Текст книги "Мир которого не существует (СИ)"

Автор книги: Еркин Аскербеков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 31 страниц)

  ***

  Даулин смотрел на спину удаляющегося Алекса. Радушная улыбка на его лице начала меняться, и вскоре стала походить на оскал. Едва он скрылся за углом, как Даулин с силой ударил по косяку. Пыль посыпалась ему на голову, однако он этого не замечал. Провалили, эти паршивые недоумки провалили все дело. Да и ещё позволили себя убить. А ведь он уже и задаток им отдал, уверенный в благополучном исходе дела. И дернул же демон этого проклятого Алекса сюда явится, причем в такую рань. Прямо под конец уговора, когда уже и задаток дал и описать успел. Вот только наемничков задаток в треть суммы не удовлетворил, потребовали половину. В разгар спора и явился Алекс. Дальше эти демоновы отродья додумались до того, чтобы напасть на него прямо в его лавке. Нет чтоб подождать пока он выйдет, а потом где-нибудь в узком переулке глотку перерезать. Так нет, не удержались – решили сразу выполнить заказ, как говориться не отходя от стола с вином. Ладно бы если бы сумели выполнить заказ... Так ведь не смогли, и теперь кроме того, что ему придется убирать трупы, так ещё и пришлось покупать их оружие и отдать кошели с задатком. Хорошо хоть торговаться Алекс не умел и ему удалось выкупить оружие почти что задаром. Кузнецом Даулин никогда не был. Зачем, если у него есть свой раб, который весьма неплохо управляющийся в кузне. Прикупил, когда проездом в Степи был. Хороший работник, даром что степняк. Ковать научился когда в рабство попал, за какую-то провинность или неуплату. В подробности Даулин вникать не стал, зачем ему это?

  Проклятие... А ведь уже и пообещать успел, что скоро кираса и шлем рыцаря Таргейской империи времен последней войны в подарок принесет. И кому? Самому Теневому Гвере! А он из тех людей, которые обещания не забывает, что свои – что чужие. И что за полоса невезения? И все началось с того жулика и мошенника Трима. Сколько раз он говорил себе – пьяным за кости с незнакомцем не садись играть. Так нет, после нескольких удачных сделок, решил что ему сам Тарнитай – бог удачи, брат, кум и друг. Результат вполне закономерен – проигрался в пух и прах. Нет бы потом уйти, да вот только разгоряченный вином и озверевший от проигрыша, прибег к своему последнему доводу. Обвинив соперника в жульничестве, сцепился с ним в драке. Разнять их разняли, только поздно уж было. Неестественно вывернутая шея и остекленевшие глаза Трима лучше всяких слов говорили о тяжести кулаков Даулина. Кто же знал что он такой хлюпик? Все бы ничего, да этот хлюпик как на грех, оказался племянником одного из Теневых, Гвере Улыбающегося. Его так прозвали ещё в те времена, когда Гвере был обычным наемным убийцей. Ещё до вступления в гильдию Теней, он всегда перерезал своим жертвам глотки. Всегда. Даже когда жертву охраняли цепные псы королевской охранки, как к примеру графа Ширрко. О, тогдашнее убийство прогремело на все королевство – охрана никого не заметила. Графа и двух его телохранителей в спальне нашли мертвыми, со второй 'улыбкой' от уха до уха. И это притом, что за дверьми было десять 'волкодавов' охранки! Которые даже ничего не услышали... Мда, гильдия Теней не из тех, с которыми можно шутки шутить. Не путайте с 'прославленными' разведчиками и убийцами кланов Дроу. Они им и в подметки не годились, но все же... Их слава тоже была весьма зловещей.

  Поэтому, когда трясущегося Даулина, которого сдернули прямо с постели и хорошенько связав, представили пред очами Гвера, он уже распрощался с жизнью. Он до сих пор помнит, как он обмочился от страха, глядя на тьму под капюшоном плаща. Теневые никогда свои лица из под него не кажут. Как-никак, руководители отделений гильдий убийц. Говорят, что им после становления Теневыми меняют лица маги Жизни, дабы никто из их знакомых или родичей не узнал. И быть бы Даулину мертвецом с перерезанной глоткой, если бы не одно но. Гвер любил коллекционировать необычное оружие и доспехи. Жизнь Даулину спас старый клинок, который достался ему от какого-то ходока. В качестве уплаты за пустяковый долг, но все же... Парнишка и знать не знал, какое сокровище он притащил из Пустоши. Дурачок, как он обрадовался, когда этот кусок ржавчины, как он думал, приняли в уплату. Ему бы немного терпения, чтобы отчистить её, тогда бы понял что к чему. Один из мечей элитной гвардии Таргейской империи, из льдистой стали, секрет изготовления которого потерян. Даже гномы скрежеща зубами признавали – им такое пока не по плечам. В общем, этот меч и спас жизнь Даулина, послужив в качестве выкупа. Точнее, первой части выкупа. Гвер дал ему шанс, дабы он выкупил свою жизнь. В течении трех лет ему нужно было достать ещё и полный доспех рыцаря или элитного гвардейца Таргейской империи, или однажды утром он проснется с перерезанной глоткой. За истекший год Даулин сумел достать только латную рукавицу, и эти наплечники. И вот тебе, поспешил придурок с вестью о том, что заказ наполовину выполнен. Да ещё и нанял там же этих тупиц, которые как раз сидели без работы. Что он теперь скажет в гильдии убийц? Нет, надо поскорее достать эту кирасу и шлем. Заодно вернуть наплечники. Просыпаться с кровавой 'улыбкой' от уха до уха Даулин не желал. Поэтому он послал Кирка, дабы он проследил, где живет этот Алекс. Второго шанса у этого чужака не будет. Только одна мысль не давала ему покоя. Чем же этот проклятый Алекс убил наемников?

Глава 25

  Элисира

  Ну наконец-то! Блаженно жмурясь, я с наслаждением уминала жаренного гуся, фаршированного яблоками и прочей зеленью, запивая все это легким, приятным на вкус лотаринским трехлетней выдержки. Ума не приложу, откуда здесь это вино, до виноградников Лотарина отсюда полконтинента надо пройти. Правда и цена на него даже в нашей столице кусалась, а здесь, возле границы с Пустошью, самое захолустье, где до ближайшего крупного города три дня езды, она просто заглатывала с сапогами, не пережевывая. Что тут сказать, как-никак один из двух лучших постоялых дворов в этот занюханном городишке. Нет, слово занюханный тут будет неуместен. Разница все же есть. В отличии от обычного занюханного городишка где-нибудь в людской стране, тут нет обязательного бурмистра, ратуши, канцелярии и даже площади. Казармы стражи тут успешно заменяют казарма гарнизона крепости, которые с успехом заменяют обычную стражу. Есть и хорошая тюрьма – мрачное, больше смахивающее на небольшой форт здание, с двумя башенками. Есть ещё аж два отделения гномьих банков и королевский пункт приема ценностей и артефактов Пустоши. И наконец сам состав населения этого, не побоюсь назвать – бандитского города. Слишком уж много тут всяких проходимцев и авантюристов, сорвавшихся с насиженных мест и явившихся сюда за надеждой скорого обогащения. По их мнению, стоит только за ворота выйти, как сразу наткнешься на россыпи золотых монет или какой-нибудь могущественный артефакт. Многие гибнут в первый же выход, а уцелевшие... Надежды у них рушатся быстро и ей на смену приходит озлобление. И нищета... Поэтому тут столько грабежей драк и прочего. Удивительно, что местная стража все ещё держит порядок в этом городке. Хотя это не какие-нибудь зажравшиеся стражники, а профессиональные солдаты. Да и суд тут военный – безжалостный и скорый на расправу. Не будь тут таких драконовских правил – город погряз бы в резне и грабежах...

  Закончив с гусем и расслабленно откинувшись на спинку откуда-то притащенного хозяином постоялого двора кресла, пригубила вино. Только что, гномы отсюда выкинули какого-то дворянчика с охраной, предварительно набив им всем морды. Этот дворянчик точно тупица, раз уж зашедшего сделать заказ гнома осмелился оскорбить и поднять на смех. Не стоило ему этого делать. И что с того, что гном только с кинжалом пришел, без своего топора и вообще выглядит сущим оборванцем? А вот про то, чтобы подумать над тем, что здесь вообще-то Пустошь неподалеку и его одежда могла быть подрана из-за каких-нибудь независящих от него обстоятельств? В общем, вскоре ввалилась толпа мрачных гномов, которые отметелили дворянчика и его охрану за оскорбление. Дело могло бы закончится миром, если бы дворянчик извинился. Но в его затуманенным вином разуме не нашлось достаточно здравого смысла и ума. Едва завидев толпу мрачных гномов, гурьбой зашедших в общий зал, громогласно заявил:

  – Здесь не подают нищим! Пошли вон сморчки, пока я... – что он хотел сделать так и осталось неизвестным. Злые гномы набросились на него как волчья стая. Вставших на их пути охранников смяли в мгновение ока, несмотря на обнаженное оружие последних. Бородачи браться за топоры не стали, обойдясь пудовыми кулаками.

  Хорошо-то как! Наконец-то выбралась из Пустоши, да ещё и с прибытком. Вот только в этом демоновом трактире, свободных комнат нет. В смысле хороших свободных комнат. Хозяин этого заведения говорил, что у него только две комнаты, достойные для эльфов, и одна из них должна освободиться очень скоро. Выкидывать вещи постояльца, даже несмотря на просьбы Вангура он отказался наотрез. На угрозы он попросту клал, с редким хладнокровием заметив, что тогда он обратиться в военный трибунал Крепости и одного весьма уважаемого мага посадят в казематы. Закон тут един для всех, будь то маг, дворянин или простой человек. А вторую уже давно занимает весьма уважаемый тут человек, и причем военный целитель. А его он даже и не будет беспокоить, ни за какие посулы и угрозы.

   Мысли вновь вернулись к недавнему прошлому. Человечишка... Вот ведь стервец! Все это время притворялся, будто ничего не понимал, а сам в это время преспокойно прислушивался к моим словам. А я уже на него, точнее на его голема, планы строить начала – уж такая мощь не должна оставаться бесхозной. Кто первый нашел – того и голем. Правда, управлять им умеет только человек. Но заставить его работать на наш клан, та ещё задачка. Не понимаю, почему он на меня так спокойно реагирует? Местные человечишки, в подавляющем большинстве на дочерей Темной Матери смотрит, и слюной захлебывается. Как и на дочерей Леса. А ему хоть бы хны, в те редкие моменты, когда он снимает свой шлем, просто мазнет безразличным взглядом и все. К тому же... Какого он теперь мнения об эльфах и в частности про меня? После того, что я наговорила, вряд ли мне с ним удастся договорится. И вообще, откуда он знает наш язык?! Вопросы, вопросы, вопросы... И никаких ответов.

  Путь до этого городка был тяжким. Много раненных, одна единственная повозка, причем разваливающаяся прямо на ходу. К слову, эта повозка вообще-то была передвижным фортом для передвижения по Пустоши. Анахронизм, пережиток прошлого. Её ведь руками двигать не будешь, слишком тяжела, а лошадей самих защищать надо. Как и запасаться кормом для них. Сейчас таких уже давно нет. Слышала я краем уха про эту пропавшую экспедицию. С какой помпой они отправились искать свои святыни прошлого. Люди за Мечом Славы, светлые эльфы за Семенем Жизни, а гномы за Молотом Торна. И пропали. Поисковые группы вернулись ни с чем, причем вернулась только половина групп. Мда. Не думала, что теперь буду с ними. А ведь после того, как я откинула этого нахального мага слабым импульсом силы, мне бы сильно не поздоровилось. Светлая сразу умчалась к своим сородичам, высмотрев их с высоты, когда ещё сидела рядом со мной в ладони голема. Я уже приготовилась жахнуть Теневыми Лезвиями и активировать защитный щит, жалея что не успела подготовить что-нибудь поубойнее. В первом ряду тяжеловооруженные гномы и людские латники, за ними готовят свое оружие арбалетчики. Лица у них мрачные, как сама смерть. Кто знал, что этот мерзавец попросту бросит меня и эту светлую на попечение первых попавшихся незнакомцев? Меня спас, как ни странно, маг. Вскочив с какой-то лужи, весь обляпанный грязью, он с воплем 'Стойте!', бросился между нами. То есть мной и полуокружившими меня гномами и людьми. Первым делом он извинился передо мной, а затем напустился на гномов и людей, горячо уверяя что это его вина. Это подействовало, и шеренга бойцов опустила оружие. Правда несколько гномов все-таки тихо поворчали, мол, зря длинноухое отродье в живых оставлять, мало ли что у него на уме. Хоть и слышала все прекрасно, но 'научить их манерам' и не попыталась. Итак на меня недружелюбно косятся. А вот светлые эльфы поначалу на меня особого внимания не обратили. Носились повсюду, что-то лихорадочно ища, переворачивая мусор и роясь в костях. Разве что хмурый ракшас, мающийся от безделья, тогда с подозрением уставился на меня. И даже сейчас наблюдает за мной, между делом сметая со стола в углу всю еду как лесной пожар. Уж с его то пастью и двумя парами рук сам Трох велел. Кажется так зовут бога, которому они поклоняются. И чего он здесь потерял? Все светлые сейчас в другом постоялом дворе, брезгуют находится со мной в одном здании. Хорошо хоть тронуть меня они не посмели, после того как я нескольких тяжелораненых людей и гномов своими чарами спасла. Спасибо наставнице Гитании, за то что сумела вбить в голову одной непоседливой студентке достаточно знании. Также меня и светлую замучали вопросами о големе. Отвертеться от допроса не помогла ни мрачная слава Темных, ни громкие возмущения светлого эльфа, вкупе с грозным рычанием ракшаса, не желавших чтобы одну из дочерей Леса вообще допрашивали. Но магистр Вангур (тот самый нагловатый маг, огребший на орехи), опираясь на авторитет лидера гномов Рашты и командира людей Калора, да и на свой тоже, мигом убедил его в такой необходимости. Светлый ушастик скис, и нехотя дал свое разрешение. Его убедил не авторитет мага и остальных, ему на него было глубоко плевать, ибо он Перворожденный! Убедили его нехорошие взгляды собравшихся воинов вокруг, не отпускавших рукояти мечей и топоров. Нет, будь светлых побольше, раз эдак в пять, они вполне могли бы потягаться с ними. Но у этого ушастика под началом всего-то шестеро лучников и пара ракшасов. Причем один из низ валяется в повозке с раненными. Да и отношение к ним какое-то недружелюбное. Может из-за того, что людской храм, где хранился меч оказался разграблен, а на месте гномьего – пропасть, с плещущимся на дне мраком. Брошенная туда коротышками глыба канула в неё беззвучно, а вот смельчаков спускаться туда не нашлось. Им итак пришлось после этого сломя голову убегать, потому что потревоженная гномами тьма забурлила и исторгла из себя сноп щупалец, слепо шарящих вокруг. Больше всего повезло ушастикам, которые нашли свою, да и что там говорить и нашу тоже, святыню в сохранности. Хоть и священные деревья, составлявшие лесной храм оказались засохшими, шкатулка с Семенем Древа Жизни оказалась цела и на месте. Да только её украл голем. Какой удар по самолюбию ушастиков. Понятно, что теперь во взглядах, бросаемых в сторону ушастых легко читается злорадное ехидство пополам с иронией...

  Рассказать пришлось почти все. Кроме описания ауры человека, и мои догадки насчет неё. Это я пожалуй оставлю себе. Я бы сумела скрыть ещё некоторое количество информации, но планы спутала эта светлая дурра. Чему их только учат?! Даже слегка туповатый ракшас мог хоть и с трудом, но различить где она лжет, а где нет. А эта троица судя по всему даже мертвого разговорит, а если будет возможность пытать – то и какого-нибудь демона. Узнав, что голем и управляющий им человек попали сюда через пентаграмму вызова, и похоже забрал шкатулку с Семенем Жизни, магистр Вангур впал в прострацию. На Семя ему было наплевать, его ввела в шок сама возможность перемещения между мирами. Главный ушастик принялся ругаться в адрес иномирца, виртуозно перемежая проклятия с богохульствами. Сородичи рядом с ним ошарашено пялились на него. Рашта, вслушавшись в поток слов, только уважительно крякнул, и принялся беззвучно шевелить губами, морщась и почесывая затылок при особо заковыристом пассаже. Не иначе как на будущее запоминал. Калор же неодобрительно покачивал головой. Поток ругани довольно невежливо заткнул отошедший от шока магистр Вангур, предложив заняться текущими задачами. А именно выбраться из Пустоши. И если повезет, то без больших потерь. Вспомнив о том, как разбегалось зверье от голема, предложила идти вслед за ним. После долгих споров решено было так и поступить. По словам магистра, это самый лучший вариант, благо иномирец двигается в сторону Минбара, откуда и начиналась экспедиция. Также, памятуя о его запрете двигаться за ним, решили идти чуть сбоку, выслав вперед конный дозор.

  И закипела бурная деятельность. Часть коротышек отправилась чинить телегу, а другая вместе с людьми принялись свежевать туши съедобного зверья. Выставленные дозорные, в которые включили почти всех эльфов, неусыпно бдят. Через несколько часов все приготовления были завершены. Гномы починили повозку, безжалостно выломав с боков и с верха уцелевшие доски для ремонта. И заодно снеся все перегородки, дабы все раненые туда поместились. Свежесодранные шкуры зверья пошли на подстилку лежачим, из них также наделали грубые уздечки, ремни и прочие необходимые для лошадей вещи. Хорошо хоть с подковами все было в порядке. Оглядев построившуюся колонну, Калор махнул рукой, призывая начать движение. Первыми ушли дозорные на лошадях. За ними в пешем порядке двинулись остальные, держа повозку с раненными в середине. Светлая держалась в голове колонны, возле своих. Ну а я, пользуясь своим неопределенным статусом, устроилась в повозке, еле втиснувшись сбоку. Рядом со мной тут же возник магистр, принявшийся выпытывать о событиях в мире, которые произошли за время его вынужденного заключения. И между делом нагло и совершенно беззастенчиво ухаживать за мной. Я от такого напора поначалу даже растерялась, не зная что делать – прирезать наглеца или дать ему пощечину. Как-то привыкла, что мужчины Шшайсу, при их-то положений в нашей иерархической лестнице всегда учтивы с любой Шшайсу женского пола, будь то маленькая девчонка-несмышленыш или умудренная годами Старейниа. А за пределами нашей страны никто и не пытался подкатывать к темной эльфийке. С вожделением смотреть издали, захлебываясь слюной и утопая в мечтах, это сколько угодно. А вот подойдешь к такому спросить что-нибудь – тут же замыкаются, слова клещами вытягивать приходится. И все благодаря мрачной славе женщин Шшайсу. К светлой может и подкатят, а вот к нам ни-ни. А тут такое неприкрытое вожделение. Можно подумать, будто он год женщин не видел. Хотя что я знаю про него?

  К тому же в пути была мною замечена одна странность. И не только мною. После пяти(!) часов непрерывного марша к нам подошел Калор.

  – Магистр... – дождавшись, пока занятый безуспешными попытками охмурежа моей скромной персоны маг, не соизволит обратить на него внимание, продолжил – Вы ничего странного не замечаете?

  – А, что такое? – завертел головой маг. Судя по всему, он лихорадочно проверял окрестности истинным взором на предмет чего-нибудь нехорошего. И по видимому, не обнаружив ничего подозрительного, напряженно спросил – Что-то случилось?

  Калор только яростно катнул желваками, еле сдерживаясь в рамках приличий. Тугодумие мага его очень злило, но его сдерживало осознание того, что это временно. Возможно маг ещё не до конца пришел в себя, вон второй чародей уже спятить успел. Хорошо хоть магистр Вангур его угомонил, но если и он станет безумцем... Мало никому не покажется. Поэтому за его спиной он уже договорился с Раштой, и как ему не было противно – с этим снобом Натаниэлем. Если маг начнет буйствовать, его мигом 'успокоят' стрелы, а если и не поможет, то мечи. Увы, но ещё одного боевого мага у них нет. Точнее есть, даже две. Но целительница мало чем тут поможет, итак на раненных весь свой резерв истратила, пришлось даже темной помогать. А к темной с таким предложением он бы не сунулся ни за что. Да и как?! У магистра прямо слюна течет, как он на темную ушастую глянет. И что удивительно, к светлой или целительнице он и не суется. Вот и вьется возле неё мотыльком...

  – Магистр, возможно вы ещё не пришли в себя после недавнего... Но вам все же стоит обратить внимание на то, что мы уже ПЯТЬ ЧАСОВ ПОДРЯД, БЕЗ ПЕРЕДЫХА МАРШИРУЕМ ПО ПУСТОШИ В ПОЛНОЙ ВЫКЛАДКЕ!!! – последние слова он почти прокричал ему в лицо. Копившееся в последнее время напряжение выплеснулось наружу.

  – И что удивительно, – самообладание вновь вернулось к нему, – никто на усталость не жалуется. Даже лежачие раненные в повозке себя на удивление хорошо чувствуют. Поэтому, не могли бы вы быть так любезны посмотреть, откуда это... – и неопределенно покрутил кистью, видимо подыскивая слова – состояние?

  – Э-э-э... хорошо – похоже магистр только осознал, что он уже несколько часов без передыху топает по Пустоши. Помрачнев, он коротко извинился передо мной и почти бегом унесся куда-то в голову колонны. Хмм... Ничего странного в ауре окружавших меня людей и нелюдей я не заметила. Зря что ли я уже битый час рассматриваю идущих рядом со мной? В отличии от иномирца, ауры окружавших меня существ никаких видимых отклонений не имели. Наверняка это воздействие аномалии, а может и Семени Жизни. Озвучивать свои догадки я не спешила, не к чему это...

  На соседний стол рядом с шумом устроилась группа гномов, притащивших с собой бочонок пива. Недовольно покосившись на этих коротышек, сбивших меня с мысли, устало вздохнула. Внутри копилось раздражение – уже битый час сижу здесь, а комнату ещё до сих пор не освободили. Вангур извинившись передом мной, умчался на другой конец зала, вроде как знакомца своего узрел. Вот и сижу одна за столиком, когда вокруг такая давка. Нет, меня не боятся. Просто опасаются, мало ли что в голову этой темной взбредет. Вот бы этого иномирца ещё раз увидеть. В отличии от уже начавшего мне надоедать мага, его общество было куда приятнее. Меня не боится, и с разговорами не пристает. Да и пользы от него куда как больше можно поиметь, чем от этого напыщенного и хамоватого магистра. Итак видно – завзятый бабник. Привык гад, к своей так называемой 'обаятельности', благодаря которой девки сами ему на шею вешаются. А меня от него уже тошнит. Врезать бы ему Молотом Танаха вполсилы, чтобы кости потом заращивал подольше. Только он уже ученый, без защиты уже и в отхожее место не заходит. Сильный маг. Да и к тому же двуталант, и должность значительную занимает в своей гильдии. Но увы, он уже под клятвой и присягой. Мне тут ничего не светит. А жаль, мы могли бы получить 'своего' человека в весьма значительной гильдии. Отшить бы его, да пока практичность не позволяет. С паршивой овцы хоть шерсти клок. А ведь иномирец был настоящей золотой жилой для нашего народа. Такой шанс выпадает редко, может даже раз в жизни. А я его упустила. Эх-х-х...

  Иногда судьба любит пошутить. Как и иногда милостиво давать второй шанс. Негромко хлопнув дверью, в общий зал вошел человек. Если бы не надетый шлем и кираса, вряд ли я на него обратила бы внимание. Подумаешь, ещё один человечишко. Но кто входит в трактир не снимая шлема?! К тому же его доспехи в полумраке освещенного свечами помещения сияли, отражая свет свечей и закатных лучей Солина, пробивавшихся сквозь мутные окна. Неудивительно что я заинтересовалась им. Чтобы ненадолго убить скуку, принялась его рассматривать сквозь полуприкрытые веки. А ведь хорош доспех. Старомоден, видно давно его в последний раз использовали. А сейчас только вычистили и отполировали недавно, это неявно но все же заметно. А не зачарован ли он? Глянув на него истинным взором, едва не поперхнулась вином. Вот стервец! Эту ауру я бы безошибочно опознала бы из тысяч других! Ну чтож, похоже Великая Мать дала мне второй шанс. Губы сами собой раздвинулись в хищной улыбке. Уж теперь то, ты точно не уйдешь...

   ***

  У постоялого двора меня ожидал неприятные сюрпризы. Вначале, когда я уже подходил к нему, меня с Кирком едва не стоптали выметнувшиеся из ворот всадники. Вот козлы. Я то успел вовремя к стенке бросится, да ещё и Кирка за плечо дернуть. А то бы стоптали сволочи. Нескольким прохожим так не повезло. Одного беднягу чуть насмерть не пришибли, хорошо кто-то смекалистый и похрабрее не побоялся выхватить его прямо из под копыт бешено несущихся коней. Приглядевшись, с удивлением опознал в них знакомых мне дружинников во главе со своим дворянчиком. Куда они так поскакали, будто сам черт за ними по пятам гонится, грозя раскаленной сковородой последнему. Им вслед нестройным хором неслась ругань, проклятья и угрозы. Кто-то особо ретивый даже бросился за ними, призывая поймать и повесить 'этого проклятого Барка, полюби его харук!'. Кое-кто последовал его примеру и небольшая толпа, ощетинившаяся клинками, благо без оружия тут почти никого и не встретишь, скрылась за поворотом. До меня донесся затухающий вопль, вроде как орали 'к воротам!'. Мда, весело тут живут, ничего не скажешь.

  – Ну вот, теперь Барку точно клинок в брюхо воткнут, – сплюнув на землю, молвил оказавшийся неподалеку прохожий.

  – А что за Барк? – поинтересовался я. Отряхивающийся от пыли прохожий, оказавшийся невысоким бородатым мужичком в латанной одежке, не глядя ответил:

  – Приезжий что ли? Тогда знай, этот Барк гнида большая и надеюсь, что его сегодня точно в Бездну отправят, с Тапром на беседу – и с любопытством глянув на меня, пошел дальше. Зато продолжил Кирк, благодарный за свое спасение:

  – Этот Барк милсдарь, многим в городе кровушки попил – пробасил он – сколько честного люду от него настрадалось. А теперь чаша людского терпения переполнилась, и он свое получит, – и немного подумав, закончил – если не успеет из города сбежать, как в прошлый раз.

  Заинтересовавшись этим дворянчиком, переспрашиваю у него:

  – А что он сделал, чтобы его весь город так ненавидит?

  – Дык это, милсдарь... Разбойник он бывший, – не удержавшись, шмыгнул носом Кирк – скольких он уже погубить успел, одним Богам и известно. Грабил возвращающихся ходоков, а их добычу барыгам сплавлял. А потом какой-то клад говорят нашел, и занятие свое бросил. А по мне, брешут кажись, наверное кого-то ограбил и убил. Купил дворянство, не потомственное правда, земельки клочок и ходит теперь у себя, обустраивается подлюка...

  – А что стража? Почему не ловят и в каталажку?

  – Хитрый он просто милсдарь. Да и доказательств его разбоя нет. Как и свидетелей. Хотя когда пропал Седой с напарником, говорят что видели его с ножом Седого. Ходоки на него крепко обижены, порешить грозяться... Пару раз вроде бы пробовали втихую прирезать за городом. Так никто из них не вернулся, а эта гнида как видите целехонька. Набрал себе в охрану головорезов, из наемников поопытнее. Пробовали из лука подстрелить, так у него амулет защитный оказался! Отклонил стрелу, а наемнички бросились искать стрелка. Хорошо хоть ему скрыться удалось. Вот так то вот и живем. Но все равно его прирежут, как пить дать. Поэтому он здесь и перестал появляться. А стража дворянина просто так в каталажку не может кинуть, как бродягу какого-то. Раньше, когда был ещё простым разбойником, он хоть прятался в Грязном квартале, а сейчас может спокойно разгуливать.

  – Погоди – погоди, я чего-то не понял... Почему это стража его не может в застенки бросить?! Это же армейские тут?

  – Поговаривают – оглянувшись, Кирк понизил голос – что он вроде как большую услугу оказал Короне, вот и пришло указание сверху, его особо не трогать.

  – А что он тогда тут делает? Жить надоело что ли?

  – Вот этого уж не знаю, милсдарь, уж простите.

  Мда, вот дела. Этот Барк или храбрец каких свет не видывал, или у него инстинкт самосохранения напрочь отсутствует. Этож надо явиться в город, где у многих на тебя зуб. Если поймают – хана ему, не спасет ни амулет, ни охрана. Задавят числом. И вообще, что за услуга то? Спас короля от заговорщиков?! Бред. Где дворец, а где этот городишко. Ничего другого в голову не приходит. Вариант с какими-нибудь темными делишками не проходит, его бы тогда потом убрали. А что? Нож в спину, и бросят в где-нибудь в канаве. И всем в радость будет. Да и страже делать нехрен, как убийц искать – тут такое сплошь и рядом. Да и подозреваемых – весь город, пойди и поищи.

  Так, что у нас на очереди? Надо было бы насчет взятых с трупа мага-разбойника амулетов потолковать с кем-нибудь из волшебной братии. Но увы... Сталкиваться с ними мне сейчас не по пути, это факт. Все ближайшие маги сейчас служат в Крепости. А мне их внимание ни к чему. А это ещё что за... Твою же...

  Во дворе суетилось довольно много народу. Посредине – знакомая мне ободранная повозка каравана, где я ранее и ссадил ушастых. Первая мысль была – бежать. Но вспомнив о вещах в комнате, отогнал от себя эту навязчивую мысль. Плевать на золото и прочее, но 'родной' шлем комбеза мне нужен позарез. Хорошо хоть ушастых не видно, но наверняка он сидят где-то внутри. В голове начал щелкать и выстраивать планы и варианты незаметного проникновения, а то и возможного боя. Блин, как не крути в одиночку с такой оравой мне разобраться. Да и шуму будет, мама не горюй... Гранаты, пистолеты, почти бесполезный меч, тяжелая кольчуга в которой я сейчас парюсь, надетая поверх комбеза, ммм... чего ещё? Эээ, стоп. Чего это я? Уже намылился дать бой всем, как Рембо какой-то. И откуда у меня такие кровожадные мыслишки, вроде 'закинуть 'лимонки' в дверь, после взрывов внутрь, добить выживших, контроль и на второй этаж...'? Все-таки армия накладывает свой отпечаток на мышление человека. Армия... доспехи... Точно! Плюнув, прошу Кирка помочь надеть доспехи. Тот удивляется, но все же помогает. Предварительно, пока Кирк роется в мешке, незаметно вытаскиваю обе светошумовые и одну 'лимонку'. Блин, тактическую кобуру-у-у! Многое я бы сейчас дал за неё. Ложу их в кармашки плаща, нашитых вместе с эрзац-кобурой накануне. Выглядит неприглядно, да и ненадежно. Но что поделать, не успел я пока ничего больше. Ух, блин.... Еле в кирасу влезаю, как-никак кольчуга и комбез с кармашками, набитыми всякой всячиной ещё надеты. Расчет прост. В лицо меня караванщики не знают, они только голем и видели. Ушастые меня в лицо знают, но сквозь прорезь забрала хрен меня опознают. Главное языком не трепать, пока буду собирать вещи. А вдруг мой голос им знакомым покажется? Позову Манфреда через Арику, пускай сам топает вверх и принимает комнату. Внимание к себе я точно привлеку, как чудик, зато опознать меня уж точно никто не сможет. Смутное беспокойство вызывал этот армейский маг, как его там... Лакосте...нет, Лакост. Уж не знаю, на что он тогда обратил внимание, может на ауру? Так и не сказал на что конкретно. Или это просто праздное любопытство. Впрочем от праздного любопытства он не будет предлагать заработать 'много, очень много золота', поэтому будем склонятся к первому варианту. Значит моя аура не такая как у остальных. Поэтому ещё раз повторю для себя, от магов подальше держись! Надеюсь ушастые колдовать не умеют, а то плакала моя конспирация. Чтож, будем надеяться на лучшее, а готовится к худшему...