Текст книги "История Рюриковичей"

Автор книги: Евгений Пчелов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 47 страниц) [доступный отрывок для чтения: 20 страниц]

Князья Репнины.

Одной из многочисленных ветвей рода князей Оболенских была и княжеская фамилия Репниных. Её представители, как и члены других древних дворянских семей, внесли вклад, прежде всего, в государственную и военную жизнь России. Один из Репниных – князь Михаил Петрович (убит в 1565) известен как воевода во время Ливонской войны, но действия его оказались неудачными, и русские войска потерпели поражение от магистра Ливонского ордена Кетлера. Через несколько лет Репнин пал одной из первых жертв самодурства Ивана Грозного. Вызванный на какой-то потешный маскарад, князь отказался надеть шутовскую маску, предложенную ему царём. Он сорвал её с лица, бросил на землю и растоптал со словами: «... чтобы я, боярин, стал безумствовать и бесчинствовать!» За это через несколько дней царские слуги убили его прямо в церкви.

Князь Борис Александрович Репнин (ум. в 1670) пользовался большим доверием первых царей из Дома Романовых – Михаила Фёдоровича и Алексея Михайловича. Он возглавлял несколько важных приказов, служил воеводой в разных городах, часто фактически руководил работой Боярской думы. В 1653 году, как раз накануне присоединения Левобережной Украины к России, он возглавлял посольство в Речь Посполитую.

В петровское время выдвинулся князь Аникита (Никита) Иванович Репнин (1668 – 1726). Один из ближайших сподвижников Петра, он участвовал и в Азовских походах, и в Северной войне. Отличился в битве у деревни Лесной и особенно в Полтавском сражении, где командовал центром русской армии. Пушкин отметил его в своей поэме «Полтава» в ряду героев той славной битвы: «И Брюс, и Боур, и Репнин...» Первым вошёл в Ригу и стал первым русским генерал-губернатором Лифляндии. Проявил немалую твёрдость духа во время Прутского похода. С 1724 года президент Военной коллегии. После смерти Петра поддержал Екатерину I, за что в день её коронации получил чин генерал-фельдмаршала.

Сын Аникиты Ивановича – Василий Аникитич (ум. в 1748), генерал-адъютант, генерал-фельдцейхмейстер (1745), то есть начальник артиллерии русской армии, также участвовал в военных действиях Северной войны и войны с Турцией 1735 – 1739 годов. Недолгое время являлся воспитателем великого князя Петра Фёдоровича, будущего Петра III, возглавлял шляхетный кадетский корпус.

Следующее поколение Репниных. Князь Николай Васильевич (1734 – 1801) совместил в своём лице талантливого военачальника и искусного дипломата. «Одарённый от природы редким умом и великими государственными способностями, был одним из украшений блистательного царствования Великой Екатерины» («Российская Родословная книга» князя П. В. Долгорукова). В его военном активе: Семилетняя война, Ларг и Кагул, командование Украинской армией во время кампании против турок 1787 – 1791 годов и, наконец, блестящая победа над великим визирем Юсуфом при Мачине (1791), последний аккорд той войны, вынудивший Турцию пойти на заключение мирного договора. За Мачин Екатерина наградила Репнина высшим военным орденом России – орденом Святого Георгия I степени. Памятником дипломатической службы Николая Васильевича остался написанный им текст Кючук-Кайнарджийского договора между Турцией и Россией (1774). В последние годы екатерининского царствования Николай Васильевич – виленский, гродненский, лифляндский и эстляндский генерал-губернатор, а при Павле I – посол в Берлине. В 1796 году князь Репнин достиг высшего военного чина – генерал-фельдмаршала.

На его дочери Александре Николаевне (1757 – 1834) история рода князей Репниных могла закончиться. Но в 1801 году фамилию и титул Репниных унаследовал её сын – князь Николай Григорьевич Волконский (1778 – 1845), с тем чтобы передать их старшему в роде его потомков. Николай Григорьевич в 1805 году отличился при Аустерлице, затем в сражениях войны 1812 – 1814 годов, в авангарде армии П. Х. Витгенштейна вошёл в Берлин (1813), был русским губернатором Саксонского королевства, разорённого военными действиями. С 1816 года в течение 18 лет занимал пост генерал-губернатора Малороссии. В 1828 году произведён в генералы от кавалерии, в 1834-м назначен членом Государственного Совета. Его жена графиня Варвара Алексеевна Разумовская (1778 – 1864) немало сделала для развития женского образования в России, основала женский институт в Полтаве, приобрела известность как щедрая благотворительница.

Внебрачным сыном одного из князей Репниных являлся поэт Иван Петрович Пнин (1773 – 1805). Его фамилия представляет собой усечённый вариант фамилии отца: в XVIII – XIX веках для внебрачных детей русских дворян фамилию зачастую образовывали, отсекая первый слог или первые буквы (Трубецкой – Бецкой, Потёмкин – Тёмкина, Воронцов – Ранцов, Елагин – Агин, Лопухин – Опухина, Голицын – Де Лицын и т. д.). Пнин известен как один из писателей-просветителей, он был связан с возникшим в 1802 году в Петербурге Вольным обществом любителей словесности, наук и художеств, которое возглавил незадолго до смерти. В 1804 году Пнин напечатал «Опыт о просвещении относительно к России», в котором изобразил тяжкое положение крепостных крестьян и, надеясь на либеральный курс Александра I, призвал правительство облегчить их участь. Тираж этого произведения Пнина был конфискован властями. Иван Петрович в 1798 году издавал также «Санкт-Петербургский журнал», в котором появлялись его стихотворения и басни (всего вышло четыре части журнала). К сожалению, талантливый поэт прожил недолго, скончался он от чахотки.

Князья Долгоруковы.

Ещё одно ответвление Оболенских «превратилось» в самостоятельную княжескую фамилию Долгоруковых. Родоначальник Долгоруковых (в XVII – XIX веках их именовали также Долгорукими) – князь Иван Андреевич Оболенский получил своё прозвище якобы за свою мстительность (имел «долгие руки»). С XVI века Долгоруковы служили при московском дворе, занимая важные посты в военном и гражданском управлении. От внуков Ивана Андреевича род разделился на четыре ветви.

В XVIII веке на авансцену русской политики выдвинулись представители старшей ветви этой знаменитой княжеской фамилии. Сыновья воеводы и окольничего Фёдора Фёдоровича (ум. в 1664) вошли в круг ближайшего окружения Петра I. Особенно большим весом (в прямом и переносном смыслах) пользовался князь Яков Фёдорович Долгоруков (1639 – 1720). Начав службу ещё при Алексее Михайловиче (стольник (1672), позднее наместник в Симбирске), он уже во время стрелецких бунтов в 1682 году встал на сторону Нарышкиных и Петра, а в 1689-м одним из первых присоединился к Петру в Троице-Сергиевой лавре, за что потом был назначен судьёй Московского приказа. Яков Фёдорович много потрудился для создания русской регулярной армии, дважды ходил с царём под Азов, за что пожалован в ближние бояре, а в Нарвской баталии 1700 года попал в плен к шведам. Там он пробыл десять лет, пока ему с группой русских пленников не удалось захватить шведскую шхуну и отвести её в Ревель, к тому времени перешедший под власть России. С 1712 года Яков Фёдорович сенатор, а в 1717 году он возглавил Ревизион-коллегию, следившую за правильным распределением государственных средств. На этом посту князь проявил себя с самой лучшей стороны, прославившись честностью и прямотой.

Брат Якова Фёдоровича – воевода Лука Фёдорович умер в 1710 году после того, как по приказу Петра одним махом выпил пол-литра водки. Другой брат – стольник и воевода Борис Фёдорович участвовал в Азовских походах. А четвёртый из братьев Долгоруковых – Григорий Фёдорович (1657 – 1723), сенатор (с 1721), выдвинулся на дипломатической службе, будучи в период Северной войны послом в Речи Посполитой. Кстати, после измены гетмана Мазепы именно он руководил избранием на Украине нового гетмана, которым стал верный Петру И. И. Скоропадский.

Следующее поколение Долгоруковых ожидала печальная судьба. Двоюродные братья сенаторы дипломат Василий Лукич (1672 – 1739) и Алексей Григорьевич (ум. в 1734) заняли ведущее положение при дворе внука Петра I – Петра II. Этому способствовало то, что Алексей Григорьевич являлся одним из воспитателей будущего императора, а сын князя – Иван Алексеевич (1708 – 1739) сделался ближайшим другом молодого государя. Свою огромную власть князья Долгоруковы, представители старой русской аристократии, обрели после падения Меншикова. Молодой князь Иван быстро вошёл в доверие Петра II, участвуя в бесконечных охотах и кутежах царственного отрока. Он получил звание обер-камергера и стал майором лейб-гвардии Преображенского полка, но, конечно, никакими служебными заботами себя не обременял. Василий Лукич и Алексей Григорьевич вошли в состав Верховного Тайного Совета, распоряжавшегося всей русской политикой. Долгоруковы вообще стали мощным семейным кланом, задумавшим подчинить себе и императорскую династию. Для этого планировался брак Петра II с сестрой Ивана Екатериной Алексеевной (1712 – 1747), получившей титул «Её Высочество Государыня-невеста». Уже всё было готово для свадьбы, но тут юный царь после недолгой болезни скончался. И Долгоруковы решились на отчаянный шаг. Они изготовили фальшивое завещание Петра, подделав его подпись. Согласно этому документу, государь якобы завещал престол своей невесте Екатерине. Но подлог скоро раскрылся, и по настоянию другого верховника князя Дмитрия Михайловича Голицына на российский престол пригласили Анну Иоанновну. Власть новой императрицы должны были ограничить специальные условия – «кондиции», закреплявшие, по сути, всевластие Верховного Тайного Совета. Василий Лукич принял деятельное участие в их составлении, а затем отправился к Анне в Митаву, где убедил племянницу Петра Великого подписать этот документ. Но «затейка» верховников с треском провалилась. Анна восстановила самодержавие, а Долгоруковы попали в опалу. Василия Лукича заточили в Соловецкий монастырь. Алексея Григорьевича с детьми сослали в Берёзов, где ранее умер поверженный Долгоруковыми Меншиков. Братья Алексея Григорьевича – тайные советники Сергей и Иван отправились: один – в Раненбург (ныне Чаплыгин), другой – на север, в Пустозерск. Бывший фаворит императора, Иван Алексеевич, к тому времени уже женился на дочери фельдмаршала Б. П. Шереметева – Наталии Борисовне (1714 – 1771). Ей советовали отказаться от брака, но несмотря на начавшиеся на Долгоруковых гонения она не изменила своего решения.

Отвергнув домогательства местного подьячего, бывшая царская невеста Екатерина Алексеевна невольно стала причиной гибели многих своих родственников. На её брата Ивана Алексеевича поступил донос, в результате дело возобновилось, и князя с братьями перевели в Тобольск. Там этого некогда блестящего молодого офицера держали прикованным ручными и ножными кандалами к стене. Не выдержав мучений и находясь на грани безумия, Иван рассказал о поддельном завещании Петра II и оговорил своих родственников. Расправа над Долгоруковыми была жуткой. Самого Ивана колесовали, его брату Николаю отрезали язык, Сергею, Ивану Григорьевичу и Василию Лукичу отрубили головы. Екатерину Алексеевну перевезли в Новгород и два года держали в строгом заключении в Воскресенском Горицком монастыре. Освобождённая только Елизаветой Петровной, Екатерина вернулась ко двору. По настоянию императрицы, в 1745 году она вышла замуж за генерал-аншефа графа Александра Романовича Брюса (1708 – 1752, его вторая жена), но вскоре умерла.

Несчастная Наталья Борисовна долгое время не знала о судьбе увезённого из Берёзова мужа, потом ей разрешили вернуться в Москву, позднее она приняла постриг с именем Нектарии, а затем схиму в одном из киевских монастырей. Похоронена в Киево-Печерской лавре. Она оставила «Своеручные записки», в которых описала все злоключения своей семьи. Образ Наталии Борисовны запечатлён в русской литературе, в произведениях К. Ф. Рылеева и И. И. Козлова.

Племянник Ивана Алексеевича – Алексей Алексеевич (1767 – 1834) состоял на военной, а затем на статской службе. Был симбирским гражданским губернатором (с 1808), во время войны 1812 года сформировал местное ополчение и потом командовал им. С 1815 года – московский гражданский губернатор, сенатор (1817), действительный тайный советник (1832), с 1829 года – член Государственного Совета. В 1828 – 1830 годах занимал должность министра юстиции. Во время его управления министерством был завершён Свод законов Российской Империи в 15 томах.

Внук Алексея Алексеевича – князь Александр Николаевич (1873 – ) служил в Кавалергардском полку (с 1912 командир полка в чине генерал-майора), участвовал в Русско-японской 1904 – 1905 годов (был ранен) и Первой мировой войнах. Генерал от кавалерии, в 1917 году командовал Первым кавалерийским корпусом. Во время гражданской войны гетман Украины П. П. Скоропадский осенью 1918 года назначил князя главнокомандующим своими войсками. После отречения гетмана Александр Николаевич снял с себя командование и выехал в Одессу, затем эмигрировал. М. А. Булгаков вывел его под именем «князя Белорукова» в романе «Белая гвардия».

Внук Ивана Алексеевича и Наталии Борисовны – князь Иван Михайлович (1764 – 1823), выпускник Московского университета, тайный советник и владимирский губернатор, оставил оригинальный след в литературной жизни своего времени. Ему принадлежат многочисленные стихотворения (оды, сатиры, песни, лирика), пьесы, прозаические произведения, а также переводы с французского. В своём московском особняке он организовал домашний театр, просуществовавший более десяти лет. По субботам проводил домашние литературные чтения, собиравшие многих интересных писателей (М. Н. Загоскин, С. Т. Аксаков), состоял в Обществе любителей российской словесности при Московском университете. В 1818 году князь собрал свои мемуарные записи в виде словаря своих знакомых под названием «Капище моего сердца, или Словарь всех тех лиц, с коими я был в разных отношениях в течение моей жизни». В истории литературы остались и двое его сыновей. Князь Александр Иванович (1793 – 1868) писал салонные стихи и прозу. Князь Дмитрий Иванович (1797 – 1867) входил в общество «Зелёная лампа», издал несколько поэтических сборников, долгое время работал в дипломатических миссиях за рубежом. С 1854 года тайный советник, сенатор.

К старшей ветви князей Долгоруковых принадлежала и княжна Екатерина Михайловна (1849 – 1922). Предмет любви Александра II, она родила императору четырёх детей. После смерти императрицы Марии Александровны государь женился на своей возлюбленной, что вызвало сложную реакцию в придворных кругах. Своей новой жене и узаконенным теперь детям Александр II пожаловал фамилию и титул светлейших князей Юрьевских. Говорили о планах коронации Долгоруковой в качестве российской императрицы. Но вскоре Александр II погиб от рук народовольцев, княгиня Юрьевская удалилась от двора и долгие годы жила за границей, где и умерла. Похоронена она на православном кладбище Кокад в Ницце. Её потомки до сих пор живут в Европе.

Целым рядом ярких личностей представлена одна из младших ветвей рода князей Долгоруковых.

На дочери воеводы и боярина князя Владимира (Петра) Тимофеевича Долгорукова (1569 – 1633) – Марии в 1624 году женился царь Михаил Фёдорович, но молодая царица умерла через четыре месяца после свадьбы. Возможно, её отравили враги Долгоруковых. Как бы то ни было, после этого случая цари династии Романовых в XVII веке предпочитали жениться на девушках из незнатных и небогатых дворянских семей, далёких от дворцовых интриг. Мария Владимировна была, таким образом, пусть и недолго, первой царицей Дома Романовых.

Князь Юрий (Софроний) Алексеевич (имел также прозвище Чертёнок, поскольку его дед носил прозвище Чёрт), боярин и воевода, отличился в войне с Речью Посполитой в 1654 – 1667 годах, одержав ряд крупных побед. Он же во главе царских войск подавил движение Степана Разина. В разное время возглавлял некоторые приказы, в том числе Стрелецкий, Пушкарский и Казанского дворца. Особенно большое влияние он приобрёл на молодого царя Фёдора Алексеевича, а сын князя – боярин Михаил Юрьевич слыл ближайшим приближённым государя. Близость к царю и высокое положение не спасли Долгоруковых от гибели, а наоборот, ухудшили их положение. В мае 1682 года, уже после смерти Фёдора Алексеевича, в огне полыхавшего стрелецкого мятежа отец и сын нашли свою смерть. Михаила Юрьевича, набросившегося на стрельцов с угрозами, озверевшая толпа сбросила с кремлёвского Красного крыльца на копья, а его отца, бывшего тогда уже восьмидесятилетним стариком, преданного своим слугой, долго мучили и потом умертвили.

Внучатому племяннику Юрия Алексеевича – князю Василию Владимировичу (1667 – 1746) тоже довелось пострадать за свою близость к престолу, хотя он и был, прежде всего, военачальником. Поступив на службу в Преображенский полк, Долгоруков побывал и на Полтавском поле, где во время сражения командовал резервной конницей, и на берегах Прута. В 1708 году он разгромил восстание К. А. Булавина. К порыву борьбы с мятежниками примешивались и личные чувства: брат Василия Владимировича – полковник Юрий Владимирович погиб от рук казаков, окружённый со всем своим отрядом.

Несмотря на доверие Петра, князь Долгоруков не разделял всех его реформаторских устремлений, и потому оказался в числе лиц, близких к царевичу Алексею. Долгорукова, поднявшего голос в защиту Алексея, лишили всех чинов и сослали в Соликамск. В армию он вернулся лишь по случаю коронации Екатерины I в 1724 году, причём в чине бригадира. Но уже в 1726 году был произведён в генерал-аншефы и назначен командующим войсками на Кавказе. Благодаря усилению Долгоруковых при Петре II Василий Владимирович вошёл в состав Верховного Тайного Совета и сделался генерал-фельдмаршалом. Однако вёл он себя крайне осторожно, не поддержал кондиции, предложенные князем Голицыным, и потому после воцарения Анны Иоанновны сохранил своё положение. Более того, он стал сенатором и президентом Военной коллегии. Но всё-таки старый вояка не мог спокойно взирать на опалу своих родственников. В разговорах он неоднократно неодобрительно отзывался об императрице. Эта неосторожность стоила ему свободы. По доносу генерал-поручика принца Гессен-Гомбургского в 1731 году Долгорукова приговорили к смертной казни, но заменили её заточением в Шлиссельбургской крепости. В 1737 году князя сослали в Ивангород, а уже в следующем году, когда раскрылось дело с фальшивым завещанием Петра II, навечно посадили в тюрьму Соловецкого монастыря. Вернулся князь только при Елизавете Петровне. Государыня возвратила ему фельдмаршальский чин и поставила во главе Военной коллегии. После этого Василий Владимирович прожил ещё несколько лет.

Его брат – Михаил Владимирович (1667 – 1750), один из первых сенаторов, в общих чертах повторил судьбу своего брата. Он тоже был сослан по делу царевича Алексея, потом вернулся, несколько лет губернаторствовал в Сибири, в 1729 году вошёл в состав Верховного Тайного Совета (действительный тайный советник), при Анне Иоанновне вынужденно отправился на житьё в одну из своих деревень, затем был сослан в Нарву, а в страшном для Долгоруковых 1739 году его приговорили к смертной казни. Поскольку никакого непосредственного участия в делах девятилетней давности он не принимал, казнь заменили ссылкой. Елизавета Петровна помиловала князя Михаила, но вскоре он предпочёл по старости выйти в отставку.

В екатерининскую эпоху взошла звезда талантливого полководца князя Василия Михайловича Долгорукова (1722 – 1782), сына Михаила Владимировича. С юных лет он пошёл служить в армию. Неоднократно отличался в сражениях русско-турецкой войны, но никакого продвижения по службе не получал. Наконец командующий русскими войсками фельдмаршал Б.-Х. Миних на свой страх и риск произвёл его за храбрость при штурме Перекопа в прапорщики. Более успешно развивалась карьера князя при императрице Елизавете. Он с самой лучшей стороны проявил себя на полях Семилетней войны, в том числе при Цорндорфе. А в день коронации Екатерины II получил чин генерал-аншефа. Триумфом князя стала русско-турецкая война 1768 – 1774 годов. Командующий 2-й армией, он действовал на крымском театре военных действий, и в 1771 году, преодолев отчаянное сопротивление противника, прорвался через Перекоп (уже знакомый ему по предыдущей войне с Турцией) и занял Крым. За эту победу и по случаю заключения Кючук-Кайнарджийского мира императрица наградила Василия Михайловича золотой шпагой с алмазами, орденом Святого Георгия I степени и почётной фамилией Крымский .Так в один ряд с героями той войны Орловым-Чесменским и Румянцевым-Задунайским встал и князь Долгоруков-Крымский. Но чина генерал-фельдмаршала Василий Михайлович так и не получил. Он вышел в отставку, удалился от дел и несколько лет прожил в своём имении. Однако в 1780 году князь «воскрес» из небытия. Его назначили главнокомандующим в Москву, и на этом посту он заслужил любовь и уважение московских граждан. Среди полезных дел князя – сооружение первого каменного моста через реку Яузу. Дом Василия Михайловича на углу Охотного ряда и Большой Дмитровки спустя два года после его смерти приобрело Московское Благородное (дворянское) собрание. Позднее архитектор М. Ф. Казаков перестроил его и в таком виде здание дошло до наших дней (Дом союзов с великолепным Колонным залом).

Несколько месяцев главой древней столицы был и другой князь Долгоруков – дальний родственник крымского героя Юрий Владимирович (1740 – 1830). В Семилетнюю войну его тяжело ранило в битве при Гросс-Егерсдорфе, при Цорндорфе он командовал Киевским полком и за мужество удостоился чина секунд-майора, а после осады крепости Кольберг стал премьер-майором. В 1769 году выполнял важную дипломатическую миссию в Черногории, во время Чесменского боя успешно командовал кораблём «Ростислав» (хотя никакого морского опыта не имел), во главе дивизии участвовал в осаде Очакова уже во время второй екатерининской русско-турецкой войны. Генерал-аншеф при Екатерине, он дважды уходил в отставку. Третье возвращение на службу последовало уже при Павле I, назначившим Долгорукова главнокомандующим в Москву, но и тут он продержался всего полгода. В 1798 году непредсказуемый император ещё раз вспомнил о нём: Долгорукова ввели в Совет при Высочайшем дворе. Впрочем, вскоре последовала ещё одна отставка, и пятый раз на службу он вернулся уже при Александре I. Ветеран Семилетней и екатерининских войн с Турцией, Юрий Владимирович принял участие и в войне с Наполеоном, на этот раз в составе ополчения.

Боевым офицером был и другой князь Долгоруков – Михаил Петрович (1780 – 1808). Светский красавец геройски дрался в кампанию против Наполеона 1806 – 1807 годов под Аустерлицем, Пултуском и Прёйсиш-Эйлау, командовал Курляндским драгунским полком, получил рану в грудь навылет. Уже в чине генерал-майора он воевал и со шведами, в сражении под Индельсальми его недолгая, но яркая жизнь оборвалась. Рухнули и семейные планы. А ведь с согласия Александра I он намеревался жениться на его сестре великой княжне Екатерине Павловне. Так во второй раз (после предполагавшейся свадьбы Петра II) Долгоруковым не пришлось породниться с Романовыми (это сделала потом «Катенька» Юрьевская).

Совсем иную позицию по отношению к императорской власти занял племянник Михаила Петровича – князь Пётр Владимирович Долгоруков (1816 – 1868). В истории, пожалуй, немного найдётся столь авантюристических личностей. Аристократ по рождению, князь окончил привилегированный Пажеский корпус, блистал в свете, но уже в молодости пользовался сомнительной репутацией. Достаточно сказать, что именно ему позднее приписывалось авторство пасквиля, погубившего Пушкина. Хотя эта версия и не нашла подтверждений, сами по себе подозрения уже о многом свидетельствовали. Своим служебным ростом князь не был удовлетворён. Он считал себя очень талантливым и способным человеком, а причины неудач искал в косности и недоброжелательности высшего общества. В конечном итоге Долгоруков решил насолить не признававшему его императорскому окружению. В 1843 году под псевдонимом «граф Альмагро» он издал за границей на французском языке «Заметку о главных фамилиях России», в которой привёл ряд фактов, порочащих правящую династию и представителей высшей аристократии. Долгорукова вызвали в Россию и сослали в Вятку, правда, вскоре от наказания освободили.

В своих обличительных сочинениях князь использовал действительно уникальные знания. Дело в том, что он серьёзно увлёкся генеалогией и собрал огромный материал о родословиях и истории знатных русских фамилий. Долгоруков задумал осуществить грандиозный замысел – издать многотомный свод родословных всего российского дворянства. Удалившись от дел и живя в своём имении, князь приступил к реализации своего плана. В 1854 – 1857 годах он издал в Петербурге знаменитую «Российскую родословную книгу», ставшую с тех пор настольной книгой всех русских генеалогов. Это был, по сути, первый обобщающий научный труд по русской генеалогии, не только имевший практическое значение, но и заложивший основы данной научной дисциплины в России. Во многом он не потерял своего значения и до сих пор. Князь опубликовал только четыре тома этого масштабного исследования, дальнейшую работу прервала неуёмная энергия составителя.

В 1857 году он представил Александру II записку с проектом реформ государственного управления, выступил с предложением освободить крестьян с землёй за выкуп, но его активность не дала никакого результата. Разочаровавшись в реформаторских планах и вновь поняв, что его талант и знания не оценили, Пётр Владимирович в 1859 году уехал за границу, предварительно переведя туда все свои капиталы. Через год в Париже увидела свет его книга «Правда о России». В ней он обрушился на самодержавие, высший слой сановников и дворянства и на проводимую ими политику. Желчные филиппики перемежались с язвительными характеристиками – самолюбие непризнанного «гения» было удовлетворено. Кроме того, князь выдвинул идеи либеральных преобразований, которые должны были привести к установлению в России конституционной монархии с двухпалатным парламентом. Реакция правящих кругов не замедлила сказаться: Долгорукова приговорили к лишению княжеского титула, прав состояния и вечному изгнанию из России. Князь-эмигрант окончательно перешёл в стан заграничных диссидентов. Он занялся публицистической деятельностью и даже сотрудничал в герценовском «Колоколе».

К генеалогии он так больше и не вернулся. Хотя Долгоруков и пытался использовать свои знания в корыстных целях (шантажировал М. С. Воронцова, претендовавшего на происхождение от древнего боярского рода, угасшего ещё в допетровскую эпоху), он остался в истории науки прежде всего как один из крупнейших генеалогов, сделавший очень много для её развития в нашей стране. Его «Российская родословная книга» легла прочным фундаментом в этой области знаний, а собранный в ней богатый материал стал бесценным кладезем исторической фактологии. Долгоруков ввёл в русскую генеалогию и определённую форму родословной росписи, считающуюся и доныне классической.

В середине XIX века развернулась государственная деятельность ещё двух братьев Долгоруковых – Василия и Владимира Андреевичей. Василий Андреевич (1804 – 1868), проявивший верность престолу 14 декабря 1825 года, пользовался особым доверием Николая I. С 1848 года он – товарищ военного министра, а в 1853 году занял и саму эту должность. Александр II сделал князя членом Государственного Совета, присвоил чин генерала от кавалерии и назначил шефом жандармов и главным начальником III Отделения Собственной Его Императорского Величества канцелярии. На этом посту князь прослужил верой и правдой 10 лет. Он подал в отставку в 1866 году после покушения на императора Д. В. Каракозова.

Владимир Андреевич (1810 – 1891), также генерал от кавалерии (1867) и член Государственного Совета (1881), в течение доброй четверти века (1865 – 1891) был московским генерал-губернатором (дольше, чем кто-либо на этом посту). Благодаря своему мягкому, отзывчивому характеру и добросердечию «душка-князь» пользовался огромной популярностью у москвичей. О нём рассказывали множество забавных историй, а его имя стало символом уклада старомосковской жизни. Для города князь сделал немало. При нём начали освещать Москву газом, заработала первая конка, улучшилось водоснабжение, усовершенствовалось полицейское управление, наконец, завершилось грандиозное строительство храма Христа Спасителя. В 1882 году провели однодневную перепись населения. Москва находилась в центре культурной и научной жизни страны. За заслуги перед городом в 1875 году князю было присвоено звание почётного гражданина Москвы, этой чести удостаивались единицы (среди них Н. И. Пирогов и П. М. Третьяков). Новослободская улица по просьбе москвичей получила новое название – Долгоруковская (в советское время переименована в Каляевскую, в честь террориста, убившего долгоруковского преемника по управлению Москвой – великого князя Сергея Александровича; теперь она снова Долгоруковская).

В 1891 году Александр III решил сменить высшую городскую власть. Старый князь уже не мог обеспечить той твёрдой и жёсткой политики, которую требовал от подчинённых обеспокоенный нарастанием в обществе радикальных тенденций император. В феврале Долгоруков подал в отставку, уехал в Приж на лечение, где и скончался. Новым московским генерал-губернатором стал брат царя великий князь Сергей Александрович.

Внук Василия Андреевича – князь Василий Александрович Долгоруков (1868 – 1918) – генерал-майор, гофмаршал, входил в круг приближённых Николая II. Он остался верен своему долгу и сопровождал арестованную царскую семью в Тобольск и Екатеринбург. Затем его отделили от них, посадили в тюрьму и без всяких обвинений расстреляли. В 1981 году Русская Православная Церковь Заграницей причислила князя Василия Александровича к лику Новомучеников Российских.

Впрочем, не только верные престолу лица оказались в те времена среди князей Долгоруковых. Братья Павел (1866 – 1927) и Пётр (1866 – 1945) Дмитриевичи принадлежали к числу активных членов кадетской партии. Оба закончили Московский университет: Павел – естественное отделение физико-математического факультета, Пётр – историко-филологический факультет, оба были деятельными участниками земского движения. Павел Дмитриевич в течение десяти лет занимал пост рузского уездного предводителя дворянства, с 1902 года – статский советник, носил также придворное звание камергера (лишён его в 1910 году). Когда образовалась кадетская партия, оба брата были в числе её организаторов. На II съезде кадетов Павла Дмитриевича избрали председателем её ЦК, позднее он был товарищем председателя ЦК. В 1907 году являлся депутатом II Государственной думы, возглавлял в ней кадетскую фракцию. Павел Дмитриевич пользовался огромным моральным авторитетом у своих соратников. За честность и порядочность его называли «рыцарем без страха и упрёка», «лидером без слов» (он не отличался ораторскими дарованиями), П. Н. Милюков охарактеризовал его как «кристально чистого человека», вспоминал, что «более безобидного и незлобивого человека трудно встретить». По словам его брата Петра Дмитриевича, политическое кредо Павла Долгорукова выражалось словами «консервативный либерализм». Он считал необходимым реформирование политической системы в России, но только на твёрдых основах традиций.