасибо за предупреждение, – Нед покосился на ухмыляющихся братьев и тоже улыбнулся. – Зато честно, да?

– А зачем нам врать? Мы говорим то, что есть на самом деле. Иначе зачем мы тут? Чтобы пугать своим видом? Хозяин, мы не такие глупые, какими, возможно, кажемся. У нас из голов еще не все мозги выбили. Так что прислушивайтесь к тому, что мы говорим, – не пожалеете. Работаем на совесть. Но и берем не медяки – само собой.

– Договоримся, – кивнул Нед и, щелкнув пальцами, погасил магический фонарь, пошел к двери.

Уже отойдя от дома Ойдара шагов на сто, Нед оглянулся, посмотрел назад, и в свете тусклого фонаря различил две плечистые фигуры, стоящие на крыльце. Задумался… Интересно, насколько умелы эти братья в бою? Судя по изуродованным физиономиям, не мастера. Если бы с ними пришлось драться – как быстро он бы их победил?

В том, что он их победит, Нед не сомневался. Какой величины ни был бы противник, какой силы и мощи – против мастера он дитя. А вообще братья ему понравились. Почему-то они напомнили ему близнецов Игара и Магара, только постаревших, успокоившихся… ну, почти успокоившихся.

* * *

– И что думаешь по этому поводу?

– А что мне думать? Ты же якобы умнее – ты и думай. Чего спрашиваешь-то?

– Да ладно тебе волну гнать… Оба умные, оба. Что насчет нового хозяина?

– Опасно все… может, свалим от него? Сейчас ведь начнется… Говорит – всех поубивал! Нет, приятель. Их всех не поубиваешь. А что за Ширдуан такие? Ты не в курсе?

– Нос суешь, куда не надо, да?

– Сам-то? Только не говори, что не читал. Небось первый побежал нос совать! А то я тебя не знаю…

– Ну и читал. Надо же знать, куда мы лезем. Если лезем… Не знаю, что за Ширдуан. Пакость какая-нибудь – вот что. А как Ойдар боится Неда! Это же надо так бояться! Они такие же братья, как мы с соседским жеребцом. Ясно дело, какая-то шайка. Награбили, потом один сбежал с награбленными сокровищами. Вот и все. А этот нашел. И этот среди них самый опасный. Никак не могу уяснить – что значит «всех поубивал»? Один, что ли? Всех – это сколько? Трех человек? Пятерых? Силен, видать, парень, да. Видел его магический фонарь? То-то же. Маг. А Ойдар не был магом. Вот.

– Маг, да… Вообще-то мне интересно, чем все закончится. Ты видел днем, какая с ним была свита? А девочки какие? О! Не чета здешней мелкоте! А одна мне понравилась – она только чуть ниже меня! А ноги, ноги видел? Штанами обтянулась, фу-ты ну-ты! Попкой виляет! Отдал бы за нее месячное жалованье за одну ночь!

– Кстати, они, скорее всего, завтра сюда придут. Можно попробовать познакомиться…

– Кто ты для них? Охранник с уродливой мордой? Кстати, не пора ли нам накопить денег на лекаря, морду поправить?

– А поединки на арене? Тут же своротят, как и было. Ты помнишь, как я нос сделал? Денег отвалил. И что? В следующем же бою опять расплющили. Смысл какой?

– А ты не подставляй. Чего ты морду суешь, куда не надо. Ладно-ладно – не пыхти! Я тоже сую. Что касается Неда и его сокровищ… Ты знаешь, мне кажется, он не разбойник. Видел, как он отреагировал на слова, что мы не хотим работать на преступников? То-то же. Кладоискатель, наверное. А может, на войне взяли. Там же было упомянуто, что они воевали против исфирцев. Вот, наверное, там и взяли. Но какая нам разница? Деньги платят хорошие, канавы копать не заставляют – какое нам дело, где они взяли деньги? Платили бы исправно да не обижали. Я не прав?

– А если они торгуют вяленой человечиной? Ты тоже возьмешь их деньги и будешь защищать от опасности?

– Ну что ты бред какой-то несешь? Какая, к демонам, человечина? Мазиса обкурился, что ли? Возможно, они не совсем чисты перед законом – да кто чист? Забыл юность удалую? Забыл, как мы пьяных обирали в переулках? Забыл, как в шайке Зиги Носатого чудили?

– Мне это не нравилось, раз ты вспомнил прошлое. И мы с тобой оттуда ушли. И пришибли Зигу, если помнишь. Я про человечину просто так, для красивого словца. Имел в виду, что, может, их дело такое нехорошее, что и охранять их не захочется.

– Да нормальный мужик… Может, слегка и разбойник. А кто не разбойник? Сейчас в любого купца ткни – на нем такие делишки висят, что глаза на лоб полезут. Ладно, может, спать ляжем? Замудровали нас хозяева своими делишками. Похоже, что завтра будет день еще похлеще. Пошли, хватит воздух гонять.

* * *

– Значит, вы говорите, что некие разбойники напали на гостиницу и вы были вынуждены их убить? – Лицо главного стражника было помятым, как после хорошей попойки.

Действительно, от мужчины разило перегаром так, что даже стоять рядом противно. Допрос только начался, а Неда уже подташнивало от запаха пота, перегара, мазиса и каких-то сладких благовоний, непонятно как оказавшихся на одежде начальника стражи. Похоже, у того была веселенькая ночка.

– Да, я именно так и говорю, – подтвердил Нед со скучающим видом и перевел взгляд на Магара, строившего рожи и копировавшего важного чиновника. Выходило это настолько смешно, что Нед чуть не расхохотался и только усилием воли сдержал позыв. Незаметно для стражника показал Магару кулак, и тот исчез, будто растворившись в воздухе.

– А почему они оказались на улице, а не в вашей комнате, раз они на вас напали? Те, в гостинице, – понятно. Они забрались к вам, и вы имели право их убить, защищая жизнь свою и своих людей, также свое имущество. Но те, что на улице, – они не были внутри, а значит, не могли на вас напасть. Где свидетельства, что они хотели это сделать? Эдак каждый выйдет на рыночную площадь и поубивает всех, кто там есть, и скажет, что его хотели убить!

От стражника шла волна неприязни. Его подняли с утра пораньше, заставили тащиться через весь город, смотреть на поджаренные трупы – кого это обрадует?

– А болты от армейского арбалета, торчащие в стене? Они откуда взялись? – Нед стал понемногу раздражаться, и Бордонар, заметивший это, прикрыл глаза и легонько помотал головой – мол, спокойнее!

– Не знаю, откуда они взялись! – раздраженно бросил стражник. – Здесь я допрашиваю, а не вы! Пришли в наш город, убили кучу народа и еще, видишь ли, допрашивает меня! От вас одни проблемы, как я посмотрю!

– Господин полковник, разрешите мне с вами поговорить? – вмешался сержант Истурак. – Господин Черный, позволите?

– Да нет проблем. Говорите, – пожал плечами Нед и, встав с места, пошел к стойке, где стоял Харалд в окружении ардок, не спеша потягивающих из бокалов какой-то напиток.

– Ну что там? – тихо спросил Харалд. – Что он говорит? Чувствую, неприятности какие-то, да?

– Башку бы ему отрубить, – вмешалась Хелда, – рожа противная какая!

– Тссс! – шикнул Нед. – Нам только этого не хватало. Отрубленной башки главного стражника. А где наш чернокожий друг? И куда делись эти двое разрушителей, Игар и Магар?

– В город пошли. На рынок, – хмыкнула Хелда. – Говорят, скучно им. Пошли развлекаться.

– Интересно, кто будет тушить город после развлечений троицы остолопов? – пробормотал Нед, следя за тем, как сержант Истурак что-то с жаром доказывает своему непосредственному начальнику. Тот хмуро слушает и отрицательно мотает головой, вроде как не веря в слова сержанта. Потом начальник стражи с досадой потер лоб, и сержант сделал жест подавальщице. Через минуту она уже тащила высокий запотевший кувшин и кружку, а еще через две минуты полковник с видимым удовольствием пил из кружки холодное вино.

– Как человеку мало надо, чтобы быть счастливым, – тихо шепнул Харалд, тоже наблюдая за процессом лечения подобного подобным. – Видать, ночью перебрал, а?

– Ага, – хмыкнул Нед. – Кстати, как твоя голова? Болит?

– Нет. Игар вылечил. Всех обошел и полечил. Такой молодой и такой опытный лекарь. Просто молодец. Правда, девчонки?

– Игар? Ага, молодец, – довольно кивнула одна из охранниц, оторвавшись от важной беседы.

Вторая радостно улыбнулась и добавила:

– Да, молодец! Правда, не очень умелый. А энтузиазма у него хоть отбавляй! Всю ночь может трудиться.

– Вы вообще-то о чем? – с интересом спросил Нед.

– Ну как о чем? – начала охранница, посмотрела на улыбающиеся лица соратников и соратниц, махнула рукой, порозовев, как разведенное вино. – Да ну вас! Я думала, что-то интересное рассказываете…

– Вообще-то мы про лекарские способности Игара, а не про его постельные выкрутасы, – недовольно покачал головой Харалд. – Девки, вы хоть о чем-то, кроме любовных похождений, можете думать?

– Можем, – пожала плечами охранница. – Игар вылечил меня от головной боли. Хороший лекарь, да. Если он так же хорошо лечит от ран на поединке, цены ему нет!

– Поединки, любовные страсти и болтовня – вот интересы наших девушек, – хмыкнул Харалд. – А что-нибудь вы читаете, интересуетесь миром? Что, мир замкнулся только на постели?

– Будешь ныть, как все мужчины, будешь нас ругать, останешься без постели, – многообещающе сказала другая девушка, и охранницы радостно захохотали, видя, как смутился парень.

– Да не бойся… Они сами без тебя не захотят остаться, – подмигнула Хелда, – не верь им. Болтушки, что с них взять. Конор, этот жулик к нам идет.

– Нед, Нед, сюда! – Сержант оттащил Неда в сторону и заговорщически подмигнул. – Я все уладил. В общем, так – надо сделать подарок начальнику. Приличный такой подарок – подумай, что можно подарить. Тогда нас не будут таскать, и дело закроют. Ты же понимаешь, что можно раздуть все это дело? Что можно потащить тебя к судье, начать расследование, крутить мозги не один месяц и не два – годами. А так все закроют, дело спустят на тормозах, и все. Ну да-да, ты не виноват, да, ты герой, великий маг и бла-бла-бла… Только против судебной машины ты никто, пока не дашь денег. Не будешь же ты убивать и полковника, и судью, и всех, кто под руку попадется? Тебе тут жить, дело делать. И мне тоже. Подмажь скрипучую телегу свежим маслом, и поедем дальше. Понял?

– Вот. Передай ему. – Нед порылся в кармане и достал небольшой перстень с красным камнем. – Хватит с него?

– Хватит, – просиял сержант. – Крупненький камешек, да. Это золотых на… на… тысячи три, не меньше! А может, и больше! Отлично!

– А стражникам что-то надо дать? – пожал плечами Нед. – Ну… чтобы не слишком расстраивались, что их заставили стоять в оцеплении и все такое прочее. И уборщикам – мостовую надо еще намывать…

– Правильно мыслишь, – довольно кивнул сержант, – но не нужно. Они с трупов возьмут барахлишко – деньги, оружие, – вот и будет им компенсация. Кстати, ты знаешь вообще-то, кого уложил? Нет? По лицу вижу – не знаешь. Так вот, это одна из самых сильных преступных организаций – они под Сурой Хитрым ходили. Я узнал несколько человек из его банды. Ты человек тут новый, не знаешь. Так вот, они… сейчас я тебе расскажу. Давай-ка я выпровожу полковника, а то он с похмелья страдает. Так-то немного отошел, похмелился, но, боюсь, сейчас опьянеет, свалится здесь, и будет неприятность. Таскать эту тушу я не хочу. Сейчас пообедаем и поговорим.

Сержант убежал давать взятку, а Нед посмотрел ему вслед и отправился к своим людям сообщить о благополучном завершении расследования. И в который раз подумал, что не зря привлек к делу ушлого сержанта. Без него некоторые вопросы решить было бы трудно.

* * *

– Итак, к делу. Вам, вероятно известно, что все купцы, торговцы в городе платят дань ночным хозяевам, – начал сержант и замолчал, намазывая свежим маслом кусок горячей лепешки. – У каждого своя сумма, которую он еженедельно отдает сборщикам. Те знают все – сколько, откуда и как получает торговец. Или трактирщик. Или… в общем, каждый, кто имеет доход. За исключением аристократов, конечно. Эти неприкасаемы. По крайней мере, так считается…

– Не пойму, с какой стати они платят? – вмешалась Хелда, задумчиво отпиливая ножку куфиса острым, опасным даже на вид кинжалом, – разбили бы башку сборщикам, и все тут! Я бы сама им голову отпилила. Тупой пилой. Наглость какая – ходить и собирать деньги! Ты найди купца, победи его, убей, а потом и забери деньги с его трупа! А это что такое – как вши какие-то! Паразиты!

– А зачем убивать корову, которая дает молоко? – пожал плечами сержант. – Убили купца, один раз взяли – и что? Нет ни купца, ни денег, которые бы он заработал, если бы остался в живых. А когда ты раз в неделю берешь с него немного, по его меркам немного, он и не заметит. Жив, доволен. А в случае чего – может и за помощью обратиться… например, чтоб убрали конкурента. А тогда вообще увязнет – тут они его уже полностью выдоят, шантажировать будут. Нет, все умно. В общем, после того как прошло несколько кровавых войн между группировками ночных хозяев, осталась одна группа. Суры Хитрого. И каким-то образом вы перешли ей дорогу. Каким? Вам виднее. Кто, кроме вас, знает, в каком месте вы наступили на мозоль Суре?

Сержант замолчал, и все замолчали. Девушки задумчиво пили то ли сок, то ли слабое пиво, Харалд разглядывал задастую подавальщицу, а Нед задумчиво чертил в лужице пролитого пива что-то вроде рожицы демона или дракона. Поднял палец, понюхал – пахло хлебом, чем-то терпким, и ему внезапно захотелось выпить пива. Он стряхнул с пальца капельки липкой янтарной жидкости, подозвал подавальщицу, фыркнувшую на Харалда, упершегося в ее зад пристальным взглядом, заказал пива и через минуту с наслаждением прихлебывал из высокой холодной кружки.

– Скажи, Жэрон, кто этот Сура? – небрежно спросил Нед, прислушиваясь к тому, как одна из девиц выговаривала Харалду за то, что тот не сводил глаз с подавальщицы. Девушка пообещала отлупить «эту задастую корову», а Харалду ничего не пообещала. Совсем ничего.

– Сура? – благодушно откликнулся сытый и слегка пьяный сержант. – Не знаю, Нед. Спроси чего полегче. Например, кто создал богов?

– И кто? – заинтересовалась молоденькая девушка, все время бросавшая умильные взгляды на Неда, то ли по своей инициативе, то ли по настоянию Хелды, заботящейся о мужском здоровье Неда.

– Кыш! – цыкнула Хелда. – Видишь, конор разговаривает! Не вмешивайся! Я вечером расскажу тебе, что такое правила приличия и как надо вести себя рядом с конором!

– А что я такого спросила-то? – жалобно спросила девушка.

– Заткнись, сказала! – грозно рявкнула Хелда. – Ну, я тебе задам!

– Никто не знает, откуда взялись боги, – ответил сержант, с удовольствием разглядывая побагровевшую от стыда девушку. Она была на удивление красива: синие сияющие глаза, миленькое, почти детское личико. Казалось, ей лет пятнадцать, однако конор знал, что ей уже почти восемнадцать.

– Подожди, Жэрон, как это не знаешь? – удивился Нед. – Имя знаешь, все знают, что человек опутал половину города поборами, и никто не знает, кто это такой? Что за ерунда?

– О! Интересно, правда? Никто не знает его в лицо, – засмеялся сержант. – Как это получается, непонятно. Все знают – «Сура сказал»! Значит, Сура. И все тут. По слухам, несут деньги, кто-то их берет, куда-то передает, и все. Может, кто-то и видел его в лицо, но мне это неизвестно. Сурой может быть и вон тот трактирщик, и аристократ, живущий в своем особняке у моря, и… кто угодно, в общем.

– И что, никто так и не сделал попытки узнать, кто это такой? – серьезно спросил Нед, почти физически чуя запах преисподней, как известно, пахнущей горящей серой.