Текст книги "Зовите меня Просто Госпожа (СИ)"

Автор книги: Эмма Орелайн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц)

Потом было ощущения, что меня опоили ядом. Потому что мне резко перестало хватать воздуха, тело словно парализовало, а сердце будто остановилось.

Потом мне захотелось плакать.

И вот такая вот я – растерянная и напуганная – сидела на веа, хватаясь за волосы на голове.

Это было похоже на паническую атаку. Нужно было успокоиться, чем я и занималась. Сложно было вразумить себе, что это просто работа, отмести мысли, что я могла не успеть взять какие-то анализы и что из-за того, что я недосмотрела за целостностью мутанта, кто-то может пострадать.

Я сделала глубокий судорожный вдох, а после выдох. Все нужные анализы у меня есть, препараты тоже. Как дома, так и здесь. Подлетаю к шкафу, чтобы в этом убедится, но там ничего нет.

Я слышу звук открывающей двери, и сразу же выныриваю из поисков по шкафу.

– Аластор, где препараты, которые я готовила на мутанта? Ни здесь, ни в камере хранения нет… – затихаю я.

Это не Аластор.

Я замираю на месте, сидя на летящем веа. Повисла пауза, в которой я вновь столкнулась взглядом с голубыми глазами.

Я невольно судорожно всхлипнула, ведь была на грани истерики. Я не помню, когда последний раз была в таком состоянии. Просто мои нервы вымотало «наследство» от тетушки Арадии. Туда же бессонница. Плюс давно таких необычных случаев не было. Все было обыденно, просто. Мои дни иногда давали разнообразие, когда меня приглашали в институты давать лекции студентам. Они очень это дело любили, потому что я никогда не давала монотонные лекции, информацию которой можно спокойно где-то прочитать. Нет, конечно, я много давала важной информации, но по большей части это всегда было что-то полезное в практике. Уже представляю, как буду рассказывать об этом случае. Надеюсь, что буду.

Так вот, возвращаясь к нервам: «наследство», Ири, бессонница, завал на работе и недавнее энергетическое истощение повлияли на меня именно таким образом. Так что сейчас я готова разревется на глазах у Главлиса.

– Кассандра… – серьезные глаза буравили во мне дыру, и не давали отвести свой взгляд.– Что случилось?

Итан направился в мою сторону, но я замахала руками, в надежде, что он не будет ко мне подходить. Я сейчас как оголенный провод, а он словно вода. Одно соприкосновение и произойдет взрыв.

– Все в порядке, – кидаю я, а потом мотаю головой, пытаясь собраться. – Вернее не в порядке. У нас проблемы. У меня проблемы. Мутанта нет. Я думаю, что с ним произошло тоже, что произошло с русалкой. Но русалку мы успели спасти. Эм, тело спасти, – мотаю я головой, понимая, что сказала бред. – У меня есть все, чтобы продолжить исследование о существе без него самого, но в единственном экземпляре. Отсюда препараты и анализы пропали.

Я вновь всхлипнула, натягивая маску на нос, чтобы не было видно, как моя губа начинает подрагивать. Небо, мне нужно выспаться. Организм не выдерживает таких потрясений.

– Мутант уничтожен. Теперь он никому точно не навредит. Предположительно он уничтожен тем же способом, что сейчас происходило с русалкой. Все, что хранилось на мутанта в здании – исчезло. Это значит, что кто-то инициировал оба инцидента, и у нас появилась крыса. Но так как ты сумасшедший ученый и носишь с собой все домой, то ты все еще можешь продолжить работу, – мы одновременно усмехаемся.

Итан произнес тоже, что и я, только разложил все по полочкам. И тем самым успокоил меня.

– Я не сумасшедшая. Я просто люблю свою работу, – тихо говорю я, не поднимая глаз.

– Это одно и то же.

Возмущенно поднимаю глаза наверх. И сталкиваюсь с этими чистыми, такими яркими голубыми глазами. Этот невероятный цвет, сравнимый с летним небом над головой, или водами какого-то тропического океана. Такой яркий и насыщенный голубой цвет. От этого взгляда душа не леденела, наоборот теплела. Теплела и таяла.

Итан согревал и поддерживал одним взглядом. А я думала о том, что влюбляться нельзя, что мы мало знакомы, что на обмане ничего не построить, а рассказать я ничего не могу. Опасно.

–Кассандра, – бархатный голос нарушил тишину, заставив меня сглотнуть вновь подкатывающий ком истерики. – Мы со всем справимся. Не вини себя. Ты не можешь контролировать все, как бы тебе не хотелось. Я тебе помогу. Сейчас тебе нужно успокоиться. Не случилось ничего не поправимого. Ты молодец, ты предусмотрела вариант с кражей и оставила все нужное для работы дома.

– Это было не для этого случая. Просто поработать дома.

– И тем не менее. Твой трудоголизм тебя же и спасает. Сконцентрируйся на русалках. Сейчас это важнее. Хорошо?

Я медленно кивнула, не теряя зрительного контакта. Я словно купалась сейчас в этом теплом море, нет, океане, согревая свою душу. Небо! Это ненормально, что человек, с которым я так мало знакома, вызывает такие мысли. Такие эмоции.

Как же дистанция?! Да, точно, надо держаться на расстоянии.

Я прошептала одними губами спасибо, вызвав у мужчины улыбку. Я не сдержалась, и тоже улыбнулась. Не получилось у меня еще прийти в себя, чтобы взять себя в руки и быть более отстраненной.

– Интересно ты это придумала, – вдруг выдал Итан и посмотрел вниз.

До меня не сразу дошло, о чем он. Я лишь подумала о том, как незаметно мы перешли на «ты». В какой момент? До поцелуя? Или после? Или вообще не в этот момент. Какого гоблина я вообще думаю об этом поцелуе?! Сандра, очнись!

Так, что я там придумала? А! Веа. Я же до сих пор сижу на веа со скрещенными ногами. Хорошо, что юбка у меня длинная.

– Очень удобно, между прочим, – гордо вздернула я подбородок вверх, довольно улыбаясь.

– Оригинально, – кивнул Главлис.

Итан развил разговор, перешел на дело с русалками, ведь сейчас для него это было в приоритете. Потом каким-то образом увел меня в один из кабинетов и вновь сделал мне кофе. Он говорит, у него скоро привычка будет? Нет уж, это скоро у меня появится пристрастие. Я не уверенна, что готова отказаться от подачи утреннего кофе с таким мужчиной.

Но придется.

– А какой ты маг? – спросила я, чем вызвала недоумение Итана. Его бровь вздернулась вверх. – В смысле, маги же разные бывают, стихийники всякие, ранги у вас там есть, – реабилитировалась я.

– Боевой, – ответил он.

– Банально, – цокнула я, откинувшись на спинку стула.

Теперь у Итана обе брови вскинулись наверх, а я спрятала ехидную улыбку за чашкой кофе.

– А быть ведьмой значит не банально? – маг явно развеселился моему вопросу.

Я лишь фыркнула.

– Ведьм мало, у ведьм большое значение в этом мире. Так что нет, не банально, – стрельнула взглядом.

– Что ж, тогда исправлю свой ответ. Боевой маг. Красно-черный маг альфа уровня. Теперь банально? – теперь победное ехидство излучал Итан, а я давилась глотком кофе.

Дело в том, что боевые маги сами по себе очень сильные. Но у магов очень сложная классификация. Цвет их искры говорит о врожденной мощи. Красно-черные маги одни из самых редких и самых мощных магов. А альфа уровень означает, что он один из сильнейших магов. Это последний уровень магов. То есть этап развития магических навыков.

– Обычно маги альфа уровня уже выглядят как старики, – ошарашено произнесла я, вызвав бархатистый смех оппонента.

– Может быть, я хорошо сохранился? – поиграл Итан бровями.

– Тогда ты ведьма… – хмыкнула я.

Разговор наш не затянулся, Итана вновь отыскал тот парнишка, что и в библиотеке. И снова что-то срочное.

Я постаралась не возвращаться к своим тревогам – зря, что ли, меня столько времени успокаивал и отвлекал маг? Я постаралась сконцентрироваться на решении проблемы.

Вымыла за собой кружку уже второго кофе, и сразу же после этого в мой кабинет постучались. Принесли из лаборатории анализы того, почему тело вдруг стало разлагаться. Оказалось, что был введен препарат, который вызывает уничтожение клеток. Но его смешали с одним из реагентов, который ускоряет эту реакцию и распространяет быстрее. Я думаю, что часть была введена шприцом, а часть нанесли распрыскивателем по поверхность тела. То есть это вещество могли банально залить вместо зелья, которым мы опрыскиваем ежедневно тела в целях предотвращения разложения и поддержания его в том состоянии, в котором есть. Так же, оно предотвращает испарение каких-либо ядовитых паров, если они есть. Ну, или хотя бы задерживает.

Итак, у нас действительно есть крыса. И сейчас я себя чувствую голодной кошкой, которая готова разодрать в клочья этого грызуна и проглотить вместе с костями.

В момент этой моей мысли заходит Алассо. Я смотрю на него очень зло, так что он моментально съеживается, судя по всему желая стать невидимкой. По своей давней привычке друг достает свой платочек из кармашка халата и протирает им лоб.

Я моментально утихаю. Что мне на него злость свою выливать.

– Алассо, нам крышка. Мутанта кто-то уничтожил, – плюхаюсь на свою тахту, а потом и вовсе ложусь на нее.

Закрываю ладонями лицо, долго и шумно выдыхая через рот.

– К-как это? Как это уничтожили? – маленькие глаза Аластора округляются и, кажется, что увеличиваются в размерах.

– Я не знаю. Слушай, ты же никому пароль не давал? От второго купола пароль был только у нас двоих… – замедляюсь я.

Я убираю сначала одну руку от лица, и с недоверием смотрю на Аластора. Тот вновь сжимается и испуганно дергается. Я убираю вторую руку и поднимаюсь на локтях.

– Аластор…? – я медленно веду подбородком в сторону, не веря своим догадкам.

Это же мой друг. Со студенческой скамьи. Вечно угрюмый, вечно паникующий, всего боящийся Аластор.

– Я не… – заикается он.

– ТЫ КОМУ-ТО ДАВАЛ ПАРОЛЬ?! – вскакиваю с кровати, подходя к нему.

Конечно, я не думала, что это он крыса. Я знаю его больше десяти лет. Где-то около пятнадцати лет! Да, у него много недостатков, но я знаю его как облупленного. С возрастом мы отдалились, но лишь потому, что у нас у всех свои заботы. У Алассо нет мотива, чтобы уничтожать мутанта и русалку. Да и никогда бы он на это не решился, он пугается хлопка двери, что говорить о чем-то более серьезном.

– Сандра, милая, я никому ничего не говорил! – тараторит он, подходя ко мне ближе, комкая в руках свой платочек. – Но так как ты меняла пароль каждый месяц, то я не успевал их запоминать и записывал себе в блокнот. Но недавно я его потерял. Думал, что потерял, но видимо кто-то его украл… Прости меня, пожалуйста, Кэс! Я так боялся тебе об этом сказать, – Алассо крутился вокруг меня, а мне оставалось лишь обреченно вздохнуть.

Аластор был ниже меня. Прилично ниже, и со стороны его мельтешения выглядели довольно комично. Я остановила его за плечи и заставила замереть. Он не переставал тараторить извинения, но я призвала его к молчанию.

Все мы совершаем ошибки. И я вот совершаю. Это уже сделано, нет смысла злиться. Мы не отмотаем время и не сожжем этот блокнот огнем магии тролля. Тролля, потому что их магия сжигала все, не оставляя пепла, так, что ни одной магией не восстановишь.

– Точно! Тролли! Аластор, я вспомнила! – подпрыгнула я, отчего вызвала у Аластора взгляд, словно он смотрит на сумасшедшую.

Коллега поправил очки и уставился на меня, нахмурившись, ожидая продолжения.

– Магия троллей! Она разрушает. Но! Помнишь, я как-то писала диссертацию, я тогда уже второй год здесь на практике была здесь, но еще училась, а ты только пришел? И я в своей работе рассказывала о проведенных мной опытах, что магия троллей как бы нейтрализует любую другую разрушающую магию! А-а-а, ну конечно, как я не догадалась! – Я была на эмоциях, поэтому не договорила всех своих мыслей, что в тот момент были у меня в голове.

– Но в русалку ведь вливали не магическое вещество, – уставился друг на меня.

– Да-да-да, но я придумала, как это обойти. И если это сработает, это будет настоящее открытие! Осталось найти тролля. Сильного тролля и желательно лекаря, – обняла в порыве Аластора и побежала реализовывать то, что придумала.

Но остановилась прямо у двери. Моя рука лежала на ручке двери, и я собиралась уже уйти, но тут вдруг меня резко посетил вопрос. Радость на миг ушла, ее место заменило удивление. И недоумение.

– А откуда ты знаешь, что во вводимом веществе нет магии? И что вообще что-то вводилось? – взглянула на вечно растерянного Алассо.

Если бы я не знала, какой он умный и исполнительный, то подумала бы что он просто штатный работник, местных неумеха, которого следует уволить. Но Аластор делает ежедневно огромную работу, он моя правая рука. Я многого бы не смогла сделать без него. По крайней мере, все бы происходило куда медленней.

– Так мне Ллевеллин приносила отчеты. Она не могла найти тебя, поэтому отдала их мне. Я посмотрел, а потом сказал, чтобы все же нашла тебя.

– Ты сказал ей, где находится мой кабинет, да? – скорчила я страдальческую мину.

Кто такая Ллевеллин я понятия не имела, но решила не спрашивать. Скорее всего, кто-то из ассистенток. А вот то, что он мой кабинет раскрыл, это конечно грустно.

Еще раз повторюсь – каждая ведьма имеет врожденный инстинкт скрытности. Любая ведьма хочет иметь место, где ее никто не найдет или хотя бы, чтобы это было затруднительно сделать. Как, например, сложно добраться до моего дома, потому что он слишком высоко. Как место моего сна. Так и мой кабинет. Никак не подписанный, имеющий другой номер. Номер девять – мое любимое и счастливое число. Сюда запрещено ходить и, мало кто знает, что это мой кабинет.

И если первое появление Главлиса я оправдала тем, что ему все от страха выложили все, включая свою родословную, то появление светловолосой практикантки меня удивило. Но тогда в лаборатории случилась катастрофа и тогда ее вполне могли отправить за мной, сказав, где искать.

Сегодня ко мне тоже кто-то приходил. Но я не обратила особого внимания. Возможно, это была та самая практикантка. Ллевеллин это она?

Странное имя, однако, тяжелое. Но красивое, необычное такое.

***

Мои руки буквально чесались, желая попробовать на практики то, что созрело в моей голове. Идея решения проблемы с разложениям поможет нам и в будущем. Это застрахует нас от подобного. Меня уже не волновало, кто мог быть крысой, я оставила это все на Главлиса. Детективы это по части маглис. Моя работа – трупы и работа над тем, чтобы их количество уменьшилось. А значит и моей работы впоследствии уменьшилось. Хотя я не уверенна, что последней перспективе я обрадуюсь в полной мере.

Но я помнила про фестиваль, про открытие лавки и спешила к Иридессе. Я бы обязательно купила ей новое платье, чтобы оно было ее, но пока я не получила зарплату, мы не могли позволить себе такой роскоши.

Я сделала большой круг, до долины Полор за платьем и на улицу Святых Арами к племяннице. Когда я пролетела над лавкой, Ири наполовину свисала с козырька и делала аккуратные мазки кистью. Когда я свистнула, она даже не дернулась: не потому что не услышала, а потому что слишком боялась испортить свою работу.

Я приземлилась прямо перед входом и на меня уставились большие оленьи глаза. Лицо племянницы было в разноцветных красках, одежда тоже. Но глаза светились счастьем.

– Я даже не буду спрашивать, как ты туда залезла, – медленно произнесла, переводя взгляд на вывеску.

Это было очень красиво. Надпись была проста как формула воды.

– Лавка Ведьмы… – прочитала я надпись, выведенную каллиграфическим подчерком.

Иридесса в этот раз не пыталась броситься ко мне с оправданиями того, что это может быть не красиво или выглядеть плохо. Напротив, она сидела на пятках на козырьке, сложив руки на коленях. В ладонях была зажата кисть, кончик которой был в голубой краске. А растрепанная Ири выглядела довольной собой. Она гордилась своей работой. И там было, чем гордиться!

– Это великолепно, Ири! Да у тебя и впрямь талант! – засветилась я, нахваливая племяшку, у которой от моей реакции улыбка расцвела на пол-лица.

И при всем желании она бы не смогла сейчас перестать улыбаться. Ее переполняли эмоции гордости. И меня тоже.

Какое же она сокровище. Иридесса огромная молодец.

Я открыла свою сумку и достала оттуда сложенное платье. Иридесса хлопнула в ладоши, и мы побежали наверх, готовить ее к важному для самой Ири мероприятию. Я взяла свободное платье желтого цвета, которое подвязывалось поясом на тонкой талии. Цвет шел к ее светлой коже и карамельного цвета волосам. Да и само платье, вроде бы и не было откровенным, но на племяннице смотрелось очень выгодно. Подчеркивая все, что надо и где надо.

Я усадила Ири на деревянный стул, на который в скором времени мы обязательно купим чехол. Чтобы было приятнее глазу, комфортнее телу и в целом выглядело эстетичней.

Взяв гребень, я принялась расчесывать красивые, слегка вьющиеся, кудри. Ее волосы доставали до лопаток, и как по мне, такая длина ей в самый раз. Я хотела оставить их распущенными, просто чуть-чуть убрать спереди, чтобы было удобнее. И чтобы Ири чувствовала себя настоящей принцессой.

– Расскажи о русалках, – вдруг тихо вымолвила племянница.

Я прочистила горло. Русалок последнее время много вокруг меня. Были бы они живыми еще.

А правильно ли я вообще поступаю, разрешая племяннице идти на этот фестиваль? А вдруг предполагаемое заражение распространяется не только на русалок?

Эта мысль сильно меня напугала. Изрядно пошатнула мои нервы.

– Русалки… кхм… – начала рассказывать, а сама искала каких бы украшений-оберегов навешать на племянницу.

– Я о них совсем ничего не знаю, – с досадой произнесла племяшка.

Взглянула на нее через зеркало. Переживает. Эх, подростки.

– Из бросающегося в глаза, у русалок кожа с холодным голубым оттенком. Верхняя часть туловища человеческая, а нижняя – рыбий хвост. Это если то, что знают все. Очень острые, режущие, черты лица. И выглядит это очень красиво, даже если русалка имеет лишний вес, она все равно выглядит шикарно. Зубы человеческие, но клыки острые, как положено хищникам, и еще они у них растут в течении всей жизни и вырастают новые, если старые выпадают. Очень удобно! Правда, с возрастом зубы хуже становятся у них, как правило.

Хотел бы чтобы зубы могли расти в течении всей жизни.

– Разрез глаз у них очень узкий, такой еще называют эпикантус. Сами глаза у русалок отражают свет, как у кошек, чтобы видеть под водой. Только у них это чуть сложнее устроено все. У них есть жаберные щели, но очень узкие и без жаберных крышек. Как у акул. Постоянно они не могут находиться под водой, примерно коло суток, а дальше нужно на воздух, чтобы вдохнуть в легкие. У них смешаны органы систем рыб и животных. Очень сложное строение я тебе скажу, – усмехнулась я, вспоминая как писала курсовую в академии по этой теме. – Но чтобы вылезать из воды реже, кикиморы продают русалкам кислород в болонах. Звучит смешно, но для них это действительно необходимо. Особенно, если идут какие-то работы на больших глубинах, и чтобы подняться наверх нужно много сил и несколько часов.

Племянница развернулась ко мне корпусом, слушала внимательно, глаза ее светились детским восторгом с примесью удивления. А у меня складывалось ощущение, словно я ей сказку рассказываю. Только не ребенку, а семнадцатилетнему подростку. Да уж, сейчас Иридессе столько же, сколько было ее маме, когда она ее родила. Поразительно.

– Воды, где живут русалки, как правило, очень чистые. Русалки следят за чистотой своего ареала. Живут они везде, где есть много воды: океаны, моря, глубокие и широкие реки. Они либо строят себе жилище, либо обустраивают подводные пещеры. Сейчас молодежь у них перестала следить за чистотой вод, в которых они живут. Стали относится к этому халатнее, да еще и сами порой загрязняют. А старшие поколения не успевают облагораживать. Поэтому у нынешних подростков-русалок плохое зрение, они часто носят специальные очки для русалок. Есть множество фармацевтических компаний, которые специализируются только на препаратах для улучшения зрения этих хвостатых.

Я замолчала, думая о том, что можно рассказать еще.

– Размножаются они как рыбы. Откладывают икринки. Громадные Икринки, из которых появляется ребенок русалки. А вот вскармливают они детей уже молоком. Вот такой вот парадокс

Я, наконец, нашла небольшой гребешок, украшенный веткой с красными и желтыми ягодами. Клала это как украшение Иридессе, но зачаровывала на замедление действия разных токсинов. И сейчас гребень замечательно подходит к образу Ири. Пока орудовала им над прической племянницы, продолжила рассказывать.

– Природа позаботилась над тем, чтобы под водой они видели как можно лучше. Освещения под водной толщей мало, поэтому у их хвоста часто есть светящиеся добавления. Какие именно, зависит от вида и место обитания русалок. У кого-то это какие-то выросты на конце хвоста, у кого-то по бокам, у кого-то есть прозрачные дополнительные наросты. А кто-то и вовсе родился с таким явлением как флюоресценция. Или опалесценция. Если объяснять кратко, то их наружные покровы поглощают свет и трансформируют в разные переливающие цвета.

Оставили племянницу немного это переварить, а сама стала искать еще парочку украшений, для того, чтобы подстраховаться, если что-то пойдет не так. Я очень хотела ее отпустить, но сейчас мне уже не казалось это такой хорошей идеей.

– Русалки с очень давних времен тесно связаны с кикиморами. Пожалуй, это самые дружные народы. Кикиморы селятся рядом с реками, а то и строят дома на реках. Я бы сказала там своя отдельная иерархия. У них хорошо развита торговля. Русалки и кикиморы открывают целые подводные заводы по морской и речной продукции, налаживают отношения с дальними государствами. Русалки и кикиморы снабжают империю рыбным продовольствием. Они большое звено в нашей экономике.

Я ушла в более серьезные разговоры, даже не подумав, что Иридессе может быть это не интересно и даже не все понятно. Судя по ее лицу, так и есть.

– В общем. Русалки любят много болтать, они очень энергичные и у молодежи напрочь отсутствует инстинкт самосохранения. С возрастом, конечно, они становятся боязливее и ведут уже себя так, как ведут себя все рыбы. Хотя бояться им нечего – русалки очень сильные существа, как физически, так и духом. Они очень своенравны, у них своя мораль – будь к этому готова. Но главное не бойся, умей сказать нет – русалки это уважают, и не дай им тебя втянуть во что-то нехорошее. А так отрывайся. А я делами пока займусь.

Мы еще немного поболтали, я достала для племянницы косметику, которую принесла с собой. Вспомнила о том, что несколько дней назад я заказывала очень хороший котел, за который должна много денег. Иридесса сказала, что заходила и узнавала по поводу него. Он должен был как раз сегодня приехать. Отлично.

Я решила тоже, наконец, переодеться. Сходила в душ, вновь поднялась к Ири, которая все еще прихорашивалась, но уже в спешке, так как времени оставалось мало. Я надела длинную ярко-желтую, почти оранжевую, юбку и шелковый, черный, открытый топ. С очень глубоким вырезом на груди и открытыми боками. Для кого-то это чересчур открытая одежда, а для ведьмы самая привлекательная вещичка в бутике. Привлекательность. Огонь. Страсть.

Я причесывала свои не слишком послушные огненные кудри, когда услышала звенящий колокольчик внизу. Это означало, что кто-то вошел внутрь.

Я улыбнулась своему отражению, вспомнив, как тетка вылезла из моего зеркала в моем доме, и у меня появилось это: лавка и Ири.

Наверно, это котел привезли. И я безумно рада, что смогу его принять сама из рук в руки. Потому что это действительно очень хорошее оборудование. И мне не терпелось его опробовать.

Глава 10. Кажется, съела совесть

Итан

Сегодня на улицах было тихо. На самом деле очень весело и громко, люди здесь много смеялись и наполняли каждого позитивной энергией просто от того, что находились в паре метров от тебя. Когда я сказал тихо, я имел в виду без происшествий.

Чутье подсказывало, что с русалками происходит что-то очень серьезное и решить нужно как можно быстрее. Пока не нашлось новых жертв.

Но сейчас я нашел для себя немного свободного времени и иду туда, куда собирался прийти уже несколько дней.

Я хотел навестить ту бедную бабушку и ее внучку, которые попали в неприятную ситуацию. Я искренне надеялся, что того, что мы успели сделать с ребятами, хватило для того, чтобы иметь временную крышу над головой. И что моих денег хватило на еду.

Я собирался навестить их раньше, чтобы вновь предложить помощь. Старушка там с характером оказалась. Мол, помочь помогайте, денег мне не надо, везти меня никуда не надо. Но что с них, с пожилых людей, спрашивать. Они жизнь прожили, им и такое можно. Деньги я все равно потом вручил.

Мало того, что бабулька дерзкая была, так еще и с юморком. Сахар у нас до сих пор так и остался Сахарком вне рабочее время.

Но что-то меня в ней настораживало. Метла у нее была больно дорогая и такая грязная, словно ее специально обваляли. И ведьмой она сильной была, хотя и пыталась показать обратное.

Но больше меня удивили ее глаза. Словно слишком яркие, слишком наполненные жизненным огнем. Для женщины преклонных лет. Сама бабушка выглядело старо, очень старо, и одета была плохо. А глаза словно выбивались из всего этого. Словно не тому телу принадлежали.

Да и ведьма она. Нет, она не была подозрительной из-за того, что была ведьмой. Хотя…

Вспомнил Кассандру. О, Моя Госпожа. Что ж, и все-таки ведьмы – непредсказуемы.

Когда я вышел на улицу Святых Арами, сначала мне показалось, что я перепутал адрес. Потому что во дворе того места, где должен быть сейчас старый дом, я видел несколько зеленых деревьев. Сейчас начинало темнеть, а деревья понемногу начинали зажигаться. Светиться.

Да это же деревья Савро! Одни из самых дорогих деревьев, которые могут себе позволить только люди, состоящие при императоре!

Я замедлился. Шел и всматривался. Может и впрямь пришел не туда? Но вот седьмой дом, восьмой…

И девятый…

Передо мной стоял почти новенький двухэтажный домик. На втором этаже в окнах виднелась новенькая комната и сидящая там девушка. Я не сразу признал, но это была внучка ведьмы. Иринесса, кажется. Аллесандра звала ее все время Ири.

Злость – чувство, которое я почувствовал первым. Не потому что отдал столько денег, а потому что обманули. Потому что воспользовались. И не удивлюсь, если все каким-то образом было запланировано так, чтобы на этот цирк наткнулся именно я.

Лавка Ведьмы.

Надо же, даже художников наняли, чтобы сделать профессиональную вывеску. Искусная работа!

Да и все тут казалось таким светлым и живым, словно всегда эта лавка здесь стояла. Да вот только недели не прошло с того времени, когда тут пахло отчуждением и гнилью. А теперь все зелено, заставлено цветами и очень аккуратно. Не одного стеклышка на земле.

Я тихо вошел внутрь. Меня одолевала ярость, но я ее сдерживал. Нужно быть спокойным. Спокойным.

Прошел на пару шагов внутрь. Мои брови лезли все выше и выше. Вокруг было множество стеллажей с зельями, снадобьями, какими-то порошками. Почти все подписано. На стене весело несколько метел, тоже на продажу. Повсюду цветы. Сбоку стоит аквариум, наполненный водой, но пока в нем не плавало рыб. Видимо на это у них не хватило денег.

Но у них не могло хватить и на треть того, что я вижу. Здесь вложено куда больше, чем то, что я давал.

– Ири, поторопись! Я тебе хоть и сказала, где фестиваль, но лучше выйти пораньше, – крикнул мелодичный голос.

Голос, принадлежавший ведьме. Ведьме, являвшейся имперским патологоанатомом. Ученым. Да просто женщиной, от которой я был без ума.

Кассандра, грациозно спускалась с лестницы, придерживаясь рукой за перила. Ее женственность, ее дерзкий, очень смелый образ приковывал взгляд. На ее лице играла легкая улыбка, но взгляд сам по себе смещался ниже. К кулону, конечно же, к кулону. Там весел очень красивый и интересный кулон. Кажется, в виде дерева.

Девушка смотрела себе под ноги, но на середине пути подняла взгляд. И зеленые невероятные глаза поднялись на меня…

Ну конечно. И как я не заподозрил неладное, заметив одни и те же глаза в двух, казалось бы, совершенно разных людях.

Мы замерли. Я – серьезный и свирепеющий с каждой секундой. И она – растерянная и явно напуганная.

Впервые я видел на ее лице неподдельный страх. Панику. Она стояла, и пыталась с ней справиться. Получалось явно плохо, судя по тому, как стали подрагивать ее пальцы.

– Неужели вы думали, что я вас больше не навещу, госпожа Сандра? – издевательски проговорил я, вспоминая растерянность «старушки», когда я спросил, как ее зовут.

Девушка медленно продолжила спускаться с лестницы, явно не желая признавать, что я действительно здесь. И все ее вранье раскрыто.

Подумать только! Мне казалось, что я ни разу не встречал таких невероятных женщин, как она. Как Кассандра им рэн Лирман. А она оказалась невероятной лгуньей. Мне кажется, словно я сейчас оказался героем какого-то спектакля. В прочем, вся ирония в том, что так и есть.

– Итан… я… Я объясню, – сбивчиво тихо проговорила Кассандра, подходя ко мне.

– Зачем? – прорычал я. – Так нужны были деньги? Настолько, что ты решила нарушить закон? Прямо под носом Главлиса и считать, что это сойдет тебе с рук?

Мой голос приобретал с каждым словом все больше стали. Внутри поднималась буря противоречивых чувств.

Сейчас я должен буду задержать двух ведьм. Младшую как соучастницу. А Кассандру как нарушительницу.

– Это очень серьезная статья, Кассандра, – прошипел, видя как глаза девушки стали влажными.

Она вся тряслась, а я проклинал себя за то, что хотел успокоить. За то, что думал о том, как уйду отсюда и просто забуду о том, что видел, больше здесь не появляясь. Словно меня здесь не было, и я ничего не видел. Лишь бы не делать того, что обязан сделать. Плевать уже даже на карьеру, если когда-то потом это всплывет.

– Мне не нужны твои деньги! Я была вынуждена что-то придумать и срочно! Я верну тебе все до последней монеты! – начала рычать в ответ ведьма, паника которой превратилась в злость.

Это была ее защитная реакция. Злость.

– Я не истратила ничего из того, что ты мне отдал! Я прямо сейчас тебе все отдам! – принялась она рычать и ринулась к большому и длинному столу, открыв один из ящиков.

Кассандра вытащила тот самый мешок, который я отдавал старой женщине, когда уходил. Теперь же молодая ведьма с силой пихнула мне увесистый сверток в грудь. Я инстинктивно его поймал, чтобы монеты не упали на пол. Пол, который я с ребятами залатал.

Мы смотрели с минуту друг на друга, сверля ненавидящими взглядами. Нет, не ненавидящими.

Скорее разочарованными.

С досадой, с горечью, с бессилием. С уязвимостью.

Внезапно позади нас открылась дверь. Внутрь вошли двое невысоких, но массивных мужчин. Они несли огромный котел, который был с различными включателями и кнопками. Первый раз видел такую штуку.

– Ваш котел от «Ведьма в Плюсе». Заплатите и распишитесь, пожалуйста, – миролюбиво протянул бумаги один из мужичков.