![](/files/books/160/oblozhka-knigi-botanik.-povodyr-376652.jpg)
Текст книги "Ботаник. Поводырь"
Автор книги: Евгений Щепетнов
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 6 страниц)
Глава 4
– Неприятный замок! – инквизитор третьего ранга Силван Масар окинул взглядом громаду приближающегося здания – А таких замках нечистой силе только и селиться!
– Нечистая сила ныне предпочитает селиться в головах людей – чуть скривив тонкие губы после недолгого молчания прокомментировал инквизитор-следователь второго ранга Геррард Мосс – Люди заражены Темным! Дурацие идеи, дурацкие мысли, дурацкое поведение – все из-за чего? Из-за того, что в них вселяется нечистая сила! Она и руководит их мыслями, их поступками! И мы должны искоренять эту нечистую силу! Даже если придется выжечь ее из головы одержимого каленым железом!
Они помолчали, и Масар утвердительно кивнул, глянув на третьего инквизитора, здоровенного, со шрамом на щеке мужчину лет сорока. Специалиста по допросам, умевшего выудить информацию из самого что ни на есть убежденного, фанатичного поклонника нечистой силы. У него сознавались все. Он умел допрашивать так, как никто другой. А здесь похоже что работы ему будет выше головы – убиты наместник Императора, его ближайший помощник и еще несколько человек, и самое главное – никто ничего не видел, ничего не знает, все случилось в запертой комнате. Это верный признак нечистой силы! И кому как не инквизиции разбираться с этим преступлением. Если понадобится – они поставят на уши весь гарнизон этого проклятого замка, допросят всех его людей! Выжигать нечистую силу нужно тогда, когда она еще не распространилась по всей Империи! Дело очень важное – не зря сюда направили лучшую бригаду инквизиторов. Как сказал Глава Ордена – по распоряжению самого Императора. Дело у него на контроле.
Вблизи замок оказался еще более давящим, огромным, тяжелым, чем виделось издалека. Его могучие стены, которые невозможно пробить даже камнеметными орудиями, способными метать булыжники в половину человеческого роста размером – возвышались над землей на два десятка человеческих ростов, и по ним ходили стражники. Ров вокруг замка сейчас был сух, и на дне его виднелись вкопанные острые колья, на которые напорется тот, кто попытается переплыть ров во время штурма. Заполнить ров водой совсем не долго – по специальному каналу, ведущему от реки.
Дорога, ведущая к замку, была старой, как и сам замок – сделана в незапамятные времена и так искусно, что ее не смогли повредить и ломовые извозчики, бич и проклятие всех имперских дорог. Они своими тяжеленными повозками превращают тракты и городские улицы в изрытые колдобинами проселочные дороги, выбивая из покрытия булыжники и мешая подушку дороги с жидкой грязью, возникающей после дождя. Давно уже ходят разговоры, что ломовиков следует запретить и установить ограничение на вес, который возчик имеет право перевозить в своей повозке. Но дальше разговоров дела не идут – ломовики всем выгодны, они перевозят основную часть грузов, а начни возить эти самые грузы обычными повозками – встанет в три раза дороже. А кроме того – если дорога цела, как получить от Империи заказ на ремонт дорожного покрытия? А на этом живут несколько влиятельных кланов, поделивших между собой дорожные работы в Империи.
Следователь оглянулся на повозку наместника, и невольно скривился – паскудный, заносчивый сынок одного из советников императора, этот придворный петух считает себя очень умным и знающим руководителем, и рассчитывает из кресла управляющего Кланом Конто прыгнуть куда-нибудь повыше, в столицу. А еще – как следует повеселиться подальше от родительских глаз. Он даже сюда взял с собой двух своих любимых наложниц – одну белую как снег северянку, другую – чернокожую южанку, с которыми и проводил все время в дороге. Рыхлый, лощеный, считающий себя неотразимым и одновременно глупый, как пробка – только идиот мог отправиться сюда в такое время. Если бы не приказ Главы Ордена, следователь ни за что бы сюда не поехал. По достоверным сведениям нашествие Степи начнется в самое ближайшее время – месяцы, а может даже и недели. В принципе в замке определенно можно будет отсидеться – его стены практически неприступны – но сколько времени придется отсиживаться? Месяцы? Годы? Запас продуктов в замке не вечен, а степняки, по слухам, откуда-то притащили и дельных инженеров, способных создавать метательные машины, а также подкапываться под стены крепостей. Этому придурку сейчас следует мчаться обратно в столицу, моля о том, чтобы ветер как следует раздул паруса его галеры, а не тащиться в угрюмый замок, в котором еще неизвестно что их всех ожидает. И скорее всего – ничего хорошего не ожидает. Следователь обладал великолепным чутьем на неприятности.
***
– Ты мастер над оружием? Ты замещал управляющего? – голос молодого человека надменен и сух, как и полагается чиновнику, распекающему своего подчиненного – Указом императора теперь я здесь управляющий и наместник. Мое имя Лоран Симфол Аюган, Наследник Клана Аюган, потомственный дворянин. Я жду от тебя отчета по хозяйственной деятельности Клана, а также отчета по состоянию отношений с вассалами Клана. Сколько времени тебе нужно, чтобы составить отчеты?
– Нисколько – так же сухо и надменно ответил Кендал Оуг, Мастер над оружием – Я совсем недолго пробыл управляющим, и практически никакой информации о состоянии отношений с вассалами у меня нет. Как и о хозяйственной деятельности. Все книги учета пропали, и куда их спрятал прежний управляющий – я не знаю.
– Не знаешь… – протянул новый Глава Клана – А если тобой займется инквизиция, тогда ты вспомнишь, куда делись книги?
Кендал внимательно посмотрел в глаза новому наместнику, пожал плечами:
– Мне сдать свой пост? Вы назначите нового Мастера над оружием?
Наместник слегка растерялся, задумался. После короткого раздумья, выдал:
– Пока что нет. Вначале надо провести расследование, а уже потом я приму решение…
– Решение? – усмехнулся Кендал – Так вы тогда примите его побыстрее, потому что вам надо будет организовывать отражение набега Степи. Уверен, что такой опытный человек как вы – а неопытного к нам бы не прислали – быстро решит вопрос с обороной замка от двухсоттысячной армии степняков.
– Какой армии?! – растерянно спросил наместник, и лицо его слегка побелело.
– Обычной армии – пожал плечами Кендал – на конях. За ними следом идут фургоны, на которых степняки собираются вывозить награбленное. Так что советую побыстрее решить вопрос с обеспечением замка продуктами, стрелами, людьми для защиты стен – нынешнего гарнизона наверняка не хватит для того, чтобы оборонить весь периметр. Степняки умеют воевать – влезут, и вырежут всех стражников. Нам здесь нужно как минимум в три раза больше воинов, чем сейчас имеется. А я отправлюсь в отставку. Так что вам не нужно думать – отставлять меня, или нет. Я сам принял решение уйти. Конечно же, после допроса в инквизиции. Желаю вам удачи, господин наместник. Не в добрый час вы сюда приехали, не в добрый. Интересно, кто же это вас так подставил? Впрочем – простите, это не мое дело. Я забылся.
Кендал повернулся и вышел из комнаты, улыбаясь себе под нос, а бледный наместник остался сидеть, откинувшись на спинку и глядя куда-то на череду отдушин, идущих по верху, под потолком.
Так он сидел минут пять, потом, ударил кулаком по столешнице и простонал:
– Проклятый дядюшка! «Это твой шанс! Ты можешь сделать карьеру!» Старая сволочь – тебя бы под мечи степняков!
Он посидел еще с минуту, потом цокнул языком и опять же вслух сказал:
– А может врет? А может все не так плохо?
Вскочив с кресла, наместник почти побежал к двери, распахнул ее и выскочил в коридор. Через несколько минут он уже ворвался в комнату, предназначенную следователем для допросов.
Следователь-инквизитор был не один. Перед ним на стуле сидела красивая заплаканная девушка из числа кухонной прислуги, и следователь стоял над ней нависая всей своей длинной худой фигурой, и что-то грозно вопрошал. Когда наместник появился в комнате, инквизитор едва заметно скривился, но почтительно поклонился, помня о высоком статусе вошедшего – пусть даже тот и был абсолютным болваном.
– Почему мне не сказали о том, что Степь собирается в набег? – без предисловий и не соблюдая никаких манер выкрикнул наместник – Почему меня не предупредили?
– Выйди и жди в коридоре! – приказал следователь девушке, и дождавшись, когда та выскочит в коридор, посмотрел на гостя.
– Простите, господин наместник…удивительный вопрос! – с явной насмешкой ответил инквизитор – разве вы, принимая предложение стать наместником Клана Конто не выяснили обстановку на этом участке границы Империи? Этого просто не может быть! Вы, человек смелый и опытный конечно же все узнали раньше нас, а теперь просто шутите, задавая такие вопросы! Поздравляю, у вас замечательно чувство юмора!
Наместник покраснел, его пухлые щеки покрылись красными пятнами, а на лбу, не обезображенным ни одной морщиной выступил холодный пот. Оно и понятно – хоть в замке и было прохладно, но на улице жара! Можно сказать – пекло! Наверное не успел остыть.
– Знаю, конечно – дрогнувшим голосом объявил наместник, и тоном пониже спросил – Посоветуйте, что делать? Вряд ли мы сможем противостоять объединенной Степи! Мне кажется, нужно передислоцироваться в столицу, и уже оттуда заниматься обороной границ!
Следователь едва сдержал улыбку, даже отвернулся, чтобы наместник не увидел. Тот конечно же дурак, но дурак со связями, а дураки еще ко всему прочему обычно очень мстительны. Запомнит, что над ним посмеялись, и при случае отомстит. А оно ему надо? Никому не надо.
– Уважаемый Наместник! – инквизитор напустил в голос как можно больше пафоса и важности – вы вправе решать, как поступить, вы ведь здесь наместник, а значит – ваше решение главное. Если считаете, что оборонять город и замок лучше всего из столицы – кто вас сможет переубедить? Вам виднее, вы главный! Мы же в свою очередь попробуем завершить расследование до того как первые отряды степняков появятся у стен замка, а завершив – отправимся в столицу, ибо наша миссия будет закончена. Пока что инквизиция не может просто так покинуть этот погрязший в грехе и черном колдовстве замок!
Наместник затравленно посмотрел на инквизитора, и во взгляде его прочиталась такая бесконечная тоска, такая безнадега, что инквизитору снова стало смешно. И снова он удержался от улыбки. За что себя тут же похвалил. Нет, нельзя с этим недоумком портить отношения!
– Я отправляюсь обратно в столицу! – отдуваясь, объявил наместник – А вы как хотите. Придут степняки – может тогда их допросите на предмет черного колдовства?
Наместник вдруг захохотал, довольный своей шуткой, а инквизитор отвернулся, чтобы скрыть презрительную гримасу, невольно выразившую отношение к этому петуху и его тупым шуткам.
– А кого оставите вместо себя, господин наместник? – вкрадчиво осведомился инквизитор – Кто-то ведь должен обеспечить защиту замка.
– Да кого оставлю…кто был наместником, тот им пусть и остается. Тем более что скоро это место освободится!
Он снова хохотнул и вышел из комнаты. Инквизитор остался сидеть в самом что ни на есть мрачном расположении духа. И правда – может ему тоже отсюда уехать? Задумался. Через несколько минут пришел к выводу – да, уезжать надо, и побыстрее, но только после того, как они все-таки разберутся, что же произошло в этом замке. Тут просто-таки воняет изменой и черной магией!
Следователь подошел к двери, открыл ее, выглянул, махнул рукой заплаканной девушке. Она боязливо протиснулась мимо него в комнату и застыла посередине, опустив взгляд к полу. Инквизитор прошел на свое место, сел, посмотрел на допрашиваемую остро, будто подозревая ее во всех грехах. Та сжалась, сгорбилась и видно было, что еще чуть-чуть, и девушка свалится без чувств. На вид ей лет семнадцать, не больше – самый возраст расцвета, когда уже не ребенок, уже зрелая девушка, но при этом сохранились остатки детской чистоты. Впрочем – какая чистота в наше время? Девчонки становятся шлюхами чуть не с колыбели! Да…нет в мире чистоты, а женщины – сосуды греховные. Вот эта – выглядит сущим ангелом, глазки таращит, как овечка. А вдруг в ней сидит демон? И это она убила и управляющего, и кладовщика!
– Разденься! – вдруг командует инквизитор – Быстро! Снимай одежду!
Девушка помедлила, будто ожидая, что приказ сейчас отменят, и начала медленно развязывать, распускать шнуровку на груди. Потом одним неловким движением сняла верхнюю рубашку.
– Раздевайся! Быстро! – прокомментировал инквизитор, с удовольствием наблюдая за движениями девицы и чувствуя, как прилила кровь в паху. Он любил доминировать над женщинами, особенно если это молоденькие красивые девчонки. А если их раздеть догола – они сразу теряют свою защиту и начинают говорить. Можно было бы применить магию, но вообще-то заклинание правды достаточно опасно, и для здоровья бесследно не проходит. Его применяют только тогда, когда в этом есть абсолютная необходимость. Например – если бунтовщик-чернокнижник уже изобличен, но упорствует в своих заблуждениях и отказывается выдать своих сообщников. Тогда против него используется специальная магия. Ему ведь все равно умирать, так что если он умрет прямо сейчас, или после использования снадобья станет полудурком – это уже никому не интересно. Главное – достигнуть результата.
Кроме того – почему бы не получить удовольствие от допроса?
Юбка сползла с бедер и отправилась к рубашке. Теперь девушка стояла только в очень тонкой, почти прозрачной белой нижней рубахе.
– Все снимай! – командует следователь, и взявшись за края рубахи девушка потащила их вверх..
Инквизитор с удовольствием осмотрел тело девушки, остановившись взглядом вначале на руках, которыми девушка прикрывала грудь и лобок, а потом и на сам лобок, выглядывающий из-под ладони. Как и ожидал следователь, нижнего белья на девушке не было, а лобок тут принято выщипывать. Впрочем – как и в столице. Мода такая пошла! Говорят, что так уберегаются от вшей, а еще – от жары, мол, меньше потеют.
А девчонке-то меньше лет, чем он думал. Пятнадцать, не больше – вон как груди торчат, еще растут!
– Руки по швам! Ну?! – рявкает инквизитор, и девушка безвольно бросает руки вдоль тела. Из ее глаз буквально сыплются слезы, катятся по лицу, оставляя на щеках мокрые дорожки.
– Шлюха! – с удовлетворением говорит инквизитор, встает с места и обходит девушку по кругу – Шлюха…
Голос его делается чуть хрипловатым, а в уголках рта скапливаются белые островки пены. Он возбужден, он вожделеет эту девушку, и знает, что это демонское наваждение. Это она напустила на него морок так, чтобы он ее захотел! Инквизитор работает во имя Создателя, он не должен поддаваться похоти, но что поделаешь, если демон напускает на него морок? Инквизитор рожден человеком, и ничто человеческое ему не чуждо.
Следователь подходит к двери, запирает ее на засов. Потом достает из нагрудного кармана своего черного костюма кожаную плеть, разветвляющуюся на конце в несколько ремешков, и поигрывая ей в воздухе подходит к девушке. Та смотрит на человека в черном с ужасом, коротко и быстро дыша так, что соски ее твердых, красивых грудей то поднимаются, то опускаются, выписывая в воздухе сложные кренделя.
Удар! И на белой коже девушки расцветает красная полоса. Девушка вскрикивает, изгибается, будто пытаясь уйти от боли, но следующий удар заставляет ее выпрямиться и застонать. Инквизитор облизывает губы, усмехается, и…хлещет жертву по ягодицам – раз, другой, третий!
Девушка пытается защититься рукой, но это ни к чему не приводит. Плеть огибает такое несерьезное препятствие, и на миг сладострастно приникает к гладкой коже бедра девицы.
– Опустить руки! – кричит следователь – Стоять смирно, иначе я тебя подвешу вверх ногами!
Руки безвольно опустились, девушка замерла, тяжело дыша и обливаясь слезами.
Плеть извиваясь метнулась к гладкой белой коже. Еще раз. Еще. Еще! Это не были удары любителей жесткого секса – инквизитор бил по-настоящему, так, что на вспухших полосах выступали капельки крови. Нет, не так, чтобы кожа слезла до мяса, но так, чтобы без особых повреждений причинить как можно больше боли. Боль – это хорошо. Боль изгоняет демонов! Демон не любит боль, и покидает занятое тело. Только надо хорошо постараться, суметь это сделать! Инквизитор умел.
Рука устала бить, а девушка уже шаталась, исхлестанная, тихо постанывавшая и что-то бормочущая плачущим голосом. Инквизитор прислушался.
– Мамочка….мамочка…пожалуйста, не надо! Не надо! Дяденька, не надо! Мамочка…
Следователь стер с губ белую липкую пену, отбросил плеть, упавшую в кресло, потом схватил девушку за руку и подтащил к столу. От былой красоты и свежести в девушке не осталось практически ничего – кроме нетронутого лица, больших зеленых глаз, коротких волос, чуть длиннее постриженных – чем у рабынь. Тело сочилось кровью, превратившись в сплошной багрово-синий кровоподтек. Как девушка терпела такую боль – следователь даже удивился. Она не должна была вынести такой порки, должна была упасть в обморок. Но не упала! А что это значит? Значит в ней точно сидит демон!
Инквизитор прислушался к своим ощущениям, простонал страдальческим голосом и толкнул девушку к столу.
– Ложись на спину! – приказал он, и девушка послушно легла, продолжая всхлипывать и бормотать. Инквизитор грубо раздвинул ее ноги, спустил штаны…
Она даже не вскрикнула, и как ни странно – оказалась девственницей. Что заставило следователя поморщиться – теперь нужно смыть кровь, иначе перепачкает свои штаны. А они между прочим шелковые! Чтобы вши не завелись. Платяная вошь – отвратительная тварь.
Возбужденный, он кончил быстро, не заботясь о том, что будет с девушкой, забеременеет она, или нет. Ему было все равно. Впрочем – как и девушке. Она впала в состояние, в котором человек уже не осознает то, что с ним происходит и мечтает лишь об одном – чтобы все поскорее закончилось и можно будет спрятаться от всех где-нибудь в темном уголке. Девушка фактически сошла с ума.
– Крепкий попался демон! – широко, радостно улыбнулся инквизитор, и рука его потянулась за любимой плетью. Рукоять обтянута кожей морского гада и не скользит, а круглые ремешки делали по специальному заказу, и тоже из кожи морского гада. А если на ремешки повесить груз – гирьку, например, или гирьки – плеть превращается в смертельное оружие, способное убить человека одним умелым ударом.
Девушка все еще лежала на столе, глядя в потолок безумными глазами, из нее вытекало семя, и смешанное с кровью розовой лужицей собиралось на полу. Инквизитор поморщился – отвратительно! И сам грязный, и девка грязная, и кабинет испачкан! А позовешь кого-нибудь убрать – сразу же поймет, чем он сейчас занимался. Слухи пойдут! Дойдет до Главы Ордена – ему это не понравится. Чистоплюй!
Инквизитор размахнулся и ударил плетью между ног девушки так, что она все-таки почувствовала боль сквозь свою завесу безумия, завопила, забилась – и продолжил хлестать – наотмашь, сопя и пуская изо рта слюни. И неизвестно, кто тут был безумнее – девушка, впавшая в ступор после страха и глумления, или этот взрослый, вроде бы разумный мужчина, осатаневший от вожделения и безнаказанности. Инквизитор знал, что его вожделение, его желание причинять боль суть демонское наваждение, избавиться от него можно только одним способом – уничтожить носителя демона. Или изгнать из него темную силу, что было практически невозможно. Человек должен был превратиться в бесформенный кровавый кусок мяса, прежде чем демон соизволит его покинуть. Но это равносильно смерти. В таком состоянии человек жить уже не может.
– Хватит! – услышал инквизитор, и ему в спину подул ветерок. Мелькнула мысль: «Откуда здесь сквозняк?! Окна закрыты! Дверь закрыта!»
А потом инквизитор увидел блестящую сталь, вылезшую у него из груди примерно на пять вершков. Острый узкий кусок стали будто истекал кровью, и она капала на пол, смешиваясь с кровью изнасилованной девушки. Тело инквизитора охватила слабость, в ушах зазвенело, и плеть сама собой выскользнула из руки. А потом он упал, разбрызгивая щекой натекшую из девушки лужицу. И умер.
***
Я вытер меч о камзол убитого, вложил клинок в ножны. Волна, прошедшая через меня после того, как Лед пожрал его душу, имела какой-то противный, сладковатый привкус падали. Вроде как я съел стаканчик мороженого сидя рядом с разлагающимся трупом. Мерзко. Вот же черная душонка! Вот кто настоящий черный!
Посмотрел на девушку – она лежала на столе, непристойно раскинув ноги, исхлестанная до такого состояния, после которого если человек и выживет, прежним он никогда не будет. Шрамы останутся не только на теле, но и на душе.
Если только ей не займется хороший врач-колдун. А я хороший врач-колдун. И просто обязан спасти эту красоту. Да, красоту – даже сейчас девушка была очень красива. Стройная спортивная фигура без лишнего жира и отвисающих складок кожи, и самое главное лицо – девушка была очень похожа на ту, которую я отправил вместе со Скарлой, опасаясь за их жизнь. И за свою тоже.
Я вздохнул. Работа предстояла большая, и противная. Во-первых, надо будет убрать отсюда труп. А это значит – вымазаться в крови и его выделениях. А потом оттащить труп до реки – где и накормить его плотью речных рыбок-пираний. Собственно это никакие не пираньи, мир другой, не Земля – но какая разница? Я их так зову, этого достаточно.
Затем надо вылечить девушку, и сделать это так, чтобы она меня не узнала, вернее, так: не узнала того, кто ее вылечил. Ведь вообще-то я кладовщик, завхоз, а на какой-то там чертов лекарь-маг!
Стоп! Чего я переживаю насчет трупа? У меня есть Максим! Посвящу его в тайну тоннелей, пусть со мной вместе занимается чисткой помещений! Хватит бездельничать, для чего я его вытащил из вышибал? Пусть работает. И кстати – пускай здесь приберет. Не царское это дело – всякую дрянь с пола вытирать.
А вот измазать в крови все равно придется – девушку мне тащить. Раздеться, что ли? Иначе весь камзол изговняю… Потом оботрусь, оденусь – и все будет норма.
И я стал раздеваться, хотя ужасно этого не хотелось. Перед тем, как поднять девушку – осмотрел ее, пощупал пульс – в принципе ничего опасного. Психическая травма – ну, это только время лечит. А тело я поправлю. Постарался, конечно, этот подонок – рубцы уже стали распухать, сделались иссиня черными. Придется поторопиться – не дай бог еще заражение начнется, будет совсем худо. Чертов маньяк! Надо было отрубить ему руки, а потом еще слегка помучить – ну на кой черт было так уродовать девчонку?!
Впрочем – это не наш метод. Раздавил таракана – и слава богу. А отрывать ему лапки и насаживать на иголку – это уже лишнее.
Я невольно закряхтел как старик, и поднял девушку на руки. Она была горячей, тяжело, с всхрипами дышала, но лицо было таким же прекрасным, как и раньше. Почему-то негодяй не тронул ее лицо. Может потому, что ему нравилось видеть на нем страх и тоску? Каких только подонков нет во вселенной…и этот мир ничуть не лучше других.