355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Энн Маккефри » Хроники Перна: Первое Падение » Текст книги (страница 10)
Хроники Перна: Первое Падение
  • Текст добавлен: 12 октября 2016, 06:27

Текст книги "Хроники Перна: Первое Падение"


Автор книги: Энн Маккефри



сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 19 страниц)

«Его и Шона, – тихо откликнулась ей Аларант'а. – Но сейчас он не думает о Каренат'е».

И действительно, Шон погрузился в свои мысли, задумчиво водя пальцем по темным пятнам на слайде, обозначавшим пещеры; потом накрыл рукой изображение озера. Он кивнул, допил последний глоток кла и поднялся из-за стола.

– Ты закончила, любовь моя? – спросил он Сорку, коротко кивнув Торен в знак извинения.

– Да, уже закончила.

– Держи эту диаграмму под рукой, Торен, хорошо? – прибавил Шон; потом взял под руку Госпожу Вейра и повел ее прочь из кухни.

Торен шумно, с облегчением вздохнула и, накрошив хлеба в свой суп, принялась за еду – скорее ради того, чтобы хоть чем-то заняться и снять нервное напряжение, чем из-за голода. Появление Шона Коннела отбило у нее всяческий аппетит. Похлебка была холодной, но она все же доела ее: во-первых, в Вейре не разбрасывались едой, а во-вторых, суп был вкусен даже остывшим.

– Она создала ситуацию, требующую немедленного разрешения, Шон, – сказала Сорка, когда они вошли в свои комнаты – пять соединенных друг с другом пещер, которые потребовалось лишь немного подправить, чтобы получилось удобное и уютное жилище. – Она не одна: это группа из сорока семи молодых людей, которые мечтают о том, чтобы занять кратер.

– Может быть, и больше, – отозвался Шон, вешая куртку на крюк у входа.

– Ты знал?..

Он пожал плечами и пригладил высохшие волосы:

– Это просто логический вывод. Такое рано или поздно должно было случиться. Возникла необходимость разделиться на группы, чтобы защищать обрабатываемые земли от Нитей. Рэд задал мне хорошую выволочку в последний раз, когда Нити упали на земли Руат-холда. – Он снова пожал плечами и, усевшись на кровать, вытянул правую ногу. Сорка стянула с его ноги сапог, потом механически сняла и левый. – Лучше бы Торен поговорила с твоим отцом и попросила его за них заступиться.

– Послушай, Шон… – начала было Сорка, намереваясь вступиться за Торен.

– Никаких «послушай, Шон», женщина, – отрезал он.

Сорка бросила быстрый взгляд на мужа и решила, что можно говорить без околичностей.

– Она права, безусловно, но я считаю, что она слишком молода, чтобы вот так вот… лезть вперед без спросу.

– В Торен Островской нет ни капли злобы, – твердо заявила Сорка.

– Милая, я вовсе не говорил, что есть, – ответил Шон и, пинком отбросив сапоги в сторону, притянул Сорку к себе. – Однако ясно, что теперь, когда лавина стронулась, нам нужно действовать быстро.

Он прижался щекой к ее спине между лопаток; ему всегда лучше удавалось выражать свои чувства жестами, чем словами, зато он знал сотни способов выразить свою любовь к жене.

– Ты уже решил, кто станет Предводителем нового Вейра? – спросила она, накрыв его руки своими и откинувшись назад, в его объятия.

– Вейров, – поправил он жену, еще раз нежно обняв ее прежде, чем осторожно поставить на ноги.

– Вейров?

– Да. Не один. – Поднявшись, Шон сбросил рубаху и направился в их личную купальню, кивком пригласив Сорку следовать за ним. – У нас более чем достаточно драконов для того, чтобы заселить три, может быть, даже четыре Вейра, тем более что на площадке Рождений сейчас три кладки и скорлупа яиц твердеет…

– Значит, то место, о котором мечтает Торен, Большой Остров, кратер в землях Телгар-холда и… где еще?

Он остановился в спальне, стянул штаны, потом толстые теплые носки и, скомкав их, забросил в бельевую корзину.

– У нас есть еще два варианта: один – на среднем восточном полуострове, другой – в Высоких Хребтах: там кратер окружен высокими пиками. Но даже для того, чтобы расширить пещеры и обустроить будущий Вейр на восточном берегу, нам понадобится заполучить в единоличное пользование все камнерезные машины, которые еще работают…

– А топлива достаточно?

– Фулмар Стоун переделал их так, что теперь они работают от аккумуляторов. – Шон улыбнулся Сорке и с наслаждением погрузился в горячую ванну, над которой поднималось облако пара. Неиссякаемый запас горячей воды, подогреваемой теплом вулкана, был роскошью, которая доставляла ему подлинное наслаждение. Лишняя вода вытекала по трубам, обогревающим Вейр. Глубоко под землей она проходила через систему фильтрации и, очищенная, возвращалась в резервуары, после чего снова проходила тот же цикл. По другим трубам, из цистерн, наполнявшихся горными родниками, текла питьевая вода.

– Но режущие поверхности изнашиваются…

– Верно, но Телгар пытается найти им замену. Неподалеку от Большого Острова есть большие залежи технических алмазов, из которых можно сделать сменные резцы и буры. Я переговорил со второй группой переселенцев с Йерне. Они получат еще один пещерный комплекс на восточном берегу и предоставят нам рабочую силу для того, чтобы мы обустроили новый Вейр.

– Ты сам все это продумал? Шон совершенно по-мальчишески ухмыльнулся ей:

– Черт побери, нет! Твой старик кивал, подмигивал и стоял у меня за спиной все время, пока я сражался с Лилиенкампом.

После того как прошлой зимой умер Пол Бенден, Джоэл Лилиенкамп на общем собрании был избран главой Форт-холда. В некоторых отношениях с ним было очень тяжело – особенно когда речь шла о поддержке дальнейшего расселения людей, к которым он относился как к возобновляемымресурсам, и о расходах невосстановимыхматериалов, еще имевшихся в запасе.

– Ты хочешь сказать, что не был на охоте вместе с остальными?

Он кивнул, потом тряхнул головой и принялся ожесточенно намыливаться.

– Не был. Каренат' вполне удовлетворился раненым быком, свалившимся в расселину: твой отец отдал его нам. Я просто не хотел вызывать лишние слухи, – он поморщился. – Их и так больше, чем нужно.

Сорке пришлось подождать со следующим вопросом, пока Шон не смыл мыльную пену с волос.

– Кто же станет Предводителями Вейров?

Шон загадочно улыбнулся, и Сорка поняла вдруг, почему он так легко согласился с идеей трех новых Вейров. По крайней мере, он избежит любых обвинений в кумовстве. Молодые люди, рожденные на Перне, особенно те, кто осиротел после Лихорадки, разразившейся восемь лет назад, торопились выдвигать подобные обвинения всякий раз, когда дети все еще живых родителей занимали более выгодные места, чем они сами. Михалл был уверен, что станет Предводителем Вейра, Сорка знала это, как знала и то, что Шон догадывается об ожиданиях сына, хотя Михалл никогда не давал повода; более того, он подчеркнуто тщательно выполнял обязанности командира крыла, помогая обучать тех, кто лишь недавно прошел Запечатление, и стараясь никогда не выделяться среди прочих, несмотря на родство с Шоном и Соркой, – кроме, разумеется, тех случаев, когда его Бриант' поднимался в брачный полет. «Именно из-за своего родства с нами», – как-то сказал Шон Сорке.

Если Бриант' догонит старшую королеву в брачном полете, Михалл достигнет цели, которую поставил себе еще тогда, когда стоял на горячем песке площадки Рождений: двенадцатилетний мальчишка, самый юный из тех, кому удавалось запечатлеть бронзового. Другие кандидаты тихо роптали по этому поводу, но ответ Шона был краток и решителен:

– Выбирает дракон. Михалл мог остаться и вовсе без дракона.

Молодой бронзовый всадник и его отец, Предводитель Вейра, перемолвились тогда парой слов наедине; но с тех пор Михалл ни разу не пользовался преимуществами своего родства. Молодые всадники его обычно избегали: слишком старательным он был, слишком часто делал больше, чем требовалось, словно пытался показать свое превосходство… Но он всего добивался сам.

Если Шон в детстве было замкнутым ребенком, Михалл был таким вдвойне. Он был первым ребенком Сорки – но она не могла похвастаться тем, что действительно знает или понимает его… И все же она его чувствовала.

Мальчик был без ума от драконов с тех самых пор, когда начал смутно понимать, чем занимаются его родители; хоть он и воспитывался у деда вместе с братьями и сестрами, но проводил в Вейре столько времени, сколько мог, добираясь туда пешком, если не находилось никого, кто мог бы его подвезти.

– У нас двадцать взрослых королев – не считая твоей, потому что никто, кроме Каренат'а, не летает с Фарант'ой, – Шон шутливо погрозил жене пальцем, заставив ее улыбнуться. – И три раненых…

– Порт'а может летать, – возразила Сорка, вступаясь за Тарри.

– Но она не может лететь достаточно долго.

– У Тарри достаточно опыта, чтобы справляться с проблемами Вейра, – твердо проговорила Сорка: она часто полагалась на помощь подруги во время беременности – или когда ее дети были больны и ей не удавалось заниматься делами Вейра в полном объеме.

– Верно, но я собирался основать новые Вейры, Предводители которых смогут сохранить свои группы во время Падения Нитей и продолжат то, что мы начали с таким трудом.

– И все-таки, как ты намерен определить этих новых Предводителей?

– Подумай сама, любовь моя, – ответил он и снова погрузился в воду с головой.

– Так вот оно что! – сказала Сорка, обращаясь к волнам на поверхности воды.

Три Вейра? Боже мой, подумала она с облегчением и некоторой долей страха. Если Шон и расстается с абсолютной властью – по крайней мере, стать его соперником будет не так легко… Молодые Предводители! Прекрасное решение. Любой из тех, кто сейчас является командиром крыла, может управлять Вейром: Шон прекрасно натаскал их, особенно по всем вопросам, касающимся безопасности и тактики. Даже помощники командиров могут стать хорошими Предводителями. Плохо, что синим не хватает выносливости, чтобы догнать королеву… С другой стороны, только двое синих всадников были помощниками командиров крыла, к тому же Сорка не могла представить на месте Предводителя ни Фрэнка Бонно, ни Ашок Кунга. Конечно, они славные ребята, но в роли подчиненных они гораздо лучше.

Однако это означает (тут она обнаружила, что крепко сжимает в пальцах полотенце), что Михалл скорее всего станет одним из новых Предводителей – одним из трех, так что отпадет обвинение в кумовстве. Кроме того, как уже неоднократно говорилось, нужно считаться с выбором королевы и ее всадницы. Сорка тихонько улыбнулась про себя. В Вейре не было ни одной девушки, которая не возгордилась бы тем, что ее королеву догнал Бриант', и любая была бы счастлива остаться с Михаллом как Госпожа его Вейра. Да, но захочет ли ее рыжеволосый красавец-сын, так же охотно спавший с девицами из холдов, как и со всадницами, остановиться на однойженщине?.. Предводители Вейра должны быть постоянными, иначе это приведет к беспорядкам в самом Вейре… Сейчас Шон еще как-то может влиять на поведение сына, но, когда тот станет Предводителем собственного Вейра… Что ж, подумала она решительно, мальчику все равно пора остепениться. В конце концов, она решила не надоедать Михаллу своими мудрыми советами: он уже не мальчик, а взрослый мужчина и должен понимать необходимость верности.

– Ну, что же ты там стоишь, женщина! – Голос Шона вернул Сорку к реальности; пробормотав извинение, она протянула мужу полотенце.

– Ты очень умный человек, – заметила она, а потом прибавила, чтобы он не слишком зазнавался: – Ты знал, что драконы сокращают имена всадников?

– Я иногда слышал что-то такое от Каренат'а, особенно когда Нити падали слишком густо, – ответил Шон, яростно растираясь полотенцем. – А что?

– Похоже, это прижилось, по крайней мере, среди молодых.

– Ну… ничего плохого не вижу!

– Авторитетные источники сообщили мне, что ни твое, ни мое имя не сокращают.

– Надеюсь, что нет!

К тому времени, как возвратилась охотничья партия, летавшая на юг, сытые драконы не любят уходить в Промежуток, Торен успела успокоиться и унять бешеный восторг по поводу того, что выбранное ею место станет ее Вейром. Она решила не упоминать о своем разговоре с Предводителем и Госпожой Вейра. Члены ее группы и без того были радостны и преисполнены надежд: парни решали, какой из Вейров станет их Вейром, Севиа и Ниа подсчитывали, сколько песка нужно доставить на площадки Рождений, чтобы обеспечить хороший прогрев яиц. Синглат'а тоже надеялась… но надежды ее носили какой-то тоскливый оттенок – по крайней мере, так сказала Ниасса. Торен решила, что остальные обитатели Вейра должны узнать новости от Шона – конечно, как только он захочет объявить о них официально. К счастью, ее команда скрывала свой энтузиазм, когда поблизости находились более консервативные всадники, а Аларант'а была себе на уме. Торен усмехнулась. Королева явно подражала своей всаднице; впрочем, зачастую бывало и наоборот…

Торен занялась подгонкой и проверкой снаряжения. В любой момент Шон мог устроить смотр: Падение Нитей ожидалось послезавтра. Следуя многолетней привычке, Торен дважды проверила баки огнемета и ремни крепления, защитное снаряжение и в особенности тяжелые перчатки, покрытые пластиком: нет ли на пальцах следов действия азотной кислоты. Со временем пластик изнашивался, и требовалось наносить новый слой. Материал перчаток был плотным, и руки Торен потели – но лучше смириться с таким неудобством, чем терпеть ожоги от кислоты. Она также проверила летные очки: иногда ветер относил облачко микроскопических капель азотной кислоты назад, и прозрачный пластик мутнел, ей же нужно было видеть все ясно.

Она почти закончила проверку амуниции, когда в ее комнату ворвался Ф'мар – Фулмар Стоун-младший, державший в руках летный шлем и перчатки.

– Эй, а вот и мы! Мы вернулись! – Ф'мар ухмылялся от уха до уха. – Слово чести, мы привезли неплохой запас бекона!

– Настоящего бекона? Разве Лонгвуд так рано начал забой свиней?

– Иногда, 'Рен, ты все воспринимаешь так буквально!

Она не сказала Сорке, как сокращают ее собственное имя, поскольку это прозвище придумали не драконы, а люди.

С некоторым раздражением, похлопывая по ноге перчатками, Ф'мар продолжал:

– Нет, строго говоря, мы привезли отбивные и мясо для тушения. Перед наступлением зимы в долинах выбраковывают скот. Или ты забыла, какое сейчас время года?

– Ну, это-то я помню, – спокойно ответила Торен.

Фулмар Стоун был на восемь лет старше ее; ему было всего пять, когда прошла Высадка, а бронзового потомка Фарант'ы и Каренат'а он запечатлел в девятнадцать. Обучение по специальности отца (машиностроение) он так и не закончил и только порадовался потрясению, которое испытал Фулмар Стоун-старший, когда его сын выбрал совершенно другую жизнь и работу. Теперь механик-недоучка занимался ремонтом механизмов в Вейре и поддерживал их в рабочем состоянии; впрочем, вся машинерия работала прекрасно и – по крайней мере, по уверениям Ф'мара, – лишь изредка нуждалась в смазке.

– Ты должна была поехать с нами. – Ф'мар, такой же высокий, как Торен, но много шире ее в плечах, придвинулся к девушке и дружелюбно усмехнулся. – Это гораздо веселее, чем карабкаться по утесам и заглядывать в разные дыры!

Торен улыбнулась в ответ:

– Но мне нравится взбираться на утесы и заглядывать в дыры, а Аларант'а охотилась вчера вместе с другими королевами. Лучше пойду помогу на кухне, если вы действительно привезли отбивные.

– Мне тоже придется присоединиться к тебе, – поморщившись, проговорил Ф'мар. Ему не нравились обязанности, которые всадникам приходилось исполнять внутри Вейра. – Строго говоря, Тарри послала меня за тобой.

– Ради бифштекса даже я не буду отлынивать, – ответила Торен. – Только дай мне сперва вымыть руки.

– Могу я тебе помочь? – с нежной улыбкой предложил Ф'мар.

Торен рассмеялась, ловко увернувшись от него, и отправилась мыться.

Ф'мар был весьма настойчив – если не сказать навязчив – по отношению к Торен. Он использовал любой шанс, пытаясь убедить девушку, что именно он и является для нее лучшим спутником и лучшим Предводителем Вейра, а его Таллит' – лучший бронзовый из тех, что могут сплести шеи с ее королевой. Ф'мар пользовался любой возможностью, чтобы заранее утвердить свое превосходство. К тому же он был командиром крыла, что, по его мнению, давало ему определенные преимущества.

Что же касается Торен, она ко всем относилась одинаково, и никто не знал, был ли у нее хоть какой-то интимный опыт. На самом деле никакого опыта у нее не было. Ей хотелось романтики: первый момент близости должен был стать для нее чем-то особенным… хотя других эти мечты, вероятно, удивили бы. Она хотела, чтобы мужчина действительно нравился ей. Может быть, она и была чересчур разборчива, но большинство «подходящих» мужчин она знала слишком хорошо, чтобы представить их в роли сексуальных партнеров, – кроме, возможно, Михалла, но только потому, что она совсем не знала его (зато была наслышана о его репутации). Она искусно избегала и прямых ответов, и слишком настойчивых ухаживаний. Иногда, чтобы подразнить своих поклонников, она называла имя какого-нибудь ученика или подмастерья из Телгар-холда, куда время от времени наведывалась, навещая родителей.

Строго говоря, больше всех ей нравился Ф'мар: у него была приятная внешность и хороший характер. Впрочем, ему она тоже не оказывала видимого предпочтения. Просто представить невозможно, чтобы он разделил с ней ее тесный вейр, где едва хватало места им с Аларант'ой. Может, подумала она, все дело в том, что у нее такой маленький вейр… Все знают, что она спит под боком у своей королевы; по крайней мере, так было теплее. Теплее, чем если бы рядом с ней был еще один человек. Кроме того, вряд ли в ее вейре поместится еще хоть кто-нибудь – и вряд ли в ближайшее время кто-нибудь увидит, что она покидает вейр другого всадника, или же застанет ее у кого-нибудь…

Когда они добрались до кухни, Тарри и Яшма Зулуэта приглядывали за разделкой привезенной туши. Было уже слишком поздно для того, чтобы жарить половинки туш целиком – как любили в Вейре, когда еды было много. Торен увидела, что они надолго обеспечены свежим мясом. Животные были крупными и мясистыми. Луга Лонгвуда, заросшие сочной густой травой, не раз поставляли Вейру отличную еду, когда у всадников заканчивались припасы.

Ужин действительно получился великолепным. Теперь, когда Форт поставлял в Вейр муку, сушеные бобы, овощи и молоко, всадники могли позволить себе разнообразить меню свежими фруктами и овощами, а также дичью, для чего и летали через Промежуток на Южный континент. Медленно, но верно обязанности по снабжению Вейра продовольствием переходили к холдам; так что зачастую всадники ели лучше, чем сами холдеры. Это да еще почет и слава, окружавшие всадников, – вот что заставляло многих молодых людей пытать счастья на площадке Рождений, даже если родители готовили для них совершенно другую судьбу. В прежние времена – еще совсем недавно – Шону и Сорке приходилось требовать, чтобы из холдов присылали юношей и девушек, особенно тех, кто постарше и мог подняться в воздух для сражения с Нитями, как только их драконы становились достаточно взрослыми. Однако постепенно для холдеров стало престижным отдать сына или дочь во всадники. А вот в первые шесть лет, несмотря на то, что уровень рождаемости в Форт-холде был достаточно высок, кандидатов, приходивших на площадку Рождений, чтобы пройти Запечатление, можно было по пальцам пересчитать. Наконец-то Вейр добился, чтобы кандидатов, в том числе и не достигших совершеннолетия мальчиков и девочек, было достаточно, чтобы новорожденным драконам было из кого выбирать…

Скорлупа яиц, покоившихся в горячем песке площадки Рождений, затвердела, и время Рождения неуклонно приближалось, поэтому кандидаты временно жили в Вейре. Именно они, как заметила Торен, чаще всего подходили за второй и третьей порцией мяса. Она не могла их винить: слишком хорошо помнила, как у нее самой подводило живот от голода, пока она жила дома. А дней, когда всадникам не хватало еды, было не так уж и много.

Если кому-то удавалось найти в песках Южного кладку яиц файров, всадник мог обменять яйца на все, что угодно. У нынешнего северного обиталища людей был один недостаток: становилось все меньше этих очаровательных грациозных существ, искавших общества людей. Судя по всему, им не нравился здешний, более холодный климат. Раньше вместе с драконами атаки Нитей встречали сотни файров; теперь их число сократилось до двух-трех пар.

Вот почему жители острова Йерне продержались так долго, медля перебираться на север: пляжи Лонгвуда, Локахетси, Уппсалы и Оркнея служили файрам приютом, так что у каждого мужчины женщины и ребенка были дюжины маленьких помощников, защищавших их во время Падения. Что ж, по крайней мере, то место, которое предложили занять жителям Лонгвуда и Оркнея, было теплее, чем двойной кратер: файры дольше задержатся подле своих друзей.

Когда Торен закончила работу на кухне и смогла, наконец, присоединиться к своим друзьям, они больше говорили о превосходной еде, чем о дневных событиях. Торен не упомянула о встрече с Шоном, хотя и заметила, что время от времени Предводитель Вейра искоса поглядывает на нее. В конце концов, не выдержав, она обратилась к Аларант'е – сосредоточившись, чтобы ее не услышали другие драконы. Впрочем, это была напрасная предосторожность: Каренат' уже дремал.

«Он ничего у него не спрашивал весь вечер», – откликнулась Аларант'а; ей тоже хотелось спать.

«Может, потому что он помнит, что я могу слышать всех драконов…»

«Нет. Шон спрашивал мнение Каренат'а о некоторых кандидатах. Хорошо, если всадник Дагмат'а подружится с кем-то, кто разделяет его пристрастия».

Торен задумалась. Синий всадник предпочитал юношей девушкам. А Шон предпочитал, чтобы как можно меньше подвижных и быстрых зеленых драконов пропускали сражения из-за того, что их всадницы беременели.

«Есть какие-то перспективы?» – спросила Торен.

«Трое».

Торен усмехнулась. Да, пожалуй, Предводитель Вейра может быть доволен.

– Кому предназначена эта усмешка? – спросил Ф'мар. Он сидел рядом с Торен и сейчас прислонился к ее плечу, так что она ощутила тяжесть его тела.

– Я знаю, а ты угадай, – нараспев ответила она.

– Не хочешь раскрывать своих секретов, да? – В голосе Ф'мара прозвучали нотки раздражения. – Ты сегодня была в кратерах, верно?

– Да, но это уже столько раз обсуждалось, что нет смысла говорить что-то еще, – ответила девушка. – Но там действительно был бы прекрасный Вейр…

Она вздохнула.

– Я думаю, – зашептал Ф'мар ей на ухо, причем дыхание его стало тяжелым и заметно участилось, – что Шон собирается что-то сделать, чтобы создать новый Вейр.

– Да? – Торен отстранилась и посмотрела на молодого человека с удивлением, выглядевшим вполне искренне.

Ф'мар снова наклонился к ней:

– Шон вовсе не охотился сегодня, когда его не было в Вейре.

– Не охотился?.. – Торен использовала показное удивление как предлог для того, чтобы увеличить расстояние между собой и Ф'маром.

– Я думаю, – шепотом, так, что его могла услышать только Торен, проговорил Ф'мар, – что он ведет какие-то переговоры на Йерне с кланами Ленгсам и Мерсер.

– О, это значит, что они не станут претендовать на то место, которое нашли мы? – Он кивнул.

– Возможно, ты и прав, – проговорила девушка, постаравшись, чтобы в ее голосе прозвучала надежда. – Прекрасно! Вот и музыка! Чудесное завершение этой трапезы!

И она ускользнула от Ф'мара, по дороге вытаскивая из заднего кармана маленькую дудочку, чтобы присоединиться к остальным музыкантам.

Торен всегда рано просыпалась в день Падения, даже если само Падение ожидалось не раньше полудня, как сегодня. Нити должны были выпасть над Фортом и частью Болла.

Вчера по всему Вейру ходили слухи. Драконы в этом отношении оказались не лучше людей – они повторяли рассказы своих всадников, добавляя к ним собственные выводы, сделанные из случайных замечаний Шона и Сорки, а иногда и кого-то из бронзовых, которые летали на юг и теперь рассуждали о предполагаемых встречах Предводителя Вейра с холдерами Лонгвуда и Оркнея. Торен слушала все эти рассказы и размышляла, не стоит ли ей рассказать о некоторых теориях Предводителю и Госпоже Вейра. Потом, подумав, все-таки решила, что не стоит. Сама по себе возможность создания нового Вейра поднимала дух всадников перед сражением с Нитями, так что слухи играли скорее положительную роль.

Как всегда, Шон послал всадников на разведку – наблюдать за передним краем Нитей, чтобы рассчитать, как будет выглядеть сегодняшняя атака. Начаться все должно было примерно посреди Большого Залива; затем Нити двинутся к гавани: здесь ими займутся дельфины, которые наверняка соберутся в Заливе, чтобы поесть, а заодно оказать людям посильную помощь. Затем Падение продолжится на юго-западе, над землями Форта и Болла и по другую сторону горного хребта. За последний год, по просьбе Пьера де Курси, Вейр распространил свою защиту и на эти земли: население Болла расселялось широко, создавая небольшие холды под управлением центрального, собственно Холда Болл.

Торен завтракала всегда, при любых обстоятельствах – однако, как и многие другие всадники, пропустила обед, удовлетворившись кружкой кла. Затем она переоделась и попросила Аларант'у спуститься, чтобы проверить снаряжение королевы. Начали собираться и другие золотые; к ним присоединились семь зеленых, чья беременность не позволяла уходить в Промежуток, а потому им приходилось сражаться в Королевском крыле. Еще девять зеленых всадниц не смогут сегодня подняться в воздух: их драконы либо слишком недавно отложили яйца, либо оправлялись от ран. Командиры крыльев полагали, что лучше пустое место в строю, чем дракон, в силах которого они не уверены. Торен внимательно выслушала Сорку, дававшую указания зеленым всадницам и назначавшую им места в строю Королевского крыла. Большинство всадниц были вполне взрослыми и имели опыт сражений, среди них был только один новичок – Эми Мотт, беременная от Поля Логоридеса в результате первого брачного полета своей зеленой.

Почти с облегчением Торен услышала рык Каренат'а; она подняла голову и увидела драконов, собравшихся на краю кратера в ожидании сигнала жевать огненный камень. Торен взобралась на спину Аларант'ы, приняла от помощников тяжелые емкости с горючей жидкостью и помогла навьючить их на бока своей королевы, затем закрепила ствол огнемета и удостоверилась, что крепления прочны. Поблагодарив помощников, она посмотрела вверх, ожидая сигнала, который Шон должен был подать Сорке и Фарант'е, командовавшим Королевским крылом.

«Следуй за мной», – сказал Каренат', обращаясь к Фарант'е. Его голос ясно и четко прозвучал в мозгу Торен, но она не двинулась с места. Она всегда выжидала сигнала Сорки – всегда, со времен своего первого полета в Королевском крыле, когда ее Аларант'а опередила Фарант'у. Этот день она вспоминала со стыдом, чувствуя, что провинилась перед Предводителем и Госпожой Вейра; тогда же она впервые осознала, что способна слышать других драконов. Она призналась в этом Шону и Сорке и дала обещание не злоупотреблять этим редким даром и никому о нем не рассказывать.

Фарант'а мощным прыжком оторвалась от земли, и Торен, которая должна была лететь справа от Фарант'ы, послала Аларант'у в полет.

Каждый раз перед схваткой с Нитями Торен ощущала восторг и необыкновенный подъем, когда крылья ее королевы начинали рассекать воздух. С третьим ударом крыльев золотые и зеленые поднялись над скальными стенами Вейра, заняв свое место ниже всех прочих групп.

Торен уточнила пункт назначения у Каренат'а и Фарант'ы, на мгновение ощутила ужасающий пронизывающий холод Промежутка, ледяную пустоту, сквозь которую драконы, используя телепортацию, попадали из одного места в другое, и вынырнула над морем как раз в тот момент, когда оно только начало темнеть от приближающейся завесы Нитей. Она находилась на высоте примерно в тысячу футов, достаточно близко для того, чтобы заметить, как бурлит вода там, где собрались, казалось, все рыбы Перна в ожидании грядущего пиршества.

В вышине, примерно на восьми тысячах футов, насколько могла судить Торен, крылатые защитники Перна ждали, когда передний край Нитей подойдет ближе к гавани. Нет смысла расходовать огонь драконов на те Нити, которые все равно утонут в море.

Затем ближайшие к фронту атаки крылья вступили в бой. Вспыхнуло оранжево-красное пламя, и почерневшие Нити дождем посыпались вниз. Сегодня Падение на редкость обильно, отметила Торен, проверяя готовность огнемета.

Она прислушалась к драконам, которые уже вступили в бой, и невольно задумалась: спрашивала ли Сорка свою Фарант'у о прозвищах, которые драконы дают всадникам.

«Да», – с готовностью ответила Аларант'а своей всаднице, несколько запутавшейся в разговорах драконов и их всадников: «Смотри влево, Ф'мар!» – «Нити идут к тебе под углом, Б'реф!» – «Большой комок падает прямо на тебя, Д'вид». – «Фирт', смотри вправо!»

Последнее было обращено к дракону Ши Лао; говорил дракон самого Предводителя Вейра.

Торен хихикнула. С этакимименем трудновато что-либо сократить!

«С'лао, – услужливо подсказала Аларант'а. – Они прорвались вниз. Правей!»

Сорка и Фарант'а уже начали разворот; Торен и Аларант'а последовали их примеру. По привычке Торен вполуха слушала переговоры драконов и всадников, в то время как Королевское крыло начало действовать. Обычно от верхних крыльев ускользали лишь отдельные Нити, на которые жалко было тратить огонь. Фарант'а приказала нескольким шустрым зеленым всадницам рассеяться и заняться Нитями, которые падали по краям; затем приказала Аларант'е проследить за ними.

Иногда у Торен ломило шею – в особенности в те моменты, когда ее королева пикировала вниз. Аларант'а временами поднималась, чтобы всадница могла немного сбросить напряжение, но такие маневры были для нее не слишком легкими.

Внезапно один из драконов вскрикнул; Аларант'а немедленно подсказала, кто это был – Сивит', синий дракон П’тера.

«Ранено крыло, – сказала Аларант'а. – Мы летим».

«Мы помогаем», – откликнулась Элиат'а, королева Улоа. Обе королевы ушли в Промежуток и мгновенно оказались рядом с падающим синим. Правое крыло Сивит'а было разорвано; он не мог держаться в воздухе. Все, что ему удавалось, – это спускаться вниз по спирали.

Рядом возникли две зеленые; длинные языки пламени расчистили путь двум королевам, спешившим на выручку синему.

За последние два года Аларант'а и Элиат'а проделывали подобный маневр так часто, что отработали его почти до автоматизма. Торен распростерлась на шее своей королевы; Аларант'а, которая была больше и сильнее, поднырнула под падающего синего, приняв его тело на спину. Торен ощутила тяжелое дыхание Сивит'а, резкий запах огненного камня. Оставалось только надеяться, что он не спалит ей очередную летную куртку. Элиат'а зависла над ними, готовая передними лапами подхватить Сивит'а у основания крыльев, если тот соскользнет.

«Удачно поймали», – сказал Каренат', обращаясь к Аларант'е.

Сивит' тихонько посвистывал, стараясь заглушить боль в обоженном крыле.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю