Текст книги "Замуж за врага (СИ)"

Автор книги: Ева Никольская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

– А зачем ты его вообще искал? – озадачилась я. – Мне проблем с Вельским хватает. Зачем еще этот… как его там…

– Эвантар Эви. Недавно переехал в наш город и возглавил один из банков, принадлежащих его отцу. Часть твоих капиталов, кстати, хранится там. – Я скривилась, интуитивно испугавшись за свои финансы. Впрочем, что может мне сделать этот человек? Вклады ведь застрахованы. – Отпрыск богатенького аристократа с длинной родословной. И хотя твой блондинчик не старший сын, а средний, папа его любит, ценит и поручает работу, которую не доверяет бестолковому первенцу. О как!

– Во-первых, он не мой, – заявила я, снова уперев руку в бок. – Во-вторых, мне и одного, как ты выразился, блондинчика хватает за глаза и за уши. Я морально не готова связываться со вторым.

– Мари, – страдальчески вздохнул друг. – Осветление волос плохо влияет на твои мозги. – Я накопал про него инфу не для того, чтобы ты с ним связывалась, а как раз, наоборот, – чтобы держалась подальше.

– А-а-а, – протянула я, успокаиваясь. – Так бы сразу и сказал. Прости, я сегодня, правда, малость не в себе.

– Угу, – проворчал Марк, странно на меня посматривая. – Давай уже, переодевайся, леди, если не хочешь засветить свою «ласточку» на камерах дома желаний. На эр-байке в таком виде я тебя не повезу. Вернее, не довезу. Даже с магической защитой.

– С магической довез бы.

– Мари…

– Все-все, молчу, – улыбнулась я. – И, как прилежная девочка, иду снова перевоплощаться.

– Не затягивай, а то опоздаешь на собственное выступление.

– Ты иллюзии к кулону прикрепил? – крикнула я из соседней комнаты, где аккуратно стягивала с себя платье, расстегнутое на боку. Хорошо, что оно снималось не через голову – было бы жаль испортить прическу, на создание которой ушло около двух часов.

Коррекция иллюзий и то меньше времени заняла! Однако, если говорить начистоту, работы там было с гулькин нос, так что Марк в считанные минуты поправил все, что я попросила. Из-за невозможности совмещать кропотливые магические плетения с тем самым настоящим пением, которое позволяло мне использовать мою силу, приходилось просить о помощи друга. Поэтому я и готовилась к каждому выступлению неделями. И исполняла только одну единственную песню. Каждый раз новую, написанную мной.

В ночном клубе Элоиз…

Как же мало, оказывается, надо для того, чтобы отличное настроение стало паршивым – всего-то увидеть проклятого ведьмака в компании рыжей мымры. Да и одного его обнаружить тут, в доме желаний, когда у меня на носу выступление – то ещё удовольствие! Как-то раньше мы в это время не пересекались. Или я просто его не видела? Так или иначе, но сегодня все шло наперекосяк с самого утра, следовало ожидать, что и вечер преподнесет неприятный сюрприз. Даже два! Вельского и его рыжую подружку, которой он ласково поправлял волосы, убирая короткие пряди за ушко. У-у-у… Жаль, рассмотреть эту дрянь как следует не получилось – из служебного коридора обеденный зал просматривался плохо.

– Дрянь, – шепотом повторила я, швырнув рюкзак с вечерним платьем и босоножками на кресло. – Матерь лунная, что я несу? – Ужаснувшись эмоциям, которые накрыли меня без какого-либо достойного повода, я прижала ладони к вспыхнувшим щекам и до боли куснула губу, пытаясь вернуть самообладание.

Что, бес побери, это только что было? Обратная сторона ненависти или банальная ревность? Мне ведь абсолютно не нужен Север! Вернее, нужен, но только в качестве груши для битья. И злиться я должна на него, а не на какую-то незнакомую девчонку, у которой, в отличие от нас с Марком, претензий к охотнику за головами нет. Так с какого перепуга вектор моей антипатии переметнулся с Вельского на его баб? Она ведь не первая и вряд ли последняя, но прошлые девицы такого раздражения почему-то не вызывали. Скорее, он бесил, нежели они. Я просто не запоминала местных шлюх, с которыми водился мой враг, полностью сосредоточенная на своей ненависти к нему. А тут как громом ударило… Мало мне встряски от падения с крыши, ещё и это! Проклятый охотник, все его вина!

С тихим стуком в гримерку, которую выделяли мне на каждое выступление, заглянула Элоиз, которая привычно спросила:

– Лапочка, тебе принести чего-нибудь выпить или, может…

– Не надо! – резче, чем хотелось, ответила я. – Благодарю. Мне ничего не надо. Только привести себя в порядок, собраться с мыслями и немного порепетировать.

Вымученно улыбнувшись ей, я подошла к двери, намереваясь закрыть ее на замок, чтобы избежать неожиданных визитов. А то случались прецеденты. И хотя на помещении стояла мощная магическая защита с отличной звукоизоляцией, от гостей, жаждущих общения, это все равно не спасало. Однако сегодня я была категорически не готова к встрече с кем бы то ни было. Буйные фанаты, мечтавшие не то взять автограф, не то оторвать от меня на память кусочек (и хорошо, если только платья), одержимые поклонники, решившие сделать мне щедрое предложение, курьеры из цветочных лавок, которым позарез требовалось доставить корзину роз именно сюда и именно сейчас… Ну их всех в пень! Хватит с меня нервных потрясений.

Когда Элла ушла, пожелав мне удачи, я сделала несколько дыхательных упражнений, призванных усмирить клокочущие эмоции, и принялась переодеваться. Марк со мной в клуб не ходил, дабы папарацци нас не засняли вместе. Он появлялся позже в зале как обычный зритель и снимал на камеру очередное шоу леди «М». Незачем кому-то было знать, что мы связаны. А то, не ровен час, особо въедливые выяснят, кто я такая. Раскрывать же инкогнито мне совершенно не хотелось. В том и был весь кайф, чтобы время от времени жить чужой жизнью, не похожей на мою настоящую.

Маскарад пьянил, возвращая остроту ощущений, притупившуюся в последние годы, и нам с другом все это очень нравилось. Поэтому мы и соблюдали осторожность, как с тем же скатом. Вычислить, кому принадлежит моя «ласточка», было гораздо проще, чем идентифицировать меняющий масть эр-байк, на номерах которого прыгала электронная обезьянка. Даже наряды для выступлений и цветные очки для Медузы Марк заказывал мне через сервис анонимных покупок, за которые платил исключительно наличными. Одним словом, шифровались мы по полной программе, и обоих эта шпионская игра развлекала.

Права Василина, мы с ним отличная пара! Действительно странно, что дружеские отношения так и не перешли в горизонтальную плоскость. Ведь у него никого, кроме меня, нет, потому что на других девиц банально не хватает времени. Работа, я, бабушка с сестренкой – жизнь Марка крутится вокруг нас, не допуская посторонних в ближний круг. Он, конечно, не монах и не какой-нибудь ущербный – бывают и у него горячие свидания в домах желаний, но редко. К тому же в наше время сбросить напряжение можно не только, с кем-то переспав. Виртуальный секс, к примеру, с полным погружением тоже никто не отменял.

Хотя при наших адреналиновых приключениях как-то не до него – ощущений и без эротических переживаний выше крыши. Да и легкий флирт между нами приятно бодрит. Только брато-сестринская связь, которую мы придумали себе давным-давно, работает как барьер. Мы ведь дружим едва ли не с детского сада. Так вышло, что его и мои родители купили дома по соседству практически одновременно.

Раньше оба коттеджа принадлежали то ли родственникам, то ли близким друзьям, потому, наверное, они и сделали подземный ход, связывающий подвалы. Перед продажей его заколотили и спрятали двери, видимо, чтобы новые владельцы не потребовали вовсе убрать тоннель. Как же мы были счастливы с Марком, когда обнаружили встроенный в стену механизм, открывающий потайной проход. Это стало нашей маленькой тайной и не раз помогало незаметно сбегать из дома. Эх… какие все-таки были счастливые тогда времена.

В соседней комнате…

– С каких это пор мы встречаемся, чтобы что-то обсудить, не в обеденном зале или твоем рабочем кабинете, а в гримерке, откуда ты вытурила всех своих танцовщиц? – задумчиво произнес Северьян, поддев пальцем белый парик, висевший на манекене.

– С тех самых пор, когда ты, Ян, решил именно здесь загримироваться под хромого, косого и бородатого калеку.

– Косого-то почему?

– А кто пол-лица заморозил для пущей убедительности? – напомнила хозяйка дома желаний, хитро глядя на ведьмака.

– Стоп! – воскликнула Лёля, переводившая взгляд с брата на свою будущую работодательницу и обратно. – Какой калека? Какая убедительность? Зачем? Ну же… интриганы! Я тоже хочу все знать. Все-все!

– Вот спасибо, Эллочка! – усмехнулся ведьмак, потрепав по рыжей макушке сестру. – Удружила. Она же теперь выест мне мозг чайной ложечкой, пока не выяснит все подробности.

– Какие подробности? Во что ты вляпался, Яш? – пристала к нему Ольга.

– В работу! – припечатал он, вновь взвешивая все за и против, как тогда с сиреной. Сказать сестре о Мари или умолчать? Элоиз знает, просто потому что после отбора ему было необходимо с кем-то поделиться столь неожиданной новостью. Лору он пытался отшить с помощью этой информации. А Лёля… хм… с этой кошандры станется: заявится на порог к Медузе с бутылочкой вина и предложит выпить за знакомство. Ну ее в баню! – Ты же знаешь, чем я занимаюсь. Иногда приходится перевоплощаться, чтобы выследить преступника. Одной иллюзии порой недостаточно, тогда в ход идет театральный грим.

– И кого ловил? – Глаза бьёрны блестели от любопытства.

– Убийцу. Мага-инкуба.

– Поймал? – затаив дыхание, спросила она.

– В процессе. И если бы ты мне не мешала…

– Так я могу и помочь! Я же чуть не стала сыскарем.

– О не-е-е-т, – простонал охотник, обнимая сестру. – Лучше уж на Эллу поработай… недельку. А там видно будет. – Он не видел лица Лёли, которым она уткнулась ему в плечо, но даже не сомневался, что мелкая хитрюга довольно улыбается. Все ведь вышло, как она хотела. – Присмотришь? – спросил Северьян подругу.

Элоиз охотно кивнула, потянув за локоть Ольгу, мордашка которой и правда сияла, как начищенный самовар из музея забавных древностей. Переглянувшись, обе они посмотрели на него, и ведьмак внезапно поймал себя на мысли, что тут зреет заговор рыжих, ибо спелись эти красавицы, похоже, задолго до нынешней встречи. Уж не из Гримшера ли связалась Лёля с Элоиз, подготавливая почву для побега? Потому к ней и приехала, а потом уже пришла к нему. Ночью. Чтобы сразу домой не отправил, а дал возможность объясниться.

– Так, девочки, что за тайны? – прямо уточнил он.

– Какие тайны? – хлопнула ресницами сестра.

– Никаких тайн! – подтвердила хозяйка клуба, загадочно улыбаясь.

– Эл-л-ла… – протянул Северьян, прищурившись.

– Ладно-ладно! Сдаюсь! – хохотнула она, отступая от него, как от хищника, наметившего добычу. – На самом деле я вас не просто так сюда пригласила…

– Ожидаемо, – буркнул ведьмак.

– В соседней комнате к выступлению готовится леди «М».

– Эта твоя сирена? – презрительно скривился он, но бьёрна перебила, радостно воскликнув:

– Прямо тут? Рядом? А можно у нее автограф стрельнуть?

– Непременно, – пообещала Элоиз. – Мы все вместе пойдем в зал…

– Я пас. Хватит с меня на сегодня сирен, – начал привычно отнекиваться охотник.

– Ну, Я-я-яш… – заныла сестра, дергая его за рукав, как в детстве. – Давай сходим, это же… это же так круто! Я ролики в сети видела. Она мегазвезда!

– Так вот… – без бурного энтузиазма Лёли, но с загадочной хитринкой, блестевшей в чуть прищуренных зеленых глазах, проговорила старшая интриганка из наметившегося рыжего тандема. – Специально для такого упертого барана, как ты, Ян, с этой стены сняли звуковую защиту. – Элла кивнула на увешенную зеркалами перегородку. – Просто послушай, как девушка распевается. Не понравится – отправлю тебя в ВИП-зону на второй этаж ужинать в тишине. А если зацепит – мой столик сегодня свободен для вас.

Северьян хотел, как обычно, возразить, из непонятного упрямства не желая пересекаться с певичкой, которую ему так упорно навязывала подруга, но в этот момент таинственная леди изволила запеть. Сначала Северьян кривился, доказывая себе и окружающим, что все эти лирические песенки не для него. Потом чуть нахмурился, задумавшись. Когда же губы его начали расползаться в улыбке, Лёля победно хлопнула в ладоши и даже подпрыгнула от переизбытка чувств.

– Ура! Мы идем на концерт, – резюмировала она.

– Почему бы и нет? – покачал головой ее брат, все так же странно улыбаясь. – Сходим, посмотрим, что за дива.

В зале…

Дива оказалась совсем не такой, как он ожидал. Да и песня со сцены звучала иначе, нежели из соседней комнаты. Ее сильный пронзительный голос завораживал, пробуждая несвойственную ведьмаку дрожь. Она бежала волнами по телу, блокируя расчетливый ум, привыкший все разбирать по косточкам, заставляла воспринимать происходящее не умом, а сердцем. Сидевшие за столами гости завороженно слушали леди «М», и Север не был исключением.

Он полной грудью вдыхал аромат скошенной травы, плывущий по залу вслед за табуном призрачных коней, вылетавших из амулета певицы. Чувствовал касание шального ветра, теребившего волосы. Заражался упоительным ощущением свободы и невольно проваливался в иллюзорный мир, созданный белокурой волшебницей с чарующим голосом и не менее чарующей внешностью.

Невысокая стройная блондинка в струящемся до пола платье и черной полумаске действительно походила на морскую деву. Яркая, как звезда, прекрасная, будто мраморная статуя, но при этом трогательно одухотворенная и какая-то недостижимо далекая. Хотелось подойти к ней, прикоснуться, чтобы убедиться – девушка вовсе не плод его воображения, не голограмма и не привидение, снизошедшее до простых смертных. Ведьмак так и не понял, что притягивало в ней больше: удивительный многогранный голос, вызывающий мощный эмоциональный отклик, или эта соблазнительная неприступность. А может, тайна крылась в мощном потоке магии, нити которой пронизывали воздух, оплетая присутствующих незримой паутиной, дарившей эстетическое наслаждение?

Смотреть на певицу, слушать ее, становясь частью волшебного шоу, было сродни полету. Во всяком случае, охотник точно чувствовал себя окрыленным. Леди «М» воздействовала на зрителей, умудряясь дотянуться до самых сокровенных уголков души, пробудить приятные воспоминания, воскресить уснувшие мечты, а потом, вырвав из повседневной рутины, открыть для каждого новый удивительный мир, где возможно все. От Севера не укрылись восторженные вздохи Лёли, следившей за чаровницей широко раскрытыми глазами, полными откровенного обожания. В лице рыжей бёрны сладкоголосая «сирена», похоже, приобрела сегодня ещё одну большую поклонницу. Именно еще одну, потому что остальные гости взирали на белокурую диву с не меньшим восхищением.

«Это все магия, – решил ведьмак, вспомнив о своей тяге к анализу ситуаций. – Чары индиго, не иначе».

Блондинка не пританцовывала, как делали многие популярные певицы, не кривлялась на камеру и не улыбалась на публику. Она просто стояла у края сцены, прикрыв глаза, ласкала тонкими пальцами серебристую стойку микрофона, и пела так, что захватывало дух, а привычная реальность расцветала новыми красками, наполняя душу предвкушением чего-то особенного. Следя за движением ее рук, Северьян невольно ловил себя на мысли, что не только он хотел бы сейчас оказаться на месте пресловутого микрофона. Это раздражало. А заодно и отрезвляло, позволяя вырваться из плена, в который увлекала зрителей коварная леди.

Встреть он ее впервые здесь, на сцене, в окружении ярких огней и оживших иллюзий, вряд ли провел бы параллель между Мариэллой, баюкавшей детей на свадебном отборе, и этой, без сомнения, выдающейся волшебницей, искусно манипулирующей публикой. Очень талантливая, однозначно красивая… только все равно обманщица. Слишком большой и чистой была сила, которую певица выплескивала в зал вместе с песней, и ведьмаку верилось с трудом, что она направлена лишь на поддержание визуальных образов. Музыка будоражила кровь, голос зачаровывал… ну а магия усиливала эффект. Или все же нет?

Слава небесному отцу, что Эллочке пришло в голову затащить их с Ольгой в ту гримерку. Не видя новый образ Мари, Ян узнал ее голос. Не сразу, конечно, понял, кого ему напоминает загадочная леди «М» – в замке блогерша пыталась петь иначе, особенно первые колыбельные, которые мурлыкала малышу. А потом забылась, позволив голосу литься легко и непринужденно, доставляя удовольствие и ей, и детям, и ему. Правда тогда магия не ощущалась в комнате, и крышу у Вельского не сносило от необычной песни, наполненной филигранными образами, от самой исполнительницы и от осознания, что она дарит частички себя всем, хотя должна принадлежать только ему.

Облегающее платье цвета красного вина подчеркивало мягкие изгибы девичьей фигурки, а светящийся рубин, висевший на шее, привлекал внимание к высокой груди певицы. Хотя большинство мужчин, коротавших субботний вечер в доме желаний, пялились на нее вовсе не из-за амулета, извергавшего в зал очередной поток иллюзий. И это пронизанное сексуальным напряжением внимание Северьяну абсолютно не нравилось.

Особенно бесил длинноволосый блондин, восседавший в ВИП-зоне у самой сцены и взиравший на певицу так, будто она его собственность. Какого беса Эвантар Эви притащился в этот клуб? И в Айгрэм тоже! Жил бы и дальше в столице. Жаль все-таки, что он не инкуб… очень жаль. Ведьмак, признаться, надеялся именно на это, но гварды выяснили, что во время прошлых преступлений индиго Эвана в городе не было.

Конечно, он мог жить здесь инкогнито, меняя имена и личины, что, кстати, и делал неуловимый метаморф, но… подозрения с главы самого крупного банка все же пришлось пока снять, взяв в разработку несколько куда более подходящих кандидатов. Как ни печально признавать, но Эван на их фоне выглядел законопослушным гражданином с кристально чистой репутацией. Жаль. Ведь засадить за решетку самодовольного хлыща стало бы для Вельского не меньшим удовольствием, чем сорвать маску с леди «М». Причем сорвать в прямом и переносном смысле.

Слишком много крови ему попортила эта мисс Многоликость, пора уже было вернуть должок. А заодно и сделать то, о чем он мечтал с первого аккорда ее песни – прикоснуться к исполнительнице и убедиться, что это точно его жена, а не шутка больного воображения, которое с упорством следопыта находит черты Мари в каждой симпатичной девчонке.

– Элла… – Отложив бинокль, стилизованный под старину, Ян искоса посмотрел на подругу, сидевшую по левую сторону от него. – Ты что-то говорила про автограф и знакомство.

– Да-да. Познакомь нас с ней, – громким шепотом попросила Лёля, выглянув из-за его плеча, – сестра сидела на полукруглом диванчике, огибавшем стол, справа от Северьяна. Элоиз – слева.

– Очаровала она тебя? – самодовольно улыбнулась хозяйка клуба, обращаясь к ведьмаку.

– Заинтересовала, – признал он и, подняв бинокль, снова уставился на леди «М», которая допела последний куплет и, словно очнувшись от транса, взглянула в зал на взорвавшуюся аплодисментами публику. Что-то промелькнуло на ее лице, отразилось в голубых глазах и скрылось под завесой густых ресниц.

Голубых…

А у Мари глаза были ярко-зеленые, как у кошки.

Там же…

Лучше бы я не смотрела в зал!

Обычно, выходя на сцену, я будто становилась слепой. Зрительный контакт с публикой выбивал из колеи, рассеивал внимание и пугал меня, но стоило закрыть глаза, как паника отступала, и я полностью отдавалась пению, интуитивно чувствуя отклик людей, улавливая кожей их эмоции. Чтобы шоу получалось таким, как задумывалось, мне требовался темный зал и полное погружение в музыку. Лишь отринув реальность и позволив голосу литься, сметая преграды, я могла наполнить жизнью иллюзии, на деле похожие на крошечные кукольные фигурки, которые легко помещались в магический схрон. Искусный артефактор, умевший держать язык за зубами, специально для меня выполнил его в виде меняющего цвета кулона. Сегодня он выглядел как рубин. В следующий раз, наверное, станет изумрудом или сапфиром, зависит от платья.

Полумрак и магическая защита сцены были едва ли не самыми главными моими условиями при выступлениях в ночных клубах города. Теневая завеса прятала освещенное прожекторами возвышение подобно кулисам. С первыми аккордами заклинание «черной вуали» рассеивалось, открывая стойку микрофона и меня. Уходила я после выступления тоже под прикрытием тьмы. Исчезала, словно видение, что полностью соответствовало имиджу неуловимой и загадочной леди «М». И только спустя полчаса появлялась в зале, чтобы пообщаться с кем-то из гостей, а потом снова испариться, на этот раз с помощью Марка и его магических талантов.

Сегодня же все шло не так. Перед началом выступления мне ещё хватило сил не вглядываться в полутемный зал, выискивая знакомые лица, но после любопытство взяло верх над благоразумием. Не стану лукавить – я надеялась найти Вельского. Не знаю, зачем. Вероятно, чтобы убедиться в его ветреной натуре, заполучив лишнее очко в копилку отрицательных черт охотника. Но вместо одного ненавистного блондина узрела в первом ряду другого.

Марк как в воду глядел, говоря о господине Эви. Раз появившись в моей жизни, он вернулся в нее подобно бумерангу. И интерес его к моей персоне, как и во время отбора, сильно напрягал. Наряду с волной неподдельного восхищения, которая мне, безусловно, льстила, от Эвантара веяло еще и чем-то темным, пугающим, но при этом интригующим и даже в чем-то возбуждающим. Осознав собственные чувства, я замерла. Ощущала себя кроликом во власти удава, который с истинно мужским одобрением разглядывал мою фигуру. Пока соображала, как стоит отреагировать, сработало заклинание «вуали», и сцену отрезала от зала туманная завеса. А вместе с ней пришло и облегчение, будто меня выпустили из незримых тисков.

– Охренеть, – пробормотала я, расцепив наконец пальцы, которые по-прежнему сжимали стойку микрофона. – Меня что… только что пытались зачаровать? Вот же с-с-скотина!

Через полчаса…

– А можно у вас взять автограф? – глядя на меня хитрющими золотыми глазами, заявила сестра Вельского и протянула выдранный откуда-то листок в клетку вкупе с дорогой ручкой, которую явно позаимствовала, потому что позолоченная вещица с витиеватой гравировкой абсолютно не вязалась с ее молодежным прикидом.

Вблизи и при нормальном освещении я эту пигалицу узнала, ибо изучала раньше окружение ведьмака, в том числе и его родственников, проживающих в другом городе. Впрочем, на школьных фото, которые попались тогда под руку, волосы у бьёрны были заметно длиннее, а в жизни мы никогда не встречались.

Взяв в руки тетрадный лист, я задумчиво его повертела, решая, каким пожеланием осчастливить поклонницу.

– И ему тоже что-нибудь напишите, он от вас без ума! – сдала брата девчонка, а тот даже ухом не повел.

Без ума, значит… вот как. И почему меня это раздражает?

Север сидел на диване, откинувшись на мягкую спинку и скрестив на груди руки, гипнотизировал меня взглядом и загадочно так улыбался, что привычно захотелось двинуть ему чем-нибудь тяжелом. А ведь еще днем я страдала, что не поблагодарила его за свое спасение. Как же все-таки быстро меняется настроение.

Познакомив кое с кем из новых гостей клуба, Элоиз подвела меня к этому столику, заявив, что хочет представить мне очень важных людей. Любопытно, в чем кроется важность сереноподобного ловеласа? Я едва привела в порядок свои чувства, поправляя в гримерке прическу, а он опять! Ладно, рыжие: одна ему просто друг, вторая и вовсе сестра… но он ведь теперь на меня глаз положил. Вернее, на леди «М». Бабник хренов!

– Да-да, подпишите. Хотя отпечаток ваших губ предпочтительнее, – улыбнулся мне «хренов бабник», вызвав непреодолимое желание отомстить за убитые нервные клетки.

Отпечатка зубов ему не надо? А то я могу… в таком-то взвинченном состоянии я, похоже, много чего могу. Адово пламя. Где же Марк? Такое чувство, что мне подсыпали в сок «озверина»*, ибо зверею я по любому поводу и без. Подумаешь, флиртует со мной охотник, не зная, кто я такая. Надо пользоваться, а не беситься!

– Присаживайтесь! Стоя писать, наверное, неудобно? – Бьёрна вскочила, уступая мне место на диване, хотя, учитывая его длину, там без проблем уместились бы все четверо.

Эта зона находилась на некотором возвышении и вдали от сцены и танцпола, видимо, чтобы посетителям, желающим выпить или поесть, не била по ушам слишком уж громкая музыка. А небольшие бинокли с отличной оптикой позволяли оставаться в курсе происходящего и вносили некий приятный штрих в антураж клуба. Наверху, насколько я знала, был другой ресторан, шоу там вовсе не проводились. Также круглосуточно работало кафе, где частенько зависал Вельский. Короче говоря, в доме желаний Элоиз каждый мог найти отдых по вкусу.

– И точно… в ногах правды нет, – поддержала девушку хозяйка клуба, чей хитрый вид меня, признаться, настораживал. Возникало ощущение, что все вокруг что-то знают, и только я одна, как дурочка, пребываю в неведении.

– Благодарю, но… – Я не договорила, ибо, обернувшись в поисках Марка, наткнулась на идущего к нам Эвана, которого не было в зале на момент моего выхода к гостям. Зря я тогда расслабилась, подумав, что он отбыл по делам и больше не будет давить на меня своим присутствием. Стоило отвернуться – а мистер Совершенство уже снова здесь… высокий, красивый и самоуверенный, как бронированный румер-скат*, напролом прущий к цели! – Впрочем, спасибо! – приняла решение я, выбирая из двух зол меньшее. От Вельского и компании отбиться в случае чего будет проще, чем от самоуверенного и чересчур навязчивого аристократа.

– Вино? Шоколад? – спросил ведьмак, щелчком пальцев подзывая официанта. – Может, что-нибудь посущественнее? Или вы, леди, следите за фигурой и пьете только воду?

– Угу, и питаюсь святым духом, – не глядя на него, пробормотала я, полностью сосредоточенная на тетрадном листке, где начала писать пожелание для бьёрны. Несмотря на недавнюю неприязнь, девчонка все больше мне нравилась. Открытая, забавная, искренняя – полная противоположность скользкому братцу!

– И какой он на вкус? – спросил Вельский, придвигаясь.

– Кто?

Не шарахнулась я только чудом. Вернее, не шарахнула его пепельницей, стоявшей на столе. Близость охотника нервировала даже больше, чем его слова и этот вкрадчивый тон, вызывающий дрожь. Прямо наваждение какое-то. Или это магия альвенгов?

– Святой дух, конечно же. Однако я не прочь обсудить вкус и чего-то другого. – Он задумчиво посмотрел на мои накрашенные бордовой помадой губы, которые очень захотелось нервно облизать, но я удержалась. Взяв себя в руки, оценивающе посмотрела на ведьмака сквозь прорези бархатной полумаски и со сладкой улыбочкой произнесла:

– Горький. – А потом, выдержав паузу, во время которой мы сверлили друг друга глазами, будто соревнуясь, кто первый отведет взгляд, я с нарочито печальным вздохом добавила: – Как шоколад, который вы предложили, но так и не заказали. Ничего, закажу сама.

– Я подарю вам тонны шоколада, душа моя! – пообещал Эван, подходя к нам.

– Жидкого?

– Какого пожелаете!

– Чтобы я в нем утонула? – спросила его с иронией.

– Чтобы ты в нем искупалась, – ответил он, забыв о вежливом «вы». А я поймала себя на мысли, что после такого купания кое-кто не прочь будет меня облизать. Чуть не скривилась, представив эту картинку.

Эвантар поприветствовал кивком головы присутствующих, отвесил комплименты обеим рыжим и снова уставился на меня, отчего мне внезапно захотелось придвинуться к Вельскому теснее в поисках защиты, как тогда… на свадебном отборе, когда он был просто Яшей, а не Северьяном, которого я люто ненавижу. А ненавижу ли?

Вопрос моего отношения к «мужу» так и остался открытым, ну а вопрос десерта решила Элла, попросив у официанта принести ее любимые конфеты, белое вино, сыр и корзинку с фруктами. Бьёрна заказала ещё и воздушное пирожное для себя, а ее брат – всего лишь бутылку минералки. Даже несчастную плитку мне не купил – жмот. Ну и хрен с ним. Я все равно тут надолго не задержусь.

– Так как «святого духа» в меню, увы, нет, а тонну шоколада вам уже пообещали, – сказал охотник, улыбнувшись уголками губ, – скажу то, леди, что давно не дает мне покоя. – Думала, он выразит восхищение моим голосом, внешностью… ну или что там еще городят мужчины, пытаясь закадрить женщину? А этот гад спросил: – Что означает ваша «м»? Надеюсь, не леди Меркантильность? Для Мудрости вы слишком юны, для Мерзости – хороши собой. Может, Миниатюрность? – Он скользнул взглядом по моему голому плечу, будто погладил. Одновременно испытав сразу три противоречивых желания: отодвинуться, дать пощечину и, наоборот, прильнуть всем телом к этому мужчине, я с вызовом проговорила:

– «М» – значит Мечта. Но, судя по тому, что услышала, полагаю, не ваша.

– Моя! – заявил Эвантар, бесцеремонно влезая в наш разговор. – Ты действительно Мечта, сводящая с ума. Твой голос очаровывает, глаза завораживают. Я околдован тобой, душа моя…

Он говорил что-то еще, а я смотрела на него, вновь ощущая приток темной силы, которая пыталась окутать меня, пленить. Вязкая, тяжелая, приворотная магия! С ее разновидностями я пару раз встречалась – бр-р, ну и дрянь! К счастью, у моего дара индиго, помимо всех его недостатков, было одно веское достоинство – невосприимчивость к чарам, которые вызывали во мне внутренний протест.

– Боюсь, не взаимно, – осадила я Эвана, чем вызвала смешок бьёрны. Девчонка тут же прикрыла ладошкой рот и невинно похлопала ресницами, подарив блондину виноватый взгляд.

Ее брат окинул банкира неприязненным взглядом, но ничего говорить не стал. Просто проигнорировал его пафосную речь, которая мне казалась… не то чтобы фальшивой, но какой-то наигранной, что ли. Будто Эван говорил на публику, а не для меня. Но зачем? Вообще ситуация сложилась какая-то странная. Мы с Вельским сидели рядом на большом диване, где было полно свободного места. А Эван в компании двух рыжих леди стоял напротив, поглядывая на меня и периодически о чем-то переговариваясь с Элоиз, которая ему явно благоволила. Да и бьёрна тоже разглядывала длинноволосого красавца с нескрываемым любопытством.

При этом на нас косились все, кому не лень, некоторые даже фотографировали, но никто больше не вмешивался в разговор, будто приближаться без одобрения Эллы было запрещено. Хотя, может, так и было – она ведь тут царь и бог. К тому же попасть в зону, где мы находились, было не так-то просто – охранники кабы кого сюда не пускали.

– Ты просто меня еще не знаешь, – ничуть не оскорбившись, заявил банкир. Прозвучало как обещание, но мне почудилась примесь угрозы, наверное, из-за магической составляющей нашего диалога.

– А, по-моему, первое впечатление – самое правильное, – сделав глоток минералки, которую поставил перед ним официант, сказал Вельский. – Водички? – предложил он мне свою бутылку. Словно мы сидели не в пафосном клубе, где подают дорогое вино с редкими сортами сыра, а в какой-то забегаловке.