Текст книги "Прекрасной юности момент (СИ)"
Автор книги: Эва Эльс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 6 страниц)
– В мед пункт. – я выдернула руку, останавливаясь на месте. – Не веди себя как ребёнок.
– Нет, я в этот ад не пойду. – я развернулась, идя обратно. – Тем более уже всё про... Ты что делаешь придурок?! – я не успела среагировать, когда меня подняли на руки, закидывая на плечо и потащив в нужном Фостеру направлении. – Пусти меня!
– Нет, тебе надо домой.
– Нихрена подобного, у нас химия! – я стучала ладонями ему по спине, но без толку. – Алекс!
– Ребекка, поздравляю, мы знаем имена друг-друга. У тебя была паническая атака и ты не пойдёшь на химию, да и на другие уроки. – я думала что отравилась, просто перенервничала и это все сошлось вместе, но его догадка звучала ближе, чем мне хотелось бы. С чего бы ей произойти, ведь всё в порядке, не произошло ничего такого, что могло бы вызвать её. Хотя откуда я могу знать, что должно произойти перед этим, если даже не сталкивалась с таким. Может он и был в чём-то, да прав и это меня бесило. – Угомонилась?
– Надеюсь ты попадёшь в ад, Фостер.
– Я даже не удивлён, Бекс.
***
Сидела на ужасно скрипучей кушетке, скрестив ноги и уже два часа слушая тиканье часов на стене.
Тик
Так
Тик-Так, Тик-Так
Я надеялась, что не свихнусь от этого звука. Мне несколько раз за это время измерили температуру, каждые десять минут измеряли давление и стучали идиотским молоточкам по рукам и ногам, в какой-то момент я назло хотела отвесить подзатыльник работнику мед пункта, но видимо ему самому было не в радость так возиться со мной, особенно учитывая то, как меня сюда привели и как я ругала Фостера за подобное. За окном играл гром и тяжёлые капли стучали по стеклу, хоть как-то разбавляя постоянный тик-так в этой тишине.
– Можешь идти, лучше будет, если кто-то тебя заберёт. – я лениво свесила ноги на пол, медленными шагами направляясь к двери. – Тебя же есть кому забрать? – почему-то его слов неприятно кольнули меня, хотя мы и договорились, что сегодня меня заберёт отец. Возможно это были лишь неприятные пережитки прошлого.
– Да, всё в порядке. – врала, ведь всё ещё чувствовала себя ватной, будто если подует слабый ветер, то я точно свалюсь с ног.
Моей главное задачкой было найти собственные вещи, но благо они лежали у Мисс Мартин на стуле, самой же учительницы на месте не было. Может оно и к лучшему и я смогла избежать дурацких допросов о том, как у меня дела, что со мной произошло и прочее дерьмо. Осталось лишь по тихой уйти и... Как назло звенел звонок с урока, чёртово расписание. За закрытой дверь слышались шаги, были голоса. Прошла минута, три, пять и в кабинет никто не зашёл, видимо сейчас здесь не должно было быть урока и это стало моим небольшим убежищем, до поры до времени. Дверь открылась и девушка ступила спиной в помещение беседуя с кем-то, кто заходил уже после неё.
– Её нет в мед пункте, надо хотя бы тут... – она обернулась и увидела меня, непринуждённо облокачивающуюся на учительский стол. Стив был позади, подтолкнул блондинку чуть вперёд и прикрыл дверь. – О, ты в порядке!
– Как видишь она жива, а тебе стоит перестать всё так преувеличивать. – я даже не хотела знать, что она там могла рассказать ему. Одного упоминания о том, как я блевала в раковину в школьном туалете – уже стоило бы мне моей гордости. – Тебя подвезти?
Я только сейчас вспомнила о времени, достала телефон и не увидела ни единого пропущенного от отца, или даже короткой SMS. Зато там было порядка дюжины от Фостера. Да он чёртов параноик.
– Нет, за мной приедете отец. – Уолтер лишь пожал плечами, но всё равно остался стоять на месте, с неприязнью поглядывая на девушку, что перебирала волосы, нервно накручивала их на палец и после подошла ко мне, разблокировав свой телефон и протягивая его мне. Я глянула через её плечо, пытаясь получить ответ от Стивена, но он только помотал головой, сам не понимая её действий. Класс, я будто контактировала с ребёнком, что не может донести до меня то, что требует. – Что ты хочешь?
– Напиши своей номер. – она чуть дёрнула рукой, чтобы я взяла её телефон. – Нет, это конечно не обязательно, я не принуждаю, но... – я взяла его, лишь бы этот поток слов прекратился. Джесс явно была заядлой болтушкой. Быстро вбивая цифры на экране, я протягивала её вещь обратно. – Я скину тебе сообщение, если вдруг передумаешь, напиши! – ну конечно же я не напишу, но она всё равно так миловидно улыбалась, словно видела во мне хоть толику дружелюбности, что явно сейчас не отражалась на моём лице. Девушка вышла из кабинета первой, а Стив придерживал дверь, направляясь следом.
– Твой друг ушёл с того же урока, так что серьёзно – напиши, если за тобой не приедут. Там льёт как из ведра.
Бриташка не дождался какого-либо ответа, наконец-то оставляя меня одну.
Значит Алекс смылся, отец не извещал о том, что он едет, а я одна, когда закончились уроки, до дома пешком топать почти час, собственная гордыня задушила и не дала принять руку помощи, а на улице у Зевса вечеринка. Какой вердикт? Ах, точно – пора обзавестись мозгами и логикой. Я несколько раз набирала номер папы, но без толку, после долгих гудков меня перекидывало на автоответчик. Чёрт с ним, раньше и без него справлялась. Я дождалась звонка на урок, пока гул в коридоре утихнет и только тогда вышла, направляясь на выход. На улице прохладный ветер сразу ударил в лицо и я накинула вторую лямку рюкзака на плечо, уже представляя свой путь до дома. Я думала, что могу постоять ещё некоторое время под козырьком и дождь в короткие сроки должен был бы утихнуть, но новая волна громка и сеточка молний, что развивалась по небу, явно давали мне понять обратно. Я облокачивалась о стену, смотря как несколько учеников, у которых так же закончились занятия, запрыгивали в школьный автобус, что к несчастью ехал в противоположном для меня направлении. Ветер становился сильнее, покачивал деревья и направляя стену дождя в ином направлении. Дверь слева от меня отварилась и вышла группа девушек. Волейболистки, лица чьих, по крайней мере большинства, мне были не знакомы, но одно я различала точно.
– Хэй, Ребекка! – она подходила ко мне ближе, улыбалась, будто мы никогда не переставали общаться и так и оставались хорошими подругами. Смуглая девушка, с блестящими, густыми чёрными волосами собранными в хвост и янтарными оленьими глазками. Они явно были со сбора команды в новом году. – А ты чего ждёшь?
– Зои, давно не виделись. – она растерянно поджала губы, может наконец-то понимая, что не надо делать из меня жертву из года в год, напоминая о травме, вылете из команды и прошлогоднего инцидента связанного с Роксом. Мне не нравилось это псевдо внимание, от этого я ощущала лишь лицемерие. – Как видишь, погодка не лучшая, а я не планирую промокнуть до нитки.
– Я хотела предложить тебе и твоим друзьям куда-нибудь сходить, когда будет свободное время, как тебе идея? – моим друзьям? звучало конечно интересно, о ком вообще шла речь и как ей хватает наглости строить из себя ангела с небес.
– Я думаю, ответ очевиден, не пытайся делать вид, что мы подруги. – внимание нас обеих привлёк силуэт, вбежавший под козырёк, с намокшими светлыми волосами, что прилипли ко лбу, белая ткань на теле чуть просвечивала, местами позволяя подметить родинки на теле. В руках он держал джинсовку. – Что ты...
– О, Стивен, а ты чего тут? – почему-то теперь был очевиден её резкий интерес ко мне, ведь она была на первом уроке, видела, что я с ним разговаривала. Всё-таки она была той ещё сукой, что вешается на любого симпатичного парня, несмотря на его явную занятость.
– Я тебе уже ответил, мой ответ – нет. – он подошёл ко мне чуть ближе, распрямляя одежду в руках и выставляя её над моей головой. – Пошли, докинем. – как бы мне это не хотелось, но мне было в радость посмотреть на искривлённую гримасу Зои, что не ухватила кусочек тортика. Я кивнула, ступая за Стивеном до машины, пока он продолжал держать куртку над моей головой, хотя сам уже вымок. Я быстро села на заднее сиденье и заметила Джесс на водительском, Стивен открыл дверь, чтобы сесть за руль, но злобно захлопнул её обратно, подмечая перемещение блондинки. – Мы же договаривались, что я поведу.
– Во-первых, ты промок до нитки, а во вторых, инициатива...
– Я понял, пристегнись и поезжай. Молча, пожалуйста. – Стивен тяжело вздохнул, смирившись видимо с поражением, а Джессика победно смеялась с него. Первые минуты в нужном направлении после того, как я сказала куда меня довезти, мы ехали молча, разве что под неприятное журчание напитка проходящего через трубочку в руках девушки. – Твоя очередь готовить ужин сегодня. – девушка недовольно цокнула, но видимо это было недовольным согласием в типичной бытовой ситуации.
– Тогда ты займёшься стиркой. – у меня создавалось ощущение, словно такие диалоги для них проходили на постоянно основе, были как привычка. Мы встали на светофоре и Стивен повернулся ко мне, убирая мокрые волосы назад, чтобы те не лезли в глаза.
– Что за та девчонка? В спортивной форме. – я слабо улыбнулась и вытянула пятерню вверх, загибая пальцы и перечисляя, всё, что говорю.
– Заноза в заднице, лицемерка, бывшая подруга, легкодоступная. – я задумалась над последним пунктом и радостно улыбнулась, загибая большой палец. – Та ещё стерва.
– О, Джесс она всё равно не переплюнет. – парень смеялся, пока Джессика злостно ставила напиток в подстаканник, с грохотом ударяя его о дно.
– Стивен, хватит уже! – она повысила голос, снова начиная движение.
– Ой, да ладно тебе. – он отвернулся от меня, переключая внимание. – Или тебе напомнить твои первые слова о...
– Закройся к чёртовой матери, иначе я задушу тебя сегодня подушкой, пока ты будешь спать! – меня не коробил этот конфликт, но обстановка всё равно складывалась не из лучших. – Не слушай его, Рыжуля, вот он точно самая настоящая заноза в заднице. С ним жить невозможно.
Они продолжали свою перепалку, но я уже не слушала, мне снова стало душно и опять этот чёртов гул в ушах. Тяжело дыша я переместилась правее к двери и встретилась с холодными глазами в зеркале заднего вида. Переглядки длились всего мгновение.
– Джесс, остановись. – его голос уже звучал для меня отдалённо. Дожидаясь полной остановки машины, я чуть ли не вываливалась за дверь, находя опору в ближайшем фонарном столбе. Дождь неприятно бил в лицо и приводил в чувства. И вот опять, дождь уже не лил на меня, а чужая тёмная куртка нависла над головой. – Можем пройтись, осталось немного. – Стивен кивал в нужном направлении, и вправду, отсюда уже виднелся парк. Он жмурился, точно не был рад тому, что вымокнет во второй раз и всё из-за того же. – Ну так что? – я слабо кивнула, ступая шаг вперёд, но его жесть меня приостановил: он забрал рюкзак и закинул его к себе на плечо. – Не возникай только, а то я уже слышал как тебя тащили в мед пункт. – лицо залилось краской. Я была права, что Джесс любила поболтать, но это слишком. Какой же позор.
Стивен шёл рядом, порой старался сровнять наш шаг и так же заботливо пытался укрыть от дождя, хотя в этом не было необходимости. Каждый шаг отдавал тяжестью и болью в груди, но я не останавливалась, понимая, что пока не почувствую себя в комфорте и безопасности – это не закончится. Мне было стыдно за то, что весь день со мной кто-то нянчится, пытается помочь, даже когда я отказываюсь, когда сыплю человека негативом. Мне было тяжко и дурно как минимум из-за себя самой. Мы вышли к парку, проходя под крупными деревьями, что помогали скрыться от дождя чуть получше и хотя бы не мне одной. Все кеды промокли, внутри хлюпала вода, одежда прилипла к телу и это все чёртова погода.
– Прости за неудобства. – он смотрел на меня как на умалишённую, словно я не извинилась, а сказала, что убью всю его семью. Ну вот Ребекка молодец и видимо опять напортачила. – Что-то не так?
– Нет, просто в основном люди не извиняются за то, что им оказывают помощь.
– Ну уж извини, я даже не особо понимаю, что происходит и напугана до чёртиков, а ты решил завести новых друзей в новой школе и тебе подкинули доходягу в виде меня, с которой ещё и возиться пришлось. – Стив усмехнулся. – Что смешного? Я же серьёзно.
– Вот именно, ты так серьёзно отстаиваешь свою точку зрения, не выслушав иного мнения, что это немного...
– Пугает? – перебила я его.
– Скорее ошарашивает и удивляет. – он вновь смотрел на дорогу, обходил особо крупные лужи и опавшие с деревьев ветки. Уже на выходе из парка я остановилась, смотря на него. – Ты чего, забыла как выглядит твой дом?
– Нет, пошли. – я чуть ускорилась и перебежав дорогу, мы уже стояли на пороге. Машины отца у дома не было, не особо удивляло, продержался он в роли «Лучший отец года» недолго. Я порылась в рюкзаке, достала ключи и открыв дверь, не заходя внутрь взяла зонтик из корзинки справа от входа, протягивая его Стивену. – Мало уже чем тебе конечно поможет, но всё-таки. – он любезно улыбался и мотал головой.
– Джесс конечно ужасна, но она не заставит меня идти тем же маршрутом обратно до машины, так что она подъедет сюда. – я поджала губы и сжала рукоятку зонтика в руках. Люди оказывают мне помощь, а когда я пытаюсь сделать то же самое – оказываюсь бесполезной, как же не удивительно. – Кстати, ты так и не ответила на вопрос. – я заглянула ему в глаза, совершая кажется самую крупную ошибку за сегодня. Он до чертиков красивый, а холодный серый искрился добротой. – Пойдёшь ли ты на вечеринку и составишь мне компанию, в качестве знакомой? – всё хорошее, что я видела – пропало. Воспоминания в который раз обвалились на меня высокой волной, сбивая с ног.
– Не думаю, что у меня получится. – Стив выглядел чуть расстроенным и это кольнуло. Странное чувство. Я заметила их машину, Джесс уже подъезжала сюда, а у меня оставались считанные мгновения на раздумия. – Я подумаю.
Я не была уверена в своих словах и его действиях, но вот он уже прощается со мной лёгким взмахом руки, спускается по ступенькам и пропадает вместе с машиной уезжающей под вновь усилившийся дождь.
Я точно ещё пожалею об этом.
Глава 6: Доверие порождает...?
Но каждому страшно По-разному страшно
На побережье океана повелевал леденящий ветер. Он помогал прийти в чувства после тяжёлых событий, или наоборот – помогал забыться, когда не хотелось ничего, кроме как побыть в одиночестве. Небо постепенно приобретало голубовато-серый оттенок. Со стороны города молнии озаряли серое полотно яркими вспышками. Тут было дурманно тихо, только мелкие волны давали о себе знать, своим убаюкивающим и шипящим звуком.
В такие моменты хотелось вернуться обратно, домой. Где смех и гул голосов близких людей развеивает невзгоды. Если бы только это было возможною.
Гром заставил содрогнуться. Молния сверкнула слишком близко. Подул резкий, гулкий ветер и водная гладь начала медленно разрушаться под натиском дождя. Так хотелось побыть тут ещё немного, лишь капельку этого бесценного времени, но погода думала иначе. Я поднялся с холодного песка, направляясь в неизвестность.
Интересно, мою пропажу хоть кто‑то заметил? Возможно, что это чертовски глупо, но я не мог контролировать эти мысли. В голове царил хаус и бардак, гораздо хуже, чем снаружи. У меня не было сил изменить это, как бы не хотелось. Мне хватило бы стабильности, обычного спокойствия и уединения, только вот когда я получал это, то всё моментально теряло смысл и обесценивалось. Я ускорил шаг, но паранойя с каждой секундой подступала ближе, руки тряслись от холода и наступающей паники. Мне было не по себе, ещё с того момента, когда она разрыдалась в школьном туалете, вероятно даже не представляла как выглядит со стороны. Вот тогда мне и стало страшно, что кто‑то мог увидеть меня в таком состоянии, что я не зря не просил поддержки и понимания. Как по привычке, неосознанно, я доставал телефон в кармане, разблокировал, набрал номер, что чаще всего числился последним в исходящих и ждал три мучительных гудка, пока на том конце не раздался сонный голос.
– Алекс, ты же знаешь, что я ещё сплю в такое время. – она буркнула что‑то ещё, и я услышал шуршание одеяла. – Ты в порядке?
Я улыбнулся, радуясь её привычному ворчанию. Её материнская забота всегда была для меня чем‑то необъяснимым и оставалась такой же, что и пару лет назад. Моя маленькая радость во всём беспорядке и та, кому нестрашно рассказать о себе или сболтнуть лишнего – она поймёт, примет и поддержит.
– Да, вроде бы. Мне стало немного не по себе, я хотел с кем‑то поговорить. Извини, что разбудил.
– Алекс, я выслушаю тебя в любое время, но для этого тебе стоит разговаривать со мной, а не молчать, когда я задаю вопросы и уж тем более не переводить тему... – она звучала обеспокоенно, будто была не на том конце провода, не в другом конце страны, а совсем рядом, смотрела на меня и видела насквозь. – Ты пьёшь лекарства? Когда последний раз был у врача? – ну вот, я оказался прав. Она всё прекрасно понимала.
– Около месяца назад.
– Не ври мне! – она повысила голос, но не грубила, не принуждала сознаваться, а лишь напоминала о том, что от неё мне не надо ничего скрывать. – Скрывайся от Криса, утаивай свои грязные секретики от него, попадай в неприятности, но прошу не ври мне. – я забрёл в знакомый парк, шлёпал по лужам и выслушивал правдивые вещи, что ранили сильнее всего.
– Месяца четыре, только не кричи на меня.
– Когда ты уезжал, то я надеялась, что ты сможешь сам о себе позаботиться, но в итоге ты пустил всё по течению. Ты хоть понимаешь, куда это может тебя привести?
– Нет, не понимаю. Я знаю лишь то, что ничего не могу с собой поделать и точно не хочу контактировать с Кристофером.
– Алекс, ты же знаешь, то было ошибкой, мы все их совершаем.
– Но мы не обязаны прощать чужие ошибки.
– Он скучает по тебе. Мы все скучаем по тебе... – её голос задрожал. – Думаю, что он хотел бы всё исправить.
– Думаю, что я зашёл уже достаточно далеко, чтобы что‑то менять и откатываться назад.
– Куда добрался на этот раз?
– Сан-Франциско.
– Опять на пару месяцев и вновь будешь в тщетных попытках наконец-то найти своё место? Тебе вечно нигде не сидится.
Я замедлил шаг, останавливаясь под шатающимися деревьями. Примечал дом в голубых тонах, свет, что горел на втором этаже и небольшое деревце перед домом.
– Не знаю, может здесь что-то, да сложится. – усмешка дала мне понять то, что она опять не восприняла мои слова всерьёз. Это было не удивительно, учитывая что с шестнадцати лет я сменил порядка шести, или семи школ и вечно куда‑то сбегал, словно был криминальной личностью. На том конце я услышал как хлопнула дверь. Обида накатила с новой силой и скулы неприятно свело. – Мне пора идти, спасибо, что выслушала.
Я завершал звонок быстрее, чем услышал ответ, хотя вряд ли он был бы для меня полезен или важен, но я всё ещё сомневался. Может я правда мог бы поговорить с Крисом и всё решить? Вряд ли я когда-то получу на это ответ. Я не мог его ненавидеть, он стал для меня настоящей семьёй, но обида горела во мне слишком долго, что теперь я бы не посмотрел ему в глаза, даже под дулом пистолета.
На небе вновь сверкнула молния и я подошёл ближе, неуверенно ступая на лестницу, словно этот дом был для меня сплошной красной зоной. Я дважды позвонил в звонок, после чего еле слышно по ту сторону послышался топот, несколько замков на двери щёлкнули и та распахнулась. Она стояла в большой, явно тёплой, кофте и пижамных штанах, растрёпанная с завившимися волосами, вероятно, из‑за дождя, а веснушки медленно блёкли из‑за недостатка солнца. Белки карих глаз покраснели, словно она их тёрла. Я лишь улыбнулся, а она растерянно осмотрела меня изогнув бровь в немом вопросе.
– Просто проходил мимо и хотел узнать как твоё самочувствие.
Ребекка тяжело вздохнула откидывая волосы назад, отходя в сторону и молча приглашая меня в дом. Я шагнул на порог и как только дверь за мной закрылась, я почувствовал домашний уют: тут пахло апельсинами с корицей, интерьер был в светлых, молочно-карамельных и ореховых тонах. Это не те серые обои, что раздражают меня на повседневной основе и мне хочется выплеснуть на них ведро жёлтой краски.
– Ты похож на мокрую белку. – я закатил глаза и потянул собственную кофту за рукава, отлепляя её от себя и стягивая, оставаясь в футболке. – А можно как‑то не раздеваться у меня прямо в прихожей? Уже ни в какие ворота. – Бекки без спроса забрала толстовку из моих рук и скривилась. Ткань стала неприятной от воды и в разы потяжелела. Я хотел пошутить в ответ на её негодования, но она бы меня похоронила тогда на этом же пороге. Вернее под ним. – Пойду закину сушиться, а ты не натвори дел, Принцесса. Кухня там. – я лениво свернул направо по её наставлению, но и без того зная, где кухня и бросил уходящему силуэту фразу:
– Есть, мэм...
Будто специально, она громко шагала по лестнице на второй этаж, а я устраивался на небольшом угловом диванчике на кухне. Дождавшись Бекки я заметил в её руках белоснежное полотенце. Она сделала несколько быстрых шагов в мою сторону.
– У тебя с волос вода капает. – она накинула полотенце мне на голову растрепав волосы и отошла не пару шагов, не снимая его с меня. Я склонил голову вперёд, подловив полотенце, пока она улыбалась как ребёнок, чья шалость удалась. – Так‑то лучше.
– Тебе просто нравится надо мной издеваться? Хотя можешь не отвечать, я знаю, что да. – я ещё раз потёр волосы, ведь хуже уже некуда, да и я не был особо виноват в этом. – Но я тебя разочарую. – я развернул к ней полотенце той стороной, что было на мне и там было прекрасное сине-голубое пятно, на белом, махровом полотенце. Бекс приложила руку к лицу, понимая, что сама сотворила такую ошибку, хотя хотела насолить мне. Она вновь подошла, забирая вещь из рук и её взгляд наполнился непониманием.
– Ты как‑то сильно замёрз для такой погоды. – я опустил взгляд на свою руку, что протягивал и только сейчас заметил как волосы встали дыбом, кожа покрылась мурашками, а руки подрагивали. Нет, не только они, сейчас я чувствовал это всем телом. Только вот мне не было холодно. Чёрт... – Алекс?
– Да я просто был на побережье, там ветер холодный, ещё не отошёл. – Ребекка поморщилась, явно не до конца веря в мои слова. Конечно, я и сам себе не доверяю. Только это не её забота и беспокоить её своими проблемами я не собирался, ей видимо своих хватает, судя по тому, что произошло. – Может чай? Думаю, поможет согреться.
Похоже, ей было лишь в радость перевести тему. Она слабо кивнула, выглядела чуть более расслабленной, чем мгновение назад и отступила, закинув полотенце на спинку стула у обеденного стола. Подходя к тумбам она включала чайник, доставала две белоснежных кружки и после открывала верхний ящик. Я отсюда видел, что там более двадцати разных коробочек и пакетиков. Бекс долго рассматривала содержимое и, видимо не определившись, посмотрела на меня жалостливым взглядом.
– Я не знаю. – я вставал с места, подходил ближе и осознавал, что там точно больше двадцати коробок и мои глаза автоматически округлились. – Даже не спрашивай, это всё отец. Порой ему коллеги дарят, кто‑то из командировок привозит.
– Как насчёт вон того, с малиной. – я чуть задрал подбородок, указывая почти на самую верхнюю коробку. Ребекка смирила меня недовольным взглядом и я понял, что даже если она встанет на носочки, то не будет дотягиваться до нужной упаковки. Она была ниже меня, чуть больше, чем на голову. – Я понял, берём летний вариант. – я потянулся за крафтовой упаковкой с изображением розовой ягоды. Руки всё ещё дрожали.
– А с каких пор ты страдаешь паническими атаками?
– Не помню, наверное с тех пор как... – я выронил упаковку, понимая, что за вопрос она задала и та упала прямо на её голову, отскочив на столешницу. Содержимое немного рассыпалось, а Ребекка в ответ лишь слабо рассмеялась. – Извини, я не специально. – я отошёл, присаживаясь за стол нервно дёргал ногой, не в силах унять данное действие. А она довольно быстро сложила пазл, видимо из‑за того, как легко я сориентировался, когда ей было плохо. Я сам прекрасно помню свои первые панические атаки, меня точно так же выворачивало наизнанку. Было страшно ездить в транспорте, есть вне дома и пробовать что‑то новое, избегал слишком много вещей, лишь бы не вызвать триггер. Ребекка с напряжённым видом пыталась вскрыть новую пачку сахара, ковыряла ногтями плёнку, пытаясь освободить коробку белых кубиков от неё. После нескольких тщетных попыток она громко вздохнула и посмотрела на меня тем же взглядом, когда и не могла выбрать чай. – Бекки, а ножницы для кого придумали?
Она по-детски, недовольно фыркнула и показала мне язык, после чего начала передразнивать.
– Ножницы для кого придумали, бла-бла-бла. Нет бы помочь, умничает тут.
– Но я ведь помог, так что не вредничай. – Ребекка фирменно закатила глаза и с шумом придвинула сахарницу к себе, достала нож с магнитной полоски и просто резким движением рассекла плёнку, отделяющую её от сахара. Это было вполне опасно. – Сколько тебе?
– Три.
– Ну да, судя по твоим шуткам, тебе именно столько по умственному развитию. – я только выдохнул, не отвечая на эту провокацию. – Ладно, три так три. Ничего не слипнется?
– Бекки, перегибаешь. – она пожала плечами, закидывая всё-таки три кубика в кружку. За окном прогремел гром и она вздрогнула, искоса поглядывая в окно. Я убеждался, что мне придётся узнавать её с нуля. Прошло много времени и мы уже не были теми детьми, что смеялись с любой дурацкой шутки или странного соседа, что жил через забор от Мэри. Я помнил, что раньше она точно не боялась грозы. – Как твои дела? – было заметно, что этот вопрос завёл её ступор. Она открыла ящик с приборами и пару секунд потупила туда взгляд, словно не могла понять, что в нём находиться.
– Ну как тебе сказать: в моей жизни появился человек, которого я знала как родного, а теперь я ни капли не понимаю его, а он что‑то забыл у меня дома, сидит на кухне, доказывает, что он просто замёрз и собирается пить малиновый чай с убойной дозой сахара. А ещё утром я думала, что умру в женском туалете, после чего доставила неприятности, кажется, всем, кому могла. Так вот, как у меня дела? Как по мне – прекрасно. – её спокойные слова не отменили напряжённой атмосферы, особенно очередной колкое упоминание о то, что я что‑то недоговариваю. Мне кажется если я задам вопрос, почему она такая напряжённая, а выражение лица такое грустно, то в ответ явно прилетит «Родилась такой». – Извини, я сегодня мало как слежу за словами.
– Нет, всё в порядке. Я могу уйти, если тебя это так напрягает. – очередной грохот за окном и она выронила чайную ложку, что со звоном ударилась о кварц. Она недовольно вздохнула, подняла её и насыпала крупные листья в заварочник. – Что с тобой происходит?
Рыжеволосая сразу всполошилась от моего вопроса и заинтересованно оглядела меня, будто только сейчас осознала моё присутствие. Она слишком долго задерживала взгляд на мне, нахально улыбнулась и отвернулась. Я знал, что сейчас произойдёт.
– Максимум, что происходит: отсутствие кофе и твои доисторические шутки, Фостер. – она сделала акцент на фамилии, достаточно яркий и грубый, чтобы до меня дошло её негодование. – А у тебя что? Видимо появились какие-то вопросы.
– Тебя не устраивает моя новая фамилия? Серьёзно? Я же говорил, что не хочу носить фамилию отца. – Ребекка ядовито улыбнулась.
– Жаль, теперь ты не тот супер герой, как Питер Паркер или Брюс Беннер. – она не смогла сдержать смех и на её щеках проявились ямочки.
– Ну класс, давишь на больное, так ещё и издеваешься.
– Тебя это так не устраивало? Александр Андерсон. – Бекс явно пыталась произнести это серьёзным тоном, но смешки вырывались через каждое слово, и кажется у неё даже слёзы навернулись. – Извини, просто только от упоминания фамилии, вспоминаю, как ты пытался выучить родной язык, а в итоге всё, что ты выучил на шведском – ругательства.
– По-моему, тебе пора в лечебницу с мягкими стенами. – Ребекка надула щёки и скрестила руки в замок, тем самым протестуя. – Или в детский сад.
– Сам ещё ребёнок, задираешь нос так, будто далеко ушёл. – Блэр разлила ярко-красный чай по кружкам, пока я подошёл к ней со спины, и поставил свой подбородок на её голову. – Эй, ты что делаешь?!
– Ой, куда пропал этот рыжеволосый ребёнок? – она попыталась оттолкнуть меня локтем и я опустил на неё взгляд, отходя на шаг назад. – А, вот она где.
– Иди к чёрту. – она взяла чайную ложку, которой только что размешивала сахар в горячем напитке и легонько ударила меня по лбу. – Выскочка.
– Сказала агрессивная малявка. – она взяла обе кружки, намереваясь перейти за стол, но очередной гром выбил её из колеи, она вновь вздрогнула и содержимое чуть разлилось, оставляя на светлом паркете красные пятна. Я потянулся, забирая кружки с чаем из её рук и поставил их на стол. Ребекка уже сидела над красными пятнашками, стараясь оттереть ту часть, что забилась в искусственный рельеф древесины, но я опять перехватывал инициативу, видя, что часть её кожи на ладонях покраснела. Я забирал грязную работу на себя, отбирая тряпку. – Руки подставь под холодную воду, может и не сильно горячо, но если забьёшь на это, то будет болеть. – в этот раз она не стала возникать. Неужели реабилитируется? Хотя, логично, во всех со временем просыпается логика.
– Я не малявка, ты просто переросток. – ошибочка – у кого‑то она просыпается очень поздно. Она и вправду была не маленького роста, но если сравнивать мои почти шесть с половиной футов и её, примерно пять и три четверти, поставив нас рядом, то разница всё равно будет весомой. – А ещё ты невыносим настолько же, насколько высокий. – я вздохнул, поднимаясь на ноги и закидывая тряпку на край мойки, споласкивая руки и отвесив ей лёгкий щелбан. – Злыдня.
– Так уж и быть, ты не малявка. – она победно вздёрнула подбородок и улыбнулась, выключая воду и встряхивая руки прямо передо мной, специально, что в меня полетели капли холодной воды. После дождя это конечно не было чем‑то ужасным, но всё же неприятно. – Но имей уважение к старшим, я старше тебя почти на год.
Мы сели за стол напротив друг-друга, молча пили чай, я поглядывал в окно и обращал внимание на то, что она всё ещё продолжала вздрагивать при каждом грохоте. Интересно, что её так травмировало? Задавать этот вопрос было бы глупо, она всё равно расскажет это лишь тогда, когда сама наберётся смелости, или когда доверится, а может всё вместе. Её тяжело понять, она выросла достаточно странным человеком, но и я не лучше. Очередной гром и люстра над нами замигала. Бекс задрала голову, как‑то призадумалась и, как и я повернулась к окну, смотря сквозь светлый тюль на стену дождя.
