Текст книги "Слова (ЛП)"

Автор книги: Эшли Джейд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 37 страниц) [доступный отрывок для чтения: 16 страниц]

Глава 35

Леннон

Очевидно, девушка, прервавшая нашу беседу, отнюдь не фанатка, ведь, когда я вхожу на кухню, вижу, что она разговаривает с Фениксом, а не трахается с ним.

Вернее, пытается разговаривать, но он даже не смотрит в ее сторону.

Заметив, что я вошла, он тотчас встает.

Хорошенькая блондинка разворачивается на своем месте, когда он шествует мимо.

– Ну же, Феникс. Нам надо что-то придумать.

Не обращая на нее внимания, он берет со стойки бутылку «Джека» и минует меня.

Мое любопытство достигает пика, и я выпаливаю:

– Кто ты?

Возможно, меня это не касается, но, учитывая, что она не только заняла последнюю койку, но и пыталась серьезно поговорить с Фениксом, очевидно, эта девушка не развлечение на одну ночь.

– Я Скайлар… Новый пресс-агент, – говорит она, и я улавливаю намек на тот же южный акцент, что и у Мемфиса.

Ее присутствие теперь многое объясняет.

– О.

– Должно быть, ты Леннон.

– Верно.

Тепло улыбнувшись, она машет мне рукой.

– Поскольку мы единственные девушки в этом автобусе, стоит узнать друг друга поближе.

Благодаря тому, что Сабрина и ее свора мучили меня в старших классах, обычно я настороженно отношусь к девушкам, похожим на нее.

Однако Скайлар выглядит искренней, и, осуждая ее за красоту и стройность, я опущусь до уровня тех, кто поступал со мной подобным образом за то, что я не соответствовала стандартам.

Я сажусь за стол.

– Как долго ты работаешь на Sharp Objects?

Она делает глубокий вдох, прежде чем ответить.

– Чуть больше четырех лет.

Это… странно.

– Мне показалось, ты сказала, что новичок?

– Новичок в должности пресс-агента. – Дотянувшись до бутылки с водой, она делает маленький глоток. – До этого я занималась мерчем.

– Поздравляю с повышением.

– Спасибо. – Ее бодрость сходит на нет, и Скайлар опускает взгляд на стол. – Меня взяли на работу только потому, что я была невестой Джоша.

Мой желудок скручивает от сожаления и печали. Теперь чувствую себя чудовищем за то, что поздравила ее.

– Мне очень жаль.

– Может, не будем развивать эту тему? – шепчет она дрожащим голосом. – Я ценю твои соболезнования, но носить статус скорбящей вдовы…

У меня болит в груди, потому что я даже не могу представить, каково ей.

– Выматывает?

– Да. – Она сжимает кольцо с большим бриллиантом, свисающее с тонкой золотой цепочки на шее. – Когда Джош был жив, люди общались со мной только потому, что я его невеста… А теперь они делают это из сочувствия. – Ее глаза снова находят мои. – Было бы неплохо встретить настоящего друга, которому я понравлюсь такой, какая я есть, понимаешь?

Я киваю.

– В любом случае, – говорит она, меняя тему, – всегда хотела стать пресс-агентом, поэтому я благодарна за предоставленную возможность.

– Полагаю, больше всего проблем принесет Феникс. – Я морщусь. – Я постараюсь выполнять работу лучше, чтобы облегчить тебе задачу.

Скайлар хмурится.

– Феникс, безусловно, ходячая катастрофа, но он не самый проблемный участник группы.

Для меня это новость.

– Не самый?

Она грустно улыбается.

– Нет. Им был Джош. – Нечто непостижимое мелькает в выражении ее лица, а губы сжимаются в твердую линию. – Теперь эстафету подхватил его брат, Мемфис.

С уверенностью могу сказать, что она меня заинтересовала.

– А что не так с Мемфисом?

– Только, пожалуйста, держи эту информацию при себе. – Вздохнув, Скайлар потирает виски. – Хотя теперь это стало достоянием общественности благодаря вчерашней статье в TMZ.

Ой-ой.

– Не пророню ни слова.

Не смогла бы, даже если бы захотела, поскольку подписала документ о неразглашении. Кроме того, не Мемфиса я жажду уничтожить.

– Две девушки заявили, что беременны от него. – Она резко выдыхает. – Одна из них – известная звезда реалити-шоу, а другая…

Она обрывает себя на полуслове и отшатывается, будто ей физически плохо от того, что предстоит произнести.

– Другая – несовершеннолетняя, – выдавливает она мгновение спустя.

Теперь я понимаю, почему Скайлар выглядит так, словно ее вот-вот стошнит.

– Ого… Это…

– Знаю. – Сняв резинку с запястья, она собирает длинные светлые волосы в пучок на макушке. – Учитывая пьяные выходки Феникса и историю с Мемфисом, Чендлер решил, что пригласить меня в тур будет хорошей идеей.

И я понимаю почему.

– Ага… – Я замолкаю, когда дверь спальной зоны открывается и оттуда вываливаются Феникс и Мемфис.

На меня накатывает разочарование, как только я замечаю пустую бутылку в руке Уокера.

– Не обращайте на нас внимания, – бормочет Мемфис. – Мы просто пришли за добавкой.

Мы со Скайлар обмениваемся тревожными взглядами.

А потом встаем из-за стола и приступаем к решению проблем.

* * *

Я наблюдаю, как Скайлар перебирает стопку бумаг, пока мы сидим на диване в гримерке.

– Что ты делаешь?

– Поверь, ты не захочешь знать.

Могу сказать, что это только сильнее разжигает мое любопытство.

Почувствовав мой настрой, Скайлар морщится.

– Учитывая историю с Мемфисом, я решила сделать несколько таблиц с данными о каждой связи ребят и городах, в которых они происходили. Таким образом, смогу попробовать отследить хронологию.

– Откуда ты все это знаешь? – недоуменно моргаю я.

Конечно, Скайлар с группой уже четыре года, но она никак не может отследить каждую их интрижку.

– Ниоткуда. Вношу только тех, кого помню. – Она опять морщится. – А еще результаты последнего теста на венерические заболевания, который я заставила их сдать вчера. – Она обводит что-то ручкой. – Не хочу больше никаких сюрпризов или статей в TMZ.

Не могу ее в этом винить.

Меня вновь одолевает любопытство, и я прожигаю взглядом стопку бумаг. Не могу не задаться вопросом, насколько длинный у Феникса список любовниц.

Однако Скайлар подмечает мой интерес, когда я пытаюсь подсмотреть.

– Джордж или Феникс?

– Что? – спрашиваю я, когда трек, который играла группа, подходит к концу.

Поскольку Феникс больше не исполняет мою песню, они могут вернуться в любой момент.

– Ты не кажешься мне глупой, Леннон. – Ее голос понижается до заговорщического шепота. – Кто тебя интересует? Джордж или Феникс?

– Ни один из них.

Хотя мне нравится Скайлар, я не в восторге от вопроса с подвохом.

На ее лице появляется обида.

– А я-то думала, что мы станем подругами.

Меньше всего мне хочется огорчать человека, которому и так есть из-за чего расстраиваться.

– Джордж, – вру я, потому что не желаю, чтобы у нее сложилось неверное представление о моих чувствах к Фениксу.

Она изучает меня, пока зал заполняют первые несколько тактов песни Cryin’ группы Aerosmith.

– Почему они ее играют?

Скайлар надевает колпачок обратно на маркер.

– Пока Феникс опрометчиво продолжает отказываться исполнять Sharp Objects, я велела ему отдать дань уважения любимым артистам и спеть одну из их песен в конце каждого выступления. Таким образом, мы сможем обратить его упрямство в позитивное русло, и фанаты отчасти перестанут так жаловаться.

С точки зрения пиара это гениальный ход, но лично мне он ненавистен.

Мне нравилось наблюдать, как Феникс страдает, когда приходило время петь мою песню.

– Джордж чист, – говорит мне Скайлар, укладывая стопку бумаг в огромную сумку. – И, насколько мне известно, единственная девушка, которая его хоть отдаленно интересует… это ты.

Ну и ну.

– Верно.

Скайлар пристальнее присматривается ко мне.

– Что-то мне подсказывает, что ты не чувствуешь того же.

Я пожимаю плечами, ощущая неловкость из-за ее допроса.

– Джордж милый.

– Милый парень сродни поцелую смерти, – фыркает она.

Черт бы ее побрал.

– Это не так, – защищаюсь я. – Милые парни довольно хороши.

– Мило, когда пожилой мужчина придерживает дверь для своей жены. Мило, если шестилетний мальчуган протягивает тебе сорняки, которые он считает цветами. Но нельзя называть милыми парней, с которыми хочешь заняться горячим грязным сексом. – Ее губы подергиваются от веселья. – Он тебе даже не нравится.

Мы могли бы это исправить.

Если бы один придурок исчез с горизонта.

– Не знаю. Пока рано делать выводы.

Уверена, что дома в моем холодильнике найдется сыр, который я знаю дольше, чем Джорджа. Кроме того, я в любой момент предпочту милого парня хладнокровному вору.

– Феникс тоже чист, – говорит Скайлар, когда песня подходит к концу.

Я молчу.

Однако прямо перед тем, как группа врывается в комнату, она сжимает мою руку и шепчет:

– Безопасность не всегда самый надежный вариант, Леннон.

Я уже собираюсь попросить ее высказаться более ясно, но тут входит Феникс.

Мне хочется стереть с его великолепного лица эту насмешливую ухмылку, когда он подходит к дивану.

– Смотрите, кто наконец-то нашел гримерку.

Моя реплика не успевает появиться на свет, поскольку входят остальные парни, а за ними охранник и небольшая стайка полураздетых девиц.

– Все чисты, – объявляет мужчина, прежде чем девушки пристраиваются рядом с выбранными парнями.

Я сразу же узнаю блондинку, которую притягивает к себе Феникс, потому что именно она уколола меня по поводу веса, когда я выгнала их из люкса вокалиста две недели назад.

Мое внимание переключается на Джорджа, который вытаскивает газировку из маленького холодильника.

Не уверена, что подразумевала Скайлар под своими последними словами, но я знаю, что лучше для меня.

Милое и безопасное.

– Не так быстро. – Скайлар лезет в сумочку и бросает парням презервативы, прежде чем перевести взгляд на девушек. – Никаких фотографий и видео, никаких постов в социальных сетях и никаких интервью с прессой. Нарушите правила, и это будет последний раз, когда кто-то из вас сюда возвращается. Поняли?

Они начинают кивать, но Мемфис бросает свой презерватив в Феникса.

– Я собираюсь вернуться в отель и немного поспать. – Одна из девушек пытается последовать за ним, но он уточняет: – Один.

Феникс жестом приглашает девушку присоединиться к нему, и я не пропускаю его ядовитый взгляд, направленный на меня.

– Мне больше достанется.

Я не в настроении терпеть его выходки.

– Феникс… – Я встаю с дивана.

– Что? – Он закидывает руку на плечи второй девушки. – Хочешь занять их место? – Его глубокий, грубый голос режет точно лезвие, когда он окидывает меня насмешливым взглядом с головы до ног. – Или предпочитаешь занять мое?

Я стискиваю пальцы от инстинктивного желания ударить его, но сдерживаюсь.

– Не льсти себе. – Потирая виски, я пытаюсь отогнать мигрень, которую он у меня вызывает. – Я слишком устала, чтобы нянчиться с тобой сегодня, так что сделай одолжение и иди спать.

Он одаривает девушек ухмылкой, срывающей трусики.

– Именно так и поступлю.

– В таком случае, раз ты свободна, – начинает Джордж, подходя ближе, – не хочешь пойти ко мне и посмотреть фильм?

Ноздри Уокера раздуваются, и я пользуюсь случаем, дабы отплатить ему его же монетой.

– Нет. – Высокомерная улыбка приподнимает уголок рта Феникса… Но быстро меркнет, как только я отвечаю: – Но приглашаю тебя заглянуть ко мне с той же целью.

Челюсть Уокера напрягается, а в голубых глазах вспыхивает ярость.

Миссия выполнена.

Глава 36

Леннон

– Полный отстой. – Джордж тянется за дамплингом^[25] и откусывает кусочек. – Мне жаль.

План состоял в том, чтобы посмотреть фильм и заказать еду, но последние два часа мы сидели на моей кровати и разговаривали.

Он рассказал мне все о родителях, которые до сих пор счастливы в браке после тридцати лет совместной жизни, и о младшей сестре, которую он обожает.

В итоге я поведала ему о своей семье.

Джордж хмурится, продолжая жевать.

– Не могу представить, насколько это тяжело.

Хотя я ценю его сочувствие, разговор о папе заставляет меня скучать по нему еще больше. По словам миссис Палмы, у него все хорошо, и, когда я болтала с ним сегодня утром, он пребывал в отличном расположении духа, но мне ненавистно то, что я не могу его увидеть. Надеюсь, она сумеет убедить его использовать FaceTime для нашего следующего разговора.

Я отщипываю палочками кусочек курицы.

– Не хочу показаться стервой, но не могли бы мы сменить тему?

– Конечно. – Он вытирает рот салфеткой. – Без проблем. – Опустив взгляд, Джордж выдыхает. – На самом деле есть кое-что, о чем я хотел спросить.

Он выглядит таким серьезным, что я перестаю есть.

– В чем дело?

– Ты и Феникс…

Как по команде, по ту сторону стены раздается резкий стук, за которым следует глубокое:

– Да, черт возьми.

– Прости, – выдавливаю я из себя, когда стук изголовья усиливается. – Что ты говорил?

Заметно обеспокоенный Джордж переводит взгляд с меня на стену.

– Что между вами происходит? Знаю, что вы раньше встречались, но… – Он замолкает, и стук наконец прекращается.

Мне приходится закусить внутреннюю сторону щеки, поскольку затишье длилось недолго.

Отводя взгляд, я снова сосредотачиваюсь на курице и брокколи.

– У нас был очень короткий роман еще в старшей школе, но это ерунда.

– Кажется, он так не считает. – Выражение лица Джорджа меняется. – Просто хочу убедиться, что не иду по ложному следу.

Мне хочется сказать ему, что я не добыча, которую нужно преследовать, но он выглядит таким искренним, и у меня не хватает духу ему грубить.

– С моей стороны нет никаких чувств. – Кроме крайней враждебности. – Если именно об этом ты беспокоишься.

Кажется, теперь ему стало легче, и Джордж улыбается.

– Хорошо.

В отличие от одного подонка, я ценю честность, поэтому говорю правду:

– Но я не ищу ничего серьезного. Учитывая ситуацию с отцом, мне просто не хватит сил на отношения.

– Понимаю. И я не против развивать события с любой выбранной тобой скоростью. – Он придвигается ближе. – Просто хочу продолжать узнавать тебя. Потому что я получаю удовольствие от нашего общения.

– Я тоже.

Мало того, что Джордж уравновешенный, добрый и адекватный, он, кажется, искренне интересуется мной и относится со всем уважением.

Именно поэтому я не отталкиваю его, когда он наклоняется…

И неприятный стук изголовья возобновляется с удвоенной силой.

Я бросаю взгляд на стену.

– Сейчас пойду и придушу его.

– Кстати, об убийце настроения, – бормочет себе под нос Джордж. – Почему бы нам не пойти в мою комнату?

В его комнату… где мы будем целоваться.

А может, и нечто большее.

Бах. Бах. Бах.

– Пожалуйста, не пойми меня неправильно, но сегодня выдался долгий день, и я устала.

И это не совсем ложь. Иметь дело с Фениксом изнурительно, и мне нужно выспаться.

К счастью, Джордж не сердится из-за моего отказа и не настаивает.

– Без проблем.

Я провожаю его до двери.

– Мне было весело.

– И мне тоже.

Наступает неловкий момент, который всегда случается в конце свидания… Хотя я не уверена, что сегодняшний вечер можно считать таковым.

Джордж, должно быть, думает иначе, и, когда я тянусь, чтобы обнять его, он наклоняется для поцелуя. Что только придает ситуации еще больше неловкости, потому как в итоге все оборачивается странным полуобъятием, прежде чем его губы касаются моих, и мы обмениваемся очень быстрым и очень целомудренным поцелуем.

– Напиши мне, чтобы я знала, что ты благополучно добрался до дома, – шучу я, пытаясь снять напряжение.

Попытка срабатывает, потому что Джордж посмеивается, пока идет по коридору.

– Обязательно.

Мгновение спустя он исчезает в своей комнате, а на мой телефон приходит сообщение.

Джордж: Хорошо поболтали.

Леннон: Согласна.

Джордж: Поспи немного.

Оставив телефон на тумбочке, я раздеваюсь, чтобы забраться в кровать.

Милая, безопасная территория – то, что мне нужно.

Я натягиваю футболку с Papa Roach через голову, когда меня охватывает желание присоединиться к веселью.

Схватившись за изголовье, я несколько раз изо всех сил ударяю им о стену.

А затем стону. Громко.

Получи, говнюк.

* * *

Меня пронзают крошечные вспышки удовольствия, пробуждая ото сна. Я зажмуриваюсь, когда горячий, влажный язык Феникса нежно ласкает мою плоть, и не желаю просыпаться, несмотря на то, как сильно ненавижу Уокера в реальной жизни.

Потому что в моих фантазиях он не тот придурок, который меня предал.

В моих мечтах он никогда не причинит мне боль.

В моих грезах… он заставляет меня кончать сильнее, чем когда-либо прежде.

– Феникс. – Мой голос опускается до гортанного шепота, когда я сжимаю свою грудь.

Я провожу рукой по телу, чтобы просунуть ее между ног и придать больше реализма маленькой фантазии.

Меня пробирает резкая дрожь, когда пальцы касаются длинных шелковистых прядей. Шок приковывает меня к месту, как только я открываю глаза.

Оказывается, это вовсе не осознанное сновидение, как я думала… Потому что лицо какой-то блондинки находится между моих бедер.

Что-то твердое впивается мне в кожу, и я пытаюсь подняться.

– Что за… – Слова застревают у меня в горле, когда я понимаю, что одно из моих запястий приковано наручниками к изголовью кровати.

Какого черта?

Я собираюсь потребовать, чтобы эта сумасшедшая сука освободила меня, но тут мое внимание привлекает высокая темная фигура в другом конце комнаты.

– Подумал, что наручники помогут тебе погрузиться в полноту ощущений.

Рот Феникса кривится в жестокой ухмылке, и он делает шаг вперед.

Поток света, льющийся из приоткрытой двери ванной, освещает его фигуру с голым торсом, обтянутую одними джинсами, словно он мифический бог… Но именно темный, угрожающий взгляд заставляет мой пульс ускориться.

Подобно опасному зверю, загоняющему свою добычу в угол, он подбирается к изножью кровати.

Гнев, смешанный с возмущением, скручивает мои внутренности.

– Какого дьявола?

Блондинка замирает.

Скрестив руки на груди, Феникс опускает взгляд.

– Ты хочешь узнать, каково это – быть мной, не так ли?

– Я… Ты сумасшедший. – Я бью запястьем о стальное изголовье, надеясь, что наручник сломается. – Гребаный псих.

Феникса откровенно насмехается надо мной.

– В чем дело, Леннон? Не можешь справиться с этим?

Своими словами он словно сыплет соль на рану, которую сам же и нанес.

У этого ненормального есть все, что я когда-либо хотела.

И он использовал меня, чтобы этого добиться.

Нахмурившись, я открываю рот, чтобы напомнить ему об этом, но Феникс прокручивает нож, который вонзил мне в спину.

– Есть причина, по которой на этой сцене я, а не ты.

Если раньше я думала, что ненавижу его, то это меркнет по сравнению с тем, что я испытываю сейчас.

Я чувствую, как ненависть разливается по венам, точно яд, подстегивая меня и дальше провоцировать Феникса.

Мне хочется выгнать его вместе с подружкой, но я скорее вырежу себе голосовые связки тупым ржавым лезвием, чем позволю ему думать, что не сумею справиться с жизнью, которую ему даровала.

Жизнью, которую он украл.

Я смотрю на девушку, она все еще нависает в нескольких дюймах от моих бедер. Тот факт, что она та самая девчонка, которая высмеивала мой вес, придает моему плану особое удовольствие.

Схватив ее за затылок, я бросаю на Феникса зловещий взгляд.

– Продолжай.

Мы не сводим друг с друга враждебных взглядов, пока блондинка осторожно облизывает меня, словно не зная, кто из нас сейчас главный и кого ей следует слушать.

К черту Феникса Уокера.

Я раздвигаю ноги шире.

– Еще.

Она ускоряет движения, но именно чистый голод, проступающий в выражении его лица, когда он наблюдает за мной, заставляет мои соски затвердеть под тонкой, выцветшей тканью футболки.

Когда Феникс сосредотачивает на них взгляд, его чувственные губы раздвигаются на рваном вдохе… А затем он смотрит ниже. Кончиком языка проводит по нижней губе, прежде чем его зубы смыкаются на пирсинге… Словно Уокер испытывает боль.

Будто он хочет, чтобы его лицо оказалось между моих бедер.

Напряжение и гнев в равной мере заполняют пространство между нами. Нам даже не нужно прикасаться друг к другу, чтобы почувствовать искры.

Черт, нам даже не обязательно испытывать симпатию.

Мой резкий выдох рассекает воздух, когда он проводит рукой по большой выпуклости на джинсах.

Его собственное дыхание становится поверхностным, когда Феникс бросает на меня многозначительный взгляд.

Будто он полностью понимает, чего я хочу… Однако я ни за что в этом не признаюсь.

Звук того, как он расстегивает молнию, может соперничать с бешеным стуком сердца у меня в груди.

Мои щеки заливает теплый румянец, и мне требуется вся сила воли, дабы не наблюдать за тем, как он себя трогает.

Словно ощутив, что я вот-вот сорвусь с утеса, на который он меня усадил, в его глазах появляется дерзкий проблеск… подначивая меня опустить взгляд.

Пытаясь перетянуть контроль на себя, во мне борются вожделение и ненависть.

Феникс ведет ту же битву.

Поскольку мы оба желаем недозволенного.

Низкий стон наполняет комнату. Грубый звук проникает прямо в мою душу, и, прежде чем успеваю остановить себя, я разрываю зрительный контакт.

Белая ткань частично загораживает мне вид на его член, пока Феникс ублажает себя.

У меня закипает кровь, когда я понимаю, что это мои трусики.

Он делает прерывистый вдох, и я втягиваю воздух, когда блондинка сосредотачивается на моем клиторе.

Наслаждение медленно прокатывается по телу. Я так близка к оргазму, что чувствую его вкус.

Мой живот напрягается, а бедра начинают дрожать.

Я так возбуждена, что меня даже не волнует, что я собираюсь кончить благодаря девушке или что Феникс устраивает сольное шоу.

Мне просто нужно, чтобы это произошло. Как можно скорее.

Моя хватка на ее затылке усиливается, удерживая голову блондинки там, где требуется.

– Не останавливайся.

Я перевожу взгляд на огромный член, обернутый моими трусиками. Большая головка смазана предсеменем, а толстые вены, испещряющие его по всей длине, побуждают меня отринуть всепоглощающую ненависть, чтобы взять его в рот.

Феникс, должно быть, думает о том же, поскольку его взгляд мечется между моим ртом и киской, и он крепче сжимает ствол.

Мышцы его предплечий напрягаются, когда он ускоряет движения, а девушка работает языком еще активнее, сводя меня с ума.

– Остановись, – рычит Феникс, и ее движения резко прекращаются.

– Ты, черт возьми, издеваешься?

Я находилась в нескольких секундах от кульминации.

Ублюдок.

– Продолжай, – настаиваю я, умоляя ее слушать меня, а не его.

Не сводя с меня глаз, Феникс рычит:

– Ради кого ты здесь?

Быстрее, чем я успеваю моргнуть, она слезает с кровати и опускается перед ним на колени. После еще парочки резких движений Феникс покрывает ее лицо спермой.

– Это все, что ты получишь. – Отступив, он поправляет джинсы. – Собирай свои шмотки и убирайся.

Боже правый.

Смущение блондинки отчетливо ощущается в воздухе, когда она встает, хватает с пола платье и бежит к двери.

– Ты сволочь, – щурюсь я.

Мой выпад его только забавляет.

– Я просто дал ей то, о чем она умоляла меня ранее. – Феникс медленно опускается на кровать. – Кроме того, мы оба знаем, что не ее ты хочешь.

Мое сердце ударяется о ребра, и я сжимаю бедра вместе, пока он скользит ко мне.

– Я предпочту ее тебе.

Взгляд Феникса дает понять, что он считает меня лгуньей. Уокер раздвигает мои бедра, и я заставляю себя не обращать внимания на жар в его глазах и проникшую в меня уязвимость, когда он фокусирует взгляд на моей киске.

– Именно поэтому ты прошептала мое имя, когда собиралась прикоснуться к себе раньше?

Ненавижу его. Чертовски сильно ненавижу.

– Это был сон. – Мое тело охватывает дрожь, когда он устраивается между моих раздвинутых бедер. – Поправка. Ночной кошмар.

Задирая футболку, Феникс целует низ моего живота.

– Как скажешь, лишь бы это помогало тебе спать по ночам. – Уголок его губ изгибается. – Или в твоем случае не спать, ведь ты слишком занята тем, чтобы кончить, думая обо мне.

Мой живот напрягается, когда его рот скользит вниз. Щетина Феникса щекочет чувствительную кожу, будто насмехаясь надо мной.

Здравый смысл явно уступает место базовым, первобытным потребностям, потому что я понимаю, что должна остановить его, но желание получить разрядку оказывается сильнее.

Но это не значит, что мы друзья.

– Ты прав. – Его губы касаются внутренней стороны моего бедра, и я прилагаю все возможные усилия, дабы не качнуться ему в лицо. – Не ее я хочу.

Феникс замирает, наблюдая за мной из-под длинных темных ресниц… ожидая продолжения.

Ему не терпится получить желаемое.

– На ее месте я бы предпочла видеть Джорджа.

С его губ срывается низкий, угрожающий рык, прежде чем он вонзает острые зубы в мою плоть.

– Ложь.

Жгучая боль лишь сильнее меня распаляет. Будь он проклят.

– В этой комнате только один лжец.

Похоже, ему нужно постоянно напоминать об этом, когда мы остаемся наедине.

Мое сердце готово выскочить из груди, когда кончик его носа скользит по всей длине моей киски.

– Феникс…

Сомкнув зубы, он втягивает нежную плоть в рот, посасывая и покусывая мои половые губы, словно я сочный фрукт.

Но мне нужно, чтобы он проделал то же самое внутри меня.

Мое разочарование достигает ужасающего уровня, когда он сдвигается всего на дюйм и повторяет движение.

Я упираюсь бедрами в его челюсть.

– Заставь меня кончить. Сейчас же.

Но Феникс меня не слушает… и продолжает пытки языком и зубами.

Я хнычу, отчаянно нуждаясь в том, чтобы он смягчил давление, которое сам же создает.

– Умоляй, – стонет он, продолжая посасывать и тянуть.

Я уже собираюсь послать его ко всем чертям, но тут он наконец раздвигает меня двумя пальцами.

Сдерживая рвущиеся слова, я не желаю сдаваться.

– Давай, Группи. Будь хорошей девочкой и умоляй меня поглотить твою тугую маленькую киску.

Он дует на мой клитор достаточно долго, дабы привести меня в еще большее неистовство, но недостаточно, чтобы я кончила.

Я слишком далеко зашла и не могу остановиться.

– Пожалуйста.

Его тяжелый взгляд испепеляет меня, а кончик языка щелкает по ноющему клитору. Я закрываю глаза и подаюсь бедрами вперед, гонясь за ощущениями.

Я так близко.

Так. Чертовски. Близко.

И тут Феникс останавливается.

Сжав свободную руку в кулак, я бью им по матрасу. В горле застревают слезы раздражения.

Уокер сверкает белоснежным акульим оскалом.

– Теперь ты знаешь.

– Что я знаю? – шиплю я, когда он встает с кровати. – Что ты еще больший придурок?

Глаза цвета океана, полные муки, крадут весь воздух из моих легких.

– Каково быть мной.

С этим словами Феникс уходит.

– Ты забыл снять наручники, – кричу я, будучи уверенной, что он сделал это намеренно.

Сдавленный звук застревает в моем горле, когда я вижу ярко-фиолетовые кровоподтеки на внутренней стороне бедер.

Выглядит так, будто на меня напал дикий зверь.

Или, скорее… змея, стремящаяся пометить свою территорию, покрыв засосами и следами укусов, дабы товарищ по группе точно знал, кто имеет на меня права.

Жаль, что это не сработает.

Потому что я больше не принадлежу Фениксу.