Текст книги "Золото поступает в слитках"

Автор книги: Эрл Стенли Гарднер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

– Так кто она такая? – настаивал я.

– А что вам нужно было от Рингоулда? – ответила Эстер вопросом на вопрос.

– Мне нужно было видеть его по делу.

– По какому?

– Не помню, кто посоветовал мне обратиться к Рингоулду за советом, как обойти «Блу скай экт». У меня было кое-что для продажи.

– Так вы входили к нему в номер?

– Нет, я снял соседний номер.

– И просверлили дырку в двери?

– Да.

– Подглядывали и подслушивали?

– Да.

– И что вы видели?

Я не ответил.

Эстер вышла из себя.

– Послушайте, вы либо полный идиот, либо самый хладнокровный из людей, каких я когда-либо встречала. Откуда вы знали, что я не позову копов, если вы не дадите мне двести долларов?

– Я этого не знал.

– Лучше будьте со мной откровенны. Вы знаете, что произойдет, если я позвоню в полицию?

Я бесстрастно пускал кольца дыма.

Эстер вскочила, рванулась к телефону. Глаза ее гневно сверкали.

– Звоните, что же вы. Я сам собирался позвонить туда.

– Ах, вот как!

– Конечно. Разве вы еще не поняли?

– Чего?

– Я сидел в соседнем с Рингоулдом номере и подсматривал через дырку. Убийца проник в номер примерно за полчаса до моего появления. Он отодвинул задвижку на двери между номерами, поставил замок на предохранитель, а затем, улучив удобный момент, открыл дверь и через крошечную нишу вошел в ванную.

– Мало ли что вы придумаете!

– Ты забыла одну малость, сестренка!

– Что еще?

– Я разглядел убийцу. Я единственный человек, который видел его. Я знаю, кто это был. Рингоулд разговаривал с девушкой. Он дал ей какие-то бумаги. Она вручила ему чек. Он положил его в правый карман пиджака. Когда девушка вышла, Рингоулд отправился в ванную. В тот момент я еще не знал, что в ванной кто-то был, но обнаружил, что дверь в моем номере не заперта на задвижку. Я запер ее, когда сверлил дырку. Убийца предполагал, что Рингоулд пойдет в ванную, и намеревался убежать через соседний номер. Но дверь была уже заперта мною. Убийца очутился в ловушке.

– И что вы сделали? – Эстер затаила дыхание.

– Я повел себя как последний дурак. Мне нужно было сразу связаться с портье, чтобы он блокировал выход, и затем позвонить в полицию, но я был слишком взволнован и не подумал об этом. Вместо этого я снова отодвинул задвижку, открыл дверь в соседний номер и последовал за убийцей. Стоя в дверях номера, я осмотрел правую и левую стороны коридора, а затем спустился на второй этаж. Когда поднялся шум, я вышел из отеля.

– Любопытная история, – сказала Эстер, – занимательная, но копы вам никогда не поверят.

Я снисходительно улыбнулся:

– Ты забыла, что я видел убийцу.

Она подскочила, словно от удара электрическим током.

– Кто это был?

Я рассмеялся и пустил в воздух еще одно кольцо дыма.

Она отошла от телефона, пересекла комнату и опять примостилась рядом со мной, положив ногу на ногу и задумчиво обхватив руками колено. Эстер определенно не знала, что ей делать дальше. Она смотрела то на меня, то на кончики своих туфель. Подол вечернего платья, задираясь, мешал ей, она поднялась, вышла в спальню, не прикрыв за собой дверь, и через минуту вернулась в черном вельветовом халате.

– Что ж, – сказала она, – все, что вы тут наплели, ничего для меня не меняет. Мне нужен у Эшбьюри свой человек. Вы, кажется, хороший мальчик, и, думаю, вам можно доверять. Кстати, кто вы такой? Как вас в действительности зовут?

Я молчал, склонив голову набок.

– Послушай, ты не выйдешь отсюда, пока не назовешь мне свое настоящее имя. Я хочу узнать его во что бы то ни стало. В конце концов, я пойду следом за тобой и узнаю, где ты живешь. Так что давай начистоту!

Я кивнул на дверь:

– Когда захочу, я выйду отсюда.

– Я донесу на тебя.

– И что это тебе даст? Что станет с твоим заманчивым планом потрясти семейку Альты Эшерст?

– Эшбьюри, – поправила она.

– Какая разница?

– Ну а как тебя все-таки зовут?

– Джон Смит, – не колеблясь сказал я.

– Врешь!

Я расхохотался.

Эстер изменила манеру поведения.

– Ладно, Джон. – Она посмотрела прямо мне в лицо. – Ты умный парень. Мы могли бы объединиться и вместе придумать что-нибудь толковое. Согласен?

– Если речь идет о шантаже, я против. Это не по моей части.

– Фу! – фыркнула она. – Я предлагаю тебе войти в долю. Вместе мы могли бы делать хорошие деньги.

– Чем ты располагаешь, чтобы прижать Альту Эшбьюри?

Она было открыла рот, но я прикрыл его своей рукой.

– Не говори. Я ничего не хочу знать.

Она вытаращила глаза:

– Что с тобой?

– Я по другую сторону границы.

– Как это понять?

– Видишь ли, моя прелесть, я не могу принять твое предложение. Я не такой уж негодяй. И тебе не удалось меня провести. Ты замешана в этой грязной игре. Джед Рингоулд получал чеки от Альты Эшбьюри и передавал их тебе для «Этли эмьюзмент корпорейшн». Ты приводила к себе мужчин. Легкое движение пальцев освобождало их от значительной части выигрыша. Часть денег шла тебе, остаток – возвращался к Рингоулду и поступал в распоряжение выше– или нижестоящих, не важно, как их называть. А теперь я добавлю еще кое-что. Считай, что все кончено и забыто. Но шевельни только пальцем против Альты Эшбьюри, и ты очутишься за тюремной решеткой.

Она вскочила.

– Проклятие!

– Ол-райт, сестренка, я тебя предупредил.

– Ты слишком уверен в себе, проклятый болван!

– Если разрешишь, я возьму у тебя еще одну сигарету.

Она протянула мне портсигар.

– Ну, ты сразил меня наповал. Может, я спятила? Я видела, как ты вошел в отель, помню, как ты выспрашивал меня, копы охотились за тобой, я выследила тебя, привезла сюда, не зная, кто ты такой, черт возьми... Наверное, ты частный сыщик, работаешь на Альту Эшбьюри, нет, ты скорее подходишь для ее старика.

Я зажег сигарету.

– Но зачем ты со мной разоткровенничался? Почему бы не дать мне вывернуться наизнанку, притвориться, что ты мой союзник, вытянуть из меня все, что я знаю, и затем вонзить в меня когти?

Я взглянул на нее:

– Детка, будь я проклят, если я понимаю. – И это была правда.

Она, по-видимому, все же не хотела сдавать позиций.

– Ты, однако, вполне мог быть тем, кто пристукнул Рингоулда.

– Вероятно.

– Я могу тебя посадить.

– Ты так полагаешь?

– Да, могу.

– Вот телефон.

Она сощурила глаза.

– И тогда ты впутаешь меня в эту историю, покажешь, что мои побуждения корыстны и... да будь все проклято! Какой смысл?

– Чем мы займемся сейчас? – осведомился я.

– Хорошенько выпьем. Когда я думаю, что ты мог сотворить со мной и ничего не предпринял... Черт возьми! Я не могу тебя раскусить. Ведь ты не идиот. Ты хитер и ловок, способен управлять игрой... И вместе с тем, когда мне грозит расставленная тобой ловушка, ты не пользуешься ею... Что ж, век живи, век учись. Что тебе предложить к виски? Содовую или обычную воду?

– У тебя есть шотландское виски?

– Очень немного.

– У меня есть подотчетные деньги, которые, в случае необходимости, можно отнести к непредвиденным, экстренным расходам.

– Ну а сейчас разве не такой случай?

– Не знаешь, кто тут поблизости торгует ночью?

– Допустим, знаю.

– Ол-райт, позвони ему. Пусть нам пришлют полдюжины шотландского.

– Ты не шутишь?

Я вынул бумажник, выудил оттуда пятидесятидолларовую купюру, положил на край стола.

– Мой босс, правда, назвал бы это швырянием денег на ветер.

Распорядившись по телефону насчет шотландского, Эстер предложила:

– Давай пока разопьем мою бутылку.

Она принесла виски, лед и содовую.

– Не давай мне напиваться, Джон. Иначе я начну плакать, закачу истерику. Меня давно никто не угощал хорошей выпивкой. И досадно, что ты поставил ее не ради меня, а просто потому, что ты – это ты. Широкий жест... Что-то в тебе есть, перед чем невозможно устоять... Поцелуй меня.

Я поцеловал ее.

– К черту выпивку! Поцелуй меня крепче!

Через четверть часа посыльный принес нам шесть бутылок виски.

Я вернулся около двух часов ночи. Я долго еще не мог освободиться от воспоминания о белокурых женских локонах и от мысли о веревке в руках палача.

Глава 7

За завтраком я спросил Эшбьюри, известно ли ему что-нибудь об одной из горнорудных компаний – название было мудреное, я выговорил его не без труда. У меня есть друг, пояснил я, человек по имени Фишлер. Он богат – получил наследство, имеет офис в «Коммонз-Билдинг» и намерен вложить деньги во что-нибудь стоящее. Этот тип любит рисковать. Я хотел бы предложить ему горнорудные прииски.

Боб прервал разговор с кем-то сидящим рядом и обратился ко мне:

– Почему бы вам не сохранить мистера Фишлера для нашей семьи?

– Это мысль! – воскликнул я.

– Адрес?

– «Коммонз-Билдинг», шестой этаж, комната двадцать два.

– Я захвачу с собой торгового агента.

– Превосходно.

Эшбьюри поинтересовался у Боба, не имеет ли тот сведений, насколько успешно расследуется дело об убийстве Рингоулда. Боб ответил, что полиция пришла к выводу: это убийство – результат сведения счетов между игроками. В настоящий момент копы проверяют окружение Рингоулда: они надеются выйти на того типа, который соответствовал бы наружности парня, покинувшего номер Рингоулда сразу после убийства.

После завтрака Боб отвел меня в сторону и попросил подробнее рассказать о Фишлере. Он хотел знать, каким капиталом тот располагает, какую сумму намерен вложить. Я сказал, что Фишлер унаследовал сразу два состояния. Одно – сравнительно небольшое – он уже получил, но еще до конца месяца у него на руках будет крупная сумма – свыше ста тысяч долларов. Я спросил Боба, как идут дела в его компании.

– Великолепно. С каждым днем все лучше и лучше.

Боб удалился, Эшбьюри посмотрел на меня так, словно собирался сказать что-то важное, но отказался от этого намерения. Прочистив горло, он изрек только:

– Дональд, если вам потребуется на расходы еще несколько тысяч долларов, не стесняйтесь обратиться ко мне.

– Благодарю. Буду иметь в виду.

Альта спустилась вниз в халате и знаками показала, что хочет поговорить со мной. Но я вновь притворился, что ничего не замечаю, и пожелал проводить Эшбьюри до гаража.

В гараже я попросил разрешения подъехать вместе с ним до нужного мне места.

Он не отрывал глаз от дороги и помалкивал, хотя я видел, что вопросы так и рвутся у него с губ, но он не рискует задавать их, боясь ответа на самый главный для него вопрос. Он поминутно вздыхал, боролся с собой и наконец целиком сосредоточился на своей миссии шофера.

Когда мы приехали в деловой центр города, он все же решился на невинный вопрос:

– Где мне вас высадить, Дональд?

– О, где-нибудь здесь поблизости.

Он повернул направо, проехал еще пару кварталов и остановился перед «Коммонз-Билдинг».

– Как все это будет организовано?

– Не беспокойтесь, – утешил я.

Эшбьюри поспешно укатил, а я поднялся на шестой этаж взглянуть на табличку двадцать второй комнаты. Все было в порядке. Я толкнул дверь и вошел. Элси Бранд стучала на машинке.

– Ради бога, тебе совсем не следует притворяться, что у нас уже сейчас слишком много дел, – взмолился я. – Люди, которые должны прийти сюда, считают меня богатым наследником. Они не думают, что я сколотил состояние самостоятельно, занимаясь бизнесом. Поэтому тебе не нужно особенно стараться.

– Берта, – возразила Элси, – велела мне напечатать несколько писем, чтобы я не бездельничала здесь.

– На каком бланке? – спросил я, заглядывая ей через плечо, чтобы увидеть бумагу, вставленную в машинку.

– На бланке агентства.

Я выдернул бланк из машинки и протянул его Элси.

– Положи письмо в ящик, чтобы его никто не видел. Убери все наши бланки. Когда пойдешь на ленч, захвати с собой всю эту канцелярию и храни ее в агентстве. Передай Берте, что я так распорядился.

Элси смотрела на меня смеющимися глазами. Она сказала:

– Я вспоминаю, как ты первый раз появился в нашем агентстве. Я подумала тогда, что ты продержишься у нас не более двух суток – Берта сразу заездит тебя до смерти. Все прежние детективы обычно очень скоро сбегали от нее. И вот пожалуйста, ты, а не она, отдаешь распоряжения. Я знаю, у тебя и сейчас все получится как надо. Ты не споришь с Бертой и не пресмыкаешься перед ней. Выбираешь собственную тропку и по ней идешь. Зная Берту, ты прекрасно представляешь, сколько брани и проклятий сыплется на тебя. Но при всем том ей остается только ворчать и ругаться, но все же тащиться вслед за тобой и поступать так, как хочешь ты.

– С Бертой можно работать, если вникнуть в мотивы ее поступков.

– Ты хочешь сказать, когда она начинает понимать твои мотивы. Пытаться дружить с Бертой – все равно что заигрывать с паровым котлом. Надежды на дружбу с ней следует оставить сразу же.

– И ты оставила?

– Да.

– Но ты совсем не выглядишь разочарованной.

– Я нашла свой собственный подход к Берте. Я выполняю работу, которую она мне поручает, и ухожу, как только ее заканчиваю. Я не пытаюсь быть с ней в добрых отношениях и не рассчитываю на ее дружеское ко мне расположение. Я – только часть пишущей машинки, деталь в клавиатуре и выполняю возложенную на меня функцию.

– А что это за корреспонденция, которой ты сейчас занимаешься?

– Письма, которые Берта рассылает своим адвокатам. Она советуется с ними по поводу инвестиций.

– И много у нее вложений?

– Порядочно. Заниматься ими – ее страсть. Она хочет таких же гарантий, как государственные акции, но вместе с тем ей нужно, чтобы они приносили вдвое больший доход. Ее второе увлечение – игра. Берта – азартный игрок.

– Ну что ж, – сказал я, – пока этот мой офис существует, ты не будешь перегружена работой. Запасись парочкой журналов мод и пачкой жевательной резинки. Положи в верхний ящик стола, засунь жвачку за щеку и сиди себе, перелистывая журнал. Когда кто-нибудь войдет, закрой ящик, но не ранее того, как посетитель увидит, чем ты занята.

Элси расцвела.

– Я всегда мечтала о такой работе. Другим девушкам везло, а мне нет.

– Прекрасно, что такая работа тебе по душе, но думаю, что она продлится не дольше нескольких дней.

– Может вмешаться Берта. Пришлет тебе какую-нибудь девицу из конторы по найму, а меня заставит вернуться к себе.

– Я ей не позволю. Я предупредил ее: мне нужен человек, которому можно доверять. Пусть нанимает машинисток для себя. Для Берты это даже полезно – узнает, по крайней мере, как трудно заменить тебя.

Элси глядела на меня с обожанием.

– Я всегда, Дональд, старалась понять, почему люди помогают тебе. Наверное, потому, что ты сам чертовски внимателен к ним, ты...

Взволнованная, она вскочила и выбежала из комнаты.

Я вошел в свой кабинет, отодвинул вращающееся кресло и опустился в него, водрузив ноги на стол. Я услышал, как вернулась Элси, и нажал кнопку звонка.

– Да? – откликнулась она.

– Возьми на заметку, Элси: Паркер Стоулд, Бернард Картер, Роберт Тиндл. Записала?

– Да. Что дальше?

– Если кто-нибудь из них появится здесь, скажи, что я завален делами и буду занят все утро. С ними встретиться не смогу и не хочу заставлять их ждать. Понятно?

– Конечно.

– Если придет кто-нибудь еще, попытайся узнать, что ему нужно. Предложи посидеть, подождать. Возьми у него визитную карточку и принеси мне.

– Это все?

– Да.

– О’кей, – сказала она, и я услышал щелчок снимаемой телефонной трубки.

У меня было чем заняться. Я курил и размышлял, стараясь постичь логику всего происходящего. Я еще не мог представить себе картину полностью. Мне не хватало фактов, но я их постепенно добывал и чувствовал, что если буду действовать хладнокровно, не делая серьезных ошибок, то добьюсь в этом запутанном деле успеха.

Около одиннадцати дверь в приемную открылась и захлопнулась. Я услышал голоса, Элси вошла с визитной карточкой, на которой красовалось одно только имя: «Джилберт Рич».

– Как он выглядит? – спросил я у Элси.

– Тип торгового агента. Агрессивен. Когда я спросила, что ему нужно, он ответил, что у него есть деловые предложения по продаже недвижимости. На вид лет около сорока, но одет как двадцатисемилетний. Типичный пижон.

– Толстый?

– Нет, довольно стройный. На лбу залысины. Волосы темные, зачесаны назад. Глаза тоже темные, без очков. Быстрый, нервозный, бойкий на язык. Туфли так и сверкают. Запах – только что из парикмахерской. Ногти ухожены. Хотите с ним встретиться?

– Да.

Она удалилась. И тут же вошел Джилберт Рич. Он быстро пересек комнату, схватил меня за руку и начал разговор с такой легкостью, словно и не прекращал его, выпаливая слова и не поспевая за ними:

– Бесспорно, мистер Фишлер, вам хотелось бы знать, какое у меня к вам дело. Я уведомил вашу секретаршу, что речь идет о недвижимости. Может, вы полагаете, что я хочу надуть вас? Наоборот: я хочу добыть вам кучу денег, мистер Фишлер. И чтобы изложить вам суть моих предложений, я намерен отнять у вас всего три минуты. – Он вытащил из кармана часы и положил их передо мной на стол. – Будьте добры, заметьте время, мистер Фишлер, и следите за стрелкой. Когда истекут три минуты, скажите мне. Эти три минуты окупятся прибылями более значительными, чем те, которые вы получили за все последние десять лет.

– Вперед! – сказал я. – В вашем распоряжении три минуты.

– Мистер Фишлер, вы когда-нибудь задумывались о чудесных достижениях современной науки? Не отвечайте, я вижу, что задумывались. Осознаете ли вы, мистер Фишлер, что те проблемы, которые мы решаем ежедневно, считались непреодолимыми еще несколько лет тому назад? А теперь, мистер Фишлер, чтобы показать вам, как с помощью новейших научных открытий можно делать деньги, нужно откинуть назад страничку истории нашего великого, процветающего штата. Вернемся к тому времени, когда сюда хлынули орды золотоискателей. Люди орудовали киркой и кайлом, запаслись лотками для промывки золота, добывали золото из земли. И много золота было добыто, мистер Фишлер. Обширный золотой поток устремился в денежные центры. Но еще много золота оставалось в земле. В верховьях, вокруг Валлидейла, располагались богатейшие залежи. Речка шумела в горах, вынося золотой песок, создавая россыпи на обширных сельскохозяйственных угодьях, расступающихся, чтобы принять бурлящие речные потоки, которые здесь успокаивались. Мужчины, обнаженные по пояс, терпели зимние дожди и палящее летнее солнце, добывая золото, все больше золота. Затем, когда залежи на этих землях иссякли, золотоискатели двинулись по течению реки, оседая на плодородных землях и занимаясь сельским хозяйством. Но, осваивая новые земли и докапываясь до корней травы, люди никак не могли добраться до коренной породы, находившейся под водой на глубине примерно сорока двух футов.

Но я не хочу задерживаться на деталях, мистер Фишлер. Несомненно, вы знакомы с ними по различным историческим фильмам, мастерски воспроизводящим обстановку, условия жизни и работы золотоискателей. Перейдем к самым последним изобретениям. Человек с воображением подумал о воде не как о враге, мешающем овладеть золотом, но как о союзнике. Он изобрел драгу, и множество стальных черпаков начали опускаться в воду, достигая коренных пород. Плодородные земли были уничтожены, но их владелец получал королевские доходы, предоставляя всем желающим право на разработку недр. Общая топография местности изменилась. Технологические процессы выемки грунта привели к тому, что богатая, плодородная долина превратилась в нагромождения мусора, выбеленного солнцем.

Шли годы. Сами золотодобытчики стали жертвами собственной алчности. Время обошлось с ними так же беспощадно, как они обходились с некогда цветущими землями. Драги дали течь, повалились набок, заржавели. И все-таки даже работавшие на драгах люди не сумели добраться до глубин коренной породы. Они поскребли только верх.

А теперь, мистер Фишлер, мы подходим к осуществлению золотой мечты, которая становится явью. Современные наука и техника помогают в какой-то мере восстановить плодородные земли: камни вернуть на дно, разобрать завалы, ил вытащить на поверхность. Земля снова сможет родить. Об этом подумывали давно. Торговая палата в Валлидейле уже поднимала вопрос о рекультивации земель для сельского хозяйства. Но этот процесс оказался бы слишком дорогостоящим. То, что Торговая палата приняла во внимание, – это не истощившиеся еще, богатейшие залежи золота поверх коренной породы. Человек, который возьмется...

– Три минуты истекли, – сказал я.

Рич посмотрел на меня, потом на часы.

– Что ж, в основном я уложился. Я закончил, мистер Фишлер. Я бы указал еще на сходство между ситуацией, с которой встречается инвестор сегодня, и с той, с которой сталкивались прежде золотодобытчики. Золото годами покоилось на своем месте. Но инженерная мысль прогрессировала, изобретательность человека волнами накатывалась на золотую долину. Это были волны успеха, выносившие все новые поколения миллионеров, стремившихся к власти. История Сан-Франциско...

– Вы превысили свой лимит на тридцать секунд.

– Точно, – признал он. – Я хотел только добавить, что вы, мистер Фишлер, человек, искушенный в коммерции, способны видеть перспективы и даже с ходу можете оценить положение вещей. Единственная проблема, мистер Фишлер, заключается в том, как отнесутся владельцы золотоносных земель, жаждущие и власти и богатства, к имени Чарльза Фишлера.

Я вертел карандаш между пальцами, стараясь не встречаться с моим посетителем взглядом. Рич крутился вокруг меня, жестикулируя, барабаня пальцами по столу.

– Я вижу, мистер Фишлер, вы человек проницательный. Человек быстрых, точных суждений, вы можете по справедливости оценить грандиозные возможности, открывающиеся перед вами. Мы не только получим прибыль от золотодобычи, но, когда завершатся осушительные работы, мы восстановим некогда цветущие земли: они покроются садами, виноградниками и будут готовы к разбивке на участки под застройку. Тогда люди, истосковавшиеся по независимости и земельной собственности, ринутся в конторы, предлагая за приобретение участков самую высокую цену.

Кроме того, мистер Фишлер, я не упомянул о самом, пожалуй, существенном пункте во всем этом деле, поскольку убежден, что вы и без меня имеете это в виду. Вы прекрасно знаете, что цены на золото удвоились сравнительно с тем временем, когда составлялись крупные состояния. И тот, кто вкладывает свои деньги в добычу золота, может не опасаться никакой инфляции. Разработка золотых месторождений есть единственный надежный вклад. Сделав его, человек может по своему усмотрению распоряжаться плодами несбалансированного бюджета, в котором доходы намного превышают расходы.

– Вы намного превысили установленное вами время.

– Согласен, мистер Фишлер. Я несколько увлекся, злоупотребил вашим терпением. Но так велико мое желание, чтобы вы сами...

– Сколько будет стоить эта затея? – осторожно спросил я.

– Это целиком зависит от вас, мистер Фишлер. Если вы хотите заработать, например, сотню тысяч долларов, то ваш вклад может быть сравнительно небольшим. Если же вы удовольствуетесь пятьюстами тысячами, требуемая сумма будет для вас еще более приемлемой. Но если вы захотите стать мультимиллионером – это обойдется значительно дороже.

– Во сколько же обойдется мне желание стать мультимиллионером?

– В скромные пять тысяч долларов, – объявил он не моргнув глазом.

– Как вы установили эту сумму?

– Ну, начнем с того, что существуют обширные земельные угодья...

– Не стоит повторять все сначала, – заметил я. – Перейдем к фактам.

– Что именно вы хотите знать?

– Какова реальная стоимость ваших акций?

– В сто пятьдесят семь раз больше того, что мы запрашиваем за них.

– На какие доли делится ваш капитал?

Он достал из кармана небольшой бумажник и стукнул им по столу.

– Мистер Фишлер, «Фоклоузд фармз андерайтез компани» начинала свою деятельность в условиях экономической депрессии. Тогда это было сельскохозяйственное предприятие, занимавшееся главным образом выкупом земель у владельцев, заложивших свои участки и лишившихся права пользования ими. Поэтому первичный капитал компании был невелик. Но сейчас, когда благодаря новым предприятиям компания переживает необычный подъем, представляется возможным тысячекратно увеличить сумму основного капитала. Другими словами, все наличные ценные бумаги нужно перевести в акции по одному доллару каждая. Это вполне достижимо. Правда, чтобы добиться этого, пришлось бы преодолеть некоторые юридические и прочие препоны, что, естественно, задержало бы выплату прибылей нашим акционерам. Впрочем, благодаря политике наших директоров – энергичных, напористых и целеустремленных – обычно удается справляться с трудностями и организовать свою деятельность так, чтобы наши акционеры могли радоваться прибылям без большого запоздания.

– Сколько акций я получу, если вложу пятьсот долларов?

– Одну. Это ваш пай. По номинальной стоимости в один доллар. Однако реальная стоимость акции сегодня составит, вероятно, уже пять тысяч долларов. В пределах двух месяцев вы сможете, без сомнения, получить за акцию десять тысяч пятьсот долларов. К концу года курс акции поднимется до ста тысяч долларов.

Я прикрыл глаза, погрузившись в раздумье. Он – как опытный торговый агент – тотчас понял, что пора заканчивать, и примолк, чтобы дать мне время продумать все детали.

– У меня сейчас нет больших денег, – сказал я, – но через месяц я надеюсь получить крупную сумму.

– Через месяц курс акции, понятно, увеличится, но все равно это будет великолепное вложение капитала.

– Послушайте, – сказал я, – а нельзя ли сейчас купить акцию за пятьсот долларов и получить гарантию на приобретение более крупного пакета акций после уплаты еще пятисот?

– Мне нужно обсудить это с руководством. Ваше предложение довольно необычно. Если бы вы получили права на приобретение целого пакета акций всего лишь за пятьсот долларов, то через неделю могли бы продать пакет с приличной прибылью. А спустя месяц за свой пай вы, вероятно, смогли бы получить двадцать тысяч долларов.

– На таких условиях я мог бы вступить в дело.

– Но разве вы не учитываете, например, возможность обратиться в банк, мистер Фишлер, и...

– Я сделал вам свое предложение.

– Я понял. Но, мистер Фишлер, ситуация обязывает наш совет директоров быть скрупулезно справедливым и считаться с интересами других вкладчиков. Многие лица купили...

– Вы с лихвой использовали отпущенное вам время, – прервал я, – я выслушал ваши рекомендации. Вы выслушали мое предложение. Не будем понапрасну тратить время.

– Какую сумму вы могли бы все же вложить в приобретение акций на ваших условиях?

– Через месяц я смогу инвестировать больше ста тысяч долларов. Но я не собираюсь укладывать все яйца в одну корзину. Пятьдесят тысяч долларов – тот предел, которым ограничен размер вклада в вашу компанию. А пока я вкладываю пятьсот долларов и хочу зарезервировать за собой пакет акций на общую сумму по сегодняшнему курсу в пятьдесят тысяч долларов.

– Я посмотрю, что можно сделать, но нельзя ли учесть...

– Нет. – Я встал со стула. – Я занятой человек, мистер Рич.

– Понимаю, но не забывайте, пожалуйста, что я сделал вам очень выгодное предложение. Минуты, которые вы мне так щедро предоставили, обернутся золотыми дивидендами в размере...

– Вы выслушали мое предложение. Чем быстрее вы свяжетесь с советом директоров, тем скорее передадите мне их ответ.

Я подошел к двери и распахнул ее.

Рич с любопытством глянул на меня, потом простер вперед руку и произнес:

– Мистер Фишлер, позвольте поздравить вас с одним из самых важных решений в вашей деловой карьере, а также с вашей проницательностью и дальновидностью по отношению к финансовым проектам. Я позвоню вам сегодня во второй половине дня.

Я стоял у открытой двери, наблюдая, как он проходит через приемную и исчезает за дверью.

Элси Бранд оторвалась от своих журналов.

– Ничего себе!

– Ты что-нибудь слышала?

– Главным образом его громкий голос, проникающий сквозь все щели.

– Разыщи в телефонной книге номер Генри Эшбьюри и свяжись с ним. Позвони ему в контору, а не домой.

Я вернулся в свой кабинет. Эшбьюри позвонил через тридцать секунд.

Я сказал:

– Хэлло, Эшбьюри, вы не догадываетесь, кто с вами говорит?

– Нет. – Его голос был резок и решителен. Эшбьюри как бы давал понять, что не любит загадок и намерен повесить трубку.

– Ваш тренер.

– Ах вот как. – Интонация тотчас же изменилась.

– Как вы отнесетесь к тому, что ваш пасынок отправится в тюрьму за мошенничество?

– Если... Боже мой, Дональд, что вы такое говорите?

– Повторяю, как вы отнесетесь к тому, что ваш пасынок сядет в тюрьму за соучастие в мошеннических операциях?

– Это было бы катастрофой. Это было бы...

– Возможно, – сказал я, – что вы и впрямь считали его президентом корпорации, тогда как он просто выступает в роли подставного лица.

– Господи.

Я повесил трубку и вышел в приемную сообщить Элси, что отправляюсь в агентство предупредить Берту насчет того, что ей придется взять себе новую секретаршу.

Элси улыбнулась.

– Берта выпустит когти.

– Пусть. К двум или трем часам мне нужно приготовить деньги – мистер Рич приедет с готовым для подписи контрактом. Когда он позвонит, уточни с ним время встречи и дай мне знать. Я буду в кабинете Берты.

– Что-нибудь еще? – спросила Элси.

– Если заедет или позвонит мистер Эшбьюри, передай ему, что мистер Фишлер отправился по делам и ты не знаешь, когда он вернется.