Текст книги "Кассио (ЛП)"

Автор книги: Ева Уиннерс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 25 (всего у книги 27 страниц)

“Ладно, пора приниматься за работу”, – объявила я с мрачной улыбкой на губах. Возможно, когда ко мне вернулись воспоминания, в моем мозгу щелкнул переключатель. Или, может быть, я просто был в полной заднице все это время. Мне нравилось видеть, как Марко трахает Кинга в его уязвимом состоянии.

Он был мертвецом и знал это.

Я взяла его член в свою руку. “ Держу пари, ты не думал, что я вот так прикоснусь к твоему члену, ” невозмутимо произнесла я холодным голосом. Честно говоря, я не хотела прикасаться к нему, но, черт возьми, если бы я позволила ему легко отделаться. Это было за каждую гребаную женщину, которую он пытал, насиловал, убивал или позволял ходить по этой земле в ее сломленном состоянии.

Он попытался отползти назад, но я крепко держал его за член. “Не волнуйся, Марко, гребаный король. Я не отпущу твой член”.

Он протянул руку, царапнув ногтем мою щеку. Я знала, что он меня достал, в момент укола. На самом деле это было жалко. Он дрался хуже девчонки. По крайней мере, женщины чесались лучше, чем это.

Я сильно дернул его за член, заставляя остановиться. Он тут же взвизгнул и закричал.

“Сейчас, сейчас, не плачь”, – сказал я, прижимая лезвие к вялой коже его члена. “Мы только начинаем”.

Осознание того, что я собиралась сделать, отразилось в его глазах, и он попытался пнуть меня, спасая свою жалкую драгоценность. Если бы вы вообще могли назвать эту сморщенную, отвратительную штуковину драгоценностью.

Его нога задела мое ребро, но я не дрогнула. По правде говоря, он мог бы сломать мне ребра, а я бы никогда не отпустила его член. Вместо этого я так сильно сжала его член, что он захрипел, а затем его вырвало. Он попытался повернуться на бок, но я заставила его оставаться неподвижным, положив одну руку на его член. Рукой, сжимавшей нож, я поднесла его к его лицу и прижала к челюсти, заставляя его проглотить желчь.

– Вот это хороший мальчик, – выплюнул я.

Черт, я мог бы делать это с ним часами и днями. Унизить его. Наказать его. Заставить его плакать. Молить о пощаде.

Конечно, он никогда ничего не получит.

Я вывернул руку и ударил его по скуле рукояткой ножа. Я ухмыльнулся, наблюдая, как почти мгновенно образуется синяк. Мне хотелось бы записать это и разослать всем женщинам, которым он причинил боль.

Вернув свое внимание к его маленькому члену, безвольно лежащему у него между ног, я злобно ухмыльнулась.

“ Этот малыш никогда больше не будет работать, ” промурлыкала я, встречаясь с ним взглядом, наслаждаясь ужасом в его глазах. “Ты никогда не забудешь мое имя”, – насмехался я. – Какой бы короткой ни была твоя жизнь, ты будешь выкрикивать мое имя.

Затем я резанул, плоть его члена раскололась. Я не торопился, его крики эхом отдавались от стен. Возможно, после этого я оглохну, но к черту это. Это того стоило, черт возьми.

Его член был отрезан слишком рано. К моему большому разочарованию. Он часами причинял женщинам боль, по очереди занимаясь со своими мужчинами снова и снова, пока они не начинали кровоточить.

“Да, это было слишком быстро”, – пробормотала я больше для себя, отбрасывая его член в угол. Он приземлился с легким стуком.

Он выл, но ни одна из его просьб, воплей или мольб не доходила до меня. В моем воображении я был в темной комнате, потерявшийся во власти ненависти и жестокости. Пришло время выложить это на стол.

“Прекрати”, – завопил он, из его нижней половины туловища хлестала кровь. Интересно, сколько крови было в этом маленьком члене. “Чего ты хочешь?”

Я встретился с ним взглядом. “ Одно слово, ” сказал я, вонзая клинок ему в бедро. – Услышать твои крики.

Глава Сорокпервая

КАССИО

T

следопыт привел меня в номер отеля в Карсе. На улице все еще было темно, город и все в этом чертовом отеле спали. Но мое предчувствие заставляло меня бояться каждого шага, который я делал по направлению к следопыту.

Я понял, что что-то не так, когда подошел к комнате, в которой предположительно находилась моя жена, еще до того, как ворвался в нее. Мне потребовалась доля секунды, чтобы осознать, что я вижу. Лука и Алессио были позади меня, но все мое внимание было приковано к пустой комнате, смятым простыням и сбитой со стола прикроватной лампе. Повсюду следы борьбы.

Красная дымка затуманила мне зрение, давление в груди усилилось десятикратно и взорвалось в каждом дюйме моего тела, оставив дыру там, где должно было быть сердце.

Они забрали ее.

По краям моего зрения ярость сменилась с красной на черную. Как в замедленной съемке, я прошел через комнату. Ее маленькая сумочка осталась открытой. Ее телефон на полу. Ее туалетные принадлежности все еще были в ванной. Подойдя к кровати, я поднял с пола лампу и только тогда увидел ее.

Обручальное кольцо моей жены.

Я поднял его и сунул в карман. Лука и Алессио оба вытащили пистолеты, но это было бессмысленно. Она исчезла.

“Уберите оружие”, – сказал я им. Последнее, что нам было нужно, – это тратить время на турецкую полицию.

Они оба засунули пистолеты обратно за пояс джинсов. Мы все оделись для боя. Здесь мы были убийцами, охотниками, кем угодно, кем нам нужно было быть. Не глава нашей семьи. Такие обычно правят из-за стола.

Как Nonno. Как Василий.

Черт возьми, я чертовски устал. Я просто хотел, чтобы моя жена была со мной в целости и сохранности. В нашем доме. Я что, слишком многого прошу?

– Лука, посмотри, где ее команда, – приказал я.

Чед дал нам координаты, но если бы нам пришлось отправиться в лагерь, чтобы забрать ее, нам понадобилось бы все возможное подкрепление. Нравилось это этим идиотам или нет, они помогли бы. Даже если бы мне пришлось приставить пистолет к их головам, когда они помогали.

– Они тоже все здесь, – пробормотал Лука.

“Мы должны начать с ее правой руки”, – предложил Алессио. “Ты знаешь, кто из них ее избранник?”

Я зарычал, и он мгновенно понял, как это прозвучало. Я понял, что он имел в виду. Нет, я, блядь, не знал, кто был ее правой рукой. Я должен был знать; она должна была, черт возьми, рассказать мне о своем безрассудном плане.

Я набрал номер Маргарет. Мне было насрать, что в Штатах была глубокая ночь. Она ответила после первого гудка. Хорошо! Она должна была бы чертовски беспокоиться о своей кузине за то, что та позволила ей осуществить свой безрассудный план.

“ Да? в наушниках раздался ее голос.

“ Маргарет, кто правая рука Айне? Я стиснула зубы.

Образы молодой рыжеволосой девушки, избитой до синяков, с потрясающими, разбитыми голубыми глазами продолжали крутиться в моем сознании. Это было все равно, что сыпать соль на открытый порез. У меня чертовски болела грудь при мысли о том, что на ней может пострадать хоть один волосок.

“ Джон Макалистер. Он должен быть с ней.

Я закончил разговор, не сказав больше ни слова. В противном случае я мог бы выйти из себя и выместить это на ней. В конце концов, она была членом семьи по браку, и затевать с ней всякую хрень сейчас не принесло бы мне никакой пользы.

“Проверь, есть ли здесь что-нибудь от Джона Макалистера”, – сказал я Луке.

Ему потребовалось некоторое время, чтобы откопать его. – Это комната двумя дверями дальше.

Я схватила сумку Айн, сунула в нее ее телефон, и мы вышли из комнаты, направляясь к Джону.

“Позволь мне разобраться с этим”, – предложил Алессио. “Ты взвинчен, и на этот раз хани сработает лучше”.

– И быстрее, – бесполезно вмешался Лука.

Я посмотрел на них обоих и прищурился. Алессио был очень похож на Нико в эстетическом отношении. У него был более чистый вид, хотя он был не менее смертоносен. Прямо как мой дорогой шурин. Трахался с теми, кого любил, и псих быстро вышел наружу. Я видел это своими глазами.

Я отрывисто кивнула ему. Конечно, я бы встала на заднем плане. Позволь ублюдку Джону сказать хоть одно неверное слово, и я бы изложил ему свою версию психоза.

Алессио постучал в дверь. Ожидание.

Тишина. Никакого ответа. Никакого движения. Ничего.

Он постучал еще раз, а затем последовал за ним. “Служба спасения роз”, – крикнул он через дверь.

Затем мы услышали это. Ворчание. Ноги у двери. Дверь распахнулась, и появился пожилой мужчина, все еще в боксерах и с пистолетом в руке.

Его глаза прошлись по нам и остановились на мне. “ Дай угадаю. Кассио Кинг.

– Ты уверен, что это то самое место? – В сотый раз спросил Джон, действуя мне на нервы. – Оно выглядит заброшенным.

Я решил проигнорировать его или рискнуть просто отчитать. Здание было старым, форт с тремя угловыми башнями, построенный из глины, некоторые секции которой осыпались. Это место сливалось с бескрайним пустынным ландшафтом вокруг. С приближением часа температура повышалась, и я знал, что в конце концов станет невыносимо жарко.

Боже, я надеялся, что она была тепло одета, когда ее забирали. Мне было больно думать о том, как она дрожала ночью, от холода, в этом гнилом месте. Я даже представить себе не мог, что с ней происходит что-то еще, иначе я бы сошел с ума.

Все это место напомнило мне здание, в котором я нашел Айне много лет назад. Вероятно, оно датировалось десятым веком. Когда мы закончим с этим, это станет частью истории, разнесенной на куски.

“ Все эти чертовы места выглядят заброшенными, ” пробормотал Лука. – Именно это делает их незаметными.

“ Ладно, ты прав, ” неохотно признал Джон. Он достал из рюкзака устройство, и я наблюдал, как он его включает. Я узнал его. Это был тепловой датчик для проверки наличия тел на территории комплекса. Не уверен, почему он просто не сделал этого с самого начала, вместо того чтобы разболтать.

Ему потребовалась минута, чтобы установить это. Затем я увидел инфракрасные тела, движущиеся по конструкции. Бинго!

Если бы только существовал способ отличать женщин от мужчин и знать, где находится Айне.

“Черт”, – пробормотал один из людей Айне. Гарри, если я правильно помню. Или это был Пилот? Какого хрена вообще, это не имело значения. “Мы серьезно в меньшинстве”.

Алессио, Лука и я переглянулись. Мы тоже это знали. Но ждать было нельзя. Час мог сильно изменить жизнь одного человека. Жизнь Айне!

“Нам нужно разделиться”, – сказал я им. “Три группы, три крыла комплекса. Спасите женщин и детей, убейте стражников и их солдат, верните всех сюда”.

Мои глаза прошлись по всем мужчинам, чтобы убедиться, что они поняли. Каждый из них кивнул.

“Сверьте часы”, – сказал я. “Сорок минут. Наша машина будет здесь, ждать нас”.

Я беспокоился только о том, будет ли транспорт достаточно вместительным, чтобы вместить достаточное количество жертв. Трудно было сказать, будет ли там десять или пятьдесят женщин. Разделившись на три части, мы проследовали на территорию комплекса; в итоге мы с Джоном вместе направились в самую дальнюю часть комплекса. Мы держались тени, пользуясь тем, что солнце еще не взошло.

Хотя это было близко. Отблески восходящего солнца коснулись неба далеко на горизонте.

Мы не обменялись ни единым словом, оба были настороже. Если бы я знала Марко, он держал бы Айн подальше от других женщин. Крики эхом разносились по коридорам, ударяя меня прямо в живот. У меня скрутило живот.

Вместе с ними раздался пронзительный мужской вопль. Я сразу узнал его. Мое сердце сжалось, как будто кто-то вонзил в него нож, и я бросилась бежать, не дожидаясь Джона.

Когда мы бежали по каменному коридору, слева донесся женский крик, и мы оба замедлили шаг. Это была не Айне, но это определенно была женщина в бедственном положении.

“Ты иди”, – сказал Джон, поворачиваясь к двери, из-за которой донесся крик. “Убирайся и забери остальных по дороге. Мы встретимся снаружи, как и планировалось”.

Я кивнул и продолжил путь. Нельзя было терять времени. Каменные стены были грубо обтесаны, и холод, казалось, висел в воздухе постоянно. С каждым шагом крики становились громче, и единственное, что сохраняло мой рассудок, это то, что звуки принадлежали мужчине. Они не принадлежали Айне.

Я добрался до последней двери и заглянул в маленькое окошко бара. Сцена, поразившая меня, была какой-то кровавой. Сцена убийства из фильма ужасов. И я видел кое-какое дерьмо.

Марко растянулся на грязном полу, его штаны были спущены до лодыжек, его член валялся в углу. Ни одна частичка его тела не была чистой. Кровь покрывала каждый дюйм его кожи и пропитывала одежду.

У него тоже отсутствовали уши. Несколько пальцев были разбросаны по земляному полу. Еще какие-то части тела, похожие на плоть.

Я перевел взгляд на свою жену. Ее окровавленные руки были такого же цвета, как ее рыжая грива, и сжимали нож, пропитанный кровью. Кровь Марко! Там было так много крови; я не был уверен, как он все еще жив.

“Одно слово, Марко, гребаный король”, – услышал я ее голос, холодный и мрачный. И ее улыбку, которую я хорошо знал. Это было то же самое, что я чувствовал, убивая Чеда. Или любого другого ублюдка, который причинял боль людям, которых я любил. Моя жена стояла там, как богиня мести, во всей своей красе. “Просто скажи одно слово”, – насмехалась она.

– Айне, – позвала я, хватая сбоку ключ и отпирая дверь.

Она резко обернулась, все еще сжимая в руке нож, с дикими глазами. Я знал это чувство. Я пережил это. Видел это на лицах моих друзей. Но почему-то это никогда не поражало меня так сильно. Видеть это на женщине, которую я любил.

Марко хныкал на полу, вокруг него была лужа крови. Мне было насрать. Ему досталось больше, чем он заслуживал. Все, о чем я заботился, – это о моей женщине прямо здесь.

“Все в порядке, Бабочка”, – сказал я ей приглушенным тоном. “Это я. Я пришел за тобой”.

Дикий блеск в ее глазах медленно угас, вернув ей мерцающую голубизну глубочайших океанов.

“Охотник?”

Я улыбнулся. “Да, это я”. Я протянул руку, молча прося нож. Ее взгляд метнулся к моей руке, затем к ножу и снова к Марко.

“ Он не выживет, ” проворковала я. “ Ты молодец. Но позволь мне нанести последний удар.

“Почему?” Ее голос был хриплым, как будто она только что проснулась от кошмара.

“Ты слишком хорош, чтобы смириться с его смертью”, – сказал я. “Он не заслуживает того, чтобы ты нанес ему последний удар”.

Мучительно медленно, дрожащими руками она протянула мне нож. – Я заставила его кричать, – прохрипела она дрожащим голосом.

“Ты молодец”, – сказал я ей. “А теперь давай спасем других женщин”.

Я больше ничего не хотел делать, кроме как притянуть ее к себе в объятия. Черт возьми, я боялся, обрадуется ли она этому, не уверенный в том, что она пережила.

“Психованная сука, ” проворчал Марко, все его тело превратилось в кровавое месиво. На нем не хватало лоскутков кожи.

Я вытащил пистолет и прицелился в череп моего брата. “Никто не смеет так разговаривать с моей женой”, – прошипел я. Он больше не стоил ни моего времени, ни страданий Айне.

Он того не стоил. Точка.

Нажав на спусковой крючок, пуля влетела прямо ему в череп, убив его на месте. А затем, на всякий случай, я всадил еще две пули ему в череп и одну прямо в его черное сердце.

Не было бы никаких реинкарнаций этого проныры.

Глава Сорок вторая

ÁINE

H

э был мертв.

Я смотрел на изуродованное тело Марко с холодной отрешенностью. Возможно, это был мой механизм преодоления. Я так не думал. Я не испытывал сожаления о том, что я с ним сделал. Странным образом, это приносило удовлетворение. Заставить его заплатить за грехи, которые, как я знала, он совершил.

Вдалеке раздались выстрелы, пробудив меня от затуманенного состояния мщения. Я встретилась взглядом с Кассио. Мой муж. Что он подумает?

Опустив глаза, я отметил, в каком беспорядке нахожусь.

Медленно, очень медленно я снова подняла глаза, и наши взгляды встретились. Я позволила себе утонуть в этом темном взгляде, который странным образом предлагал свет и безопасность. Воспоминания и боль, которые скрывались в тумане. Он был прав, я нуждалась в них.

Может быть, теперь я начну исцеляться. Вот только я не хотела делать это без него. Он был нужен мне для меня. Мое сердце бешено забилось в груди из-за него. Так было с тех пор, как он спас меня. Среди боли и криков, которые мой разум не мог унять, всегда был он, протягивающий руку помощи. Его рука в тумане протягивает руку с нарисованной розой, чтобы вытащить меня.

“ Я люблю тебя, ” прохрипела я. Среди крови и смертей, криков и боли слова вырвались сами собой. Это было не то время и не в том месте. Мне было все равно. “ Годами я не мог вспомнить, ” пробормотал я, сжимая запястье окровавленной рукой. “ Во сне я слышал всякую чушь, но все это не имело смысла. Но я бы запомнил твою протянутую руку. И когда я думала, что утону в тумане, – произнесла я, мой собственный голос задыхался от чувств, которые подавлялись годами, – … это была твоя рука, которая вытащила меня.

– Айне… – начал он, но я перебила его.

“Я знаю, я сломлен”, – пробормотал я, шмыгая носом, “и это… все это пиздец”. Я протянул руки. Мы были окружены размазанной кровью и доказательствами того, что я, как Джек Потрошитель, расправился со своим сводным братом. “Но я… я не могу взять себя в руки без тебя”.

Рука Хантера взяла мое лицо в свои ладони, и он прижался своими губами к моим. “ Я тоже люблю тебя, Бабочка. У меня защипало глаза, и я сильно заморгала. “ Ты не сломлен. И если бы у нас было время, я бы помог тебе содрать кожу с Марко заживо. Заставил его страдать несколько дней.

Мои губы изогнулись в улыбке. “Это самая приятная вещь, которую кто-либо когда-либо говорил мне”.

“ Ты знаешь, скольких людей я убил? – Спросил он меня. Я покачала головой. “ Я тоже. Ты все еще любишь меня?

“Хочу”, – поклялся я.

“ Так же, как я люблю тебя. ” Он поцеловал меня в кончик носа. – Но с этого момента мы все будем делать вместе.

Я кивнула. – Ты в состоянии идти?

Его глаза блуждали по моему телу, в них читалось беспокойство. Но я была более чем в порядке. “Да, он ничего мне не сделал”, – сказала я ему. “Он лег на меня сверху, и я ударила его ногой, потом я…” Не было необходимости объяснять, что я сделала после этого. Картина была идеально нарисована вокруг нас, с разбросанными вокруг частями его тела и лужей крови вокруг.

“Давай спасем других женщин и уберемся отсюда к чертовой матери”. Предложение моего мужа прозвучало для меня как рай.

Мне потребовалось сделать около десяти шагов из камеры, и взрыв потряс землю, заставив нас обоих упасть на колени. Земля под моими коленями была твердой, но я не обращал внимания на боль. Переглянувшись, мы встали и продолжили бежать, мои босые ноги ступали по земляному полу. Хотя все это не имело значения. Я без сомнения знала, что мы выберемся отсюда.

Потому что здесь был мой муж.

Мы бросились к ближайшей к нам камере и стали возиться с дверным замком. В ту секунду, когда мы открыли дверь, раздались крики и хныканье. Там были четыре женщины, прижавшиеся друг к другу. Страх на их лицах поразил меня прямо в живот.

Я выглядела дерьмово, руки у меня были в крови, я была повсюду, включая пижаму. Но лучше бы я подошла к ним, чем Хантер, учитывая, через что они, вероятно, прошли.

Я бросилась к ним. “Все в порядке. Мы здесь, чтобы помочь”. Они настороженно смотрели на меня, но у нас не было времени. – Пожалуйста, нам нужно поторопиться.

Я подтолкнула их всех к двери, пока Хантер стоял на страже с пистолетом в руке. Собравшись, мы перешли в следующую камеру. И в следующую. Нас было двадцать человек в конце участка, когда Хантер подтолкнул нас к выходу.

“Подожди”, – остановил я его. “Вероятно, на двух других сторонах больше женщин”.

“Об этом позаботятся другие”, – заверил он меня.

– Другие?

– Твои люди, Лука и Алессио.

“ Они никого не оставят? Я спросил его.

То, как солнце попадало в его темные глаза, и они блестели, когда смотрели на меня так, словно я была самой важной вещью в этом мире.

“Я обещаю, Бабочка”, – тихо пробормотал он. “Ни одного тролля не осталось”.

Мое сердце дрогнуло. Это были те же слова, которые я сказала Маргарет в ту ночь, когда столкнулась с ним. В ночь, с которой началось мое путешествие к нему. Любовь, которую я испытывала к нему, росла, и я была уверена, что она светилась прямо во мне. Она, черт возьми, сияла ярко, и это было правильно.

“Я люблю тебя так чертовски сильно”, – сказала я ему, прижимаясь своими губами к его губам.

– Люблю тебя больше, – прошептал он мне в губы.

Не сказав больше ни слова, мы продолжили движение к выходу из комплекса. Вдалеке я увидел группу женщин. Должно быть, мы направлялись именно туда. Двадцать минут спустя мы погрузили последнюю девушку из лагеря в большой фургон, и все это время Кассио, Джон, Алессио и Лука стояли позади нас, прикрывая наши спины.

“Пять минут, прежде чем это место разнесет в щепки”, – предупредил Алессио, и мы все загрузились в фургон.

Точно в назначенный момент, пять минут спустя земля содрогнулась от громкого взрыва, и я увидел в зеркало заднего вида, как пламя поднялось высоко в небо и повисло над пустыней.

Прошлое горело прямо рядом с ним.