Текст книги "Внедрение (СИ)"

Автор книги: Евгений Дудченко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 23 страниц)

Глава 7. Мухи в паутине

[Амалия Этернари]

Неожиданное обнаружение и вопрос мужчины, повергли в шок. Девушки во все глаза уставились на обнаженного мужчину даже забыв о своем положении. Как ни мало было света, но его хватало что бы рассмотреть много интересного. Высокий, поджарый и мускулистый, словно ожившая статуя древнего атлета, что еще встречались кое где в Апенарии. Короткая аккуратная борода мягко облегала молодое и не лишенное привлекательности лицо на котором застыла немного ехидная улыбка. Правда по мере того, как мужчина вглядывался в незваных ночных гостей, улыбка постепенно сменялась настороженным подозрением. А глаза девушек невольно опускались к главному отличительному признаку мужчин, как правило тщательно прикрытому от, особенно, женских взоров. Увиденное внушало…

Амалии еще не доводилось так воочию наблюдать рядом с собой взрослого голого мужчину и поэтому, она никак не могла выйти из ступора, мысли путались, страх сменялся интересом и наоборот.

Не дождавшись ответа, мужчина нетерпеливо прикрикнул и в его голосе появилась явно различимая угроза.

Первой опомнилась подруга попросившая сжалиться над бедными беглянками и не выдавать их. Мужчина услышав голос говорившей мгновенно понял кто перед ним, дернулся было в сторону, замер и не торопясь сделал шаг к кровати и сорвав с неё простынку быстро обмотал её вокруг бедер. После чего неторопливо уселся в расположенное рядом кресло и потребовал назваться.

Амалия покосилась краем глаза на запертую на металлический запор дверь, вздохнула собираясь с мыслями, бежать, или сражаться, не было никаких шансов. По одному виду мужчины было ясно, что это хорошо тренированный и умелый воин. Ни капли лишнего жира, сплошные мышцы рельефными буграми облегающие красивое тело. На него просто хотелось смотреть, а еще лучше… Амалия поспешно отогнала глупые мысли.

Называться своим истинным именем было глупо и она быстро нашла подходящее и малоизвестное родовое имя баронов Гверноли, выморочное владение, чей владетель умер не оставив после себя прямых наследников и всё еще не получил нового. Подругу можно было назвать её истинным именем, вряд ли этот варвар так хорошо разбирался в местных дворянских родах, что бы сопоставить её придворную с ней самой.

По лицу мужчины, она быстро поняла, что он не особенно то ей поверил, но отступать от заявленной легенды было поздно. Несколько секунд поразглядывав девушек, мужчина поднялся и зажег еще свечей велев девушкам садиться на кровать и снова уставился на них уже при лучшем освещении. На его лице снова появилась довольная улыбка и он велел продолжать рассказ с явным намеком, что не больно то верит в их легенду.

Амалия попыталась разыграть обиду, обычно это неизменно действовало на кавалеров заставляя рассыпаться в извинениях и признаниях своего глубочайшего почтения и восхищения. Этот же молча развел руками и даже пояснил своё неверие

– Сомневаюсь, что простые юные баронессы могут знать о тайных ходах из города за его стены. Вот маркграф, или его дети, другое дело.

Такая проницательность неприятно удивила Амалию. Кто бы мог подумать, обычный варвар с севера, пусть и благородных кровей, что было естественно, учитывая где он спит и общий облик, но было довольно неожиданно услышать такое от него.

Однако отступать от своих слов она сочла не своевременным. Они обе попытались надавить на жалость и благородство рыцаря, но опять наткнулись на снисходительное безразличие, как к их истинному происхождению, так и желанию убраться подальше из этих мест. Тем не менее, мужчина снизошел до объяснения своего нежелания их отпускать – опасностью снова попасться к кому ни будь, менее щепетильному по отношению к беглянкам и наличием вокруг города множества альгемарских войск вольготно расположившихся на постой. Учитывая как легко они попались ему, он справедливо полагал, Амалия хоть и нехотя, но готова была признать, могли попасться снова. А отдавать их кому то ещё, он откровенно не собирался, сочтя уже их своей добычей.

Вместо этого, он предложил побыть его гостями и было понятно, что возражений он не потерпит. Да он только что и доходчиво объяснил, насколько неразумны их попытки продолжить свой путь по кишащим альгемарцами окрестностям. Наверняка он знал о чем говорит.

Радоваться или горевать, было не понятно, мужчина производил двоякое впечатление.

Внешне, очень даже привлекательный, несмотря на то, что альгемарец. На хама и насильника, тоже не походил, хотя однозначно об этом сказать было нельзя, слишком мало они пока общались.

Ненадолго задумавшись, мужчина попросил показать как открывается потайной ход. Вот уж чего она точно не собиралась делать, о чем и заявила в нагло пялящееся на них лицо. Вопреки ожиданию, мужчина ничуть не расстроился, лишь иронично склонил голову набок и заявил, что не верит будто бы они в самом деле благородные девицы, а сбежавшие от хозяев служанки прихватившие чужое добро и вообще, у него давно не было женской ласки, а потому, велит им раздеваться.

Амалия почувствовала как похолодело внутри и кровь отлила от лица. Не верилось, что этот красивый, улыбчивый мужчина решится на насилие, но то, что он в принципе на такое способен, она не сомневалась.

– Вы не посмеете! – не слишком веря себе воскликнула она.

– Почему это? – Совершенно искренне удивился он. – Чем я хуже альгемарцев?

– Так Вы не альгемарец? – ухватилась, как утопающий за соломинку подруга.

– Водолянин, хотя мать у меня из Альгемара. Но, это ничего не меняет, король Альгемара мой сюзерен! Так Вы будете исполнять приказ, или продолжите ломаться?

Мелькнувшая была надежда на избавление мгновенно пропала после пояснения мужчины. Сама себя не отдавая отчет, Амалия резко выхватила из ножен кинжал, даже еще не зная как с ним поступит, а в следующее мгновение сильный удар по клинку выбил из её рук оружие улетевшее в темный угол. Мужчина же снова откинулся в кресле и с явным участием осведомился целостностью её пальцев. Удар был так быстр и силен, что вся кисть, а не только пальцы заболели.

Убедившись что с ней всё в порядке и новых глупостей пока ждать от девушек не стоит, он снизошел до объяснений. Никого насиловать, во всяком случае без взаимности он не собирался, но хочет спрятать девушек до утра, когда решит что с ними делать. Так же сообщил, что является предводителем большой дружины и что не уверен в своих людях, способных по видимому разболтать лишнее. А раздеться требует, потому что не доверяет уже девушкам, которые могут попытаться сбежать, что без одежды сделать будет очень трудно.

Надо признать, логика в его словах, определенно была, они действительно могли сбежать, пользуясь потайными ходами о которых он не знал. На крайний случай, можно было попросить помощи у арендатора усадьбы, обязанного семье маркграфа, что тоже был под подозрением, если его вообще не выгнали. Хотя, учитывая, то, что аристократ занял гостевые покои, можно было надеяться, что держатель усадьбы всё еще жив и на месте. Это говорило в его пользу. Но всё равно, вот так просто взять и раздеться, отдавая себя полностью во власть этого мужчины? А если это всё просто его слова призванные усыпить их бдительность?

Амалия всё еще размышляла как поступить, страх и стеснительность боролись в ней, как её подруга приняла трудное решение. Нехотя, сгорая от стыда и кляня про себя и этого напыщенного захватчика и саму себя за глупость, она последовала во след подруге начав разоблачаться. Злить нынешнего хозяина усадьбы лишний раз не следовало. А если ему взбредет в голову всё таки не сдержать слово, она будет сопротивляться до последнего и не будет покорной, что бы он о себе не думал. В то же время, Амалия ощущала, насколько возбуждает её это действие.

– Может Вы отвернетесь, синьор? – когда дело дошло до последних элементов одежды попросила она.

– Сожалею, хотя нет, вру, но мне надо видеть, что Вы не припрятали ненароком чего нибудь колюще, режущего. Я не испытываю ни малейшего желания проснуться с железкой в теле! Доверять Вам полностью, я не могу.

– Как будто бы мы можем, – язвительно заявила Амалия.

– Что правда, то правда, – пожал он плечами. – Но у Вас нет выхода!

С этим аргументом было не поспорить. Хитрец, все свои требования облачил в одежды непротиворечивой аргументации, а сам только и ждал поглазеть на обнаженных девушек. О плохом не хотелось думать. Хотя, в иное время и в иных обстоятельствах, она бы сочла мужчину очень привлекательным, она и сейчас нет нет, да ловила себя на данной мысли. Облик мужчины без всякой показушности, что так любили многие придворные, дышал спокойной мужественностью и хищной грацией затаившегося хищника. Уверенный чуть ироничный изучающий взгляд, лёгкая улыбка. Амалия ощущала всем своим существом животную притягательность этого чересчур возомнившего о себе самца, но не желала признавать этого. Варвар, захватчик… с каким бы удовольствием она выцарапала его наглые глаза. К сожалению, ни к чему хорошему это бы не привело.

– Синьор, может Вы представитесь нам, к кому мы попали? – задала вопрос Мелитела, расшнуровывая завязки на туго обтягивающих бедра штанах.

– Князь Велеслав Бреванский, ныне, владетель герцогства Редона. Можно сказать, Ваш сосед! – улыбнулся мужчина слегка кивнув представившись.

– Герцог Редоны? – удивилась Амалия. – Но это же на… – она чуть не проговорилась, собираясь заявить что это её родовые земли, но быстро поправилась. – Это же земли маркграфства Этернии.

– Уже нет! – усмехнулся новоиспеченный герцог. – Редона и еще ряд городов и территорий переданы мне королем и будущим императором, в личное владение. Акт передачи и клятва верности уже принесены.

Амалия отвернулась продолжая раздеваться, что бы скрыть обуревающие её чувства. Едва отгремела битва, а захватчики уже успели поделить её родовые земли откусив изрядный кус в отдельное владение. Душу кольнуло чувство неприязни к мужчине. Ничего, если она выберется из этой передряги, она найдет способ отомстить, главное выбраться!

Мужчина с непонятной улыбкой продолжал наблюдать за раздевающимися девушками. Дождавшись когда они полностью избавятся от одежды, снимать еще и трусики, это древнее и очень удобное изобретение асквийцев, Амалия сочла излишним. Мужчина и не настаивал. Удостоив девушек одобрительного кивка он указал на кровать, велев ложиться и забрав одежду, отнес её к сундуку и вместе с оружием запер всё там. Теперь, даже имей они возможность сбежать, сделать это было бы проблематично. Куда подевал водолянин ключ, она не заметила, однако, в руках у мужчины его не было.

Лежать почти совершенно голой, было неприятно и немного страшно. До сих пор, ей еще не доводилось бывать в таком положении и в такой власти перед незнакомым мужчиной, который мог сделать с ней всё что угодно и она, мало чем могла бы ему помешать. Впрочем, у Мелителы дела обстояли не лучше, девушка была совершенно обнажена, а её пышную грудь нельзя было прикрыть никакими руками.

Мужчина несколько секунд полюбовался на обнаженных девиц, а потом загасил свечи и масленку и залез на кровать раздвинув по сторонам девушек. Амалия тут же возмутилась уже ожидая неизбежного, но, её ждало разочарование. Мужчина не собирался покушаться на их честь и принуждать к близости, хотя упомянул, что если будет с их стороны желание, то он всегда готов. А вот сговариваться между собой, он им не позволит. После чего укрыл всех одеялом и затих.

Амалия некоторое время лежала в напряжении ожидая что вот вот, то, чего она так боялась и ждала случится, но шли минуты, дыхание мужчины становилось всё тише и размереннее. Вскоре, она совершенно точно осознала, что ничего не будет. На её честь, если не считать самого факта нахождения в одной постели с мужчиной, покушаться не собираются. Осознание этого факта, поселило в её душе полный раздрай, от облегчения, до недоумения и обиды. Как так, все её знания и опыт, всё, говорило о том, что мужчина просто не может не воспользоваться беззащитностью слабой и привлекательной женщины, что бы не попытаться овладеть ею для своих низменных, похотливых утех. Ей буквально все уши прожужжали об этом от строгого но любящего отца, до многочисленных дам, подруг и воспитательниц. А у многих из них, был такой, совершенно однозначный опыт. Случившееся было совершенно неправильным.

Захотелось поделиться своими мыслями с подругой, но между ними лежал мужчина. Это было так возбуждающе и неправильно. Она представила, что может случится между ними, будь они мужем и женой, или прояви она к нему интерес. В голове сами собой стали формироваться образы возможного развития событий от которых стало жарко, сами собой набухли и отвердели соски, а внизу живота поселилась странная истома. Амалия сама не отдавая себе отчет, стала гладить своё тело чувствуя растущее возбуждение, пока сама не испугалась получившегося эффекта. Она сама, совершенно отчетливо осознала, что хотела бы близости с этим мужчиной. Он совершенно не походил на виденных ею грубых воителей альгемара, потных, вонючих и отвратительных. Он был точно из них, но какой то другой, непонятный и загадочный. А еще, он совершенно точно был красив. И почему он не воспользовался возможностью близости с ней, или её подругой? Неужели они ему пришлись не по вкусу? Нет, она совершенно точно видела одобрение и признание их красоты в его глазах. Почему же?…

Мужчина заворочался и повернулся к ней спиной, да так, что её руки коснулась та часть, что пониже спины, на что он не обратил ни малейшего внимания потому как уже спал. Замершая было в ожидании неизвестно чего девушка обиженно выдохнула и развернулась в другую сторону демонстративно уперевшись в мужчину своей попкой и ожидая какой нибудь реакции. Но, такой не последовало. Всё происходящее, казалось ей неправильным, несправедливым и обидным. Размышляя таким образом она вскоре уснула сморенная тяжелым днем и полной опасностей и приключений ночью сказавшихся наконец на перевозбужденном организме.

Глава 8. Жаркое утро и служебная рутина дня

[Велеслав]

Третье пробуждение в этом мире оказалось до невозможности приятным. За окном с шумом хлестали о землю и крышу струи дождя, в помещение вливались потоки свежего, прохладного, напоенного влагой воздуха отчего хотелось поплотнее закутаться в одеяло, повернуться на другой бок и уснуть. Правда, этому желанию препятствовало то обстоятельство, что одеяло было почти полностью оккупировано смугловатой красоткой завернувшейся в него словно кокон, так что наружу торчал лишь её хорошенький аристократический носик. Мне остался лишь самый краешек не способный как следует укрыть обнаженное тело, а в комнате было довольно свежо и прохладно. Однако, приятным было не это, а светленькая грудастенькая девчуля плотно прижавшаяся во сне ко мне всем своим телом пытаясь согреться. На её долю одеяла совсем не осталось.

Молодое тело и без того имевшее свойство пребывать по утрам в полной боевой, отреагировало новым всплеском адреналина. Удержаться и не попытаться даже просто приласкать это зовущее, прекрасное, юное существо, было выше моих сил. Я и не удержался.

К моему удивлению, довольно долго, девушка почти никак не реагировала на мои ласки, хотя дыхание постепенно менялось, а тело раскрывалось нежась под моими руками и губами. Я был очень ласков и нежен, но в определенный момент мои действия вызвали, наконец, непроизвольный всхлип подавшегося в ответ на мои ласки вперед тела и она проснулась. Затуманенный взор несколько секунд еще был скрыт поволокой сна, но вскоре, до её разума дошло всё то, что я творил с её телом и её глаза широко открылись в немом удивлении. Но, надо отдать должное, она не произнесла ни звука, а я поднес к губам указательный палец призывая к соблюдению тишины, другой рукой продолжая ласкать её бедра с внутренней стороны, там где они переходят в низ живота едва прикрытый светлым золотистым пушком. Несколько секунд она размышляла, но очередные стимулирования моих пальцев заставили её судорожно вздохнуть задрожав всем телом и слабо кивнуть тут же прикрыв глаза и откинувшись на подушку.

Было очень приятно довести ласками прекрасное тело до сладких судорог оргазма в результате которых девушка непроизвольно выгнулась издав слабый стон тут же заставивший её поднести к лицу руку и прикусить её что бы предательскими звуками не выдать себя перед подругой. Позволив насладиться пароксизмами наслаждения, я вновь приступил к интимным ласкам. Настал и мой черед получить удовольствие чего так жаждала моя эректильно напряженная конечность. На этот раз, мы смогли достичь пика оба, синхронно. До чего же это было приятно, ощутить бьющееся под тобой в судорогах оргазма юное прекрасное тело слитое с тобой в общем экстазе.

На этот раз она не смогла сдержать стонов как прежде выгибаясь всем телом и заставляя меня глубже и глубже входить в неё. Мне самому с трудом удалось сдержать рвущееся наружу довольное рычание, но зато её манящая беззащитная шейка не избежала моих губ запечатлев на себе жаркий долгий поцелуй.

Как ни странно, наши активные любовные утехи, вовсе не разбудили смугляночку, всё так же мирно посапывающую у себя под одеялом. Разлепившись с оказавшейся такой чувственной и податливой красоткой, мы некоторое время молча лежали рядом приходя в себя. Пока я просто наслаждался случившемся пребывая в хаосе мыслей, девушка успела осмыслить произошедшее и выводы её весьма взволновали. Повернувшись ко мне всем телом, отчего оно снова так приятно и провокационно ко мне прижалось, она тихо поинтересовалась.

– Синьор, что Вы собираетесь делать с нами? – в её глазах читались явные опасения и немой, не заданный вопрос в отношении себя лично, который она не решалась озвучить.

Не удержался что бы опять не погладить её розовые щечки, пухлые губки.

– Могу обещать твердо, в обиду Вас не дам.

По глазам увидел, что мой ответ не совсем удовлетворил её, но большего просить она пока не решилась. Было умильно и трогательно видеть рядом с собой это жалобно растерянное личико. Даже с моим не великим опытом общения с женщинами, не составило труда прочитать её мысли крутящиеся вокруг того, а не совершила ли она только что ошибку отдавшись этому мужчине, что, возможно, будет иметь для неё далеко идущие последствия и осознание собственной беспомощности что либо изменить.

Таково было время, бал безраздельно правили сила, происхождение и деньги. Справедливость, при том, что многие её понимали очень по своему, не стоила ровным счетом ничего, если у тебя не было силы её отстоять. Чувствовал ли я вину, за содеянное? Было немного, хотя больше досаду от несдержанности. Пикантное дурачество и хулиганство в отношении двух случайно забредших ко мне красоток, привело к тому, что я теперь чувствовал себя в некоторой степени обязанным по крайней мере в отношении одной из них. Чертовы гормоны молодого тела заставили потерять голову и трезвость рассудка, чего делать мне совсем не стоило.

С другой стороны, включилась в рассуждения моя куда более умудренная почти полувековым опытом часть меня, здесь я надолго, детей за всю жизнь так и не завел, спешить мне некуда и если с этой милой красотулей у меня возникнет что то серьезное, почему нет? А уж о жене и детях, я как нибудь смогу позаботиться, тем более в своем нынешнем положении. А если не выгорит, то и переживать вовсе не о чем! Мы оба получили не забываемое удовольствие.

Провернув в голове нехитрую цепочку рассуждений, я сам с себя малость прихренел. Вот это меня занесло!

– Я хочу писать.

Прервало мои размышления пополам с любованием прелестной этернийкой её желание. Я сам внезапно понял, что хочу того же, о чем следовало позаботиться.

Быстро обдумав проблему я попросил девушку немного обождать и быстро поднявшись, стараясь сильно не шуметь, что бы не разбудить вторую, вскрыл сундук и надев штаны и сапоги вышел из комнаты.

Привычного для здешних обитателей ночного горшка я не держал, так как в этом доме, имелся вполне себе приличный туалет со смывом, вот что значит – цивилизация! Проблема была в том, что на пути к данному месту, приходилось миновать гостиную где ночевал дежурный наряд моих телохранителей, а могли оказаться и другие офицеры, или рыцари моей дружины, перед кем светить девушек, тем более в их псевдомужских костюмах, не стоило. Мало ли кто проболтается ненароком и ненужные сведения утекут куда не следует, а поостеречься на этот счет, я полагал необходимым, раз уж дал слово одной из них, позаботиться об их безопасности. Довольно поспешное обещание с моей стороны, я ведь совсем не знал, от чего и почему, они бегут на самом деле. Но раз уж сделал глупость, надо разруливать и не делать новых ошибок.

Но первым делом, я навестил семью фермера, благо, они уже успели подняться, ранние пташки. Хозяйка вовсю хлопотала на кухне в окружении своих дочерей, хозяин ошивался рядом. На улице, ливень постепенно сменился обычным не сильным дождем, но было довольно прохладно и неуютно вне стен дома. В усадьбе стали собираться и другие бойцы моей дружины ища тепла и уюта промозглости открытого пространства. По такой погоде, даже шатер, и тем более палатки, мало располагали к уюту.

Поприветствовав и ответив на приветствия встречных радостно высказал хозяину усадьбы свою благодарность за роскошный подарок на ночь, приобняв недоумевающего бедолагу и без того пребывающего в нервозном состоянии от обилия вооруженных людей в его доме. Зафиксировав что меня услышал не только он, тут же пожурил его за отдельные недоработки потащив за собой с требованием посмотреть и убедиться самому, что бы исправить содеянное. Провожаемые заинтересованными взглядами, мы вернулись в мою спальню.

Вторая девушка уже тоже проснулась и стоило нам войти, как две пары настороженных глаз уставились на нас из под одеяла. Я тем временем внимательно наблюдал за реакцией мужчины. По дернувшемуся лицу и глазам, я понял, что по крайней мере одну из барышень он точно узнал. Собственно на это я и рассчитывал притащив его с собой. Предположить, что хозяину усадьбы известны потайные ходы и то, кто ими может воспользоваться, не составило особого труда, тем более что такие тонкости нам преподавали в Академии. Оставалось только выяснить эти подробности у него самого.

Улыбнувшись ему многообещающе, я тут же потребовал не запираться и рассказать всю правду, потому что в случае ошибки, его родные могут отправиться далеко на юг в качестве живого товара, а с ним самим, случиться что и похуже. Не верить мне, у бедолаги не было никаких оснований и обреченно глянув еще раз на девушек, мужчина подробно рассказал о всем что сам знал.

Оказалось, что настоящим владельцем усадьбы является маркграф, а он, лишь доверенным арендатором приставленным приглядывать за этим важным местом, так как сюда выходит один из тайных подземных ходов устроенных настоящим владельцем. Из двоих девушек, он узнал темненькую, являющуюся родной дочерью маркграфа Амалией Этернари. Вторую он не знает, но предполагает в ней её фрейлину. Его обязанностью является всячески помогать любому из рода Этернари, кому потребуется помощь. Обреченно закончил мужчина понимая что провалил задание своего сюзерена.

Меня эта информация не сильно удивила, но внутренне заставила поморщиться в ожидании ненужных неприятностей, которые могут воспоследовать за случившемся. Выдавать девушек я всё равно не желал, вот только ставки в этой игре, лично для меня, серьезно возросли, а риски приблизились к неприемлемому уровню. Лично за себя, я не слишком сильно переживал, выкручусь, а вот ухудшения таких идеальных стартовых условий своего попаданства, опасался всерьез, раскройся моя интрига.

Не стал долго третировать неведением ни мужчину, ни девушек, сообщив, что не собираюсь их выдавать, но и переправлять куда либо, пока, не могу и не желаю – слишком большие риски, да и не вижу для себя в этом выгоды, пока. Но что бы лучше спрятать их пребывание, собираюсь выдать их за служанок подаренных мне хозяином усадьбы для постельных утех, до коих сами девицы большие охотницы в чем, девушкам придется мне активно подыгрывать, если не хотят выдать себя. А то, что их обязательно будут искать, не стоит сомневаться. Возможно даже назначат хорошую награду за поимку, так что всех девушек без охраны, вскоре ждет самое пристальное внимание на всех дорогах и не только со стороны людей короля.

Убедившись по лицам, что до всех дошел смысл сказанного мной и возражений по существу нет, хотя, с некоторыми деталями, лжебаронесса явно бы поспорила. Потребовал от мужчины самых лучших платьев в которых только могут расхаживать приближенные служанки высокородных аристократов. Показывать девушек в том, в чем я их поймал, было бы совершенно неразумно.

Посмотрев на девушек тихо лежащих под одеялом, мужчина тяжело вздохнул и заверил, что найдет платья. Я тут же вспомнил, что у него как раз дочери схожего возраста и комплекции.

Коротко проинструктировав мужчину и девиц о быстро состряпанной легенде которой следовало всем придерживаться, раздал еще несколько распоряжений и отправился по своим нуждам. Было уже далеко не раннее утро, мои начальники дружины собирались в гостиной, а мне самому следовало отправляться ко двору короля. Дождь лишь немного оттянул эту обязанность, но отнюдь не отменял. Тем более, следовало учитывать, что мы в походе, а я не последний командир не самого маленького отряда. Хотя и крупным его тоже язык назвать не поворачивался, так, середнячок, но весьма уже титулованный, многим лично обязанный королю. Пренебрежение придворной жизнью до окончания похода, было бы для меня очень странно в глазах окружающих, не исключая и короля.

Быстро сделав свои утренние дела, умывшись, ввел в курс дела своего начальника охраны выдав легенду о сбежавших из города хорошеньких служаночках, каких то дальних родственницах хозяина усадьбы, нашедших у него приют. Тот уже в свою очередь подсуетился предложив их мне, сочтя достаточно приличным хозяином для этих разбитных девиц не привыкших работать в саду и огороде, а прислуживать богатым господам. Кормить просто так нахлебниц никто не собирался, а искать другие хорошие варианты, что бы пристроить их, было сейчас не просто, да и опасно. А те, не будь дуры, быстро оценили мои стати и согласились делить со мной постель где оказались очень горячи. Трогать и как либо обижать девиц запретил, но велел внимательно приглядывать за ними, что бы не сбежали по глупости, или кто нибудь чужой не увел.

– Кто их разберет этих южных девиц, что у них в голове, а мне не помешает получше узнать о них, жену, скорее всего, придется искать среди местных же, да и язык их подучить придется, а с такими крошками, делать это не только полезно, но еще и приятно! Апенарский похож на квалань, но довольно заметно отличается, а эти только на апенари и могут.

Про знание девушками квалани я умолчал, предупредив и их тоже, что бы не показывали знания языка науки. Для простых служанок это было бы не слишком естественно даже в неплохо образованной Апенарии.

Как мне показалось, мои слова пришлись по душе окружению породив одобрительные и где то даже завистливые ухмылки. Достижениями своего сюзерена здесь неподдельно гордились почти как своими собственными. А наличие сразу двух жарких девиц коих тот одновременно ублажал за ночь, сочли вполне естественным, тем более учитывая молодой возраст и горячую кровь.

Немного опасался, как воспримут мои постельные утехи в связи с недавней гибелью отца, по которому еще толком даже не успели справить тризну. Но оказалось, что тут всё в порядке, поход позволяет и не такое! Девицы же воспринимались скорее как часть добычи, с которой я был вправе делать что угодно. А уж после такого тяжелого боя в котором побывала дружина и я лично, не спустить пар на девиц, было бы вообще странно. Постельные утехи в этом деле далеко не самое страшное, что накатывает после боя. Многие с трудом могли оторваться от бурдюков с вином, благо в округе его было полно, женщины же вообще пустяк.

Однако, надолго оставлять девиц без присмотра я не решился. Не стоило забывать о потайном ходе, получив одежду, они могли попытаться снова сбежать. Потому, быстро вернувшись я обследовал камин и вскоре нашел запорные механизмы потайного хода. Спасибо опять же инструктажам в Академии, был и такой спецкурс. Пара небольших украшений над камином при повороте, снимала стопор запорного механизма, а другое украшение отжимало защелку двери заставляя её слегка приоткрыться. Ничего особенно сложного, дешево и просто, доступно даже для примитивного уровня развития техники.

По моему требованию, хозяин усадьбы поведал об еще двух выходах в подвальных помещениях. Но на их обследование уже не было времени, я и так припозднился с отправкой во дворец. К тому же, прискакал гонец с важными новостями и мне пришлось прерваться.

Новости которые принес посыльный, заставили меня поволноваться и порадоваться собственной предусмотрительности. Касались они напрямую двух милых девчюль, что так вовремя проникли ко мне в спальню. При чем, в тоже время, когда был убит бастард короля Оттована Гретхир за которого король собирался выдать единственную дочь маркграфа Рудольфи Этернари. Подробностей гонец не знал, но донес однозначное отношение к пропавшей в ночь убийства дочери маркграфа, которую заподозрили в прямой причастности к этому убийству. Еще, с Амалией Этернари пропала её доверенная фрейлина, за поимку девушек назначена крупная награда 1000 золотых солидов, за укрывательство – смерть! Приказ короля, организовать патрулирование всех окрестных дорог и вылавливать подозрительных девушек, которые могут переодеться в мужское платье и доставлять их на опознание королю.

Полученное известие меня сильно напрягло. Одно дело укрывать простых, пусть и благородных беглянок и совсем другое – убийц королевского сына. Ставки резко возросли. В случае раскрытия, простой опалой было не отделаться. В голове поселился настойчивый вопрос – стоит ли мне их укрывать? Милые мордашки и сексуальные тела явно не стоили того риска, который я нес. Это если брать голос разума, другая же часть меня настойчиво шептала не торопиться, всё хорошенько разузнать, прежде чем принимать скоропалительное решение. Девушек было откровенно жалко, особенно ту чувственную баронесску, с которой у меня приключился секс. Глядя в ее глаза и немного наивное мягкое, часто смущенное улыбчивое личико, никак не верилось, что она способна на убийство. Вернее, я не хотел в это верить, но умом понимал, что всё возможно, как и обстоятельства приведшие к такому.