Текст книги "Раскаты грома (СИ)"

Автор книги: Евгений Капба

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

V СТАРЫЙ ДРУГ

Выехав из лесу, Рем придержал коня. Негодяй возмущенно фыркнул и покосился на хозяина дурным глазом: наконец-то простор, тут ведь можно наддать наметом так, что только искры из-под копыт! Аркан похлопал его по мощной шее, успокаивая, и прищурился, скрывая улыбку: вот он, дом! Свой собственный, такой, каким он и должен быть!

Цитадель на высоком холме темнела на фоне ясного неба, титанические башни, мощные куртины с контрфорсами, трепещущие черные флаги на турелях, изгиб моста через глубокий ров, разрезающий замковый мыс на две части, монолитные, массивные врата Сверкер-Дума, изукрашенные рунным барельефом, яркий и полный жизни портовый город у самой прибрежной кромки – Крачки!

– И подумал я, что это – хорошо! – все-таки не сдержал усмешки Аркан. – Приятно, Скавр. Чертовски приятно видеть зримое воплощение дел рук своих.

Цирюльник вертел лысой башкой во все стороны,обозревая окрестности, и наконец, ткнул пальцем в сторону перелеска:

– Вон еще маршируют… Воплощения!

Перпендикулярно дороге, по которой двигалась аркановская дружина, вышагивал отряд новобранцев – сотни три, не меньше. В шапелях, кожаных доспехах, крепких сапогах, розовощекие, крепкие телом, молодые – это были парни из окрестных ортодоксальных поселений, которые прибыли на обязательную военную подготовку после сбора урожая. Шлемы у кое-кого из них сбились, алебарды натирали плечи, тяжелые вещмешки лупили по спине, грязь покрывала рекрутов с головы до пят, но молодые воины старались держаться молодцами.

– Раз! Раз! Раз-два-три! – орал матерый вояка-офицер со стеком в руках, похлопывая себя по голенищу ботфорта. – Р-р-р-раз! Р-р-р-раз!

– Виват, Шарль! – взмахнул знаменем Рем, приветствуя старого ветерана, который вырос в звании и давно щеголял лейтенантскими знаками отличия.

– А ну-ка, черти! – взмахнул стеком бывший аркановский телохранитель и махнул рукой – А ну-ка: виват, Аркан!

– Бар-ра! Бар-ра! – они тут же перехватили оружие за древки и отсалютовали сеньору как положено. – Виват, Аркан!

– Молодцом! – Рем дернул повод и направил коня вдоль рядов пехоты. – Молодцом, маэстру! Сегодня всем – по чарке вина из моих подвалов! Твердо уясните: крепче вас нет стен у Аскерона! Вы и ваши алебарды – это единственное, что защитит тех, кто останется дома от ярости наших врагов и темных сил! Учитесь усердно, постигайте военную науку настоящим образом, как написано в Уставе Надлежащем – и когда-то это спасет вам жизни. Вам – и всем! Всем нам! Предстоят удивительные и страшные времена, и я обещаю – подвигов и легендарных деяний хватит на всех… Да что рожи-то такие серьезные у вас, а?

Буревестник спрыгнул с жеребца и всмотрелся в суровые, сосредоточенные лица ортодоксальных ополченцев. Похоже – переборщил с пафосом, забыл с кем имеет дело. Ортодоксы – они такие, их хлебом не корми – дай только эсхатологический настрой поймать, и преисполнится осознанием своей избранности…

– Веселей, веселей парни! Пробегусь-ка я с вами, а? Скавр – веди дружину в цитадель, мы будем следом…

– Но, ваше высочество…

– Давай-давай! – скорее по-привычке, чем умышленно махнул рукой и через мгновенье вздрогнул.

– ХОП! – откликнулся строй новобранцев. – Давай-давай! Вместе с герцогом шагай!

– Хоп! Давай-давай! Сапогами грязь мешай! – вот она, преемственность поколений!

– Хоп!

Аркан месил сапогами грязь во главе колонны, преодолевая подъем на холм, сжимал в руках древко знамени, вдыхал и выдыхал морозный воздух, и ему начинало казаться, что нужный момент – вот он! Наконец-то он имеет право и возможности приступить к главному делу своей жизни. Начать сшивать то, что другие пытаются разорвать на кусочки… В конце концов – все эти парни за его спиной, они в первую очередь – его люди! Они поверят своему господину, пойдут куда угодно, хоть на край света за штандартом с Красным Дэном…

И уже у ворот, там, где ожидала его конная дружина, Буревестник наклонился к Шарлю и сказал:

– Мне будут нужны Ёррин, брат Мартелл, кто-то из эльфийского квартала – Галрас, лучше всего, или… – на секунду Рем задумался, но потом махнул рукой: – … И ближний круг, ну ты знаешь. Давай в девять часов, чтобы люди успели привести себя в порядок и поужинать, а Ёррина извлекли из забоя.

– Будет сделано, – коротко кивнул Шарль.

Скавр наблюдал за этими переговорами с безразличным выражением лица, а потом, когда новобранцы во главе с Шарлем, втянулись во внутренний дворик и, грохоча сапогами по брусчатке, направились в сторону замковых казарм, спешился и спросил:

– Вы снова что-то задумали? Очередную авантюру? Так и знайте – я не собираюсь больше сидеть тут, пока вы там веселитесь! Можете считать это бунтом! – лицо его выражало крайнюю степень решительности.

– Скавр, дорогой мой, лучше тебя никто… – примиряюще поднял ладонь Аркан.

– Нет! Нет и нет! – тарвальский Цирюльник был непреклонен. – Патрик тоже отличный администратор, а Разор прекрасно справиться с гарнизоном! Уйду в зилоты, если не возьмете меня с собой!

– Ладно, – махнул рукой Рем, всеми силами сохраняя серьезное врыажение лица. – Следующее приключение – только вместе! А теперь – ванная, чистая одежда, легкий ужин… И я стану самым счастливым герцогом на свете!

* * *

Ванна была самая настоящая – медная, с двумя кранами: с горячей и холодной водой, огромная, такая, что даже Аркан мог вытянуть свои длинные ноги полностью и чувствовать себя комфортно. Тут же, под рукой, на резном стуле лежала стопкой чистая одежда и меч в ножнах. Держать оружие под рукой – такая привычка появилась у него за годы странствий.

– Определенно, горячее водоснабжение – одно из величайших изобретений человечества! – проговорил вслух Рем и пошевелил пальцами ног. – И пуговицы на гульфике. Но тут уже я – новатор! Вот за это мне поставят памятник, а не за всякие там деяния и свершения!

– Разговариваешь сам с собой? – прозвучал от окна знакомый голос, и Аркан тут же рывком выскочил из ванной, в одних мокрых подштанниках и с мечом в руках, расплескивая воду и матерясь.

– Ты тоже пришел убить меня? А? Разгарнак, зачастили ко мне эльфы в последние дни! Давай, бывший друг, иди сюда! – Буревестник взмахнул мечом.

Рем стоял в боевой стойке, с него лилась вода, влажные пряди волос налипли на лицо, заслоняя обзор… Хорошо хоть влез в ванную в подштанниках! Иначе пришлось бы трясти мудями перед самим владетелем устья Эдари, кондотьером, капитаном Черных Птиц, известным воителем и лучником, милостивым государем Эадором Нилэндэйлом. Все-таки если у вас паранойя – это не значит, что за вами не следят! Это была еще одна благоприобретенная привычка: в походах он всегда купался в подштанниках, в конце гигиенических процедур обмываясь наскоро и меняя их на чистую смену белья. Одного сражения голышом в саамской сауне ему хватило… И вот – пригодилось! Зато теперь – в подштанниках он чувствовал себя чуть более уверенно:

– Давай, чего сидишь там? – Аркан перехватил рукоять меча двумя руками. – Доставай свой клинок и попробуй убить меня! Или ты притащил с собой лук и пришпилишь меня к стене? Иди сюда, бывший друг!

– О, нет, твое высочество, – как-то грустно проговорил эльф. – Если бы я хотел убить тебя, то подпустил бы в ванную водяную змею. Или использовал бы яд. Ты – страшный человек, и твой воинский опыт растет, ты даже знал что я приду и готовился к этому…

Это он, похоже, говорил про подштанники. Рем пятерней смахнул волосы с лица и сказал:

– Раз не будешь меня убивать прямо сейчас – я надену штаны и ботфорты? Пол холодный, еще не прогрелся.

– Я вижу, ты тоже не стремишься сбросить меня вниз, да? – эльф сидел на подоконнике, одна нога у него висела внутри ванной комнаты другая – наружу. – Я ведь увел у тебя Сай! Это ли не повод для вражды?

– А теперь она уплыла в Доль Наяда, открывать свою школу танцев. Целеустремленная девушка, да? – брови Аркана иронично взлетели вверх. – И что, ты не помер? Как там твоя большая и единственная эльфийская любовь?

– Это – сарказм? Снова будешь вспоминать мне пожар в фоморском лесу и метафоры про котят? – Эадор все-таки убрал ногу с улицы и спрыгнул на пол ванной комнаты. – Ты же знаешь – многое изменилось, и я… Рем, мне правда очень жаль что так все вышло. Я ведь не знал, что вы…

– Так и я не знал, что – вы, – развел руками Аркан. – Сай всегда делала то, что считала нужным.

– В каком смысле – ты тоже не знал? – озадачился эльф, а потом на его красивом лице появилось выражение крайней досады и более того – брезгливости. – Вы что же…

– О-о-о-о, милостивый государь Эадор Нилэндэйл, я вижу так просто мы не закончим. Дуэль, дуэль! До первой крови! Как подобает благородным господам. Есть у нас размолвка – можем решить ее как мужчина с мужчиной и никогда более не вспоминать об этом, – Аркан прыгал по комнате, пытаясь влезть в штаны.

Учитывая мокрые ноги – получалось плохо. Эльф, ошарашенный таким предложением, замер у окна. Этот его черный костюм, и перья в волосах – характерные приметы наемной команды Черных Птиц – выглядели экстравагантно, но при этом – мужественно.

– Но секунданты… – проговорил тъялери. – Я здесь один…

– С минуты на минуту прибудет Галрас из крачек, он будет твоим секундантом! – Аркан справился со штанами и с наслаждением застегнул пуговицы на гульфике – как же это облегчало жизнь! – А я… Я сейчас.

Он пнул ногой дверь и выглянул в коридор:

– Позовите маэстру Скавра, кто-нибудь! Надо вздрючить начальника караульной смены и организовать дуэль!

* * *

Конечно, местом для дуэли стала площадка на крыше барбакана. Два одинаковых полуторных меча покоились тут же, на алой кошме, по краям площадки расположились зрители. Разминаясь, Аркан с удовольствием наблюдал растерянные лица своих соратников, вассалов и гостей цитадели. Хмурился Ёррин, готовил медицинские инструменты Патрик Доэрти, распекал начальника смены, прошляпившей эльфа, Оливьер. В противоположном углу несколько эльфов-тъялери что-то бурно обсуждали с Эадором.

А еще – тут была Сибилла! Она открыла портал прямо на середине замкового моста, и со страшными ругательствами, выражающими ее неудовольствие от необходимости преодолеть оставшиеся до ворот полверсты пешком, заявила о необходимости видеть его высочество герцога Аскеронского.

Желания самого высочества ее, конечно, не интересовали. Однако, столкнувшись с фактом дуэли двух бывших друзей и соратников, она милостиво соизволила дождаться. Очевидно – пребывание в стенах замках некоторым образом доставляло ей дискомфорт: похоже, обряды, совершенные Мартеллом Хромым и его зилотами, всё-таки были эффективны против магии. Но – не против ловкого лазутчика.

– Хотят ли маэстру примириться? – поинтересовался Скавр Цирюльник.

– Кровь смоет позор, – на лице эльфа не было ни кровинки. – Клянусь, что после боя, каким бы ни был его исход, не буду питать к Тиберию Аркану Буревестнику, герцогу Аскеронскому, никакой злобы и не буду злоумышлять против него.

– И я клянусь, что с окончанием дуэли не буду считать своим врагом Эадора Нилэндэйла, владетеля острова Аир, кондотьера Черных Птиц.

– Причина дуэли… – Скавр был обязан спросить, но не ожидал получить правдивого ответа.

Однако Рем скинув кафтан и оставшись в одной рубахе, пожал плечами:

– Внезапно возникшая неприязнь, основанная на сугубо личных переживаниях. Она не стоит и выеденного яйца, но слишком долго тянется… Давайте покончим с этим!

Галрас подошел к кошме и взял оба клинка, удерживая их за самые навершия. Они были идентичны: обычные солдатские орудия для убийства. Рем сделал приглашающий жест рукой, предлагая эльфу выбирать первому. Был ли Аркан спокоен? О, нет. Он знал возможности эльфийского витязя, уже приходилось им скрещивать клинки. И даже ложно-гуманная формулировка «до первой крови» вполне могла означать удар в сердце или отрубленную голову. Глупость? Но любой другой исход оставил бы между ним и Эадором недосказанность, незавершенность… Лучше уж – глупость.

– Сходитесь! – махнул рукой Скавр.

Танцевальными, легкими шагами эльф скользнул в центр площадки на крыше барбакана. Аркан шагал тяжело, меч в руке, опущенной вдоль правой ноги, подрагивал.

– Начинайте! – раздался звонкий голос Галраса, и морозный воздух наполнился звоном стали и тяжелым дыханием бойцов.

Рем помнил изящный стиль тъялери, и потому – не собирался давать эльфу шансов использовать финты и природную ловкость. Клинок мелькал в руках герцога, обрушиваясь на Эадора со всех сторон, атака длинной серией заставила того отступать, блокировать, реагировать, не давала времени на контратаки.

– Ха! Ха! – выдыхал Аркан, нанося очередной рубящий, мощный удар.

Эльф, видимо, рассчитывал, что его соперник выдохнется: уклонялся, ставил скользящие, легкие блоки, работал ногами, пытаясь подловить Буревестника на неустойчивой позиции – но тщетно. Герцог был неутомим. В какой-то момент Эадор почувствовал слабину: как будто элементы яростной атаки молодого Аркана стали повторяться. Нужно было заканчивать бой – иначе они и вправду могут покалечить или убить друг друга!

Поэтому, танцуя и уворачиваясь, эльф выжидал момент. И в какой-то момент, когда Буревестник, сделав очередной размашистый выпад, кондотьер Черных Птиц сделал молниеносный перекат и ужалил самым кончиком, самым острием меча. И в тот самый момент, когда недостойный светлого витязя, но такой подходящий для наемника торжествующий крик от пролитой крови противника был готов сорваться с его губ, он грянулся на землю.

Ему казалось, будто в голове у него ударили в набат. Глаза заволокло красной пеленой, а потом он услышал голос:

– Однако, достал меня! Достал, остроухий черт! Бой окончен, Эадор, друг мой, дай Патрику перебинтовать твою распрекрасную башку и я тебя обниму!

Эльф протер лицо ладонью и увидел, что рука его вся в крови. Аркан рядом приплясывал на одной ноги – красная струйка стекала за отворот ботфорта, штанина была мокрой и липла к телу.

– Как ты…? – очумело помотал головой Эадор

– Рукоятью. Ащ-щ-щ, больно ты меня! Тебе стоит следить за выражением своего лица в драке, – пояснил Аркан. – Ты прищуриваешься прежде чем устроить какую-нибудь пакость.

– Маэстру, бой окончен! – вежливо прокашлялся Скавр. – Вы готовы примириться?

– О-о-о-о да! – широко улыбнулся Аркан. И не удержался от шпильки: – С большим удовольствием и прельстивостью!

Намек на эльфийскую манеру изъясняться был более чем жирным.

– Какая вы все-таки вредная семейка, – склоняя голову перед Патриком Доэрти, который уже обрабатывал его рассеченный лоб, проговорил Эадор. – И да, мир, мир и дружба! Разлад – в прошлом!

Аскеронский герцог и эльфийский кондотьер обнялись, присутствующие зааплодировали, на их лицах появились улыбки. Офицеры, убедившись, что их господину ничего больше не угрожает, по одному принялись спускаться вниз, с крыши барбакана. Остались только самые близкие и Аркан, усевшись на споро подставленный слугами стул и спросил в воздух, ни к кому конкретно не обращаясь:

– Кто-то думает, что дуэль была придурью? Что были какие-то другие варианты без урона для чести?

– Главное, что вы замирились, – буркнул Оливьер. – Сил уже на вас обоих смотреть не было. Понятия не имею, какая кошка между вами пробежала, но… Хорошо, что все закончилось!

– Мальчишки! – сказала Сибилла. – Это была настоящая придурь, вот мое мнение! Ты не можешь так рисковать, особенно сейчас! Твое высочество, мне необходимо…

– Нам всем – необходимо! – с интересом глядя на то, как Доэрти крепко бинтует крохотную ранку на икре, буркнул Аркан. – Скавр, определи для нее подобающие покои. Со всеми удобствами… И приставь какую-нибудь толковую служанку. Когда я освобожусь – за тобой зайдет кто-нибудь.

– Сегодня? – подняла бровь волшебница.

– До полуночи, – прищурился Рем, прикидывая распорядок на следующие часы. – Ты же не будешь спать? Прислать тебе напитка из зерен Ко?

– Лучше пусти меня в библиотеку, – сделал нетерпеливый жест рукой Сибилла – Говорят, старый маркиз обладал неплохой коллекцией!

– Я ее пополнил… У кое-кого из пиратских капитанов с Низац Роск был на удивление неплохой вкус на литературу. Наскучит сидеть в покоях – попросишь охрану, они тебя проводят. И да – не вздумай тут колдовать, это может плохо кончиться.

Скорчив рожицу и показав язык Аркану, волшебница чуть приподняла подол своего роскошного платья – на сей раз бежево-золотого, и принялась спускаться по лестнице вниз. Волей-неволей Рем задержал взгляд на двух округлостях, которые грозили разорвать корсаж и вырваться на свободу. Хороша, всё-таки! Или это он одичал на морских просторах, приводя к покорности пиратский архипелаг?

– Если бы остроухий убил или покалечил тебя, – проговорил Ёррин Сверкер, побираясь поближе. – Я бы размозжил ему все кости, одну за одной. Не смей подыхать, Аркан, у нас слишком многое друг на друга повязано!

– Пф! – фыркнул эльф. – Всегда к вашим услугам, очень-самоуверенный-бородатый-коротышка!

– Ну-ну! – покивал лысой головой «регендарный ридер». – Башка заживет – я тебя вздую, остроухий. Обопрись на меня, Аркан, пойдем, угощу тебя пивом… И тебя, птичка, тоже. Все-таки ты знатно дерешься, хоть и танцуешь как баба!

И Рем подумал, что это – отличное предложение. Этот вечер обещал быть длинным и богатым на беседы, так почему бы и не начать его с разговора с этими двумя такими непохожими, но такими примечательными типами?

– А на кой хрен нам куда-то идти? – задумался вслух Аркан. – Пусть сюда притащат пару жаровен, удобные кресла, навес, кучу еды и твое пиво! В конце концов – герцог я или нет⁈ Эй, кто там есть?

* * *

VI ВРЕМЯ СОБИРАТЬ КАМНИ

Мартелл Хромой молился истово, преклонив колено. Он не моргая глядел на огонек лампады и шептал слова псалма. Старый зилот знал – от его молитвы зависит: проникнет ли лиходейская волшба в замок, обретут ли темные силы власть над его обитателями?

– Брат Мартелл, я сменю вас… – молодой священник-ортодокс, один из тех, что прибыли в домен Буревестника в последние месяцы, мягко тронул его за плечо.

– … Твое есть Царство, и Сила, и Слава, аминь! – зилот в стал, не сдержав гримасы: больная нога давала о себе знать.

– Именем Бога, Владыки Света и Огня, Творца миров… – начал священник, почти не заглядывая в потрепанный молитвенник звонким тенором.

Мартелл Хромой немного постоял, привыкая к боли, и давая глазам приспособиться к полумраку замковой часовни после яркого света лампады. Как оказалось, забывшись в молитве, он и не заметил, что какое-то время был здесь не один: Рем Тиберий Аркан, некоронованный герцог, стоял тут же, у входа, подпирая плечом дверной косяк. Похоже, рана, полученная на дуэли, не прошла даром, раз он искал опоры!

– Брат Мартелл, – склонился он под благословение, и зилот положил ему руку на голову, и закрыл глаза, проговаривая короткую священную формулу. После этого Аркан распрямился во весь свой немалый рост и проговорил: – Я безмерно рад вас видеть в моем домене. В Аскероне, во дворце случилось кое-что, и мне нужен ваш совет, ваша помощь… Флавиан на Севере, и кроме вас я, пожалуй, и не знаю к кому обратиться.

– Пройдемся? – боль в ноге отпустила, и теперь Мартелл Хромой мог позволить себе такое предложение.

Герцог кивнул и сделал приглашающий жест рукой, предлагая зилоту самому выбирать маршрут для прогулки. Старый ортодокс двинулся к выходу из башни, и шагнул на крытую галерею, которая располагалась на самой вершине куртины. Здесь, на стене, чувствовалось дыхание осени: сквозь бойницы задувал ветер, пахло опавшей листвой, сырой землей и морской солью. Брат Мартелл закутался в плащ поплотнее и неодобрительно глянул на Аркана – тот подставил непокрытую голову студеным порывам, его густая черная шевелюра растрепалась, но это, по всей видимости, не доставляло его высочеству неудобства.

– В герцогском замке на меня напали туринн-таурские эльфы, – без прелюдий начал он. – Под неким аналогом полога невидимости. У них были накидки, плащи – как бы прозрачные. Сквозь них я видел всю обстановку: картины, стены, горшки с цветами, но будто через марево, или затянутое слюдой окно. Мне помогла молитва, да. Господь заставил меня прозреть и различить врага…

– Туринн-Таур? – удивился зилот. – До сих пор они не лезли в дела Аскерона! Им хватало лебезящих аристократов Запада и Кесарии, чтобы удовлетворять свои амбиции…

– Мы имеем то, что имеем, брат Мартелл. Я имел разговор с коннетаблем дю Грифоном, мы обсуждали возможности вражеских диверсантов с такими э-э-э-э… Приспособлениями и навыками, скажем так. Это пугает. Столкновение неизбежно, раньше или позже против нас объявят Крылатый поход, и имеющие тесные связи с Туринн-Тауром герцоги и принцы Центральных провинций вполне могут заполучить такую подмогу.

– К чему это разговор, ваше высочество? Вы хотите попросить что-то конкретное? Вы ведь и так знаете, что все ортодоксальное духовенство как один человек встанет на борьбу против агрессии Синедриона, если она случится. Наши молитвы, наши мечи, наши знания и умения будут использованы для победы богохранимого аскеронского воинства! – с горячностью выпалил зилот.

Аркан уважительно кивнул. Он представлял себе возможности Экзархата, и рассчитывал на такое обещание. Но помимо помощи в глобальном плане ему нужно было кое-что еще.

– Наверняка в арсенале храмовых воинов – зилотов – есть кое-что… Кое-что, способное помочь распознать вражескую магию. Или даже – ослабить ее?.. Вы ведь знаете, что мы на одной стороне, брат Мартелл. Знаете, какие идеалы я отстаиваю…

Зилот задумался. Его брови соединились на переносице, взгляд стал сосредоточенным.

– Наше главное оружие – Божье слово, ваше высочество. Вы и сами признаете, что это – действенное средство против сил тьмы и злонамеренной волшбы. Но… – он жестом остановил Рема, который хотел привести какой-то аргумент. – Но не каждый воин обладает глубокими знаниями священных текстов и безусловной, горячей верой. Это стоит признать. Поэтому зилоты действительно искали то, что может помочь нам в бою. И находили. Есть средство, вы правы. Мне нужно уточнить некоторые моменты, и если позволите воспользоваться библиотекой, то…

– Библиотека замка в вашем распоряжении, – кивнул Аркан, пряча торжествующий блеск в глазах. – Очень надеюсь видеть вас сегодня ночью в Малом зале. Я собираю самых близких и доверенных… И надеюсь на ваше понимание – там будет волшебница. Но у меня есть резоны доверять ей. В некоторой степени.

– Не одобряю, но полагаюсь на ваше благоразумие, – качнул головой зилот. – Надеюсь, смогу дать вам ответ к этому времени.

– И я, брат Мартелл. И я – очень надеюсь.

* * *

Ёррина Рем застал в самом непотребном состоянии: в одних своих невозможных полосатых штанах он лежал на огромной кровати кровати между двумя полуодетыми грудастыми молодками и сладко спал. В комнате витал пивной, луковый и мясной дух, предметы женского гардероба были беспорядочным образом разбросаны по комнате.

Судя по одежде – «регендарный ридер» Сверкеров предпочитал соплеменниц. Но с первого взгляда Аркан таких выводов сделать бы точно не смог: у двух этих довольно привлекательных женщин народа кхазадов, точно так же, как и у каких-нибудь других привлекательных женщин любого народа, все где надо было стройненько, и где надо – кругленько. Ну и мордашки довольно симпатичные – это стало понятно даже несмотря на то, что они тоже спали, явно утомленные. Умеет же жить лысая бородатая башка, а?

Чтобы не усугублять ситуацию, Аркан сделал шаг назад, за дверь, и громко постучал, а потом спросил:

– Можно?

– Говнёжно! – совершенно бодрым голосом рявкнул Сверкер. – Какого хрена… Это кто?

– Рем Тиберий Аркан, здешний хозяин! – откликнулся Буревестник.

– Хозяин! Говняин! Дай минуточку, тут у меня дамы! – послышалась пара звонких шлепков, женский визг и суета.

Аркан стоял в коридоре и ковырял пальцем штукатурку на стене: делали гномы, отколупать даже самый крохотный кусочек было сложно. Мимо протопали каблучками традиционных башмаков те самые гномские мистрисс, переговариваясь громким смущенным шепотом и кутаясь в цветастые платки. Ну да, ну да… Чтобы он, похотливый человечишко, не увидел ничего лишнего. Скромницы!

– Заходи, монсеньерище! Тут… Еще… осталось пиво! – утробным голосом пригласил гном, булькая в паузах между словами.

– А девки? – уточнил Аркан, шагая в комнату. – Девки остались?

– А тебе девки нужны? – искренне удивился Ёррин, вытирая пену с бороды. – Ты ж вроде святоша! У меня тут только две было, мне самому мало. Но если надо – ты скажи! У нас есть такие – ух! Ну и ты мужчина в общем-то интересный, хоть и человек.

Он сидел на кровати, чесал мускулистое пузо, размахивал кувшином и болтал босыми ногами.

– Однако… – почесал подбородок Рем. – Комплимент от пьяного лысого гнома. Неожиданно.

– Ой, да сколько я там выпил? Галлон? Что такое галлон некрепленого пива? Кстати – там еще в одном кувшине есть, будешь? Нет? А чего пришел? Неужели сообщить о том, что мы наконец-то выбираемся в экспедицию в Ромсдар-Дум?

– Между прочим! – поднял палец вверх Аркан. – Ты близок к истине.

– Да ладно? Что, прямо соберешься – и попрешься со мной мочить фоморов и спасать чужие сокровища от прозябания? – Ёррин подтянул опасно сползшие полосатые штаны. – У тебя же после того, как ты ограбил грабителей… Пиратствовал у пиратов… После Низац Роск, разгарнак! У тебя денег куры не клюют!

– Мало денег много не бывает! Когда у тебя есть тысяча золотых, и нет тысячи золотых – это две тысячи золотых! – философски проговорил Буревестник, принимая из рук гнома непочатый кувшин с пивом и смачно к нему присасываясь. – Ух! Но разговор не о том. Деньги – это хорошо. Но деньги – не главное!

– Правильно! Главное – это пиво. Дай кувшин! – кадык Ёррина заходил ходуном, когда он принялся поглощать пенный напиток. – Чего же тебе, монсеньерище, надо?

– Оружие, – мгновенно посерьезнел Аркан.

– Ору-у-у-ужие? – удивленно глянул на него гном. – Аркбаллист, то есть, недостаточно? Кирас и шапелей – мало?

– Аркбаллисты – это песня, Ёррин. Кирасы тоже – выше всяких похвал. Но кираса не защитит от заклятья. Ты был со мной в Дуал-Кульбе. Ты убивал фоморов. Ты знаешь, на что способны волшебники. Мне нужно что-то, что уравняет шансы. Хотя бы немного…

– Раз-гар-нак! – выдохнул гном. – То есть ты вот так вот просто пришел ко мне и говоришь: гноме, выдай одну из величайших тайн своего народа, расскажи, как вы убивали волшебников! Да?

– Ага, – кивнул Рем. – Именно так. Мы на одной стороне, Ёррин. Когда эльфийские ублюдки из Туринн-Таура, или маги типа Джероламо, или фоморы, или демоны, или химеры придут убивать меня – они убьют и всю семью Сверкеров. Когда хэрсиры подгорного царя решат убить тебя, потому что их государь недоволен тем, что Сверкер-Дум набрал слишком много богатства и влияния – им придется пройти по моим костям. Никому не удастся отсидеться!

– Я не ослышался? Только что прозвучало – Туринн-Таурские ублюдки? Мы будем потрошить остроухих? – вскочил Ёррин. – Да что ж ты сразу не сказал⁉

– Это вероятно, друг мой. По крайней мере – именно они пытались убить меня на днях, в Аскероне… Но тамошние эльфы – это лишь одна из множества проблем, которые ждут нас впереди…

– Фу! – сказал гном. – Такой был хороший вечер. Пришел, набубнил. Про эльфов напомнил… Отвратительно! Ты прямо скажи – чего хочешь?

– Сказал же – оружие! – гаркнул Аркан. – Против магии и прочей потусторонней заразы!

– Во-о-от, монсеньерище! Это понятно. Но хрена с два у меня такое есть. Я тебе не выда-перда-ющийся чародей или уму-нахрен-дренный отшельник! Я юных дев не исцеляю от срамных болезней, пошептав им на ушко, и молнии из задницы не пускаю. Так что тут помочь тебе не смогу. Против потусторонней заразы средства у меня нет! Погоди! Не кипишуй. Но зато я знаю где взять ох-ре-ни-тель-ны-е мечи! Много. Много очень старых охренительных мечей. Им магия – до сраки. У мечей есть срака? – гном уселся на кровать и задумался.

– Срака – то есть отверстие для сранья, или дефекации – суть признак живого организма. Срака имеется у представителей животного мира разной степени организации – и у червей, и у высокоразвитых разумных существ. И твоя срака, Ёррин, торчит над штанами самым ужасающим образом, – проговорил Аркан, и не пытаясь спрятать ухмылку. – Но в смысле мечей – мне не очень понятна эта идиома. Что значит – «магия до сраки»?

– Она на них не работает. Знаешь почему? Потому что магия – суть порождение нашего мира. А мечи эти…

– Из обшивки Ковчегов? – с некоторым благоговением в голосе предположил Буревестник.

– Раз-гар-нак, ну откуда… Откуда у у честного кхазада обшивка ваших доисторических лоханок? Ты себя слышишь? И это – монсеньерище?

– Хватит звать меня монсеньерищем! – возмутился Аркан. – Лучше по имени, чем так издеваться!

– О! Давай, жопой своей поклянись что даешь право лидеру Сверкеров звать герцога Аскеронского по имени! – радостно завопил Ёррин и снова вскочил, и штаны с него все-таки свалились.

– А-а-а-а, проклятье, спрячь свои мудя, гном! – замахал руками Рем.

– А-а-а, испугался! – провозгласил гном, но штаны надел и уселся. – Так что, это можно считать высочайшей привилегией?

– А когда я запрещал тебе… Да и вообще – у тебя одни афедроны на уме! «Срака меча», «поклянись жопой»… Ты – знатный владетель, богач, лидер огромной общины! Стыдно!

– Стыдно у кого видно… А! М-да… – смутился кхазад. – Действительно. Лучше о мечах. Сдается мне, что это мечи оттуда! – он ткнул пальцем в потолок. – Точнее – металл оттуда. Ну, падает. Понимаешь?

– Метеоритное железо? – широко открыл глаза Буревестник. – Ого! И прямо – много?

– Какое еще метеоризмное? Метеоризм это знаешь что? – гном почесал задницу. – Никакого отношения к мечам!

– Гос-с-споди… – горестно вздохнул Рем. – Ну ты вроде разумный чело… Гном! Начитанный даже. Метеориты – это как раз такие камни, которые падают с небес!

Ёррин примиряюще поднял вверх ладони и:

– Мы как-то с небесами не очень, понимаешь? Мы подземные жители. А метеоризм – это всякому понятно, дело житейское. Но я поспрошаю у Руады, и у еще кое-кого из стариков про эти мечи. Может они и метеоризмные, я-то только слыхал про этот старинный арсенал от одного хэрсира из Граббе… Мол – старый заказ, для кого-то из императоров. Так этот Граббе говорил, и уж соловьем разливался просто, что они мол вещь в себе, эти мечи. Мол отражают и экранируют! А Граббе – это не какие-нибудь Форкунги. Они у нас считаются лучшими оружейниками!

– Не Сверкеры? – удивился Аркан, осознавая, что обычно легендарный лидер не упускает возможности прихвастнуть.

– Сверкеры – забойные мастера! – с гордостью заявил Ёррин. – Тебе когда надо про эти мечи узнать?

– Ну, часа через три совет будет в Малом зале. Вот к этому времени…