Текст книги "Звезда без любви не рождается"

Автор книги: Эммануил Тафель

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

Глава шестая. Германия

Самолёт компании «Germanwings» вылетел из Внуково с задержкой на пятнадцать минут. Позади осталась предполётная суета, проверка документов и багажа, погрузка аппаратуры, кассет и аккумуляторов. Меньшов порядком устал, перетаскивая кофры с аппаратурой и решил в полёте отдохнуть, а заодно и перекусить. Он был неприятно удивлён, узнав, что в самолёте завтраки платные и надо раскошелиться минимум на пять евро, чтобы съесть невзрачный бутерброд и выпить маленький стаканчик кофе.

«Что это за авиакомпания, которая не может бесплатно накормить пассажиров? – с неприязнью подумал он. – Сами же свой имидж подрывают, как будто разорятся они на этих бутербродах».

Самолёт приземлился в аэропорту Дюссельдорфа в одиннадцать часов утра. Город встретил их мелким, накрапывающим дождём и Игорь пожалел, что не взял с собой зонт. Как только они сняли с ленты транспортёра свои чемоданы и кофры с аппаратурой, Твердых и Светлаков направились к стойке таможни. За ними потянулись и остальные члены группы. Здесь уже выстроилась небольшая очередь. Подойдя к окошку, Меньшов протянул свой заграничный паспорт. Документы были в порядке, виза открыта прямо перед поездкой, так что он не особенно волновался. Средних лет таможенник, в форме, но без головного убора, мельком взглянул на него, затем посмотрел в паспорт и на экран монитора. Аккуратно поставив печать, он улыбнулся и чётко сказал:

– Herzlich Willkommen!

– Спасибо, – поняв по интонации, пробормотал Меньшов и пошёл вместе со всеми в зал прилёта.

Перед ними открылась дверь, они выкатили тележки с багажом и сразу же увидели встречавшего их человека. Средних лет мужчина в модной куртке и джинсах стоял с табличкой в руке, на которой было написано: «Творческий союз».

Первым к нему подошёл Светлаков и уверенно заговорил.

– Вы нас встречаете? Мы из союза молодёжи!

– Здравствуйте, – поздоровался мужчина. – Приветствую вас в Германии.

Меня зовут Александр и я буду вашим сопровождающим. У кого список группы?

– У меня, – Светлаков протянул папку с документами.

– Здесь перечислены одиннадцать человек, а у меня по списку десять.

– Для господина Твердых заказан отдельный номер в гостинице, – как-то неуверенно сказал Светлаков. – Он просто летел с нами вместе.

– Понятно, – не вдаваясь в подробности проговорил Александр. – Дамы и господа прошу следовать за мной. Сейчас мы пройдём к автобусу, на котором поедем в Кёльн.

Группа дружно потянулась за сопровождающим. Когда был погружен багаж и все расселись по своим местам, Александр взял микрофон.

– Я приветствую вас на земле Nordrhein-Westfalen.

– Разве мы не в Германии? – удивилась Анненкова.

– Нет, мы конечно же в Германии, а Северный Рейн-Вестфалия это название одной из земель Федеративной Республики, а точнее сказать, большой области со своим правительством и столицей в городе Дюссельдорфе. Сейчас мы поедем в Кёльн, где у нас заказаны места в гостинице.

Автобус тронулся, не торопясь проехал ограждения парковки и, набирая скорость, выехал на автобан. Дождь прекратился, из-за туч выглянуло солнце, а мимо окон замелькали рощицы хвойных деревьев, большие поля, покрытые зеленью и огороженные лужайки со стадами коров.

– Расстояние от Кёльна до Дюссельдорфа примерно шестьдесят километров, – деловито сказал в микрофон Александр, – и хотя Дюссельдорф называют столицей нашей земли, но всё же Кёльн пользуется большей популярностью. Он известен не только своим древним собором, но является также крупным экономическим и культурным центром Германии, где располагаются кино и телестудии, университет, несколько институтов и автомобильный завод «Форд», выпускающий надёжные и недорогие машины.

– Может быть нам подарят одну из этих машин? – попытался сострить один из парней.

– Нет, с подарками у нас напряжёнка, но должен заметить, что работники «Форда» имеют право покупать автомобили со скидкой. Это кстати привлекает на завод молодых рабочих. Минут через сорок они подъехали к небольшому отелю, который располагался в центре города на Рудольфплатц. Никто им подобострастно не открывал двери, никто не перетаскивал багаж, всё это они делали сами, но за стойкой рецепции, отделанной под старинное дерево, им приветливо улыбалась молодая женщина.

Александр подошёл к ней, поздоровался и предъявил ваучеры на десять человек. Номера были зарезервированы, чисто убраны и подготовлены к приёму гостей. Господин Твердых, как и ожидалось, получил отдельный номер, но на том же этаже, что и остальные члены группы. Перед тем, как все разбрелись по своим номерам, сопровождающий сказал:

– Дамы и господа! Сегодня вы можете отдохнуть после дороги, пообедать в ресторане на первом этаже, а гулять я вам рекомендую вблизи отеля, чтобы не заблудиться.

– Да что мы маленькие, что ли? – загудела молодёжь.

– А завтра, – не обращая внимания на шум, продолжил Александр, – вы все после завтрака выйдете из отеля, сядете в автобус и мы поедем осматривать Кёльн. Чтобы разнообразить экскурсию, обедать мы будем в китайском ресторане. Желаю вам всего доброго и до свидания.

Игорь так устал от перелёта и перетаскивания багажа, что как только оказался в номере, тут же разделся и направился в душ. Затем тщательно растёрся махровым полотенцем, прилёг на постель и мгновенно уснул. Разбудил его звонок мобильного телефона. Звонил отец.

– Как долетел, сын?

– Всё в порядке, папуль. Нас встретили и уже разместили в гостинице. Так что мама может не беспокоиться.

Обменявшись последними новостями, они распрощались. На часах, по местному времени уже было четыре часа и Меньшов, одевшись, решил спуститься в ресторан. Здесь был накрыт, так называемый «Шведский стол». На столах раздачи были выставлены салаты и закуски, которые можно было выбирать на собственный вкус. Только напитки и вино надо было заказывать отдельно.

С удовольствием пообедав, Игорь поднялся к себе на этаж и тут его перехватил Светлаков.

– Значит так, Меньшов, завтра начинается не только экскурсия, но и официальная часть визита, так что будь готов к съёмке.

– Всегда готов! – по инерции ответил Игорь.

– Я не шучу! Мне бы хотелось, чтобы ты не только видеофильм снял, но заодно нащёлкал бы фотографий. Мы дома стенд отгрохаем и фотки в журнал тиснем. Справишься?

– Я попытаюсь, вот только надо подготовить аппаратуру, – Меньшов старался говорить убедительно. – Мне бы ещё помощника для переноски штатива и вообще никаких проблем бы не было.

– Помощника я тебе выделю, не волнуйся! – и Светлаков бодро зашагал прочь.

Вечером Игорь включил телевизор, пощёлкал пультом с канала на канал, но так и не разобравшись в немецких программах, незаметно уснул. Утром на завтрак были поданы бутерброды, белые булочки с мармеладом и кофе. Быстро поев, вся группа высыпала на улицу, а Меньшов вынес из номера кофр с камерой и закрыл дверь. За штативом он собирался зайти попозже.

– Доброе утро! – бойко поздоровалась Светлана Анненкова.

– Привет! – хмуро ответил Игорь, собираясь тащить тяжелый кофр.

– А меня прислали тебе помочь.

– Кто, Светлаков?

– Да, он сказал, что со штативом я как-нибудь справлюсь.

– Хорошо. Вот тебе штатив, я беру камеру и мы идём к автобусу. День был замечательный, светило солнце и дул прохладный ветерок. Автобус ещё не подъехал и молодые люди стали обмениваться впечатлениями.

– Вышел я вчера из гостиницы в десять часов вечера, – бодро рассказывал Савелий Комаровский, – и не поверил своим глазам. На улице никого не было. Я повернул на другую улицу и там тоже никого. Ну думаю, что-то случилось. А потом оказалось, что немцы уже просто спят.

– Да, ты прав, – подтвердил Михаил Твердых. – Рабочий день у них начинается в восемь часов утра и поэтому спать они ложатся рано.

– А вот полицейская машина подъехала ко мне уже через десять минут и поэтому я сразу же вернулся в гостиницу.

Оживлённый разговор прервал подошедший автобус. На переднем сидении, рядом с водителем сидел экскурсовод Александр.

– Доброе утро, – поздоровался он. – Надеюсь, вы уже позавтракали?

– Да, спасибо, всё было очень вкусно.

– Друзья, мы сейчас проедем по окрестностям Кёльна и осмотрим его зелёную зону, а уж затем пойдём на экскурсию в Кёльнский Собор.

Все быстро сели в автобус, Меньшов распаковал камеру, приготовившись снимать, и автобус тронулся. Сперва они приехали в Хорвайлер, полюбовались на высотные дома, большой зелёный парк и замечательное озеро, затем съездили в Хюрт, маленький городок, с такими игрушечными домами и чистыми улицами, что не верилось будто здесь живут люди. После небольшой паузы они поехали в Розрат, а затем в Бенсберг, знаменитый не только живущими здесь миллионерами, но и прекрасным, ухоженным как парк, лесом. Александр тем временем рассказывал:

– Укрепления древних кельтов появились здесь более пяти тысяч лет назад, а постоянные поселения возникли ещё до нашей эры. В пятнадцатом году от рождества Христова родилась основательница Кёльна Агриппина. Она была дочерью римского полководца Германика, а потом стала женой римского императора Клавдия. В этом браке родился впоследствии известный римский император Нерон. Со дня основания город назывался Колония Агриппины, сокращённо Колония, а на местном просторечии Кёльн.

– Это что же получается? – врубился в разговор неугомонный Комаровский – Тут не немцы правили, а римляне?

– Да, – подтвердил Александр. – К середине пятнадцатого столетия Кёльн являлся крупнейшим городом немецких территорий Священной Римской империи. Но знаменит он стал прежде всего своим готическим собором, который признан шедевром архитектуры и назван одним из чудес света.

Автобус тем временем въехал в город, неторопливо проезжая по узким улицам, останавливаясь на светофорах и пропуская гремящие на рельсах трамваи.

Небольшие трёхэтажные дома сменялись высотными зданиями, а новая площадь Медиа-Центра поражала своим разнообразием. Здесь располагались теле и радиостудии, здания бюро и офисов. В центре площади сверкало на солнце озеро, а вокруг него раскинулись столики ресторанов.

– Здесь мы можем пообедать, – предложил Александр, выходя из автобуса.

Меньшов, который беспрерывно снимал на видео, наконец-то сделал паузу, уложил камеру в кофр и начал фотографировать детей, которые катались в лодках по озеру. – А меня снять можешь? – спросила Светлана Анненккова и так мило улыбнулась, что отказать ей было невозможно.

– Поставь штатив на землю и стань на фоне этого здания, скомандовал Игорь, поднимая аппарат.

– А кто красивее, я или здание? – непосредственно спросила Светлана.

– Ну если тебя раздеть, то конечно ты! – подтвердил Меньшов.

– Дурак, – обиделась девушка, но всё-таки продолжала позировать и фотографии получились замечательные.

Тем временем группа отправилась обедать. Александр привёл их в небольшой китайский ресторан, где можно было недорого, но вкусно поесть. По сравнению с кухней гостиницы, здесь выбор блюд был намного богаче. При этом, заплатив семь евро, можно было неоднократно наполнять тарелки едой. Отведав запечённый рис с уткой и выпив зелёного чаю с мёдом, сытые и довольные, они направились к Кёльнскому собору.

– Мы встретимся у «Дома». Это традиционная фраза для Кёльна. Местные жители любовно называет Кёльнский собор «Домом», – пояснял Александр, оживлённо жестикулируя. – Католический собор Пресвятой Богородицы и Святого Петра строился в течении 632 лет в два этапа. Первый период с 1248 по 1437 год и второй с 1842 года по 1880. Высота двуглавого собора 157 метров.

Основным религиозным сокровищем Кёльнского собора являются святые мощи трёх королей, в православной религии Волхвов. Они хранятся в золотом саркофаге.

Оживлённый рассказ экскурсовода прервал нетерпеливый возглас Комаровского:

– А посмотреть на него можно?

– Конечно, мы обязательно войдём в собор и у вас будет возможность детально ознакомиться с его скульптурами, мозаиками и витражами. Надо заметить, что жители Кёльна боготворят свой «Дом». Дело в том, что во время второй мировой войны ударами союзной авиации девяносто процентов зданий Кёльна были разрушены. Три тяжёлые бомбы попали в собор, но он выстоял без особых повреждений.

Меньшов с камерой в руках ходил вокруг Собора и снимал всё самое интересное. Тут были и художники, рисовавшие на асфальте, и стайка японцев с аппаратами в руках, и делегация африканцев в цветных одеждах. Но самое большое впечатление производил сам Собор. При выходе на соборную площадь сразу же открывалась его громада. Собор возвышался над толпой, подавлял своей высотой и необъятностью. За Меньшовым, как тень следовала Анненкова, неся на плечах раздвижной штатив. Игорь во время съёмки был довольно резок и торопил девушку.

– Ставь штатив сюда! Спасибо! Не мешай! Свободна! – реплики сыпались без передышки, так как Меньшов снимал не жалея плёнки.

Но при попытке войти внутрь Собора возникла маленькая неувязка: оказалось, что для съёмки внутри Кёльнского Собора требовалось особое разрешение церковных властей, которого, к сожалению, у молодёжной делегации не было. Поэтому Игорь спрятал видеокамеру в кофр и вместе со штативом оставил у входа. Теперь он мог снимать только фотоаппаратом. Освободившись от тяжёлой ноши, Светлана от него не отставала.

– Смотри, какая красивая скульптура, – она нетерпеливо дёргала его за рукав, – а эта картина просто потрясает и на фреске классно бликуют солнечные лучи. – Или ты дашь мне спокойно работать, или я отправлю тебя к нашим пенсионерам! – сердился Меньшов, но в душе его радовала непосредственность девушки.

Они уже посмотрели все достопримечательности и собрались уходить, как вдруг их неожиданно окликнул пожилой господин:

– Entschuldigen Sie bitte, wo kann ich die Kerzen kaufen?

Светлана, после секундного замешательства, бодро ответила:

– Rechts vom Eingang, bitte, – и показала рукой в сторону входа.

Господин неуверенно повернулся, а затем, как бы извиняясь, сказал:

– Meine Frau ist tot, leider ich bin allein geblieben.

– Es tut mir leid, – проникновенно сказала Анненкова.

Немец направился к выходу, приподняв напрощанье тирольскую шляпу.

– Alles Gute!

– Danke und Tschüß! – улыбнулась Светлана, но заметив удивлённый взгляд Меньшова, пояснила:

– Понимаешь. у человека несчастье, у него умерла жена и он остался один.

Вот захотел купить свечи и зажечь их в Храме.

– Но как это всё ловко у тебя на немецком получается, ты что язык где-то учила?

– Да, спецшкола, а затем иняз в Москве.

– Так ты у нас элитная девушка!

– Вероятней всего да, но не все это понимают, – и она с усмешкой взглянула на Игоря.

Они вышли из Собора и сразу же увидели здание вокзала. Совсем недалеко громыхал на рельсах проходящий поезд. Светлаков, начальственно покрикивая, стал собирать свою группу. Рядом, как всегда, присутствовал Твердых, обводя всех внимательным взглядом.

– Ну что, все собрались? – Экскурсовод готов был двигаться дальше.

– Подождите, Александр, у нас кажется кого-то не хватает, – неуверенно пробормотал Светлаков.

– Где Комаровский? – громко спросил представитель службы безопасности, но никто, к сожалению, не смог ответить на его вопрос.

***

Занятия в институте отнимали много времени, но Татьяна, всё-таки, ухитрялась встречаться с подругами и, хотя Андрей ворчал, что она на них тратит времени больше чем на семью, она всегда поддерживала «девичник». Так девушки называли свой женский коллектив. С Викторией Жаботинской она была особенно близка, вероятно потому, что они были совершенно разные. Если Татьяна смело оголяла свои стройные ноги, надев мини-юбку, то пышные формы Виктории не могла скрыть даже одежда в виде балахона.

– Привет! Ну как ты? – поцеловав подругу в щёку, спросила Таня.

– Да как тебе сказать? – озорно сверкнула глазами Вика.

– Ну говори же, не томи!

– Девушка оказалась немножко беременной.

– Неужто это случилось с тобой? – Таня заинтересованно оглядела полную фигуру подруги.

– Конечно со мной, с кем же ещё?

– Это всё твои приключения с красавцем Стояновым! – возмутилась Татьяна.

– Ты же сама говорила, что он женат и тебе ничего не светит.

Вика слегка покраснела, но глаза смотрели дерзко и улыбка не сходила с лица.

– Был женат, да развёлся. Эта стерва его чуть до психушки не довела, а когда узнала, что он со мной встречается, то с ножом на него бросилась. Вот он ко мне и переехал.

– И как тебе семейная жизнь?

– У меня почти ничего не изменилось, а вот Семён прямо на глазах оживать стал. Я как блинчики со сметаной приготовлю, так его просто не оторвать. Или борщ украинский сварганю, так он прямо из института домой летит. Соскучился мужик по нормальной еде и здоровому сексу.

Вика откровенно улыбнулась. Она вся светилась не только женской красотой, но какой-то внутренней свободой. – Я тебя поздравляю, подруга. Такого красавца захомутала, вероятно все девчонки завидуют.

– Знаешь, Танюшка, мы стараемся наши отношения пока не афишировать.

– Отчего так?

– Пока он официально разведётся, пройдёт немало времени, так что рано ещё в колокола бить. А как у тебя? – попыталась поменять тему Вика.

– У меня, слава богу, всё без изменений. Андрей уже на четвёртом курсе и почти каждый день оперирует. Говорит, что даже нет времени ходить на лекции.

– Он у тебя станет известным хирургом.

– Я тоже на это надеюсь, но ему ещё надо закончить институт и хотя он уже получил приглашение на практику за границей, пока не защитит диплом, разрешения на поездку ему не дадут.

– А ты собралась вместе с ним? – в глазах Виктории читался неподдельный интерес.

– Не забывай, что я тоже учусь в институте и у нас совершенно разные профили. Андрей всё режет и зашивает, а меня упорно тянет в натуропатию. Я считаю, что лучше лечить консервативно и без побочных явлений.

– Это ты про иглотерапию и лечебное голодание?

– И про это тоже, но существуют ещё много других натуральных методов, основное назначение которых – предупреждение болезней.

– Таня, ты прямо как маленькая! – рассердилась Вика. – Люди кругом жрут и пьют как свиньи, а ты собираешься здоровый образ жизни пропагандировать.

– Но тех, кто хотят жить и оставаться здоровыми, эта тема обязательно коснётся.

Девушки ещё долго беседовали, а затем, прихватив подруг, переместились в кафе. Здесь они заказали кофе, фирменный торт и немного коньяка для расслабления. За столом слышался непринуждённый смех и молодые люди, сидевшие в кафе, стали с интересом посматривать на девичью компанию. В разгар вечера в сумке у Татьяны задребезжал мобильный телефон. Звонил Андрей, его фотография высветилась на дисплее, и девушка сразу же откликнулась.

– Привет!

– Как у тебя дела, подруга?

– Всё хорошо, Андрюшка! Я с девчонками пирую в кафе, а ты где, уже дома?

– Нет, я звоню из клиники. Сегодня ещё одна операция и меня пригласили ассистировать. Так что я немного задержусь.

– Не забудь поесть что-нибудь, а то опять от голода шататься будешь.

– Я уже выпил кофе и поэтому полон сил.

– Болтун!

– Целую тебя. До встречи! Вика с интересом посмотрела на неё.

– Это звонил Андрей?

– Да, он опять задерживается в клинике.

– И ты ему веришь?

– Конечно! Вне всякого сомнения! Я уже через столько прошла, что в отношениях с мужчинами совершенно прагматична. Если он со мной, то хорошо, а если начнёт изменять, то я отошью его сразу.

– Ну ты крутая!

– Да уж, дальше некуда!

Вечер прошёл замечательно. Девушки вышли из кафе, прошли до стоянки такси и там простились. Вика укатила к себе в спальный район, а Татьяна вернулась на платную стоянку, села в свою маленькую, но удобную «Фиесту» и неторопливо поехала домой. Папа, Владимир Петрович, недавно расщедрился и купил любимой дочери машину, но так как опыт вождения у Тани был небольшой, ездить она старалась осторожно.

По дороге она заскочила в магазин, купила самые необходимые продукты и, как прилежная жена, стала готовить ужин. Уже пробило девять часов, отзвучала программа «Время», а Андрея всё не было. Звонить ему на мобильник она не решалась, так как если он оперирует, то всё равно не ответит. Потом позвонила мама и они добрых сорок минут обсуждали последние новости, а в одиннадцать часов Таня легла спать.

Андрей разбудил её в половине первого ночи. Он был встревожен, мокрые волосы падали на лоб и от него неприятно пахло алкоголем.

– Что случилось? Почему ты в таком виде? – Таня села на кровати, прикрывшись одеялом.

– Я убил человека!

– Ты что с ума сошёл? Как ты мог?

– Он умер у меня на столе.

– Фу ты, господи! Сотни людей умирают на хирургическом столе, но врачи после этого не напиваются в стельку.

– Профессор сказал, что это моя вина. Я не увидел язву на рентгеновском снимке.

Таня не на шутку рассердилась и, набросив халат, встала с постели.

– А твой знаменитый шеф, светило хирургии, он куда смотрел?

– Он полностью доверил операцию мне, сказав, что её может сделать первокурсник, а когда у больного встало сердце, то и он уже ничем помочь не смог.

– Знаешь, Андрей, ты всё-таки ещё пока студент и, насколько я понимаю, отвечать за исход операции не можешь. У меня создаётся впечатление, что профессор просто хочет уйти от ответственности.

– Нет, этот вопрос его не волнует, так как он нам давно сказал, что за плечами у каждого хирурга есть своё кладбище. И это, в общем-то, нормально.

– Так чего ты переживаешь?

– Человека жалко, я мог его спасти!

– Дурашка ты мой, – Татьяна погладила Андрея по голове. – Иди помойся и ложись спать. Утром, я надеюсь, тебе станет легче.

Но утром ситуация заметно обострилась, так как из клиники позвонил зав. отделением и сообщил Андрею, что поднялся шум, так отец умершего пациента оказался большой шишкой в министерстве. Он метал громы и молнии, обещав не только дисквалифицировать, но и посадить виновных хирургов. – Ну вот, не успел я как следует начать, а меня уже и добить собираются. Таня, как могла, старалась его успокоить, но Андрей с горя напился и не раздеваясь лёг на кровать. Рядом, встав на задние лапки, поскуливал Бакс, его надо было срочно вывести на улицу. Таня набросила куртку, защёлкнула на ошейнике поводок и пошла гулять с собакой. Погода была совершенно мерзкая: не переставая лил дождь, дул сильный ветер и ко всему заметно похолодало. Бакс быстренько сделал свои дела, облаял одиноких прохожих и рысцой побежал к дому. Таня, конечно же, за ним. Дома она накормила собаку, заварила горячий чай и решила посоветоваться с отцом. Она набрала домашний номер, но никто не подошёл к телефону. Тогда она позвонила в приёмную и попросила к телефону отца.

– Владимир Петрович на объекте, – учтиво сказала секретарша, – но как только он вернётся, я передам, что вы звонили.

Отец перезвонил через час, когда Татьяна, завершив домашние дела, собралась в институт.

– Дочка, привет! У тебя что-то случилось?

– У меня всё в порядке, папа, но проблемы возникли у Андрея.

– Какие проблемы могут быть у студента? Ходи себе на лекции, пей пиво и ухаживай за девушками.

– Всё не так просто, папа. Он заканчивает хирургический, сам много оперирует и больной неожиданно умер у него на столе.

Отец сердито зарокотал в трубку: – там же вокруг опытные врачи, доценты и профессора. Они несут ответственность за действия своего студента.

– Все постарались умыть руки, а родственники пациента грозят судом, – Таня невольно всхлипнула и отец это услышал.

– Не распускай нюни! Пусть твой герой посидит дома, а я, тем временем, проясню ситуацию. – Спасибо, папка. Пока.

К концу разговора, наконец-то, проснулся Андрей. Не бритый, взлохмаченный, с красными глазами он производил неприятное впечатление. C трудом поднявшись с кровати, он прошёл в туалет, долго там мылся и чистил зубы, а потом как-то неуверенно вошёл в комнату.

– Я сейчас говорила с отцом, он обещал разобраться c твоей операцией, – Таня встала, положила ключи в сумку и собралась уходить.

– Всё равно ничем хорошим это не кончится! – Андрей взял сигарету, прикурил и, безнадёжно махнув рукой, сел на диван.

– Если ты будешь раскисать, то ситуация только ухудшится! – Татьяна говорила резко и уверенно. – Ты же мужчина, в конце концов! Никто тебя из института пока не исключал. Собирайся и пошли на лекции!

Как ни странно, но Андрей послушался. Он довольно быстро оделся, привёл себя в порядок и они вдвоём вышли из дому.

***

Комаровского действительно рядом не было. Не нашли его и на площади перед главным входом. Руководитель делегации Владимир Светлаков ужасно переживал и его лицо покрылось красными пятнами, а вот представитель службы безопасности Михаил Твердых прочно стоял на ногах и только его жёсткий взгляд ясно выражали мысль: – «Я вас всех насквозь вижу. Лишь бы затеряться в толпе и сбежать!»

Хотя бежать было совершенно некуда, да и не зачем. Один в чужом городе без знания языка и почти без денег в кармане, он не только не мог куда-то рвануть, но и не смог бы сам добраться до гостиницы. – Что вы все стоите? – истерически выкрикнул Светлаков. – Надо его искать.

Где Анненкова, она же знает язык, пусть поговорит с немцами.

Светлану тут же вытолкнули пред ясные очи и она, как бы оправдываясь, сказала:

– Хорошо, я сейчас постараюсь всё узнать.

Что она собиралась делать было не ясно, но девушка решительно направилась в сторону главного входа в Собор. Игорь Меньшов тут же пошёл за ней. Ситуация была довольно тревожной и поэтому не хотелось рассматривать, нависшую над ними громаду Кёльнского Собора.

У главного входа стоял священник в тёмно-красной рясе с деревянным ящичком в руках, на котором было написано «Spende».

«Очевидно, пожертвование» – подумал Меньшов, но на развитие мысли времени нехватило, так как Светлана сходу заговорила по-немецки.

– Haben Sie nicht zufдllig einen russischen Jungen mit einer Brille, Jeans und einer Lederjacke gesehen? (Вы тут случайно не видели русского парня в очках, джинсах и кожаной куртке?)

Священник огляделся вокруг и с усмешкой ответил:

– Hier sehen eigentlich alle jungen Leute genau so aus. (Здесь все молодые люди именно так и выглядят).

Анненкова, а за ней Меньшов снова вошли в Собор, только сейчас они не рассматривали иконы и скульптуры, а быстро шли вдоль стены церкви, внимательно всматриваясь в лица людей. Кого здесь только не было: стайки японцев с аппаратами на груди, смеющиеся молодые китайцы, как всегда хмурые русские, толстые негритянки и немецкие бюргеры с большими животами. Вот только Савелия Комаровского нигде не было видно. Пройдя Собор вдоль и поперёк, они вышли на большую и широкую лестницу, ведущую к главному вокзалу. Она вся была заполнена молодежью. Здесь сидели, стояли и нежились на солнце молодые люди от пятнадцати до тридцати лет. Они говорили, спорили и целовались, не стесняясь окружающих. Кто-то закусывал бутербродом, кто-то пил колу, а кто и бутылочное пиво. – Прямо какой-то университет на улице, – удивился Меньшов.

– Не обращай внимания, это нормально. Я предлагаю зайти в здание вокзала, там большой торговый центр, – Светлана рукой показала на вход. – Возможно этот ненормальный там околачивается.

– Если ты считаешь это необходимым, то давай зайдём, – Игорь не возражал, понимая что Света ориентируется в Кёльне лучше.

– А как мы найдём основную группу? – всё-таки заволновалась Анненкова, не видя знакомых лиц.

– На моём мобильнике забит номер Светлакова, так что мы не потеряемся.

Они спустились по лестнице, обходя группки молодёжи и вошли в здание вокзала. Повсеместно вдоль длинной галереи располагались витрины магазинов. Пёстрая толпа людей различной национальности беспрерывно передвигалась по многочисленным эскалаторам. Полицейские патрули внимательно наблюдали за порядком. Они прошли вдоль всей галереи, с интересом разглядывая витрины и дошли до Макдональдса, где, отстояв небольшую очередь, можно было перехватить бутерброд и стаканчик кофе.

– Есть очень хочется, – не стесняясь сказал Меньшов.

– У нас совершенно нет времени, – отчеканила Светлана. – Мы должны найти Комаровского. – Жаль конечно, – Игорь явно приуныл.

– Мы можем перекусить, но только очень быстро, – сердито сверкнув глазами, Света первой вошла в кафе.

Она заказала две порции гамбургеров, жареный картофель и кофе. Меньшов тут же услужливо подхватил поднос с едой и понёс его к столику у окна.

Они довольно быстро поели и, посматривая в окно, принялись за кофе. Далее всё произошло как в сказке. На улице, напротив входа в кафе, остановился Комаровский и, вынув из кармана портмоне, стал подсчитывать наличные.

– Савелий! – закричала Анненкова и рванулась из-за стола.

Меньшов тут же понёсся следом. Они обступили незадачливого туриста и стали тормошить его как дети.

– Ты где пропадал? – восклицала Светлана.

– Мы тебя целый час ищем! – поддакивал Меньшов.

– Тебя вся группа ждёт! Мы думали, что ты сбежал!

Совершенно обалдевший от неожиданной встречи, Комаровский, тем не менее, возмутился:

– Да отстаньте же вы от меня! Ну заблудился я в этом соборе, потом еле выход нашёл, но вас на улице не увидел, – он говорил очень быстро, как бы оправдываясь, – и есть очень хочется.

– Нет уж! – сурово сказала Анненкова. – Потерпишь! Сперва сообщим Светлакову, что ты живой и здоровый, а то сыскарь Твердых уже полицию собрался вызывать.

И хотя Комаровский сопротивлялся, они повели его ко входу в Собор. Владимир Светлаков, увидев эту троицу, обрадовался как ребёнок, а Михаил Твердых сурово погрозил пальцем.

– Он отстал от группы и заблудился, – пояснила Анненкова.

– Нечего его покрывать! – резко сказал представитель службы безопасности.

– Я ещё с ним отдельно поговорю.

– Дорогие мои, выяснять отношения будете дома, а сегодня мы должны завершить экскурсию по Кёльну, – Александр старался говорить бодро, но было заметно, что и он устал. – Сейчас мы пройдём по центральным улицам города.

– Минуточку! – довольно громко воскликнул Меньшов. – Я сдал аппаратуру в камеру хранения и должен немедленно её получить.

– Я должна Игорю помочь! – тут же вызвалась Анненкова и, как бы в оправдание, добавила: – Он ведь по-немецки совершенно не понимает.

Не теряя времени, Светлана взяла Игоря за руку и они торопливо спустились по ступенькам в подземный гараж, где располагалась камера хранения.

Михаил Твердых неодобрительно покачал головой и обратился к Светлакову.

– Они будто не в турпоездке, а в свадебном путешествии.

– Не надо так строго судить молодых, – примирительно сказал руководитель делегации. – Молодёжь хочет немного пофлиртовать, это поднимает настроение и положительно сказывается на работе.

Когда наконец-то все собрались, Александр повёл группу в центр города, по давно известному ему маршруту. Они шли по улице Шильдергассе, по обе стороны которой располагались самые дорогие магазины. Женщины то и дело останавливались, разглядывая модную одежду в витринах, а Меньшов, пристроив камеру на плече, начал снимать. Он старался взять в кадр всё самое интересное. Вот группа музыкантов, расположившись прямо на тротуаре, исполняет модные шлягеры, а вот однорукий шарманщик, приветливо улыбаясь, крутит рукоятку волшебного ящика. На другой стороне улицы идёт представление кукольного театра, а немного подальше, у выхода на площадь, крутят сальто юные гимнасты.